Кто?

1 часть

Андрей Кидалковский медленно перемещался по заснеженной февральской дороге на поддержанном шестисотом мерседесе. Огромные снежные хлопья ударялись о лобовое стекло и растворялись по всей площади, превращаясь в огромные капли. Стекаясь, они смешивались с осенними застывшими пятнами дорожной грязи. Целеустремленный взгляд мужчины предвещал очередное насильственное событие в своей жизни. Он никогда не ошибался в своих предчувствиях, которые прогнозировали ему не очень радостные моменты в его яркой, наглядной для многих людей, любознательной жизни. Интуиция никогда не предавала его.

– Снова началось,– подумал он и направил свой автомобиль резко вправо, не включая поворотников, минуя известный ему знак с известным названием населенного пункта.

– Хорошо, я готов. Я всегда готов. Будет много крови. На этот раз я не способен остановить кровопролитие. На все воля Божья.

Мысли бежали, словно крысы с тонущего корабля. Они не циркулировали, не застаивались в уголках головного мозга, не проникали внутрь и не топили последние резервные мысленные буферы, а появлялись и исчезали в небытие. По своему внутреннему состоянию Андрей прекрасно ориентировался во внешней ситуации. На этот раз он понимал, что пролитая кровь ни одной каплей не застынет на его теле.

Свернув в неосвещенный переулок, он обнаружил темный силуэт молодой женщины. Она сигнализировала о торможении. Он нажал на педаль тормоза и резко остановился.

– Что случилось?

– Помогите, пожалуйста. Мне срочно нужно попасть в Рогачовку.

– Она в двадцати километрах отсюда, причем в обратном направлении.

– Да, верно, я знаю. Но мне очень срочно.

– Девушка, я тороплюсь, у меня срочная встреча, – он нахмурил брови и чтобы более отчетливо рассмотреть человека до конца, спустил затемненное стекло.

– Простите меня, пожалуйста. Извините. Всего доброго, – женщина отвернулась, тем самым дала понять, что больше не нуждается в его услугах. Покрепче завязала шарф на шее и продолжила всматриваться на дорогу в надежде поймать следующую машину.

– Девушка, через полчаса я вернусь и отвезу вас в вашу Рогачовку.

– Да, я готова.

На ее лице проявились признаки радости. Она мило улыбнулась ему и продолжила.

– Сейчас половина одиннадцатого, значит ровно в одиннадцать, я жду вас здесь.

– Да, конечно, я же сказал, – четко ответил он и резко нажал на газ.

Через пятнадцать минут он был в положенном месте в назначенное время. Подъехав к шикарно выстроенному двухэтажному особняку, в кармане зазвенел мобильный телефон.

– Я на месте.

– Хорошо, у меня ровно пять минут, – послышался грубый голос в ответ.

– У меня тоже,– ответил Андрей.

Он резко вышел из машины и направился к хозяину, который ждал его в прихожей.

– Вечер добрый! – первым произнес хозяин.

– Добрый.

– Ты все привез?

– Все.

– Проверять не буду, я тебе верю.

– Все, как договаривались.

Андрей протянул кожаную сумку, пожал хозяину руку и направился обратно к машине.

– Постой! Когда появишься в следующий раз?

– Сами знаете, ровно через месяц.

– Странный ты какой-то?

– Как всегда.

– До следующей встречи.

– Доброй ночи.

– Д-о-б-р-о-й н-о-ч-и!– протяжно произнес хозяин и отправился в свои будуары, где его ожидала красавица, служившая ему любовницей не первый год.

Андрей взглянул на часы.

– Десять пятьдесят. Должен успеть.

Через пятнадцать минут его серебристый мерседес притормозил у автобусной остановки. Милая девушка улыбнулась ему широкой улыбкой и быстро заняла свободное место у водителя.

– А вы пунктуальны.

– Вы не правы, я опоздал ровно на пять минут.

– Сколько на ваших.

– Двадцать три часа пять минут.

– А на моих ровно двадцать три.

– Ну, да, ладно, будем считать, что мы встретились вовремя.

– Можно вам задать некорректный вопрос?– продолжил Андрей.

– Безусловно.

– Что побудило вас отравиться в забытую Богом деревню в столь поздний час?

– Меня там ждут.

– Понятно.

– А кто, если не секрет?

– Простите, я не могу этого сказать.

– И надолго ваш визит затянется?

– К утру освобожусь.

– Если не будете возражать, к девяти часам я за вами заеду.

Снисходительный взгляд мужчины небрежно оценил тело молодой женщины и перевел его в глаза.

– Любопытно, о чем она сейчас думает?

Ревностный характер Андрея подстегивал к самым катастрофичным мыслям в любых ситуациях, касающейся непосредственно его личности. Внутри пробежала мелкая дрожь. Холодный остаток мыслей осел в закромах мыслительного аппарата. В подобных ситуациях ему всегда было непросто остановить себя от скверных подозрений. При этом он с огромными усилиями старался не выделить свое внутреннее настроение объекту, с которым общался. Сопротивление гнусному паразиту, как ревность он уделял особое внимание. Многолетние тренировки в борьбе с ним принесли ему достаточно успешные результаты. С годами, унаследованный от отца нрав, притуплялся и минимизировал свои отличительные характеристики.

Андрей еще раз внимательно посмотрел на нее и снова повторил свой вопрос:

– Ну, так, что насчет утренней встречи?

Застенчивый взгляд Анжелы и не менее внимательный, чем у своего собеседника был заострен на выразительности лица. Она заразительно смотрела на него и не медлила с ответом.

– Да, конечно. К девяти я буду свободна.

– И еще один вопрос. Как вас зовут?

Анжела еще раз на прощание посмотрела на него пронзительным взглядом и произнесла.

– Давайте договоримся с вами, все интересующие вопросы мы зададим друг другу завтра.

– Не возражаю,– смущенно, но очень уверенно произнес мужчина.

Андрей внимательно посмотрел на номер дома, куда направилась Анжела, и резко рванул вперед, освещая дальним светом извилистую непроезжую дорогу.

***

– Проходи, дорогая! Умница! Ты, как всегда без опозданий. Как добралась?

– Удачно.

– Прости, я хотел сам отправить за тобой водителя, но, увы.

– Ты же знаешь, не люблю светиться.

– Знаю, милая, знаю. Следующий раз я сам за тобой заеду.

– Не волнуйся, – Анжела внимательно следила за реакцией Моти, пытаясь сохранять покорность и услужливость.

На Мотю она работала больше шести лет. Достаточно верный и обязательный клиент добросовестно оплачивал визиты и рад был видеть ее в любое свободное для себя время. Анжела отвечала тем же, невзирая на его скверный и отвратительный характер. Четыре года разницы в возрасте разделяли их, но они ничуть не противостояли их сложившимся взаимоотношениям.

Сложно было назвать его клиентом, поскольку за многие годы общения у них образовались довольно приятельские отношения, приближенные к дружеским. Но она никогда не считала его своим другом. Прагматичный взгляд молодого человека достаточно быстро подвел его к черте дружеской формации. Ему не сложно было даже переступить эту грань, тем более с женщиной, которая склонна к верным и крепким дружеским отношениям, включая к ним страсть и высшее чувство, которым она была наделена и не обижена вниманием Всевышнего. Ее красота ослепляла многих мужчин. При первой встречи Мотя сразу же в нее влюбился и рассчитывал на более глубокие отношения, нежели те, которые сложились между ними до сегодняшнего дня. Он ревновал ее всегда и ко всем. Ревность, носившая маниакальный характер, раздражала Анжелу и притупила со временем их первоначальные яркие и эмоциональные чувства. Она прекрасно понимала его немного извращенное понимание отношений между мужчиной и женщиной и именно по этой причине никогда не давала повода для малейшей ревности. В противном случае, реакция была бы объективной. В позиции ревности он превращался в чудовище, действия которого было бы очень сложно остановить. Исход был бы однозначным – преступление. На ком конкретно оно было бы совершенно, предсказать сложно, поскольку непредсказуемость неадекватных действий не мог прогнозировать даже он. Дело случая, но однозначно, повезло бы только двум. В роли жертвы он не исключал бы даже себя любимого. Мотя жил всегда на линии лотерейного лабиринта по принципу:

«Я всегда в выигрыше, даже в случае неудачи».

Но он очень плохо знал закон целых чисел. Жизнь – это не казино, где человек выступает только в двух ролях, в роли удачника и неудачника, третий – это удел избранных, которые прекрасно были знакомы с законами игры. И именно они всегда были в выигрыше. Они точно знали, когда выиграют, когда проиграют, но в итоге всегда останутся в небольшой для них прибыли. Сами сознательно контролировали знакомый для них процесс и подчиняли роль и назначение денежных средств.

Анжела четко понимала, что жизненный принцип Моти для нее не приемлем. Люди с подобными жизненными позициями в итоге сгорают, что и является их большой и окончательной неудачей в жизни. С течением времени она широкими шагами отступала от неприемлемой для нее зоны, чем собственно и создавала иллюзорный взгляд для Моти, который жил надеждами на общее жизненного сближение. В тот момент, когда она отступала, ему казалось, что она переступает черту женского менталитета и все ближе и ближе подтягивается, почти одной ногой переступает к его зоне жизни. Он был уверен, что рано или поздно она будет с ним, и подчинит ее своим законам. Для осуществления поставленной задачи естественно требовалось немало времени. Он старался, как можно чаще видеть ее, общаться с ней и приучать к собственному телу.

Мотя положил на стол несколько стодолларовых купюр. Подобные действия он производил всегда, когда его посещала любимая женщина. Заранее оплаченная любовь придавала ему уверенность и силы. Анжела принимала оплату после страстных наслаждений, тем самым стирала для себя извращенное отношение к светлому чувству.

Мотя резко схватил любимую женщину за плечи, приблизил к себе и одарил страстным поцелуем. Их тела погрузились в омут любовных процедур, а сама процессия, как правило, заполняла всю ночь. Непреодолимое чувство страсти накаливало их тела до критической точки и два извергающих вулкана омывались лавой любви и наслаждений. К рассвету физические тела освобождали свои резервы и насыщали души новой энергией потенциальных возможностей. При каждой встрече привычка знакомства укреплялась и приучала их к познанию новых недоступных моментов взаимоотношений. Страсть лукаво сжигала их достойные человеческие позиции и незаметно разводила по разным жизненным дорогам.

– Уже без пятнадцати девять!? – Анжела взглянула на часы и начала быстро одеваться. – Мне пора.

– Дорогая, когда ждать тебя в следующий раз?

– Я позвоню.

– Не забудь деньги.

Она быстро положила их в сумочку, надела шапку, пуховик, накинула шарф и выскочила из дома.

Мотя что-то крикнул вслед, но она его уже не слышала.

Серебристый мерседес ожидал ее в назначенное время.

Она быстро открыла дверь, запрыгнула на первое сиденье и тут же произнесла:

– Поехали.

Проехав метров двадцать, у Андрея сложилось впечатление, будто за его попутчицей кто-то гонится, а она как нашкодивший ребенок пытается оторваться от погони и избежать наказания. Но за минувшее двадцатиметровое расстояние она все-таки успела успокоиться и, наконец – то решила поздороваться,

– Доброе утро!

– Доброе! – Как прошла ночь?

– Спокойно, спала, как убитая. Тетка накормила, натопила печь и уложила в чистую постель. – Как вы?

– У меня все в порядке. В городе появился примерно во втором часу, около двух был уже дома. Как всегда своим приходом разбудил ребенка, не засыпает без меня, привык, ему обязательно нужно удостовериться в том, что отец дома и с ним все в порядке.

– Вы женаты?

– Был?

– А ребенок с кем?

– Под присмотром. Илье в этом году исполнится пять.

– А, что такая работа опасная?

– Нет, жизнь непредсказуемая. А у вас есть ребенок?

– Пока нет, и замужем не была.

У Андрея под левым глазом натянулась мышца.

– Здорово! Успеете. Вы молодая, красивая женщина. Анжела еще раз внимательно посмотрела на мужчину и произнесла:

– Возьмешь меня в жены?

Андрей немного растерялся.

– Глупо, да? А я серьезно.

Андрей вовсе потерял дар речи.

– Меня зовут Андрей. А вас?

– Меня, Анжела. В этом году стукнуло тридцать два. Тебе, я так, полагаю лет сорок семь, сорок восемь. Выглядишь ты неплохо для своего возраста. Обаятельный, приятный мужчина. Я думаю, у нас с тобой все получится. Против ребенка ничего не имею. Дети меня очень любят и относятся уважительно. Ну, как ты, не против?

Андрей резко повернул влево и выехал на основную дорогу. Трасса оказалась свободной. Вдруг прозвенел мобильный телефон.

– Да, слушаю, Артем. Буду часа через два с половиной. Встретимся в ресторане и все обсудим. Сейчас мне не очень удобно говорить. До встречи. Пока.

– Прости. Я так понимаю тебе тоже в город, да?

– Верно, угадал. Ты не ответил на мое предложение.

– Сегодня у меня непростой день, если не возражаешь, мы завтра обязательно встретимся и обсудим все вопросы, касающиеся тебя, меня и наших детей. Оставь мне свой номер телефона, я обязательно позвоню.

– Набирай или записывай.

Анжела продиктовала номер, номер Андрея она решила пока не брать, потому что ей очень хотелось, чтобы он позвонил первым.

– Мой сдох, оставила дома зарядку, завтра запишу твой. Хорошо?

– Конечно.

– Андрей, ты на меня не обижайся, я человек прямолинейный и правдивый. Не люблю лабиринты, люблю прямолинейную дорогу. Ты понимаешь, о чем я?

– Догадываюсь.

– Тебе будет непросто со мной, а, главное не скучно, но ничего притремся.

– Да, с тобой действительно не соскучишься.

– Это точно. Все так говорят. А мне с собой сложнее, нежели другим со мной. Поэтому с меня списывается.

Он улыбнулся и набрал скорость.

– Здорово! – подумал он. – Мне очень хорошо рядом с этой девушкой. Молода еще, неопытна, но ничего все исправим.

Его взгляд был направлен куда-то вверх. По всей видимости, он что-то вспоминал или просто о чем-то размышлял, или же воображал дальнейшую счастливую жизнь с молодой женой и пристроенным ребенком. Только он один мог знать, о чем он сейчас думает. Он никогда не делился своими мыслями. Скрытный характер сотворил с него замкнутого человека со своими личными проблемами. Жизнь в лагере отложила свой отпечаток. Тринадцатилетняя отсидка забрала всю молодость и здоровье. Десять лет он стирал в памяти без двух месяцев годовое нахождение в одиночке. Профессию перераспределения денег он освоил по максимуму. Брал у тех, кто берет у других, минуя закон. Он накладывал на их действия, действие другого закона, у которого не было кодекса и устава. Он существовал против несправедливых действий основного.

Политика перераспределения денежного аргумента Кидалковского основывалась на одном простом правиле, которое он сам для себя выделил: Развитие денежно-цифровой цепочки не должно никаким образом прерываться. То есть вклады не должны быть холостыми, они должны быть обязательно прибыльным в любом случае, даже в случае неудачных вкладов. Системно-цифровой блок он для себя сформировал достаточно давно, и его система прекрасно работала в силу жизненного опыта. За решеткой была предоставлена возможность сформировать собственную программу перераспределения. Годами он вытачивал личную форму общения с людьми, просто с людьми и с людьми, которые владели огромными банковскими вкладами. Имея серьезные связи, он проверял свою программу на воле. Не всегда удача приветствовала его, но с усовершенствованием собственных выработанных позиций, она стала улыбаться чаще. Таким образом, он рассчитывался с собственными долгами, оставшимися за пределами тюремного заключения. Минуя судебные расхождения, ему удавалось договариваться и убеждать органы в правоте его неординарных действий. И делал он это не словом, а смыслом. Ему верили, верили, что он прав, что его действия были не противоправными. Грешные дела смывались достойными поступками, а поступки он совершал исключительно по отношению к детям и женщинам. Андрея мучил только один вопрос, один единственный, на который он много лет не находил одного основательного ответа: КТО?

Он мучил его всегда и везде, где бы он не находился, даже во сне.

***

Андрей Кидалковский вошел в ресторан и увидел за угловым столиком Артема. Тот махнул ему рукой, приглашая к себе.

– Здравствуй, брат!

– Здравствуй!

– Как долетел?

– Как всегда. Ты же знаешь, как я переношу самолеты. С трудом выдержал полет.

– Извини, что не встретил, дела.

– Ничего страшного, все понимаю, дела есть дела.

– Когда планируешь обратно?

– Как решу все вопросы, сразу назад. Основной необходимо решить с тобой, – он посмотрел на реакцию Андрея, и, удостоверившись в том, что тот среагировал вполне спокойно, продолжил, – Что заказать? – Артем махнул рукой и подозвал официанта.

– Не беспокойся, я сам, что будешь?

– Пожалуй, только кофе.

– Я тоже. Два двойных кофе экспресс, – он сделал заказ и как только официант удалился, сразу же продолжил разговор.

– Артем, все необходимые документы оформляются, необходима внушительная сумма для московских чиновников в министерстве.

– Сколько?

Андрей достал ручку из кармана и на салфетке вычертил сумму в долларах. Наличными.

– Ну и аппетит! Коррумпированная система процветает с каждым годом. В прошлом году в полтора раза брали меньше, – его глаза налились кровью, и он продолжил. – Охренели совсем! Шакалы!

– Согласен. Другого выхода нет, и так со своими договаривался.

– Хорошо. Когда нужны деньги.

– Завтра. Тебе самому лучше не ехать, не светись, я сам все сделаю. Созвонюсь и завтра же поеду на встречу.

– Подъезжай к десяти вечера к гостинице, я передам всю сумму.

– Хорошо! Созвонимся.

– Себе возьмешь свои проценты, как договаривались.

– За меня не беспокойся, я их взял с прошлой сделки.

– Лихач! – Артем улыбнулся, привстал со стула, чтобы обняться на прощанье.

– До вечера, брат.

– До встречи. Забыл спросить, как сын?

– Все в порядке, слава Богу, – Андрей оплатил счет и уверенной походкой направился к выходу.

Артем заказал еще один кофе, снова посмотрел на салфетку и покачал головой.

– Суки!

Через десять минут он уже был одет в черное драповое пальто, перчатки держал в руках, чтобы надеть при выходе, оплатил счет и вышел из ресторана, где у обочины ждал его личный московский водитель.

***

– Анжела, Здравствуй! Это я, Андрей.

– Здравствуй, Андрей! Очень рада тебя слышать. Как дела?

– Все в порядке. Я буду у тебя минут через двадцать, двадцать пять. Приготовь что-нибудь поужинать, проголодался, как волк.

– Хорошо, ты позвонил вовремя. Я как раз поставила запекать курицу.

– Отлично! – и нажал на кнопку отключения. А после подумал:

– Не прилично будет явиться к девушке без цветов, – и направился к ближайшему цветочному киоску, расположенному метрах в пятидесяти от светофора, у которого остановился. Как только желтый заканчивал свое свечение, не дожидаясь зеленого, он резко набрал скорость и рванул к задуманному пункту назначения. Войдя, он сразу же обратил внимание на огромный букет из красных роз. По внешнему виду было заметно, что они были завезены сегодня и выглядели вполне свежими и аккуратными. Молодая продавщица подтвердила мысли Андрея, указывая взглядом на букет, который ему пригляделся.

– Буквально перед вашим приходом я только что его оформила. Если я не ошибаюсь, вы обратили внимание именно на эти цветы? – и указала пальцем на тот самый букет из красных роз.

– Да, вы правы,– подтвердил Андрей и потянулся во внутренний карман пиджака, чтобы достать портмоне и рассчитаться за товар. Продавщица бережно извлекла букет из огромной вазы с водой и протянула покупателю и в конце произнесла:

– Спасибо за покупку, заходите к нам еще.

– Спасибо вам! – и удалился из магазина, – Хорошо, букет есть, теперь нужно зайти в супермаркет и купить что-нибудь из продуктов.

– По-моему, если мне не изменяет память, какой-то магазин был недалеко от ее дома, – вдруг вспомнил Андрей по прошлой поездке, когда подвозил ее из Рогачевки. Подъезжая к дому, действительно, он не ошибся, недалеко от ее дома находился огромный супермаркет, где можно было приобрести буквально все, начиная с элементарной зубной щетки и заканчивая бытовой техникой, не говоря уже о различных продуктах. Вышел он оттуда с тремя наполненными доверху пакетами с продуктами питания, загрузил в машину и со спокойной душой направился в гости.

Анжела услышала звонок в дверь и поняла, что он уже явился.

– Кто там? – спросила она.

– Я, я.

– Андрюша, ты?

– Да.

Она отворила входную дверь, и перед ней представился ухоженный мужчина в строгом деловом костюме, белоснежной рубашке, дорогом галстуке, в руках он держал огромный букет цветов и пакеты. Седовласый мужчина шикарно выглядел и ничуть не сомневался в том, что создаст приятное впечатление о себе у незнакомой пока для него женщины.

– Ты еще кого-то ждешь? – спросил, он и, войдя, стал оглядывать все вокруг.

– Нет, что ты.

– Анжела, возьми, пожалуйста, продукты.

– Зачем так много. У меня курица уже готова.

– Замечательно! – надев тапочки, которые приготовила Анжела, он сразу же направился на кухню, где его ожидал шикарный ужин.

– О! Курочка, картошечка, салатик! Давно не питался домашней пищей.

– Мой руки и к столу, – Анжела достала из холодильника красное вино и поставила на стол, – Как видишь, я тоже успела сбегать в магазин, пока ты добирался.

– Когда у тебя день рождения? – поинтересовался он. Открывая бутылку, Андрей продолжал упорно смотреть ей в глаза.

– Уже прошло, я зимняя.

– Жаль, а то бы мы разгулялись.

– Еще успеем.

– Конечно, я надеюсь, если не произойдет чего-нибудь непредсказуемого.

– А, что возможно?

– Надеюсь, что нет.

– Рисковый ты мужчина, с виду вроде бы сдержанный, а внутри, как мне кажется, а может быть, я ошибаюсь, но все-таки, мне так кажется, – повторилась она, – что крутится бесконечный волчок, которым ты не управляешь, и причем, тебе забыли выдать пульт управления от него. Он крутиться сам по себе, а ты только повторяешь его действия. Ты когда-нибудь даешь отдых своему внутреннему животному или "перпетум мобиле"?

Андрей внимательно следил за рассуждениями Анжелы. Насчет волчка, он догадывался, но насчет его вечного движения, не подразумевал. Она была абсолютно права, отдых он себе не устраивал никогда и не видел в нем никакого смысла. Отдыхал только с ребенком по выходным. Субботу и воскресенье он полностью посвящал ему.

Анжела продолжала накрывать на стол. Тонкими кусочками нарезала хлеб, разложила приборы и поставила бокалы на высоких тонких ножках.

Андрей разлил вино и произнес тост.

– Я очень рад нашей встречи, мы взрослые люди и прекрасно понимаем, что совершаем. Ты со мной согласна?

– Пока еще ничего не произошло.

– Согласен, надеюсь, что скоро произойдет. Давай выпьем за нас и за нашу семью, – он сделал пару глотков, поставил бокал и приступил к принятию вкусно – приготовленной пищи.

– Андрюша, ты же за рулем, не пей, – остановила его Анжела, пытаясь произвести впечатление серьезной и заботливой будущей супруги.

– Ничего страшного.

– Можно задать тебе один вопрос, извини, что не во время, – при этом, накладывая в тарелку салат, она продолжила, – я всю ночь не спала, думала о нас, наша встреча настолько неожиданна, я ничего о тебе не знаю. Кто ты? Чем занимаешь, каким воздухом дышишь? Но больше всего меня волнует основной вопрос: Где твоя жена?

Андрей продолжал непринужденно поглощать пищу, доедая салат, он положил себе в тарелку еще один огромный кусок курицы и сделал такой вид, как будто не услышал ее вопроса, переключив все свое внимание на содержимое в тарелке.

– Ой, как вкусно! Ты прекрасно готовишь.

– Не отвлекайся, отвечай на поставленный вопрос.

Не очень хотелось поднимать больную тему, и он решил отмазаться шуткой.

– Положи мне, пожалуйста, еще салатик.

Анжела заполнила горкой полную тарелку, – и кинула грозный взгляд в сторону так сказать будущего мужа.

– Ты не уйдешь отсюда, пока не ответишь на мой вопрос.

– С большим удовольствием!

– Не издевайся надо мной, я серьезно, ты хочешь, чтобы я еще одну ночь провела в бессоннице.

Продолжая поглощать салат, Кидалковский поглядывал на горячую картошечку и старался не обращать внимания на собеседницу.

– Ой, как вкусно, ты просто не представляешь. Я совсем забыл, в пакете фрукты, мороженое. Сейчас перейдем к десерту. Послушай, ты больше не проведешь ни одной ночи в бессоннице, я тебе обещаю. Этого достаточно!?