Иероглифические знаки. Стихи, 2014
- -
- 100%
- +
© Маша Халикова, 2023
ISBN 978-5-0059-5119-9
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
«ВЕЧЕРНЯЯ СВЕЖЕСТЬ СПУСКАЕТСЯ С ГОР…»
Вечерняя свежесть спускается с гор.Мерцают подкрылки причудливых штор.Какой-то томительный час, ноТы встала, как будто бы и не спала,Свечу здесь зажгла и глядишь в зеркала,Не зная, насколько прекрасна.Ты горечь внутри, ты свобода вовне,Лиловые шрамы на белой спине,Японские чёрные знаки.Ты вышла из гладких холодных палат.Ты любишь эротику и шоколад.И вовсе – неправда – не зла ты,Хоть носишь под платьем старинный кинжал.Любой бы, наверное, принадлежалТебе без сомнений, не споря,Но мир к перемене ролей не привык.Смежаешь страницы зевающих книг.Идёшь к неспокойному морю.Оно шелестит и ложится к ногам.Ты знаешь секрет мастеров амальгам.Всё держишь конфету во рту ты…А без разговоров ты будешь скучать.Прозрачная радость ушла под печатьИз сплава металлов и ртути.Подземные твари выходят из нор.Никто не целует в нечёткий пробор,Не скажет «Моя Королева».И властная плоть равнодушно-сыта,И гаснет свеча, и лежит темнотаПовсюду – и справа, и слева…(27—28.08.2014)«СТРАСТЬ – ХРУПКАЯ, КАК ДОРОГОЙ СЕРВИЗ…»
Страсть – хрупкая, как дорогой сервиз.Пусть часто наши мнения расхожи,Но заставляют обрываться внизПрекрасная фарфоровая кожа,Влекущие кофейные глазаИ тронутые сладким блеском губы(Мне даже жаль тот образ истязать —Сравнения всегда выходят грубо) —Сердца поэтов. Ветер кораблю.А мы цепями ржавыми скрежещем.Я жадно и порывисто люблю,Ведь так порой случается у женщин.Но выбираю лёгкий внешний путь —Стезя Души была бы непростая.И утешаюсь тем, что кто-нибудьКоторый год мои стихи читает,Скрываясь маской ложного стыда.Меня пугают давящие стены,Но я бываю счастлива, когдаПишу, опять сильна и вдохновенна,Владея всем – поток многоголос.Приятно быть свободным и крылатым.Плесни волной каштановых волосИ драгоценным тонким ароматом.Сон – это ключ, не вымысел и бред.Не уловить движений гибких, лисьих,Не сохранить нечаянный портретСредь синевы и жёлто-красных листьев,Не исцелить болезненной души,Вкусившей беспечального порока.Течёт строка, у ног лежит дорога.Терпи, поэт: любуйся и пиши…(28.08.2014)«СНЫ МОИ ЧАСТО БРЕДОВЫ НА ТРЕТЬ…»
Сны мои часто бредовы на треть.Трудно пытаться заглядывать впредь.Как справедливо указывал Фрейд,В них мы желаниям вторим.Путь мой надмирен, поскольку высок.Слабо целую в горячий висок,Вместе с тобою сажусь на песокРядом с колеблемым морем.Может, ищу перспективы иной?Но и в любви, откровенно-земной,Нет ничего, что бы не было мной, —Страсть меня не обогрела б.Чувствуешь, каждый спасается сам?Я прикасаюсь к твоим волосам.Жук осторожно ползёт по часамПротив движения стрелок.Вечная жизнь, торжество естества.Из-под земли прорастает трава.Я заношу золотые словаВ книгу юродств и пророчеств.Замкнутый круг испытаний и мук.Вдруг залюбуюсь сплетением рук(И расплетением тоже, мой друг) —Мы не похожи на прочих.О, пусть тебя не терзает вина.Видишь, над городом всходит луна.Я на морском берегу не одна.Если бы не было казни.Если бы вместо рубина – сапфир,Если бы новый причудливый мир.Я подаю тебе плед (вечер сыр),Плод моих странных фантазий…(29.08.2014)«МЫ СЯДЕМ ЗА СТОЛИК, ДРУГ С ДРУГОМ НАПРОТИВ…»
Мы сядем за столик, друг с другом напротив.Посмотришь в окно на пленительный вид,А я закажу себе чашечку кофеИ влажный от крема бисквит.Не правда ли, трудно в себе разобраться —Со мной, впечатлительной и молодой?Запомню сплетённые тонкие пальцыИ птицу над тёмной водой.Зачем восхищаться стихами моими,Прохладными струями медленных строк?Гроза собирается в Ершалаиме,Где царствует страшный порок.Мне нечем, увы, защитить твою душу.Ты просишь оставить хотя бы тетрадь,Но я отнимаю её, потому чтоТебе всё равно выбирать.Никто на земле совершенно не связан,Хотя иногда направляем судьбой.Желая избегнуть положенной казни,Начнешь торговаться с собой.Мучительный день подступает всё ближе,Действительно неумолима скрижаль,Монеты звенят – я всё это предвижу,И мне тебя искренне жаль.Ты будешь в растянутой бежевой кофте,Тебя засосёт отвратительный быт…Но что же ты? Пей остывающий кофе,Разламывай свежий бисквит.Мы рядом пока ещё. Море из окон,Любимых стихов перечитанный том.Лишь в небе луны недреманное око —Но стоит ли, право, о том?(29.08.2014)«У ТВОЕЙ МИМОЛЁТНОЙ МУЗЫ…»
У твоей мимолетной Музы —Кожа цвета слоновой кости.В тонких пальцах приносит грузныйСочный солнечный абрикос там.Что успеешь за миг сказать ей?Легкокрылый наряд узорен.Пронизает тебя глазамиЦвета горьких кофейных зёрен.В бренном мире, леплёном грубо,Где художник безумцем прозван,Как-то страшно за эти губы,Тяжесть бледной старинной розы.Жизнь случалась, и время шло такВдохновенно. Пусты палаты.Пробудившись, ты видишь что-тоОт Иуды и от ПилатаВ плавном облике, в самом лике.Вас связали иные узы.Ты желал бы не стать великим,Не коснуться ни строчкой Музы,Не услышать порочной бронзыГромкозвучной, остаться косным,Праздным, властным, бесслёзным, грознымДля Красавицы с абрикосом…(30.08.2014)«РАССЛЫШУ СТРОКУ – И ПРИМЕРНО ЕЩЁ НЕДЕЛЮ…»
Расслышу строку – и примерно ещё неделюБрожу, повторяя её в голове, как эхо.А в городе осень, и россыпи ягод спелых,И жёлтые листья. Тянет куда-то ехать.Обрывки животных – ваши кусочки меха.Да вы и друг к другу так же порой жестоки.Посмотришь на лица спешащих к вечерним парам.С утра принесли сюда ярких цветов потоки —Последуй совету и сделай себе гербарий.Со временем каждый станет ненужным, старым.А кто-то, отдав свои молодость, силы, время,Внезапно очнётся вытолкнутым за двери.Пока же – верхушки пирожных в тяжёлом креме;В фаянсовой кружке кофе; листы и перья.Но в их долговечность я как-то, увы, не верю.Ты хочешь забыться от будущего в сейчас, ноПульсация белого света в пустых палатах.Любовь – только образ: тонкий, сквозной, прекрасный,В разбросанных локонах, в светлом плаще крылатомНа фоне листвы, и неба, и циферблата.А я?.. О, боюсь, что останусь такой же самой,Что необустроенность будет всегда точь-в-точь, какСегодня. И я буду слать тебе телеграммы.Прохладная осень. Отбрось опасенья прочь-ка.Взгляни, как по кругу без выхода бьётся строчка…(31.08.2014)ХОЧУ, ЧТОБЫ МЕНЯ ЧИТАЛИ…
Не надо нас ни с чем соединять.Мы сами по себе – за снегом талым,За лиственным дождём, за гранью дня.Я эти строки много раз читала —Увы, в стихах всего не передашь.Уже не припадёшь к моим устам ты.В окне преображается пейзаж.Ты тоже не останешься константой.Нелепо это вечное «а вдруг?».Уедешь к морю – значит, так и надо.Под южным солнцем кожа тонких рукПриобретёт оттенок шоколада.В холодных зеркалах чужих квартирМне больше не бродить и на губах уКого-нибудь не таять, как зефир.Поглажу задремавшую собаку,От скуки выпью кофе. Только мигМне будет как-то тягостно и пусто.Так сладко целовать страницы книг,Где выражено родственное чувство.Дешёвый пупс, тряпица и тесьма,Картинка нераскаянного детства,Есть образ моего к тебе письма,Придуманного сердцем, – не надейся.Жук осторожно бродит по часам,А сны и явь расчерчены нерезко.Погладить бы тебя по волосам.Разбив сервиз, я склеила лишь фреску.Собака, огрызаясь на шнурок,Забавно прикрывает лапой морду.Мне остаётся пытка вещих строк —И я приму её, сказавшись гордой.Останусь здесь одна, зажгу свечу.Все, по большому счёту, одиноки.Но, глядя ввысь, пойму, как я хочу,Чтобы и вы читали эти строки…(3.09.2014)«В ДОМЕ НИ ЗЁРНЫШКА КОФЕ, НИ КРОШКИ ПЕЧЕНЬЯ…»
В доме ни зёрнышка кофе, ни крошки печенья —Нечем унять затяжную осеннюю скуку.В городе дождь. Состояние зданий плачевно.Он бы хотел тебя взять за усталую руку.Стал бы браслетом на тонком запястье, по цветуБлизкому к айвори. Ты ему снилась – не вдруг ли?Чудных ореховых глаз не хватает поэту,Как и изящной улыбки фарфоровой куклы.Тонкое платье из бежевого крепдешина.Слабый – едва уловим – аромат флёрдоранжа.Может быть, ты не подумала и поспешила?Жизнь – зазеркалье, иллюзия, просто игра же.Он постоянно спасался бессмысленным «если».Все в этом мире – как капли на тёплом стекле мы.Он не желает искать наслаждений телесных —Лишь нанесёт на плече и лопатке эмблемы.Как не хотелось ему б никуда торопиться.Сладкие взгляды подруг ожидают внизу, иОн напряжённо глядит в миловидные лица —Что под румяной эмалью, молочной глазурью?Вечером, в кресле, за книжкой, укутавшись в шали,Смотришь на яркое пламя в камине. Принцесса,Ты ещё спрашиваешь у него, хороша ли.Просто стреляй – всё получится, больше не целься.Ты ошибёшься, решив, что впервые так сильноКто-то влюблён. Он поэт – и в реальности серойЧерпает строки. Устало глядишь на часы, ноОн наделит тебя в мыслях картонной герберой —Ты никогда уже более не постареешь.Он же выходит в кафе через пару кварталов,Чтобы забыться и освободиться скорее,Чтобы рассеяться в листьях и ягодах алых —И возродиться. Он точно не знает, готов лиК этому разум, достаточно крепок ли дух – ноСлишком печально глядеться в жестянку от кофеИ любоваться дождливым пейзажем из кухни…(3.09.2014)«ЭТИ ЧУВСТВА ЕДВА ЛИ РАЗДЕЛИШЬ ТЫ…»
Эти чувства едва ли разделишь ты,Но спасаешь меня от тоски.Я не знаю пока, что мне сделать, чтобМы действительно стали близки.Я хочу к тебе страстно, безудержно.Ты мне снишься опять и опять.Силой воли себя и разбудишь, ноНевозможно же вовсе не спать.Брежу внутренними разговорами —Наслаждения не передашь.Наяву же столкнёмся нескоро мы —Ты мой вымышленный персонаж.Ты сгораешь во мне этой осенью,Освещаешь и греешь, но дымТак горчит. Мы становимся взрослыми —Муки свойственны не молодым.Почему я ещё не отправилаНи письма, хоть обычно пряма?Мне казалось, что это отрава, аЭто игры больного ума.Любоваться волнистыми прядями,Замирая на тёплом плече.Я бы очень хотела быть рядом, ноСовершенно не знаю, зачем…(4.09.2014)«СУМРАЧНО, ХОЛОДНО. ВРЕМЯ ЛОЖИТЬСЯ В КРОВАТЬ…»
Сумрачно, холодно. Время ложиться в кровать.Тронуть волнистых волос шелковистую прядку.Может быть, я перестану тебя ревноватьИли писать о тебе. Но давай по порядку.Пусть наша грустная осень придёт в свой черёд.Снимок на фоне заката у моря – совместный —Тихо остынет под рамкой. Его уберётСтарый слуга, напевающий плавную песню.Что почитать тебе на ночь? Занятный рассказ?Добрую притчу? А птицы сбиваются в стаи,Горько кричат и легко улетают от нас.Только печальных стихов никогда не читаю.Или давай поболтаем, сердца обнажив.Что тебе снилось, кого ты теперь обнимаешь?Я не хочу уходить в королевство чужихМасочных лиц, где царит ледяная зима лишь.Снов тебе ласковых. А для поэта – табуЭти душевная близость, сердечная нега,Прикосновения сладких коралловых губ.Мне – целый город фонарного света и снега…(5.09.2014)«Я РАСТЯГИВАЮ ФРАЗЫ, КАК ТИПИЧНАЯ ЮЖАНКА…»
Я растягиваю фразы,Как типичная южанка.В незатейливых браслетах —Обнажённая рука.Я хочу всего и сразу.Ты меня коснёшься… Жалко,Всё почти случайно – летомТрудно знать наверняка.А тем более – у моря,Над которым реют чайки,Наслаждаясь солнцем. ПарусПуть прокладывает свой.Мы уже почти не споримЗа пирожными и чаем.Золотистого загараБезмятежно-ровный слой,Стайка беглых строк в блокноте,Фотография в обнимку,Штрих надрыва на билетеГорсть ракушек – общих тем,Близких мыслей – для чего-тоВ городской осенней дымкеСтанут памятью о лете.Что последует затем?Предугадывать не трудно:Сны – предшественники муки,Разукрашенные клёны,Пара бликов на стене.А ещё дожди пойдут, ноЕсть зонты. Тогда поймут, какМой поэт самовлюблённыйПрорывается вовне.Ты заглянешь на страницу —Слушать аудиозапись,Что вынашиваю в сердцеС этих самых пор – как дар.А потом тебе приснитсяВзгляд короткий, смех внезапный.Ты очнёшься – город сер, всёТак же мелочен и стар.А попробуй убежать-каОт морали, склейки вазы,Узких будней. Тот, кто против,Не спасётся в лжи и рже.Но пока светло и жарко.Ты растягиваешь фразы,И они звучат, как строки, —Для менязвучатуже…(10.09.2014)«СУМАСХОЖДЕНИЕ НА ДАЧЕ…»
Сумасхождение на даче…Мечты и чувства погребяПод маской, от тебя я спрячусь —Куда мне деться от себя?Мой ум остёр и желчен, въедлив —Но и душа ему под стать.Уже от мысли, что уеду,Я успеваю подустать.Дойти б до крика, до пределаВ тоске, в отчаянье, в строке —И исцелиться. Что мне делатьВ провинциальном городке,Где, как жуки по зимним рамам,Ползём, не зная, что умрём?Я задохнусь там тем же самымДождливым серым сентябрём.Пусть семинар, потом фуршет – ноЯ не рассеиватель смут.Боюсь, меня там совершенно(Хоть дружелюбно) не поймут.Ведь у меня так долго здесь всё:И стол, и жёсткая кровать.Придумать персонажа действаИ этим именем назвать,Чтоб повторять без счёта… ПовестьНе открывала (что ж, среда?).Не бойся, я не сяду в поездИ не уеду никуда.А так и буду – не иначе:Я родилась уже такой —Сходить с ума на старой дачеДа рисовать тебя строкой…(10.09.2014)«ВЕЧЕР. РЕДКОСТНАЯ КНИГА. ПРИГЛУШЁННЫЙ СВЕТ…»
Вечер. Редкостная книга.Приглушённый свет.А зимы со снежным игомВ этом мире нет.Не отвечу, враг ли, друг ли.Смотришь, чуть дыша.Я фарфоровая кукла —Слишком хороша:Щёки тронуты румянцем,Губы (прочь, толпа).Слабо шепчешь мне: «Останься».Я не так глупаИ предвижу всё, что будет.Рассказать? – Увы:Парки, сумрачные люди,Ворохи листвы;Поцелуи, слёзы; платья,Тени из угла.Не желала б передать я,Если б и могла,Жадной муки слушать Грига,Вечно жить тая.Наслаждайся этим мигом:Рядом ты и я.Сладость сна, стыда и страха,Если я приду.Белоснежные, как сахар,Лебеди в пруду.Легкокрылые качели.Вот и редкий томВ круге лампы. Ах, зачем яДумаю о том,Что случается с форелью,Как струится след,Почему тебе в апрелеБудет сорок лет;Для чего сама, внезапноГлянув в зеркала,Вижу: нет садов и замков —Вся земля бела.Пустоты не перепрыгнуть.В сером небе рядЧёрных птиц. И только книгиТак и не горят…(10.09.2014)«ПОТОМ МЫ ПОВЗРОСЛЕЕМ, А ПОКА…»
Потом мы повзрослеем, а покаЖизнь кажется приятна и легка —Поэту не пристало быть серьёзным.Прекрасны эта тонкая рука,И эти щёки цвета молока,И эти губы – алые, как розы.И самый мир, что, грезится, таков,Как будто воплощён из дневников,От внешних обстоятельств независим.Затем, когда ты станешь далеко, вМечтах я буду ждать твоих звонков,Твоих коротких электронных писемС инициалом в подписи. К тому ж,Писать придётся редко. Сохнет тушь.Я посмотрю в Сети прогноз погоды.Что дождь для двух влекомых чувством душ?Но нам не обещают серых луж —Сентябрь будет ясным и холодным.Проснусь среди огарков и бумаг.Опять я что-то делаю не так —И пусть, упьюсь страданием и мукой.А ты молчишь, чтоб слышать каждый шаг;Ты добавляешь в булки синий макИ запиваешь горьким кофе. Ну-ка,Скажи, у сигареты тонкий вкус?Я в чёрном платье с ниткой красных бус?Ты всё живёшь случайной встречи ради?Ты всё гуляешь в парке на ветру сСобакой? Извини, ты просто трус.Сожги мои тяжёлые тетради.Тоска распространяется, как яд.Ты не решишься сотый раз подряд.Я трепетная, тёплая, живая —И не с тобой. Расставлю снимки в ряд.Лишь рукописи так и не горят —Я постоянно это забываю…(11.09.2014)«КОРИЧНЕВОЙ ТУШЬЮ ПОДКРАСИТЬ РЕСНИЦЫ…»
Коричневой тушью подкрасить ресницыНад серой поверхностью льда.Но ты обещаешь хотя бы мне сниться —Пусть бегло и лишь иногда?Без этих минут – долгожданных, искомых,Без едких чернил для письмаЯ буду среди остывающих комнатСходить постепенно с ума.Останься… На улице холод, и ветер,И мороси мелкая сеть.А я постараюсь найти, что ответить,Куда поудобней присесть,Чтоб видеть друг друга, особенно лицаИ нервные пальцы. Прости…Ну, надо же было так страстно влюбитьсяК своим двадцати девяти.А думала, что исцелилась, – но где там.Которую муку подрядСклоняешься к влажным душистым букетам,Изящно берёшь шоколад,Несмело бросаешь короткие взгляды,Оттискиваясь, как печать,Мне в сердце. Стирать ли из памяти кадры,Когда нестерпимо молчать,Когда, как лиса под туникой спартанца,Обида вгрызается в грудь?Скрывайся… Ну что же, пусть дверь отперта – всёРавно мне сейчас не уснуть.Какая теперь уже разница, чем яЗаймусь, как замру у стекла.Случайным и очередным увлеченьемЯ только-то здесь и была.Попробовать волосы, кстати, не стричь-ка —Пусть будут чуть ниже плечей.О мир мой, давай огоньки, электричкуДа пару весёлых ночей,Чтоб вновь поскорее ничьей, чтоб и след неОстался, чтоб падали ницПреграды. Не жалко ни губ этих бледных,Ни этих дрожащих ресниц,Которые крашу коричневой тушью,Глядясь в отражающий лёд.Послушай, внутри – утомлённые души.Но нет, этот мир не поймёт…(16.09.2014)«ОНИ ТЕБЕ ВЛОЖИЛИ В РУКУ КАМЕНЬ…»
Они тебе вложили в руку каменьИ приказали коротко: ударь.Всё выглядит так буднично, пока мыСидим вдвоём. Качается фонарьНа улице, поскрипывая ржаво,И тусклый конус выявляет дождь.Как я тогда отчаянно бежала…Причудливая память, уничтожьНенужные засвеченные снимки.Здесь, в этой кухне, страсть ещё жива.Осенний город тонет в сизой дымке,На стёкла липнет жёлтая листва.Ты расставляешь глиняные чашки —Нам нравится чаёвничать до двух.О, разве труд, а если труд, то тяжкий ль —До хрипоты зачитываться вслухИзлюбленными строчками твоими,И одухотворяя и губя?Я не могу назвать простое имя,Чтоб невзначай не выдать им тебя.Они тебе то вкрадчиво, то прямоВнушали: «Мы простим, да ты постой;Ты понимаешь, вырытая ямаСтрашна неумолимой пустотой,В которой всех людских грехов истоки.Верни покой и радость в наши дни…»Зачем их речи были так жестоки,Зачем тебя измучили они?Ты вздрогнешь под уютным тёплым пледом,Ладонями упрёшься в край столаИ, как обычно, резко спросишь следом:«Пожалуйста, скажи мне, казнь была? —Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.