Узнаешь, кто я?
- -
- 100%
- +
На лекции Айрин всегда старалась не отвлекаться ни на что и внимательно слушала преподавателя, поэтому телефоном не пользовалась и ставила его на беззвучный режим. После окончания занятия достала его, посмотреть который час. Значок входящего сообщения на почте не на шутку ее встревожил. Адрес отправителя в этот раз был другой, или, по крайней мере, она так думала. Глаза быстро пробежались по присланной строчке, прочитав ее, Айрин побледнела и чуть не выронила телефон из рук.
– Ты так безмятежно спишь, словно маленький ребенок. Я не мог оторваться! – фраза, от которой веяло чем-то пугающим.
Шутка была это или нет, но на Айрин это подействовало. От мысли, что кто-то был в ее доме ночью и смотрел на нее спящую, возникала дрожь. В этот раз она решила ответить неизвестному отправителю.
– Если ты не в курсе, то это называется преследование, а за это посадить могут! Прекращай эти глупости, если не хочешь, чтобы я обратилась в полицию! – она услышала голос, подходившей к ней Бетани и быстро спрятала телефон.
– Айрин, пойдем, опаздываем уже! Ты бледная, опять плохо ела? – спросила, подошедшая к ней Бет, внимательно всматриваясь в ее лицо. Айрин решила сказать подруге про сообщения, собравшись с мыслями, рассказала о ночном письме, что оно пришло сразу, как только подошла к компьютеру, а утром его уже не было. Бетани с тревогой выслушала ее, но потом успокоила, сказав, что вчера был тяжелый день, и ей самой снилась всякая чушь, и казалось, что за окнами кто-то бродит. К такому же выводу Айрин пришла сегодня утром, но другое сообщение ставило эту теорию под сомнение. Она собралась сказать Бет об этом, но пришло еще сообщение. Открыв его, она побледнела еще больше.
– Я знаю, где живут и чем занимаются твои друзья. Ты их очень любишь. Поэтому пока молчишь ты, с ними будет все хорошо.
– Что там? – заинтересованно спросила Бети и пыталась заглянуть в телефон, но Айрин быстро закрыла почту и поторопилась ответить.
– Снова смс о распродаже!
– Меня тоже достают каждый день! – сказала Бетани, закатив глаза от недовольства. – Так что тебе прислали в письме?
– В каком? – рассеяно спросила Айрин.
– Которое ночью пришло на почту? – подозрительно глядя на нее, вытягивала Бетани.
– Спросили, что мне приснилось, – говорила Айрин, осматриваясь по сторонам.
– Скорее всего, тебе действительно приснилось это. А больше писем не было? Ты расстроенная какая-то!
– Нет, не было, я просто… все хорошо, идем, расскажешь мне о вчерашнем вечере, – быстро перевела тему Айрин и убрала телефон подальше в сумку.
Они пошли взять по стаканчику своего любимого кофе и постоять немного на свежем воздухе, ведь на следующее занятие нужно было спускаться в «Подвал».
– Он заинтересовался тобой, – начала осторожно Бетани.– Пытался узнать о тебе побольше, – воодушевленно сказала она, осторожно поглядывая на выражение лица подруги.
– Мне так не показалось, ну.., что заинтересовался, – отвечала Айрин. Она была напряжена и сосредоточена. Тот факт, что сообщение пришло, когда говорила о нем с Бетани, невольно навел на мысль, что отправитель наблюдает, и возможно находится неподалеку. Она приглядывалась к каждому, высматривая что-нибудь подозрительное, но в такой момент все казались под подозрением.
– Ну, он же хотел сначала узнать о тебе немного, чтобы сразу не спугнуть. Он подготовился, выяснил все, что нужно, чтобы впечатлить тебя. Кстати спрашивал, что тебе нравится больше всего в парнях, – на этой фразе Бет почувствовала себя, будто виноватой и стала нервно теребить мочку уха. Она всегда делала так, когда что-нибудь натворила, и придумывала, как оправдаться.
– Ты ему сказала? – с серьезным видом спросила Айрин, разглядывая странного мужчину в кепке, которая закрывала пол лица.
– Понимаешь, я просто хотела его предупредить, – все так же виновато говорила Бетани.
– О том, что со мной все сложно, и чтобы он не тратил свое время? – Айрин перевела взгляд на подругу, потеряв интерес к мужчине, когда к нему подошла девушка, и они под руку отправились по своим делам.
– О нет, ты не так поняла! Я предупредила его о том, что ты очень ранимая после одного случая. Не волнуйся, все подробности я пропустила. Просто сказала ему, что если ты и правда ему так понравилась, пусть будет абсолютно честным и открытым с тобой и наберется побольше терпения! – на последних словах она глубоко вдохнула, выдохнула и опустила глаза в землю.
– Бет, расслабься! – Айрин взяла ее за подбородок и, подняв ее голову, посмотрела нежно в глаза.– Я не злюсь на тебя, ты хотела сделать лучше для меня. И правильно сделала, что предупредила Йена, может его это отпугнет, и мы избежим лишних проблем! – она улыбнулась, но в ее голосе прозвучала нотка не присущей ей стервозности.
– Не говори только, что он тебе не понравился! Или это снова твоя броня активировалась? Никто не заставляет тебя жить с ним долго и умирать в один день! Попробуй узнать его поближе для начала. Ты же совсем разучилась общаться с парнями.
– Я общаюсь с парнями! – сказала возмущенно Айрин, надув губы и слегка прищурив глаза.
– Не спорю, общаешься! Об учебе, книгах, фильмах, космосе, о чем угодно, но не замечаешь, как они вожделенно на тебя смотрят. Боятся заикнуться о свидании наедине, потому что ты видишь во всех только друзей. Вокруг тебя уже огромная черная френдзона образовалась, и скоро она тебя засосет безвозвратно! – Бет всегда задевала эта проблема, она тщетно пыталась третий год вытащить подругу из этой трясины, уже патологической фобии отношений, но Айрин упиралась в невидимый дверной косяк руками и ногами.– Просто дай ему шанс, я верю, он хороший человек! – умоляюще сказала Бети.
– Я об этом обязательно подумаю, обещаю, – ответила сухо Айрин, допивая свой кофе. Но как бы приятно от этого разговора ни было, мысли были заняты другим вопросом.
– Отлично, но я надеюсь, ты мне это сказала не для того, чтобы я отстала, – весело сказала Бетани, и они отправились на учебу.
Айрин не была обделена мужским вниманием, но после разрыва с парнем три года назад, все попытки молодых людей затащить ее на свидание заканчивались провалом. Это были ее первые отношения. В школьные годы отношения с мальчишками она не считала серьезными и настоящими. Как и сейчас, все парни были ей просто друзьями. Любовь в эти годы считала еще чем-то незрелым.
С Брентом познакомилась, когда ей было восемнадцать, и поняла тогда всю силу взрослой любви. Еще юная и доверчивая девушка, окутанная с ног до головы нежностью и заботой любимого, не представляла даже, как близкий человек может так поступить. Строить планы на совместное будущее, говорить о том, что жить без нее не может, а потом трусливо воткнуть нож в спину.
После двух лет замечательных отношений, когда подходило время поступать в медицинскую школу, после получения степени бакалавра, Брент сообщил ей, что поступит в другом штате, родители нашли школу дешевле, а институт Вашингтона они не потянут. Айрин осознавала, что вместе они уже не будут. Молодые люди, познающие что-то новое, просто не смогли бы выдержать расстояния. Поняла его, и препятствовать этому не стала, хоть на сердце было тяжело. Но эту боль она смогла бы пережить, если бы не узнала, что Брент уже три месяца встречался с другой девушкой и они вместе приняли решение поступать в другом штате. Он никак не мог набраться смелости признаться ей. Боялся сделать очень больно, не осознавая, что тем самым сделал только хуже. Это разрушило ее представление о счастье, только пережив странный развод родителей, снова получила от жизни удар под дых. После всего этого ей пришлось долго посещать психотерапевта и месяцами пить антидепрессанты, но страх отношений так и не прошел. Айрин уже не надеялась, что сможет побороть его, пройти сквозь невидимую стену в своем сознании, и впустить кого-то в свой мир. Встретив Йена, ей показалось, что это возможно, стена дала трещину и может обрушиться, выпуская ее на свободу. Но эта мысль была мимолетной и трещина снова затянулась. Все —таки дать себе и ему шанс стоило, ведь никто не заставлял их быть вместе на века, как сказала Бетани.
Во время занятия Айрин была мысленно где-то далеко. Столько событий и все надо было осмыслить. Одновременно два разных момента, одно напугало, другое порадовало. Если об одном событии продолжала думать, то размышления о другом, о непонятном сообщении, постепенно улетучивались. Весь город переполошился после новостей о том, что появился убийца, которого нереально найти. Кто-то боялся, а кому-то это был отличный повод поиздеваться над друзьями или наоборот врагами. Среди Айрин были такие, которые любили «черные» шуточки. Чудики, которые хорошо разбирались в компьютерах, и вполне могли отправить страшные письма Айрин, чтобы взбодрить ее. Она решила разузнать об этом позже и устроить им хорошую взбучку, а пока сосредоточилась на приятных мыслях.
Периодически Айрин ловила на себе взгляд Йена, и каждый раз невольно смущалась и отворачивалась в другую сторону.
– Есть в тебе что-то загадочное, Йен Ричман, – подумала, встретившись, наконец, с ним глазами. От его взгляда она замирала, а в этот раз почувствовала, как сердце бьется о грудную клетку так, что казалось, этот стук слышат все. Она тут же сделала вид, что внимательно слушает профессора, и пыталась успокоить разбушевавшийся орган.
Из института они выходили уже поздно, Айрин предложила отвезти Бетани домой и она с радостью согласилась.
– Надеюсь, с моей малышкой разобрались, – улыбаясь, сказала Бетани и шла чуть ли не вприпрыжку, настроение ее просто зашкаливало, ее продолжала радовать новость о практике в больнице Баркса.
– Айрин! – послышался голос Йена, где-то позади. Она остановилась и обернулась. Он уверенно приближался к ней, придерживая одной рукой сумку на плече.
– Я подожду в машине, дай ключик! – радостно сказала Бет и, выхватив ключ от машины, быстро удалилась.
Айрин почувствовала, как ее ладони от волнения становятся влажными, а ноги мягкими. Йен подошел и извинился, что задерживает ее. Он пронзал ее своим магическим взглядом и приятно улыбался. Она не могла понять своих ощущений в его присутствии, они колебались от тревожных до трепетно-волнительных.
– Я знаю, что у нас напряженная неделя и предстоящая практика лишит личного времени, но у меня есть пара билетов на французский фильм «Теория и реальность». Сможешь уделить время шедевру двадцатого века?
В голове у нее тут же началась паника. Пойти с ним или отказаться? Если пойти, то значит, будет свидание. Свидание! Она не была готова к этому так быстро.
– Я читала о нем, замечательный фильм! Но неделя и правда тяжелая, нужно много готовиться, – грустно ответила, в душе ненавидя саму себя за нелепый отказ. Йен посмотрел на нее с подозрением, но лишь весело улыбнулся.
– Поэтому сеанс в субботу вечером. Ну, не заставляй меня идти в одиночестве! – он смотрел на нее с надеждой, которую не хотелось рушить.
– В субботу можно, – ответив ему милой улыбкой, сказала Айрин. От этих слов Йен просиял и сказал, что заедет за ней в семь вечера.
Айрин не могла никак поверить, что согласилась за столько лет на свидание, хотя еще сомневалась, а свидание ли это вообще. В порыве внутренней паники, хотела тут же окликнуть его и сказать, что вспомнила о каком-нибудь важном деле в субботу, но пути назад не было, придумывать отговорки уже не стала. Неподдельная радость Йена не позволила сделать этого, и она смирилась с мыслью о предстоящей встрече. К тому же Бетани настаивала, значит, увидела в нем хорошего парня, а ее чутье на людей никогда не подводило.
– Просмотр фильма не обязывает еще к отношениям, – успокаивала себя Айрин.
Она отвезла Бетани домой, по дороге они как всегда непринужденно разговаривали обо всем на свете, такие разговоры с подругой были для Айрин лучшим успокоительным средством. Они пели песни, смеялись и в этот момент все проблемы отходили на второй план. Попрощавшись с Бетани, она поспешила домой, нужно было столько всего прочесть и снова готовиться к тестам, которые были чуть ли не каждый день. Нагрузки стали невообразимыми, от студентов стали требовать в разы больше подготовки, что было неудивительно перед началом больничных практик. Хорошие теоретические знания надежный помощник студенту в суровой больничной жизни.
Айрин старалась практиковаться каждый год, даже если это было не запланировано в учебной программе, помогала в больницах как волонтер, наблюдала за работой врачей, ухаживала за пациентами, это помогало ей почувствовать и осознавать всю важность будущей работы. Скоро ответственность за чужие жизни ляжет и на нее, и она хотела быть к этому максимально готова.
Глава 6
Когда добралась домой, было уже совсем темно. Хоть улица и освещалась светом фонарей, но вокруг было много высоких деревьев, которые крали половину этого света. Каждый дом был объят пока еще зелеными кронами. Дом Айрин был особенно скрыт, ведь казался не таким огромным по сравнению с домами соседей. Как всегда было тихо. Здесь жили в основном семейные люди, только она жила одна, не стала заводить даже собаку, чтобы лишний раз не отвлекаться от учебы. Соседи к ней хорошо относились, ведь Айрин всегда была приветлива и интересовалась как у них дела, причем довольно искренне, что им особенно и нравилось в ней.
Айрин подошла к двери и дернула за ручку, поняла, что снова забыла запереть дверь. Это случалось с ней часто, но она не боялась даже спать с открытой дверью. Район был довольно спокойный, за все время не было случаев краж, проникновений и уж тем более убийств, поэтому чувствовала себя тут в безопасности и позволяла себе такую невнимательность. Заходя внутрь, никогда не включала свет сразу, небольшого освещения с улицы вполне хватало, чтобы пройти в гостиную и включить там любимый настенный светильник около камина. Его купила мама, когда приехала первый раз в гости после поступления, ей понравилась его необычная форма, квадрат в квадрате. Стекло было толстое и матовое, от этого в гостиной был приятный рассеянный свет. Алкоголь в доме Айрин держала лишь для гостей, поэтому красивые бутылки пылились на небольшой барной стойке, рядом с чистым графином с минеральной водой. Придя домой, она наливала себе стакан воды, и садилась на диван, чтобы немного отдохнуть. Гостиная была для нее перевалочным пунктом в большом доме, ей там было комфортно и уютно, даже уютней, чем в своей спальне. После небольшого отдыха она поднималась наверх и занималась обычными, каждодневными делами, учеба, душ, подготовка ко сну. Не оставалось даже сил посмотреть фильм или почитать какой-нибудь легкий непринужденный роман. После всех выполненных дел, безумно уставшая, она рухнула в постель. Практически засыпая, вспомнила, что хотела написать друзьям, чтобы они прекращали свои шуточки. Повертев телефон в руках, кинула его рядом на кровать. Не было сил связать и двух слов, поэтому разгром перенесла на завтра, повернулась на любимый правый бок и через пару секунд крепко заснула. Проваливаясь во сне в воздушные ямы, уже стала подергивать рукой, но ее путешествие прервал звук входящего сообщения. Она закрытыми глазами нащупала свой телефон и, открыв один глаз посмотрела, кто ее потревожил. На имейл пришло новое письмо. Айрин разозлилась.
– Они никак не успокоятся! – возмущаясь, открывала письмо.
– Как сильно ты любишь свою жизнь, Айрин Барских?
Это было последней каплей ее терпения, мало того, что разбудили, так еще и какую-то ерунду присылают. Она недолго думая написала гневный ответ.
– Если ты не прекратишь мне писать всякую чушь, то сам свою жизнь перестанешь любить! Лучше поиграй в свои дурацкие онлайн-игры или хакни НАТО, только отцепись от меня, Питхе, Томми или кто? Райан? Я доберусь до вас, друзья называется!
Она с силой ткнула пальцем на отправку сообщения и швырнула телефон обратно на кровать рядом собой. Отвернувшись на другой бок, пыталась продолжить свой сон. Но звук еще одного сообщения не дал этого сделать. От ярости у нее закололо в пальцах ног. Собралась звонить кому-то из них, но прочитав письмо немного остыла.
– Питхе, Томми, Райан. Я знаю их, но это не они. А ты знаешь моих друзей – Тейлор, Джейсона, Криса?
Айрин задумалась, кто они такие, и вдруг почувствовала, что внизу живота зародилось чувство страха. Крис Робсби, молодой человек, третья жертва «Призрачного» убийцы, тело которого они вскрывали недавно. Тут в ее памяти всплыл его образ с непринужденной улыбкой. Она просто приросла к кровати, что ей делать не знала. Позвонить в полицию на горячую линию или сразу в службу спасения могло быть рискованно. Он знал все, что она делает, и вполне вероятно прикончил бы, не успев, она набрать девятьсот одиннадцать. И непосредственно самой идти утром в отделение полиции было бы ошибкой, учитывая его угрозы в адрес ее друзей и возможностью каким-то образом стирать улики. Внутри у нее была бешеная суматоха, но внешне признаков испуга не подавала. Просто лежала неподвижно и лишь глаза бегали из стороны в сторону, принимая решение. Немного успокоив мозговой штурм, написала сообщение.
– Я догадываюсь кто ты! Но мне непонятны твои письма. В чем их смысл? – она приготовилась ожидать ответ, но он не заставил себя долго ждать.
– Чтобы ты знала, что я рядом и начинала готовиться. Ты не ответила мне, как сильно любишь свою жизнь!? Я должен знать…
Что можно было на это ответить, она не представляла, все еще не до конца веря в серьезность этой переписки.
– Я люблю свою жизнь, разве есть те, кто говорит иначе? К чему мне надо готовиться?
– Доказать действием свои слова. Узнай, кто я и будешь жить…
После этих слов у нее пересохло в горле. Она явно общалась с психом, который просто так не отступает и уже считает ее частью своей безумного плана.
– Как же мне это сделать? – написала она, но ответов больше не было.
Сон ушел, и возвращаться не собирался. Айрин встала с кровати. У нее не было ничего такого в комнате, чем можно было защититься, поэтому вооружившись увесистой настольной лампой, рискнула обойти дом. Она прислушивалась ко всем звукам в доме, но стояла пугающая тишина. Слышно было только звук ее осторожных шагов. Прокрадывалась медленно по стеночкам, перед каждым поворотом захватывало дух, казалось, он мог выпрыгнуть, откуда угодно или вообще оказаться сзади, как в фильме ужасов. Она поэтому боялась повернуть голову, ощущение как в детстве в темноте, если закрыть глаза то монстры исчезнут, так и сейчас, если не повернется, он и не появится. От страха быстро сбежала по лестнице в гостиную, включила свет, забралась на диван и так просидела до утра, размышляя об их разговоре.
Найти того, кого не могут отыскать даже копы, было заранее неудачной перспективой. Он словно издевается, якобы дает шанс, но на самом деле никакого шанса нет, это часть его фантазии или игры, которую он придумал в своей больной голове. Айрин считала, что на это способен лишь психопат, ведь кому еще так необходимо изучать своих жертв, тратить свое время на запугивания и слежки. На предыдущих людей он тратил месяц на каждого, и она, уставившись в камин, наконец, осознала, что станет следующей «октябрьской» жертвой, так молодежь в институте прозвали между собой будущего убитого, в случае провала расследования. А это значило, что время еще есть и можно что-то предпринять, к тому же за это дело взялись агенты ФБР, и у нее появилась надежда, что к концу данного срока его найдут и закроют надолго.
Вот так сидела и думала, пока под самое утро сон захватил ее в свой плен. Долго поспать не получилось, спустя час ее разбудил телефонный звонок. Она подскочила, показалось, что это снова сообщение на почте, но увидев, что звонит подруга, успокоилась и кое-как сделав голос пободрее, ответила ей. Бетани предупредила, что с машиной все в порядке, доберется сама и попросила не опаздывать.
Айрин чувствовала себя разбитой, просидев в одной позе на диване, от этого все мышцы затекли, а по ногам будто бегали колючие ежики. Умывшись ледяной водой, выпила крепкий кофе, хотела позавтракать, но завтрак не полез ей в горло. Быстро собрав волосы в хвост, надела джинсы и обычную бежевую рубашку, тратить силы на поиск наряда в гардеробе не хотелось, да и мозги еще не соображали нормально после веселой ночи. Сегодня, выходя из дома, она не забыла включить сигнализацию и запереть за собой дверь.
Глава 7
За несколько дней Айрин больше не получила ни одного сообщения от «Призрачного». Это ожидание чего-то неизвестного были хуже, чем его послания. Просыпаясь утром и засыпая по ночам, ждала, когда же он сделает первый шаг или так и будет присылать сообщения раз в неделю, с напоминанием, что времени остается мало. Или просто хочет посмотреть, как она от страха забьется в угол и будет дрожать, как той-терьер от звука собственного лая. Такого удовольствия Айрин не хотела ему доставлять, принципиально. Хотя ей было очень страшно, но больше от его молчания.
После лекции посмотрела в телефон, сообщений по-прежнему не было, но был пропущенный звонок от отца. Они давно не созванивались, у обоих, как всегда было много дел, Айрин решила позвонить ему после занятий.
За все свои годы она была в Москве всего один раз, когда была еще маленькой девочкой. Ей настолько там понравилось, что чувство восторга пробивалось каждый раз, как вспоминала об этой поездке, даже спустя столько лет. Тут ее осенила потрясающая мысль. Зачем сидеть и что-то предпринимать, когда можно просто уехать в Россию. «Призрачный» наверняка там ее не достанет, а вернувшись через какое-то время, сменить и жилье, и даже внешность. Айрин стало немного легче от этой идеи. Убийце пришлось бы долго ее там искать. А если бы и нашел, то близко подобраться не получилось бы. Стоило только намекнуть отцу, что ей кажется, как за ней следят, то вокруг нее ходила бы армия крепких, хорошо обученных головорезов. А в особняк за высоченным забором и комар не пролетит незамеченным. В любом случае это было лучше, чем через месяц оказаться в «Подвале» на столе, перед кучей ошарашенных студентов, как некогда Крис Робсби.
Не успела она оглянуться, как неделя пролетела, вот и пятница заканчивалась. Все дни были загружены под завязку семинарами, лекциями, даже не было времени нормально пообщаться с Бетани и Йеном, хотя Айрин старалась этого избегать. Бетани хорошо ее чувствовала, она поняла бы, что подруга изменилась и чем-то обеспокоена, да и пришлось бы сказать об отъезде на неопределенное время, а расстраивать ее заранее не хотела.
Они выходили из аудитории, как незаметно подошел сбоку Йен, и спросил, не передумала ли она идти в кино. От неожиданности она вздрогнула.
– Прости, не хотел напугать! – виновато улыбнулся Йен и посмотрел на нее, нетерпеливо ожидая ответ.
Айрин вспомнила, что завтра уже суббота, и обещала ему, что пойдет, но ее словно что-то тормозило. И этим чем-то были новые обстоятельства ее жизни. Она уговорила себя пойти и вообще жить, как ни в чем не бывало, словно это просто был кошмар, который рассеялся с рассветом.
– Да, идем, конечно. В семь я тебя жду! – сказала она и попыталась натянуть улыбку, но получилось немного нелепо. Йен сказал, что не опоздает, приобнял на прощание и радостно зашагал в сторону своего Форда. Айрин проводила его взглядом, достала телефон и пошла в тихое место, чтобы позвонить отцу. Он долго не подходил к телефону, она уже собралась отключаться, как услышала в трубке родной голос.
– Привет, доченька! – радостно сказал папа по-русски.
– Привет, пап, я тебя не отвлекаю? – она очень плохо говорила по-русски, но с отцом пыталась говорить на этом языке, чтобы сделать ему приятно.
– Для тебя я всегда свободен. Ты давно не звонила, и я не стал тебя беспокоить, ведь у вас много занятий, ты мне говорила. Как ты, все в порядке?
– Да, все хорошо. Соскучилась сильно… – сделала небольшую паузу, собраться с мыслями. – Пап, я тут подумала… ты не будешь против, если я приеду к тебе на какое-то время? – немного неуверенно спросила она, ведь такой вопрос, был противоречием того, что у нее действительно все хорошо. Отец знал, что учеба для нее сейчас на первом месте и нужен реально серьезный повод, чтобы пропустить занятия. Этого она и ожидала, отец заволновался не на шутку.
– Что случилось, тебя кто-то обидел, ты здорова? – запереживал отец. Айрин представила, как он сейчас нахмурил брови, мысленно уничтожая обидчика дочери.
– Серьезно, все хорошо. Я давно тебя не видела, а потом будет еще сложнее выбраться. Лучше я сейчас приеду, а занятия отработаю потом, – пыталась говорить спокойно и уверенно, чтобы успокоить папу.
– Я буду только рад, когда тебя ждать? Может за тобой прислать человека? – ее спокойствие передалось и ему, он перестал переживать и даже повеселел от предстоящей встречи с дочкой.
– Ты же знаешь, что я этого не люблю. Я закажу билеты на ближайшее время и сообщу тебе. Ладно, папуль, мне пора ехать, а то будет поздно. Люблю тебя, до встречи! – с теплотой в голосе попрощалась она.