Обманутые ожидания

Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

1

Грациозно изогнувшись, Кристи Адамс с изумлением и негодованием смотрела на свою ногу. С самой ногой все было в порядке, но вот с плотно обтягивающим ее полупрозрачным лайкровым чулком – нет. Прямо под изящной коленкой зияла отвратительная дырища, с каждым мгновением все больше и больше увеличивающаяся в размерах.

В принципе, в самой дыре ничего страшного не было – в тумбочке у Кристи всегда лежала наготове запасная пара чулок с кружевными силиконовыми подвязками, причем ей даже второй чулок менять бы не пришлось – она, как каждая практичная американка, всегда покупала несколько одинаковых пар, – но в настоящую минуту до своего рабочего места ей было не добраться. Никак.

Ее начальник, грозный и безжалостный мистер Симпсон, как видно, посмотрел сегодня еще одну дурацкую серию про самого себя в мультяшном исполнении, потому что был недоволен исключительно всем. Все сотрудники их немаленького отдела ходили на цыпочках и говорили только шепотом, дабы не привлекать к себе чреватого неприятностями внимания босса. И когда он послал Кристи на двадцатый этаж к личному референту президента компании «Энтерпрайз глобал» с подготовленным и уже распечатанным докладом, настоятельно подчеркнув, что отнести его нужно срочно, возвращаться назад из-за драного чулка было смерти подобно. Во всяком случае, на подобное ослушание она не осмелилась бы никогда. Приходилось искать выход незамедлительно.

Завернув за угол длинного пустынного коридора с заглушающим шаги серебристым ковровым покрытием, Кристи оглянулась, убедилась в своем полном одиночестве и, положив доклад на пол, принялась стремительно скатывать чулки с ног. Конечно, в их фирме царил строжайший дресс-код и хождение в офисе с голыми ногами запрещалось категорически, но кожа у нее загорелая и, если не приглядываться, не поймешь, что она нарушает правила.

Приготовившись стянуть с пятки второй чулок, Кристи почувствовала, что она уже не одна. Обернувшись, покраснела до самых кончиков волос: за ней внимательно наблюдал стоявший позади потрясающий мужчина. Несмотря на то, что Кристи была вне себя от стыда и досады, она все-таки чисто по-женски отметила и его высокий рост, и широкие плечи, и подтянутую спортивную фигуру. Над насмешливо смотревшими на нее пронзительными серыми глазами выделялись ровные, чуть приподнятые брови. Густые черные волосы украшала модная стрижка. Черты его красивого лица напомнили ей известного киноактера из недавно виденного ею старого французского фильма.

Кристи рывком сдернула чулок с ноги и, сделав неловкий извиняющийся жест, жалко пролепетала:

– Вот, пришлось…

При этом она, не зная, куда девать скатанные чулки – на ее короткой черной юбке и белой, в обтяжку, блузке не было ни одного, даже микроскопического, карманчика, – машинально запихала их в лифчик: она всегда так прятала носовой платок или десятку долларов на всякий случай. А куда еще можно деть необходимые вещи, если служебный костюм такой неудобный?..

Мужчину же этот ее необдуманный жест заставил чуть сощурить глаза, засмеяться и произнести:

– Я и не подозревал, что снимать чулки в офисе посреди коридора – жутко сексапильное занятие. А уж засовывать их в подобное место для мужчины вообще смерти подобно. Вы это специально устроили, чтобы до чертиков меня завести?

Кристи вконец растерялась и бестолково захлопала длинными ресницами. Остро чувствуя на себе оценивающий мужской взгляд, она покраснела еще сильнее. Казалось, еще немного – и она вспыхнет как спичка. В подобных ситуациях Кристи всегда чувствовала себя жалкой недотепой и сейчас лишь молча смотрела на лукаво посмеивающегося незнакомца, пытаясь сообразить, что же ему ответить.

Наконец он смилостивился и спросил уже вполне благожелательным тоном, пряча в глазах огоньки заинтересованности:

– Откуда вы, милое дитя?

– Из Берлингтона, штат Вермонт. Это на северо-востоке Соединенных Штатов, там у нас удивительные озера и очень много красивых мест… – Кристи не понимала, почему отвечает на его вопросы, как примерная ученица на уроке географии, но остановиться не могла.

Теперь незнакомец засмеялся уже в полный голос. У него даже морщинки собрались вокруг глаз, делая его холодное лицо с отпечатком усталого всезнания моложе и сострадательнее.

– Я не о том. Я имею в виду – из какого вы отдела и как вас зовут?

Чуть поморгав, она ответила:

– Я Кристина Адамс, работаю у мистера Симпсона. – И только тут, спохватившись, вскрикнула: – Я же опаздываю, мне давно уже нужно было передать доклад! – и бросилась бежать, не оглядываясь больше на снисходительно улыбавшегося ей вслед незнакомца.

Остановившийся на двадцатом этаже лифт недовольно выплюнул ее в огромное, устланное серо-синим ковром фойе с серебристыми холодными стенами. Прямо перед ней оказалась темная дверь из настоящего дуба, ведущая в приемную компании, с массивной, внушающей глубокое почтение золотой табличкой с именами президента и вице-президентов, располагавшихся на этом же этаже. У Кристи от почтения пробежал мороз по коже, и ей ужасно захотелось обратно в свой отдел, где все было так привычно и спокойно. Какое счастье, что она здесь буквально на минуточку – только передаст доклад и быстренько удерет.

Робко отворила дверь и задохнулась от восторга – огромная круглая приемная с выходившими в нее несколькими дверями была достойна самой королевы. Одно то, что стол секретарши был из красного дерева, говорило о высочайшем статусе компании, где Кристи имела честь работать.

Чуть заикаясь, она хрипловато спросила у строгого вида сидевшей за ним женщины в дорогом темно-синем костюме с серебристой окантовкой, удивительно подходившем к окружающей ее обстановке:

– Как мне передать документы мистеру Гриффилду?

Не удостаивая ее ответом, дама взмахом узкой руки указала на крайнюю дверь. Стараясь проскользнуть мимо неприступной секретарши так, чтобы не дать той заметить свои неприлично голые ноги, Кристи мышкой проскочила в кабинет, на котором была надпись: «Личный референт президента компании».

Здесь оказалась еще одна приемная, поменьше, с молодой симпатичной девицей за большим компьютерным столом. Увидев Кристи с докладом в руках, она строго спросила:

– Где вы бродите, мисс Адамс, совещание уже через десять минут?! Я несколько раз звонила в ваш отдел, и мистер Симпсон побожился, что давно поручил вам принести приготовленный им доклад.

Даже не пытаясь рассказать о своих злоключениях, Кристи виновато опустила голову.

Услышав голоса, из своего кабинета выскочил сам личный референт президента. Мистер Гриффилд оказался еще довольно молодым полноватым человеком в очках и с сосредоточенным взглядом. Выхватив у Кристи доклад вместо благодарности прошипел:

– Где вы шатались столько времени?! – и, не ожидая ответа, чопорным кивком отправил ее обратно.

Кристи было очень неприятно чувствовать себя не стоящим внимания безгласным винтиком большой машины, но, утешая себя приятной мыслью о довольно кругленькой сумме каждую субботу приходившей на ее счет в банке, она выскочила из кабинета в общую приемную и чуть не упала – посередине комнаты стоял сам президент, Филип Гамилтон собственной персоной. Конечно, она была с ним знакома, как и любой сотрудник их офиса – его огромный портрет висел на первом этаже возле ресепшена, кроме того он лично поздравлял служащих и с Рождеством, и с Днем благодарения, – но чтобы видеть его так близко – это с ней случилось впервые.

Она снова с ужасом вспомнила про свои голые ноги и в полуобморочном состоянии подумала: а не метнуться ли ей обратно в приемную референта, сделав вид, что что-то забыла? И переждать минут пять-десять, пока не исчезнет опасность?

Но было поздно. Президент уже поднял на нее величавый взгляд. Он был видным мужчиной около шестидесяти, с импозантной, чуть седоватой гривой зачесанных назад волос, в строгом темно-сером костюме и с острым взглядом стальных глаз.

Кристи почувствовала нарастающий шум в ушах и с ужасом поняла, что вполне может грохнуться в обморок. Растянув губы в какой-то диковатой улыбке, хрипловато поздоровалась:

– Хэлло, мистер Гамилтон! – полуобморочно думая про себя: боже мой, что я такое несу!

Рядом с мистером Гамилтоном навытяжку стоял вице-президент по работе с персоналом, знакомый Кристи еще со времен ее поступления в фирму. Они все – и президент, и вице-президент, и изумленная подобным проявлением фамильярности секретарша – повернулись в сторону совершенно растерявшейся девушки и принялись молча ее разглядывать, как невиданную ими прежде букашку.

Полностью деморализованная подобным неприязненным осмотром, Кристи боком, смешно кланяясь на японский манер, обошла их и спиной выпала в дверь. Едва почуяв свободу, во всю прыть рванула к лифту, не слыша, как Филип Гамилтон с загоревшимися глазами спросил у вице-президента по кадрам:

– Кто эта забавная девчушка?

Мистер Моран, прекрасно осведомленный о нежной склонности шефа к молоденьким девушкам, немного помолчал, будто припоминая. На самом деле, обладая фотографической памятью, он прекрасно помнил всех принятых им в штат фирмы сотрудников. Просто ему не хотелось сообщать координаты этой милой застенчивой девочки сластолюбивому Гамилтону, но и лишаться вполне заслуженной славы лучшего кадровика фирмы он тоже не желал. Поэтому неохотно ответил:

– Это Кристина Адамс из отдела статистики и анализа.

Босс немного подумал, чувственно выпятив пухлую нижнюю губу.

– Ну-ну…

Его секретарша миссис Крепс, проработавшая в компании «Энтерпрайз глобал» много лет незаметно поморщилась, хорошо зная дальнейший многократно апробированный сценарий Как обычно, в конце дня босс велит ей набрать номер этой девицы и пригласит ту на ужин. С продолжением в постели, естественно. Для этих целей у босса имелась симпатичная квартирка неподалеку, на Таймс-сквер, несмотря на то что его жена считалась одной из красивейших женщин Нью-Йорка. Миссис Крепс исподволь посмотрела на самодовольного Гамилтона, с чуть заметным осуждением покачивая головой. И когда он только остепенится… Хотя в этом случае гораздо ближе к истине пословица «горбатого могила исправит»…

Довольный предстоящим забавным вечерком, Филип Гамилтон отправился в свой роскошный кабинет, не забыв дать вице-президенту пару указаний, дабы тот не забыл, кто тут главный, и миссис Крепс осталась одна. Сгоряча ей очень хотелось сделать малоприличный жест в сторону ушедшего босса, но даже такую малость она себе позволить не могла – вокруг стояли камеры слежения, фиксирующие каждый ее вздох. С привычным выражением деловитости на строгом лице она принялась разбирать пришедшую электронную почту, суетливо сортируя еловую корреспонденцию и удаляя надоевший спам.

Прибежавшую в отдел Кристи недовольный ее нерасторопностью начальник встретил у самого порога. Но едва он нудным тоном принялся читать нотацию о ее совершенно недопустимом поведении, как из его кабинета, расположенного в самом начале их стеклянного, как огромный аквариум, отсека, высунулась секретарша и сообщила, что с ним желает переговорить один из директоров, и он унесся, смешно подрагивая полноватыми ляжками.

Тягостно вздыхая и кляня про себя сегодняшний, на редкость пакостный, день, Кристи вытащила из стола новую упаковку чулок и тишком отправилась в туалет. Натянув их, изъяла из лифчика старую пару, с ожесточением швырнула ее в урну и, опасаясь вновь наткнуться на раздраженного босса, крадучись возвратилась на свое место. Принялась за работу, обобщая присланные из филиалов сводки, но скоро поняла, что работать сегодня гораздо труднее, чем обычно. Дело было не в сводках, а в том мужчине, который встретился ей сегодня в коридоре.

Его ироничное подтрунивание выбило ее из колеи, заставив задуматься о собственной внешности. Как он сказал? «Вы это специально устроили, чтобы до чертиков меня завести?» Он что, принял ее за секс-бомбу? Она негромко хихикнула. Да уж, какая из нее секс-бомба, ее и хорошенькой-то никто не назовет…

Убедившись, что босс в своем кабинете, она вытащила маленькое зеркальце и придирчиво себя оглядела. Обычно она совершала подобный осмотр с чисто прагматическими целями – проверить, не растрепалась ли прически и не блестит ли нос. Но сегодня осмотрела себя куда придирчивей, чем обычно.

Ее глаза можно было даже назвать симпатичными – немаленькие и приятного голубого цвета, а когда она сердилась или волновалась, темнели и их цвет становился ярко-синим. Нос, впрочем, немного подвел – ей бы хотелось, чтобы он был классически прямым, а не с легкой курносинкой. Зато улыбающиеся пухлые губы могли украсить любую кандидатку на звание – «мисс Нью-Йорк». Что ж, по отдельности черты ее лица были вполне ничего, но, собравшись все вместе, кажется, немного диссонировали друг с другом. Кристи надула щеки, стараясь посмотреть, не станет ли лучше, но из зеркала на нее взглянула такая смешная пухлощекая особа, что она не выдержала и беззвучно рассмеялась.

И, конечно, по закону подлости именно в этот момент к ним в комнату заглянул босс и среди множества серьезных сосредоточенных лиц сразу углядел ее веселую физиономию.

– Вам что, делать нечего, мисс Адамс, раз вы так веселитесь? Вы уже подготовили сводку? Может, тогда поможете миссис Габриель с аналитической справкой?

Спохватившись, Кристи бросила зеркало в ящик стола и, покраснев, принялась за сводку, решительно выбросив из головы мучивший ее вопрос о своем соответствии встреченному ею сегодня потрясающему мужчине. Надо признать, это ей вполне удалось, ведь давно известно, что интенсивная работа – лучшее лекарство от сердечных хворей.

К вечеру сводка была готова, и, распечатав, Кристи торжественно понесла ее боссу. Он небрежно кивнул на стоящий перед его большим столом жесткий стул для посетителей, и она плюхнулась на него, на всякий случай скрестив пальцы на руке для отвода разного рода неприятностей.

Мистер Симпсон принялся за изучение поданных ему документов, а Кристи, примостившись на самом краешке неудобного стула, встревоженными глазами наблюдала за его передвигающимся от начала к краю бумаги взглядом. Конечно, она несколько раз проверила правильность присланных ей сведений, но вдруг… Каждый раз, отдавая боссу очередную работу, она чувствовала неприятное покалывание в кончиках пальцев и ужасно переживала, боясь, что ее поймают на какой-нибудь неточности.

Но вот он закончил чтение и величественно кивнул головой, отпуская. С облегченно забившимся сердцем Кристи вскочила, готовясь убежать к себе, но тут у босса зазвонил внутренний телефон и он, взяв трубку, вдруг сделал круглые глаза и прошипел, зажав микрофон рукой:

– Останьтесь!

Кристи напряженно замерла в ожидании очередных неприятностей, ведь давно известно – как начнешь день, так его и проведешь. Похоже, эта поговорка сегодня оправдывается на все сто процентов. Но босс еще больше округлил глаза, отчего стал похож на удивленного филина, и чрезвычайно корректным тоном, каким обычно разговаривал с большими начальниками, ответил:

– Она рядом со мной. – Видимо, получив приказ передать трубку Кристи, поманил ее пальцем и небрежно сунул в руки телефон.

Ей было очень неудобно стоять в такой близости от недовольного шефа, но делать было нечего, и она боязливо протянула:

– Кристи на Адамс у телефона…

В трубке раздался сдержанный смешок и уже знакомый голос встретившего ее в коридоре красавца-мужчины произнес:

– Вы помните меня, мисс Кристина Адамс?

Кристи даже закашлялась от неожиданности. Под изучающим взглядом мистера Симпсона разговаривать было ужасно неудобно, даже стыдно, и она постаралась ответить крайне нейтральным тоном:

– О, конечно!

– Что ж, подозреваю, что я оставил у вас неизгладимое впечатление. Причем не слишком приятное. Но я могу его исправить. Если вы согласитесь, конечно… – И незнакомец интригующе замолчал.

Кристи не знала, как реагировать на эти странные заморочки, поэтому протянула слабым голоском ни к чему, по ее мнению, не обязывающие слова:

– О да, конечно, я постараюсь…

Незнакомец снова хрипловато рассмеялся, заставив Кристи заполошно задуматься, чего же такого смешного она только что сказала.

– Вы просто прелесть! – Его голос звучал до странности удовлетворенно. – Значит, договорились – мы встречаемся с вами после работы у входа в ваш офис и едем в ресторан.

Телефон решительно запищал, сообщая о том, что один из собеседников окончил разговор, а Кристи, оторопело уставясь в окно, старательно договаривала начатую фразу:

– Но я не могу, у меня сегодня занятия…

Сообразив, что ее все равно никто не слышит, она отдала трубку все с тем же подозрительным выражением наблюдающему за ней боссу и растерянно поблагодарила:

– Спасибо, мистер Симпсон…

К удивлению Кристи, он ответил приветливо и тем самым тоном, каким разговаривал только с самыми большими начальниками:

– Не за что. Всегда готов услужить…

От этой сверхстранной фразы у нее и вовсе закружилась голова, и, не понимая, на каком она свете, Кристи тихонько пробралась на свое место и, спрятавшись за монитором, задумалась.

Итак, она получила нестандартное приглашение в ресторан, то есть ей попросту назначено свидание, причем отказа не предусматривалось. Одно это уже было неприятно, к тому же она даже не знала, кто это ведет себя с ней так безапелляционно. Припомнив криминальные сводки, каждый день передаваемые по разным каналам, испуганно прикусила нижнюю губу. А вдруг этот красавец пригласил ее с какими-нибудь преступными намерениями? Бывает же так, что люди, иногда даже внешне очень приятные, оказываются насильниками или, того хуже, убийцами! У Кристи по коже прошел неприятный озноб, но она тут же отринула это глупое предположение. Уже одно то, что ее незнакомца хорошо знает мистер Симпсон, говорит о том, что он никак не может быть бандитом с большой дороги.

Ей пришла в голову шальная мысль – вернуться к боссу и выяснить, кто ему звонил. Но она побоялась. Кто она такая, чтобы задавать подобные вопросы? К тому же это будет из ряда вон выходящим нарушением субординации, а она у мистера Симпсона и без того не на слишком хорошем счету.

Немного повздыхав, Кристи прикинула, что будет, если она прогуляет сегодняшние лекции, и решила, что будет плохо. Экзамен на носу, ей обязательно нужно закончить курс, чтобы получить диплом, а она думает о каких-то свиданиях. Нет, так дело не пойдет. Она выйдет, встретит этого самоуверенного парня и очень независимо откажется. У нее свои планы на этот вечер. И вообще, джентльмены подобным образом дам на свидание не приглашают. Он ее, кстати, и не приглашал, а просто поставил в известность. Так что она имеет полное право отказаться.

Но стоило ей так подумать, как грудь тут же сдавило от сознания собственной беспомощности. Она никогда не могла достаточно решительно отстоять собственные интересы. Пока она будет робко мямлить о том, что ей сегодня нужно идти на занятия, он решит, что это пустое кокетство, и просто засунет ее в свою машину, как у нее уже не раз бывало с настойчивыми поклонниками. Правда раньше ее всегда выручал старший брат Феликс, прекрасно знающий о неумении младшей сестренки вовремя ответить «нет», но теперь брат женился и остался в Берлингтоне, тогда как она уехала покорять Нью-Йорк.

Родители, естественно, были против, но она их гордо уверяла: конечно, трудно одновременно и работать и учиться, но это делают миллионы людей, значит сможет и она. И смогла. Сразу после приезда в Нью-Йорк объехала все городские университеты, выбирая, в какой поступить, и остановила свой выбор на Колумбийском. Его центральное здание, такое величественное и красивое, внушало ей почтительный трепет. А уж размеры университета, занимающего шесть кварталов на Манхэттене, попросту потрясали. Это один из лучших университетов не только страны, но и мира, и, подумать только, она в нем учится! Теперь осталось уже совсем немного: каких-то полгода – и она магистр экономики!

А ведь еще совсем недавно Феликс считал ее неумехой и пророчил единственное будущее – отчаянной домохозяйки. Но она доказала и ему, и родителям, что вполне может стать современной деловой женщиной. Отец и мать упорно твердили, что она не сможет жить одна. А вот смогла! И прекрасно живет! Им пришлось с этим согласиться, когда они приехали к ней в гости месяц назад. Правда мама, улучив момент, когда они остались наедине, спросила:

– Ты в самом деле собираешься провести всю жизнь так?

Кристи не поняла ее:

– Как «так»?

Мать провела руками вокруг, указывая на маленькую кухоньку, миниатюрную прихожую под стать кухне и такую же небольшую комнатку.

– Разве можно так прожить всю жизнь?

Она не понимала дочь. У нее был просторный удобный дом, заботливый муж, хорошие дети. Сама она никогда не работала, занимаясь детьми, мужем и домом, и считала, что только так и нужно жить.

Дочь не стала ее разубеждать.

– Но это же временно, мама. Только до тех пор, пока я не встану на ноги. А там я буду получать гораздо больше и смогу снять или даже купить другую квартиру.

Мать тоскливо вздохнула.

– И как ты собираешься вставать на ноги? Делать карьеру? Не думаю, чтобы у тебя для этого были необходимые качества. Ты слишком мягкая и застенчивая, ты никого не сможешь отпихнуть в сторону, чтобы занять его место.

Кристи не собиралась никого отпихивать, она просто хотела хорошо делать свою работу и надеялась, что ее усердие будет оценено по достоинству, но возразить ничего не успела. Ее мать продолжила с тем же кислым выражением лица:

– Да я и не о том. Я о том, что каждая порядочная девушка в свое время должна выйти замуж. Вот у тебя есть на примете кто-то подходящий?

У Кристи не было вообще никакого, не то что подходящего. И не потому, что желающих не находилось, а просто ей было некогда – работа, учеба. Ей не до романов…

Услышав об этом, мать сокрушенно возвела очи к небу.

– Но как так можно! Тебе ведь уже двадцать два! В твои годы у меня уже был Феликс!

Кристи только пожала плечами. Сейчас другие времена. И мужчины в жизни деловой жен-шины зачастую лишь досадная помеха. И дети у бизнесвумен находятся в самом конце списка их жизненных приоритетов. Но матери о своих воззрениях на этот счет она, конечно, не сказала. Зачем лишать иллюзий такое непрактичное старшее поколение?

Чтобы перевести разговор в более безопасное русло, Кристи спросила:

– А как там Лиззи? – Ее племяннице шел второй год, и мать могла рассказывать о своей единственной внучке бесконечно.

Маневр удался: забыв о прегрешениях дочери, она тут же принялась счастливо щебетать о подвигах малышки, и наконец-то появилась возможность перевести дух. В общем, когда родители уехали, Кристи поняла, как хорошо ей одной в ее уютной маленькой квартирке. Нет, она очень любила родителей, но уж очень активно они навязывали ей свои устаревшие семейные ценности, и теперь, после их отъезда, приятно было ощущать свободу и знать, что зависит только от тебя! Ну, или почти все…

От размышлений ее оторвал звонок внутренней связи. Кристи не сразу сообразила, что это подал голос ее телефон – настолько редко он звонил. Подруг в офисе у нее было немного: она слишком отличалась от окружавших ее уверенных в себе девиц и большинство из них не считали ее себе ровней.

Схватив трубку, она по инерции представилась:

– Кристина Адамс у телефона. Чем могу вам помочь?

Суховатый голос секретарши Самого Главного Босса объявил ей с нотками какого-то тайного предупреждения:

– Мисс Адамс, с вами желает говорить мистер Гамилтон!

У Кристи нервным тиком перехватило горло, и она едва разобрала, что говорит ей уверенный в себе спокойный голос босса:

– Милая Кристина! Мне бы очень хотелось познакомиться с вами поближе. Разрешите пригласить вас в ресторан этим вечером. Я буду ждать вас после работы у выхода из офиса. Надеюсь, вы не против?

Даже если бы и захотела, Кристи не смогла бы возразить – ее горло и язык сковал арктический циклон, ненароком залетевший в ее рот. Пока она пыталась хоть что-то ответить, босс положил трубку в полной уверенности, что все будет так, как он сказал.

Для Кристи это был настоящий удар. При всей своей отстраненности от закулисных офисных дел Кристи слыхала о сластолюбивых увлечениях президента. Но обычно он выбирал себе подружек вне компании, свято следуя правилу «не пачкать в собственном гнезде». Неужели она так ему приглянулась, что на этот раз он решил нарушить этот священный принцип?