Любить нельзя, или Бежать, не оглядываясь

Я Тереза Райт. Двадцать два года, студентка технического университета. Что особенного во мне? Ничего. Обычная, среднестатистическая девчонка. У меня нет нереально выдающейся внешности, нет харизмы, нет высокой эрудиции, нет и других достижений, которые я могла бы перечислить. Моя жизнь обыденная и не привлекающая постороннего внимания, была раньше. До тех пор, пока моя подруга Лессильда Гарсед не внесла куража. Всё началось с диалога в университете, на перерыве.

– Хэй, Тара, нельзя влюбляться в кого попало, – Лесси отдернула меня за руку и полностью повернула к себе. Каждую нашу встречу моя подруга начинала моими же словами, – ссать кипятком от каждого прохожего пацана – это ненормально!

Я вытаращила на неё глаза, а после их закатила. Моё недовольство она и так видела, просто предпочитала не замечать. Лесси в отличии от меня была заурядной и весёлой хохотушкой. Природа одарила её прекрасной внешностью, длинными и густыми волосами, высокими скулами и острым подбородком, большими, голубыми глазами, ровным, аккуратным носиком, и так же пухлыми, розовыми губами. Всё это в сочетании с идеальной фигурой, в форме песочных часов, длинными ногами, в народе про таких говорят, «ноги от ушей».

– Лесс, ты вообще о чём? – спросила я, -может перестанешь начинать говорить с третьей фразы?

– Да ладно, еще навешай мне лапши, что не втюрилась в Бродмана? – загадочно спросила она. На сколько я знаю Лесси Гарсед, она всегда так делала намеки. Никогда, не считала свою подругу эрудированной, но и глупой тоже не смогла бы назвать. Лесси обогнала меня и уже шла задним ходом, смотря мне в лицо, мелко перебирала ножки, на тоненькой шпильке. Что-что, а вот вкус у неё всегда присутствовал. Идеально продуманный стиль. Продуманный, от слова «дословно», до самой подошвы обуви. – Или что, твой софт не поддерживает, таких красавчиков?

– Знаешь, не надо клеить ко мне каждого парня, который тебе понравился. Если ты сама та еще шлюшка, – я повела бровью и похлопала ей по плечу. Ускорила шаг и пошла впереди неё.

С Лесси, мы уже дружили с детства. По-моему, не было никого на этом свете, кто бы меня понимал, как она. Мы с ней как сестры. Две противоположности по характеру. Она вызывающая, головокружительная красотка, я же сдержанный ботаник. Почему мы стали дружить? Не знаю, так вышло.

– А ты уже моими словами говоришь, – заметила Лесси. Снова обогнала меня, повернулась ко мне пышной задницей и хлопнула по ней. – дыши в мой попас, я тебя уделала если что.

–Ты о чём? – я не понимала, что именно она хочет до меня донести, но суть была явно в том, что у неё новая любовь. Так бывало, каждый раз, новая любовь, эйфория и «бац», разбитое сердце, сопли, нюни и вывод «все парни козлы». – Ты что траву курила? Нормальные такого не несут.

– Да курила, – призналась Лесси, – но я счастлива не из-за этого.

– Без меня? – я в шутку разозлилась, наиграно хмурясь и угрожая ей кулаком.

– Вчера, – мечтательно, произнесла Лесси. Моя подруга была вся не своя, ухмылялась словно только вчера сбежала из психушки. Она сияла, излучала свет, хотела кричать о своих чувствах.

– Выкладывай, – я положила сумку на подоконник перехода отделений нашего университета. Всем своим видом показывая ей, как мне интересно узнать новое событие, из её жизни. Сама оперлась на подоконник рукой, выпучила глаза и растянуто произнесла. – я слушаю тебя внимательно.

– Уиии, – Лесси запищала от волнения, хлопая в ладоши и быстро выдала, – мы с Бродманом встречаемся.

Её слова прошлись эхом в моей голове.

– Ого, – я от удивления выдохнула, ошарашенная сей новостью. Немного скривила улыбку, хотя радости как таковой за неё не испытала. Не потому, что я ей не желаю счастья, а потому, кем был её избранник. Но пытаться образумить дурашку стоило. Вопрос в том, нужно ли было это ей?

– Дааа, – Лесси прям визжала от счастья, она ждала моей радостной реакции. Реакции, когда подружки солидарны к друг другу и в прямом смысле радуются какой-нибудь хрени. Застыв с глупым выражением лица, она выуживала из меня проявления эмоций.

– Вааау, – протянула я. Даже не представляла, как на это реагировать. Будь это кто-то другой, я бы может была бы рада. Но уж точно не Сейд Бродман.

Бродман Сейд самый, типа крутой парень нашего университета. Пацаны его либо боятся, либо уважают. А девки все текут, вожделея одного его взгляда. Но более плохой партии я для своей подруги, никогда не представляла. Это же надо влюбиться в самовлюбленного эгоиста. Нарцисса невидящего отличий от уважения и унижения. Считающего что, если он обратил внимание и снизошел кого-то окунуть лицом в дерьмо – это уже для бедолаги счастливый случай.

– Нуу, что думаешь? – Лесси облизала губы. Она спрашивала, так будто ждет от меня одобрения и безумной радости.

– С Бродманом Сейдом? Ты? – растягивая слова, удивлённо переспросила я, попутно выискивая ответ в своей голове, – он же плохой парень? Ты сама говорила.

– Да было дело, но… – Лесси закатила глаза, а после мечтательно посмотрела в окно, – он оказывается такой клёвый. Будь ты на моём месте, ты бы уже давно отдалась ему.

–Но я не на твоём месте и не хочу, – отрезала я. Меня бесило, когда Лесси начинала решать за меня. Я взяла сумку и бросила уходя, – Лесс ты хоть немного подумай и образумься. Не соглашайся с ним встречаться.

– Я уже с ним встречаюсь, – вдогонку крикнула моя подруга и топнула туфелькой по кафелю, – и завтра мы идём на вечеринку!

– Не жди меня, – крикнула я и ушла в свою аудиторию. Наш диалог не был ссорой, вздор подружек и не белее того.

Честно я была рада что, она ходит влюблённая и вся светится, но эту мысль омрачало другое. Бродман – парень с очень плохой репутацией. Некоторые даже говорили, что он связан с бандитами. Да может он, красив и привлекателен и может каждая девушка мечтает с ним подышать одним воздухом, но это ни разу не скрашивает его поведение. Такого эгоистичного гавнюка еще поискать. Чем же многих девушек цепляют плохие парни? Харизмой? Красотой внешней или душевной? Ответ на поверхности, своей завышенной самооценкой и уверенностью в своей неотразимости, наглостью и бесчувственностью. Неким подобием Эдварда, персонажа из фильма «Сумерки». Я решила не вмешиваться и не мешать её счастью. Даже если оно будет коротким, пусть уж лучше будет – это счастье.

Почти все оставшиеся пары, Лесс строчила мне в чате. Она писала какой он хороший, какой галантный, что его харизма потрясающая, а энергетика притягивающая. О том, как томно он смотрит на неё, что аж коленки трясутся, о том, что подобных чувств, она еще ни разу не испытывала. Далее бла-бла-бла и бла-бла-бла. Я же изредка отвечала ей короткими смс. Да, конечно, наверно это не сразу заметно, но я какого-либо интереса к её новым отношениям не испытывала. У неё конечно еще не было серьёзных отношений, даже девственность она хранила для единственного и не повторимого, за которого выйдет замуж. Двадцатилетняя девочка, сохранившая свою чистоту. Всегда являлась стимулом похоти и мужских желаний, живая виагра и мечта всех мужчин. За это я её очень уважаю, сама я старше своей подруги на два года и часто даю ей советы. Конечно, все мои советы пропущены мимо ушей в тартарары. Но я решила, что не стану в этот раз мозолить ей мозг. Думаю, ей стоит самой принять жизненный урок. Пора когда она начнет думать своей головой, наверняка придёт само собой. Тем более мне всё это надоело. Ведь Лесси каждый раз влюбляясь, говорит, «что он тот самый» и сейчас наверняка снова не он. Снова не «тот самый».

После пар Лесси встретила меня прямо у выхода из университета. Её глаза горели, а это значило, что она что-то задумала. Я устало закинула сумку на плечо и взглядом дала понять, что можно говорить, что я не против выслушать её идеи.

– Сегодня будет вечеринка, – выпалила моя подруга. Покривлялась и поводила плечами, – ты тоже приглашена.

– Может все-таки без меня? – спросила я с надеждой, что она согласится с моим мнением, но она всегда была моей противоположностью. Яркая, эмоциональная, дерзкая, всегда в отличном духе, живая, по-настоящему живая.

– Нет, нет и нет. Ты идешь со мной, – Лесси взяла меня под руку, кокетливо поговаривая, – начнём собираться прямо сейчас. За нами заедут часиков в семь вечера.

– Ладно, – сдалась я, спорить с ней было бесполезно, – рассказывай, что за вечеринка?

– Вечеринка состоится у Бродмана дома, – горячо начала рассказывать Лесси, – они с братом устраивают вечеринку в честь своей младшей сестры Кэтти.

– Да уж, мне совсем не нравится наша будущая компания, – заметила я. Я знала Бродманов лично. И Сейда и Чеда и их сестру Кэтти. Когда-то давно, когда папа был еще жив, я более чем тесно общалась с ними. Мой отец работал финансовым директором в фирме Леуса Бродмана и часто брал меня с собой, когда деловые встречи переходили в особняк Бродмана. Я добавила, – если мне не понравится я уйду.

– Ну пожалуйста, пожалуйста, – надоедливо повторяла Лесси, превышая важность вечеринки, как смысл жизни, – мы с Сейдом решили, что сегодня будет наш первый раз.

– Так быстро? – меня удивило, что она на это решилась. Раньше она мне всегда говорила, что будет беречь, себя для свадьбы. Со сколькими бы она не встречалась, у нее ни разу не было настоящего любовника. И что же, интересно сделал такого Сейд Бродман, что Лесси отреклась от своих слов?

– Если честно мы уже встречаемся почти три месяца, – У Лесси на лице играла вся гамма эмоций, сдерживаемых всё то время которые она молчала. Ей видимо так не терпелось рассказать мне.

– Почему ты мне не говорила об этом? – спросила я, – могла бы рассказать. Мы же подруги?

– Понимаешь, просто всё так сложилось, – Лесси закатила глаза и тяжело выдохнула, – я не могла всё рассказать, раньше.

– Так все-таки почему? – я хотела узнать, почему моя подруга скрыла от меня подобное, – если сейчас ты уже можешь рассказать, почему бы тебе не рассказать почему ты мне этого не говорила?

– Там такая история случилась, – начала Лесс. Она покусывала губы и думала, как правильно подобрать слова, – сначала мне написала Кэтти, мы начали общаться. Я знала, что вы после случившего с твоим братом с ней не ладах, поэтому я промолчала. В общем мы вроде подружились, и она подумала, что было бы клёво, если бы я начала встречаться с Чедом. У него классный характер и вообще он хороший мальчик. Он ни с кем не встречался, после того как разошёлся с Розолиндой. И уже три года один. Мы неделю общались с ним, я ему показалась видимо неинтересной и мне он казался скучным. Я вообще, если честно не знала о чём с ним говорить. А вот Сейд напротив очень романтичный и харизматичный, честное слово я влюбилась в него.

– Краткая история как влюбиться в одного из близнецов и потерять подругу, – съязвила я и выдернула руку. Мне стало неприятно от того, что она общалась с Кэтти. С этой девушкой меня связывало больше чем кого-либо. Я не смогла бы это забыть, даже если захотела.

– Тара, ну прости, – протянула Лесси притопнув ногой, я шла дальше не оборачиваясь. В голове уже стояла смута и злость на Лесси и Кэтти. А ведь мы чуть ли не всю жизнь, были неразлучными подругами. Лесси продолжала жалобно умолять, – ну это же круто, что мы с Сейдом встречаемся. Тем более он тоже здесь учится, вы подружитесь.

Я дошла до дома и как ни в чём не бывало зашла. Поздоровалась с мамой, сообщила что у меня всё круто и в университете тоже всё тип-топ. Ушла к себе в комнату. Погруженная в свои мысли я кинула подушку на пол и легла. Я всегда так делала, когда меня что-нибудь разочаровывало. Я просто лежала на полу и вспоминала своего брата. Он был самым лучшим мужчиной в моей жизни, он заменил мне отца и был поддержкой моей матери. Девушки за ним бегали толпами. Внешностью он походил, на маму. Красивый, молодой и статный мужчина. Мог выбрать любую понравившуюся девушку, а выбрал Кэтти. Стервозную, высокомерную девчонку, при чём не самой выдающейся внешности.

– Тара, что-то случилось? – мама вошла в комнату и присела рядом. Положила мою голову себе на колени и погладила меня по волосам.

– Всё хорошо мам, – ответила я и прикрыла глаза рукой. Я не хотела размусоливать тему, на которую мы ведём беседы уже как два года, со дня смерти Тома.

– Доченька я знаю тебя лучше кого-либо, – сказала мама, – давай поговорим, не замыкайся в себе.

– Это сложно мам.

– А ты расскажи, может я пойму.

– Просто дело в том, что Лесс общается с Кэтти, – мой голос дрогнул, слёзы навернулись на глаза, мне стало так обидно и противно от всего. Дело было не в Кэтти, ни в Лесси и даже не в Сейде, просто я зациклилась на смерти брата, я не могла этого принять, – я ненавижу её! Не могу простить!

– Тара нельзя так долго мучать себя, отпусти брата и прости Кэтти, – тихо прошептала мама, – она не виновата в той аварии, так сложились обстоятельства.

– Но за рулём была она, это она вела машину, они разбились по её вине, – всхлипнула я, сдерживая слезы и злость, – только она выжила, а Том нет.

– Ты после аварии, так и не говорила с ней, – заметила мама. Повернула моё лицо к себе и поцеловала в нос. – не делай поспешные выводы.

– Не говорила и не хочу, – в горле стоял ком от обиды, слёзы сами наворачивались. На душе повис неподъёмный камень, груз печали и скорби. Эту утрату я не могла принять даже спустя два года.

– Поговори с ней, не мучай себя, – посоветовала мама и погладила меня по голове, – ты будешь удивлена, как быстро твои мысли придут в норму. Нет такой вещи, которую нельзя обсудить.

– Не могу, – я заскулила от собственной жалости к себе.

– Ты должна продолжить жить дальше, нельзя зацикливаться на прошлом. Мёртвые – мертвы, но ты ведь жива. А ведешь себя, словно в тот день погибла сама.

– Я-то, мам живу, – слёзы уже текли по щекам, я не могла из сдержать, – а он нет. Он умер, мам. Том умер из-за Кэтти!

– Тара, приди в себя. Сколько бы ты её не винила, тебе лучше, от этого не станет. Поговори с ней, отпусти Тома. Он наверняка бы хотел, что бы ты жиля счастливо, а не в угрызениях совести.

– Не хочу, мама я правда не хочу, – я закрыла лицо руками.

– Поговори или выгоню тебя из дома, – голос мамы был спокойный. Она говорила не всерьез, скорее она хотела сдвинуть меня с той точки на которой я застряла. – Шучу. Но сделай как я прошу. Пожалуйста, я тебя очень прошу.

– Но, что мне это даст? Я чувствую, как подкатывает злость, как только слышу её имя, прихожу в ярость при одном упоминании о ней. Разве возможно, вот так простить? Взять и забыть всё?

– Ты видела её хоть раз, после аварии? – спросила мама.

– Нет, – призналась я, – а что?

– Тогда ты должна сходить и пообщаться с ней. Сегодня вторая годовщина смерти твоего брата. Ты должна поставить точку и продолжить жить дальше.

– Я… – я не успела договорить, мама сразу перебила, дав мне понять, что отговорки бесполезны.

– Мне сегодня звонила Лесс, если так дальше пойдёт, то вокруг тебя никого не останется, – твердо настаивала мама, – а обрекать себя на одиночество, ты не имеешь права пока есть те, у кого за тебя сердце болит.

Я облизала губы, вытерла слёзы и накрыла лицо подушкой. Она заглушила мой пронзительный крик. Я ее сразу же убрала, дышать под ней было тяжело. Мама закатила глаза и с шумом выдохнула. Посмотрела на меня строго и помахала указательным пальцем. Она всегда была у меня строгой, справедливой и очень умной женщиной, кстати она является куратором нашей кафедры. Отличная женщина, может, так считаю только я. Но всё же, я гордилась ею.

Зазвонил телефон. Мелодичная музыка заставило дрогнуть моё нутро. Звонила моя подруга Лесси, я смотрела на экран и не хотела брать трубку. Я была зла на неё, но уже после разговора с мамой чувствовала перед ней ещё и вину. У моей матери точно была некая способность приводить людей в чувство. Успокаивать, направлять в нужное русло мысли. Я приняла вызов.

– Да, – сухо произнесла я.

– Тара, только не скидывай, – быстро начала Лесс, – ты должна сегодня прийти на вечеринку. Как и твоя мама, я тоже считаю, ты должна встретиться с Кэтти. Ты хоть знаешь, почему она не выходит в люди? После аварии не только ты страдаешь.

– Из-за хейтеров? – я предположила первое, что пришло в голову. Лесси была намерена вытащить меня на вечеринку.

– Каких хейтеров? – Лесси озадачилась тем, что я ей сказала, – это кто?

– Тех, кто винит её, как и я. Жители интернета.

– Да всё равно кто они. Я не интересовалась тем что пишут в интернете, я общалась с ней лично. Могу сказать лишь то, что ты должна прийти. Вечером заеду вместе с ребятами. Хорошо?

Я молча положила трубку и смотрела на потолок. Лесс меня заинтриговала своими словами и думаю ей удалось до меня достучаться. Почему же Кэтти не выходит на улицу? Да у нас город не сильно большой, но и никто не знает друг друга в лицо. Разве что выдающихся личностей. А это точно про Кэтти. Когда-то в детстве я играла с ней, не решусь назвать это дружбой. Обычная как я, не самая глупая, только богатая и избалованная.

– Вот платье и туфли, – сказала моя мама, ввалившись в мою комнату. Останавливать эту женщину, если она что-то решила было бесполезно. Когда она считала это нужным, она не спрашивала моего мнения, – соберешься, отвезу.

Мою маму зовут Эддит Райт. Высокая, стройная дама со славянской внешностью. Со смуглой кожей и карими глазами. В свои сорок пять, как говорится ягодка опять. Не смотря на её внешность, после смерти отца она ни с кем крутила романы. Она из категории однолюбов. Даже после смерти считает, это изменой.

– Лесс сказала, что за мной заедут, – прошептала я.

– Я уже думала сама везти, всегда хотела вблизи посмотреть, как выглядит их особняк, – пожала плечами мама.

– За мной заедут, – я громко повторила. Я была бы не против, если бы отвезла меня мама, да и вообще с удовольствием провела бы вечер с ней. Пусть мне и не нравилось всё это, но я уже согласилась идти на вечеринку. Хотите знать, что именно произошло? А ничего. Просто две женщины меня уговорили, а если быть еще точнее, то одна женщина и одна девушка.

Ближе к семи вечера я уже стояла подкрашенная и наряженная мамой. Ощущения как перед утренником в садике, в моём далёком детстве. Когда стоишь перед выходом из дома и повторяешь как мантру коротенький стишок, который я благополучно забывала, сразу переступив порог. А сейчас я сохраняла настрой, вооруженная большим терпением и вагоном самоконтроля. Если бы мне дали слово, я бы правильно назвала мой наряд. Наряженная как лакшери-проститутка. В синем платье, с крупным вырезом на спине и с красной, бросающейся в глаза помадой на губах. Я бы сама точно в такое себе не выбрала. А мама всегда выбирала мне одежду сама, за исключением моих потрепанных джинсов и пары тёмных свитеров. Хотя в отсутствие вкуса маму нельзя было обвинить, смотрелось все гармонично если одеть на другую девушку. Даже сексуально если надеть на Лесси, а как выглядело на мне? Почти как на вешалке.

Смотря в зеркало, я видела перед собой худенькую, как бы выразилась моя мама, элегантную девушку. Черные босоножки на высоком каблуке, делали меня выше, что еще больше выражало мою худобу. Может присутствие выпуклостей в нужных местах скрасило бы меня, но и этим Боженька не одарил. Только длинная шея и длинные, стройные пальцы, на этом мои физиологические достоинства закончились. А макияж мама, мне сделала идеально. Подчеркнула и скрыла всё, что было нужно. Большие, глубоко посаженные, серые глаза, четкие брови, пухлые губы и острый подбородок. Незамысловатая укладка подчёркивала высокий лоб и скулы. Я никогда не была красивой, но и уродиной назвать меня нельзя. Я хотела бы, что бы из зеркала на меня смотрела, девушка полная сил и энергии, а было, что было. Измученная и уставшая, как и внутри, в душе я была как разбитая копилка. Опустошенная и одинокая.

– Красотка, – разглядывая меня, нахваливала мама. Оценила все свои старания, наряд, макияж и ту которую родила.

– Спасибо, – поблагодарила я и посмотрела на часы, время было уже без пяти семь. Должны были заехать уже, но пока никого не было. Я выдохнула и закинула голову назад. Мысли были не однозначные, из-за чего наворачивались слёзы. Я наверно уже постоянно ревела, последние два года. Мои девочки правы, пора прекратить всё это. Услышать, правду о его смерти. Встретиться с Кэтти лицом к лицу.

В дверь постучали. Моя мама всполошилась открыть дверь и с улыбкой встретила Бродмана. Который из близнецов, я не поняла, либо Сейд – старшекурсник, учащийся в нашем университете, либо Чед – чем он занимался, мне было неведомо. Для меня они были похожи как две капли воды, высокие, спортивные молодые люди. С густыми, ровными бровями и блекло-серыми глазами, смотрящими прямо в душу. Скулы и черты лица ровные, одним словом – красавцы, но что внутри, в их душе мало кто знает. Под красивым фантиком, много чего может быть. Многие их характеризуют как плохих мальчиков, может потому, что это сейчас звучит сексуально? Ведь не зря за ними бегают девочки толпами. Если посмотреть со стороны и оценивать внешность. То Сейд идеальная пара, для Лесс. Она выдающаяся красавица нашего университета, а он обеспеченный, брутальный молодой человек.

– Она уже готова, – радостно, с гордостью произнесла моя мама. Она была очень довольна тем, что моя отстранённость от людей может прекратиться.

Я ведь за эти два года, впервые имела повод официального выхода в свет, по её мнению. Походы в магазин за продуктами и посещение пар, она не считала таковыми.

– Здравствуйте миссис Райт, – голос Бродмана был сильно слащавым, не смотря на его баритон, таким голосом как я считаю, говорят мужчины в дамских, второсортных сериальчиках и такая же фальшивая как псевдо-музыка в наше время. Я бы точно не решилась сравнивать с Моцартом. На секунду я представила, как Бродман исполняет оперу на немецком языке, это был бы треш. До боли смешны и как же отвратительны мои мысли, подумала я.

– Здравствуй симпотяжка, – улыбнулась мама, – а как тебя зовут?

– Чед, – представился Бродман, кивнул головой и поцеловал ей руку.

– Привет, – не громко бросила я. В отличии от мамы, я не сильно была рада знакомству. Он смотрел на меня словно с сочувствием, жалостью и присущим высокомерием.

– Ой как приятно, – продолжала улыбаться мама, она даже кокетливо поправила локон волос. Эти парни производили впечатление даже на взрослых женщин. Думаю, наверняка, даже бабушка встрепенулась при виде них, этаких так сказать предела мечтаний всех женщин.

– Нам пора, – тембр Чеда был сдержанным, а вел он себя довольно галантно. Но меня не проведешь всем этим притворством, моё шестое чувство подсказывало не верить.

– Хорошо, я готова, – сказала я, поцеловала маму в щёчку и направилась к двери, – пока мам.

Чед открыл мне дверь и вышел за мной. Мама замаячила в двери, провожая нас взглядом.

– Привези её домой не слишком поздно! Даже если поздно ничего страшного, главное привези в целостности и сохранности, – крикнула вдогонку мама. Мы же в это время уже подошли к машине.

– Обязательно, – ответил ей Чед и кивнул ей. Открыл заднее сиденье черного седана, жестом предложил сесть.

– Спасибо, – поблагодарив я уселась на заднем сиденье. Чед обошел машину и тоже сел на заднее сиденье рядом со мной. За рулем сидел второй из близнецов. По правую руку на переднем сиденье сидела сияющая Лесси. Я натянуто улыбнулась ей и поприветствовала.

– Привет, – от того что в горле пересохла, я почти прохрипела.

– О Тара, я рада что ты все-таки согласилась, – Лесси протянула мне бутылочку воды.

– Спасибо, – поблагодарила я и попила водички. Я немного переволновалась, что на верхней губе выступил пот.

– Сейд Бродман, – представился ухажер моей подруги, он смотрел точно на меня в зеркало заднего вида. Мне стало немного не по себе, по коже пошли мурашки. Его взгляд был подобен хищнику, пристальный и раздирающий.

– Тереза Райт, – в ответ дрожащим, сухим голосом представилась я. Благо, я перестала, хрипеть. От волнения и дискомфорта опустила глаза вниз и облизала высохшие губы.

– Чед Бродман, – он протянул мне руку. Я в недоумении посмотрела на него. Я не видела необходимости знакомиться, после того как он представился моей маме. Да и если так подумать мы уже были знакомы, когда-то в детстве.

– Я знаю, – сказала я, быстро пожала ему руку и отняла её.

Чед так и остался с протянутой рукой, вопросительно посмотрел на брата и снова на меня.

– Что? – спросила я. Встретилась взглядами с Чедом, а после ухмыляющимся Сейдом. Их веселило, что я их не понимаю. Сейд посмотрел в зеркала и тронулся с места. Чед всё так же держал руку протянутой, я еще раз быстро пожала руку и как ошпаренная отпустила его ладонь.

– Мило, – произнес Чед надменно, взял мою руку и притянул её к себе. Я попыталась отнять свою ладонь, но он крепко её сжал. Сейд мелком наблюдал за нами через зеркало, они с Лесси держались за ручки. Да что за чертовщина? Промелькнуло в моей голове. Выражение недоумения сменила неприязнь, не кстати отчетливо выразившее моё лицо. Чед притянул мою руку к своему лицу, задержался и после поцеловал. Прикосновение его губ, было подобно ожогу. Через всё моё тело прошло не знакомое мне чувство. Не то, что бы я девственница и испытала впервые возбуждение, а что-то другое оставлявшее послевкусие. Переполненная волнением я натянуто попыталась улыбнуться, получилось не самым приветливым образом. Мои чувства полностью перемешались, он сильно смущал меня, не дожидаясь позволения я отдернула руку. Никогда недолюбливала этих парней, особенно Сейда. Пусть мы и были знакомы в далеком в детстве, происходящее сейчас приводило меня в дикое, не контролируемое возмущение.