Вивьен. Свет дракона
- -
- 100%
- +
Вивьен, которую воздушной волной от крыльев королевы отбросило назад и ощутимо приложило пониже спины о каменную площадку, и не думала подниматься.
Глотая злые слёзы, она наблюдала, как великолепная пара из чёрного дракона и багряной драконицы облетела круг над башней, а потом скрывается в синеве неба. Превратилась сначала в две чёрные точки, а потом вовсе исчезла из вида.
***
Вивьен бежала по коридорам замка. Домна Беатрис передала распоряжения королевы по случаю вечернего приёма. Из-за слёз, застилающих глаза и ноющего сердца Вивьен забыла, что может воспользоваться магическим, истинным зрением для того, чтобы найти ориентир и благополучно пропустила свой поворот.
– Кто я такая? – повторяла она, ломая пальцы. – Разве я ровня ему? Разве могу дать ему это… Счастье совместного полёта, свободу, небо! Нет, нет, нет! Рождённый ходить по земле никогда не отрастит крылья, не поднимется в воздух! Не кружиться мне с ним в пронзительной синеве небесного купола, не летать среди звёзд! Но почему же никто и никогда не предупредил меня, что любить – это так больно?!
Она пробежала по галерее анфилад, дважды свернула налево и взлетела по двум лестничным пролётам, прежде, чем поняла, что находится в необитаемой части дворца, а значит, где-то свернула не туда.
Замерла, как вкопанная, принялась тереть кулачками глаза.
Из-за угла доносилось журчание и Вивьен пошла на звук, рассудив, что там, должно быть, расположен фонтан, а значит она сможет освежиться, умыться студёной водой. Не хватало, чтобы кто-нибудь увидел её заплаканную, с покрасневшими глазами.
– Нет худа без добра, – пробормотала она себе под нос и зачерпнула воду в ладони.
Ледяная вода обожгла щеки, отвлекла от внутренней боли.
За поворотом раздались шаги и Вивьен замерла. Хоть здесь нет зеркал, итак понятно, вид у неё сейчас тот ещё, а значит надо сделать всё возможное, чтобы не попасться никому на глаза и не дать повода для сплетен.
Не хватало ещё, чтобы о секретаре её величества говорили «Ах, да это та малахольная, что носится по дворцу и воет дурным голосом, словно её величество бьёт её смертным боем»!
Отступив на шаг, она упёрлась спиной в массивную дубовую дверь. Та неожиданно поддалась, впуская Вивьен внутрь.
Она чудом не шмякнулась на пол, но всё же устояла на ногах и аккуратно прикрыла за собой дверь.
И вовремя! Из коридора донеслись голоса.
Вивьен толком ничего не расслышала, кроме того, что говорившие остановились прямо под этой же дверью. А потом ручка медленно, как в кошмарном сне стала поворачиваться…
Рассуждать было некогда.
Вивьен сама не поняла, как оказалась под широким письменным столом красного дерева. Прямо напротив её лица были искусно вырезанные львиные лапы, заменяющие столу ножки.
Дверь скрипнула.
В комнату вошли. Судя по ногам двое… нет, трое!
Две пары вычищенных до блеска мужских ботинок и одни изящные, с золотыми пряжками женские туфельки на остром изящном каблучке.
«Слава Цирцее, их трое», – неслось в голове у Вивьен. Судя по предложению, которое сделал ей вчера принц, да и по слухам о нравах, царящем в столице и королевском дворце, она ожидала чего угодно. Например, что какой-то парочке понадобилось уединиться, чтобы полюбезничать наедине…
В следующий момент она от всей души пожалела, что это не так!
– Значит, вы гарантируете, что это подействует на дракона? – раздался низкий бархатный голос. Вивьен уже слышала его. Ну вот совсем недавно слышала!
Но ужас, сковавший её, когда осознала смысл сказанного, мешал вспомнить, когда именно это было.
Что значит, «подействует на дракона»? Неужели эти люди замышляют что-то плохое против какого-то дракона! Йон!
Затаив дыхание, Вивьен вся превратилась в слух.
– Не сомневайтесь, дорогой кузен, мой друг работает с драконами уже много лет, – а вот этот мелодичный и властный, спокойный голос Вивьен узнала сразу! Принцесса!
– Снадобье проверено, – продолжала принцесса. – Оно работает.
Осторожно, сама не веря в собственную храбрость, Вивьен выглянула из-под своего убежища.
Увиденное заставило её сердце заледенеть.
В комнате и вправду находились трое. Принц Драго (ну конечно, он!), принцесса – её точёный профиль ни с каким другим не перепутаешь! – и невысокий сутулый человек, Вивьен готова была поспорить, что видит его впервые в жизни.
– А если не подействует? – принц поднял к глазам хрустальный флакон с чуть светящейся зеленоватой жидкостью.
Что же это?
– Не подействует, как же, кхе-кхе, – впервые подал голос третий. Явно не дракон, человек. – Моя сыворотка армию тэнгериев с ног собьёт, не то что одного дракона.
Вивьен зажала рот ладонью. Это было ужасно, то, что она слышала. Они и в самом деле задумали недоброе! Кажется… Кирка-Цирцея, это слишком ужасно, чтобы быть правдой… Но эта троица и в самом деле готовится убить дракона. Судя по интересу принца Драго, с которым тот поглядывает на флакон, это кто-то из соперников. Особенно мешающих ему соперников! Мамочки… Йон!
Принцесса обернулась к принцу и Вивьен поспешно ретировалась назад, недоумевая, как ещё не наделала при этом шума. Она же знает, какая она неловкая! Но, кажется, Цирцея милует её…
Под столом было пыльно. Растревоженные движением Вивьен пылинки закружились вокруг, полезли в глаза и нос. В носу сразу засвербело.
Вивьен поняла, что сейчас чихнёт.
Кирка-Цирцея, только не это!
Что будет с ней, если заговорщики её обнаружат? За убийство дракона… Вивьен даже не подозревала, что положено за убийство дракона! Никто не в силах убить дракона! Никто и ничто! Кроме, разве что зелья, способного свалить с ног армию демонов-тэнгериев…
Она принялась отчаянно тереть переносицу. От ужаса на глаза снова навернулись слёзы. Она тёрла и тёрла, тёрла и тёрла, пока не услышала такое, от чего, казалось, перестала дышать.
– Легче всего будет подменить флакон за ужином. Моя сестрица не слишком умна и не слишком осторожна. К тому же любит шумиху вокруг себя. Если я смиренно поднесу ей обожаемый сок потари, Алиса будет только рада. Так что кому-кому, а мне будет несложно подменить флаконы.
Выпучив глаза, Вивьен зажала нос и рот ладонями и, наконец, беззвучно чихнула.
Они хотят отравить королеву!
Это же… Нет!
Это самый настоящий заговор против её величества!
И она, Вивьен, ничего не может сделать! Совершенно!
Она даже магией не может на них сейчас воздействовать, чтобы не быть обнаруженной.
А даже если завопит сейчас, как резанная, используя заклинание крика баньши, её успеют убрать до того, как поспеет помощь. Зелье, которое свалит с ног целую армию демонов…
А даже если и нет, кому поверит королева – новому секретарю, которого она знает без году неделю, или родной сестре… кузену… дворцовому лекарю (кажется, именно так обращалась к человеку принцесса)?
– Значит, решено! – прозвучал голос принца. – Это нужно сделать как можно быстрее. Надеюсь, вы сами понимаете, Анна.
– Уж я-то понимаю, – усмехнулась принцесса. – Вы правильно волнуетесь, кузен.
– Вы о соперниках?
– Скорее, о сопернике, – ангельским голосом пропела её высочество.
–Так может, двоих? Одним махом? – спросил принц и Вивьен до крови укусила себя за губу, чтобы не закричать.
– Не время, – хмыкнула её высочество. – К тому же ваши топорные методы, кузен, не находят во мне резонанса.
– Так чего же мы ждём?
– Вы должны быть рядом с Алисой, когда это случится, – холодно проговорила принцесса. – И вы, доктор. Мы все должны быть и будем настороже.
Не говоря ни слова, троица покинула комнату.
Стоило их шагам стихнуть, Вивьен, тяжело дыша, опустилась на пол.
– Нет, – повторяла она сквозь рыдания. – Нет! Нет! Нет!
Глава 5
Вивьен не видела цифр, строчек, букв. Бумаги дрожали в руках, завтрашнее расписание её величества никак не складывалось. Ни в соответствии со временем, ни с желаниями её величества. Впрочем… Завтрашнее расписание королеве может и не понадобиться.
Эта мысль обухом била по голове и Вивьен чувствовала себя отупевшей и бессильной.
Дважды удавалось взять себя в руки и, приближаясь к её величеству на дрожащих ногах, Вивьен дважды пыталась заговорить с ней.
В первый раз её оттеснила гранд-дама, заявив, что королеве нужен отдых после долгого полёта.
Новая Вивьен, обескураженная и напуганная, не смогла даже как следует расстроиться словосочетанию «долгого полёта». Мелькнула даже нечаянная радость: хорошо, что королева п о л е т а л а…
Эта мысль незамедлительно подверглась анафеме, а Вивьен вынуждена была отступить.
Воспользовавшись тем, что королева заглянула ненадолго в кабинет, Вивьен пыталась приблизиться к ней ещё раз.
К несчастью, и здесь её постигла неудача. Прямо в дверях Вивьен столкнулась с домом Мэдсоном. Королева даже не заметила её из-за широких плеч мужчины. А тот, нехорошо ухмыляясь, оттеснил Вивьен обратно в коридор.
– Счастлив вас видеть, фрекен, – сказал он на безупречном гаэльском.
– Не могу похвастаться тем же, – хмуро ответила Вивьен.
– Почему же? Разве я чем-то обидел вас? Тогда, в Драконьем Логове?
В замке ярла их встреча была недолгой. Но отчего-то слишком хорошо запомнилась Вивьен. Слишком пристальным было внимание этого человека, слишком беспардонным. А если вспомнить ещё приказ ярла: запрет для всех девочек и женщин островов покидать свои дома, на время, пока «потерпевшие кораблекрушение» гостят в замке, дом Мэдсон и в самом деле казался подозрительным. Прибавить сюда то, что Вивьен узнала вчера, а именно, что он – торговый представитель её императорского величества сразу в трёх странах, а значит, обладает большим влиянием, Вивьен не хотелось встречаться с этим типом. Даже взглядом.
– Даже если бы вы хотели чем-то обидеть меня, у вас вряд ли бы это вышло.
– Разве, фрау Мичи? – осклабился дом Мэдсон. – Так, кажется, вы тогда представились? Или всё же фрекен? Фрекен Вивьен Джорджеску? Что скажет её величество, если узнает, что на островах Дрэкенс-Лэйр вы скрывались под ненастоящим именем?
– Скажет, что у вас, дом Мэдсон, богатая фантазия.
– Вы ничего не знаете о моей фантазии, фрекен. Ничего. Пока…
И он усмехнулся так многозначительно, что Вивьен невольно отшатнулась.
– Уверена, что так и умру в неведении, – парировала Вивьен и отступила ещё на шаг.
– Я бы не бросался на вашем месте такими громкими словами, фрекен. Вам ли не знать, как суеверны гаэльцы. Здесь верят, что однажды произнесённое слышат боги. И берут себе на заметку.
– Я слишком долго пробыла в Стадсхольмене, дом. Там тоже верят в богов, но в то, что они бросают все свои дела, чтобы приводить в исполнение неосторожно сказанное, там не верят.
– Как точно вы подобрали слова. Ах да, вы же учительница. Это ваша работа, – он шутливо поклонился. – Неосторожно сказанное! Уверен, вы умеете отличить это самое «неосторожно сказанное» от того, что произнесено «под строжайшим секретом»?
– Кажется, вы на что-то намекаете, дом, – холодно проговорила Вивьен. – В таком случае имейте смелость сказать мне, что хотите. Прямо в глаза.
– Упаси боги, – развёл руками дом Мэдсон. – Намекаю? Я? Да мне это вроде как даже и не к лицу… Я просто размышляю вслух, фрекен. О том, что как мне кажется, вы умеете хранить чужие секреты.
Говоря это, он сделал шаг вперёд, и Вивьен снова невольно отступила. Шаг, ещё шаг…
А когда упёрлась спиной во что-то мягкое, вздрогнула и подавила вскрик. Не хватало ещё блажить под кабинетом её величества!
За спиной, улыбаясь и хлопая ресницами, стояла домни Рахайан.
Вивьен отступила снова, на этот раз в бок, чтобы держать этих двоих в поле зрения. Так ей казалось отчего-то спокойней. Домни Рахайан ответила на приветствие, что какие, мол, между ними могут быть церемонии, они же почти подруги, поэтому, «Рамона, для вас просто Рамона».
Не успела Вивьен собраться с мыслями для достойного ответа, как домни посмотрела на дома Мэдсона. На этот раз без игривости и кокетства. И спросила:
– Мне уйти?
– Не сейчас, – ответил дом Мэдсон и расшаркался перед Вивьен, сокрушаясь, что вынужден покинуть её общество.
Она задумчиво проводила их удаляющиеся спины взглядом.
За то время, что дом Мэдсон владел вниманием Вивьен, перед монаршим кабинетом успела образоваться очередь. Фрейлины, гранд-дамы и другие придворные, каждому из которых именно сейчас позарез понадобилось внимание королевы. Они шептались, пересмеивались, щебетали, обмениваясь сплетнями, бросали взгляды на проходящих мимо «женихов»… Словом, занимались всем тем, что сейчас Вивьен казалось лишь рябью на воде. А если не избавиться от некоего хрустального флакона, что лежит на самом дне, вода в реке будет отравлена и всё этом утратит смысл.
К слову, его и сейчас уже немного… Вечер приближается, а заговорщики говорили об ужине…
Поняв, что к королеве она вряд ли пробьётся, Вивьен намеревалось было открыться начальнику дворцовой стражи или даже министру военных дел… А может для начала гранд-даме, у той куда больше опыта во всех этих дворцовых интригах.
И вот только что показавшийся удачным план с треском провалился.
Она ведь не знает, сколько именно заговорщиков замыслили дурное против её величества. Что, если она видела далеко не всех? Скорее всего, так и есть.
Она укажет на троих, возможно даже, заплатит за это указание собственной свободой или даже головой… Но остальные ведь доведут дело до конца. А значит, её жертва будет напрасной. Или того хуже: расскажет о том, чему стала невольным свидетелем одному из заговорщиков… И что тогда?
Конечно, Вивьен пыталась найти Йона. Единственного из всех, кому могла доверять и доверила бы даже свою жизнь. Как он сказал бы поступить, так бы она и сделала.
Но как назло, остаток дня посвящался испытаниям в древних подземельях… Говорят, кого там только не встретишь – от не упокоенных призраков до гигантских пауков, плюющихся ядовитой слюной… Её величество в подземелья спускаться не захотела (быть может, не хотела запачкать платье, а может просто не любила пауков…), вот и Вивьен идти туда было не с руки. Да даже если бы удалось увидеть Йона: ему сейчас точно ни до чего.
Он сказал вчера, чтобы она никому, вообще никому здесь не верила. Что в королевском дворце у неё нет и не может быть друзей…
Так он сказал.
И как теперь быть со страшной тайной, которая, как мина замедленного действия, ведёт отсчёт у неё внутри?
***
Настало время ужина. Провести его королева решила «среди своих», объяснив это тем, что «женихам» нужен отдых после испытаний в подземельях.
Вивьен сама подводила итоги двух испытаний и уже знала, что за воздушный бой и «подземелья» было «отсеяно» восемь драконов. От того, что имя ярла Йона Линдорна по-прежнему было среди претендентов, Вивьен испытывала спорные ощущения. С одной стороны, досаду, а с другой… разве могло быть иначе? Её Йон кому угодно даст фору в сто очков. Жаль только, что королева об это не знает. Что он – её.
«Своих» набралось человек двадцать, ужин был накрыт по такому случаю в малой малахитовой гостиной.
Вивьен хотела было передохнуть с облегчением – раз «женихов» к ужину не звали, значит и принца Драго не будет возле её величества. Соответственно, и приведение страшного плана в исполнение откладывается.
Но как раз перед появлением королевы в двери вошел принц Драго и занял место рядом с её высочеством Анной-Рагхиной, которая тоже была здесь и должна была сидеть по левую руку от её величества.
Наконец, появилась королева и все встали, приветствуя её величество и не садились, пока она не опустилась в высокое кресло.
Вивьен полагалось сидеть позади её величества и записывать в блокнот, если за ужином её величество посетят государственные мысли.
Алиса-Ингеборга III была задумчива и ела мало. Королевское настроение, казалось, передалось и её питомцам: мыши, что влетели вслед за хозяйкой смирно сидели на спинке кресла, изредка косясь жёлтым глазом на Вивьен.
Её так и подмывало узнать у королевы, как прошёл их с Йоном полёт. Судя по задумчивости её величества, ей нашлось бы что ответить. Но у монархов о таком не спрашивают, тем более при всех и во время ужина.
Если ты не принцесса, конечно.
Потому что Анна-Рагхина интересовалась здоровьем сестры с самым участливым видом, даже забрала у оступившегося лакея блюдо с сырной нарезкой, и сама поставила его перед сестрой, сокрушившись вслух, что никчёмные слуги бывают в каждом доме.
Вивьен не видела лица королевы, но точно знала: ей льстит забота сестры. А также кузена, который, очевидно занимал сегодня место за столом её величества на правах родственника.
Елейные, но потянутые инеем речи принцессы переплетались с низким, бархатистым голосом принца, когда те на два голоса превозносили красоту, осмотрительность и мудрость Королевы Драконов.
И Вивьен поняла, что она не может дать заговорщикам осуществить задуманное. Помимо ужаса и противозаконности заговора ей по-человечески жалко королеву.
Она не виновата, что родилась первой и унаследовала трон. Не виновата в своей красоте, шарме, обаянии и, конечно, деловой хватке. Для того, чтобы превратить Гаэлию в то, чем она являлась сейчас, нужна железная рука и принцесса, когда рассуждала о том, что в делах её величества чёрт ногу сломит, явно сильно преувеличила.
И вот этой блистательной женщине, самой красивой и самой ошеломительной из всех, что Вивьен когда-либо встречала, самые близкие люди желают смерти.
Каково это? Быть сердцем государства, символом могущественной Драконьей Империи и в то же время быть, пожалуй, самой одинокой драконицей в мире?
Когда тебя окружают лишь льстецы и подхалимы, когда всем и каждому от тебя что-то надо, когда каждый хлопочет лишь о собственной выгоде, а тебе нужно мыслить категориями целой страны?
Вивьен даже простила королеве интерес к Йону. В конце концов, она и в этом не виновата.
«Что же делать, мамочка, что же мне делать», – неслось в голове Вивьен и она начала опасаться, что утратит контроль над разумом и самообладанием, просто сойдёт с ума и с вот-вот начнёт повторять это в слух.
Но мысленный шквал растворился в воздухе, а время остановилось, когда тот же самый лакей внёс на небольшом подносе тот самый флакон, что Вивьен сегодня уже видела. Или может, точь-в-точь такой же…
Она уже знала, что сок потари привозят для королевы с самих Чёрных Скал, где этот самый сок продаётся по алмазу за каплю. Злые языки любят шептать по тёмным углам, что в этом соке и есть причина молодости и красоты Королевы Драконов, и эти красота и молодость будут вечными.
Нет, Вивьен точно знала. Не будут.
Голоса тут же стихли, словно уши Вивьен залепило воском, их в полной мере заглушил пульс, каждый стук которого приближал страшное. Тук-тук-тук, – звучало в голове. Тук-тук-тук.
Вот Анна-Рагхина снова ловко подставила ножку лакею и перехватила из его рук поднос. Вот она с чарующей улыбкой склонилась в шуточном поклоне перед сестрой и подаёт ей любимый напиток…
Тук-тук. Тук-тук.
Поблагодарив сестру кивком, королева взяла флакон изящными пальцами и сама откупорила хрустальную крышку.
Тук-тук. Тук-тук.
– Пометь себе, чтобы проверить, как прижились образцы потари, которые привёз мне в дар правитель Чёрных Скал, – промурлыкала она, оборачиваясь к Вивьен, а затем поднесла флакон к носу и принюхалась.
Тонкие ноздри дрогнули, веки смежились от удовольствия.
Тук-тук. Тук-тук.
Королева опустила флакон к губам.
Вивьен не поняла, как так получилось.
Словно какая-то сила завладела её разумом, телом, всем её существом. Она метнулась к Алисе-Ингеборге III и в последний момент выбила флакон из королевских рук.
Он падал мучительно долго. Сверкал, переливаясь хрустальными гранями, слепил глаза.
А потом раздался звон.
Вместе со звоном воцарилась гробовая тишина.
У кресла её величества пузырилась зеленоватая лужица.
Одна из летучих мышей, которых не потревожил даже выпад Вивьен, словно отмерла и спикировала на пол.
Попискивая от удовольствия, нетопырь принялся слизывать с мраморных плит дармовое лакомство.
Чтобы спустя несколько долгих секунд неловко завалиться на бок и забить крылом. Бедное животное дёрнулось ещё пару раз, словно не веря в такое предательство, прежде чем взгляд его жёлтых глаз угас навсегда.
А потом всё вернулось.
Время, запахи, звуки.
Кто-то – Вивьен не успела увидеть, кто именно – дёрнул её вверх и заломил руки за спину.
Щёку обожгло пощёчиной. Голова мотнулась в сторону.
Принцесса ударила во второй раз, а потом больно впилась пальцами в плечо.
– Замысел на жизнь королевы?! – прошипела Анна-Рагхина, буравя Вивьен взглядом.
– Заговор!
– Заговор!
– Спасайте королеву!
– Её величество хотели отравить!
– Все видели? Вот она, гадина! Теперь не уйдёт!
Вивьен не поняла, как принц Драго оказался с другой стороны.
Она смотрела и видела только лицо Королевы Драконов.
К её щекам постепенно возвращался румянец, губы дрожали. Её величество тоже не сводила с Вивьен глаз и как будто только сейчас начинала понимать, что только что избежала смерти.
Вивьен ощутила горячее дыхание Драго на своей щеке.
– Кто подослал тебя? А? Говори! Я сам займусь преступницей, дорогая кузина. Она быстро раскроет имена остальных участников заговора. В моих руках никто ещё не смолчал.
Глава 6
«Ну вот и всё, – неслось в голове у Вивьен. – Всё. Со мной всё понятно. А с королевой они закончат, когда меня устранят».
Сообщить королеве о том, что видела и слышала сейчас?
В то время, как Драго щурит на неё жёлтые глаза, как сытый кот, Анна-Рагхина больно впивается ногтями в плечо, а у ног лежит бездыханное тело нетопыря?
Наверное, Вивьен до конца так и не поверила в правдивость их чудовищного плана. Всё надеялась на что-то. На чудо, наверное.
И вот теперь оказалось невозможно сказать об этом при всех, особенно когда все смотрят на тебя с брезгливостью, как на гадкое насекомое и с осуждением в глазах. Рот попросту не открылся.
Что она изменит, если скажет сейчас правду?
Можно подумать, королева ей поверит. Она только разозлит Драго и Анну-Рагхину, и тогда ей точно не поздоровится после, стоит только оказаться с принцем наедине. Она попытается их заверить, что в род у неё были пифии, предсказательницы и в итоге она, Вивьен, подвержена странным припадкам, после которых ничего не помнит…
Её тряхнули сзади, в плечо словно выстрелили огненной стрелой. Вивьен и забыла, что её держат, заломив руки за спину. Обернувшись на миг, она узнала начальника дворцовой стражи. Вот бы поговорить с ним наедине… но вряд ли принц теперь это позволит.
– Говори, домни, – пробасили сзади. – Почему выбила флакон? Знала что-то? Про отраву? Или, скажешь, на флакон муха присела?
Вивьен уже открыла было рот, чтобы признаться. Будь что будет.
– Говори же, – прошипел на ухо принц. – И будь готова ответить за каждое своё слово. За каждое, – добавил он едва слышно.
– Дом Мёргас, – королева заговорила едва слышно и в наступившей тишине Вивьен услышала, как бьётся её собственное сердце. – Прекратите выкручивать моему секретарю руки.
Хватка сзади ослабла в тот же миг.
А в следующий Вивьен невольно шуганулась в сторону. Подальше от принца.
Губы королевы, непривычно бледные, растянулись в улыбке.
Одного хлопка в ладоши и одного короткого «Стража!» было достаточно, чтобы малая гостиная немедленно наполнилась людьми в форме.
– Проводите моего дорогого кузена на нижний этаж, – коротко проговорила королева. – Скажите, что он ожидает приёма у канцлера. Там поймут.
Она вполоборота обернулась к лекарю, который как раз окончил проверять её пульс. Пальцы его дрожали. Надо думать, от беспокойства за свою королеву.
– Без вас же тоже не обошлось, мой дорогой друг? – холодно улыбнулась Алиса-Ингеборга. Дворцовый лекарь затрясся под пристальным взглядом багряных глаз с вытянутыми зрачками. – В таком случае, думаю, вы не откажетесь составить компанию моему кузену.
– Алиса! – крикнул Драго, когда спустя секунду оказался в том же положении, что только что была Вивьен. – Алиса, не дури!
Королева щёлкнула пальцами и от толпы вмиг отделился неприметный с виду человек в чёрном. Вивьен уже знала, что это дом Рагель Радуту – самый сильный маг империи и придворный маг её величества. Прежде Вивьен знала о нём только по учебникам и газетным новостям. Они, должно быть, были знакомы с королевой давно и понимали друг друга с полуслова. Стоило королеве посмотреть на человека, а потом перевести взгляд на кузена, как маг метнул в того заклинанием.
Невидимое обычному глазу, оно было хорошо видно Вивьен. Она часто заморгала, когда губы кузена королевы залепило что-то светящееся и шевелящееся, похожее на морскую звезду. Вивьен замутило, а судя по вытаращенным глазам принца Драго он не мог больше произнести ни слова. Его поволокли к выходу вслед за доктором.