Научить любить тёмного. Ветер перемен в Академии Морте

Глава 1

– Мне придётся тебя поцеловать. Иначе они не засчитают помолвку. – С этими словами герцог откинул дурацкий полог с моего лица и накрыл своими губами мои.

Поцелуй был… поцелуй просто был.

Герцог выдержал ровно то время, которого требовали приличия.

Ни секундой меньше, ни мгновением больше.

Как только поцелуй прервался, увитая снежноцветами арка над нашими головами занялась зеленовато-голубым маревом.

В тот же миг мне вернулась способность говорить.

Правда, резко стало не до разговоров…

Дракоша Ломтик, что горделиво оседлал льдистую шапку на самой верхушке священной арки, торжественно заверещал и что есть силы полыхнул голубым пламенем.

Драконий огонь угодил прямиком в парящий магический шар и тот радостно воссиял мириадой ледяных искр! Вслед за первым шаром пламя перекинулось и на остальные, что медленно вращались под купольным сводом храма Семи Драконов.

Изображения драконов на льдистом своде ожили. Синхронно и грациозно, завораживая своими неспешными, мягкими движениями, они поплыли по кругу. Пространство же сияло и переливалось так, что сердце замирало, дыхание останавливалось, а на глаза сами собой наворачивались слёзы!..

Зрелище было просто крышесносным!

Невероятным. Восхитительным. Волшебным…

Огни северного сияния… Дыхание Фьордов…

Казалось, оно было ближе даже, чем моё собственное!..

Мой нежный кроха Ломтик истово бил крыльями, изрыгая всё новые и новые потоки ледяного пламени.

Гости, отмерев, принялись аплодировать.

– Они приняли. – Сухо констатировал творящееся волшебство герцог и только теперь отстранился окончательно.

– Кто – они? – зло поинтересовалась я, с наслаждением поводя плечами. Как же всё-таки здорово двигаться… по своей воле. – Высшие силы?

Кивая гостям на многочисленные поздравления, герцог ответил мне, практически не размыкая губ:

– Разумеется, Фьорды.

– А если бы не приняли? – тут же подняло голову Любопытство.

Герцог Семи Фьордов равнодушно пожал плечами и ответил скучающим тоном:

– Пришлось бы повторить.

А я поняла, что прямо сейчас взорвусь синим пламенем почище малыша Ломтика. Ведь ещё и скривился, говоря это, паразит такой!

Пришлось ему, видите ли.

Можно подумать не он чуть ли не с момента моего попадания в этот мир целовал меня так, что только воздух вокруг звенел!

Вот только было это до…

До этого клятого обручения!..

– Так уж и пришлось бы. – Всё же вставила свои пять копеек уязвлённая Женская Гордость.

Ответом меня не удостоили и это опять-таки задело.

– Всё ещё не разговариваешь со мной?

Снова равнодушное пожимание плечами.

Однако меня после длительного (и вынужденного, что важно!) молчания было не остановить.

– Имей ввиду, Тиму Петтери, если ты и сейчас…

– Сегодня первый этап Свадебной церемонии. – Оборвали меня на полуслове. – Посвящение Фьордами, или Помолвка. Следующий – посвящение Сердцем, или Кровная Нить – в грядущую Неистоволунную Ночь… Тогда и поговорим.

– Ой, не факт. – Я, если что, тоже умею плечами жать не хуже некоторых тёмных. Ох, как же это чудесно-то… двигатьсяяя… – Я ведь теперь больше не молчаливая кукла и вполне себе отказаться могу!

– Ты? Отказаться? – Впервые за всё время свалившегося как снег на голову обручения я удостоилась взгляда карих, стремительно наливающихся пурпуром глаз.

На безупречном лице тёмного явственно прослеживался намёк на лёгкое изумление и… презрение, да.

К моему негодованию и досаде, чего уж, презрения было больше.

– Ты – точно не откажешься. – Фыркнул герцог, отворачиваясь.

– Да с чего вдруг такая уверенность?

– Не откажешься. – Повторил он, упрямо качая головой.

– Вот клянусь вашей Триединой вместе со всеми Привратниками! – Взвилась я. – Не ответишь мне сейчас по-человечески и…

Я осеклась на полуслове. Герцог снова посмотрел на меня. Ни один мускул не дрогнул на породистом лице.

– Кольцо Фьордов убьёт тебя. – Бросил он и я часто заморгала.

– Как – убьёт?

– А как ты себе это представляешь, Туули? – Впервые за время нашей, ладно, назовём это помолвкой, Тиму Петтери позволил себе хоть какую-то эмоцию. – Уж точно обойдётся без похоронного марша!

– И ты вот так запросто об этом говоришь?!

– Думать нужно было, прежде чем надевать его, Ули! – прорычал некромант.

И в принципе он был прав. Настолько, что прям вот добавить нечего. Нужно было думать…

Вот только что мне тогда оставалось?

И когда, снорхи меня дери, нужно было думать?!

С момента моего попадания в мир, где часть души каждого мага воплощается в виде магического спутника*, у меня ведь ни минуты не было спокойной!

/* Начало истории Туули, Тиму и дракона Ломтика в книге «Ветер Севера в академии Морте».

Сходу угодив в самую загадочную и таинственную академию на континенте, где готовят сильнейших магов Конфедерации, могла ли я хотя бы мысль допустить о том, что в самом ближайшем будущем мой упрямый и несносный напарник Тиму Петтери вот так, с бухты-барахты унаследует герцогство, а я, ещё вчера обычная иномирянка без роду и племени стану его невестой, без пяти минут герцогиней?!

– Тим… А разводы у вас бывают?

На меня посмотрели так, словно я сразу с семи лун Ракастава’Аите свалилась.

В принципе, чего я ожидала? У них тут всё на магии завязано. Сперва вот Фьорды этого герцогства меня приняли… Потом Сердце это, чем бы оно ни было… А потом, как говорится, поздно пить боржоми и проситься обратно, домой, к маме… То есть назад, в жизнь девичью-холостую, где хочу халву ем, хочу пряники!.. Вот уж угодила, как кур в ощип!

Да если б я только знала, чем для меня обернётся извлекание злополучного перстня из Хаоса, к каким последствиям всё это приведёт, и какой ценой придётся заплатить за помолвку, я б к поганому артефакту, что так красиво посверкивает на моей руке ни в жизни, ни в смерти не прикоснулась бы!

…Как я только ни пыталась избавиться от злополучного перстня.

Как только ни тщилась его, заразу такую, снять!

От банального намыливания пальца до отмачивания собственной конечности в концентрированном растворе мыльнокорня. От применения всевозможных реагентов, уменьшающих силу трения – кристаллы воздуха, энергия мысли, астральная энергия – до самого настоящего камня крови ильнорога!

Глядя на мои отчаянные и жалкие, чего уж там, потуги Дедушка только головой качал неодобрительно, а малыш-Ломтик знай себе восхищённо фыркал ледяными облачками…

Памятуя о мудром совете магов моего нового мира, я, конечно, пыталась взять за жабры и припереть к стенке Привратника, то бишь нахала Бонсайми… Но прежде, чем осуждать меня за отсутствие результата, сами сперва попробуйте добиться чего путного от призрака!

Я даже профессора Онни подключала, бесполезно!

Бонсайми лишь хохотал глумливо, выскальзывая из-под самых прочных магических сетей, корчил рожи да заверял, что теперь уж мне нипочём от фамильной реликвии Петтери не избавиться.

Хоть бы и вместе с пальцем.

И не то, что бы я собиралась палец себе резать…

Это как бы даже для моего чувства вины чересчур.

Однако сам факт резкой перемены ко мне Тиму Петтери был как удар под дых. Непредвиденный, ошарашивающий, начисто выбивающий почву из-под ног.

И как объяснить не желающему видеть и слышать меня некроманту, что я всего-то-навсего хотела учиться, учиться и ещё раз учиться, как завещал великий…

…Поздравления, наконец, подошли к концу, и мы проследовали в портал, ведущий во дворец.

Я была так ошарашена откровением герцога о том, что кольцо Фьордов убьёт меня, если свадьба не состоится, что позволила помочь мне сойти с постамента, вложив пальцы в протянутую руку Тиму Петтери. Улыбки на лицах гостей стали совершенно лучезарными. Со стороны мы, должно быть, выглядели самой что ни на есть влюблённой парой.

Даже соулы наши вызывали всеобщее умиление: мой ледяной дракончик Ломтик торжественно восседал на спине у восхитительной огненной тигрицы, в которую по случаю обернулась Йола…

Да и Дедушка, кем бы он ни был (предположительно – высшая нечисть неизвестной этиологии) – в честь нашей помолвки заплёл бороду в две косы и выглядел весьма и весьма довольным жизнью.

Словом, лишь двоим в самом грандиозном праХраме герцогства Семи Фьордов было решительно не до веселья. От слова совсем.

А именно – главным действующим лицам.

Жениху и невесте.

Коими и являлись мы с герцогом.

– А эта ваша… Неистоволуннная Ночь скоро? – спросила я Тиму, стоило нам шагнуть в радужное марево портала и оказаться в коридоре, соединяющем праХрам с замком герцогов Петтери.

Дедушка, степенно попыхивающий рядом, а также дракошка с перевёртышем вмиг навострили ушки.

Герцог же едва заметно скривился.

– Так не терпится стать герцогиней, Туули? – бросил он и сжав зубы, уставился прямо перед собой. – Успеешь.

– И всё-таки?

Тиму хмыкнул, будто решал, говорить или нет. Затем вздохнул и всё же ответил:

– Следующая Неистоволуннная Ночь через месяц. Предположительно… Как только Сердце позовёт тебя, ты узнаешь. Через кольцо.

– Угум… Понятно. – Вспомнив, как кольцо лишило меня воли накануне только-только прошедшей церемонии, несмотря на всё титаническое сопротивление, стойкость, и – я настаиваю! – проявленный героизм, я содрогнулась. – А что за Сердце?

– Сердце Фьордов. Главный магический источник герцогства. После посвящения Сердца Фьордов официально назначается день свадьбы.

– Ага, – Кивнула я, будто что-то поняла. – Ну раз второй этап только в следующее полнолуние, я, пожалуй, обратно, в академию.

Герцог посмотрел на меня насмешливо.

– Ты серьёзно?

– Серьёзнее некуда. – Подтвердила я. – У меня практикум на носу. И Распределение курсовое скоро… Надо готовиться, а не вот это всё.

– Надеюсь, ты шутишь. – Хмыкнув, иронично заметил Тиму.

Впереди забрезжило окно выхода из портала, и некромант натянул холодную и отстранённую улыбочку герцога.

– А нет – тебе же хуже. – продолжал он скучающим тоном. – Ты хотела стать герцогиней, Туули – ты ей станешь. Вместе со всеми вытекающими. Завтра с утра у нас променад по парку Поющих Фонтанов, приём визитёров, включая королевских поверенных и, вечером, разумеется, бал.

Тим едва заметно скривился.

– До него новобрачной ещё предстоит встреча с модистками и… честно, я не очень представляю, с кем ещё встречаются благородные нейтири накануне балов и приёмов, но это не обсуждается.

Я только отмахнулась.

Ещё до того, как один брюнетистый засранец лишил меня дара речи я замучилась объяснять, что мне его герцогство и даром не нать, и за деньги не нать, и вообще видала я всё это в гробу.

В белых тапочках.

***

…В ту памятную ночь, когда новость об обручении новоявленного герцога Петтери понеслась по материку, подобно лесному пожару (опережая даже новость о смене герцогов), я не могла заснуть. Сперва утешала Иикки, для которой поступок брата, Иикки Иизакки оказался настоящим ударом. Даже большим, чем последующее его исчезновение и допрос, учинённый магами-дознавателями. Затем мы долго ругались с Дедушкой. Ну как ругались… Шёпотом, чтобы не разбудить всхлипывающую во сне Иикки, и ругалась только я. Дедушка же на все мои доводы «пыхал» с достоинством и объяснять, какого снорха встал на сторону Бонсайми и, по сути, вынудил меня нацепить злополучное кольцо, наотрез отказывался.

И всё же под утро, стоило мне сомкнуть веки на несколько секунд, Тим ухитрился вытащить меня в Хаос через Грёзы.

– Кто ты, Туули Севѐри? – Ошарашил он меня сходу, припирая к стенке. К стенке – в буквальном смысле, если что. – Если Туули, конечно, твоё имя.

Я, надо сказать, замешкалась. Потому что знакомы ж. Были ещё с утра.

Однако прежде, чем я успела что-то ответить, Тиму вдруг зажал мне рот ладонью и как-то горько головой покачал.

– Молчи. – Сказал он. – Кем бы ты ни была – лучше молчи! Не хочу… не хочу знать.

– Тиму! – отмерла я, отталкивая некроманта. – Я, правда, не хотела, чтобы так вышло. Это дурацкое недоразумение… с перстнем этим… Клянусь, я понятия не имела, что он… Да и не хочу я… того… этого… герцогиней…

Я запнулась, сообразив, что ложь Тиму распознает в два счёта, а если говорить правду, следовало добавить «по крайней мере, не так»…

– Ни слова, Ули! – Новоявленный герцог с силой встряхнул меня за плечи. – Что бы ты сейчас ни сказала… Не надо. Не вынуждай меня передумать и разорвать помолвку. Поэтому лучше… лучше просто молчи.

– Да не хотела я его надевать! И герцогство мне твоего не нужно, от слова совсем! – отмерла я и невпопад пролепетала: – А теперь не снять никак. Я весь день пытаюсь.

– Ты же понимаешь, что будет, если я передумаю, Ули?! Если скажу правду?! Конечно, понимаешь! Ты всё понимала, всё просчитала! Или… за тебя просчитали?!

– Ты о чём? Кому за меня считать? Да дай же ты спокойно всё объяснить, Тим!

И снова его ладонь на моих губах. И взгляд… полный злости и отчаянья… Отчаянья напополам с какой-то мрачной решимостью.

– Снорхи! Проклятие Гулльвейг, Туули! Как ты могла?! Как. Ты. Могла!

– Тиму… – Мычу я, пытаясь высвободиться. – Мм… Я не понимаю…

– Прежде чем… – Он оборвал сам себя на полуслове, но руку с моего рта убрал. – Всего один вопрос, Туули. Один. Ответь на него честно.

– Да не вру я тебе, сколько раз повторять!

– Откуда. У тебя. Кольцо Фьордов.

Тяжёлый вдох. И не менее тяжёлый выдох.

Мой? Его? Разве это сейчас важно?

– Бонсайми дал…

Удар в стену рядом с моим лицом.

– Лгунья!.. Мёртвые не могут даже коснуться его!..

Я замешкалась. Ну как бы да. Бонсайми ведь не трогал перстня. По факту. Не касался. Он просто… отправил меня в тот колодец. На кладбище…

О чём я и поведала Тиму впопыхах.

Спустя минуту мы были уже в мире духов.

На том самом кладбище.

Стоит ли говорить, что колодца на том самом месте не обнаружилось.

Как и не нашлось ничего даже отдалённо его напоминающего.

– Кто ты? – тихо повторил вдруг Тиму и отвернулся, сжал ладонями виски. – Нет! Проклятье! Молчи! Кем бы ты ни была, я женюсь на тебе. И твой дракон станет Хранителем Источника Морте. Так хотел… герцог… Так решил отец. Значит, так тому и быть…

Он рывком привлёк меня к себе и поцеловал.

Я так опешила, что даже не сопротивлялась.

Просто… Стоило нашим губам встретиться, как всё остальное тут же привычно отступило на второй план. Стало призрачным, иллюзорным. Ненастоящим.

Вот только поцелуй прервался – и я с ужасом понимаю, что не могу произнести ни слова.

– Поздравляю с помолвкой, будущая герцогиня Петтери. – Горько сказал Тиму.

Я истово замотала головой – мол, и не надейся, что я соглашусь.

Петтери невесело усмехнулся.

– Плохая из тебя актриса, Туули. Надевая кольцо Фьордов, ты прекрасно знала, что отступать тебе некуда. Всего два пути… Или… – Он осёкся, бросил взгляд на три надгробия треугольником, и тогда я никак эти события не связала… – Или… к алтарю в праХраме. Мне даже вмешиваться не нужно… Теперь… И хорошо. Противно это всё…

Некромант помолчал и добавил устало:

– Единственное, чего я сейчас хочу – это не слышать больше ни слова лжи. Ни одного твоего лживого слова.

***

Так и случилось. До следующего нашего поцелуя Тиму ни слова от меня не услышал.

Внешне же всё было безупречно.

Нас поздравляли. Всей академией. Кто-то искренне, кто-то… ну как мог. Я же… я продолжала готовиться к учебному году. Мой жених был рядом. Ровно настолько, насколько требовали приличия. Совместные прогулки, лекции, практикумы…

А вот с совместными тренировками в Хаосе пришлось попрощаться.

Нет, для всех мы, конечно, их продолжили.

Только в Хаос Тиму ходил без меня. И вместо тренировок я вынуждена была ждать его птицей в клетке, под специальным защитным куполом.

И голос, кстати, у меня пропал выборочно. Я могла общаться с кем угодно, и даже с Тиму – но только на нейтральные темы и только при свидетелях… не знаю, что за чары он наложил с тем поцелуем, когда изымал голос… тех же чар подчинения профессор Онни на мне не обнаружил, а объяснить Магистру внятно, почему мне вдруг понадобился осмотр и что же такое этакое мы ищем в моей ауре я так и не смогла. Язык просто-напросто отказался повиноваться.

…Я всё думала, гадала, что за «два пути», о которых говорил Тиму, пыталась понять, почему, сгораемый от какого-то злого любопытства он сам же запрещал мне отвечать, зачем вообще лишил голоса…

Мне лишь одно было ясно – вынужденное обручение мой напарник по Хаосу так мне и не простил.

Решил, что я очередная охотница за богатством? За статусом? За титулом?

Что я воспользовалась ситуацией для того, чтобы стать герцогиней?..

…А вот сейчас всё встало на свои места.

Не признай меня Тиму Петтери своей невестой – я бы просто-напросто умерла.

***

Мысль о том, что Тиму Петтери спас мне жизнь, хоть и не верил при этом ни одному моему слову, более того, снорх знает в чём вообще подозревал не покидала до конца приёма по случаю обручения.

Я совершенно не ощущала вкуса изысканных блюд и будто во сне выслушивала очередные поздравления, льстивые и далеко не всегда искренние… ловила на себе любопытные взгляды и… очень старалась не прислушиваться к шепоткам за спиной.

Вот только это оказалось непросто.

Мой дракон Ломтик весело скакал вокруг – по торжественно украшенному залу. Перелетал с арки на арку, с шеста на шест – специально для него установленные. Ну как перелетал, перепрыгивал скорее, так-то для полноценных полётов дракошка пока маленький… Вот только я не могла не слышать ушами своего соула. А гаже всего в этом слышании было то, что гости это прекрасно знали.

Знали… и всё равно шептались!

– В один и тот же день, руова Шанкайл, в один и тот же день!

– Что вы говорите, руова Метлейн, неужели в один?

– А я вам о чём? Гибель старого герцога и обручение! Слыханное ли дело?

– А правду говорят, руова Наренкайн, что фамильный перстень герцогов Петтери был потерян?

– Вы о святыне сокровищницы Фьордов? Как же, как же! Кольцо было потеряно, это все знают…

– Как же оно нашлось?

– Не иначе, как самым таинственным образом!

– Вы о Даре Фьордов, нейтири Фиглингаус?

– О чём же ещё!

– Ох, какие только слухи о нём ни ходили!

– Вплоть до того, что Фьорды забрали свой дар обратно!

– А всё из-за ненависти между герцогом и его наследником…

– Так уж и ненависти, руова Метлейн, была бы там ненависть, стал бы младший Петтери учиться в академии, которую возглавлял старый герцог?

– Вы о той академии, в которой герцог и погиб, не обретя покой, а младший отпрыск обручился с иномирянкой?

– Не просто с иномирянкой, со светлой иномирянкой-драконом!

– Так это политический брак?

– Триединая, а какой же ещё? Говорят, такова была воля старого герцога…

– Так или иначе, руова Шанкайл, мы об этом уже не узнаем.

– А дракон Фьордам и правда необходим…

– Так вы полагаете, это хороший знак?

– Посмотрим, руова Наренкайн, посмотрим…

– Что вы такое говорите, руова Метлейн, разве может быть хорошим знаком возвращение кольца Фьордов в день смерти герцога?!..

…Даже я, вроде как человек сторонний, с трудом сохраняла присутствие духа, невольно впитывая яд обрывочных фраз.

Чего же стоило герцогу оставаться невозмутимым – одна Триединая ведает. Ведь Йолка тоже рыскала по залу, время от времени затевая возню с Ломтиком и другими соулами. Однако по безупречному лицу некроманта неясно было – слышит или нет.

Остаток вечера выжал меня досуха.

Вот только когда я, наконец, оказалась в отведённых мне покоях, слабость вместе с сонным мороком как рукой сняло.

Когда жизнь раз за разом щёлкает тебя по носу вариантов не так и много: либо стать жертвой, либо… взять ответственность за происходящее на себя и самой же, ни на кого не полагаясь – будь то Фьорды-высшие-силы-магия или даже некоторые брюнетистые – навести в ней порядок.

Потому в первую очередь я вытолкала за дверь приставленных ко мне камеристок, клятвенно заверив, что подготовиться ко сну и сама прекрасно сумею.

А затем объявила экстренное совещание, на котором за неимением одного несносного тёмного заседать пришлось дракоше Ломтику и Дедушке Пыху.

Перво-наперво спикер в моём лице обозначил первоочередные задачи.

Раз уж именно я оказалась ввязана в неприятную и во всех отношениях тёмную историю – значит, мне и предстоит выяснить, что случилось с Яской – раз.

Уничтожить тьму, которая приходила за моим драконом и забрала у Тиму отца – два.

И, наконец, третье, самое сложное и невероятное.

Раз уж мы с Тиму оказались связаны – нелепым случаем, волей Фьордов, прихотью звероподобного Привратника, не суть – глупо тратить жизнь на то, чтобы рядиться в нелепые тряпки, скучать на высокопоставленных приёмах, слушать гадости за спиной и строить из себя чужих друг другу.

Да, Тим мне не верит, видеть-слышать не хочет и всячески знать не желает.

Что ж. Остаётся только одно.

Сделать так, чтобы захотел.

Увидел-услышал-возжелал, снорх его дери!

Именно мне и предстоит… как будущей герцогине, в конце концов!.. научить его любить.

Научить любить тёмного.

Потому что как раз-таки эту науку блестящий адепт академии Морте пока не освоил.

С другой стороны – что с них, с тёмных, взять?

Ну серьёзно? Окромя тьмы и поцелуев?..

На этих словах Дедушка впервые за всё время нашего экстренного собрания расплылся в счастливейшей из улыбок. Что до моего нежного малыша Ломтика – тот весь мой пламенный спич знай себе кивал и торжественно бил крылышками.

– Пиу-пиу! – проверещал он восторженно.

«Ты – самая лучшая!»

– Пых! – согласился с дракошей Дедушка и лукаво подмигнул, тряхнув косматой башкой в сторону моего целомудренного девичьего ложа.

Чувствуя, как запылали щёки, я погрозила Пыху пальцем и подвела итог:

– А начну я с того, что вернусь в академию.

– Пых?! – немедленно насупился Дедушка.

– Да пойми ты! Тиму сейчас меня снорх знает в чём подозревает! Пусть поостынет и сам убедится, что мне все эти придворные интриги на кумпол не упали…

Пользоваться «окном» из зала порталов я, конечно, не могу. Там меня быстро за пятую точку возьмут. Но это, к счастью, и не требуется. На случай срочного вызова в лабораторию у меня имелся туз в рукаве, или специальный мелок, изготовленный мной собственноручно в Хаосе под руководством Магистра Онни.

С помощью этого мелка я быстро начертила на полу гексаграмму портала.

Однако вопреки ожиданиям, контуры не загорелись. Портал не открывался.

– Пых, – покачал головой Дедушка.

Мою затею с бегством из замка он, конечно, не одобрял, но и не препятствовал. Может, потому что я – единственная, кто его «пыхи» понимал?

– Пых. – Будто подсмотрел мои мысли Дедушка.

«Вся магия замка на герцога завязана. Без его разрешения тут мышь не чихнёт».

– Не проскочит. – Машинально поправила я Дедушку и оптимистично заявила: – Что ж. Значит, нам не остаётся ничего иного, кроме как пойти пешком.

Глава 2

Тиму Петтери

Это был удар ниже пояса, нож в спину и удар под дых.

Всё это время он, дурак такой, подозревал собственного отца!!!

А она… Как ловко она отправила погоню по следам Иизакки!..

Отчего-то Тим уверен был, что следопыты просто-напросто не найдут «И-И».

Сколько времени он убил на то, чтобы выяснить, кто руководит рыжим заучкой… Неужели… Нет, нет, нет и ещё раз нет. Он не мог, не хотел в это верить!

Но и факты, как известно, упрямая вещь…

И ведь как складно звучала её версия событий!.. То есть звучала бы, если бы не одно «но»… Не кольцо Фьордов на её пальце.

Тёмные лорды – носители Древней Крови – издревле связывают себя с избранницами особыми узами. В буквальном смысле смешиваются со своими избранными энергией, кровью, магией…

Ментальная привязка осуществляется, когда невесту принимают Фьорды.

Следом идёт привязка кровная – когда избранницу принимает Сердце.

Плотская привязка… Когда магическая сила двоих объединяется воедино, когда герцог с избранницей в буквальном смысле становятся единым целым и не разлучаются больше никогда, как маг с соулом.

В знак особой милости Фьорды некогда преподнесли лордам, носителям Древней Крови Священные Дары.

Дары, что способны распознать ту самую из тысячи, из миллиона…