Просто сохраняйте спокойствие

– Кость, а как ту рыжую пизду из отдела кадров зовут? – деловито поинтересовался у повстречавшегося на пути товарища Денис.

– Эта которая говорит так, будто у неё каша во рту? – спросил Константин, делая глоток из стаканчика и смотря поверх него на коллег.

«Интересно, а какой кличкой обзывают за спиной меня?» – задумалась в тот момент Кристина и стала внимательней прислушиваться к общающейся поблизости троице.

– Ага, та самая, – с улыбкой подтвердил Денис.

– Кажется, Людмила, – ответил Константин и выбросил пустой стаканчик в урну.

– Ты уверен? – решил удостовериться в точности полученной информации Денис.

– На сто процентов – нет. Но я слышал, что на «Людмилу» она обижается меньше, чем на «рыжую пизду».

«Так, наверное, это и есть та самая Людмила, – подумала Кристина, возвращаясь из воспоминаний в настоящее, – вряд ли у нас найдутся две такие непревзойдённые ораторши в одном отделе». Она ещё раз посмотрела на листок с зашифрованным сообщением, обдумывая, что делать дальше. Конечно, можно было зайти прямо в кадровое и получить нужные пояснения из первых рук, но пробираться в логово Ольги, особенно после того случая с карликами, Кристине очень не хотелось, поэтому она спрятала бумажку с «телеграммой» в карман и пообещала себе разобраться с этим делом позже. «И если встречусь с Людмилой лицом к лицу, то скажу, чтобы к логопеду шла!» – раздражённо добавила про себя она, немного злясь на незнакомую коллегу за то, что та подкинула ей совершенно ненужную проблему, которую придётся решать в ближайшее время.

12:00

Обедать Кристина, как обычно, направилась в лаунж-зону этажа, поскольку это место было приспособлено к приёму пищи гораздо лучше её рабочего закутка. Девушка зашла внутрь, держа в руках коробочку с заказанной из ресторана китайской лапшой, взяла себе столовые приборы из шкафчика и присела на оказавшийся свободным удобный диванчик в левом углу помещения. Раскрыв верхние створки упаковки, она вдохнула в себя сладко-пряный аромат будущего угощения, и с голодной жадностью начала накручивать на вилку первую партию обжаренных рисовых изделий.

Комната, как и всегда в эти часы, была полна людьми, и в воздухе витали уютные отзвуки чужих разговоров, смешки, убаюкивающий гул микроволновки, звон тарелок и стаканов. На этом фоне Кристину даже не так смущало присутствие Дениса, который сидел за расположенным рядом обеденным столом в компании своих извечных прихвостней, и о чём-то с ними болтал, периодически разражаясь неприятным гоготом. Стараясь не обращать на такое соседство внимание, девушка с удовольствием уминала свою пищу, когда к её диванчику подошёл Владимир, один из многочисленных коллег с этажа, молодой человек немного моложе тридцати с постоянно серьёзным, если не сказать угрюмым, выражением на лице. Кристина вежливо подвинулась вбок, и тот, поставив перед собой тарелку с разогретой домашней едой, деловито принялся её потреблять, не тратя время на поддержание светской беседы сверх положенного пожелания приятного аппетита. Кристина мимоходом глянула вверх, но от неожиданности перестала жевать, увидев устремлённый на неё хищный взгляд Дениса.

– Сейчас я вам расскажу анекдот, – в тот же момент громко произнес он, очевидно, стараясь, чтобы его слышали все присутствующие в лаунж-зоне. – Значит, встречаются два гея на улице, и договариваются они переспать, но места найти не могут…

Владимир неодобрительно помотал головой, но справившись с эмоциями, снова зачерпнул ложкой супа из тарелки. Кристина обратила внимание на покрасневшее лицо соседа и припомнила из услышанных раннее разговоров, что тот придерживался крайне традиционных взглядов на жизнь и терпеть не мог ничего, отдающего западной либералистической развязностью.

Денис, тем временем, продолжил вещать в полный голос:

– Ну, в итоге, зашли они в подъезд и начали сосаться…

– Блять, Денис! – возмущенно перебил его не выдержавший Владимир. – Можно этот анекдот рассказать после того, как я поем?

В окружении Дениса люди стали подхихикивать.

– Да он почти закончился уже, – с ухмылкой заверил тот Владимира.

– Просто заебали твои гейские шутки!

– Да всё, всё. Одно предложение до развязки осталось.

Владимир еще раз фыркнул и мотнул головой от негодования, но всё же неохотно вернулся к еде.

– Так вот, – осторожно начал Денис, параллельно наблюдая за реакцией Владимира, – один из них пытается штаны с другого спустить, и не выходит, потому что у него так член встал…

– Фу, блять! – взорвался Владимир и, схватив остатки супа со стола, швырнул их в урну, после чего быстрым шагом выскочил из помещения. Гиены Дениса мгновенно разразились хохотом вместе со своим вожаком.

Кристина молча дожевала остатки лапши, хотя резко накатившее чувство отвращения несколько подпортило ей аппетит. Ей бы очень хотелось сказать Денису пару ласковых, но она понимала, что это сыграет только против неё.

13:00

После обеда во вверенной девушке приёмной появился Николай Владимирович и ткнулся в запертую дверь кабинета её начальника. Недоумённо покрутив ручкой, он повернулся к Кристине и удивлённо спросил:

– А что, Викторыча нет на месте?

– Нет, – привычно покачала головой Кристина, – он в командировке, сегодня его точно не будет.

– Вот те на! – проронил Николай Владимирович, и посмотрел на преградившую ему путь дверь, словно она ещё каким-то чудом могла извергнуть из себя разыскиваемого им боевого товарища. Поскольку этого не произошло, он с некоторой неохотой развернулся и начал медленно шагать к выходу, о чём-то призадумавшись. На пороге он замер и через плечо посмотрел назад на Кристину.

– Неужели он забыл про сегодняшнюю планёрку? – спросил он. – Я же напоминал ему вчера, когда мы столкнулись в фойе.

«Столкнулись они, конечно!» – раздражённо подумала Кристина. Её уже начало порядком выводить из себя то, что все вокруг видят Леонида Викторовича гораздо чаще, чем она.

– Планёрка, говорите? – спокойно переспросила она и полезла в «Аутлук» проверить календарь. – Но в расписании нет записей о таком мероприятии.

– Конечно, нет! – видимо, недовольный тем, что ему приходится объяснять такие банальные вещи, резко ответил Николай Владимирович. – Мы это никогда не планируем. Собираемся, когда нам скажут. – Он показал пальцем наверх. – Валерий Георгиевич предупредил, что сегодня он спустится к нам, чтобы обсудить важные вопросы. Присутствие всего командного состава обязательно.

– Мне очень жаль, – развела руками Кристина, – но сегодня Леонид Викторович вряд ли успеет подъехать.

Николай Владимирович разочарованно крякнул и, обхватив ладонью свою массивную челюсть, замер в раздумьях. Придя, наконец, к какому-то решению, он подошёл к столу Кристины и навис над девушкой.

– Ладно, давай вот как поступим, – сказал он. – Викторычу, к сожалению, туда уже никак не попасть, но ему будет полезно знать, что там будет обсуждаться. Поэтому вместо него пойдёшь ты: запишешь всё, что нужно, и потом ему передашь.

– Да, хорошо, – ответила Кристина и для порядка сделала вид, что заглядывает в свой вечно пустой календарь. – У меня нет других планов на это время.

– Какие планы? – возмущенно выдохнул Николай Владимирович. – Какие планы? Вычеркни всё. Это первостепенная важность!

Он резко развернулся и быстро зашагал к выходу. Прежде чем исчезнуть в проходе, он опять остановился и посмотрел на Кристину.

– На совещании не привлекай к себе внимания! Только слушай и запоминай. – Он кивнул на прощание. – Всё, в четыре часа, ноль-ноль. Без опозданий! – С этими словами он покинул помещение.

14:00

Кристина стояла возле копировального аппарата и делала сканы массивной стопки документов, которые ей доставили из архива по непонятно откуда поступившему запросу её начальника. На пороге подсобки мелькнул силуэт Дианы, но увидев, что комната занята, та развернулась, намереваясь, видимо, вернуться сюда позднее.

– Диана, подожди! – резко крикнула ей Кристина, вдруг вспомнив об одном отложенном деле.

Диана остановилась и, дружелюбно улыбаясь, подождала, пока окликнувшая её девушка выскочит вслед за ней в коридор.

– Тебе нужно с чем-то помочь? – как обычно, читая мысли, мягко поинтересовалась она.

Кристина выхватила из кармана заполненный утром листок бумаги и подошла к коллеге.

– Диан, тут девушка звонила, представилась работником отдела кадров. Ты знаешь, у неё речь была очень странная, и я не уверена…

– Это Людмила, – подтвердив зародившееся у Кристины предположение о личности звонившей, ответила Диана и протянула руку к листочку, который держала в руках её собеседница. Она вгляделась в запечатлённый на бумаге хаотичный набор букв и объявила свой вердикт:

– Напиши по почте Леониду Викторовичу, чтобы он забрал посылку из ячейки в Сент-Луисе. Он всё знает. – Диана вернула листочек удивлённой таким быстрым анализом коллеге. – И в будущем проси её дублировать информацию на почту, так будет сподручней.

Диана посмотрела на часы и, развернувшись, двинулась в сторону своего отдела. А Кристина, оторвав растерянный взгляд от листка, заметила что за разговором всё это время наблюдал стоящий в конце коридора со смартфоном в руках Денис. Он смотрел на девушку, и на его лице играла стандартная, что-то предвещающая, ухмылка.

15:00

Одного взгляда за окно хватило, чтобы понять, что погода на улице стремительно портится. На небо, ещё недавно приветливо голубое, в мгновение ока наползли грозные тёмно-сизые тучи, превратив ясный весенний день в хмурые сумерки. Сильные порывы ветра растрепали ветви деревьев, расшатали фонарные столбы и вывески, разметали по тротуару неосмотрительно выбравшихся наружу прохожих. Угрожающе громыхнул прямо над ухом гром; с растущей частотой заморгали вспышки небесной фотокамеры. Природа дала людям ещё пятнадцать минут на то, чтобы найти себе укрытие, после чего обрушилась на город обещанной синоптиками первой в этом сезоне грозой.

Кристине было некогда созерцать впечатляющую картину буйства стихий, она снова торопилась к копировальному аппарату, за новой порцией никому не нужных бумажек. Но тут у неё на пути возникла непредвиденная помеха: повернув за угол, она резко затормозила, с удивлением уставившись на привалившегося к стене и вытянувшего ноги почти во всю ширину коридора уборщика Антона. Своим зажатым и подавленным видом он напоминал прячущегося от неприятностей ребёнка: голова опущена на грудь, вечные спутники-наушники сбились с шеи набок, руки зажимают уши, хоть на этаже и стояла почти полная тишина, лишь немного нарушаемая звуком сочащихся из далёких кабинетов голосов. Антон смотрел невидящим взглядом перед собой и тихо бормотал что-то себе под нос.

Кристина в нерешительности замерла на месте, рассматривая понурую фигуру молодого парня. Очень осторожно она подошла поближе и встала чуть сбоку, заглядывая Антону в полускрытое тенями лицо.

– Ты чего тут сидишь? – вкрадчиво поинтересовалась она, говоря как можно более мягким голосом. – У тебя всё в порядке?

Антон медленно убрал руки от ушей и перевёл на появившуюся в поле зрения девушку взгляд своих немигающих глаз.

– Я не люблю дождь, – проговорил он лишённым эмоций голосом, словно выгрузивший из памяти подходящий ответ человекоподобный робот.

Кристина посмотрела по сторонам, но длинный, тускло освещённый коридор был безлюден, так что обратиться за помощью или за советом было не к кому. Она снова повернулась к Антону.

– А что такого плохого в дожде? – спросила она, не зная, чем ещё, кроме разговора, можно помочь психически нездоровому человеку.

– А ты разве не знаешь? – приподнял брови Антон, продолжая всматриваться в девушку с бесстрастным выражением лица. – Боги ловят души в сачки и выжимают из них радугу, ракушками грехи вычищают, солью выпаривают воспоминания, высасывают через трубочку имена, а шелуху кладут на ладонь и сдувают, и обращается она в пар, который загустевает и проливается на нас с неба. – Он отвернулся от девушки и уставился себе на ладони. – И когда небесная вода попадает на нас, она впитывается под кожу, попадает в кровь, и мы уже не те становимся, что раньше. С того момента мы носим в себе частичку мёртвых людей, понимаешь?

Кристине стало не по себе от этой механической, но неожиданно чересчур складной речи от ранее казавшегося просто слабоумным уборщика. Впрочем, в его словах по-прежнему сквозил типичный бред безумца, так что нормальной такую беседу назвать было сложно. Пока девушка пыталась подобрать подходящий ответ, Антон продолжил говорить:

– Я как-то слишком долго стоял под дождём, и он смыл мою прошлую жизнь без остатка, заменил чем-то другим, чужим, незваным. – Он немного помолчал, словно погрузившись в раздумья. – И теперь я не могу вспомнить. Не могу вспомнить, кем я был раньше. Остались только туман, холод и вода… Бесконечное поле воды.

Он окончательно замолчал, и какое-то время в коридоре висела мрачная тишина. Кристина поняла, что нужно как-то выпутываться из этого разговора.

– Давай, я кого-нибудь позову? – с надеждой спросила она у парня. – Или отведу тебя куда-нибудь? У нас тут на этаже дождя нигде нет. – Она попыталась улыбнуться, но когда Антон поднял на неё взгляд, его лицо было совершенно серьёзным.

– Не надо, – покачал головой он, – я просто посижу тут немного, и всё пройдёт. Боги дают, и они же забирают, это их право по рождению….

– Да, точно… – протянула Кристина и стала бочков обходить таинственно выражающегося собеседника по окружности, стараясь не наступить ему на ноги.

– Ну ладно, ты, если что – позови, – сказала она напоследок и засеменила по коридору в сторону своей изначальной цели.

– Кристин, – услышала она через секунду идущий из-за спины оклик.

Она остановилась, повернулась. Антон зачем-то натянул на уши свои «битки» и смотрел ей вслед чёрными как два уголька глазами.

– Look into my eyes, I am free, you're just a wannabe, – почему-то по-английски произнёс он и поднял руку с указательным пальцем, указывающим на девушку.

Пока она пыталась найтись с ответом, он отвернулся и стал молча пялиться на стену, потеряв, кажется, к прежней собеседнице всякий интерес. Кристина медленно развернулась и неуверенно двинулась дальше, к копировальному аппарату, выполнять поручение фантомного Леонида Викторовича.

16:00

Когда подошло время совещания, Кристина была на месте, как штык. Сначала она не была уверена, что ей думать про это своё новое задание, но вкратце обсудив его на кухне с Юлей, она наконец поняла всю важность ситуации. В этой компании, как и в любой другой строго иерархичной организации, самым ценным ресурсом любого сотрудника были связи с теми, кто находится выше его в пищевой цепочке. Чем чаще ты оказываешь у таких людей на виду – тем больше возможностей для карьерного роста. А это совещание не только включало в себя всю верхушку их с Юлей этажа – к нему подключался даже человек из совета директоров, что серьёзно поднимало статус встречи. «Можно здесь всю жизнь проработать и ни разу туда не попасть, – объяснила Юля и с лёгкой завистью добавила: – А ты всего за месяц успела…» В общем, Кристина осознала, что ей представилась уникальная возможность. Конечно, она была всего лишь в роли секретаря, но все же даже увидеть, как ведётся деловой разговор в такой крупной и богатой корпорации, узнать, как решаются проблемы – это был очень полезный опыт. Кристина гордо (пускай и с некоторым волнением) шла на встречу с ясной целью в голове: не только прилежно выполнить свою непосредственную миссию по конспектированию всего сказанного, но и прочувствовать атмосферу подобных заседаний, впитать всё, как губка, понаблюдать, как работают профессионалы.

К четырём часам все уже находились в конференц-зале и ждали, пока с последнего этажа спустится Валерий Георгиевич. Сотрудники пока ещё не заняли своих мест: они стояли группами и общались на сторонние темы; кто-то потягивал кофе. Кристина стояла у входа, держа в руках ежедневник для записей, чтобы отметить в нём всё, что будет касаться Леонида Викторовича. Рядом с входом стоял Артём; Денис тоже блуждал где-то неподалёку, но Кристина старательно избегала встречаться с ним взглядом, чтобы не лицезреть, как его лицо снова искривляется в противной ухмылке. Валерий Георгиевич, тем временем, уже опаздывал на десять минут, и волнение Кристины начало нарастать.

Наконец, двери растворились, и на пороге появился долгожданный гость-небожитель. Это был человек около пятидесяти лет, обычного телосложения, с волосами слегка тронутыми сединой. За очками в квадратной оправе отчетливо виднелись два искрящихся и зорких глаза. Все присутствующие сразу замолчали. Валерий Георгиевич быстро закрыл за собой дверь, обвел всех строгим взглядом и уверенным шагом пошёл к месту во главе стола.

– Ну хватит это говно сосать уже! – рявкнул он, проходя мимо Артёма, вырвал у него пластиковый стаканчик и швырнул на пол ему под ноги. Остатки кофе расплескались по штанам и ботинкам выпучившего глаза парня. – Садитесь, чего вы стоите?! – бросил Валерий Георгиевич остальным.

Во всеобщей гробовой тишине его голос был подобен раскату грома. У всех участников совещания выражения лиц теперь излучали только напряжение и тревогу. Все уселись по своим местам. Кристина заняла оставшееся свободным место в самом конце стола, напротив Людмилы Игоревны. Валерий Георгиевич прочистил горло, сделал пол-оборота головой и размял пальцами основание шеи.

– Аня, что за хуйня с Камчаткой? – он убрал руку от шеи и вонзился взглядом в незнакомую Кристине сотрудницу.

– Валерий Георгиевич, возникли некоторые проблемы…

– Это я знаю! Какие шаги вы с Алексеем Дмитриевичем уже сделали, чтобы исправить сложившуюся ситуацию?

Где-то рядом Алексей Дмитриевич заёрзал в своём кресле.