О чем не знала невеста

© 2013 by Kelly Hunter

© ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2014

© Перевод и издание на русском языке, ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2014

Пролог

Cемнадцатилетняя Лена Уэст не понимала вопроса. Он имел какое-то отношение к формуле Эйлера и комплексному числу z, но кроме этого Лена ничего не могла сказать. Она со стоном уронила ручку на лист бумаги в клетку и прикрыла ладонями глаза, чтобы не видеть океана, маячившего за стеклянной дверью. Летом со школьными заданиями всегда возникали трудности. Особенно учитывая, что до пляжа всего несколько метров, и, как только они возвращались из школы, ее старший брат тут же нырял в воду.

Несправедливо, что Джаред мог делать математику в уме, а младшие брат с сестрой были настоящими гениями, и ответ на любой вопрос занимал у них от шести до десяти секунд. Четырнадцатилетняя Поппи могла бы ей помочь, будь она рядом, но ее приняли на курсы при математическом факультете Университета Квинсленд, и она почти все время проводила в Брисбене. Тринадцатилетнего Деймона тоже не оказалось поблизости. Он задержался после школы.

Вздохнув, Лена открыла глаза и взяла ручку. Вопрос номер шесть. Вот он. Издевается. Маленький простенький вопрос, на который любой член ее гениального семейства ответил бы даже во сне.

– Бестолочь, – жалобно простонала она.

– Кто это? – произнес красивый низкий голос у нее за спиной. Лена чуть не упала со стула, потому что не слышала, чтобы кто-нибудь входил. Голос она узнала, и лицо помрачнело еще больше. Она повернулась, чтобы посмотреть в глаза Эдриану Синклеру – их ближайшему соседу и лучшему другу Джареда.

– Почему ты не постучал? – хмуро спросила она и в ту же секунду поняла, что задает дурацкий вопрос. Эдриану не требовалось стучать, он практически жил здесь.

– Не хотелось прерывать ход твоих размышлений.

– Но ты это сделал.

Эдриан усмехнулся.

– Ты сказала «бестолочь». Я подумал, что в мой адрес.

– Болван.

– Вот видишь?

Глядя в смеющиеся карие глаза Эдриана, невозможно было не улыбнуться.

– Можешь смеяться сколько угодно. Это не поможет.

– Ну, не скажи. Джаред здесь?

– На улице. – Лена кивнула в сторону океана. Он все также голубел за дверью. Все так же манил. Джаред выходил из воды с доской для серфинга в руке. – А ты почему не с ним?

– Я подумаю, – ответил Эдриан. – А ты?

– У меня завтра тест по математике. – Лена задумчиво посмотрела на него. Эдриан выбрал в школе те же предметы, что и Джаред, что и она, если не считать языков. Они с Джаредом опережали ее на год. – Что ты знаешь про связь формулы Эйлера с комплексными числами?

Эдриан подошел ближе и склонился над ее плечом.

– Какой вопрос у тебя не идет?

– Шестой.

– Это дополнительный вопрос. Ты знаешь, что на него можно не отвечать?

– Хочешь сделать вид, будто у меня есть выбор? Только не в этом доме.

– Хорошо. – Эдриан взял учебник и принялся листать его с таким видом, будто точно знал, что ищет. Его длинные руки с большими кистями были похожи на весла. Сильные пальцы огрубели от многочасовых занятий кайтсерфингом. Лене вдруг захотелось коснуться его руки, чтобы ощутить ее тепло.

Задачник шлепнулся перед ней на стол, и грудь Эдриана легла ей на плечо. Он показал нужный параграф, и… черт… Что-то здесь становится жарко.

– Может, тебе дать стул? – спросила она, стараясь немного отстраниться.

– Я и так весь день сидел. М-м… хорошо.

Лена беспокойно встала, и ее нос тут же наполнился завораживающим пряно-свежим запахом Эдриана. И это после занятий на корте. Как будто, прежде чем прийти сюда, он принял душ, что казалось бессмысленным, поскольку он собирался лезть в воду.

– Значит… – произнес он более низким голосом. – Вопрос номер шесть.

Точно. Номер шесть. Лена снова уставилась на его руки. Нет! Не то! Вопрос номер шесть.

– Значит, я пыталась найти…

– Что здесь происходит? – раздался голос от двери в патио. И, даже не оборачиваясь, она уже знала, что в дверях стоит Джаред, а по тону его голоса поняла, что он хмурится.

Тем не менее Лена обернулась и увидела обращенный на нее любопытный взгляд брата. Его глаза отличались более яркой голубизной, чем глаза сестры, у которой при определенном освещении они становились серыми. А вот непослушные черные волосы были их общей чертой, хотя у Лены они были длинней и слушались еще хуже. И брат и сестра были сложены атлетически. Лена мечтала о соблазнительных изгибах, но они все не появлялись. Она нахмурилась точно так же, как Джаред, и фамильное сходство сделалось еще более очевидным.

– Что тебя не устраивает? На пляже слишком мало поклонниц Джареда Уэста? – Джаред пользовался большим успехом у местных девушек, и большинство из них старались завести дружбу с Леной в надежде подобраться поближе к нему. Проблема заключалась лишь в том, что Джаред менял подружек с поразительной быстротой, и после этого они уже не стремились дружить с ней.

«Им же хуже», – говорил Джаред, когда она жаловалась на переменчивость своих подруг. И хотя слова брата утешали ее самолюбие, факт оставался фактом: из-за него Лена не могла похвастаться обилием друзей. Возможно из жалости, но Джаред предпочитал, чтобы она постоянно болталась рядом с ним, а Лене выбирать не приходилось.

– Я спросил, что тут у вас? – повторил Джаред ледяным тоном.

– Триг… тригонометрия, – ответила Лена, полагая, что прямой ответ успокоит его.

Джаред поднял взгляд на Эдриана.

– Она для этого тебя позвала?

Эдриан ответил ему загадочным взглядом.

– Если тебя что-то беспокоит, Джей, выкладывай.

Джаред еще раз посмотрел на Лену, а потом на Эдриана. Эдриан немного напрягся, как будто обменялся с ее братом каким-то шифрованным посланием, к которому она не знала ключа.

– Ты знаешь правила, – отрезал Джаред.

– Знаю ли я правила? – переспросила Лена. – Какие правила?

– Он думает, что я к тебе пристаю, – пояснил Эдриан после очередной долгой паузы. – Это не поощряется.

– Что такое? – Это короткое заявление имело двойной смысл. И хотя она смущенно отстранялась от мысли, что может действительно настолько нравиться Эдриану, чтобы он к ней приставал, это никак не противоречило второму. – Джаред Уэст, ты что, хочешь распугать всех моих потенциальных бойфрендов? Если ты… и я узнаю, что ты… – Лена прищу рила глаза. – Значит, из-за этого Ти Честер не пригласил меня на танцы в одиннадцатом классе? Он же собирался, я знаю. А потом не пригласил.

– Не-а, это все из-за тебя, – возразил Джаред. – Он испугался, что потом ты позовешь его полетать на дельтаплане. Я слышал, он боится высоты.

– И маленьких котят, – добавил Эдриан. – И может, даже собственной тени.

– Может, мне такой и нужен для разнообразия, – проворчала Лена. – Может, мне нравятся такие тихие полуживые красавцы. – Факт оставался фактом, Ти Честер был необычайно красив. Ничего страшного не случилось бы, если бы она провела время с человеком, не относящимся к тем, о ком она грезила с рождения.

– Ты бы съела его живьем, – сказал Джаред.

– Да, именно это я и собиралась сделать. Джаред, я клянусь, если ты будешь вмешиваться в мою личную жизнь, я превращу твою в ад. И твою тоже, – сказала она Эдриану, на всякий случай.

– А моя и так сплошной ад, – буркнул Эдриан.

Джаред фыркнул. Они снова обменялись многозначительными взглядами, исключив ее из своего общения. Они часто так делали, и обычно Лену это не волновало. Только не сегодня.

– Господи, да пошли вы оба.

– Так-то, Триг, – с мрачным удовлетворением произнес Джаред. – Пойдем отсюда.

– Если мы сегодня пойдем кататься на серфах, я тебя утоплю, – отозвался Эдриан.

Джаред дружелюбно щелкнул его пальцем.

– Это еще что за штучки? – спросила Лена. – Хотите развлекаться, идите в другое место. Мне надо сосредоточиться на заданиях. – Верная мысль, потому что сейчас она сосредоточилась совсем на другом. К несчастью, эти слова привлекли внимание Джареда к ее учебнику.

– С каких это пор тебе нужна помощь по математике? – спросил он.

– С тех пор, как мне стало трудно. Что за идиотский вопрос?

– Серьезно? Ты действительно не можешь справиться с тригонометрией?

– Вот поэтому-то я и думаю, что я не их родственница, – сказала Лена Эдриану. – Я кухаркина дочь.

– Да, детка. Зато ты очень упорная, – отозвался Эдриан. – Какая разница, что ты потратишь на доказательство на пару минут дольше, чем они? Ты все равно справишься.

– Да, но недостаточно быстро. Они от меня отрекутся. Именно так поступают с теми, кто отстает.

– С каких это пор ты отстаешь? – вмешался Джаред, которому никогда в жизни не приходилось напрягаться, чтобы не отстать, он всегда опережал всех. А Лене всегда приходилось протирать штаны, чтобы быть уверенной в том, что она не слишком отстанет.

И все равно, она чувствовала, что мало-помалу разрыв между ее возможностями и тем, что могли делать братья и сестра, увеличивался. Такова неизбежная судьба обычного ребенка в необычной семье.

– Если я отстану, вы от меня отречетесь? – спросила она.

Джаред от удивления потерял дар речи.

Эдриан смотрел на нее с усмешкой, как будто давно знал о ее неуверенности, но не понимал, почему она заговорила об этом именно сейчас. Лена сама этого не понимала. В конце концов, это была всего лишь задачка по математике.

– Не обращай внимания, – неловко отмахнулась она.

– Ты не отстанешь, – наконец откликнулся Джаред. – Я тебе не позволю.

Он просто не мог этого понять.

– Но если это мой уровень? Выше головы не прыгнешь.

– Нет, – мрачно возразил он. – К черту. Это просто пораженческие настроения.

– Никто ни от кого не откажется, – примирительно сказал Эдриан. – Никто не терпит поражение. Джаред никогда от тебя не отречется, Лена. Он же носится с тобой, как полоумный. Разве ты не видишь, что он готов меня в землю закопать, стоит мне посмотреть в твою сторону.

– Конечно вижу. Только он защищает тебя, а не меня.

– Может быть, я защищаю вас обоих, – вмешался Джаред. – Об этом вы не подумали?

– Заботливый ты наш, – пробурчала Лена, и Эдриан кивнул ей в знак согласия. Лена не выдержала и засмеялась, разом разрядив скопившееся напряжение.

– Давайте начнем этот разговор заново? – предложила она.

– А ты в состоянии сделать это без эмоций? – спросил Джаред.

– Хочешь голые факты? – Можно и так. Она ткнула ручкой себе в грудь. – Перед вами идиотка, нуждающаяся в небольшой помощи по математике. Вопрос номер шесть.

Так Лена приобрела на остаток года двух помощников по математике, а Эдриан Синклер приобрел прозвище Триг.

Глава 1

Быть больным непросто. Болезнь порождает зависть. Именно это чувство испытывала Лена, когда видела вокруг других людей, которые ходили без усилий и без боли. Она старалась держать свою боль под контролем, но у зависти находились мощные союзники: жалость к себе и злость на весь мир. Когда они вступали в игру, светлые мысли отступали почти без боя. В результате ранения в живот, которое она получила девятнадцать месяцев тому назад, на первый план вышли скорее худшие из ее качеств, чем наоборот.

– Старайся думать о хорошем, – с энтузиазмом посоветовала ей усталая врач-физиотерапевт. – Ты жива. Ты можешь ходить. – Потом она постучала Лене по голове. Ты действительно сильна. По этой части.

Последние слова Лена воспринимала как комплимент. Ровно до тех пор, пока врач не начала говорить, что ей надо воздержаться от силовых упражнений и дать телу возможность подлечиться. Лена ее не послушала, и с тех пор физиотерапевт стала сравнивать Лену с молоденьким строптивым бычком.

Упрямым сверх меры, но не слишком смышленым.

Не помогло даже то, что она, скорее всего, была права.

И все же именно упрямство привело ее этим утром в аэропорт. Раз уж она, тихо выругавшись, с чувством некоторого облегчения погрузилась в кресло рядом с выходом на посадку, то… То что?

Она это сделала.

Еще полчаса, и она будет в самолете, летящем в Стамбул. А когда она туда доберется, то найдет своего несговорчивого брата Джареда и привезет его домой на Рождество. Она сможет. Она уже делает это.

И не важно, что делает это медленно, передвигаясь со скоростью черепахи.

Лена закрыла глаза и потерла лицо, потом положила кончики пальцев на глазные яблоки и медленно помассировала их. Смертельный номер для макияжа, но она в любом случае не пользовалась им. Ресницы были достаточно густыми и темными, чтобы обходиться без туши. Черные волосы тоже были густыми. Сейчас они лежали гладко и аккуратно за счет хорошей стрижки и выпрямителя. Непокорные кудри вернутся только после очередного мытья, но пока она выглядела вполне прилично. На инвалида Лена походила меньше, чем на женщину, отправлявшуюся в командировку.

Кто-то уселся на соседнее кресло. Лена опустила руки, бросила туда взгляд и застонала при виде своей Немезиды – Эдриана Синклера.

Триг стал большим. Не меньше метра девяноста пяти, и при этом был прекрасно сложен. Он дорос до своих рук. До широких плеч, которые в шестнадцать торчали, как вешалка.

Лена перестала расти, когда достигла респектабельных метра семидесяти двух. Ничего плохого, нормальный средний рост. Ничего плохого, когда все остальное тоже весьма среднее.

– Уходи, – сказала она вместо «привет».

– Нет, – ответил он вместо «здравствуй». – Я слышал, ты не прошла медосмотр.

– Я буду проходить его повторно. Я отложила его для специального рассмотрения.

– Ты его не пройдешь.

– Ты мне запретишь?

– Не преувеличивай мое влияние, – рявкнул Триг. – Лена…

– Нет, – быстро оборвала она. – Я ничего не хочу слышать о своем состоянии.

– Я знаю. И это меня уже порядком достало. – Он сжал челюсти. Красивая линия подбородка. Сильная, квадратная. Она составляла необходимый противовес мягкому выражению красивых карих глаз. – Когда ты поймешь своей упрямой башкой, что ты больше никогда не сможешь выполнять прежнюю работу?

Лена не ответила.

– Но это не значит, что ты не можешь быть полезной на другой, – упорно продолжал Триг.

– За письменным столом?

– Аналитическая работа. Коридоры власти. Это интересно.

– Если это так интересно, почему ты этим не занимаешься?

– А что я, по-твоему, делал все эти девятнадцать месяцев? Кроме того, что пустил все на самотек, чтобы нянчиться с тобой. Почему, ты думаешь, я отказался от ротации?

Лена покраснела. Так же как они с Джаредом, Триг когда-то входил в состав элитного подразделения разведки. И так же как она, любил свою работу и то, что она требовала исключительных физических данных. Любил возбуждающее чувство опасности. Тригу наверняка не хватало всего этого.

– Почему ты отказался от ротации? Они поставили бы тебя в другое подразделение. Никто не просил тебя сидеть за столом. К тому же мне не нужна нянька.

– Да. Буду рад, если ты это докажешь. – Триг вытянул ноги, сделав попытку удобно расположиться в слишком маленьком кресле. Большой мужчина с телом, созданным для схватки. Красивое улыбчивое лицо… только для того, чтобы обезоружить противника.

– Эдриан, зачем ты пришел? – Лена так его называла, только когда говорила о чем-то серьезном. Как ты вообще узнал, что я здесь?

– Мне позвонил Деймон. Он засек тебя, когда ты проходила таможенный контроль.

– Черт, ненавижу. – Наградил господь братцем-хакером. – Никого уважения к личной жизни.

– Зато толковый. Что ты собираешься делать в Стамбуле?

– Найду Джареда.

– А почему ты думаешь, что он еще там?

– Я не думаю. Но это единственная нить, которая у нас есть. Девятнадцать месяцев от него нет вестей. Может, ему нужна помощь.

– Если она ему понадобится, он ее попросит.

– А что, если он не может? Он увяз с головой. Я это чувствую. Иначе он бы уже нашел способ связаться с нами. Он не мог поступить по-другому.

– Мог, если это слишком большой риск, тем более под прикрытием.

– Но если это так опасно, то, может, ему вообще не стоит там оставаться.

Триг пожал плечами:

– Джаред хочет получить ответы. Они ему необходимы. Если ты встанешь у него на пути, он не обрадуется.

– Я не собираюсь вставать у него на пути. Ты меня недооцениваешь.

– Это мне не грозит. Я всегда отдавал тебе должное. С другой стороны, слишком много свободы…

– Женоненавистник.

– Ни в коем разе.

– Значит, ты не собираешься бросить меня к себе на плечо и силой вытащить из аэропорта?

– Слишком театрально, – сказал Триг, вытаскивая мобильник и прикрывая экран. Где-то в животе у Лены дернулся нерв, и она беспокойно приподнялась в своем кресле. Она всегда питала слабость к рукам Трига. И всегда испытывала некоторое любопытство к тому, что они могли с ней сделать, если бы это пришло Тригу в голову.

Но никогда не приходило.

– Мы провели голосование: Деймон, Поппи и я, – продолжал Триг. – На случай, если мне не удастся убедить тебя проявить благоразумие и остаться, я сделаю глупость и полечу с тобой. Деймон уже заказал мне билет. Поблагодарить его ты сможешь потом.

– Я не собираюсь его благодарить.

– Деймон заботится о тебе, Лена. Брат у него уже пропал, он не хочет потерять еще и сестру. А я не хочу, чтобы мне пришлось объяснять Джареду, какого черта я отпустил тебя одну. Мне вообще будет трудно объяснить, почему я разрешил тебе ехать за ним.

– Ты оправдываешь его действия. Тебе не нужна его безопасность. Ты хочешь, чтобы он нашел того, кто предал нас в Восточном Тиморе.

– Да, черт побери, хочу.

– И как вы это решили? Бросили монетку, кому ехать, а кому остаться присматривать за инвалидом?

– Нам не пришлось этого делать. Он уехал. Я остался. – Глаза Трига спокойно смотрели на Лену, и она первая отвела взгляд. Последние девятнадцать месяцев ее трудно было назвать хорошим компаньоном. Она слишком сосредоточилась на том, чтобы пройти через это, чтобы волноваться по поводу чьих-то еще чувств. Триг заслуживал лучшего. И ее родные тоже.

– Извини, – сказала Лена, – мне жаль.

– Я знаю.

Но, если она не собиралась менять своих намерений, сожаление оставалось всего лишь словом.

– Ты сидишь в самолете рядом со мной? – спросила она.

Триг кивнул, скользнув глазами по другим пассажирам.

– Не думаю, что Деймон определил нас в бизнес-класс, когда копался в кишках системы безопасности самолета.

– Но он это сделал. Сказал, что тебе в твоем состоянии нужно место. Тебе надо заново зарегистрироваться.

Можно считать, что иметь брата-хакера – это удача, счастье или как угодно, но именно в этот момент ее попросили подойти к стойке регистрации.

– Хочешь, я пойду? – спросил Триг.

– Нет. – Лена встала. – Я сама.

К чести Трига он почти не смотрел, как она медленно и осторожно подошла к стойке и поменяла свой билет экономкласса на бизнес-класс.

Но совсем не к чести Трига было то, что он с каменным лицом обхватил ее одной рукой за талию, а другой под колени и молча отнес назад.

Лена не чувствовала благодарности ни за его молчание, ни за его силу.

Нет, и все.

Им и раньше случалось путешествовать вместе. Вместе есть, спать бок о бок на берегу или в канаве. Лена привыкла к его запаху, к длинной линии спины и широким плечам. Плечам, созданным для того, чтобы на них плакать, хотя такое с ней редко случалось. Достаточно сильных, чтобы нести других, хотя ему никогда не приходилось нести ее.

Пока ее не подстрелили.

Лене была ненавистна мысль о том, что она больше ему не ровня. Что она больше не может противопоставить его грубой силе свою скорость и ловкость. Но вместе с тем ей хотелось просто свернуться рядом с ним клубком и под его защитой найти убежище от боли.

Голос из репродуктора сообщил о начале посадки.

– Лена, – начал Триг, и она уже заранее знала, что он собирается сказать. Она остановила его, не желая слушать очередной раз, что она слишком слаба для этого и должна отказаться от своей затеи.

– Не проси, чтобы я передумала, – сказала Лена, понимая, что в ее голосе слышны нотки отчаяния. – Пожалуйста. Я должна его найти. Должна своими глазами увидеть, что у него все в порядке. Как только я это увижу, я уеду. Обещаю. Я должна показать ему, что у меня все в порядке.

Триг ничего не сказал, просто протянул руку к ее маленькому дорожному чемодану. Они дотронулись до него одновременно.

– Я могу… – начала Лена.

– Лена, если ты не разрешишь мне нести твой чемодан, я сам тебя пристрелю, – нарочито мягко произнес Триг. – Я хочу тебе помочь. Можно даже сказать, мне необходимо тебе помочь… точно так же, как тебе необходимо увидеть брата и поговорить с ним. Так что отпусти ты этот треклятый чемодан.

Лена отдала ему чемодан.

– Не думаю, что ты бы меня пристрелил, – пробурчала она. – Даже если бы у тебя был с собой пистолет. Это все блеф.

– Нет. – Триг старался идти с ней в ногу, что было совсем не просто для такого крупного мужчины, у которого длина шага на целый фут превышала ее собственный. – Я страшен и беспощаден и прекрасно могу исполнять свои угрозы.

Если бы Лена не так хорошо его знала, то он мог бы показаться ей более страшным. Но, к сожалению, она знала, какими нежными могли быть эти руки, когда дело касалось раненых. Да он скорее дал бы их отрезать, чем сделал ей больно.

Хватит пялиться на его руки.

Они вошли в самолет, заняли свои места. Триг убрал багаж и проследил, чтобы она удобно устроилась в широком кресле. Через десять секунд он помахал у нее перед носом маленькой подушкой. Взяв подушку, Лена сунула ее себе под поясницу.

Так лучше.

– У тебя есть план действий? – Триг сунул ей еще одну подушку, и Лене захотелось ударить его. Тем не менее, взяв подушку, она сунула ее сбоку. Стукнуть его она всегда успеет.

– Да, есть, – ответила она. – Кроме того, через два дня у меня встреча с Эймосом Картером.

– Только не говори, что ты заварила всю эту кашу в расчете на то, что Картер знает, где Джаред. Потому что этот источник я уже выпотрошил. Картер полагает, что видел его в Бодруме, но он подходил не настолько близко, чтобы утверждать это наверняка. С тех пор прошло шесть недель.

– Все это мне известно. И если Эймосу будет больше нечего добавить, я поеду в Бодрум под видом туристки и посмотрю, что смогу найти там. Глаза у меня лучше, чем у него. Я знаю привычки Джареда. Если он там, я его найду. Если он там был, я выясню, куда он уехал.

Она с интересом взглянула на Трига, думая, как лучше подключить его к своему плану.

– Можно сделать вид, что мы вместе проводим отпуск. Может, даже медовый месяц. Это хорошее прикрытие.

Сначала Триг выглядел удивленным, потом его взгляд сделался настороженным.

– Это не обязательно. Бодрум – туристический центр. Яхты. Вечеринки. Ночные клубы. Секс-туризм. Это подойдет. Не думаю, что нам имеет смысл прикидываться молодоженами.

– Ты совершенно прав, – сказала Лена, готовая на все, лишь бы усовершенствовать свой план. – Лучше я буду изображать твою сутенершу. А ты будешь Безжалостный Игорь. Весь в коже.

– Нет, давай не будем.

Стюардесса дала Тригу пропаренную салфетку, а другую протянула Лене. Развернув свою, Лена протерла руки до локтей.

Триг сел на свое место и накрыл салфеткой лицо.

– Я еще здесь, – сказала она.

– Не напоминай.

– По крайней мере, мы не в брюхе «Геркулеса», и тебе есть куда девать ноги. Так что ты уже в выигрыше.

– Я всегда в выигрыше. Все эти дни я занимался анализом рисков и минимизацией сопутствующего ущерба.

– С каких это пор ты так вырос?

– С двадцать первого апреля.

В тот день ее ранили.

Глава 2

Через двадцать шесть часов Триг забрал багаж и вместе с Леной вышел из аэропорта Ататюрка. Они сели в светло-голубое такси. Казалось, его ничуть не смущает, что она так медленно и скованно двигается, и Лена была благодарна ему за это. И еще за то, что он решил лететь с ней.

– Куда ехать? – спросил шофер на вполне приемлемом английском, когда, открыв багажник, сунул туда их чемоданы. Он безошибочно определил в них англоговорящих. Такой же способностью обладали все уличные мальчишки. Они определяли в толпе немцев, американцев, англичан. Наверное, это было как-то связано с их обувью.

– В «Бест Саузерн Президеншиал Отель» возле базара, – сказала Лена водителю. – И еще, могу я попросить вас проехать мимо Голубой мечети?

– С превеликим удовольствием сделаю это, мадам, – сияя улыбкой, ответил он. – Вы впервые в нашем замечательном городе? Вам с мужем обязательно нужно посетить Топкапы-Сарай и Айя-Софию. И базар, конечно. Мой двоюродный брат торгует там коврами. Я скажу ему про вас, и он обслужит вас как родных. Вот. – Водитель повернулся к ним и протянул маленький квадратный кусочек картона. – Это его визитная карточка. Его магазин находится на улице Сахафлар-Каддеси. Там много, очень много акул, но мой брат не такой. Скажете, что вас прислал Ясер Сахин. Это я. Я написал это на карточке.