Миссия в Сиену

James Hadley Chase

Mission to Siena

Copyright © Hervey Raymond, 1955

All rights reserved

© А. С. Полошак, перевод, 2021

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательская Группа „Азбука-Аттикус“», 2021 Издательство АЗБУКА®

Глава первая

Прелюдия к убийству

Констебль полиции Эллиот стоял перед входом в магазин, равнодушно посматривая на восточную сторону площади.

Был ноябрьский вечер, темный и промозглый. Дело шло к полуночи. Из-за мерзкой погоды и позднего времени на площади не было ни души.

Дождь не прекращался уже три часа, булькал в сточных канавах и капал с фонарей, собираясь в лужицы на блестящей мостовой. Вдобавок ко всему поднялся холодный ветер. Эллиот с тоской вспомнил свою уютную гостиную с жарким камином. Подумал о жене, которая – хотелось бы надеяться – тоже о нем не забыла. Хмуро взглянул на темное небо, пытаясь разглядеть просвет между тучами.

– Не подскажете, где гостиница «Полсен»?

Эллиот опустил глаза на возникшую перед ним женскую фигуру, но лица не рассмотрел: девушка стояла спиной к фонарю. На ней был белый макинтош и изящная черная шляпка. В правой руке девушка держала холщовый портплед с кожаными вставками.

Говорила она с акцентом – то ли испанским, то ли итальянским. Точнее определить мог лишь знаток иностранных языков, а Эллиот таковым не являлся.

– Гостиница «Полсен», мисс?

– Да.

– Сто ярдов вперед, потом направо.

Выйдя из-под навеса, констебль махнул рукой в нужную сторону. Девушка повернула голову, чтобы проследить за его движением, и свет фонаря упал ей на лицо.

Эллиот решил, что девушке лет двадцать пять. Может, двадцать шесть. Первым делом он обратил внимание на выбившуюся из-под шляпки прядь волос цвета красного золота: такого необычного оттенка он раньше не видел. В тусклом свете фонаря широко расставленные глаза казались зелеными, словно изумруды. Девушка была красива – той чувственной красотой, от которой в душе у Эллиота что-то шевельнулось, впервые за много лет.

– Спасибо.

Развернувшись, она собралась уйти, но Эллиот окликнул ее:

– Секундочку, мисс! Если вы впервые в Лондоне, вам следует знать, что «Полсен» не самая лучшая гостиница.

Девушка смотрела на залитую дождем площадь – так, будто не услышала его слов.

– У нее дурная репутация, мисс, – продолжил констебль. – Юной леди не стоит останавливаться в таком месте.

Девушка взглянула на него:

– Спасибо. Я не собираюсь там останавливаться. Доброй ночи.

И быстро ушла. Эллиот хмуро смотрел, как ее фигура тает под дождем.

Расправив тяжелые плечи – так, что скрипнул блестящий плащ, – констебль сказал себе: «Что ж, я ее предупредил. Интересно, кто она и откуда приехала?» Потом он задумался: почему именно «Полсен»? Место было невзрачное и малоприятное – как и все гостиницы, где можно снять комнату на час, не опасаясь неудобных вопросов.

Он покачал головой. Неужели такая красотка… Но тут сказались пятнадцать лет однообразной службы. Эллиот понял, что дальнейшая судьба девушки ему неинтересна. Если думать о каждом, кто спросил у тебя дорогу, жизнь проще не станет, уж это точно.

И констебль продолжил патрулировать свой участок. Мысли о мимолетном знакомстве с зеленоглазой красавицей скрашивали его одиночество под дождем.

Пожилой толстяк пробежал по грязному холлу, толкнул вращающиеся двери и исчез в промозглой темноте.

Ночной администратор гостиницы «Полсен» Джек Дейл, проводив его взглядом, пожал узкими плечами. Должно быть, толстяк спешил на поезд. Задумавшись, как тот будет оправдываться перед женой за опоздание, Дейл цинично усмехнулся. У гостиницы «Полсен» были именно такие завсегдатаи – женатые мужчины не первой свежести.

По лестнице спустилась девушка в латаном-перелатаном матерчатом пальто. Ее можно было бы назвать красивой, если бы не гранитный взгляд и поджатые губы.

Она подошла к Дейлу и бросила ключ на заляпанную чернилами промокашку. Вслед за ключом отправилась мятая купюра в один фунт.

– Снова на улицу? – Схватив деньги, Дейл сунул их в ящик конторки. – Там льет как из ведра.

– Разумеется, мне снова нужно на улицу, – сердито сказала девушка. – Пока что я даже на квартплату не заработала. Даже не знаю, что делать, если этот чертов дождь не закончится.

– Старая песня, – усмехнулся Дейл, вешая ключ в шкафчик за стойкой. – То у тебя дождь, то еще какая-нибудь напасть.

– Помолчали бы, – с горечью произнесла девушка. – Вам-то не приходится часами торчать под дождем.

– Иди уже, – сказал Дейл. – Не терзай мне душу.

Проследив, как она спускается по ступенькам и выходит в дождливую ночь, он снова пожал плечами и потянулся за «Ивнинг стандард». Когда Дейл читал футбольную колонку, в холл вошла девушка в белом макинтоше.

Он поднял взгляд. Любопытно, что привело такую красотку в гостиницу «Полсен»? Раньше она сюда не заглядывала. Выпрямившись, Дейл обнажил потускневшие зубы в гнусной ухмылке.

– Мистер Крантор у себя? – спросила девушка, твердо глядя на Дейла изумрудными глазами.

– Да, у себя. – Улыбка на лице Дейла сменилась гримасой удивления. – Второй этаж, номер двадцать шесть. Он велел вас впустить.

Развернувшись, девушка направилась к лестнице и проворно поднялась по ступенькам.

Дейл беззвучно присвистнул.

С чего бы такой милашке искать встречи с Крантором? Почему именно с ним? У нее с собой портплед. Неужели решила заночевать? Если не спустится через час, нужно будет позвонить Крантору.

По тускло освещенному коридору девушка дошла до номера 26. На секунду застыла у двери и прислушалась. Из комнаты не донеслось ни звука. Подняв затянутую в перчатку руку, она постучала.

Дверь отворилась. За ней стоял Крантор.

– Наконец-то, – сказал он, глядя на девушку своим единственным глазом. – Я уж думал, вы не придете.

Она прошла вслед за ним в просторную комнату.

На большом столе горела лампа, рядом с ней лежал ворох бумаг. Другого света в комнате не было, и Крантор с девушкой не могли как следует рассмотреть друг друга.

– Скверная ночь, – сказал Крантор. – Давайте мне ваш плащ. Повешу его в ванной.

Сняв белый макинтош и шляпку, девушка передала их Крантору. Встряхнула головой, чтобы распустить волосы, и подошла к зеркалу у газового камина.

По пути в ванную – дверь ее находилась прямо в студии – Крантор щелкнул выключателем, и неуютную комнату залило светом.

Аккуратно повесив мокрый макинтош на стул, Крантор встал в дверях и уставился на девушку.

«Ну давай, – подумал он, – взгляни на меня. Рассмотри хорошенько, красавица. Посмотрим, крепкий ли у тебя желудок».

Девушка, повернувшись спиной к камину, грела стройные ножки. Собралась закурить, подняла глаза и увидела Крантора в свете подвесной лампы.

Лицо ему разворотило в битве при Монте-Кассино. Раскаленные осколки артиллерийской мины изуродовали Крантора до неузнаваемости. Кропотливо потрудившись над остатками его физиономии, пластические хирурги сотворили маленькое чудо: вернули Крантору хоть и отдаленное, но все же сходство с человеческим существом. Левый глаз его был прикрыт черной повязкой, а углы жесткого тонкогубого рта опустились вниз, обнажив зубы, отчего казалось, что Крантор свирепо скалится. В целом лицо его выглядело так, словно его вылепил неумелый скульптор, заигравшийся с пластилином.

Хирурги велели Крантору подождать, пока не заживут шрамы, и явиться на новую серию операций. Ему пообещали, что где-то через год он будет выглядеть вполне прилично.

Но Крантор так и не вернулся к врачам. Собирался, но времени вечно не хватало. Позже, когда он стал вести лондонские дела Альскони, вопрос о новых операциях отпал сам собой. Проваляться несколько месяцев на больничной койке значило потерять неплохие деньги. А деньги интересовали Крантора гораздо сильнее, чем собственная внешность.

Первые месяцы ему приходилось несладко, но позже он даже начал чувствовать болезненное удовольствие, когда люди вздрагивали и отводили взгляд. Сейчас же Крантор внимательно смотрел на девушку, ожидая ее реакции.

Он был разочарован. Девушка не отвела взгляда и не вздрогнула. Она внимательно рассматривала его лицо, и в глазах ее не было ни жалости, ни отвращения.

– Неужели ваши хирурги не способны на большее? – спросила она. – Или у вас не хватило терпения?

Крантор почувствовал, что закипает. Поначалу ему хотелось увидеть, как девушка вздрогнет от ужаса. Теперь же он представил, как стискивает ее белое горло.

– Вам-то какая разница? Моя физиономия – это мои проблемы. Заботьтесь лучше о своем личике.

– Не смейте так со мной разговаривать! – резко произнесла девушка.

Крантор взял себя в руки. Что это с ним? Разговор на повышенных тонах – не лучший способ произвести хорошее впечатление. Крантор впервые встречался с человеком из организации Альскони. Эта девушка приехала из самой Италии, чтобы проверить, как он справляется с работой. Если она останется довольна, есть шанс получить повышение. А Крантор был честолюбив.

Он работал на Альскони уже третий год и недавно узнал, что труды его не очень-то важны для организации. Это, скорее, был побочный проект. Теперь же Альскони решил развернуться в Лондоне по-настоящему, и Крантор понял: пора ловить удачу за хвост.

– Простите, – сказал он, выключая верхний свет. – Я до сих пор не могу сдержаться, когда речь заходит о моей внешности. На моем месте любой бы нервничал. Но вы присаживайтесь. Не желаете выпить?

– Нет, спасибо.

Девушка подошла к столу, выдвинула стул и села. На ней было искусно скроенное черное платье, а на шее изящное колье из золотых лавровых листьев.

Крантор тоже сел. Он старался держаться в тени, а когда закуривал, отвернулся, чтобы не показывать лицо в свете огонька зажигалки.

– Вы уже нашли нужного человека? – спросила девушка.

– Да, нашел, – сказал Крантор. – На поиски ушло какое-то время, но парень словно создан для этой работы. – Он взглянул на наручные часы. – Будет здесь через несколько минут. Я решил, что вы захотите на него взглянуть.

– Ошибок быть не должно, – сказала девушка, пристально глядя в единственный глаз Крантора, черный и блестящий. – Это наше первое дело. А первое дело должно пройти успешно. – Стряхнув пепел с сигареты, она продолжила: – Расскажите мне об этом человеке.

– Его зовут Эд Шапиро, – начал Крантор. – В полицию не попадал. Родился в семье циркачей. Позже выступал сам, мастерски метал ножи. Потому-то я его и выбрал. После войны он бросил цирковую жизнь. Возил для меня кое-какую контрабанду, теперь же хочет начать собственное дело. Для этого ему нужно купить быстроходный катер. Узнав, сколько мы платим, Шапиро с радостью согласился нам помочь.

– Он справится?

– Если кто и справится, то только он.

– Что сделано на данный момент?

– Во вторник мы отправили первое письмо. Сегодня ночью Шапиро проникнет в дом. Оставит в столовой черепаху и новую записку. Завтра в девять курьер зайдет за деньгами… – Умолкнув, он взглянул через стол на девушку: – Вот здесь я в замешательстве. Вдруг он заплатит?

– Об этом не беспокойтесь. Он не станет платить. Потому-то мы его и выбрали. Этого человека невозможно запугать.

– Ну хорошо, раз уж вы так уверены. Если он все же заплатит, наша затея провалится.

– Он не заплатит.

– В таком случае в четверть десятого Шапиро все сделает. Вы принесли нож?

Наклонившись, девушка придвинула к себе лежавший на полу портплед. Взглянув на изящный изгиб ее спины, Крантор почувствовал укол горького сожаления. Такая красотка не для него. Он обречен коротать свой век в компании страхолюдин.

Девушка выложила на стол плоский деревянный футляр. Открыла его и вынула нож с широким лезвием и тяжелой резной рукояткой из дерева.

Внимательно осмотрев клинок, Крантор спросил:

– Не слишком ли опасно? Полиция не отследит подобную вещицу?

– Мы всегда пользуемся ножами такой формы, – сказала девушка. – Их делают специально для нас. Отследить невозможно.

– Ну, раз уж это необходимо… – с тревогой произнес Крантор.

– Что «это»? – резко спросила девушка.

– Черепаха, нож и записки с угрозами.

– Конечно. Нам нужна реклама. Черепаха вызовет интерес у прессы. Важно, чтобы история попала на первые полосы газет. После Ференси у нас будет еще один клиент. Получив записку, он поймет, что у нас серьезные намерения. Поэтому заплатит. Такой план отлично сработал во Франции, в Италии и Америке. Здесь тоже не должно быть сюрпризов.

– Если все пройдет гладко, остальные дела доверят мне? – спросил Крантор.

– Разумеется.

– Значит, сюрпризов не будет. Обещаю. – Встав из-за стола, Крантор подошел к буфету и налил себе виски. – Точно не хотите выпить?

– Нет, спасибо.

Он стоял в тени и смотрел на девушку.

– Я ведь даже не знаю вашего имени. Или мне не следует его знать?

– Можете называть меня Лорелли, – сказала она.

– Лорелли… – Крантор кивнул. – Красивое имя. Вы давно в организации?

– Мне поручили расплатиться с Шапиро, – сказала девушка, не обратив внимания на его вопрос. – Где я смогу его найти, когда он выполнит поручение?

– Расплатиться? – Крантор почувствовал, как к лицу приливает кровь. – Почему? Это я его нанял. Давайте деньги, я сам с ним рассчитаюсь.

– Где мне его найти? – повторила девушка, твердо глядя на Крантора.

– Не понимаю. – Он вернулся к столу. – Мне что, не доверяют?

– Я должна сообщить боссу, что вы отказались выполнять приказ? – холодно осведомилась девушка.

– Конечно нет, – торопливо сказал Крантор. – Просто мне казалось…

– Где мне его найти? – снова спросила девушка.

– Атенс-стрит, дом двадцать пять. Это в Сохо, – сказал Крантор, ценой чудовищных усилий сдерживая гнев.

Тренькнул телефон. Крантор снял трубку.

– Вас спрашивает какой-то парень, – сказал Дейл. – Впустить?

– Да, – ответил Крантор.

– Кстати, – продолжал Дейл, – той юной даме не нужен отдельный номер? Могу устроить ей комнату рядом с вашей.

Крантор взглянул на Лорелли:

– Хотите снять здесь номер?

Она покачала головой.

– Она не планирует здесь останавливаться, – сказал Крантор Дейлу.

– Значит, сегодня не ваш день, – усмехнулся Дейл.

Крантор бросил трубку.

Эд Шапиро был высоким худощавым типом – нос крючком, землистое лицо и бегающие глазки. На нем был черный костюм в широкую белую полоску, черная рубашка, белый галстук и черная шляпа с гибкими полями, надвинутая на правую бровь. Во рту сигарета.

Прислонившись к стойке, он дохнул парами виски в лицо Дейлу. Тот поморщился, отпрянул и сказал:

– Поднимайтесь. Номер двадцать шесть. Кстати, вы крепко набрались.

Выбросив вперед длинную руку, Шапиро схватил Дейла за рубашку и хорошенько встряхнул – так, что у того запрокинулась голова.

– Кончай, приятель. А не то зубов недосчитаешься.

Дейл не шевелился. Злобный взгляд Шапиро поверг его в ужас, лицо его побледнело.

Отпустив Дейла, Шапиро еще сильнее надвинул шляпу на правую бровь, прошагал по холлу и поднялся по лестнице.

Почти весь вечер он накачивался спиртным, чтобы унять нервы. Ему доводилось делать разные вещи, но на убийство он подписался впервые. С другой стороны, Шапиро хотел себе тот быстроходный катерок так сильно, что последние два месяца только о нем и думал. Предложение было реальное. Шапиро знал, что такой катер за эти деньги – просто подарок судьбы. А где еще взять тысячу фунтов, кроме как у Крантора? Тот как раз предложил нужную сумму. Медлить было нельзя, на горизонте маячил другой покупатель.

«Долго придерживать не смогу, – сказал хозяин катера. – Я и рад бы оказать тебе услугу, но этот парень уже готов выложить наличные. Если не провернешься до следующей пятницы, считай, что не успел».

Шапиро и подумать не мог, что мысли об убийстве так расшатают его нервную систему. Крантор заверил: все пройдет как по маслу. Однако Шапиро питал немалое уважение к полиции. И высоко ценил собственную шкуру. Убийство же – нехорошая штука. Ты уже решил, что оно сошло тебе с рук, а потом раз – и в самый неподходящий момент все тайное становится явным.

Крантор пытался развеять его сомнения.

«Ну головой подумай, – говорил он. – Ты ни разу не попадался. В полиции нет твоих отпечатков. Если все сделаешь, как я тебе скажу, тебя никто не увидит. Ты вообще никак не связан с жертвой. И о чем тут волноваться?»

Но чем больше Шапиро думал про этот план, тем сильнее становились его сомнения. А если кто-то заметит его возле дома? От мысли, что его обвинят в убийстве, кровь стыла в жилах. Тогда-то он и начал пить. После пары-тройки двойных виски Шапиро сумел взять себя в руки и сосредоточился на мыслях о катере. Сделав дело, он тут же поедет в Фалмут, купит свой катерок и свалит во Францию.

Поднимаясь по лестнице, Шапиро уже горел желанием взяться за дело. Пошатываясь, он открыл дверь номера 26, увидел Лорелли и застыл на месте. Девушка, повернувшись в кресле, окинула его внимательным взглядом.

– Входи. И дверь закрой! – приказал Крантор.

Шапиро закрыл дверь. Посмотрел на Крантора и снова уставился на Лорелли. «А она-то что здесь делает? Ну и красотка!» – подумал он. Поправил галстук, снял шляпу и расплылся в наглой ухмылке.

Крантор встал:

– Ну ладно, Эд, хватит. – В голосе его звякнул металл. – Она работает с нами.

Шапиро подошел к столу. Ухмылка его стала еще шире.

– Ну и ну, вот так прелесть. Привет, милашка. Вижу, мы с тобой прекрасно поладим.

Лорелли смерила его взглядом и коротко сказала:

– Молчите, пока вас не спросят.

– Эй, полегче! – Шапиро все еще ухмылялся.

Крантор отвесил ему оплеуху. Шапиро едва устоял на ногах.

Восстановив равновесие, он замер и тупо уставился на Крантора.

– Сядь и заткнись! – прошипел Крантор. Глаз его горел, словно раскаленный уголек.

Придвинув стул, Шапиро уселся, потрогал лицо и дрожащим голосом сказал:

– Больше так не делай, а не то…

– Заткнись! – повторил Крантор.

– Мне он не нравится, – сказала Лорелли так, словно Шапиро не было в комнате. – Он пьян, нервы у него ни к черту, и он понятия не имеет, что такое дисциплина.

– Он все сделает, – сказал Крантор. – А если нет, я его убью.

Шапиро почувствовал, как к горлу подкатывает тошнота. Он знал, что Крантор не бросается пустыми угрозами.

– Так, минуточку… – начал он.

Крантор взглянул на него, и Шапиро осекся.

– Ты все слышал. Провалишь дело – и я тебя убью.

– С чего ты взял, что я провалю дело? – хрипло спросил Шапиро.

– Смотри у меня, – сказал Крантор и передал ему нож с широким лезвием рукояткой вперед. – Вот тебе инструмент. Покажи, как ты с ним управляешься.

Взяв нож, Шапиро взвесил его на ладони. Провел по лезвию большим пальцем и странным образом переменился: лицо его подтянулось, глаза ожили, движения стали уверенными.

– Ох, красавчик, – бормотал он. – Ох, пижон.

Подбросил нож – тот закрутился в воздухе – и поймал его за рукоятку.

– Покажи, – повторил Крантор.

Шапиро обвел взглядом комнату. Не увидев достойной мишени, он встал, вынул из кармана брюк колоду карт и нашел бубнового туза. Прошелся по комнате, отклеил от стеклышка наручных часов комок жвачки и прицепил карту к обоям.

Отошел к противоположной стене. Лорелли не видела карты, та была в тени. Поставив локти на стол, подперев голову ладонями, девушка внимательно следила за действиями Шапиро.

Снова взвесив нож на ладони, он сделал резкий бросок. Клинок вылетел у него из руки со скоростью пули.

Крантор повернул настольную лампу так, чтобы свет упал на стену.

Нож вонзился в центр ромба на карте. Лезвие наполовину ушло в штукатурку.

– Вот видите, – сказал Крантор. – И он может повторить такой фокус двадцать раз подряд.

– Да, неплохо, – смягчилась Лорелли.

Шапиро с важным видом подошел к стене, выдернул нож и вернулся к столу.

– В Англии попросту нет специалистов моего уровня, – сказал он. – Ну что, я достойный кандидат?

– Достойный, – согласилась Лорелли, не глядя на него. – Если будете держать себя в узде.

– Об этом не беспокойтесь, – сказал Шапиро. – С нервами у меня все в порядке. Так что насчет денег? Мне хотелось бы получить аванс.

Лорелли подняла глаза:

– Вам заплатят, когда он будет мертв, и не раньше. – Она встала. – Завтра вечером, в половине одиннадцатого, я приду на Атенс-стрит, в дом номер двадцать пять. Вы предоставите мне подробный отчет.

Шапиро хотел что-то сказать, но увидел, что Крантор угрожающе шагнул вперед, и передумал.

– Теперь же у меня есть другие дела, – продолжила Лорелли. – Мне пора. Зайду к вам завтра, около полудня. Будьте добры, мой макинтош.

Крантор принес из ванной макинтош и шляпку. Оба мужчины молча смотрели, как девушка надевает шляпку и поправляет волосы перед зеркалом.

– И чтобы никаких недоразумений, – сказала она, надевая макинтош.

– Все будет в порядке, – заверил ее Крантор.

Взяв в руки портплед, Лорелли направилась к двери.

– Если что, отвечать будете вы, – сказала она, взглянув на Крантора.

Вышла из комнаты и тихонько прикрыла за собой дверь.

Глава вторая

Черепаха

Пикадилли была залита водой. Сидя за рулем черного «бентли», Гарри Мейсон невесело думал, что машину придется мыть снова: получается, дважды в день. Один раз – еще нормально, работа есть работа. Но второй – уже чересчур. Такое ощущение, что на этом поганом острове не бывает ни дня без дождя.

Сидевший рядом с ним Дон Миклем вдруг подался вперед.

– Смотри-ка, там миссис Ференси, – сказал он, нарушив ход мыслей Гарри, и опустил стекло. – Предложу ее подвезти.

Гарри свернул к тротуару.

У бордюра, тщетно высматривая такси, стояла девушка в черно-белом клетчатом макинтоше: тоненькая блондинка с фиалковыми глазами. Помахав ей, Дон решил, что лицо у нее бледнее обычного, а вид весьма взволнованный.

– Джулия! – Он выскочил из машины под дождь. – Вот так встреча! Почти месяц тебя не видел. Подвезти?

Заметив его, девушка оживилась:

– Господи, Дон! Я думала, ты в Ницце.

– Скорее всего, уеду через пару недель. Прыгай в машину, пока не промокла еще сильнее. – Открыв заднюю дверцу, он помог Джулии забраться на сиденье и уселся рядом с ней. – Ну, как у тебя дела? Куда путь держишь?

– Я так рада тебя видеть, Дон. – Не снимая перчаток, Джулия тонкими пальцами коснулась его руки. – Я думала, ты в отъезде, иначе позвонила бы. Мне нужно поговорить с тобой насчет Гвидо.

– Может, поедем ко мне? – спросил Миклем. Серые глаза его пытливо всматривались девушке в лицо. – До часа я совершенно свободен. – Он взглянул на часы. – А сейчас лишь четверть двенадцатого. Или предпочтешь посидеть в «Баркли»?

– Лучше у тебя, – сказала Джулия. – Только недолго. Мы с Гвидо условились пообедать.

– Домой, Гарри, – велел Миклем.

Гарри утопил педаль в пол, и «бентли» с ветерком помчался в сторону Аппер-Брук-Мьюс – к белоснежному домику с желто-зелеными ставнями, который вот уже шесть лет был лондонской резиденцией Миклема.

– У Гвидо все в порядке?

Джулия вымученно улыбнулась:

– Да, все отлично. Вчера о тебе вспоминал. Ты слышал, что у него теперь своя компания? И он придержал для тебя место в правлении. Но сейчас это не важно. Позже он сам с тобой поговорит. Ты же знаешь Гвидо, у него всегда планов громадье. Он… – Замолчав, она отвернулась к окну и сжала кулаки.

Приподняв бровь, Дон закурил сигарету. Видать, что-то случилось. Неужели Гвидо завел себе любовницу? Нет, это вряд ли: он предан Джулии. Хотя… чем черт не шутит.

Затормозив у дома 25а, Гарри выскочил из машины и открыл заднюю дверцу. Вытянулся во фрунт перед Джулией и был слегка разочарован ее рассеянной улыбкой. Дон проводил девушку в просторную гостиную, оформленную в спокойных тонах.

– Присаживайся, – сказал он. – Покури, приди в себя. Херес или мартини?

– Не откажусь от хереса.

Позвонив в звонок, Дон взял ящичек с сигаретами, отнес его к столу и поставил рядом с Джулией. Поднес девушке зажигалку, и тут в комнате появился Черри, батлер и сомелье в одном лице.

Черри был высокий грузный мужчина, кровь с молоком, гордый обладатель тройного розового подбородка. Его нередко принимали за архиепископа. Несмотря на свои шестьдесят с лишним лет, двигался он на удивление проворно.

– Вызывали, сэр? – спросил он низким густым голосом.

– Миссис Ференси желает выпить рюмку хереса, – сказал Дон. – А мне принесите виски.

– Сию минуту, сэр, – сказал Черри с одобрительной миной на пухлой розовой физиономии, едва заметно поклонившись девушке.