Вивьен. Свет дракона

Глава 1

– Вы задержались, домни Джорджеску! Не самое удачное качество для секретаря.

Вивьен сжала зубы, чтобы не высказать вслух всё, что думает.

О том, как вернулась на родину, как узнала из свежих газет, что королеве срочно потребовался личный секретарь, как добиралась во дворец её императорского величества, Алисы-Ингеборги III, Королевы Драконов… Как, добравшись, познакомилась с очень, просто невероятно милой фрекен, или, как обращаются к незамужней девушке здесь, в Гаэлии, домни Рахайан. Впрочем, сама домни представилась «просто Рамоной».

Эта самая «просто Рамона» и заперла Вивьен в уборной буквально за несколько минут собеседования. Причём воспользовалась не бытовым заклинанием (Вивьен сдуру призналась, что её вторая специальность – маг-нейтрализатор), а самым обычным, тривиальным засовом. Тяжёлым, между прочим.

Поэтому попытки выбраться и заняли у Вивьен минут двадцать. Как назло, Рамона, которая ориентировалась во дворце лучше, чем бедуин в пустыне, заманила Вивьен в пустующее крыло и на помощь рассчитывать не приходилось.

И всё же вот она! С на бегу приглаженными волосами и оправленным платьем (пришлось протискиваться через узкую щель, потому что ещё и дверь заклинило) стоит перед камергером, графом Альбертом Попеску, важным и надутым, как индюк, с видом проштрафившейся школьницы, а он строит кислые мины и заверяет, что слишком поздно. Ну уж нет! Ей н у ж н о это место. Нужно!

– Уверена, дом Попеску, собеседование моей предшественницы ещё не окончено. И эти девушки в коридоре… Они, как видимо, ещё не имели чести беседовать с её величеством. Собеседование началось пять минут назад, я не спорю, но ведь не имеет большого значения, что я пришла спустя несколько минут после начала.

Вивьен преданно ела камергера глазами, старательно хлопала ресницами и заученно улыбалась. Хотя руки так и чесались всадить напыщенному бюрократу невидимую магическую иголку в мягкий бок. Глядишь, был бы посговорчивее.

Подумав так, сама Вивьен тут же устыдилась таких мыслей. Вот что происходит, когда у тебя прямо-таки жизненно-важная причина, чтобы заполучить место во дворце!

– Что ж, домни, вы, похоже, умеете убеждать. Не вижу, как это качество пригодится на службе Её величества, но, пожалуй, сделаю исключение ради такой милой домнишоары (о! домнишоара! кажется, она перегнула с улыбками и хлопаньем ресницами…) и допущу вас к собеседованию, – важно прогудел камергер, не подозревающий, какой страшной участи только что избежал. – Но, – он строго указал пальцем на потолок, – вы идёте последней.

– Спасибо, дом! – воскликнула Вивьен, которая уж и не чаяла пробить эти бюрократические шоры.

Она скромно засеменила за графом Попеску и заняла своё место среди других девушек

– Ещё одна, – пробурчали слева.

– Мёдом им всем здесь намазано, ага…

Вивьен вспыхнула от такой откровенной грубости.

– Эта домни пойдёт последней, – сообщил камергер и важно поправил пенсне.

Вивьен было видно, что зрение у графа Попеску отличное, пенсне – дань солидности.

Она пожала плечами. Последней, так последней.

– Успокойтесь, домни, – хорошо поставленным голосом одёрнула других девушек ещё одна. Она выделялась на общем фоне, как выделяется лебедь в стае уток. Стройная блондинка с высоким замысловатым пучком и тонкими чертами лица. Такую внешность принято считать невзрачной: черты лица девушки слишком мелкие и какие-то острые, в Пансионе её наверняка прозвали бы Колючкой, или, скажем, Иглой. Но в девушке чувствовалась какая-то внутренняя сила, достоинство, благородное происхождение. Такую увидишь в толпе и не забудешь. – Моя милая сестрица особым терпением никогда не отличалась. А значит, примет решение задолго до этой милой домни. Если до неё вообще очередь дойдёт.

Остальные девушки одобрительно зафыркали, демонстративно не замечая Вивьен и зашептались. Время от времени до Вивьен долетали шепотки, что новая домни им не соперница, слишком уж маленькая ростом и напоминает ребёнка. При этом, как сама она увидела истинным зрением, на претендентках было столько косметики, даже грима, что черты лица и подлинный тон кожи девушек еле-еле угадывался, а волосы у всех, как у одной были гладко прилизаны. Но если блондинке, которая назвала королеву сестрой такая причёска очень шла, то остальных она просто уродовала. Впрочем, девушки, кажется, именно такого эффекта и добивались. Словно все, как одна хотели выглядеть незаметными, невзрачными. Все, кроме блондинки.

Сама же Вивьен не обращала внимание на ворчание и недобрые взгляды, которые бросали на неё искоса. Забыв о безупречном воспитании, полученном в Пансионе Кирки-Цирцеи, светлой целительницы, она во все глаза уставилась на светловолосую девушку.

Значит, это и есть младшая сестра Королевы Драконов. Её высочество Анна-Рагхина.

Подтвердил догадку и камергер.

Стоило принцессе заговорить он ещё больше подобрался, стараясь одновременно втянуть живот и стать выше ростом.

– Ваше высочество, – подобострастно залебезил он, как только принцесса замолчала. – Я говорил, что вам вовсе необязательно ждать в общей очереди…

Та в ответ передёрнула точёными плечиками.

– И вы, и я, и все, здесь присутствующие знают, что на эту должность – я лучшая. И плевать на происхождение. В делах моей сестры чёрт ногу сломит и нужна по-настоящему высокая квалификация и твёрдая рука, чтобы разгрести эти Авгиевы конюшни. Но если сестре понадобился этот фарс с собеседованием, я готова. В конце концов, я делаю это не для неё, а для Гаэлии.

Вивьен часто заморгала от восхищения. Вот так, просто, ёмко, в двух словах обозначить своё превосходство и деловую хватку. Ай да принцесса!

Если бы королева оказалась похожей на сестру. Такой же рассудительной и деловитой… Насколько проще Вивьен было бы получить это место!

Но ожидания не оправдались.

Королева Драконов оказалась крайней противоположностью принцессе.

Когда две чёрные летучие мыши, каждая размером с кошку, прекратили раздражённо хлопать крыльями и кружить по кабинету, взбудораженные вторжением Вивьен, а снова уселись на резную спинку кресла, в котором сидела королева, Вивьен удалось рассмотреть её величество.

Высокая статная брюнетка с нежно-оливковым оттенком кожи, высокой замысловатой причёской, в платье красного бархата (королевский цвет), женственная и фигуристая… она была безупречна.

Только вот капризная линия губ выдаёт взбалмошность и даже сумасбродство, а брови «острой дугой», согласно физиогномике, отражают властный характер. Обладательница таких бровей не потерпит и намёка на пререкание!

Пока её величество знакомилась с документами и рекомендациями Вивьен, та, как и подобает при приветствии монаршей особы, склонилась в реверансе. Через минуту затекла подогнутая нога, ещё через минуту – поясница, а спустя пять минут всё тело кололо иголками, как бывает, когда отсидишь ногу, и Вивьен держалась исключительно силой магии. Энергетический щит, помноженный на заклинание воодушевляющей флейты, поскрипывал, но держал. Даже представить невозможно, как, если она всё же получит место (что при условии претензии на это же место её высочества практически неосуществимо), работать с таким «нанимателем». Ей ведь совершенно никакого дела до того, как чувствует себя Вивьен.

Наконец её величество хмыкнула, и, встав из-за стола, приблизилась царской поступью.

Черные тени с перепончатыми крыльями принялись носиться кругами над головой Вивьен и той пришлось собрать в кулак всё свое мужество, чтобы не присесть и не закрыть руками голову. Чисто рефлекторно.

Подбородок Вивьен обхватили твёрдые прохладные пальцы, потянув лицо вверх.

– Значит, дитя, ты думаешь, что способна справиться с обязанностями моего секретаря? Выпускница Пансиона Цирцеи – звучит, конечно, неплохо. Но… насколько я могу видеть по твоим дипломам, ты – учитель истории и маг-нейтрализатор. При этом раньше преподавала лишь в младших группах.

Несмотря на раздражающий писк мышей (они словно нарочно хлопали крыльями над головой, будто поставили перед собой цель – деморализовать претендента на место), Вивьен твёрдо и спокойно посмотрела королеве в глаза.

– Я уверена, что я лучшая кандидатура на место вашего секретаря, ваше величество, – твёрдо сказала Вивьен, от души надеясь, что магический потенциал не иссякнет раньше времени и она не рухнет под ноги Королеве Драконов мешком с тряпьём.

– Вот как?

Слава Цирцее, королева отпустила подбородок и жестом позволила подняться. Что Вивьен, стараясь не скрежетать зубами, немедленно проделала.

– Однако ты не могла не заметить, что на это место претендует также моя младшая сестрёнка-колючка, – королева наморщила носик, – так что твоё заверение довольно смело…

– Я уже выполняла обязанности секретаря правителя, – не моргнув глазом, выпалила Вивьен. – И справлялась весьма успешно. Уверена, что, если вы дадите мне шанс, не пожалеете, ваше величество.

– Да, там что-то было об этом, – королева щёлкнула изящными пальцами, – архипелаге, как же его…

– Дрэкенс-Лэйр, – подсказала Вивьен.

– Именно! Драконье Логово. Но среди бумаг нет рекомендаций от тамошнего ярла.

– Это потому, что ярл Йон Линдорн был призван на ваш отбор, ваше величество. Он просто не успел написать рекомендации.

Королева приложила пальцы к вискам.

– Ах, отбор! Ну конечно! Собственно, мне потому и понадобился ещё один секретарь, который будет заниматься моими делами в том, что касается отбора. Остальные никуда не годятся. У этих жеманниц, что были до тебя, одно на уме: подобраться поближе к отбору и прибрать к рукам сильнейших драконов империи, разумеется тех, что не подойдут мне.

Вивьен сглотнула. У драконов, как известно, обострённая интуиция… И королева только что повторила её собственные мысли. А это значит, что помимо взбалмошности она умна и проницательна. Даже опасна. Узнай она о причине, по которой Вивьен понадобилось место её личного секретаря – и пиши пропало. Вивьен не сомневалась, что стоит королеве начать что-то подозревать, и не видать ей этого места, как своих ушей.

А королева задавала вопросы. Всё новые и новые. Какова причина её отъезда из Гаэлии? Как ей понравился Пансион Цирцеи? Какие новости в Стадсхольмене? Ах, да, последние месяцы она провела на островах Дрэкенс-Лэйр. Так что тогда нового за Медвежьим заливом? И как она находит свою родину? Сильно ли изменилась Гаэлия? Как наиболее эффективно систематизировать документацию за прошедший месяц? Год? Как она считает, какие цвета следует выбрать Королеве Драконов для представления женихам? Сколько времени выделить на знакомство с каждым, чтобы до конца церемонии не разболелась голова и не понадобилось прибегать к целительной магии? Почему королева против магического воздействия? Вообще-то в этой комнате вопросы задаёт её величество…

С тяжёлым сердцем Вивьен покинула кабинет. Не видать ей этого места… Вот кто тянул её за язык? Действительно, разве можно задавать монархам вопросы без дозволения на то? Но в Стадсхольмене, и, конечно, в Пансионе с подобным было проще… Да и с правителем она встречается второй раз в жизни.

Первым был ярл Дрэкенс-Лэйр Йон Линдорн, а тот, даром что тоже дракон, совсем другой. Простой, даже очень простой, и вместе с тем честный и благородный. На первый взгляд невозмутимый и отстранённый, а на самом деле очень искренний и надёжный. Заботливый. По-настоящему заботливый, как бывает в том случае, когда правителя боги наделяют не только властью и силой, но и другими качествами, необходимыми для хорошего правителя. Такими как щедрость и широта души…

Вивьен так глубоко задумалась, вспомнив Йона, что увидела его словно наяву. Высокий, широкоплечий, с чуть заострёнными, ястребиными чертами и вытянутым овалом лица, с синими, как небо глазами с вытянутыми зрачками…

А когда ярл Драконьего Логова, её бывший наниматель вышел из-за угла в компании каких-то людей Вивьен пискнула и ретировалась за угол с быстротой мыши, учуявшей кота.

Прижавшись спиной к стене, она замерла и попыталась привести дыхание в норму.

Без сомнения, это он!

Тот, за которым она и отправилась в Гаэлию, в то время, как обещала послушно ждать его возвращения в Драконье Логово.

Пальцы взметнулись вверх и осторожно провели по пылающим губам. На прощание Йон поцеловал её и попросил дождаться его.

Но как можно сидеть, сложа руки, когда твоего возлюбленного призвали на королевский отбор? Королеве Драконов вздумалось выйти замуж и подарить Драконьей Империи нового короля, а затем и наследиков…

Хуже всего то, что Вивьен понимала, Йон – самая лучшая кандидатура на трон. Правитель архипелага, герой военной кампании 20-х годов, тот, кто смог взять приступом Чёрные Скалы и освободить взятых в заложники горожан и членов королевской семьи. Тот, кто во время самой кровопролитной битвы на Зелёных островах не потерял ни одного бойца…

Имя последнего ярла архипелага Драконье Логово повторяют дети на уроках истории Драконьей Империи.

У Вивьен было время, чтобы поразмыслить над всем этим как следует, пока плыла в Гаэлию на пароходе. Имела ли она права ехать вслед за ним? И дело не в ослушании, а… имеет ли она, Вивьен Джорджеску, право лишать Драконью Империю такого достойного правителя?

И всё же решила, что да, имеет. По-крайней мере, она будет бороться за свою любовь, пусть даже ради этого ей придётся соперничать с самой Королевой Драконов… Или же… она должна убедиться, что проиграла. Сама, своими глазами.

Когда-то, когда она была только ученицей Пансиона Цирцеи, её уведомили о смерти родителей письмом. Ей не хотелось, чтобы о предстоящем браке правителя Драконьего Логова ей сообщили таким же образом.

Да, он ничего не обещал ей, не успел… Но Астрид, его дочь, называет её мамой, е ё , а не эту блистательную драконицу в алом! И это что-то да значит.

А ещё… Несколько месяцев назад ярл нанял её для того, чтобы овладеть в совершенстве гаэльским наречием. И, стоило ему достичь поставленной задачи, тут же укатил на отбор.

Значит ли это, что всё время, что она прожила в его замке, Йон знал о грядущем отборе? И специально к нему готовился? В таком случае получается, что он знал, что однажды её покинет… ради королевы.

Нет, думать об этом было слишком горько и Вивьен решила не делать преждевременных выводов. Она разберётся во всём сама.

Она осторожно выглянула из-за угла. Прошёл ли он уже? Заметил ли её? Отчего-то не хотелось, чтобы Йон пока знал, что и она здесь. Во-первых, как её наниматель он волен отправить её обратно, в Дрэкенс-Лэйр, а во-вторых, конечно, он так и сделает.

Но если она поступит на службу к самой королеве… ни один из правителей Драконьей Империи не сможет ей приказывать. Кроме её величества, разумеется.

Йона в коридоре уже не было, только за дальним поворотом мелькнула его белая, как лунь, макушка.

В этот же миг дверь в кабинет королевы распахнулась и на пороге застыл камергер.

Его тут же окружили претендентки.

Только принцесса не сдвинулась с места. Скрестив руки на груди, она стояла, поджав губы, похоже, даже не сомневаясь, что место секретаря достанется ей.

– Ах, дом Попеску!

– Граф!

– Уважаемый граф!

– Не томите!

Особенно усердствовала та самая Рамона, что заперла Вивьен в уборной.

«А вот и шиш тебе, – мстительно подумала Вивьен. – Королева разоблачила вас всех. Конечно, она предпочтёт не в меру серьёзную сестру всем этим вертихвосткам!»

Думать о том, что место не достанется подлой Рамоне было приятно. Правда, и самой Вивьен оно не достанется.

– А где домни Джорджеску? – камергер окинул девушек взглядом поверх пенсне.

– А она ушла! – тут же нашлась противная домни Рахайан.

– Я здесь! – Вивьен вышла из-за угла. Голос отчего-то сел и она закашлялась. Затем повторила громче и увереннее: – К вашим услугам, граф.

Остальные, кроме принцессы, одарили её презрительными взглядами. У её высочества же был такой вид, словно она выше всего этого и Вивьен не достойна даже её внимания.

– Вы здоровы, домни? – нахмурился камергер, окидывая Вивьен взглядом с головы до ног.

– Абсолютно, дом, – ответила Вивьен и добавила немного торжественнее, чем следовало: – Извините, я просто поперхнулась.

Девицы тут же наморщили носы, а камергер вздохнул.

– Что ж, домни, надеюсь на это. Потому что болеть вам отныне запрещено.

Пока Вивьен хлопала глазами, – как такое можно запретить? – камергер добавил:

– Вы приступаете к своим новым обязанностям личного секретаря её величества незамедлительно.

Глава 2

За десять лет, что Вивьен не была на родине, Гаэлию стало не узнать.

Порт, который восьмилетней девочке казался огромным, стал ещё больше, разросся, превратился в симбиоз военного порта и торговой пристани.

Каких только кораблей здесь на было! Величественные барки, каракки и каравеллы, клиперы, галеоны, фрегаты. Шхун и бригантин без счёта. Изящные, одномачтовые, они терялись на фоне внушительных соседей. Причём самыми огромными были пароходные судна, чуть не в десять этажей. На таком корабле, должно быть, можно прожить всю жизнь, только, наверное, это было бы скучно…

Сама пристань чуть не сбила Вивьен с ног оглушающим гвалтом: звуками сирен, зычными голосами матросов и носильщиков. В облаках дыма витали запахи пряностей, соли и рыбы, как всегда бывает в крупном порту.

За пределами пристани чудеса не закончились: Роама, главный город Гаэлии, тоже разросся, устремившись и в ширь и ввысь. Над шпилями башен парили дирижабли, по улицам наравне с запряжёнными лошадьми повозками катили паровые автомобили и даже сами горожане на двухколёсных велосипедах (где переднее колесо прямо-таки гигантское, а в чём толк от маленького заднего, непонятно) и самокатах.

Вивьен запомнила Гаэлию другой… Серой, смутной, подёрнутой пеленой слез. Пристань, лица родителей и всех остальных расплывались, голоса и звуки доносились словно издалека… а воздухе звенела, переливалась тревога. Словно что-то страшное готовилось опуститься на город, накрыть его невидимым сачком, и тогда о том, чтобы покинуть страну и уехать, скажем, в Пансион в Стадсхольмене, не может идти и речи.

Приглядевшись, прислушавшись Вивьен поняла, что эта странная тревога никуда не делась.

Город стал пышным, современным… Но в глазах встречных людей, и, кажется даже стаи бездомных собак, где-то очень глубоко сидел страх. Сидел прочно, основательно, словно заявлял на гаэльцев свои права. Убеждал, что если исчезнет – то вместе с остальными.

И от этого на душе было не по себе.

Поначалу Вивьен надеялась, что ей мерещится. Всему виной детское воспоминание, искоренить которое оказалось не так-то просто.

Она наняла извозчика и, скрепя сердце, заглянула в родительский дом, показавшийся ей маленьким и обветшалым.

Она ходила по комнатам и водила пальцем по пыльным портретам, забралась на чердак, где нашла свои детские вещи: игрушки, книги с надорванными и погрызенными корешками (Марина, пока у неё резались зубки, всё тянула в рот).

От посещения родительского дома стало только хуже.

Поэтому она вновь заперла его на ключ, усилила магическую защиту и направилась в булочную за углом, которая за это время преобразилась в светлую просторную кофейню в два этажа.

Вместе с кофе и ароматной выпечкой ей подали и свежие газеты. Из светской хроники она узнала, что её величество лично проводит собеседование на должность ещё одного секретаря. Секретаря на время отбора. Основные требования: благородное происхождение, образование, манеры и исполнительность. А ещё стрессоустойчивость. На время действия отбора королевский секретарь переселяется во дворец, а всем известно: покой там только снится.

Кофе ещё остывал, а примятая и надкусанная булочка так и осталась скучать на тарелке, когда Вивьен выскочила из кофейни с резвостью конкурной лошади и замахала проезжающему мимо извозчику.

Путь во дворец был почти открыт перед ней!

Но каким же неприятным открытием стало то, что тревога, которую квалифицированный маг «считал» с общего, коллективного поля, обитала и в этих роскошных стенах. Словно что-то тёмное, неприятное перепрыгивало с фрески на фреску, с барельефа на барельеф, и, когда Вивьен отворачивалась, таращило на неё злые жёлтые глаза. Как будто выжидало, когда Вивьен отвернётся, чтобы прыгнуть… и тогда намеченной жертве не уйти. Уж наверняка.

Правда, тревожные мысли пришлось отложить на потом, предстояло бороться за место секретаря её величества. А уж когда Вивьен досталась желанная должность, думать о посторонних вещах стало и вовсе некогда.

***

Зал, в котором должна была состояться церемония приветствия женихов, поражал своей роскошью и размерами. Кроме того, потолок, как и крыша над ним с восточной стороны и вовсе отсутствовали.

Магическим, истинным зрением Вивьен увидела, что ту часть зала накрывает магический полог и поняла, что эта защита специально от дождя и ветра, но никак не от драконов, которые могут посещать и покидать королевский дворец по воздуху. Стали понятны и площадки на крыше и по бокам, на самых верхних этажах. Широкие, крепкие, гладкие – они сделаны в точном соответствии с удобствами высшей расы. Правящей расы Драконьей Империи. Драконов.

Зал был выполнен в форме амфитеатра, для королевы полагалось возвышение в центре. И Вивьен заняла одно из самых почётных мест на этом возвышении – за правым плечом её величества.

Сердце Вивьен колотилось, как у зайца: сейчас, вот сейчас откроются двери и по широкому мозаичному полу сюда войдут самые сильные драконы империи. Правители стран, волостей, островов. Претенденты на руку её величества. И на трон.

Ударил гонг и двери распахнулись.

Камергер граф Попеску, которому выпала высочайшая честь представлять именитых гостей объявил имя и титул первого жениха.

– Герцог Ален Гэнеди, правитель Поющей Земли!

Дракон с пронзительно-рыжими волосами чеканным шагом приблизился к трону и склонился перед её величеством в почтительном поклоне.

Вивьен не успела толком разглядеть его лицо, как камергер объявил следующего.

Вивьен знала, что Драконья Империя огромна, что в неё входят как жаркие, так и совсем холодные страны, острова и полуострова, целые архипелаги… Но она и думать не могла, что увидит когда-то такое количество драконов в одном месте.

Светлые, тёмные, смуглые, высокие, коренастые, все, как один, крепкие, излучающие силу, власть и уверенность. Пришлось призвать на выручку всё своё воспитание, всё, чему учила её сестра Тереса в Пансионе, чтобы не глазеть на этот полный великолепия парад с открытым ртом.

Полдня она вместе с дворцовым казначеем разбирала их дары королеве, драгоценные камни, меха, ткани, восточные чаи и пряности, дивясь про себя, что на стоимость одного такого подарка целая деревня, а, пожалуй, что и небольшой остров может безбедно жить целый год.

С некоторыми женихами её величество обменивалась парой приветственных фраз, другим просто кивала и одаривала гордой, холодной улыбкой Королевы Драконов.

Когда к трону подошёл последний претендент, у Вивьен перехватило дыхание, а сердце застрочило пулемётной очередью.

В почтительном поклоне перед троном склонился Йон.

Йон Линдорн, последний ярл Драконьего Логова.

Он смотрел на королеву, но Вивьен не покидало ощущение, что смотрит он на неё. И хоть ни одни мускул не дрогнул на его мужественном, открытом лице, Вивьен точно знала, что дракон… как минимум не ожидал её здесь увидеть.

Она готова была провалиться от стыда и с нетерпением ожидала, когда Йон займёт своё место среди остальных женихов, но королеве, как назло, понадобилось заговорить с ним.

– Йон Линдорн, какая честь, – белозубо улыбнулась Алиса-Ингеборга III.

– Это для меня честь, ваше величество, – галантно ответил Йон, при этом сверкнув глазами за плечо королеве, из чего Вивьен поняла: её нахождение здесь не прошло незамеченным, став сюрпризом для Йона. Сюрпризом, который, похоже, довёл его до бешенства. – Оказаться на вашем отборе – большее, о чём можно только мечтать.

Вивьен, как ни была готова к чему бы там ни было, часто заморгала.

Дело в том, что несколько месяцев назад ярл Драконьего Логова нанял её по той причине, что она уроженка Гаэлии. И, как следствие, безупречно говорит на гаэльском наречии.

За долгую зиму в замке на острове Дрэкенс-Лэйр, помимо целого водоворота опасных и захватывающих приключений ей удалось передать свои познания в гаэльской грамматике и произношении Йону.

И вот, когда ярл, без лишней скромности, в совершенстве овладел гаэльским и его, по говору, приняли бы «за своего», как в любой таверне, так и во дворце, говорит он сейчас на чистом йёрском! Как будто и не бывало всех этих месяцев прилежной и старательной учёбы! Да он буквально из кожи вон лез, чтобы овладеть певучим гаэльским произношением! И что Вивьен видит теперь? Где протяжные гласные? Мягкое «дз» и твёрдое «дж»? Гортанная «р’»?!