- -
- 100%
- +
Редактор Олег Хасанов
Редактор Дмитрий Передонов
Редактор Дарья Странник
Редактор Александр Лещенко
Иллюстратор Кассандра Тарасова
Иллюстратор Пётр Гринёв
Дизайнер обложки Александр Иванов
© Кассандра Тарасова, иллюстрации, 2025
© Пётр Гринёв, иллюстрации, 2025
© Александр Иванов, дизайн обложки, 2025
ISBN 978-5-0065-4955-5
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Литературный клуб «ХОРРОРСКОП» представляет:
Микрожуть: 200 хоррор-драбблов (антология микрорассказов ужасов)
редакторы Олег Хасанов, Дмитрий Передонов, Дарья Странник, Александр Лещенко
Все права защищены. Только для частного использования. Коммерческое и некоммерческое воспроизведение (копирование, тиражирование, распространение, сдача в прокат, переработка, использование идей и персонажей, публичное исполнение, передача в эфир, сообщение для всеобщего сведения по кабелю, доведение до всеобщего сведения в сети Интернет) без разрешения правообладателя запрещены.
ПРЕДИСЛОВИЕ
Привет, друзья!
Это уже наша третья встреча, не так ли? Встреча с такой литературной формой, как драббл – микрорассказ, состоящий из 100 слов, не больше и не меньше. Впервые русскоязычные читатели познакомились с хоррор-драбблами в антологии «Из России с ужасами: 100 хоррор-драбблов». Потом было ещё «Адское шоссе», собравшее под обложкой 66 историй. Данная антология, в которой приняло участие около 100 авторов, представляет собой калейдоскоп из 200 вспышек страха в его чистейшей, концентрированной форме.
Все 200 драбблов были отобраны читателями в ходе голосования, проведённого на площадке литературных экспериментов «Хоррор-Полигон».
Надеемся, многие из этих микрокошмаров проникнут под кожу читателям и там останутся надолго. Ведь каждая из этих историй – новый портал в мир страха, где нет места покою.
В антологии приняли участие следующие авторы: Владимир Чубуков, Иван Миронов, Энни Нилсен, Дмитрий Передонов, Олег Хасанов, Катерина Быстрова, Антон Александров, Александр Гуляев, Марина Румянцева, Рэд Драм, Максим Городецкий, Рита Валова, Александр Бауман, Инна Адаменко, Александр Лещенко, Антон Филипович, Дарья Странник, Никита Лапаев, Глеб Габбазов, Маня Харисх, Павел Рязанцев, Анастасия Кокоева, Никита Томилов, Станислав Карапапас, Дарья Сницарь, Витас Масонов, Юлия Кудрявцева, Максим Горенский, Мария Шестакова, Андрей Лоскутов, Сергей Круглов, Ольга Решетина, Максим Ишаев, Михаил Загирняк, Софья Маркелова, Кассандра Тарасова, Джей Арс, Лилия Гогошко, Евгений Аликин, Лариса Потолицына, Гриборий Богданов, Ника Сурц, Vox Mendax, Ирина Мутовчийская, Александр Пятков, Лика Кузьмичёва, Александр Киржацких, Наталья Масленникова, Валерий Кирюков, Юлия Страхова, Грициан Андреев, Дарья Сорокина, Артемий Неупокоев, Наталья Борзенкова, Александр Явь, Ксения Еленец, Михаил Жаровский, Елизавета Рогачева, Роман Морозов, Ирина Богданова, Глеб Тройцук, Екатерина Бакличер, Роман Башаев, Ирина Кикина, Александр Данилов, Григорий Родственников, Ольга Пермская, Алекс О., Мария Ращукина, Вет Хижняк, Светлана Волкова, Анастасия Даничева, Мария Бондарева, Матвей Юджиновский, Артём Погодин, Алексей Суязов, Алёна Кирчанова, Юлиана Грипас, Мария Бородина, Олеся Бондарук, Екатерина Горохова, Антон Коненков, MJK, Валерий Самойлов, Tai Lin, Игорь Кременцов, Роман Дремичев, Аластор Грей, Олег Волынский, Блейн О’Дарк, Дмитрий Колейчик, Лу Кей, Александр Зайцев, Сергей Кулагин, Виталий Воловиков и Ян Ван Прат.
Благодарим всех участников!
Олег Хасанов, Дмитрий Передонов, Дарья Странник, Александр Лещенко
11 января 2025 г.
Владимир Чубуков
НОЗДРЯ
«Маленький мальчик в носу ковырнулся. Пальчик неловко в ноздре повернулся, и распахнулась ноздря до небес. Мальчик, в неё провалившись, исчез».
Закончив цитировать, профессор произнёс:
– Здесь описана самая загадочная из всех оккультных практик, позволяющая человеку разверзнуться и поглотить самого себя. Остаётся выяснить всю последовательность движений пальца в ноздре – и метод у нас в руках!
Пока студент Мкртчян рассеянно слушал лекцию, палец его сам собой вошёл в ноздрю внушительного горбатого носа – глубже, ещё глубже. Совершил поворот по часовой стрелке, потом – против…
То была вспышка мрака.
Ноздря распахнулась, весь мир залив своей тьмой.
Опора под ногами исчезла, и Мкртчян, кувыркаясь, полетел в бездну.
Иван Миронов
ВСЁ ТЩЕТА!
– Ох, тётушка, всё пустое. Всё тщета!
– Так-то уж и тщета? Всё-то вы на себя, милый мой, наговариваете.
– Нисколько не наговариваю! Поймите же: нельзя постичь отчаянного азарта игрока, не сев за рулеточный стол. Равно как нельзя и передать томленья воздыхателя, не пережив наивной влюблённости!
– И что же вам препятствует, милый сударь? Переживите! Поддайтесь соблазнам! Жизнь на то и дана нам, дабы вкушать от плодов её.
– Да, но…
– И не сомневайтесь! Поверьте старухе, благочестивость к лицу лишь монахиням. Ну вот, вы уже и улыбаетесь. Что вы там роетесь? Что это у вас под плащом, милый мой Фёдор Михайлович? К чему вам топо…
Энни Нилсен
МУЗА
Вздрогнув от резкого стука, проснулся посреди ночи. На столе тлел огарок свечи, рисуя дрожащие тени. За окном закаркал ворон. Она пришла.
Сначала скрывалась в тёмном углу, наслаждаясь моим страхом. В голове кричали тысячи голосов, раздирая противоположными желаниями. Однако бежать бесполезно, а выполнить приказы так легко. Другие будут жертвой, другим будет больно и страшно, но не мне. Покоряясь, схватил лежащие рядом листы, начал записывать всё, что она нашёптывала. Перо скрипело, с каким-то мерзким сладострастием уничтожая девственную чистоту листов. Жестокость и насилие, ужас и смерть в самых кровавых подробностях. Закончив историю и улыбнувшись, она отступила в тень.
Как долго смогу удерживать её?
Дмитрий Передонов
ОБОЗНАЛАСЬ
В квартиру позвонили. Степан Петрович зашаркал открывать: он ждал соцработницу с продуктами.
За дверью оказалась незнакомая женщина. Высокая, в белом платье до пят, с длинными седыми волосами и чёрными кругами вокруг глаз на бледном лице, она пристально посмотрела на Степана Петровича.
– Вам кого? – оробело спросил тот.
– Тебя, – улыбнувшись, прошептала женщина и двинулась к нему.
Степан Петрович захлопнул дверь. Грудь сдавило, дышать стало трудно. «Нитроглицерин… скорую… телефон…» – заметались мысли.
Он медленно повернулся и вздрогнул. Перед ним стояла женщина в белом. Степана Петровича прошиб холодный пот.
Женщина раскрыла объятья:
– Иди ко мне, Вася. Не бойся.
Степан Петрович вытаращил глаза, дёрнулся – и умер.
Олег Хасанов
ПЫФ!
Мальчик Вова остался дома один. Поиграв со всеми любимыми солдатиками, он от скуки сел у окна в ожидании родителей.
По улице шёл прохожий. Вова нашёл в оконном стекле пузырёк, навёл его на дядю, как прицел, и – ПЫФ! – голова дяди взорвалась красными арбузными ошмётками.
Вова пригнулся и округлил глаза.
На улице собралась толпа. Потом подъехала скорая.
Вова прицелился.
ПЫФ! – машина взорвалась.
ПЫФ! – фонтаном вверх брызнули окровавленные конечности и оторванные головы.
ПЫФ! – вспыхнула подъехавшая пожарная машина.
С росгвардейцами и тремя вертолётами Вова расправился за десять минут.
Ночью весь микрорайон эвакуировали, оцепили и обесточили.
Поняв, что родители за ним не придут, Вова заплакал.
Катерина Быстрова
БЕССОННИЦА
Вера собирала странные каналы на Ютубе. Однажды она наткнулась на блог американца Монти, страдающего редкой болезнью: его медленно убивала бессонница. Каждый день он выкладывал видео о своём состоянии: «Вчера удалось поспать десять минут», «Сегодня – одну», «В углу лежит соседский пёс. Странно, думал, его сбила машина год назад».
Вера жадно обновляла канал, но через неделю Монти исчез.
В город пришла полярная ночь, вместе с ней исчез сон. Вера перестала ходить на работу и забросила телефон. Сидя во мраке, она увидела, как Монти залезает через балкон на кухню. Удивилась, подумала: «Как он узнал, что мне нужна помощь?»
Улыбнувшись, он сделал шаг навстречу.
Антон Александров
НОСТАЛЬГИЯ
– Вот и всё, оставайтесь и будьте счастливы. – И Виктор покинул отчий дом, в котором прожил всю жизнь.
Первое время на новом месте держался, но потом ностальгия взяла своё, и он не вытерпел – решил посмотреть, как там его дом с новыми жильцами.
Незаметно пробравшись вечером к дому, Виктор прохаживался неподалёку, рассматривая, не зарос ли бурьяном огород, не покосился ли забор, не облупилась ли краска на крыше и стенах.
Вроде всё в порядке. Но не сдержался, зашёл внутрь.
Новые хозяева спали голые, обнявшись после секса. Вдруг женщина открыла глаза и завопила от ужаса, увидев призрачный зеленоватый светящийся силуэт, склонившийся к её бёдрам.
Александр Гуляев
ТВАРЬ
– Эй, дорогой, полегче! – сказала она со смешком. И в этот момент увидела его глаза. Это были глаза ненормального. Звериные глаза. Хищный, замерший в одной точке взгляд. И почти сразу заметила потёкшую из уголка рта ниточку вязкой белой слюны.
Пальцы убийцы уже коснулись шеи, как вдруг грудная клетка девушки распахнулась, будто створки ворот, и наружу выметнулось нечто, напоминающее крупную змею, экзотический цветок и пучок водорослей одновременно. С хищной пастью, усеянной множеством длинных острых зубов.
Глаза маньяка снова стали человеческими, только теперь в них плескался дикий животный ужас. Чудовищное нечто оторвало мужчине голову, а потом втянуло в себя тело, словно гигантскую макаронину.
Марина Румянцева
НЕСПЯЩИЕ
Снег, снег, снег, снег…
Поле, поле, поле…
Лес, лес, лес…
Город.
Механическая ворона моргнула, передавая картинку.
К городу нескончаемой вереницей тянулась разношёрстная колонна. Хвост её терялся за горизонтом, и казалось, вот-вот, как змей Уроборос, она укусит себя за хвост, но нет.
С каждым кругом колонна редела всё больше. Слабые падали, сминаемые товарищами по несчастью. Кто-то попадал под голую ступню собрата, а кто-то на зуб.
Ворона вновь моргнула, передавая картинку. Позади лишь грязь, впереди лишь грязь. После сотого оборота колонны вокруг Земли не осталось и клочка живой материи.
Пошёл звук.
– Мозги!..
Ворона отправила файл и вновь заложила вираж.
Ответа не было.
Red Dram
ФЭНШУЙ ПО-СЛАВЯНСКИ
– Не веник – голик. Прутья без листочков голые, потому – голик…
Старуха-ведунья невпопад забормотала:
– Вечером мести – не к добру! Мести к порогу – добро выметешь! Коли баба на сносях, пущай голик не переступает, ногой не касается…
«Про беременность жены угадала!» – удивился я.
Рассмотрев старый веник внимательнее, старуха разохалась:
– Покойницкий! Подмели под гробом, веточки не распустили, душу заперли!
Она впилась в меня сердитым взглядом:
– Из мести або нечаянно?
Я растерянно пожал плечами.
– Освободишь одичавшую – занегодует! – предостерегла старуха.
– А не освобожу?
– Лютовать будет.
– Сжечь нельзя?
Бабка испуганно перекрестилась.
– Откуп поможет.
Мне припомнились похороны в нашем доме – бабушка, сестра, мать…
«А ведь дед с отцом знали!»
Максим Городецкий
ИЗ-ПОД КРОВАТИ
Когда под кроватью появлялся монстр, Павлик пугался до дрожи. Скрежет зубов, шорохи, и вот уже к нему тянется холодная рука. Пытается нащупать краешек ткани, стащить покрывало. Он не смел закричать, ведь ему казалось, что всё это бесполезно.
Мама слишком крепко спала под действием снотворного, поэтому Павлик просто плакал и зарывался под одеяло. Мама всё равно бы его не услышала. Она ведь не слышит, как папа каждую ночь встаёт с их кровати и идёт по скрипучему полу, проникая в детскую, как прячется под кровать к сыну. Рассказывать маме тоже была плохая идея.
Павлик очень боялся монстра, но папу Павлик боялся больше.
Рита Валова
ИЗ ТЬМЫ
Властное объятие тянет из спутанного клубка видений в реальность, но вернуться оттуда нет сил.
Влажный поцелуй в ключицу вызывает улыбку: вернулся, простил, рядом.
Не открывая глаз, она поднимает руки и вплетает тонкие пальцы в густые волосы своего визитёра… Стоп!
Короткие, жёсткие, словно шерсть дикого зверя, они колют нежную кожу, заставляя окончательно проснуться.
Вязкую тишину погружённой в темноту спальни нарушает лишь бешеный стук её – единственного во всей квартире – сердца.
Сон… Это просто сон.
Удобнее устроившись на подушках, она рассматривает причудливые тени на потолке, которые услужливо рисует фонарь за окном.
– Ты думала – это он? – вдруг спросил её голос из тьмы и рассмеялся.
Александр Бауман
ЧЁРНЫЕ
Всё началось с чёрного неба, погрузившего город во тьму. Липкая и густая жидкость заливала улицы. Спустя несколько часов появились силуэты. Ночью они были невидимы, пока их клыки не вонзались в плоть. Существа ощущали людей и шли напролом, чтобы отведать лакомства.
Когда он вышиб входную дверь, я спал. Вскинув ружьё, выстрелил и попал в голову. Глазами, привыкшими к темноте, различил красный на светлых стенах.
Не знаю, для кого сейчас пишу эту записку. Я убил ещё троих, осталось пять патронов. Привлечённые выстрелами, твари окружают здание. В воздухе пахнет чернилами, я вспоминаю школу. «Чёрные» хотят человечинки, на пустых лицах сияют их острые зубы.
Дмитрий Передонов
АНДРЕЙКА, РОМАНОВ СЫН
На плаху швырнули молодого мужика.
– Эй, кто хочет ссечь башку государеву ослушнику? – зычно воззвал с помоста приказный подьячий. – Палач занедужил, а сечь надо. Не боись, дело нехитрое. Раз – и квас!
Зеваки молча переглядывались, охотников не находилось. Но вот на помост поднялась статная плечистая молодайка.
– А ну-ка, дай я…
Поплевала на руки, взмахнула тяжёлым топором. Голова казнённого громко шлёпнулась о помост. Окровавленная женщина весело крикнула:
– Есть ещё? Всё одно сарафан застирывать…
В толпе зашептались:
– Устинья… мясникова дочка…
– Руки-то – к топору привычные…
– Сестрица моя! – гордо сказала веснушчатая девчонка стоящему рядом парнишке лет двенадцати.
– Запомню, – пробормотал тот, не отрывая от помоста ненавидящих глаз.
Инна Адаменко
ЦЕННАЯ ПОРОДА
Герман наблюдал за пациенткой из кресла своего кабинета. Камеры, установленные в лаборатории, передавали изображение прямо на ноутбук.
Кожа Лизы загрубела и потрескалась, тело приняло форму ствола, а конечности превратились в ветки. Синтезированный им вирус, стремительно пронизывал организм его жены. Он сам ей ввёл его, после того как узнал об измене.
Герман поднялся с кресла и налил себе виски. Отпив немного, он поставил стакан на стол. Он сделал это аккуратно, чтобы не поцарапать узор из сплетения капилляров, мышц и костей. Вот они, все здесь, обидчики и предатели.
Нежно проведя по дереву рукой, Герман улыбнулся от предвкушения. Из Лизы получится замечательный секретер.
Александр Лещенко
ГЛАВНАЯ ЗВЕЗДА ЦИРКА УРОДОВ
Я скромно наблюдаю из-за кулис за представлением.
Уроды сменяют друг друга…
Девушка-Многоножка!
Человек-Слон!
Женщина с десятью грудями!
Мальчик-Щупальце!
Их больше. Намного больше. Публика смеётся, ужасается, плачет, свистит.
Всё. Теперь мой выход… Выход – главной звезды цирка уродов!
Стою в центре манежа. Думаю о многоножке и слоне. Никогда не видели слона-многоножку или многоножку размером со слона? Вот вам! Только я ещё больше и отвратительнее. Щупальце? И их тоже добавим. Каков урод! А? Груди… Можно сделать намного больше десятка, но потом отметаю эту идею. Почему-то кажется неполиткорректной. Ха!
Впрочем, я не только звезда…
Я ещё и владелец цирка.
А также отец всех уродов.
Антон Филипович
БИЛЛИ САНДЕРС – ГРОЗА ПАУКОВ
– Гигантские пауки, не знаю, откуда вы взялись, но я, Билли Сандерс, уничтожу вас! Мой пикап напичкан горючим и динамитом, я мчусь к вашему логову, где разнесу всё к чёртовой бабушке!
– Внучок, ты звал? – раздалось с заднего сиденья.
– Ну, ба! Не перебивай, я же записываю всё на диктофон для будущего поколения!
– Что?
Билли устало покачал головой. Он уже начал жалеть, что взял бабушку с собой, но лучше пусть погибнет от взрыва мгновенно, чем будет растерзана этими тварями.
– Ничего, люблю тебя! Итак… ваши тела приятно хрустят под колёсами, как…
– Внучок, а спички ты взял?
– Ну, ба! Я же просил… стоп, что?
– Что?
Дарья Странник
ВЕРНУТЬСЯ НАДО
На небе видны луна и звёзды. Спешу, как могу, но знаю, что меня уже ничто не спасёт.
Мама сказала: «Не придёшь домой засветло – убью!» Но я знаю, что вернуться всё равно надо.
Мне, конечно, влетит за потерянную куртку. Но как искать её ночью в посадке?! Ещё достанется за изрезанную и измазанную кровью футболку: мама и слушать не станет, что это не моя вина.
Мам, ну не кричи так, пожалуйста! Знаю, что поздно, но я спешил. Честно. Я же вернулся. Даже не страшно, что убьёшь. Меня – уже. Видишь порезы? Но я вернулся. Ну, не кричи… Не плачь, мама, я ведь вернулся.
Никита Лапаев
БЛАГОРОДНАЯ ЖЕНА
«Помни, сынок: достойная жена – это сытная домашняя похлёбка. Какие бы харчевни ты ни посетил, что бы ни перехватил по дороге, только она даст тебе сил после тяжёлой работы», – сказал Лею отец, когда вернулись сваты, расхваливая дочь семьи Жэнь по имени Ши. Жэнь были чужаками, но с богатым приданым.
«Достойная жена подобна щербету из-за западных застав, – сказал Лею брат, – будешь есть, пока живот не заболит».
Лей вспомнил эти слова, когда Ши склонилась над ним после свадебного пира. Вуаль чёрных волос закрыла её глаза, киноварные губы сложились в скромной улыбке. С игловидных зубов свисала плоть, что ещё днём была лицом его отца.
Глеб Габбазов
ПОЛНОЛУНИЕ
Я не могу попасть домой. На улице холодно, зима. Снег режет лицо, выедает глаза. На небе почти полная луна! Звёзд совсем не видно, тьма окутывает наш участок. Я вновь подхожу к двери и стучусь. Потом зову жену. Свет вспыхивает сначала на втором, потом на первом этаже. Дверь скрипуче открывается, и на пороге возникает моя жена. Смотрит с отвращением.
– Твоё место на улице! – кричит. – Место, место!
Я пытаюсь донести до неё, что перед ней я! Её муж!
– Прекрати лаять и иди на место! – лишь произносит она и вновь закрывает дверь.
И тогда я вспоминаю, что я собака… Но ничего, скоро полнолуние.
Маня Харисх
ЛЮДИ КАК КНИГИ
Сегодня вам интересна одна книга, завтра отправите её на полку и откроете другую. Заметили?
Люди как книги. Я словно прочитанная книга.
С Колей мы выросли вместе, были не разлей вода, пока он не променял меня на мажоров из ЛУКОЙЛа.
Лариска строила мне глазки, потом этими же глазками похлопала: «Я тоже тебя люблю, мы ж друзья!»
Нет, книги лучше людей. Особо завораживают древние рукописи. Я изучил технику пергамента и на очищенной, обработанной Колиной коже переписал отрывок из «Трёх мушкетёров». На Ларискиной – её любимого Есенина. Теперь они книги. Мои книги.
Люди как книги. Но прочитать и забыть меня не получится. Не позволю.
Павел Рязанцев
СОЦВЕТИЕ
Марина твёрдо решила, что не повторит ошибок матери, что станет своим детям лучшим другом. Поход в океанариум идеально годился для налаживания отношений.
Задумка удалась: малыши были счастливы. Шоу милейших морских котиков, вечно удивлённые морды рыб, усталый, как у воспитательницы, взгляд осьминогов – всё вызывало смех, улыбки не меркли ни на секунду. Марина и сама корчила рожи, прислонившись к аквариуму, будто какой-нибудь скат. Беспокоила лишь злобная акулья морда, периодически врезавшаяся в стекло.
«Тупая зверюга».
– О, мам, тут цветочки!
Кораллов действительно хватало, но дети смотрели не на них, а на само стекло – на белое соцветие, на стремительно разраставшийся узор трещин.
Акулья морда приближалась…
Олег Хасанов
КОЛЛЕКТОР
– Мы скоро расплатимся! Умоляем вас! – Крики за железной дверью.
Зевнув, я кивнул парням. Они уже несли баллон и газовый резак.
Я сел на скамеечку и стал ждать. Ребята знали свою работу.
Скоро я был уже в гостиной. В углу женщина с бледным лицом загораживала собой маленькую девочку. Обе в испуге смотрели на мужчину в майке и застиранных джинсах.
Я помахал перед ним судебным актом:
– Мистер Джонсон, вы уже полгода не платите по кредиту за новое сердце.
Мужчина опустился на колени.
Парни уже несли тесаки и контейнер для транспортировки органов.
Я сел на диванчик и стал ждать. Ребята знали свою работу.
Анастасия Кокоева
СНАЙПЕР
Стрелять лучше сразу в голову. Толку, что пуля попадёт им в руку, ногу, туловище? Замедлит, но не остановит – они всё равно поднимутся и продолжат переть на лагерь с животной яростью, одна мясная волна за другой. Откуда только берутся?
Он поправил винтовку, вгляделся в прицел. Пару секунд выбирал между громилой с культёй вместо руки и измождённой старухой в засаленной защитной куртке. Потом нашёл объект получше, прицелился…
– Ванька! – заорал громила.
Женщина бросилась к упавшему подростку с алой дырой вместо лица:
– Сынок!
«Отлично, задержал сразу троих», – подумал снайпер. Использовать слабости противника он научился задолго до всего этого зомби-апокалипсиса. Ещё когда сам был живым.
Никита Томилов
ОДИН В ЛЕСУ
Восемь часов назад он понял, что заблудился.
Пять часов назад он почувствовал голод. Но заросли и не собирались заканчиваться. Он думал, что ходит кругами.
Три часа назад начало смеркаться. К голоду добавилась усталость. Вдруг он услышал шум воды. Река приведёт его к людям. Найдя реку, он двинулся вдоль по течению. Впереди замаячили огни. Только бы это были люди! Завидев деревню, он побежал. Из ближайшего дома доносились музыка и детский смех. Там должна быть еда. Он спасён!
Хозяевами дома оказалась небольшая семья – папа, мама и две маленькие дочки.
Час назад он слизывал их кровь со своей лапы. Это была прекрасная семья.
Станислав Карапапас
БЕЛАЯ РАДУГА
В деревне не спалось. Вышел покурить на крыльцо. Затянулся. Хорошо. Прохладный воздух бодрил. Туман немного рассеялся. За щербатым забором, посреди поля стояла белая радуга. Идеальная дуга молочного цвета. Потёр одну босую ногу о другую. Решил посмотреть поближе. Роса холодила ступни. Цветная радуга всегда на небе, белая же начиналась прямо из земли и уходила ввысь. Дотронулся до неё рукой. Мягкая, желейная, прохладная. Было приятно касаться этой непонятной эктоплазмы. Вступил в неё полностью. Кожу покалывало. Сладкий аромат окутывал. Как запах восточного базара, как аромат лопнувшей ягоды, как вонь гниющего мяса. А потом – тишина. Тишина разложения, движения спор, роста белых, почти невесомых грибов.
Дарья Сницарь
СПЕЦПРЕДЛОЖЕНИЕ
Голова кружилась от наркоза, я потрогала горло и села. За дверью шумел салон кибергаджетов: многие сейчас хотят модулятор голоса, не все могут позволить.
Всплыло окошко пользовательского соглашения, я поводила глазами, ставя галочки: «Даю согласие на рекламные интеграции», «Хочу получать другие спецпредложения на окофон».
Рядом висели сообщения от старого друга: забыла сморгнуть мессенджер перед операцией. Он просил встретиться (опять что-то про болезнь и безденежье), я писала: иду в караоке-бар, можем пересечься.
Он появился, когда я допела Vogue голосом Мадонны, и сказал:
– Хотел проветриться, иначе бы я… что-нибудь сделал.