А был ли я?

Глава 1

«Охренеть! Что за фигня? Не может быть! Бред какой-то!» – лихорадочно думал я, открыв рот в удивлении и в оцепенении глядя на…

Да, черт возьми, глядя на самого себя!

А он, тот «я», смотрел на меня, слегка растянув губы в небольшой дружелюбной улыбке.

«Что за черт?!» – молча продолжал удивляться я, глядя в непонимании на стоявшего напротив человека.

Ну да, не может быть сомнений. Человек, стоявший передо мной, был точной копией меня, насколько я мог сам себя объективно оценить, глядя со стороны, в взволнованном состоянии рассматривая его.

Или рассматривая себя?

Мне было непонятно, кого я вижу. Сейчас мне казалось, что я смотрю в зеркало на свое отражение.

Я стоял и смотрел на его лицо. Просто не мог оторвать взгляда.

А в голове все пролетали вопросы: «Что происходит? Кто этот человек? Почему он так похож на меня?»

Сейчас, когда я глядел на незнакомца, мне казалось, что он ну просто копия меня!

Войдя сегодня утром в холл учебного центра, сделав несколько шагов и увидев его, я остановился. Для меня эта встреча стала такой неожиданной, что я растерялся и не знал, что делать дальше. Было удивительно, странно и даже немного страшно видеть не просто похожего на тебя человека, а полную копию тебя самого. В этот момент я почувствовал, что сердце мое забилось сильнее – разгоняясь куда-то, в висках застучала кровь.

Прошло уже, наверное, секунд пять, как я, не двигаясь, стоял и смотрел на «него-себя». В ответ мой двойник продолжал молча смотреть на меня с прежней улыбкой, засунув руки в карманы джинсов.

Я стоял и смотрел, растерянный от такой неожиданной встречи, не зная, что делать дальше. Заговорить я не мог, на меня нашел какой-то ступор, тело стало ватным. Да и о чем было нужно говорить? «Здравствуйте! Вы так похожи на меня! Как вас зовут?» Какая-то непонятная ситуация получалась, нелепая, непривычная и небывалая для меня.

Сделав небольшое усилие над собой, я оторвал взгляд от его лица.

Я быстро оглядел человека, так похожего на меня. Рост выше среднего, стройный, одет современно, стильно. Проведя краткий осмотр комплекции и одежды, я перевел взгляд обратно на голову загадочного незнакомца. Внешне за время моего краткого отсутствия внимания к лицу этого парня оно никак не изменилось и оставалось по-прежнему копией моего.

«Бред какой-то! – крутилось в голове. – Просто бред какой-то!»

Неожиданно, прервав мое оцепенение, сзади кто-то негромко произнес: «Привет, Марик!»

Услышав свое прозвище и очнувшись, я обернулся. Навстречу, глядя мимо меня, двигался Сергей, мой коллега по работе, которого тоже направили на курсы повышения квалификации.

Поняв, что Серега идет не ко мне, я отступил на шаг в сторону, пропуская коллегу.

Тем временем, пройдя мимо, Сергей, улыбаясь, подошел к так похожему на меня человеку, протягивая ему руку. Тот другой «я», которого только что назвали моим прозвищем Марик, сильнее заулыбавшись, произнес: «Здорово, Серега!», в ответ тоже протянув ладонь для рукопожатия. Затем мужчины, сойдясь, поприветствовали друг друга и, отойдя немного в сторону, стали о чем-то беседовать.

«Странно, – подумал я, наблюдая за происходящим. – Меня или игнорируют, или не видят… Скорее, наверное, второе!»

Продолжая наблюдать за интересовавшей меня парочкой, я пытался понять, что происходит.

Если рассуждать логически, то тот второй «я», увидев меня, должен был бы сильно удивиться. В отличие от меня он, наверное, попытался бы заговорить со мной, чтобы узнать причину нашего сильного внешнего сходства. Попробовать разъяснить для себя непонятную ситуацию. Но получается, что он всего этого не сделал, потому что не увидел меня? Такой вывод я делал. Но как он мог не увидеть меня, ведь я стоял прямо перед ним, а он смотрел на меня?

В голове возникали одни вопросы.

«Нееет, – протяжно подумал я и продолжил рассуждения. – На лице этого незнакомца не было ни капли удивления. Он просто не замечал меня. Тот человек с моим прозвищем Марик явно не видел меня. Да и Серега, мой коллега по работе, тоже не обратил на меня никакого внимания. Выходит, что я стал невидимым, что ли? – пришел я к такому умозаключению. – Но как? Да не может быть! Такого просто не может быть!»

– Серега! – позвал я коллегу, беседовавшего с человеком, сильно похожим на меня.

Сергей остался так же стоять, говоря о чем-то со странным собеседником, не отреагировав на мое обращение. Тогда я еще раз позвал его, но уже произнеся его имя так громко, что в небольшом холле услышал бы любой. Серега снова никак не отреагировал на меня, и вообще никто вокруг, насколько я успел заметить.

«Не слышат! Еще и не слышит походу меня никто!» – заволновался я.

Переведя дыхание и заставляя себя успокоиться, я задал себе вопрос: «А что происходит?!» Мысль о том, что меня никто не видит, никак не укладывалась у меня в голове.

– Эй, пацан! – окликнул я проходившего мимо мальчишку лет двенадцати. Парень, не обратив на меня никакого внимания, продолжил идти дальше.

«Похоже, и впрямь меня не видят и не слышат! – ошарашенно думал я. – Ладно, что будем делать в данной ситуации, товарищ Маркел?» – задал я мысленно себе вопрос.

Но ответа на этот вопрос у меня не было.

Не очень просторный холл учебного центра стал потихоньку заполняться людьми, приехавшими для прохождения различных курсов, повышающих уровень знаний, необходимых для их профессии. Взрослые ученики ходили туда-сюда, не обращая на меня никакого внимания.

Вдруг кто-то ударил меня сзади по ноге, а затем толкнул в спину. Я, завалившись от толчка, чтобы не упасть, сделал шаг вправо в противоположном от удара направлении. Затем, чтобы уйти от возможного дальнейшего контакта с нападавшим сзади, отпрыгнул еще правее, развернувшись при этом в воздухе на сто восемьдесят градусов. В последний момент я выставил руки, принимая боевую стойку и готовясь к драке. Но то, что я увидел, заставило меня расслабиться и опустить руки. Никакой угрозы не было. Передо мной стоял парень лет двадцати с открытым ртом и растерянным видом. Молодой человек удивленно посмотрел себе под ноги, затем, озираясь, повернулся вокруг своей оси, не обращая на меня никакого внимания. Потом паренек, пожав плечами и прикрыв рот, направился куда-то в глубь примыкающего к холлу коридора.

«Похоже, я действительно стал невидимым вместе со всей своей одеждой!» – сделал я окончательный вывод.

Оглядевшись, я увидел в углу помещения неизвестное мне высокое комнатное растение, напоминающее куст гибискуса, стоящее в здоровенном горшке. Я быстро прошёл к кусту с горшком и встал за него. Затем я снял свою сумку с плеча и положил ее рядом. Дальше я стал наблюдать обстановку из-за своего импровизированного укрытия. Разные люди, по-видимому, ученики, преподаватели и так, различные работники учреждения, по-прежнему ходили туда-сюда, занятые своими делами.

Интересовавшая меня парочка, особенно тот, который был так похож на меня, по-прежнему беседуя, стояла на том же месте. Я стал внимательно разглядывать моего двойника. Одет он был красиво, но не дорого, аккуратно, без выпендрежа и функционально одновременно.

«Хм, интересно, а ведь я одет практически так же», – только сейчас немного успокоившись, заметил я.

Размышляя о том, что же все-таки происходит, я продолжил осмотр незнакомца. Мы оба были в темных джинсах современного кроя, фланелевых рубашках светло-сиреневого цвета, поверх которых были надеты кофты из тонкой шерсти с добавлением лавсана, с деревянными пуговицами необычной формы. Я, пока не успевший снять верхнюю одежду, был одет еще и в куртку, а у того, второго меня, ее уже не было.

– Но нееет, – протянул я, присматриваясь повнимательнее. – Стопроцентного сходства в одежде все-таки нет!

Я заметил, что у нас с этим «товарищем» отличались детали одежды. Рубашка, к примеру, у незнакомца была чуть потемнее, за счет едва заметного на ней рисунка в клетку. Полоски на кофте были немного шире. Да и джинсы были вроде посветлее.

Опустив взгляд ниже, я посмотрел на обувь.

«Ого!» – удивился я, ожидавший увидеть такие же, ну или почти такие же боты, как у меня, а тут – совсем мимо!

В отличие от моих зимних классических ботинок с тонкой подошвой, на ногах у незнакомца были интересные боты на толстой подошве, эдакая смесь классики с милитарис.

Перестав изучать одежду, я перевел взгляд на лицо.

Овальное лицо было немного худощавым, кожа слегка смуглой. Темные, чуть тронутые сединой волосы, прямой нос, карие глаза.

«Под описание с такими приметами может подойти хренова туча людей! – подумал я. – Может быть, он вовсе не так уж сильно похож на меня, как мне кажется?».

Я, расслабившийся было в раздумьях, снова сосредоточил свой взгляд на незнакомце. Нет, по-моему, все же очень похож.

Затем я задал себе же риторический вопрос: ну неужели любой здравомыслящий человек, увидев себя, не узнал бы сразу, что это он?

«Стоп! – вдруг меня осенило. – В моем вопросе есть ключевое слово – здравомыслящий! А может, я сошёл с ума? – пришла ко мне догадка. – И мне теперь кажется, что я вижу человека, так сильно похожего на себя? И что меня как будто бы никто не видит? Может быть, я сейчас вообще лежу в психушке в окружении ненормальных, а все увиденное – это воображение?» – скривив физиономию, почесал я затылок.

Да нет! Нет! С чего бы это я вдруг, без каких-либо причин и предпосылок, сошел с ума? Какое-то совсем неподходящее объяснение происходящему получается. Все равно я бы как-то воспринимал людей, будучи даже психически нездоровым, да и они бы видели меня и как-то реагировали. Наверное…

«Нет, отметем пока этот вариант, – продолжил я и, секунду подумав, добавил: – И, думаю, больше к нему и не вернемся!»

Вернувшись к предыдущему вопросу, я мысленно повторил его. Ну неужели любой здравомыслящий человек, – а к таким я относил и себя, – увидев своего двойника, не узнал бы в нем себя? Ведь человек постоянно видит свое отражение в зеркале, видит свое лицо на фотографиях или видеокадрах.

Мне вдруг стало интересно, а сколько раз я видел свое отражение за прожитые годы?

«Ну давай прикинем. Сколько раз я смотрел на свою физиономию в зеркале? Предположим, хотя бы по одному разу в день, по утрам, когда зубы чищу. Получается 365 дней умножить на 37 лет… Хотя, положим, первые 7 лет я не особо смотрелся в зеркало, да и внешне изменился с тех пор в силу человеческой физиологии. Пусть будет 30 лет умноженное на 365 дней». Я достал телефон и быстро посчитал, получалось довольно-таки большое число.

«А я ведь не только по утрам, но еще и по вечерам зубы чищу и в зеркало смотрюсь. Короче, получается хренова туча раз!» – с иронией подумал я.

Пронеслась в голове песня Юрия Антонова: «Смотрюсь в тебя как в зеркало до головокружения…». Да уж, до головокружения. Однако от такой необычной ситуации, как со мной, действительно впору и голове закружиться!

Прерывая мои мысли, прозвенел звонок, приглашающий своим дребезжанием учащихся на занятия. Через пару минут в холле стало пусто. Закрылась за преподавателем последняя дверь в класс. Наступила тишина, было только едва слышно, как где-то негромко играет радио.

Я стоял и вертел по сторонам головой, не зная, что мне делать дальше. Оглядев еще раз обстановку, я заметил, что вторая дверь, расположенная с задней части аудитории, куда зашел мой двойник, немного приоткрыта. Я подошел к ней и стал наблюдать за происходящим в классе. В аудитории было человек двадцать учеников, отправленных для приобретения дополнительных знаний своими работодателями.

Мой двойник сидел за столом-партой с моим коллегой Сергеем в середине аудитории. Урок еще не начался, преподаватель проводил перекличку, называя фамилии присутствующих. Я ждал, охваченный любопытством и нехорошим предчувствием, когда же очередь дойдет до моей фамилии. И вот, когда преподаватель назвал мою фамилию, человек, похожий на меня, конечно же сказал: «Я!».

Начался урок, преподаватель стал рассказывать о необходимости знания основ гражданской обороны в реалиях современного мира. Я продолжал смотреть на моего «однофамильца», с любопытством наблюдая за его манерой поведения. Иногда мне казалось, что он ведет себя точно так же, как я, а иногда было необычно видеть, казалось бы, нетипичные для меня жесты и поведение. Минут через пять наблюдений мне стало казаться, что сейчас здесь нахожусь не я, а стоит какой-то другой человек. Я понял, что начал плохо понимать суть происходящего вокруг. В голове образовалась какая-то каша из различных образов, мысли стали путаться. Сделав небольшое усилие, я оторвал взгляд от человека, похожего на меня. Тряхнув головой, я еще раз напоследок посмотрел на «меня» со стороны. Затем, повернувшись, направился к своей сумке, по-прежнему лежащей за горшком с растением. Остановившись здесь, я решил обдумать, что же все-таки все это значит и что делать дальше.

«Итак, что мы имеем? – начал рассуждать я. – Сегодня понедельник, 27 ноября 2023 года. Меня странным образом никто не видит и не слышит».

– Охренеть! – ругнулся я.

«Но! – я продолжил рассуждать дальше. – Есть, похоже, точно такой же человек, как и я, которого все видят».

– Охренеть! – опять выругался я, выпуская эмоции, и снова продолжил.

«Да хватит уже хрен склонять. На хрен его, хрен этот. Давай дальше, по существу, – мысленно сказал я себе. – Получается, меня никто не видит. Как-то это все странно получается, мягко выражаясь. Странно и непонятно. Ну прямо совсем, совсем непонятно. И что теперь делать?»

Я не знал, как быть в данной ситуации. Домой поехать?

«Так там жена и дети, наверное, тоже не увидят меня! – предположил я. – Да и, получается, похоже, есть уже у них свой нормальный муж и папа, не хуже, чем я. По крайней мере, если судить со стороны по внешнему виду. Не хуже и не лучше, а, сдается мне, просто такой же, как я. Моя копия! А может, это я копия, а он оригинал?»

– Да ладно о том себе думать, – сказал я негромко. – У него, по всей видимости, все хорошо: работа, семья, дом, друзья. С собой разобраться надо!

Обдумывая свою теперешнюю ситуацию, я никак не мог сообразить: что же все-таки предпринять? Просто так выйти отсюда и идти на работу или домой смысла не было, если тебя действительно никто не видит. До меня стало доходить, что тот мой двойник и есть для всех настоящий я, а я просто его невидимая копия. Как так получилось и что вообще происходит, мне было непонятно. И в связи с этим я никак не мог сообразить, что же мне делать дальше.

Прервав раздумья и так и не придя ни к чему, подняв левую руку, я посмотрел на часы. Это был массивный прямоугольный хронометр с автоподзаводом марки Orient, державшийся на моем запястье с помощью коричневого кожаного ремешка, сделанного из толстой бычьей кожи. В голове всплыли воспоминания, связанные с появлением у меня этих часов. Их я, помнится, купил себе лет уж эдак десять назад, или одиннадцать, не важно. Это был подарок жены на мой день рождения. Так как дарить часы вроде как плохая примета, мы вместе на подаренные ей мне деньги купили их в специализированном магазине.

Я стоял и глядя на часы вспоминал, как все тогда происходило. В тот будний день у меня был выходной. Жена тоже не работала, позволив себе отдохнуть и провести время со мной. Как обычно, проснувшись рано утром, я умылся и выпил кружку кофе. Затем, разбудив своего первого сынишку и дождавшись, когда он сделает все свои утренние дела, я отвел его в садик. Вернувшись домой, я снял верхнюю одежду и зашел в нашу спальню. Жена, укутавшись в одеяло, еще спала. Я подошел к ней, наклонился и тихонько поцеловал в губы. Она зашевелилась, улыбнулась и, потягиваясь, открыла глаза. Я улыбнулся и произнес: «С днем рождения меня!». Тогда моя половинка, приподнявшись на локтях, ответила: «С днем рождения! С днем рождения! С днем рождееееения!» Затем она села, обняла меня и добавила: «С днем рождения тебя, мой родной!» Я обнял ее в ответ и, улыбаясь, произнес: «Спасибо, малыш». Мы посмотрели друг на друга и поцеловались.

Выпив утренний кофе, мы собрались и поехали в магазин с банальным названием «Мир часов». В магазине, недолго походив между прилавками, мы купили мне подарок, на который я сейчас смотрел. Часы исправно шли и показывали 9:23.

Отходя от воспоминаний, я убрал руку в карман и огляделся. В холле, кроме вахтерши, по-прежнему никого не было. Когда я вернулся в реальность, ко мне сразу пришло забывшееся было на недолгий миг осознание недавно произошедшего. В голове выстроилась картина непонятной для меня окружающей реальности.

– Тюли-мантюли! – ругнулся я, расстроенный и озадаченный. Казалось, оставаться здесь дальше смысла не было, и я решил пойти к своему автомобилю.

Подняв с пола сумку, я медленно направился к выходу, случайно услышав при этом, о чем говорит тетка-вахтерша. Женщина разговаривала по телефону о каких-то пирожках, шаньгах, эчпочмаках… Проходя мимо ресепшена, я остановился напротив любительницы сдобного. Глаза женщины, сидевшей за стойкой, находились на уровне моего живота и смотрели чуть в сторону от меня с улыбающимся прищуром.

– Здравствуйте! – произнес я негромко, глядя на вахтершу.

После короткой паузы и отсутствия реакции вахтерши на мое приветствие я произнёс уже погромче, перефразировав песню Цоя:

– А в ответ тишина, не слыхать не хрена!

Со стороны беседовавшей по телефону женщины никакой реакции снова не последовало.

Тогда я уже громко командным голосом произнес:

– Здравия желаю, товарищ тетка!

Исходя из нулевой реакции вахтерши, я подумал: «Нет, не слышит, собака», зачем-то обозвав при этом женщину.

Попытавшись еще раз привлечь к себе внимание, я вытянул правую руку и помахал ею перед лицом вахтерши. В ответ со стороны тетки последовала все та же реакция, как и при первых моих попытках, то есть никакая.

Вздохнув, я повернулся и неспешно направился к выходу.

Глава 2

Выйдя из здания и остановившись на крыльце, я ощутил на лице зимнюю прохладу. На улице было градусов пять ниже нуля, не холодно по уральским меркам. Было приятно стоять и вдыхать свежий, слегка обжигающий холодом воздух. Еще не рассвело, и я смотрел на подсвеченные уличными фонарями заснеженные и от этого красивые деревья, стоявшие за невысоким забором учебного центра.

«Тихо, тепло. А к вечеру, кажется, похолодание обещали… Но все-таки зима пришла и обосновалась уже надолго. До весны уже не отпустит», – неспешно думал я, глядя на заснеженный пейзаж.

Зима. Настоящая. В этом году вот только-только пришедшая в последних числах ноября. Первые заморозки появились с неделю назад, а до этого всё стояла плюсовая температура с малым количеством дождливых дней. Сейчас же по ночам температура пару раз уже доходила и до минус десяти градусов. Снег тоже не заставлял о себе забывать, временами валил без остановки. Так что все, что было под открытым небом, покрыло за это время толстым слоем «белого одеяла». Приятно было смотреть на окружающий тебя вид: ни мусора, ни грязи, ни слякоти.

«Да, скоро Новый год, – подумал я. – А настроение совсем не новогоднее. Не чувствуется праздника. Не чувствовалось до сегодняшнего дня, – поправил я себя и добавил: – А в свете случившегося и вовсе не до Нового года».

– Ммммдааа… – протянул я. – Делааа!

Захотелось курить. Осмотрев двор, я нашел для себя место, где можно было спокойно посидеть и подымить. Достав из кармана куртки вязаную шапочку и надев ее на голову, я направился в дальний от входа конец огороженной территории учебного центра. Пройдя по диагонали двор, я подошел к старому деревянному ящику, стоявшему в углу под навесом небольшой рампы.

Вокруг никого не было. По двору, который был проходным, никто не «болтался». Только один мужик с угрюмым лицом прошел мимо, не обращая на меня никакого внимания.

Я достал пачку сигарет и зажигалку из бокового кармашка своей сумки. Вообще я практически не курил, так, изредка, когда появлялось сильное желание сделать это или же просто с кем-нибудь в хорошей компании. Вот и сейчас был момент, когда мне сильно захотелось затянуться сигаретой. Для таких случаев я всегда носил в сумке дежурную пачку. Да и угостить хорошего человека всегда можно было, если что.

Вынув одну сигарету из пачки, я поднес ее ко рту. Затем, зажав фильтр между губ, я зажег зажигалку и поднес ее к сигарете. Огонь чуть было не потух, но в следующее же мгновение загорелся ровным оранжевым пламенем. Я затянулся, втягивая воздух в сигарету. Верхушка пламени нырнула в тонкий корпус сигареты, поджигая ее кончик. И вот процесс табакокурения пошел по обычному своему сценарию.

Присев на ящик, я прикрыл глаза.

Я курил, вдыхая дым, впуская его в легкие, задерживая там ненадолго и затем глубоко выдыхая, выпуская его на волю.

Так я выкурил одну сигарету, ни о чем не думая. Хоть я и не был сторонником табакокурения, но, когда изредка курил, наслаждался процессом.

Откинув бычок в сторону, я открыл глаза.

Чувствовал я себя в данный момент времени с физической точки зрения неплохо. Только голова немного болела после вчерашнего чуть чрезмерного возлияния во время празднования дня рождения друга. Психологически я немного отошел от произошедшего и уже более-менее успокоился. А вот эмоционально я никак не мог принять произошедшее со мной. Меня все смущало то обстоятельство, что случившееся со мной утром никак не поддавалось какому-либо рациональному объяснению. Поэтому я решил попытаться все как следует обдумать и сопоставить.

– Итак, начнем, – сказал я сам себе и начал я обдумывать ситуацию.

По всем признакам меня никто не видит. Как такое может происходить? С чем это может быть связано? Каких-либо изменений и странностей вокруг я не замечал. Сам за собой я тоже ничего необычного не зафиксировал. С физической точки зрения никаких изменений со мной не произошло, и чувствовал я себя как обычно.

«Однако ситуация нестандартная, – продолжил я. – А может, я сплю?» – я ущипнул себя и сразу почувствовал ответную реакцию организма в виде боли.

– Да нет, боль чувствую, значит, не сплю, – сказал я негромко и добавил, проговорив последнее слово по слогам: – Все-та-ки.

Я вспомнил о том, что во время моих редких страшных снов я почти никогда не пытался ущипнуть себя для определения реальности происходящего. Лишь однажды в одном из кошмаров я ущипнул себя – и действительно не почувствовал боли. Проснувшись утром, я вспомнил об этом, и о том, что был удивлен во сне, что я, как мне тогда казалось, нахожусь в бодрствующем состоянии, а боли не чувствую. Тогда я подумал: «Надо же, во сне может происходить всякая небывальщина, а ты веришь, что вокруг все реально!» Еще мне тогда пришло в голову, что когда просыпаешься после какого-нибудь кошмара, думаешь: «Фуу, хорошо, что это был сон!» И сейчас мне хотелось просто проснуться и увидеть, что все это всего лишь сон.

Но вот только сейчас боль от щипка я почувствовал, и подумал, что всё-таки не сплю. Настроение, бывшее до этого и так не очень, от осознания реальности происходящего со мной еще ухудшилось.

Я продолжил искать объяснение моего непонятного положения, и в голове у меня возникла неприятная мысль – я даже поморщился, насколько она мне не понравилась, а по телу пробежал озноб.

– А может, я умер?! – пробормотал я.

От этой мысли мне стало грустно и нехорошо. Если я вот так вот вдруг, в полном расцвете сил, без каких-либо предпосылок ушел в мир иной, то это как-то обидно. Я вспомнил о своих жене и детях, о том, что так много я еще хотел им дать. Мне хотелось увидеть, как вырастают мои сыновья, как реализовывают себя в жизни, как женятся, рожают внуков. Я думал, сколько я еще много хотел сделать хорошего, интересного и полезного в жизни. Как мы с женой мечтали воплотить наши грандиозные и не очень планы. Думая обо всем этом, я видел лица родственников. А потом у меня перед глазами появилось смеющееся лицо моей жены. Милая, сколько же еще счастья, любви и тепла я хотел тебе дать! От избытка чувств на глаза навернулись слезы, и мне стало совсем грустно.

Глубоко вздохнув, я смахнул слезу со щеки. Затем, вытащив зажигалку из кармана, зажег ее. Поднеся к руке пламя, я выставил указательный палец навстречу огню. Пламя лизнуло приготовленный мной кончик пальца. В этот момент мои глаза округлились, и я испугался. Я не почувствовал боль! Но уже через секунду я отдернул руку со словами: «Ай бл…!»

«Нее, все нормально… – подумал я и продолжил: – Ну, в том смысле нормально, что не умер. – И спустя секунду добавил: – Не точно, конечно же… Но нет, вроде не умер».