Секрет его улыбки

Глава 2

Начав рабочий день в полседьмого со стандартных поручений, Джесс как-то еще не верила, что совсем скоро она действительно встретится с Люком Маккензи.

А еще она так толком и не смогла определиться, кто же он такой на самом деле. Приятный, любезный парень, у которого выдался сложный период, или заносчивый, надменный тип, который лишь притворяется мистером Очарование, чтобы свалить на нее заботу о собаке. Ладно, наверное, это не так уж и важно, только самой ей явно пора проверить голову. Что за помрачение на нее нашло, когда она соглашалась? Еще один день с собакой – это последнее, что ей сейчас нужно. Но сегодня она хотя бы знала, что ее ждет, и немного подготовилась. А заодно твердо решила, что обязательно подключит Люка Маккензи к присмотру за собакой. Ровно в семь двадцать пять пожаловал и сам актер. С собакой на поводке и охапкой сумок. – Доброе утро, Аиша, Джесс. – Доброе утро, и тебе привет, Балу.

Стоило собаке только увидеть Джесс, как она бешено замахала хвостом, со всей силы ринулась к ее столу, протащив за собой Люка по всему кабинету, деловито поставила передние лапы ей на колени и старательно облизала лицо.

– Слезь, – улыбнулась Джесс, аккуратно спихивая с себя зверюгу.

Как же ей всего этого не хватало…

Но работа есть работа.

Три дня.

И никаких привязанностей.

– Я как раз закончила со всеми текущими заданиями, могу я час уделить собаке? – спросила она, обращаясь к начальнице.

– Конечно. – Аиша улыбнулась. – Я как раз успею подготовить тебе новые поручения.

– Хорошо.

– Спасибо, что одолжила мне свою помощницу. – Люк вытащил из сумки и протянул Аише дорогую на вид коробку шоколада. – Когда начнется репетиция, она снова будет полностью в твоем распоряжении.

– Темный шоколад, очень мило с твоей стороны, – смущенно улыбнулась Аиша и даже немного покраснела.

– Я же правильно запомнил? – уточнил он.

– Правильно. Обожаю темный шоколад. Спасибо, Люк. А теперь идите, увидимся позже.

Ну и что это? Шикарный жест богатого актера или чистосердечная благодарность человека, который и за два года не забыл, что любит директор картины? Или немного того, немного другого, потому что люди всегда гораздо сложней, чем кажутся на первый взгляд?

– Хорошо. А теперь… Подстилка, миска для воды, миска для еды, собачий обед, не пищащая косточка, мячик, какая-то веревочная штуковина… – Люк по одному вытаскивал из сумки покупки и передавал их Джесс.

– Ты весь зоомагазин скупил? – удивленно спросила она.

– Нет. Я просто прямо с порога попросил продавца выдать мне все необходимое, чтобы шоколадный лабрадор перестал грызть все подряд. А еще я уточнил, что не должно быть ничего пищащего.

Улыбнувшись, Джесс задумчиво разглядывала образовавшуюся на столе горку игрушек.

– Думаю, всего этого ей надолго хватит.

– Надеюсь. – Судя по голосу, он действительно очень на это надеялся. – Так с чего начнем?

– Сначала нам нужно найти какой-нибудь тихий уголок, где нашу мадам ничто не будет отвлекать. – Не удержавшись, она почесала собаку за ухом, и та блаженно прикрыла глаза.

– Так, тихий уголок. – Люк на пару секунд задумался. – Я знаю, что нам подойдет.

Он уверенно повел ее в ту часть киностудии, где Джесс еще не успела побывать, выполняя бесконечные задания.

– Мне кажется, что Балу вообще никто никогда не дрессировал, поэтому предлагаю начать с самых основ, таких как «сидеть» и «стоять». – Она повернулась к собаке. – Балу, сидеть.

Никакой реакции.

Джесс осторожно надавила ей на спину.

– Балу, сидеть.

На этот раз собака села, и Джесс сразу же протянула ей кусочек рубленой печенки. Балу охотно проглотила угощение и благодарно облизала ей руку.

– Вкусности для собак? – уточнил Люк.

– Кусочки вареной печенки.

– И ты просто так таскаешь ее в кармане? – ужаснулся он.

– В специальном пакетике. А разве у меня есть выбор? Если оставить такую вкуснятину там, где Балу сможет до нее добраться, она сразу же все съест, и выполнять команды ей будет уже неинтересно, да и поощрять ее мне уже будет нечем.

Люк пристально на нее посмотрел:

– Раньше ты уже дрессировала собак?

Глупо врать.

– Да.

– Но если ты умеешь обращаться с собаками, почему ты работаешь временным ассистентом?

Потому что со старой работой она больше не справлялась.

– Это всего лишь работа. А теперь твоя очередь, – объявила она, чтобы остановить расспросы.

С третьей попытки Люку все же удалось уговорить Балу сесть.

– Не забудь про угощение. – Она протянула ему пакетик с печенкой, гадая, как он отреагирует. Возмутится и брезгливо откажется пачкать свои актерские пальчики?

Но вместо этого Люк спокойно ухватил один кусочек печенки и протянул собаке.

Что ж, неплохо для начала. Похоже, они все-таки сумеют сработаться.

– А теперь будем учить ее стоять. – Для начала Джесс усадила собаку, а потом велела: – Стоять, – и отошла на пару шагов.

Явно испугавшись, что она совсем уйдет, Балу вскочила и бросилась за Джесс.

– Успокойся, дорогая, я никуда не уйду, но мне нужно, чтобы ты выполняла команды. – Она отвела собаку на место и попробовала еще раз. Понадобилось четыре попытки, чтобы собака наконец поняла, что от нее требуется. – Умница. – Джесс приласкала зверушку и выдала очередной кусочек печенки, а потом повернулась к Люку: – Твоя очередь.

Ему снова потребовалось несколько попыток, прежде чем собака начала его слушаться.

– Умница, – улыбнулся Люк, лаская собаку и выдавая ей новую порцию угощения.

Сегодня он казался гораздо спокойней и рас-слабленней, чем вчера, да и с собакой вполне охотно общался, вместо того чтобы спихнуть ее на руки первому встречному. Интересно, это потому, что репетиция еще не началась и звездная напарница не успела его разозлить, или это общество Балу на него так благотворно действует?

Джесс очень надеялась, что все дело действительно в собаке.

Они продолжали закреплять команды, когда прибежал помощник режиссера:

– Мистер Маккензи, у нас все готово.

– Хорошо, – улыбнулся Люк. – Уже иду. Спасибо, Джесс. Уверена, что Балу не будет тебе мешать?

Мешать-то она не будет, но если бы все сводилось только к этому…

– Аиша разрешила.

Люк вытащил из заднего кармана джинсов несколько мятых бумажек, оторвал от одной уголок и быстро что-то на нем написал.

– Это мой номер, если понадобится, сразу же звони.

Люк Маккензи вот так запросто дает ей свой номер телефона?

Просто фантастика.

И как же все это не вяжется с ее прежней жизнью…

Джесс резко себя оборвала. Прошлое осталось в прошлом, его все равно уже не изменить, и хватит об этом. Она и так целый год только и делала, что мечтала о том, как бы все могло сложиться иначе, но что дали ей эти пустые фантазии? Разве что-то изменилось? Разве не прозвучал тот выстрел? Разве наркоторговцы не оказались в тюрьме? Разве Мэтт с Кометой навечно не упокоились под цветочным ковром? Разве у нее самой осталось что-то, кроме воспоминаний и мечтаний о несбыточном?

– Не думаю, что мне стоит звонить тебе прямо посреди репетиции, я испорчу всю сцену.

– Тогда я выключу звук, а ты пиши мне сообщения.

– Хорошо.

Когда она вернулась в офис, ее уже ждал обещанный список заданий, и следующие несколько часов Джесс самозабвенно исполняла свои прямые обязанности, а Балу мирно дремала у ее ног, пока она работала за столом, или преданно сопровождала по всей съемочной площадке, когда Джесс приходилось бегать по поручениям и разносить сценарии.

– И как же тебе удалось вновь превратить Люка Маккензи в нормального человека? – спросила Аиша, когда Джесс снова вернулась в офис.

– Я просто прямо сказала все, что о нем думаю, – призналась она честно. – Извини.

– Весьма рискованная тактика. Если бы ты напрямую все высказала другой нашей знаменитости, той, чье имя нельзя называть, тебе пришлось бы долго и упорно извиняться, а потом мне бы все равно пришлось тебя уволить, – вздохнула Аиша, тиская собаку. – Но я рада, что ты одернула Люка, и он снова стал самим собой. – Начальница почесала Балу за ухом. – Ну разве она не прелесть? И Люку отлично подходит. Сексуальный герой кино с милой собакой. Разве сможет хоть одна женщина устоять перед таким сочетанием?

Отличный вопрос. Но ей-то уж точно нужно устоять, иначе ничем хорошим все это не закончится. Новые отношения ей сейчас совершенно не нужны. Да и в любом случае она отлично понимает, что никогда не станет частью того мира, в котором живет Люк Маккензи.

– Ладно, как бы там ни было, тебе пора обедать, только возьми с собой собаку.

– Конечно, – улыбнулась Джесс и продолжила, обращаясь уже к Балу: – Как насчет пробежки в парке?

Собака глянула на нее так, словно она заговорила на марсианском.

– Твои хозяева никогда не бегали с тобой в парке? – вздохнула Джесс. – Ну ладно, а как насчет прогулки?

Балу явно все еще ничего не понимала.

Джесс еще раз вздохнула и приласкала собаку.

– Ничего, дорогая, я обещаю: тебе обязательно понравится. Но на всякий случай я все же предупрежу Люка, куда мы направляемся.

Не желая срывать репетицию, она просто набрала сообщение, положила миску в сумку и направилась к парку, только сейчас осознав, как сильно ей всего этого не хватало.

Разве можно сравнить беговую дорожку в безликом зале с настоящей пробежкой на свежем воздухе, когда под ногами густая трава, а вокруг шумят деревья, источая аромат цветущей весны? А уж когда рядом с тобой бежит собака… Джесс сглотнула и резко остановилась.

Вытащив из сумки миску и бутылку с водой, она напоила собаку, а потом в ближайшем киоске купила себе куриный ролл и минералку и устроилась на лавочке.

– Думаешь, я стану с тобой делиться? – спросила она у смотревшей на нее преданными глазами Балу.

Собачьи глаза были столь выразительны, что тут и без слов все было ясно.

– Ну ладно, уж так и быть, угощу тебя кусочком, но сперва тебе придется его заработать. Балу, дай лапу.

К удивлению Джесс, собака очень быстро поняла, что от нее требуется. Жаль, что прошлые хозяева совсем не уделяли времени ее дрессировке, и жаль, что Балу осталось жить с Люком Маккензи всего пару дней.

Возможно, она сама могла бы…

Нет. Джесс резко себя одернула.

Она же специально сняла квартиру, владельцы которой строго-настрого запрещали содержание каких-либо животных, чтобы удержаться от минутной слабости, когда ей вновь захочется впустить в свою жизнь новую собаку. Собаку, которую она рано или поздно потеряет, как потеряла Комету. Она и так целый год по кусочкам склеивала свою жизнь, и теперь, когда все наконец-то начало налаживаться, она просто не может вновь рисковать. И нельзя ни на секунду об этом забывать. Как бы ей ни хотелось взять к себе Балу, этому никогда не бывать.

Проверяя телефон во время перерыва, Люк обнаружил сообщение с неизвестного номера и сразу же решил, что оно от Джесс.

Она отправилась с собакой в парк? Сам бы он точно не стал просить ни о чем подобном, да и вообще все еще чувствовал себя виноватым за то, что вот так просто переложил на практически незнакомого человека все заботы о собаке, но разве у него был выбор? Не мог же он оставить Балу дома, где она не только разнесла бы все в пух и прах, но и сама могла при этом пораниться! Репетиции нельзя было перенести, не подводя всю съемочную группу, да и взять собаку на съемки после скандала с Мими он уже тоже не мог.

А тут как раз появилась Джесс, не побоявшаяся прямо высказать ему все, что она думает и о нем самом, и о его обращении с Балу, хотя наверняка отлично понимала, что за подобные слова ее запросто могут уволить.

Было в этой едва знакомой девушке что-то необычное и невероятно притягательное.

Только что это с ним? Новые отношения ему сейчас совершенно не нужны, да и в любом случае у нее наверняка есть любимый муж или хотя бы парень. Да даже если и нет… Кто захочет связываться с человеком, за которым неотрывно следуют журналисты, а потом читать о себе грязные сплетни? Стоит лишь дружкам Флер узнать, что он завел себе новую девушку, как они сразу же набросятся на нее всей толпой и порвут в клочья. Но он этого никогда не допустит, а значит, ему и Джесс нельзя поддаваться притяжению и сближаться.

Люк набрал ответное сообщение: «Удачной прогулки. Репетиция закончится часов в пять. Если что-то потребуется, сразу же пиши. Спасибо тебе».

Через пару секунд пришел ответ: «Все в порядке. Балу обожает курицу».

Ну вот. Собака уже успела стащить у нее сэндвич, а значит, ему снова придется возмещать убытки.

Он снова взялся за телефон: «Извини. Я обязательно заплачу за все, что Балу утащит или испортит». – «Не нужно, я продолжаю дрессировку».

– Люк, мы готовы продолжать, – окликнул его режиссер.

«Меня зовет режиссер, потом поговорим».

За Балу он пришел только в пятнадцать минут шестого.

– Извини, что задержался, репетиция немного затянулась.

– Не страшно, – улыбнулась Джесс, отрываясь от компьютера.

Стоило Люку только заговорить, как Балу сразу же вскочила с подстилки и со всех ног бросилась ему навстречу.

– Похоже, кое-кто успел по тебе соскучиться, – заметила Аиша.

– Только не говорите, что она успела в очередной раз опозориться.

– Ну что ты, она отлично себя вела, – возразила Джесс. – И даже успела кое-чему научиться. Встань перед ней и слегка нагнись. Балу, дай лапу.

Собака послушно дала Люку лапу.

– Надо же, не знал, что она это умеет.

– Теперь умеет, она вообще все схватывает на лету. Лабрадоры отлично поддаются дрессировке, и мне даже кажется, что при желании из нее вполне можно сделать настоящую кинозвезду.

Люк рассмеялся.

– Знаешь, если бы я чуть хуже знал тетю, обязательно бы решил, что она втянула тебя в свой заговор, и теперь вы совместными усилиями пытаетесь уговорить меня завести собаку.

– Она тебя обожает.

– А разве может быть иначе? Я ее любимый племянник.

– Я хотела сказать, что собака тебя обожает. – Не удержавшись, Джесс рассмеялась. – Неужели ты настолько привык, что все тебя обожают?

– Я привык, что меня обожает тетя.

Забавно. Он постоянно говорит о тете, а не о родителях или дедушках с бабушками. Неужели она ему настолько ближе остальных родственников? Может, они умерли, когда он был еще совсем маленьким?

Только ей-то какое до всего этого дело? Она согласилась три дня присматривать за собакой и вовсе не собирается становиться ему лучшей подругой, да и вообще сближаться с ним не намерена. И нужно прямо сейчас четко провести границу.

– Что ж, вы с Балу можете идти. Увидимся завтра.

– Хорошо. Налить тебе на прощание чаю?

От такого предложения Аиша даже поперхнулась.

– Джесс, когда ты успела превратить его в своего личного официанта?

– Аиша, если память мне не изменяет, – усмехнулся Люк, – ты ненавидишь чай и любишь исключительно эспрессо, да такой крепкий, что никто, кроме тебя, его и пить не станет. Даже итальянцы.

– Ну конечно, актерская память, – усмехнулась Аиша, – мне порой даже кажется, что у вас в генах есть что-то от слонов.

– Ну, должна же быть какая-то польза от бесконечного заучивания диалогов, – подмигнул Люк.

– Ладно, Джесс, ты можешь идти, я сама со всем закончу.

– Уверена?

– Уверена.

И каким-то непостижимым образом Джесс покинула киностудию вместе с Люком Маккензи.

– Могу я в качестве благодарности предложить тебе выпить?

Вот теперь это точно обычная вежливость.

А на вежливость нужно отвечать исключительно вежливостью.

– Спасибо, но нет. По вторникам вечером я стандартно хожу на свидание.

– Понятно.

– С сестрой и лучшей подругой. – Ну и зачем она пустилась в объяснения? Какое ему дело до ее свиданий? Он – известный актер, а не нормальный парень, которого интересуют такие подробности.

– Удачного вечера, тогда, надеюсь, мне удастся отблагодарить тебя как-нибудь в другой раз.

– Конечно. – Разумеется, в следующий раз она тоже найдет какой-нибудь предлог отказаться.

– Договорились. Мы с Балу у тебя в долгу.

Тут ей в голову пришла безумная идея.

– Если ты действительно хочешь меня отблагодарить, подпиши мне две свои фотографии.

– Сразу две?

Неужели он решил, что она собирается ими торговать?

– Для сестры и лучшей подруги, – пояснила Джесс. – Они будут на седьмом небе от счастья, а так пока что просто таскают меня в кино на все твои фильмы.

– В принудительном порядке?

– Извини, грубо получилось. Мне твои фильмы тоже нравятся.

– Но романтические комедии – это не твое.

– Да не в этом дело. – Джесс изо всех сил старалась быть вежливой.

– А в чем же тогда?

– В том, что я предпочитаю что-нибудь более динамичное. Лучше всего научную фантастику. Извини, я не хотела грубить.

Но Люк лишь рассмеялся.

– Ты просто не представляешь, как приятно слышать, когда люди честно признаются в своих вкусах, вместо того чтобы без конца повторять, что по двадцать раз смотрели все мои фильмы и считают меня лучшим в мире актером. Я-то отлично знаю, что это не так. Разумеется, я подпишу фотографии твоей сестре и подруге, это меньшее, что я могу для тебя сделать. Пойдем тогда обратно к моему трейлеру, у меня там есть целая пачка фотографий.

– У тебя есть собственный трейлер? Да еще и именное кресло? – С этим человеком было так просто общаться, что она совсем забыла, что он не только временный хозяин Балу, но и мировая знаменитость.

Люк снова рассмеялся.

– Только не надейся увидеть дворец с золотой крышей или еще что-нибудь в этом роде. Это самый обычный трейлер, но в нем я, по крайней мере, могу ото всех спрятаться и немного побыть наедине с самим собой. – Он потрепал собаку по загривку. – Вот только если я впущу туда эту Мадам, она мигом там все перевернет и съест очередной сценарий.

Балу довольно потерлась об его ноги.

Они пошли к трейлеру, в котором, как он и предупреждал, не было ничего особенного, зато царил идеальный порядок. Что ж, видимо, или он повернут на порядке, или у него есть целая армия прислуги, преданно все тут вылизывающая три раза в день.

– Так, фотографии. – Люк быстро вытащил две карточки и конверты из тумбочки. – Кому подписывать?

– Кэрли и Шеннон, пожалуйста.

Написав имена, Люк размашисто подписался и аккуратно положил фотографии в конверты.

– Спасибо, ты наверняка услышишь, как они вопят от радости, когда я вручу им подарки.

– Рад за них. – Люк почесал собаку за ухом. – А вам, Мадам, пора домой ужинать, и надеюсь, сегодня ты не будешь так храпеть и дашь мне хоть немного поспать. – Он закатил глаза. – Знаешь, я раньше как-то даже и не подозревал, что собаки храпят.

– А что в этом такого удивительного? К тому же они не только храпят, но и при малейшей возможности лезут между вами на кровать, когда знают, что ничего им за это не будет.

Джесс поняла, что сказала лишнее, лишь когда Люк пристально посмотрел на ее левую руку, и она сразу же зажалась и начала прощаться.

Похоже, у Джесс Гринэйкр когда-то была собака. А теперь ее уже больше нет. А еще у нее явно были серьезные отношения, но кольца она не носит.

Так что же с ней произошло?

Тяжелый разрыв, после которого собака осталась у бывшего партнера? И связываться с Балу она не хотела именно потому, что жизнерадостная зверюга неустанно напоминает о потерянном, но так и не забытом питомце?

Стоило ей случайно упомянуть о прошлом, как в зеленых глазах потухли смешливые искорки, и Люк вдруг поймал себя на мысли, что ему безумно хочется, чтобы она снова улыбнулась. А значит, не стоит ее ни о чем расспрашивать.

Да только что это с ним? Он же не собирается начинать новые отношения. Ни сейчас, ни потом. Флер раз и навсегда отбила у него всякую охоту с кем-либо встречаться. Разрыв сам по себе был непрост, но переживать все это под неустанным прицелом телекамер… Такого никому не пожелаешь.

Но и просто так оставить все нельзя. Слишком уж неуклюже закончился их разговор.

– А еще она совершила набег на мои обувные полки и едва ли не половину перетащила себе в постель. Верно я говорю, Мадам?

Поняв, что речь идет о ней, Балу посмотрела на Люка.

– Тогда понятно. – Джесс почесала зверушку за ухом.

– И что же?

– Теперь я могу представить, как сложилась ее жизнь. Прежние хозяева часто оставляли ее дома одну, не умели обращаться с собаками и не могли или не хотели ее дрессировать. – В ее голосе явно звучало неодобрение этими неведомыми людьми. – Если бы они удосужились заглянуть в Интернет, то нашли бы множество советов, как скрасить ей одиночество. Например, уходя, можно включать радио, или класть ей в постель старое полотенце, которое всю ночь пролежало в корзине с грязными рубашками, или выдавать ей специальные игрушки.