Брачный капкан для повесы

Convenient Bride for the King

© 2018 by Kelly Hunter

«Брачный капкан для повесы»

© «Центрполиграф», 2018

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2018

Глава 1

Принцесса Мориана Арунская отличалась рассудительностью и обладала невероятным терпением. Но сегодня ее терпению пришел конец.

Этот трус, ее братец Огастас, избегал ее вчера, когда она подверглась невероятному публичному унижению, и сегодня утром тоже сослался на большую занятость и заявил, что не сможет уделить ей внимание.

Что с того, что Казимир, принц Байзенмаха, раздумал жениться на ней? В конце концов, это была не его идея, и уж точно не Морианы. Отпрыскам королевского рода, случается, устраивают династические браки, исходя из политических интересов. Хотя, по непонятной для самой принцессы причине, дезертирство Казимира глубоко потрясло ее, и она чувствовала себя нежеланной, ничтожной, одинокой и какой-то ущербной. Все ее старания, бесконечные занятия социальной политикой, ограничения, которыми диктовался каждый ее шаг, все оказалось напрасным.

Когда Мориана ворвалась в кабинет Огастаса, тот разговаривал по телефону. Увидев ее, он сказал своему собеседнику, что перезвонит, и положил трубку.

– Ты что-то хотела? – Брат сложил руки домиком и снисходительно улыбнулся. Может, его поза «от меня зависит судьба всей Вселенной» и производила на кого-то впечатление, но Мориана росла вместе с братом и видела его в самых неприглядных ситуациях. Например, как смешно он выглядел, когда в шесть лет заболел ветрянкой, а вспомнить, как он впервые в жизни страдал от похмелья… Она знала его в минуты печали и радости. И пусть он появлялся на публике, неся себя величественно, как и подобает королю, и тогда Мориане приходилось склоняться перед ним, но при закрытых дверях он был всего лишь старшим братом, который иногда выводил ее из себя.

– Ты видел это? – Мориана достала из кармана письмо и швырнула его на стол. – Тео сделал мне предложение.

– Вот как? – осторожно ответил брат.

– Он предложил выйти за него замуж.

Его губы дрогнули в улыбке.

– Этого следовало ожидать. Ты теперь свободна, а ему нужен наследник, чтобы сохранить трон. Я считаю ваш брак политически взаимовыгодным.

– Мы не выносим друг друга. Я не представляю, что он может согласиться провести вечер со мной, не говоря уже о том, чтобы жить вместе до старости.

– У меня есть кое-какие соображения на этот счет…

– Прекрати.

– Послушай, обычно так и происходит. Он дергал тебя за косички, когда вы были детьми, а ты поставила ему синяк, и с тех пор вы стали заклятыми врагами. Но если бы ты провела с ним какое-то время, ты бы поняла, что он не такой уж ужасный. Тео много путешествовал, много читал, он очень умный, и ему нет равных в том, что касается переговоров. Все те качества, которыми ты так восхищаешься.

– Он умеет вести переговоры? Ты серьезно? Он сделал мне предложение письменно, на стандартном бланке, вписав сверху мое имя, а снизу свое собственное.

– У него есть чувство юмора.

– Кто мог такое сказать?

– Все, кроме тебя.

Ах вот оно что.

Мориана уселась в кресло и скрестила ноги, наплевав на правила этикета. Но две секунды спустя она выпрямила их, поправила платье на коленях и бросила на брата убийственный взгляд.

– Это твоих рук дело?

– Я тут ни при чем.

– Значит, это идея Казимира? – Который раздумал жениться на ней, обнаружив, что у него есть внебрачный ребенок.

– Сомневаюсь. Он только похоронил отца и занимается подготовкой к коронации, неожиданно для самого себя стал отцом и ухаживает за матерью этого ребенка… Так что у него и так дел по горло.

Мориана нервно забарабанила пальцами по столу, переваривая услышанное и играя брату на нервах.

– Тогда кому в голову пришла такая безумная идея?

Огастас открыл ящик стола и, вытянув оттуда длинную деревянную линейку, мягко коснулся ее руки.

– Хватит терзать мой стол.

– Иначе ты ударишь меня? Я вся к твоим услугам, – фыркнула Мориана, но тем не менее перестала барабанить пальцами по столу и начала разглядывать свои ногти. – Ты так и не ответил на мой вопрос. Кто придумал эту затею с женитьбой?

– Полагаю, сам Тео. – Брат посмотрел на нее так, словно знал какой-то секрет. – Мориана, он не оскорбляет тебя, он оказывает тебе честь. Ты рождена, чтобы занять место, которое предлагает тебе Тео. Став его женой, ты сможешь оказывать влияние на принятые им решения и помочь привнести стабильность в наш регион.

– Ни за что, – отрезала она. – И ты не можешь заставить меня. Мне надоело быть послушной паинькой, которая только и думает, как исполнить свой долг, не обращая внимания на свои собственные нужды. Я собираюсь в Канн, чтобы оторваться по полной. Хочу вести себя безрассудно и предаваться оргиям с распутными кинозвездами.

– Когда? – На лице брата не дрогнул ни один мускул.

– Скоро. Ты ведь считаешь меня неспособной на такое святошей, без чувства юмора, и совсем не умеющей развлекаться. А я хочу веселиться. Хочу испытать страсть в объятиях любовника. Хочу, чтобы на меня смотрели с вожделением. Черт подери, хотя бы раз в жизни я хочу сделать что-то для себя! И плевать на репутацию, чувство долга перед королем и страной и мою девственность. Я собираюсь избавиться от них.

– Ладно. Но к чему такая спешка?

– Спешка? – Принцессам не полагалось вопить, поэтому Мориана понизила голос и мрачно продолжила: – Я могла бы переспать с конюшим, когда мне исполнилось восемнадцать. Он был красивым, беззаботным и скакал на лошади как демон. В двадцать два я могла заполучить шейха с миллиардным состоянием, одного взгляда которого хватало, чтобы я начинала терять голову. Год спустя я познакомилась с музыкантом. О таких руках, как у него, можно только мечтать. Я бы с радостью пригласила его в свою постель, но я не сделала этого. Мне продолжать?

– Пожалуй, не надо.

– Казимир не девственник, – угрюмо добавила Мориана. – В двадцать два года он переспал с девятнадцатилетней девушкой, которая забеременела от него. А чем занималась я в свои двадцать два? Брала уроки танцев, чтобы почувствовать прикосновение чужих рук.

– Я думал, это были уроки фехтования.

– Какая разница? Может, мне хотелось ощутить небольшой укол. – Все эти годы она лишала себя удовольствий, которые другие воспринимали как что-то само собой разумеющееся. – Я устала ждать. У Морианы Арунской не было ни романов, ни любовников, ни детей. Один только долг. И ради чего? Чтобы сегодня проснуться и прочитать, как меня поливают грязью журналисты, называя слишком холодной, слишком черствой и слишком занятой благотворительностью и самообразованием, чтобы найти время для мужчины? То есть нет ничего удивительного, что Казимир отправился на поиски другой кандидатки на роль своей жены, да?

– Никто ничего такого не говорил, – поморщился брат.

– А ты читал сегодняшние газеты?

– Я говорю, что никто во дворце не говорит подобных вещей.

– Огастас, что я сделала не так? Когда мне было восемь лет, меня обручили с равнодушным ко мне мальчиком. Теперь я получаю предложение руки и сердца на стандартном бланке письма от короля-ловеласа, который терпеть меня не может, о чем знают все и вся. И ты говоришь, что я должна быть польщена? Почему ты продаешь меня так задешево? Неужели я и правда ничего не стою?

Она выпрямилась в кресле и в который раз поправила подол платья, чтобы он лежал ровной линией. Мориана ужасно не любила терять самообладание и испытывать потребность в любви. Она была устроена так, чтобы угождать другим. С самого рождения.

Но сейчас… ожидать от нее, чтобы она с радостью откликнулась на предложение Тео…

– Дядя Тео снова поднимает шумиху и ставит под сомнение пригодность племянника управлять государством. Я читала отчеты о сложившейся ситуации и понимаю, что Лизендах нуждается в стабильности и безопасном будущем и что мы в Аруне скорее предпочтем иметь дело с Тео, а не с Константином. Но я не являюсь решением его проблемы поскорее найти себе невесту.

– Как раз напротив. Ты блестящее решение, – внимательно посмотрел на нее брат. – Ты ведь давно мечтаешь о семье. А Тео нужен наследник. Ты могла бы забеременеть в течение ближайшего года.

– Прекрати. – Да, она мечтала о детях и когда-то думала, что к этому времени уже будет замужней дамой и успеет родить не одного ребенка.

– У вас с Тео похожие цели. Я просто утверждаю очевидное.

Мориана обхватила себя руками и уставилась на мыски своих сапожек.

– Может, я больше не хочу детей. Может, растить королевских детей, чтобы они чувствовали себя счастливыми, защищенными и любимыми – задача из непосильных.

– Наши родители, кажется, справлялись достаточно неплохо.

– Неужели? – Ей следовало промолчать, но она не сдержалась. – Думаешь, я чувствовала себя любимой? Кем? – Она сдавленно рассмеялась. – Тобой, который ради стабильности в регионе готов спихнуть меня в еще один брак без любви? Казимиром, который никогда не хотел меня и просто боялся сказать правду? Тео, с его формальным письмом с предложением руки и сердца и бесконечным потоком любовниц? Ты и правда считаешь, что последние двадцать восемь лет я купалась в родительской безусловной любви и одобрении? Огастас, ради всего святого. На какой планете ты живешь? Вы все вспоминаете о моем существовании только тогда, когда вам нужно что-нибудь от меня.

Она чувствовала себя глупой. Из-за того, что больше десяти лет жила не своей жизнью и никогда не ставила под сомнение свою помолвку.

– Он даже не притворяется, что готов предложить любовь или хоть какое-то подобие симпатии, – махнула рукой в сторону письма Мориана.

– Ты хочешь именно этого?

– Да! Я хочу быть с человеком, которому я небезразлична. Что тут непонятного?

– Может, так оно и есть.

– Что?

– Может, ты небезразлична ему.

– Что за чушь ты несешь? – потрясенно посмотрела на брата Мориана. – Неужели ты думаешь, что я настолько глупа?

– В теории.

– Опровергнуть твою теорию? – Потому что за эти годы она имела дело с Тео не один раз. – Я могу на пальцах пересчитать, сколько раз ощущала поддержку этого человека. Во-первых, он поймал меня, когда я споткнулась на ступеньках церкви, на похоронах нашей матери. Потом усадил меня на скамейку, принес мне воды и сидел со мной в тишине, держа при себе свою нелюбовь к женщинам, одетым во все черное. Во-вторых, он защитил меня, когда на саммите по водным ресурсам какой-то подвыпивший делегат схватил меня за задницу. Тео сказал тогда, что сломает ему руку, если он сейчас же не уберет ее. И все. Вот и вся его поддержка.

– В свою очередь могу тебе сказать, что даже в многолюдной толпе он знает, где тебя искать, – заявил Огастас. – Всегда. И он может описать, что на тебе надето.

– Значит, он наблюдательный.

– Дело не только в этом.

– Я не согласна. Может, он проявлял ко мне интерес раз или два, не спорю. Но только ради забавы и только потому, что не смог заполучить меня. – Мориана потянулась к листку бумаги и сложила его пополам, чтобы не видеть его отвратительное содержимое. – Нет, Огастас. Тео – умный человек и сделал умное предложения. Я понимаю, что он только выиграет от этого брака, но мне его предложение неинтересно.

– Я тебя услышал, – тихо повторил брат.

– Замечательно, – натянуто улыбнулась Мориана. – Может, мне стоит отправить ему отказ в такой же форме, как и его предложение. Написать что-нибудь вроде: «Уважаемый претендент, после тщательного рассмотрения я с сожалением вынуждена проинформировать вас, что ваше предложение не имело успеха. Удачи в следующий раз».

– Зная Тео, можно не сомневаться, что он сделает еще одну попытку.

– Ты прав, – кивнула Мориана. – Тогда напишу, пусть попытает счастья в другом месте.

– Ага, – улыбнулся брат, но в его глазах читалось беспокойство. – Мориана…

– Даже не думай переубеждать меня, – отрезала она.

– Я и не собирался. Ты вольна выбирать. И имеешь полное право быть с тем, кто сделает тебя счастливой.

– Прекрасно. Здорово поболтали. Мне следует почаще изливать тебе душу.

Услышав ее слова, Огастас поежился.

Мориана обогнула стол и, подойдя к брату, поцеловала его в макушку, главным образом потому, что знала, что такое открытое проявление чувств вызовет у него раздражение.

– Прости, – тихо сказала она. – Мне нравится то, что делает Тео для своей страны. Я воздаю должное прогрессу и стабильности, которые он приносит в регион, и хочу, чтобы так продолжалось и дальше. В последнее время он делает много чего, достойного восхищения, и если бы я посчитала, что в самом деле нравлюсь ему, я бы вышла за него замуж и извлекла бы из нашего брака максимум пользы. Я не говорю о том, чтобы потерять голову от страсти. Просто я хочу, чтобы мне платили вниманием, расположением и верностью. Даже любовью. А такие вещи нехарактерны для Тео.

Огастас, правящий король Аруна и брат принцессы Морианы, смотрел, как сестра развернулась и направилась к двери.

– Мориана… – Некоторые вещи проще говорить не глядя в глаза. – Ты ведь знаешь, что я люблю тебя. И я хочу, чтобы ты была счастлива.

Она чуть замедлила шаг, но не стала оборачиваться, закрывая за собой дверь.

Черт, он был худшим братом на земле. Огастас обхватил лицо руками, шумно вздохнул, а потом потянулся к телефону.

Он не знал, положил Тео трубку или нет, но подозревал, что тот оставался на линии и слышал его разговор с сестрой.

– Ты здесь? – взяв трубку, спросил Огастас.

– Да.

Черт.

– Лучше бы ты ничего не слышал.

– Она великолепна. – За тысячу километров отсюда король Лизендаха Теодосий выдохнул и провел рукой по своим короткостриженым волосам. Он унаследовал от своих предков светлые волосы, серо-голубые глаза и телосложение воина и никогда не получал отказа от женщин. До этого момента. Тео даже не знал, обижаться или восхищаться. – Конюший? В самом деле?

– Лучше бы я этого не слышал, – устало сказало Огастас. – Какого черта ты сделал ей предложение, послав официальное письмо? Я думал, ты хочешь сотрудничать с ней.

– Именно. И должен признать, никак не ожидал такого решительного отказа.

– А ты думал, что она тут же бросится в твои объятия.

– Я ожидал, что она, по крайней мере, подумает над моим предложением.

– Что она и сделала, – сухо бросил Огастас. – Когда будут рассматривать петицию о твоем отстранении от власти?

– Через неделю, если дядюшка соберет необходимое количество голосов. А он близок к тому. – Петиция основывалась на одном из законов Лизендаха, не приводившимся в исполнение более трехсот лет и гласившим, что можно отобрать корону у монарха, который достигает тридцатилетнего возраста и не желает жениться и обзаводиться наследником.

– Тебе нужен план Б.

– У меня есть план Б, и он предусматривает личную встречу с твоей сестрой.

– Ты ведь слышал, что она сказала. Ей не интересно твое предложение.

– Ты предпочтешь, чтобы она связалась с каким-нибудь конюхом или распутным киноактером? – заскрежетал зубами Тео.

– А чем ты лучше? Тео, прислать ей такое письмо, черт бы тебя побрал. Разве ты не мог переговорить с ней лично? Мне казалось, что она тебе небезразлична. Если честно, я думал, что ты питаешь к ней больший интерес, чем к кому-либо, иначе я бы никогда не поддержал твою идею с этим браком.

– Она в самом деле небезразлична мне.

Тео считал Мориану идеальной будущей королевой Лизендаха, уравновешенной, компетентной, разбирающейся в вопросах политики и невероятно красивой. Он годами тянул с женитьбой, но теперь Мориана, принцесса Арунская, была свободна.

Ее злила ситуация, в которой она оказалась, но ее гнев не мог сравниться с тем, что испытывал Тео при мысли, сколько времени они потратили впустую.

– Твоя сестра жертвовала собой ради человека, который не хотел ее, и ты – во-первых, как брат, а уже потом как король – ничего не сделал, чтобы расторгнуть эту помолвку. Все эти годы она ждала и ждала, чтобы потом ее самооценка разбилась о холодное безразличие. Разве ты заботился о ней? А Казимир, черт бы его побрал? Ни один из вас не отнесся к ней с должным вниманием. Может, я не буду любить ее так, как ей того хочется. Если честно, я никого и никогда так не любил. Но, по крайней мере, я заметил ее существование.

Огастас молчал.

– Но ты промахнулся с предложением в письменной форме, – наконец ответил он.

– Похоже на то, – процедил Тео.

– Советую тебе дать ей немного остыть прежде, чем предпринимать дальнейшие шаги.

– Ни за что. И я не могу понять, почему ты никогда не даешь своей сестре выйти из себя?

В детстве Тео терпеть не мог, когда пылкую натуру Морианы давили, ожидая от нее полного послушания. Поэтому он постоянно цапался с ней. Сексуальная неудовлетворенность тоже сыграла свою роль. Но когда они ссорились, Мориана оживала, что приводило его в восторг.

– Мне нужно увидеться с ней, – снова взъерошил волосы Тео. – Я не прошу тебя замолвить за меня словечко. Потому что дипломат из тебя никакой. Да, на меня давят обстоятельства, и мне нужно жениться и обзавестись наследником. Но это не тот аргумент, который я хотел бы предъявить ей.

– Но я еще хвалил тебя и всячески поддерживал твою кандидатуру. Можешь не благодарить.

– Я могу дать ей то, чего она хочет. Внимание, расположение и даже верность.

Но не любовь, не может же человек получить все, чего ему хочется.

– Она так не считает.

– Мне нужно поговорить с ней.

– Нет, – возразил Огастас. – Не поговорить, а ползать перед ней на коленях.

Глава 2

Танее подвергнувшись нападкам журналистов, Мориана не смогла позволить себе спрятаться и не появляться какое-то время на публике. Ей пришлось участвовать в запланированном месяц назад благотворительном аукционе, вырученные деньги от которого должны были пойти на нужды одной из детских больниц. Аукцион проводился в одном из дворцовых банкетных залов. Все было готово к началу мероприятия, и Мориане оставалось только появиться на нем, выступить с речью и ненавязчиво убедить некоторых из самых богатых гостей расстаться со своими деньгами. Она великолепно справлялась с хозяйкой подобных мероприятий благодаря хорошо усвоенным урокам матери.

Княжество Арун не было самым богатым в их регионе, эта честь принадлежала Байзенмаху, которым управлял Казимир, бывший претендент на ее руку. Оно также не было самым красивым. Лизендах, на троне которого сидел Тео, отличался большей красотой благодаря правящим монархам, на протяжении столетий застраивавших свое государство самыми восхитительными зданиями. Зато Арун мог похвастаться своими системами образования и здравоохранения, в не меньшей степени благодаря усилиям Морианы, а до нее ее матери и бабушки. Несмотря на то что женщин в королевском доме Аруна жестоко подавляли, они умели бороться за права своих сограждан.

Мориана ждала, что сегодняшний вечер станет для нее настоящим испытанием, потому что журналисты точно не дадут ей спуску. Поэтому она пыталась собраться и вести себя как ни в чем не бывало. Главной проблемой было то, что остальные вели себя не так, как обычно. Даже Аури, ее всегда такая невозмутимая придворная дама, на протяжении всего дня бросала на Мориану обеспокоенные взгляды.

За утренним чаем принцессу ждал любимый лимонный пирог, политый карамелью. А за обедом на ее столике появилась ваза с распустившимися розовыми пионами. Потом Мориана услышала, как один из ее помощников по связям с общественностью грозился кому-то по телефону, что аннулирует его пропуск на сегодняшний благотворительный аукцион, если тот посмеет поместить в газете определенный заголовок. Заметив ее, он покраснел, но продолжал сыпать угрозами, пока не добился своего.

Во дворце почему-то не оказалось сегодняшних газет, и Мориане пришлось воспользоваться Интернетом.

Они с Аури часто развлекались, читая газетные заголовки, пока последняя делала ей прическу к очередному званому ужину или другому официальному мероприятию. Обычно заголовки давали пищу для раздумий и обсуждений, но сегодня пресса просто взбесилась, назвав Мориану самой нежеланной принцессой на всем белом свете.

«Слишком бесчувственная, чтобы годиться для брака», – прочитала она, когда Аури потянулась за булавкой, чтобы собрать заплетенные в косу волосы в элегантный пучок на затылке.

– Нет, – сказала ее фрейлина, – сегодня я в эти игры не играю. И тебе не советую.

«Брошенная Ледяная Принцесса подумывает уйти в монастырь», – продолжила Мориана.

– Я с тобой в монастырь не собираюсь. Там вообще не смотрят за своими волосами, – бросила Аури. – Лучше я процитирую тебе другой заголовок. «Байзенмах скорбит, потому что проклятие сработало во второй раз».

– Какое еще проклятие? – удивилась Мориана.

– Говорят, что ты отказалась выйти замуж за короля Казимира, потому что не пожелала повторить судьбу его матери. Ее годами унижал, физически и морально, собственный муж, а когда она завела себе любовника и родила от него ребенка, он убил обоих у нее на глазах. И тогда бедная женщина покончила с собой.

– В какой газете ты это вычитала?

– В их местной, «Маунтин кроникл».

– Стервятники. – Мориана когда-то случайно подслушала разговор родителей, которые говорили о чем-то похожем, но никогда не повторяла их слова. Даже брату. – Казимир не заслуживает такого.

«Негативная реакция на тайную любовницу и ребенка правящего короля Байзенмаха», – продолжила Аури.

– Это уже другое дело, – вздохнула Мориана. – У нас имеется список предметов, представленных на аукционе?

– Вот он. А также список гостей.

– Хм. Огастас решил почтить нас своим присутствием. И он будет с каким-то гостем? Странно. Он ничего не сказал мне, когда мы разговаривали с ним этим утром.

Правда, она не дала ему возможности сказать что-либо. Но все равно.

– Для сегодняшнего мероприятия я выбрала для тебя серебристое платье, с которым выигрышно будут смотреться бриллианты твоей бабушки. Но я также взяла на себя смелость достать из гардероба то платье кроваво-красного цвета, которое нравится тебе, но которое ты ни разу не надела. К нему я предлагаю надеть жемчужное колье и сережки из королевской коллекции. Конечно, серебристое идеально подойдет для сегодняшнего вечера, но я надеюсь, ты выберешь второе, потому что тогда ни у кого язык не повернется назвать тебя Ледяной Принцессой.

– Не могу не согласиться, – пробормотала Мориана. – Осталось только найти себе абсолютно неподходящего кавалера. Хотя я не настолько жестока, чтобы втягивать кого-то в свои неприятности. Пойду одна.

– Ты недолго будешь оставаться одна, – улыбнулась Аури. – Тут же найдутся желающие составить тебе компанию.

– Уже нашлись.

– Да ты что? И он тебе нравится?

– Нет. – Мориана вдруг представила словно высеченное из камня лицо и сверкающие серые глаза. – Это Тео. Я никогда даже не пыталась относиться к нему с симпатией, потому что это казалось бесполезным.

– За тобой ухаживает король Лизендаха Теодосий? – застыла со шпилькой в руке Аури.

– Вряд ли это назовешь ухаживанием.

– Нет, ты серьезно?

– Аури, что ты так разволновалась?

– Ох, ты видела его обнаженным?

– О да. Дай боже здоровья папарацци. Благодаря им весь мир увидел этого человека в чем мать родила.

– Но что за удовольствие они доставили людям?

Да уж, природа щедро наградила этого мужчину.

А еще, по слухам, он был искусным любовником, ни одна из его подружек ни разу не пожаловалась на него. И все его бывшие любовницы оставались с ним в дружеских отношениях.

– Ты возьмешь меня с собой в Лизендах? Я могу собраться в любой момент. Ты только скажи.

– Тебе следовало пойти в драматические актрисы, – улыбнулась Мориана. – Арун не такой уж плохой. Временами немного суровый. А по окраинам немного сероватый. Да и в центре тоже. Но он по-своему красивый, если только знать, где искать эту красоту.

– Я знаю, где искать, – вздохнула Аури. – И Теодосий, судя по всему, тоже. Будь осторожна с ним.

– Я его не боюсь.

– Знаешь, он производит впечатление человека, который добивается желаемого, – обеспокоенно заметила ее фрейлина. – Что, если он решит заполучить тебя?

– Вряд ли. Он с детства терпеть меня не может. Тео либо дразнит меня, либо вообще не замечает. Если я дам ему от ворот поворот, он отстанет от меня.

Аури шумно вздохнула, и Мориана поняла, что лекция будет продолжаться. Ее наперсница была на несколько лет старше, не настолько, чтобы быть для нее матерью, но достаточно, чтобы взять на себя роль старшей и более мудрой сестры. И она взялась за свое дело очень серьезно.

– Моя госпожа, как женщина женщине… Ладно, как немного более опытная женщина могу только посоветовать, чтобы ты не обманывалась равнодушием, которое Теодосий проявляет ко всем всему, что его окружает. Этот человек как ястреб в амбаре. Он наблюдает, прислушивается и знает, что хочет получить от каждой ситуации. Более того, он знает, что хотят получить другие.