Краткий курс истории пиратства

© Константин Хайт, 2023

© Ольга Амирова, 2023

© Анна Валиева, 2023

ISBN 978-5-0059-6458-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава I. Происхождение пиратства

При слове пират мы невольно представляем себе добродушного одноглазого персонажа с попугаем на плече и деревянной ногой, подобно Сильверу из знаменитого романа Роберта Стивенсона «Остров Сокровищ». Или жгучего красавца-брюнета, несправедливо обиженного всем миром и мстящего ему благородно и бескорыстно, из «Одиссеи капитана Блада» Рафаэля Сабатини. Хотя сейчас всех их потеснил комичный кривляка Джек Воробей из «Пиратов Карибского моря», веселый и, если вдуматься, практически безобидный малый.

Сейчас этот образ облагороженного пирата активно используют в рекламе самого широкого круга товаров – от рома до детских праздников. Не менее часто используется и пиратский флаг «Веселый Роджер» – череп со скрещенными костями. Этот символ узнают мгновенно, и он давно утратил свой мрачный и зловещий смысл. Впрочем, тоже преимущественно литературный, поскольку реальные пираты предпочитали использовать флаг какой-нибудь страны: это придавало их разбою видимость законных военных действий.

Но история пиратов гораздо более многообразна, чем реклама, книги и фильмы. И, разумеется, в действительности пираты не так смешны и обаятельны, как там изображают. По сути, это морские разбойники, грабители и убийцы, нападавшие на торговые корабли и прибрежные города и поселения. Иными словами, пират – это, как минимум, всегда преступник.

Пиратство – такое же древнее явление, как и само мореплавание. Мы не знаем, как давно человек научился плавать. Не исключено, что первым судном для него послужило бревно, или связанный воедино толстый пучок травы. Но на таких плавучих объектах нельзя было не только выйти в море, но и пересечь серьезную реку.

Однако, довольно быстро люди научились строить и более-менее мореходные суда, способные перевозить значительные грузы на серьезные расстояния. А все потому, что везти тяжести по воде гораздо удобнее, легче и безопаснее, чем по суше. Строить лодки люди научились еще до того, как у них появилась письменность, поэтому мы точно не знаем, когда и как это произошло. Но очень вероятно, что лодка появилась гораздо раньше, чем было изобретено колесо.

Настоящие мореходные суда, а вместе с ними и морская торговля, возникли только после образования крупных древних государств, таких как Древний Египет. Ведь для строительства корабля нужны совместные усилия многих людей, которые для этого должны быть освобождены от другой работы. Мореходы и кораблестроители не пашут землю, не пасут стада, не строят домов и не пекут хлеб. Все это для них должны делать другие люди. Поэтому мореплаванием может заниматься только большое и хорошо скоординированное общество.

Возможно пиратство появилось одновременно с морской торговлей и одни и те же люди выступали то в роли пиратов, то в роли мирных торговцев. Пираты водились в любых морях и во всех концах света. Выглядели и назывались они совершенно по-разному. Их объединяло лишь одно – жажда легкой наживы.

Итак, кем же были первые известные нам пираты?

Профессия «пират» может по возрасту сравниться с египетскими пирамидами. Цивилизация Древнего Египта возникла очень давно – около 8 тыс. лет назад. В какой-то момент Египет превратился в одно из самых могущественных государств Древнего мира. Большую часть территории Древнего Египта занимала пустыня. Египтяне селились на берегах Нила – ближе к воде, необходимой для жизни и земледелия. Во время ежегодных разливов Нила лодки были предметом первостепенной важности, т.к. деревни Верхнего Египта превращались в острова.

Вставал вопрос поиска материалов для строительства плавучих средств: лесов по берегам Нила было не сыскать, а использование пальм лишало бы египтян их ценных плодов. Поэтому в ход шел тростник, который отличался прекрасной плавучестью. Через срез на его стеблях проникала вода, но эту проблему решили поднятием их концов вверх. «Поначалу это были всего лишь тростниковые плоты, но приблизительно к 3500 году до н. э. это уже были корабли». Их, за редким исключением, использовали для плаваний по Нилу. Со временем египтяне при помощи тросов научились еще выше поднимать у кораблей нос и корму и стали выходить на них в море. 1

Ученый и путешественник Тур Хейердал задался целью изучить вопрос, насколько далеко могли плавать мореходы древности на своих весьма примитивных доисторических судах. На лодках «Ра» и «Ра-2», созданных по чертежам и описаниям древнеегипетских лодок, команда Хейердала дважды пыталась пересечь Атлантику. Первая попытка оказалась неудачной, но вторая увенчалась успехом – путешественникам удалось достигнуть острова Барбадос. Это показывает, что даже примитивные суда из тростника обладали достаточной мореходностью для океанских плаваний.

Шло время, лодки видоизменялись: становились больше, и, чтобы привести их в движение, приходилось тратить намного больше усилий. Вполне закономерно, что именно египтянам приписывают изобретение уключин, к которым весла крепились с помощью веревочных петель. Благодаря этому каждый взмах веслом был намного мощнее, что позволяло достигать скорости 5—7 узлов (10—13 километров в час). Торговля между Египтом и финикийцами увеличила поставки дерева, это способствовало созданию деревянных кораблей.

«Торговые корабли имели округлый корпус из коротких досок акации. Для прочности корпус опоясывали канатом. Мачта была в виде перевернутой латинской буквы V. Еще одна характерная черта – глаз, нарисованный на верхней части вертикального столба на носу корабля». Прямые прямоугольные паруса изготавливали сначала из тростника, а позже – из плотного полотна. 2

Египтяне активно перенимали опыт и достижения финикийцев. Для строительства судов они использовали ливанский кедр – одну из лучших пород хвойных деревьев. Его доставляли непосредственно из Финикии. Сейчас на территории этой древней цивилизации находится современный Ливан. При царице Хатшепсут, жившей за 1500 лет до н.э., египтяне, всегда славившиеся как искусные строители самых высоких сооружений, начали строить гигантские корабли. Первый из них был длиной 63 метра и шириной 21 метр. «Борта возвышались над водой на 6 метров, а водоизмещение достигало 1,5 тысячи тонн». Судно построили по приказу Хатшепсут, и оно было нужно для того, чтобы перевезти по Нилу от Асуанских скал до города Фивы два гранитных обелиска весом 350 тонн каждый. Интересно, что самостоятельно передвигаться этот великан не мог – его тащили за собой на буксире лодки. Задачей капитана судна было следить за ходом движения исполина и корректировать его с помощью двух пар рулевых весел. 3

О развитом египетском флоте писал еще древнегреческий историк Геродот. В то время Египет был фактически «зерновым монополистом». Однако несмотря на богатство собственных земель, египтяне много внимания уделяли развитию торговли – не только с соседями, но и с отдалёнными землями.

«Уже в III тысячелетии до н.э. грузовые египетские суда начали выходить в Средиземное море». В египетские легендах говорилось о том, что человек, уехавший за пределы страны, лишался защиты богов. Люди страшно боялись этого, поэтому в корабельные команды набирались самые смелые и отчаянные моряки, не отличавшиеся мирным нравом. Если по пути им встречался малозащищенный корабль, египтяне, не раздумывая, захватывали чужой груз, а команду брали в рабство. Ко II тысячелетию до н.э. современники описывали воды Средиземного и Красного морей как «нерестилище злобных разбойников». Впрочем, к тому моменту уже многие взяли пример с египтян и активно грабили друг друга. Главным законом на воде стал закон силы. 4

В XV в. до н. э. египетский фараон Тутмос III, который, кстати, был преемником уже знакомой нам Хатшепсут, издал свод законов для прибрежных городов и всех, кто пересекал водные просторы. По морю курсировали корабли, обеспечивающие безопасность египетского судоходства. Впрочем, запреты на морской разбой, не распространялись на самих египтян, которые беззастенчиво грабили островные государства и племена. Но вот и разгадка – каждый пират платил дань со своей добычи в правительственную казну! Так что можно смело сказать, что к XV в. до н. э. египетское пиратство вышло на государственный уровень.

Следующие фараоны настолько способствовали развитию морского разбойничьего промысла, что к I тысячелетию до н. э. начали возникать целые пиратские крепости (Сидон, Тир, Берит и т. д.).

Древнеегипетский корабль.                                Роспись гробницы Сеннефера. XIV век до н.э.

О пиратах древнего мира мы можем узнать, благодаря труду археологов и исследователей, которые смогли расшифровать мертвые языки древности. Например, ценным источником информации для нас является Амарнский архив – собрание дипломатической переписки Древнего Египта с другими мощными государствами того времени (Вавилония, Ассирия и т.д.) и с представителями фараона в Восточном Средиземноморье. Переписка велась на глиняных табличках аккадской клинописью и из нее мы узнаём о пиратском племени «лукка» или «ликийцы», которые совершали регулярные набеги на Аласию (остров Кипр) и дельту Нила в XIV веке до нашей эры. Этот народ, живший на территории Анатолийского побережья современной Турции, видимо был многочисленным и воинственным, так как упоминается и в египетских хрониках и в хрониках Хеттского царства в роли военной силы, направленной то против Египта на стороне хеттов, то против хеттов в составе целой конфедерации народов.

О конфедерации разбойников пишут и египтяне, называя их «народами моря» и даже перечисляя отдельные племена: шерданы, данайцы, филистимляне, шекелеш, вешеш, тевкры, турша и лукканы. Прошло уже несколько тысячелетий, никаких данайцев и филистимлян уже давно нет. Но до наших дней сохранилось крылатое выражение из произведения римского поэта Вергилия «Бойтесь данайцев, дары приносящих», настолько они были коварны и опасны.

Эти племена происходили из различных мест Средиземноморского побережья – от территорий современной Турции до острова Сардиния и севера Адриатики. Однако, независимо от их происхождения, эти морские разбойники создали первую известную в истории пиратскую конфедерацию.

Благодаря древнеегипетской традиции использовать монументальные сооружения в качестве средства передачи информации потомкам и увековечивания подвигов своих фараонов, мы даже можем узнать, как выглядели первые пираты. Например, на стенах храма фараона Рамсеса III в храмовом комплексе Мединет-Абу высечено несколько изображений, посвященных сражениям египтян с «народами моря», а также приводятся описания этих событий. Согласно этому источнику, «народы моря» носили занимательные головные уборы, а их вторжение осуществлялось как по морю, так и по суше. Причем, по суше «народы моря» продвигались с обозами, в которых можно рассмотреть женщин и детей, что наводит на мысли о попытке переселения этих племен на земли, подвластные фараону. Одна из надписей гласит, что множество государств того времени не смогло устоять под натиском этого вторжения. Фараон же, победил всех и в сухопутных сражениях и в грандиозной морской битве, случившейся в дельте реки Нила. Эта битва тоже изображена в храме Рамсеса III, и сам фараон занимает центральное место на этом барельефе.

По правде сказать, эти хвалебные барельефы не вполне отражают реальную картину происходящего: фараон писал, что победил во всех битвах. Тем не менее, группам «народов моря» удалось укрепиться на территориях, которые совсем недавно принадлежали египтянам. Египет потерял значительную часть своих земель. Из-за захвата части прибрежных портов сократилась торговля Египта.

Некоторые исследователи считают, что бурная деятельность «народов моря» была одной из причин «Катастрофы Бронзового века». Этот термин используют археологи и историки для обозначения резкого упадка культуры Восточного Средиземноморья того времени. Оно сопровождалось гибелью большинства государств и многих городов, таких, как Микенская цивилизация (Ахейская Грециия), Хеттское царство. Нашествия «народов моря» привели к угасанию торговых путей, снижению грамотности и значительному регрессу всех технологий. Судостроение, архитектура, обработка металлов, водоснабжение, ткацкое искусство, живопись были отброшены на много лет назад и начали возрождаться только примерно через 500 лет.

В конце концов, ахейцы, дорийцы, тевкры и другие племена, составлявшие «народы моря» осели на территории нынешних Турции, Греции и Балканского полуострова, и заложили основу Древнегреческой цивилизации. Однако, пиратство на Средиземном море с тех пор практически не прекращалось.

Глава II. Египетские легенды о моряках и разбойниках

Лихие разбойники из Древнего Египта и, обитающие неподалеку, «народы моря» жили так давно, что сейчас нам очень сложно представить, что это были за люди, что они чувствовали и переживали. К счастью для нас, сохранилось множество произведений Древнеегипетской литературы, которые приоткрывают завесу этой удивительной тайны.

Письменность в Древнем Египте появилась около 6 тыс. лет назад, в конце 4-го тысячелетия до нашей эры. Поначалу это были иероглифы – система письма, сочетавшая черты идеографи-ческого и фонетического письма. Немного позже появилась иератика – упрощенная скорописная форма написания египетских иероглифов. Надписи выдалбливали на стенах храмов, выцарапывали на керамических черепках, на морских раковинах, на деревянных досках, на папирусных свитках, и даже на гробах.

Влажный климат долины Нила, к сожалению, не способствовал сохранению папирусов и надписей на них. С другой стороны, в поселениях на пустынных окраинах египетской цивилизации, там, где климат максимально сухой, археологи открыли через тысячи лет множество тайных складов литературы, написанной на глиняных табличках и папирусах. И никто не мог ее прочитать до тех пор, пока за дело не взялся французский востоковед, основатель египтологии Жан-Франсуа Шампольон. В 1822 году ему удалось понять некоторые части древнеегипетской надписи на Розеттском камне. Поначалу это были имена фараонов, и их можно было проверить, пользуясь источниками на древнегреческом языке. Постепенно, определив последовательности символов в этих именах, Шампольон смог расшифровать загадочные надписи древних египтян. Это был настоящий прорыв в изучении истории Древнего Египта и сенсация общеевропейского масштаба.

Дошедшие до нас, древнеегипетские тексты касались абсолютно всех сторон тогдашней жизни: это были религиозные гимны, частные письма, кулинарные рецепты, автобиографии выдающихся вельмож, юридические документы, сказки, финансовые отчеты, математические трактаты и мифы. Нам с вами повезло, т.к. среди бурного многообразия древнеегипетской литературы встречаются произведения о мореходах и путешественниках, которые неминуемо встречаются с пиратами!

Это, в первую очередь, «Сказка о потерпевшем кораблекрушение», написанная на папирусе и хранящаяся в Санкт-Петербургском Эрмитаже. Никто точно не знает, как она туда попала и это совершенно обычное дело. Археологи и исследователи не могут рассмотреть и изучить каждую свою находку сразу. Тем более, что археологические раскопки часто бывают ограничены по времени различными обстоятельствами: от сезонных погодных условий до нехватки денег у самих ученых. Поэтому, находясь в археологической или исследовательской экспедиции, научные работники стараются собрать как можно больше материала, рассовать его по коробкам, подписать и отправить к себе на родину, чтобы уже потом вдумчиво все рассмотреть и изучить. Иногда коробки с их находками ждут своей участи в подвалах и хранилищах музеев и научных институтов годами, и даже десятилетиями.

Видимо, так случилось и с нашим папирусом. Однажды зимой 1880—1881 годов, разбирая такие коробки, полные неведомых сокровищ, его обнаружил авторитетный русский египтолог Владимир Семенович Голенищев. Он сделал перевод и в том же году представил свою находку на Международном конгрессе египтологов в Берлине. Вот что у него получилось.

Сказка начинается с того, что главный герой утешает провинившегося перед фараоном вельможу и напутствует его не запинаться при встрече с властелином, «ибо спасение человека – в устах его, ибо слово пробуждает снисхождение». Для ободрения автор рассказывает историю одного своего путешествия.

«Спокойна Великая Зелень. Чист лазурит небес. Небо смотрится в море, как в ясное зеркало. По бирюзовым волнам птицей несется корабль. Весла с его бортов взлетают, подобно крыльям. Бьется на крепких реях ветром наполненный парус.

Полотнище паруса так велико, что им управляют четверо. Два рулевых поворачивают руль-кормило. А всего на борту сто двадцать один человек: посланец фараона, – да будет он здрав, силен и благополучен, – и моряки. Все они люди бывалые и отважные – отборные матросы. Видали они землю, видали они и небо, храбры были их сердца более чем у львов. Встретиться с бурей им нипочем. И корабль также крепок и велик. Длина его сто двадцать локтей, а ширина сорок. (Локоть – это мера длины, равная примерно 50 см. То есть длина корабля составляла примерно 60 метров, а ширина – 20).

– А ну, торопись, а ну, торопись! – кричит на корме надсмотрщик, и ременная треххвостая плеть рассекает прозрачный воздух.

Гребцы все вместе откидываются назад. Весла взлетают и падают в воду. Соленые брызги бьются о волнорез.

Куда несется быстрый корабль? В какую даль смотрят два глаза, нарисованные на борту?

Есть за краем Египта угрюмые скалы. Ни трава, ни кусты не растут по обрывистым склонам. Птицы там не щебечут, звери голоса не подают. Лишь лязг цепей да грохот кувалд разносит гулкое эхо. Это рабы в цепях и колодках бьют и дробят породу, добывая для фараона золото.

Вот уже скрылась из виду земля. Вышел корабль в открытое море. Моряки посмотрели на небо: чист лазурит небес. Посмотрели они на воду: спокойна Великая Зелень.

– Бури не должно быть, – сказали все как один.

Но только успели вымолвить, как стало хмуриться небо, рев прокатился по морю. Примчался ветер, завыл, засвистал. Поднялись огромные волны, стеной пошли на корабль. Первая волна ударила с носа, и на бортах не стало обшивки. Вторая волна упала на палубу, и мачта переломилась словно тростник. Третья волна поднялась на восемь локтей и накрыла корабль. И вот самого корабля не стало. Он был разбит и затонул.

Все моряки погибли в бушующем море. Спасся один фараонов посланец. Ухватился он из последних сил за проплывавшее бревно – волна понесла и выбросила его на берег пустынного острова. Ветер скоро утих. Великая Зелень свернула волны. Бури словно и не бывало».

Вот такое интересное описание морского плавания встречается нам в этой сказке. Путешествие по морю было полно опасностей и только невероятно отважные люди могли на это решиться. Хотя отрывок с надсмотрщиком свидетельствует о том, что не всегда это решение было добровольным. Очевидно, что гребцы, или их часть, были рабами. А, как мы уже знаем, стать рабом в те времена было предельно легко – достаточно было повстречать на своем пути пиратов.

Дальше повествование говорит нам о встрече героя с хозяином острова – огромным Змеем. Он расспрашивал незваного гостя, с какой целью тот прибыл на этот пустынный остров, и даже угрожал сжечь огненным дыханием, если тот откажется говорить правду. Затем Змей относит обмершего от страха путника в своё жилище и осторожно кладёт на землю. Выслушав правдивую историю путника, со слезами Змей начинает свой рассказ:

« – Жил я здесь не один, а с дружной семьей. Было нас семьдесят пять Змеев и еще одна Змейка, моя младшая дочь. Она была такая ласковая и веселая, что ее я любил больше других. И вот, когда я уплыл в открытое море, с неба сорвалась звезда и рухнула прямо на остров. Загорелись деревья, запылали кусты. Весь остров стал огромным костром, и спрятаться было некуда. Никто не вышел живым из огня. Резвая Змейка сгорела вместе со всеми.

Из Змеевых глаз выкатились две большие слезы. Они упали на землю и превратились в два золотых самородка».

Растроганный рассказом мореплаватель обещает передать все фараону, чтобы тот вознаградил Змея за страдания. В ответ Змей рассмеялся и сказал, что остров обилен всеми благами. Змей советует мореплавателю вернуться в Египет с этим рассказом для людей, но никогда не искать этот остров вновь. Вскоре приплыл корабль фараона, куда люди погрузили благовония и богатые дары Змея. Как и предсказывал Змей, через два месяца корабль причалил в родную бухту, а герой стал более почитаемым и приближённым вельможей при фараоне.

Эта сказка положила начало приключенческому жанру в мировой литературе, а «подпись писца Аменаа, поставленная в конце сказки была внесена в „Книгу рекордов Гиннесса“ (1987) как древнейшая сохранившаяся подпись на папирусе». Если вам будет интересно, обязательно найдите ее и почитайте целиком! 5

Еще одно занимательное произведение древнеегипетской литературы – это «Путешествие Уну-Амона». Оно также написано иератическим письмом на папирусе, но относится к гораздо более позднему времени, когда Египет уже потерял свое былое могущество и влияние на соседние земли. Более того, Египет к тому моменту распался на две самостоятельные части – Нижний Египет и Верхний Египет.

Этот папирус также был найден египтологом Голенищевым в 1890 году во время одной из его поездок в Каир – столицу Египта. В следующем году он купил его разорванные куски у двух каирских торговцев древностями и передал их в Московский музей изобразительных искусств им. Пушкина. Этот папирус был переведен и издан только через 70 лет. Многие исследователи считают, что это подлинный отчет о реальной поездке посланника фараона. Вот о чем говорится в этом произведении:

Верховный жрец и фактический правитель Верхнего Египта Херихор отправил жреца и чиновника Уну-Амона в Финикию, чтобы он привез оттуда кедровое дерево для строительства священной лодки Амона. В то время на севере Египта уже главенствовал автономный правитель Несубанебдед (Смендес), и Уну-Амону необходимо было получить разрешение на то, чтобы проследовать по нижнему течению Нила. Эту задачу ему удалось решить.

По прибытии в небольшой приморский город Дор в Палестине Уну-Амон столкнулся с огромной проблемой: деньги, выделенные на покупку древесины, были украдены кем-то из членов экипажа. Уну-Амон обратился к главе города в надежде, что тот найдет вора и возместит убытки. Но правитель отказал, так как члены команды корабля не являлись его подданными. Тем не менее власти провели обыск на судне, но это не принесло никаких результатов. Уну-Амон был сильно огорчен и пошел на крайнюю меру: согласно тексту папируса, он «освободил» несколько горожан от 30 фунтов серебра, назвав это компенсацией тех денег, от которых «освободил» его так и не найденный вор.

Следующей точкой на карте путешествия Уну-Амона был город Библ. Однако местный царь не захотел оказывать достойный прием египетскому жрецу. 29 дней Уну-Амон пытался наладить контакты с представителями финикийцев и договориться о покупке кедра. По его словам, ежедневно к нему в порт Библа присылали царского гонца с требованиями немедленно покинуть гавань. В конце концов Уну-Амон принял решение возвращаться домой, так и не выполнив поручение верховного жреца. Однако в последний момент настроение финикийского царя изменилось, и он принял Уну-Амона.

На встрече стало ясно, что царь Библа и не собирался продавать кедр. С сарказмом он пояснил, что, по его мнению, время величия Египта прошло, и «финикийское побережье уже не зависит от светской и религиозной власти в Фивах, которые не в состоянии контролировать даже собственно египетские земли». Царь не отрицал былого величия Египта, но гордо добавил, что не обязан выполнять требования Херихора, тем более, что в обмен на древесину не предлагалось ничего существенного: ни больших денег, ни ценных подарков. Царь продемонстрировал расчетные книги, из которых следовало, что даже величайшие фараоны-завоеватели всегда хорошо платили за кедр. 6

Однако Уну-Амон обладал выдающимися ораторскими способностями, и его речи покорили правителя Библа. Царь выделил египтянам ценный строительный материал, но взамен отправил в Танис корабль за товарами в счет оплаты. Все это время Уну-Амон был заложником в порту Библа. И только когда на горизонте появилась эскадра из 11 кораблей разъяренных жителей Дора, мечтающих вернуть свои деньги и отомстить наглому египтянину, ему удалось под прикрытием финикийцев покинуть город и отправиться обратно на Родину. На этом череда несчастий не закончилась. Уну-Амону удалось оторваться от погони и высадиться в Алашии (ныне остров Кипр), где на него тут же напали местные жители и пригрозили убийством. Уну-Амон воззвал к царице Кипра Хатиби, моля ее о помиловании. На этом папирус обрывается… Тем не менее текст написан от лица автора, так что скорее всего предприимчивый посол все-таки благополучно вернулся домой. Вот только неясно: с древесиной или нет.