Завернувшись в тёплый плед. Весна. Второй сезон

Огонь

Я помню яростное пламя, поглощающее часть за частью наш дом. Мама мечется из стороны в сторону, пытаясь спасти остатки скарба и животных.

Удивительно красивый огонь. Живой и могучий. Издающий в своей страшной силе столько энергии и жара.

Наша деревенька совсем небольшая. Всего-то 53 дома. Живем мы дружно и мирно. Все радости и горести жизни делим пополам.

Вот и сейчас каждый бежал на помощь нашему дому. Женщины помогали переносить вещи и детей. Мужчины носили вёдрами воду в надежде справиться с огненным гигантом.

А дом выглядел белым и светлым, как никогда. Огненное зарево подсвечивало каждую его часть. И от этого внутри всё сжималось и горькие слёзы застилали глаза.

Медленнее всех, в силу своего возраста, к нашему дому спешила соседка бабушка Нюра. Я точно знала, что она хорошая. Руки её всегда тёплые. Глаза светились любовью. Она собирала нас, детвору, и рассказывала истории своей жизни. Частенько мы засиживались у неё допоздна. Пока родители не забирали нас сонных, но очень довольных.

Однажды, я увидела, что бабушка Нюра помогала людям. Мама говорила, что врачевание – это великий дар. Мне же бабушка Нюра рассказывала, что у неё есть волшебный порошок. Правда. И я его видела. Он искрился на солнце словно тысячи маленьких светлячков. Потом она показала мне чудо. Почистила семечку на моих глазах и закопала в землю. Присылала порошком и ласково подмигнула. Не прошло и минуты, как передо мной красовался огромный подсолнух. Я прыгала от счастья и хлопала в ладоши. Бабушка Нюра обняла меня и попросила сохранить секрет. И я клятвенно обещала молчать.

Вот и сегодня бабушка Нюра подошла ко мне. А я стояла, как вкопанная. От страха не хотелось шевелиться. Заглянув в мои глаза, старушка снова ласково подмигнула.

Расправив свой фартук, бабушка Нюра сделала пять уверенных шагов в направлении пламени. Резко подняла руки к небу и что-то громко прокричала. Я увидела, как искрящийся порошок закружился сначала около бабушки Нюры, а затем двинулся на пламя. В одну секунду огонь превратился в сияющий шар, а дом попросту исчез из вида. От такого яркого света, жители деревни прикрыли глаза руками и замерли.

Погасло. Я открыла глаза и увидела, что дом стоит как новенький. Женщины и мужчины обнимаются. Мама бежит ко мне, широко раскрыв руки для объятий. И бабушка Нюра подошла ко мне, обняла и поцеловала в мокрую от слёз щеку.

Вот я сижу у мамы на руках. Соседи суетятся вокруг. Несут из домов кто что может. Под руководством бабушки Нюры быстро организовывается праздничный стол.

Что может быть лучше дома? Места, где ты так счастлив. Где каждый сосед тебе друг. Где люди живут открыто в своём искреннем мире. Детишки носятся по улице босиком. А взрослые спешат на выручку друг другу. Но самое главное, что в месте под названием «дом» есть хранитель в лице бабушки Нюры. Ведь благодаря ей я точно знаю, что чудо существует.

Когда тает лёд

Джефри осматривался. Природа оживала медленно.

Пробуждение от зимней спячки – дело небыстрое. Величественные горы покрывались ярко зелёным окрасом, но на верхушках всё ещё белел лед.

Облака пушистые, как старая добрая перина, неспешно проплывали по очереди, обнимая яркое солнце.

Марта двигалась легко и естественно. Она гармонично сливалась с окружающей красотой в спортивном костюме цвета оливы.

Сегодня они встретились по особому поводу. Джефри подскочил к ней и, схватив на руки, закружил.

Они долго беседовали и прогуливались, держась за руки. Когда налетел лёгкий ветерок и растрепал светлые волосы Марты, она захохотала. Джефри же заботливо накинул на её плечи свою куртку.

На плато их ждал сюрприз. Небольшой раскладной стол был идеально сервирован: скатерть в красно-белую клетку, термос с горячим глинтвейном, пара походных кружек, сэндвичи и яблоки.

Марта светилась. Что может быть лучше уединения?

Когда ты устроился в этой жизни и счастье, на которое даже невозможно было рассчитывать, накрыло с головой, то мужчина рядом – лучшее, что есть в твоей жизни. Знала ли она о его мыслях? Конечно, знала. Наблюдала за его волнением, пальцами, которые так крепко её обнимали. Когда он наливал глинтвейн, его руки немного тряслись.

В момент икс Джефри собрался и на мгновение время вокруг них слилось с природой. Облака отпустили ясное солнце. Ветерок стих. Точно всё вокруг кричало: «давай, мы с тобой».

Конечно же она сказала «да».

И снова лёгкий ветерок растрепал ее волосы. И она хохотала.

Джефри открыл глаза.

Это воспоминание лучшее, что осталось в его жизни.

Он сидел в коляске и, опустив глаза, рассматривал свои недвижимые ноги.

Сегодня он всё также наблюдает, как тает лёд. Только из окна палаты реабилитационного центра.

Весна снова постепенно приходит в его жизнь.

Только кому нужна такая жизнь?

Жизнь, в которой больше нет Марты, её смеха и мягких волос. Жизнь, которую он будет жить без неё.

Жить, зная, что та автокатастрофа лишила его всего.

Цветы

Цветы поют. Они всегда поют. Даже, если люди не слышат.

Холодный и промозглый мир.

Чьё-то бездумное решение. Люди, шагающие точно по эшелонам. Тихо. Любое движение может привести тебя к концу. Церберы не дремлют. Быстро, на колене пишутся новые законы. Применяются тотчас же.

Страшно.

Я стою посреди серого убогого поля. Ежусь, обдуваемая суровым ветром. Мне хочется вздохнуть, а грудь сжимает словно тисками. На многие километры вокруг ничего. Выжженное пепелище человеческих судеб.

Только совсем рядом, прямо передо мной, метрах в ста, пробился яркий красный тюльпан.

Откуда он здесь?

Мне не узнать. Одинокий, такой же как я.

Выстоявший и дарящий надежду на жизнь. Жизнь, которая ещё может случиться. В своей яркости и простоте. Жизнь, которая вспыхнет сочным алым цветом.

Тяжёлое небо надо мной. Сгущаются налитые свинцом облака.

Мне нечего терять и некуда идти.

Всё, что я могу – это жить здесь и сейчас.

Я делаю несколько шагов, опускаюсь на колени и закрываю глаза.

И вы знаете, цветы поют. Даже если люди их не слышат.

Двинулись

Поезд Москва – Адлер тронулся точно по расписанию. Народ суетливо раскладывал чемоданы по полкам.

Зоя Михайловна – невозмутимая старушка с бледная кожей, подрумяненными щеками и уложенными невидимками рыжими волосами. Приостановившись у своего купе, она ожидала, когда в нём уляжется суета.

Состав катился не спеша. Даже устало. Ещё бы, возить отдыхающих туда-сюда без перерыва.

Тем временем минуло двадцать минут. Зоя Михайловна заглянула в купе. Отдыхающие обедали. Раздербаненная курица мирно покачивалась в такт вагону. Присоленные яйца ждали своей очереди.

– Здравствуйте, товарищи отдыхающие! – бойко произнесла она.

В ответ на неё уставились шесть пар глаз. Молча кивнули и продолжили жевать.

Полка Зои была занята. Она присела ближе к двери и неожиданно для всех зычно запела:

«Расцветали яблоки и груши,

Поплыли туманы над рекой».

– Бабушка, вы чего? – окликнул её самый быстро жующий.

– А ежели вы не здороваетесь со мной? Дай думаю песню спою, то-то они удивятся, – ответила Зоя Михайловна и подмигнула.

Дело близилось к вечеру. В вагоне купе включили свет. За окном движение деревьев поглотили сумерки. Отдыхающие были молчаливы и быстро заняли свои полки согласно купленным билетам.

Зоя открыла чемодан и присела.

45 лет как женаты.

45 лет, как делят всё с супругом пополам.

45 лет, как купили два одинаковых чемодана.

На Казанском простились впопыхах. Муж поехал в Кисловодск, а Зоя в Адлер.

Дела.

Умывшись и почистив зубы щеткой мужа, Зоя подумала, что не так уж всё и плохо. Уж Пётр Семёнович будет чрезвычайно хорош в её васильковом платье. С этой доброй мыслью и легла отдыхать.

Поезд прибывал в Адлер в 08:20. Зоя Михайловна, как пионер, вскочила в 06:00. Перебрала чемодан. Отдыхающие мирно сопели.

Достала трусы‐семейники и надела. Огляделась. А ничего так. Следом прикинула тельняшку. Рыжие волосы собрала в пучок и натянула кепку. Посмотрела на своё усыпанное веснушками лицо.

– Хороша, – сказала она себе в зеркало и двинула к проводнице.

Рассмотрев Зою Михайловну, проводница хохотала до упаду и даже цветочек в кепку предложила добавить.

– Зоечка, в Адлере на улице Малиновой, 12 есть дивный магазинчик. Там платьев на все лады. А если скажете хозяйке, что от меня, то скидка вам обеспечена, – напутствовала проводница.

Закрепив разговор кофейком, дамы разошлись.

Зоя Михайловна прошествовала на место и распахнув дверь купе, предстала в своём лучшем виде.

Отдыхающие снова вытаращили шесть пар глаз.

Зоя Михайловна подмигнула и затянула:

«Шаланды, полные кефали,

В Одессу Костя приводил,

И все биндюжники вставали,

Когда в пивную он входил».

Просто цветы

Иногда цветы – это просто цветы. Фраза не моя, а Шагала. Но для меня так и есть.

А что, если ночью опустить руку под кровать, а там букет цветов… Что подумаешь?

– Что за хрень? – пронеслось в голове у Оли.

Луна светила прямо через открытое окно. Муж всхрапнул и перевернулся на другой бок. Оля села на кровать, держа в руках разноцветный веник с корнями. Она покрутила его и посмотрела на пол, усыпанный землёй до самой двери. Лишь только маленькие следочки, выдавали воздыхателей. Оля понюхала букет, прижала и пошла за веником. По дороге она заглянула в спальню близнецов: на чистых постелях сладко сопели два земляных человечка

– Какая прелесть! – шёпотом сказала Вероника.

Букет белых роз она достала из-под кровати совершенно случайно. Она захотела пить среди ночи и встала с постели, но укол в ногу заставил посмотреть под кровать. Розы она всегда любила, но красные, а не белые. Вероника наклонилась и вдохнула приятный сладковатый аромат. Потом она взяла телефон в руки и сделала несколько селфи: лучшую сразу запостила в социальные сети. Только потом заметила карточку: «Любимой Кате на день рождения». Мужу Вероники оставалось жить пару минут.

– Какой сейчас праздник? – Думала Элла и вертела в руках букет из разных цветов.

Она не любила цветы и сюрпризы. Элла была за практичность. Этот странный букет она нашла совершенно случайно, когда обувала тапочки, чтобы впустить кота, который скрёбся под дверью. Но ее розовый тапок за что-то зацепился, и Элла рванула его на себя. Из-под кровати вылез этот аляповатый букет. Нет, не живых цветов, а искусственных. Элла проверила календарь и вспомнила, что действительно есть повод. Букет Элла узнала тоже: «Прости, мамочка. С днём рождения». Этими цветами она украшала могилу матери год назад.

– От кого букет? – спрашивала сама себя Лена, когда случайно нашла под кроватью букет тюльпанов.

Лене совершенно не спалось. В ее кудрявой голове роилось миллион и одна мысль. Главная: «С кем первым отпраздновать свой день рождения?» Поклонников у Лены много и встречаться с одним кавалером просто недопустимо. Обычно это было два или три парня одновременно. Стройная умная и знающая себе цену Леночка мечтала и крутила колечко с малюсеньким бриллиантом. Но она случайно дёрнула кольцо, и оно упало на пол, а потом покатилось под кровать. Девушка включила фонарик на телефоне и полезла доставать свою «прелесть». Она охнула от удовольствия, доставая из-под кровати шикарный букет красных тюльпанов с ее именем на каждом цветке. «Костя, Вадим или Ярик?» – думала она и ставила цветы в вазу. «Подумаю об этом завтра», – решила Лена и легла спать, как и ее любимая героиня Скарлетт О'Хара.

– Фу, вонючки! – Закричала Тамара и отбросила от себя букет гвоздик.

Она проснулась среди ночи, сама не зная почему. Муж спокойно спал рядом, а девушка открыла глаза и села на кровати. Сон ушёл, но появился лёгкий странный аромат. Тамара повертела головой в поисках источника и решила, что источает вонь что-то под кроватью. И она не ошиблась. Пучок из девяти красных гвоздик смотрел на неё, продолжая распространять свой ужасный запах.

– Фу, вонючки! – Закричала Тамара и отбросила от себя букет гвоздик.

– Тома, что случилось? – Заворчал муж.

– Дима, почему гвоздики у нас под кроватью? Ты снова лунатишь?

– Наверное, прости дорогая, – Дима поцеловал жену и поднял с пола цветы. – Завтра унесу, не переживай. Я помню, что ты на дух не переносишь гвоздики.

– Боже, какой аромат! – Наташа вдохнула аромат цветов, которые нашла под кроватью.

Маленький букет сирени, который кто-то аккуратно поставил в кружку под ее кровать. Муж сегодня в ночную смену, а день рождения завтра. Но у них тайный уговор: с днём рождения поздравлять друг друга первыми. Даже ночное дежурство не помеха. Ровно в двенадцать ночи он разбудил жену и сказал, где её первый подарок.

К цветам нельзя быть равнодушным. Они всегда оставляют след в душе, просто мы не всегда это замечаем.

А что, если ночью опустишь руку под кровать, а там букет цветов… Что подумаешь ты?

Утро в городе

Нина захлопнула дверь своего ауди и быстро-быстро зацокала каблучками по парковке. Полы оранжевого пальто шевелились, как живые, хоть ветра не было. Отпуск закончился, а зарабатывать на очередную передышку нужно с первого рабочего дня. Нина подошла к входной двери, но не смогла войти. Закрыто.

– И где все подевались? – прошептала она себе под нос и достала ключи. – Рабочее утро в разгаре, солнце светит вовсю.

Нина вошла и удивилась, что везде темно и никого нет.

– Ничего не понимаю, – она передёрнула плечами и побежала на свой этаж по лестнице.

Нине снился удивительный сон, как она плавает в океане с дельфинами. А рядом белоснежная яхта и красавец брюнет с телосложением Джеймса Стэйтона. Все великолепно, но чувство тревоги не покидало её. Она что-то забыла?

«Работа», – пронеслось у неё в голове, и она проснулась.

Солнечный зайчик скакал по стене будто настоящий. Луч попал на маленькое зеркальце в ловце снов, а ветер качал в разные стороны светлые пёрышки. Секунды Нине хватило, чтобы понять – опоздала.

Она вскочила с постели и стала надевать колготы, которые пустили красивые стрелки от бордового маникюра. Только с третьей попытки Нине удалось впихнуть себя в целые капронки бронзового цвета. Чёрная юбка карандаш и блузка болотного цвета. Работник должен быть не только красиво одет, но и удобно. Заскочила в одежду, как заправский военный.

– Курица! Совсем за отпуск расслабилась. Екатерина Викторовна, конечно же, заметит опоздание, – разговаривала она сама с собой, бегала по квартире и собиралась. – «Ниночка, а что это вы опаздываете? Нужно о работе думать, а не о самцах», – передразнила Нина свою начальницу-разведёнку.

Нина приводила себя в порядок перед зеркалом. Быстро уложила волосы, которые послушно легли красивой коричневой волной. Подвела карандашом зелёные глаза и слегка подкрасила губы помадой цвета фуксии.

– Красота, – прошептала она в зеркало.

Без завтрака побежала к машине, на ходу надевая пальто. Нина вышла из подъезда и на минуту застыла на месте. Вокруг лежал снег.

– Да ладно? А так можно было? Вчера же уже потеплело. С началом апреля, тебя, Ниночка! – Поздравила она себя и подошла к машине.

Только сейчас она заметила, что на улице, не смотря на солнце, людей практически не было. Но чистка машины отвлекла её от этих мыслей. Через десять минут Нина села в машину и повернула ключ зажигания. Она включила свою любимую группу Dobro и подпевая покинула парковку:

Нина ехала в маленьком потоке машин. Она выдохнула и добавила скорости, ведь сильно опаздывала на работу. До отпуска, когда она выезжала из дома, то ещё светила Луна и даже было хорошо видно Венеру. А сейчас уже Солнце на горизонте. Нина добавила еще громкости, а в голове придумывала оправдания. «Екатерина Викторовна, я только сегодня утром прилетела. Рейс отменили. Нет, не пойдёт! Екатерина Викторовна, у меня умерла любимая черепашка, а она меня всегда по утрам будила. Блин, старая грымза не любит животных. Екатерина Викторовна, я думала над вопросом оптимизации производственного процесса и вот, что я придумала. О, пойдёт, она всё равно никогда не слушает мои предложения». Через полчаса Нина добралась до работы.

– О! Очереди возле шлагбаума нет. Чудеса! – Воскликнула она и поехала к своему корпусу. – Обалдеть! Пустая стоянка! Мы что разорились, а я не в курсе?

Нина высочила из машины и подбежала к двери корпуса.

– Закрыто!

Хорошо, что у заместителя главного бухгалтера есть ключи не только от кабинета, но и от главного здания. Нина поднялась на третий этаж и столкнулась с Виолетой Петровной. Эта сухенькая низкая старушка работала у них уборщицей. Когда Нина открывала свой кабинет, то Виолета Петровна вышла из комнаты отдыха, которую она уже вымыла.

– Доброе утро Нина Владимировна. Вы после отпуска решили всех удивить? Приехали на два часа раньше. Вот что значит ответственный работник.

– Здравствуйте, Виолета Петровна. Что значит на два часа раньше? Я же опоздала…

– Да, нет. Сейчас только семь утра.

Нина посмотрела на часы и рассмеялась. Она так переживала, чтобы не опоздать, что она поверила солнцу. Ведь до отпуска, Нина вставала, когда было ещё темно на улице. Но прошёл месяц и сейчас ранним утром уже светило солнце. А на часы посмотреть она не догадалась.

Серёжка

– Вам помочь? – Спросила высокая стройная девушка при входе в цветочный магазин.

– Нет, спасибо. Я сама посмотрю, – сказала Казя и отошла в сторонку, рассматривая уже готовые букеты.

Она медленно осматривала каждый букет, принюхивалась и выискивала сухие листики. Одновременно Казя рассматривала и продавщицу – хрупкую и тонкую девушку. Серые легинсы и черная рубашка в сочетании с необычными косичками и большими черными глазами делали из продавщицы фею другого мира. Только ростом с баскетболиста. Казя вздохнула и непроизвольно почесала свой четырежды рожавший живот, а потом достала достала из рюкзака шоколадку. Она не заметила, как потеряла серёжку-гвоздик, которая зацепилась сначала за шапку, а потом легко соскользнула на пол. Синяя капля воды на белом полу

– Скажите, а сколько стоя́т эти тюльпаны?

Неземная фея с разноцветными дредами подошла и сказала:

– Розовые простоят до 14 дней, красные более капризные – дней 10, а вот эти желтые махровые простоят дольше всего. Вот эти оранжевые…

– Хватит, я поняла. Спасибо. Еще подумаю.

Казя выбирала букет для свекрови и доедала шоколадку. Женщина нюхала цветы и размышляла о жизни продавщицы. Казя, думала, что фее повезло. Молодая красивая тонкая и счастливая. Живёт с родителями, которые её обеспечивают и все разрешают. Казя своим дочкам никогда бы не разрешила дреды, да ещё и цветные. А вот свекровь слишком потакает девочкам, потому что у неё не было дочек.

– Давайте ваши махровые. Одиннадцать штук.

– Хорошо, 542 рубля без упаковки.

– А с упаковкой?

– Смотрите, есть просто бумага. Это бесплатно. А есть специальные листы – тогда один лист -50р.

– А вот эти корзинки?

– Корзинка 400 рублей, но туда нужно минимум тюльпанов 30.

Казя задумалась и почесала уже седеющую макушку.

– Нет, давайте в красивую розовую бумагу. Свекровь оценит.

Девушка ловко оборачивала цветы, казалось, что они, как стальные гвозди. Казя сразу представила, какая девушка хозяйственная и как повезёт её будущему мужу. А как, наверное, гордится мама дочкой. Казя рассчиталась и вышла из магазина. Красивый букет тюльпанов она нюхала пока не села в машину, расстегнув коричневое пальто.

Казя вставила ключи в зажигание и посмотрела на себя в зеркало, поправила причёску, подвела губы красной помадой и вскрикнула: