Прошлое наносит ответный удар

© Илья Гутман, 2026

ISBN 978-5-0071-2970-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Илья Гутман

Прошлое наносит ответный удар

В соответствии с требованиями здравого смысла автор сообщает:

часть персонажей данной книги является иноагентами. Не иностранными. Инопланетными.

Глава 1

Нас называют по-разному.

Хозяева жизни. Золотая молодёжь. Мажоры. Папенькины сынки.

Коммунисты, расплодившиеся в стране после краха Империи, предпочитают последнее. На сайте «Коммунисты Гибборы» даже вышла статья обо мне. Сводилась она к одному простому вопросу: кто я такой без денег папаши?

Вопрос, конечно, философский. Если коротко — гениальный программист, автор десятков мобильных приложений, ведущий разработчик в государственнообразующей корпорации, плейбой и филантроп.

Если честно — человек, которому повезло родиться в правильной семье. Но есть нюанс. Даже без отцовской корпорации я, скорее всего, сделал бы всё то же самое. Просто чуть позже — лет через десять — и с куда большим количеством бессонных ночей.

Если в вашем смартфоне есть приложение для вызова такси или отслеживания общественного транспорта — с большой вероятностью его написал я.

Мне тридцать четыре года. Самый разгар юности. Выгляжу я, правда, чуть моложе. Когда меня спрашивают, в чём секрет, я обычно отвечаю: регулярный спорт, веганская диета и хорошие гены. Последняя причина — главная.

Я бросил взгляд на фотографию в рамке, стоящую на полке шкафа в моём кабинете. Снимок был сделан в старших классах. Высокий, чуть смуглый, кучерявый и честолюбивый подросток держит носком кроссовки футбольный мяч. Тогда я увлекался футболом, был лучшим нападающим школьной команды. Помню, отец говорил мне тогда:

— Советую держаться подальше от большого спорта, сынок. С твоими данными участие в соревнованиях — натуральное читерство.

Я его не послушал. Но через пару лет убедился, что он был прав, и в университете действительно не приближался к большому спорту.

Весь необходимый код для последнего приложения был написан. Я откинулся в кресле и лениво пролистал новостную ленту.

«5 мая 2023 года.

Средняя продолжительность жизни в Республике Гиббора возросла до девяноста двух лет.

Программа «Отдельное жильё каждой молодой семье» введена в действие.

Экологическая обстановка в стране улучшается благодаря внедрению вторичной переработки.

Рак побеждён благодаря медицинским нанотехнологиям».

А затем — неприятные новости.

Уже неделю в Тарагозе, бывшей западной провинции Империи, продолжалось военное вторжение соседней республики Вейнара — той самой, что некогда была имперской метрополией. Сегодня к этому добавились новые удары: на востоке — по Республике Ургут, на севере — по Королевству Йаарга.

Когда в 1988 году на Гибборе свершилась революция и страна отделилась от Империи, это создало опасный прецедент. В имперских провинциях начались войны за независимость. В итоге они одержали победу. Йааргены даже отыскали наследника последнего монарха и короновали его. Народ Вейнары тоже устал от тирании и низложил последнего императора, провозгласив демократию. Часть жителей бывшей Империи бежала к нам, в Гиббору.

Правда, хаос в Вейнаре быстро породил разгул бандитизма, с которым её президент-алкоголик справиться не смог. Он ушёл в отставку, и вот уже более двадцати лет Вейнарскую республику возглавлял бессменный президент Вэл Питун, правивший железной рукой.

Формально политический строй Вейнары — её внутреннее дело. Но в речах Питуна всё чаще проскальзывали реваншистские нотки. Он говорил о возвращении бывших имперских колоний под свою стальную руку. Начинал он обычно с утверждений, что хунта генерала Нури на Гибборе устроила военный переворот, свергла законную власть и тем самым заложила политическую бомбу, впоследствии взорвавшую Империю. Большинство считало это обычным популизмом. Сам Питун так не считал.

Он создал национальную гвардию — самых отъявленных головорезов страны, сведённых в единый отряд, подчинявшийся только ему. Отряд получил имя «Петухи Питуна», что связано с его семейной историей. Дед Вэла был поваром тогдашнего императора. Ходили слухи, что этот дед был бастардом князя Пита, и что фамилия Питун пошла от фамилии Пит. Другие говорили, что это выдумал уже сам Вэл. Третьи — что выдумал ещё его дед. Истина давно утонула в семейных легендах. Питы — древний аристократический род. На староимперском «Пит» значит «петух», вот это птица и красовалась на гербе Питов. Президент Вейнары присвоил этот герб себе и назвал «Петухами Питуна» своих гвардейцев.

Именно этих «Петухов» он направил в приграничные регионы соседних государств, где они начали формировать «ополчение», якобы сопротивляющееся местным властям.

А неделю назад армия Питуна вторглась в Тарагозу. Официально Вейнара ни с кем не воевала. Воины Питуна участвовали в «военной спецоперации по наведению законного порядка в мятежных провинциях».

Я поначалу испугался, что они доберутся и до Гибборы. Но почти сразу же успокоил себя. Мы — технократическая страна с президентом-учёным. Наша армия — самая технологически оснащённая в мире. Наши морские границы охраняют, помимо прочего, боевые роботы.

Тем не менее, господин Питун умел удивлять.

Вчера, после захвата части соседних земель, он объявил о намерении восстановить Империю и собрать её земли. А в этот список входит и наша островная страна…

Ничего, если Питун всё-таки войдёт в Гиббору — наша армия с ним быстро разберётся.

Вот ещё новости… Вейнара также вторглась в королевство Йаарга. И ещё! Харрада! Вейнарские ракетные крейсеры уже подходили к берегам Гибборы. Ещё сутки — и они окажутся на дистанции залпа.

Я поймал себя на странной мысли: пару лет назад жить было проще. Тогда у нас была всего лишь Синяя Смерть. Новая зараза начиналась как обычное ОРВИ — насморк, кашель, слабость. Люди поначалу даже не воспринимали её всерьёз. Потом температура под сорок. Пневмония. А затем кожа становилась синей. После этого оставалось два-три дня. Либо человек выздоравливал… либо умирал. Семьдесят пять — восемьдесят процентов смертности.

Сначала казалось, что это проблема Тарагозы. Пока болезнь не добралась до аэропортов.

В наши дни прогресс одной рукой лечит эпидемии, а другой помогает им распространяться. Сел носитель вируса в самолёт — и через несколько часов привёз его на другой край мира.

Потом начались карантины. Полупустые города. Закрытые рестораны. Маски. Люди, которые смотрят друг на друга как на биологическую угрозу.

Но была одна простая вещь. Если сидишь дома — ты в безопасности. Теперь всё иначе. Когда в море стоят ракетные крейсеры, дом перестаёт быть убежищем.

Вейнарские ракетные корабли опасны. В сети разошлась запись радиопереговоров капитана одного такого крейсера с гарнизоном Тарагозы.

— Говорит капитан Вейнарского ракетного крейсера. Гарнизон Тарагозы, сдавайтесь. В противном случае мы будем вынуждены нанести удар.

Несколько секунд в эфире стояла тишина. Потом ответил голос дежурного офицера. Спокойный и даже немного ленивый.

— Вейнарский ракетный крейсер…, — Он сделал паузу., — Идите на хрен.

И ракеты запустили. Гарнизон пал. Но через неделю крейсер, названный, как и столица страны-агрессора, Вейна, пошёл ко дну.

История иногда отвечает не сразу. Но отвечает.

А мне тем временем можно было заняться куда более насущными проблемами.

Например — познакомиться с новенькой, штатным психологом.

Родители всегда советовали не заводить романов на работе.

С учётом моего положения это легко могло выглядеть двусмысленно. Люди любят искать скрытые мотивы там, где их нет.

Я открыл личное дело новенькой.

Мара Ханель, тридцать лет. Образование — психологический факультет ГГУ, Гибборского государственного университета. Значит, людей читает быстро и без иллюзий.

Не замужем.

Теоретически можно было напрячь связи в ГСБ — Гибборской службе безопасности — и пробить её по всем каналам. Но делать этого не хотелось.

Во-первых, неэтично. Во-вторых, если уж знакомиться — то нормально, как обычные люди.

В досье имелся и её служебный e-mail: непокорённая@пост. гиб

Хм. «Непокорённая». Интересно.

Я открыл почту и написал:

«Привет, Мара.

Как насчёт того, чтобы поужинать сегодня в ресторане «Солнечный берег»?

Тан, ведущий разработчик».

После этого машинально потянулся к смартфону.

Несколько спам-сообщений — тут же в блок. Голосовые от мамы и от деда.

Сначала мамино:

— Привет, милый. Папа уже должен был вернуться со своей родины, но он не отвечает на звонки, и сообщения до него не доходят. Он сегодня с тобой не связывался?

Я набрал ответ:

«Нет, ма, не связывался».

Затем сообщение от деда:

— Здравствуй, Тан. Сегодня на заседании правительства твой отец должен был выступать с докладом. Однако он не явился. Ты не знаешь, вернулся ли он в Гиббору? Я начинаю беспокоиться.

Я тоже начал беспокоиться.

Ответил, что ничего не знаю, после чего открыл часы-коммуникатор и наговорил голосовое сообщение второму деду и бабушке, живущим в очень далёких краях:

— Здравствуйте, бабушка и дедушка. Мой папа уже покинул ваш дом? Он должен был прибыть в Гиббору, но мама и дедушка Бен говорят, что его ещё нет. Пожалуйста, сообщите, если вам что-нибудь известно.

Почти сразу прозвенело уведомление браузера.

Ответ от Мары:

«Я не против. Жду вас в пять вечера в лобби внизу. Мара».

И тут же — сообщение от бабушки и деда из далёких краёв:

«Да, он выехал к вам. Странно, что до сих пор не появился дома».

Дело принимало скверный оборот.

Вспомнился случай из детства. Тогда папа уехал в командировку в другой город и должен был вернуться поездом в семь вечера. Я поехал на вокзал его встречать. Поезд пришёл — отец не вышел. Потом пришёл следующий. Потом ещё один. А его всё не было.

В то время у меня ещё не было мобильника, и я по-настоящему запаниковал.

Только около четверти десятого папа наконец появился, объяснив, что по служебным делам пришлось немного задержаться. Мама, оставшаяся дома, была в курсе. Я — нет.

Именно после этого случая родители подарили мне первый телефон — чтобы я не волновался. И, как они тогда честно сказали, чтобы лучше контролировать меня.

Я вернулся в настоящее и открыл список контактов.

Лар Беер.

На портрете — седой голубоглазый мужчина с коротко стриженными волосами и бородой, в очках. На вид — лет пятидесяти с небольшим. Директор Гибборской службы безопасности, которая после внезапной кончины главы Департамента федеральной безопасности Конфедерации Зара Дэккара стала самой крутой спецслужбой в мире.

Как-нибудь я расскажу, как связаны ДФБ и ГСБ, а также смерть Дэккара с появлением Лара Беера в Гибборе.

Я написал:

«Господин Беер, пообщавшись с семьёй, я убедился, что мой отец пропал без вести. Прошу задействовать ваших агентов и технические средства, чтобы его найти».

Я не сомневался, что, как только он прочитает сообщение, меры будут приняты. Беер — старый друг моего отца и в каком-то смысле его коллега.

Если папу признают мёртвым…

Нет, лучше об этом сейчас не думать.

Помимо морального удара это означало бы и лишнюю ответственность. По праву наследования мне пришлось бы возглавить корпорацию — двенадцать тысяч человек, — а к этому я, признаюсь честно, пока не готов. Я был уверен, что отец жив. Скорее всего, какие-то неполадки с транспортом, зона без связи — ничего более.

Чтобы отвлечься, я открыл ресторанное приложение, которое сам же и разработал, и заказал столик на двоих в «Солнечном берегу».

Ровно в пять вечера в лобби на первом этаже нашего небоскрёба меня ждала Мара. Я успел изучить её личное дело и не сомневался, что она — моё.

Кучерявая, стройная брюнетка, чуть смуглая, как и я, с зелёными глазами.

— Здравствуйте, господин… — начала она.

— О, Мара, — улыбнулся я. — Пусть я и в верхах компании, но пока не твой босс. Обращайся ко мне на «ты» и по имени.

— Пока не босс? — она чуть нахмурилась. — Твой отец задумался об отставке?

— Не сейчас, — честно ответил я.

На этом свидании мне хотелось отвлечься от тревожных мыслей об отце. Но они, как назло, лезли в голову одна за другой.

— Пойдём, — сказал я и попытался взять Мару за руку.

Она мягко, но решительно убрала ладонь.

Ничего. Пара свиданий — и она станет куда сговорчивее.

За семь минут мы дошли до ресторана. Я занял заказанный столик и жестом пригласил спутницу присесть, после чего открыл меню.

— Учти, — сказал я, — я веган, так что животных продуктов заказывать не буду.

— Да, модная тенденция среди богачей, — усмехнулась Мара. — И давно ты стал веганом?

— С рождения, — улыбнулся я. — Лет двадцать назад мы были в диковинку, а сейчас в республике каждый третий — вегетарианец, каждый десятый — веган.

— Значит, и твои родители ещё в конце восьмидесятых веганили?

— Верно.

— Они ведь беженцы из Конфедерации, не так ли?

— Да. Как и мой дед. Моя семья была диссидентами, вот и пришлось бежать в имперскую Гиббору. А потом случилась революция, передел собственности, и отец основал нашу фирму…

В этот момент к столику подошёл официант.

— Сударь, сударыня, что будете заказывать?

— Пожалуйста, салат «Весенний» и плов с сейтаном. Каждому. И бутыль вина «Жемчужина Запада».

— Будет исполнено, — официант почтительно поклонился и удалился.

— А что такое сейтан? — поинтересовалась Мара.

— Продукт из пшеничного белка, — ответил я. — По вкусу напоминает мясо, а по питательности ему не уступает.

— «Жемчужина Запада»… — Мара взглянула на карту вин. — Эта бутылка стоит половину моей зарплаты.

— Тогда тем более стоит попробовать, — улыбнулся я. — Чтобы потом рассказывать коллегам, как штатный психолог развёл ведущего разработчика на дорогой ужин.

— Ах вот как? — она прищурилась. — То есть это я тебя развожу?

— Конечно. Я же наивный программист.

Она рассмеялась.

— Ладно. Тогда берём. Но если я завтра просплю работу, скажу, что это корпоративная необходимость.

— Договорились.

Мы подняли бокалы.

— За знакомство? — предложил я.

— За знакомство.

Вино оказалось действительно хорошим — густым, тёплым, с пряным ароматом. Разговор постепенно становился легче. Мара рассказывала о своей прошлой работе в частной клинике, я — о первых приложениях, которые писал ещё в младшей школе.

— Серьёзно? В шесть лет? — она покачала головой. — Я в шесть лет только научилась не путать правый ботинок с левым.

— У меня тоже были свои сложности, — сказал я. — Например, я долго не понимал, зачем людям нужны будильники.

— Потому что нормальные люди не живут по расписанию серверов, — парировала она.

Мы оба рассмеялись.

Когда первая бутылка закончилась, она сама подняла карту вин.

— Слушай, — сказала она. — Раз уж я сегодня дегустатор за твой счёт… может, ещё бокал?

— Я начинаю подозревать, что менеджеры по персоналу специально нанимают людей с такими навыками, — сказал я.

— Конечно. Это часть отбора.

Я заказал вторую бутылку.

Через некоторое время Мара заметно расслабилась. Она не была сильно пьяна, но говорила свободнее, смеялась чаще и иногда невольно касалась моей руки, когда что-то её особенно веселило.

— Знаешь, — сказала она, — я ожидала, что ты окажешься… другим.

— Каким?

— Самодовольным мажором, который говорит только о себе.

— А я разочаровал?

— Пока нет, — сказала она и улыбнулась.

Когда мы вышли из ресторана, вечерний воздух оказался прохладным и свежим.

Мара на секунду остановилась.

— Кажется, я всё-таки немного перебрала.

— Немного есть, — признал я. — Ты далеко живёшь?

— Нет. Снимаю квартиру в пяти минутах отсюда.

— Тогда давай я тебя провожу.

Она посмотрела на меня внимательно — будто оценивая, стоит ли доверять.

Потом кивнула.

— Хорошо.

Мы свернули в тёмный переулок…

…где нас уже поджидали трое в балаклавах, с массивными топорами в руках.

— Это он, — мрачно пробасил один из них. — GPS показывал, что он приближается.

— А ты неплохо справился, — хмыкнул другой, — нашёл по базе информацию на бабу, которая, согласно мобильным данным, была с ним рядом. Предсказуемо, что он поведёт её домой.

— Что вам надо? — спокойно спросил я. — Наличных у меня почти нет, а если вы отнимете кредитку, по первому же звонку её тут же заблокируют.

— Нет, парень, — загоготал один из бандитов. — Деньги нам не нужны. Нам нехило заплатит наниматель.

Он сделал шаг вперёд и сжал топор крепче.

— Нам нужен ты. Живой или мёртвый.

— Погоди, Котяра, — ухмыльнулся его спутник. — У нас ведь есть свидетельница…

Он повернулся к Маре.

— Девушка, вас опасно тут оставлять. Так что либо вы пойдёте с нами, либо останетесь лежать на дороге в луже собственной крови.

— Попробуйте, — прорычал я.

Благодаря ускоренному метаболизму алкоголь уже выветрился из моего тела. Мара в ужасе пригнулась. В мою сторону полетела рука с топором — я перехватил её, вырвал оружие и ударом ноги отбросил первого нападавшего к мусорному баку. Второй бросился на меня — я врезал обухом по ноге, раздробив коленную чашечку. Он рухнул, выведенный из строя. Третьего я огрел левой рукой в подбородок: его подбросило вверх на пару метров, после чего он с глухим стуком рухнул лицом в асфальт.

Мара, несмотря на сильное опьянение, смотрела на меня, вытаращив глаза. Не ожидала она, что мажор — пусть даже спортсмен — так легко расправится с тремя вооружёнными головорезами.

Но из-за помойки вышел ещё один. В руках у него был автомат Дери — напичканный электроникой, с самонаводящимся прицелом. Со стороны улицы неспешной походкой появился второй, с таким же стволом. Оба направили оружие на нас.

Мой взгляд зацепился за воротник одного из них. Значок с бойцовой птицей.

Началось.

«Петухи Питуна» добрались до Гибборы.

— Мои коллеги хотели бы, чтобы вы пошли с нами, — с лёгкой ехидцей произнёс тот, что вышел с улицы.

Двое с огнестрелом. С ними я бы справился без особого труда, будь я один: выжечь псионикой электронику в первом автомате, рвануть под ноги второму, сбить его, пока пули не успели в меня попасть, затем добить обоих врукопашную.

Проблема была в Маре.

Моё тело восстановилось бы даже после огнестрельных ранений. Для неё же одна-единственная пуля могла оказаться последней.

— Без резких движений, — продолжал первый автоматчик. — Если кто-нибудь дёрнется — стреляем на поражение. Пойдёмте с нами. А для начала — руки вверх.

Мара подчинилась. Я тоже поднял левую руку, правой обхватил её за талию и тихо произнёс в часы на языке, зародившемся в очень далёких краях:

— Код восемьдесят четыре. Телепортация. Локация — дом.

Пространство вокруг нас исказилось, словно свернувшись в трубку. Вспыхнул яркий свет — и тут же погас.

Мы оказались на моей огромной двуспальной кровати.

Мара испуганно закричала:

— Что происходит?! Где мы?!

Харрада… дважды харрада.

Она уже знала слишком много.

Мои боевые навыки ещё можно было объяснить годами жёстких тренировок. Но телепортация не укладывалась ни в современные технологии, ни в её картину мира.

Я поднёс руку к её шее, ощущая, как наши нервные системы соприкасаются и сливаются. В её мозг ушёл усыпляющий импульс.

Готово.

На полчаса она вышла из строя — по крайней мере, вопросов больше не будет. Я достал из кармана связку ключей, открыл верхний ящик стола и извлёк ампулу-шприц. Укол — точно в плечо.

Эликсир забвения. Он начисто стирал воспоминания о событиях последних пятнадцати—двадцати минут. Когда Мара очнётся, провал в памяти легко будет списать на алкоголь.

Я ходил по комнате, по своей вилле, наматывая круги и обдумывая, что скажу, когда она придёт в себя. Спустя примерно двадцать пять минут Мара открыла глаза.

— Тан?.. Где я?.. Как я сюда попала?..

— Ты у меня дома, — развёл руками я. — Добро пожаловать на мою виллу. Ты перебрала. Я не мог сесть за руль, вызвал такси, но как только мы приехали, ты отключилась.

— Надеюсь, ты не изнасиловал меня, пока я была без сознания? — недоверчиво спросила она.

— Нет, — ответил я. — Ты как легла в одежде, так в ней и осталась.

Мара нахмурилась, но промолчала.

— Выпей вот это, — сказал я, доставая из второго ящика стола таблетку и направляясь на кухню за стаканом воды.

— Что это?

— Разработка спецслужб. Снимает симптомы опьянения и похмелья.

Она проглотила таблетку и запила водой. Лекарство подействовало почти мгновенно: Мара выглядела уставшей после тяжёлой смены, но уже не пьяной.

— Я вызову тебе такси, — сказал я, доставая смартфон.

Я был уверен, что после нашего внезапного исчезновения боевики либо скрылись, либо их уже забрала жандармерия.

Когда машина подъехала, я помог Маре сесть внутрь, после чего отправил сообщение главе ГСБ:

«Господин Беер, прошу отследить GPS-сигналы устройств, находившихся вблизи моего положения около получаса назад. Группа неизвестных пыталась похитить меня и девушку, которую я провожал. Предполагаю их причастность к исчезновению моего отца».

Закончив, я почувствовал, как наваливается усталость.

И почти сразу уснул.

Глава 2

С утра я получил сообщение от Лара Беера:

«Тан, смартфоны напавших на вас были обнаружены на помойке. Они числились в базе краденых и, очевидно, использовались лишь в этой акции. Мои люди разыскивают их покупателя — скорее всего, посредника, который может вывести нас на заказчика».

Домой меня перенесла телепортация, а вот машина так и осталась у офиса. Появляться там тем же способом не хотелось — слишком много лишних глаз, слишком много случайных свидетелей. Пришлось вызывать такси.

Пока машина ползла по утренним улицам, смартфон коротко звякнул. Новое письмо. Я открыл почту — и мысленно выругался.

Мара.

«Тан, я, конечно, слышала, что ты — загадочный персонаж, но, может, объяснишь, что на самом деле произошло вчера? Кто были те люди, что напали на нас, и как я оказалась в твоей постели?»

Она не должна была помнить про бандитов.

Я быстро набрал ответ:

«Люди? Какие люди? Какое нападение? Ты перебрала вчера, но я не думал, что у тебя уже белая горячка. Напоминаю: я вызвал такси ко мне домой, а потом ты вырубилась. Может, приснилось чего?»

Ответ пришёл почти сразу:

«Не держи меня за дуру. Я помню больше, чем ты думаешь. И всё ещё жду ответов. Мы как-то перенеслись от моего дома к твоему. И вот доказательство — скриншоты из моей GPS-программы со смартфона, с отчётом по времени и месту».

Я открыл вложения. Чёткая линия маршрута — и резкий обрыв. Несколько секунд пустоты. А затем новая линия, уже от моего дома.

Чёрт.

Я написал:

«Это не тема для переписки. Поговорим лично. Заходи в мой кабинет».

Когда я вернулся в офис, прошло всего несколько минут, прежде чем в дверь постучали.