Белая Башня. Осколок Хаоса

Часть 1. Осколок Хаоса.

Сколько ты не убегай,

Все равно придешь ко мне!

Силой ты других пугай,

Жить тебе всю жизнь во Тьме!

Дани открыл глаза и привычным движением стер капельки холодного пота со лба. Один и тот же кошмарный сон преследовал его уже давно: он борется с Тенями, пытаясь победить их отцовским мечом, но пронзить Тень невозможно – она бестелесна. Дани знал это в реальной жизни, но во сне отчаянно бился, стараясь поразить врага. В конце сна Тень всегда принимала человеческий облик, и всегда, когда он наносил решающий удар, – это оказывался кто-то из его близких. А дальше голос: знакомый и незнакомый одновременно. Дани не обладал пророческим даром своей сестры, но в этих снах грань между сновидением и реальностью, между прошлым и будущим всегда была весьма зыбкой, ускользающей, запутывающей его сознание. Он стряхнул с себя сухие листья и поморщился: тело затекло от долгого лежания на голой земле, ночь была холодной, а одеяло он с собой не взял. Конечно, он получит выговор от отца и выслушает упреки от матери, но Брэн, как всегда, заступится за него. Дани – его лучший разведчик, не считая, конечно, Волков. Дани провел рукой по бритой голове, чтобы убедиться, что на ней не осталось листьев или сухих травинок. Он расправил свой плащ и, отвязав Махраона, залез в седло и поскакал в сторону северных ворот Белой Башни.

– Себастьян, расскажи еще раз про рождение дракона!

– Замолчи, Мила, мы эту историю слышали много раз и последний из них – вчера!

– Расскажи про то, как Свет пролился на Белую Башню во время Великой Битвы!

– Нет! Я знаю эту историю наизусть! Объясни лучше, почему у Воинов есть животное-покровитель, а у Хранителей – нет?

– Да это легко! Воин должен быть самым сильным, чтобы защищать всех, а Хранитель защищает только свою Жрицу! Ему не нужна сила зверя…

Себастьян сидел на своем громоздком стуле с кожаным, изрядно потрескавшимся сидением, в окружении учеников первого курса, которые наперебой задавали старику вопросы. Бывший дворецкий лорда Южных Земель, он уже много лет работал в самой большой библиотеке в Мире. Вокруг него толпились мальчишки и девчонки, прибывшие со всех Четырех Сторон, которые прошли через сложный отбор и сдачу вступительных экзаменов, чтобы гордо называть себя учениками Белой Башни. Сразу несколько ребят претендовали на одно место будущего Хранителя или Жрицы. Старый библиотекарь костлявыми морщинистыми руками перебирал рукописи и сдержанно подхихикивал, слушая болтовню ребят. Конечно, он не будет им рассказывать всех подробностей: про тяжесть потерь, про бремя принятых решений, про жертвы, которые пришлось принести во имя великих побед и неизбежность грядущих войн с силами Тьмы. Хоть они и учились в самом элитном учебном заведении в Мире, им еще рано было знать все. Всего не знал никто, даже он. Или даже сам Старший Хранитель.

– Себастьян, расскажи про то, как Свет создал энергию, – робко предложила курносая шестилетняя Мила.

– Ну что ж, – начал старик, откашливаясь:

В начале была Тьма, отделенная от Света, и породила Тьма Хаос, и окутал Хаос весь Мир, созданный Светом вопреки Хаосу. И вселил Хаос отчаяние и безумие в каждую тварь живущую, и охватило Мир великое страдание, и ждала Мир погибель. Тогда Свет упорядочил Хаос, превратив его в энергию, и восстановил Свет гармонию и жизнь в Мире. И поставил Свет людей во главе тварей, и велел им молиться, и поставил Свет Первых Жриц во главе людей, и научил их управлять энергией. И овладели Первые Жрицы Силой энергии, и велел им Свет защищать Мир во Имя Света от сил Тьмы. И так было всегда…

В коридорах Белой Башни царила суета и толкотня, как всегда между уроками. Ребята распределялись по классным комнатам, проносясь по коридорам, натыкаясь на Хранителей и Старших Жриц, и бесконечно извиняясь. Мальчики были одеты в аккуратные камзолы темно-синего цвета, а девочки в скромные, но хорошо пошитые серые платья с двумя разрезами вдоль ног и штанами, удобными для занятий по обороне и верховой езды. Дети отличались по полу и возрасту, но у всех у них Лилит заметила что-то общее: в их глазах светились азарт и гордость. Лилит никогда не могла и мечтать о том, чтобы родители отдали ее в школу, тем более в такую. У них была большая семья, и родители еле сводили концы с концами. Лилит была самой младшей – последним, уже нежданным ребенком в семье, да еще и девочкой… И сейчас она шагала следом за Старшей Жрицей по коридорам Белой Башни, с завистью глядя на учеников, весело снующих вокруг нее.

– Как вы сказали, вас зовут?

– Лилит, Ваша Светлость.

– Послушайте, Лилит, отвечайте на вопросы коротко, четко и ясно, по существу. Не перебивайте и проявляйте уважение.

– А кто будет задавать эти вопросы? – спросила Лилит Старшую Жрицу, которая торопливо вела ее за собой. – Я же, вроде, уже ответила Вам на все вопросы. Да и нанимаюсь я не писарем к Ее Светлости, а всего лишь…

– Половой, я знаю, – перебила ее Старшая. – Но по нашим правилам все новенькие должны быть непременно допущены ею.

– Кем – ею?

Старшая остановилась, и Лилит на мгновение показалось, что она молится. По крайней мере, Жрица как-то странно закатила глаза и прикрыла их, то ли в молчаливом смирении, то ли отдаваясь воспоминаниям, связанными с этой персоной.

– Ее Светлость Лия, – наконец произнесла она. – Зеленая Жрица Высшего Совета, правая рука Верховной Жрицы, да помогут тебе Силы Света! – с этими словами Старшая впихнула Лилит в комнату и закрыла дверь у нее за спиной.

В комнате за письменным столом сидела женщина средних лет, точный возраст которой было сложно определить из-за шапки рыжих волос без малейшего намека на седину. Женщина оторвалась от рукописей и подняла на Лилит взгляд строгих зеленых глаз, от которого Лилит невольно захотелось тут же выйти.

– Слушаю!

– Добрый… день, миледи… Ваша Светлость, – Лилит пыталась собраться с мыслями. – Я новая служащая, меня приняли половой для уборки внутренних помещений. – Лилит начала вспоминать, зачем вообще пришла и, наконец, взяла себя в руки. – Мне сказали, что Вы хотите задать мне вопросы.

– Ну, это зависит от того, чего хочешь ты?

– Я хочу быть полезной.

– Это хорошо. Как тебя зовут?

– Лилит, Ваша Светлость.

– Хм… Полагаю, ты из Южных Земель, судя по имени, но на южанку ты не похожа…

– Я понимаю, миледи… простите, Ваша Светлость. Я родилась в Южных Землях, но мои родители родом не оттуда. Мать была всего лишь посудомойкой у лордов, а отец – конюхом. Мы жили бедно, но я много чего умею…

– Я не это имела ввиду, – перебила ее Лия, смягчив тон. – Бедность здесь, в Белой Башне, никого и никогда не смущала. Просто ты словно мне кого-то напоминаешь… – задумалась Лия. – Ладно, неважно! Если у тебя умелые руки, если ты готова много и хорошо работать, то какая разница, из каких ты Земель, верно?

– Верно, Ваша Светлость! – приободрилась Лилит. – Работать я умею, работаю я с детства и много. У нас была большая семья, я и с детьми ладить могу, с соседскими нянчилась!

– Этого тебе не придется делать! – резко одернула ее Лия. – Это не дети! Это будущие Жрицы и Хранители – надежда человечества. Ты должна понимать свое место в Белой Башне: твоя задача – это чистота коридоров, общих помещений и столовых. Свои кельи ученики убирают сами, на кухне тоже есть, кому убирать…

– А покои Ее Светлости Верховной Жрицы и Старшего Хранителя?

– Нет, это не будет входить в твои обязанности, – строго ответила Лия. – Коридоры и помещения общего пользования. Понятно?

– Понятно, Ваша Светлость! – Лилит уже собралась было уходить, довольная тем, как быстро и легко справилась с вопросами.

– Постой… – вдруг послышался голос Лии, и девушка почувствовала, как вспотели ее ладони. – Сколько тебе лет?

– Двадцать четыре, миледи…

– И ты никогда не пыталась поступить сюда в качестве ученицы? – в голосе Жрицы слышались нотки подозрения.

– Что Вы, Ваша Светлость! Мне и думать было некогда об учебе, тем более в Белой Башне. Старшие братья кое-как обучили меня читать да писать, на этом все мое образование и закончилось. Нас было семь… то есть, шесть у родителей, я была шестым ртом в семье. Нежданным…

– Ладно, – снова смягчилась Лия. – Найди Сандру, она покажет тебе здесь все. С завтрашнего утра можешь приступать к работе!

– Благодарю Вас, – Лилит присела в реверансе и вышла из комнаты, облегченно выдохнув. Получилось!

Спускаясь вниз по лестнице на нижние этажи Башни, где жили служащие, она настолько погрузилась в свои мысли, что совсем перестала смотреть перед собой и чуть не врезалась в кого-то на полном ходу. Она вздрогнула от неожиданности и тут же принялась извиняться. Перед ней стояла молодая девушка, примерно ее ровесница с невероятно привлекательной внешностью: белокурые завитки волос обрамляли прекрасное лицо с большими выразительными глазами голубого и зеленого цветов. Девушка вовсе не выглядела сердитой или раздраженной, наоборот, она посмотрела на Лилит с какой-то чарующей нежностью и на мгновение склонила голову набок, разглядывая ее. Лилит стало не по себе от этого изучающего взгляда, она извинилась и поспешно побежала вниз по ступенькам. А девушка еще стояла в задумчивости какое-то время на том же месте, словно оцепенев. «Что за странное место! Что за странные люди!» – думала на ходу Лилит.

Служащие Белой Башни жили в общих кельях по два–три человека на самых нижних этажах, рядом с библиотекой. Этажом выше располагалась кухня и столовый зал для учеников. Еще выше – кельи младших учеников первого и второго курсов. Далее – общий читальный зал и кельи старших учеников третьего и четвертого выпускного курса. Лилит показали келью, в которой она должна была жить еще с двумя девушками и, наконец, оставили ее одну: разложить вещи, умыться и переодеться в форму. Лилит легла на кровать и закрыла лицо руками. Она представила, как когда-то давно ее сестра лежала на такой же кровати двумя этажами выше…

На следующее утро Лилит провели по всем коридорам и показали помещения общего пользования. Коридоров и этажей оказалось так много, что на осмотр ушел почти весь день. Через две недели Лилит уже знала каждый уголок в Башне, прекрасно ориентировалась в расположении помещений, а самое главное – завоевала доверие старого библиотекаря.

– Доброе утро, Себастьян! – весело поприветствовала она старика. – Я, как обычно: быстро, тихо, не мешая. Сделаю свое дело, и будете дышать чистым воздухом без пыли и ходить по чистым полам без грязи!

– Да что ты, милая! – проскрипел, откашливаясь, старик ей в ответ. – Разве ты можешь мне мешать? Я только рад твоей компании!

– Ну и отлично! Я тоже очень рада Вашей компании. – Лилит бережно смахивала пыль с бумажных свертков специальной метелкой. – Все ли у Вас хорошо сегодня?

– Знаешь, милая, в моем возрасте тебе может быть хорошо только тогда, когда хорошо тем, кого ты любишь, кого считаешь своими детьми и внуками. Вот, если у них хорошо, так что ж мне старому жаловаться?

– Верно! Тогда, как дела у Старшего Хранителя, Ее Светлости, прекрасной юной Софи и ее младшего брата?

– Вот так, – улыбка тут же растянулась на лице Себастьяна, и сеточка мелких морщинок рассыпалась вокруг глаз. – Все-то ты понимаешь, милая, светлая у тебя голова, Лилит!

– Давайте, я хоть подмету там…

Улыбка тут же сошла с лица библиотекаря.

– Лилит, ну ты же знаешь! Правила Башни…

– Правила Башни запрещают кому бы то ни было заходить в хранилище библиотеки без разрешения Старшего Хранителя, кроме членов Высшего Совета и Ее Светлости, разумеется, – Лилит притворно закатила глаза и скорчила смешную гримасу.

– Ну вот, я и говорю – светлая голова!

Голова у Лилит и правда была светлой. По крайней мере, так говорили ей дома, в их деревне в Северных Землях. Она умоляла родителей отправить ее на учебу в Белую Башню, но в ответ слышала лишь: «Хочешь бездельничать, как твоя сестра?! Иди, работай!» Лилит не знала, есть ли у нее способности ее сестры, пока однажды не отшвырнула от себя пацана, даже не дотронувшись до задиры.

И вот сейчас она заговаривала зубы старому деду, тогда как сама уже имела четкий план в своей светлой голове. Она знала, где Себастьян держит ключи от хранилища: исключительно при себе, все время на поясе. Она так же точно знала, в какое время обычно нужно было начинать напевать себе под нос колыбельную, чтобы старик задремал. Оставалось аккуратно и тихо снять ключи и проникнуть в хранилище. Обычно у нее было полчаса времени, а то и целый час, пока Себастьян не начинал бормотать во сне – верный признак того, что он скоро проснется. И так уже продолжалось несколько дней. Лилит получала доступ к секретным архивам летописей, исторических свидетельств, редчайших фолиантов и вела свои поиски.

Софи стояла под изящным сводом потолка Храма Света и молча смотрела на высеченный круг с расходящимися от него прямыми и волнистыми линиями. Она уже закончила молитву и повернулась, собираясь уйти, когда взгляд ее уперся в мирян, стоявших перед ней на коленях. «София Светлая», – слышала она их шепот. «София Светлая пришла молиться о нас! Слава Свету!»

– Мы молимся о Вас! – раздался чей-то голос чуть громче.

– Молитесь Свету! – тут же ответила Софи. – Молитесь о Жрицах! Не надо молиться обо мне… Я – не Жрица! – при этих словах у Софи дрогнул голос, и она поспешила покинуть Храм, оставив мирян в полной растерянности.

Девушка вышла на улицу и, вдохнув свежий воздух полной грудью, подставила лицо солнцу, прикрыв от удовольствия глаза. Так, надо непременно отыскать брата! Софи направилась в сторону южных ворот Башни к тренировочной площадке Воинов. И чем ближе Софи приближалась, тем теплее у нее становилось на душе: здесь прошло почти все ее детство. Сюда она бежала, когда искала поддержки, здесь она сидела, когда ей хотелось побыть одной, здесь ее всегда ждал Брэн, готовый помочь разобраться со всем, словно второй отец. С этим местом связаны ее первые переживания и даже первая любовь. Подумав о последнем, Софи почти влетела в спину Ласа.

– Опять замечталась, Софи? – игриво посмотрел на нее мужчина, обернувшись.

– Да, прости, задумалась, – Софи глянула на Ласа своими удивительными разноцветными глазами – теми самыми, которые свели с ума половину Хранителей и уж точно большую половину Воинов Белой Башни.

Лас провел рукой по отросшим до плеч волосам, словно проверяя, что они не совсем спутались, и из них не торчат какие-нибудь щепки от детских деревянных мечей.

– Ты знаешь, твой отец… в смысле… Старший Хранитель привлек нас с Волками обучать обороне Хранителей выпускного курса! – с гордостью сообщил он девушке.

– Вы будете обучать их драться, как дерутся Волки?

– Чтобы драться как Волки, Софи, надо быть Волком! И Воином, как минимум, – с некоторой обидой в голосе ответил Лас. – Наша задача – обучить их работать в команде, это им пригодится во время битв. Кстати, твой брат тоже должен быть на этих уроках…

– Да, точно! Лас, ты не видел Дани? – тут же спросила Софи, оглядываясь по сторонам, словно кто-то в принципе мог бы не заметить Дани, если бы тот был на площадке.

– Нет, но он наверняка заглянет к Брэну после разведки. Останься, Софи! У меня скоро начнется тренировка с малышами…

– Разведки?! – тут же отреагировала Софи, и Лас невольно зажмурился. – Опять он ушел один?! Если снова заночует в лесу и не вернется, отец будет в ярости!

– Да ладно, Софи, ему уже семнадцать! Взрослый парень!

– Да, а мне двадцать три, и я по-прежнему его старшая сестра! А Дани – все еще ученик выпускного курса и будущий Хранитель!

– Софи, ну между нами, Дани такой же Хранитель, как я Жрица!

– Только ему не говори об этом, пожалуйста!

– Нем, как могила! – с улыбкой ответил Лас и подмигнул Софи. – Пойду к детям. Останься, Софи! Я скоро закончу.

Лас быстро зашагал в сторону собравшейся кучки мальчишек. Софи смотрела ему вслед: широкая спина с явно выраженными бугорками мышц как у всех Воинов Белой Башни, широкие плечи, но все же не такие широкие, как у ее брата, и на редкость светлые волосы. Лас был из Северных Земель, как и ее мать, а большинство северян были светлокожими, кареглазыми, но с более темными оттенками волос.

– О чем ворковали, голубки? – раздался голос рядом, и Софи с недоумением вытаращила глаза на Брэна.

– Голубки? Ты сказал голубки? – завозмущалась девушка. – Ну, давай, скажи громче, чтобы все слышали!

– Как скажешь, принцесса! – Брэн набрал в легкие побольше воздуха, когда Софи набросилась на него, словно тигрица, и зажала ладошкой ему рот.

Брэн в ответ лишь рассмеялся, а она обвила его шею руками и прижалась щекой к мощной груди, слушая биение его сердца.

– Брэн, ты знаешь, как сильно я тебя люблю?

– Нет. Расскажешь? Порадуй старика!

– Силы Света, Брэн! Ну какой ты старик? Ты Ласу фору дашь еще! Посмотри на себя! Ты словно скала, стоящая на защите Сил Света! Ты – несокрушимый Вождь Воинов!

– Ну ладно, ладно, уговорила! – Брэн с улыбкой гладил мозолистой рукой светлые кудри Софи. – Как дела в Совете?

– Ах, да! В Совете, – Софи убрала свои руки с шеи Брэна и отошла на шаг назад, притворяясь рассерженной. Софи никогда не могла всерьез сердиться на Брэна: у него был иммунитет, и этому иммунитету было уже двадцать лет. – Жрицы Высшего Совета на полном серьезе подняли вопрос об отстранении Дани от сдачи выпускных экзаменов в связи с его поведением и регулярными пропусками!

– Вот оно как… Поди, парню здорово досталось от отца!

– Конечно! А ты только подливаешь масла в огонь, потакая всем его прихотям!

– Да каким прихотям, дочь? Дани – Воин! Воины не сдают выпускных экзаменов. Они либо выживают, либо…

– Брэн! Я прошу тебя! – взмолилась Софи. – Не иди на конфликт с отцом! Дани – Хранитель, он уже одиннадцать лет учится, чтобы им наконец-таки стать! Отец в прошлый раз его чуть не запер в комнате, когда Дани не вернулся, оставшись в лесу. Я не переживу, если ты и папа… если вы переругаетесь из-за Дани!

– А чего хочет сам Дани, вы не хотите у него спросить?

– Чего он хочет – он еще сам не знает! То он хочет отправиться в свой первый поход и стать Хранителем Жрицы, то он думает уехать один исследовать Земли Четырех Сторон, то он мечтает когда-нибудь стать Вождем Воинов, как ты… А иной раз: «Нет, Софи, я не могу с тобой расстаться, я никуда не поеду, буду сидеть в Башне и рисовать карты сражений!»

Брэн слушал Софи, не скрывая улыбки. Дани, рисующий карты… Такое ему сложно было представить. Дани. Его лучший Воин. И карты…

– Ладно, Софи, никаких боевых вылазок и разведок до выпускного, согласна? Дальше пусть сам решает, кто он…

– Согласна!

– Вот и второй голубь летит…

– Что, прости?

– Второй голубь, говорю. Ты – словно гнездо, притягивающее птиц со всех окрестностей…

– Вождь! Софи! – подошедший к ним парень приложил правый кулак к груди, и Софи так и не успела ничего высказать Брэну.

– Во Имя Света! Как дела, Никита? – спросил Брэн, поглядывая на него и Софи одновременно. – Решился участвовать в выпуске?

– Я… Не… Совсем еще… – засмущался парень, косясь на Софи.

– Смотри, не затягивай! Выпуск раз в три года, и в следующий раз ты будешь уже староватым для семнадцатилетних Жриц! – подшучивал над ним Брэн, прекрасно понимая его переживания. Парень пошел бы с его Софи хоть на край света. Но Софи не была Жрицей и не могла участвовать в выпуске.

– Брэн, ты вроде сам ни разу не участвовал в выпусках, – пришла на помощь Никите Софи. – И тем не менее приключений в жизни тебе хватает!

Тут все трое разразились громким смехом.

– Что за веселье? – спросил подошедший к ним Лас, который разрешил малышам отдохнуть.

Софи тут же заметила, как невольно вытянулся и напрягся Никита. Лас был немного выше него, но самое главное – он был старше на целых девять лет и выглядел как опытный матерый Воин, тогда как Никите было двадцать три, как и ей, и он всегда терялся в присутствии Ласа.

Тем временем Лас, словно настоящий волк, подкрался к Софи поближе и прямо в присутствии Брэна обнял ее за плечи. Никто в присутствии Брэна не смел даже косым взглядом посмотреть на Софи, не то чтобы дотронуться до нее. Но у Ласа был иммунитет… Он уже не был его учеником, а стал надежным другом, отличным разведчиком, одним из лучших Воинов Брэна и главарем Волков.

– Ладно, мне пора идти, – сказала Софи, не в силах больше смотреть на страдания Никиты.

– Я провожу тебя до Башни! – тут же сказал Никита, неожиданно обретя дар речи.

– Вместе пойдем! – сразу отреагировал Лас, крепче сжимая рукой плечо девушки.

– Ты ничего не забыл? – лукаво поинтересовался Брэн, обращаясь к Ласу.

– Что? Ай, точно! – в сердцах выпалил Лас. – Силы Света, чуть не забыл, у меня же тренировка… – и он посмотрел в сторону мальчишек, которые сбились кучкой и, хлопая глазами, ждали своего тренера.

– Ну тогда в следующий раз! До встречи! – расхрабрился Никита и осмелел настолько, что взял Софи за руку, чтобы оттянуть ту от Ласа, но тут же поймал на себе уничтожающий взгляд Брэна.

Двое направились по узкой улице, идущей от тренировочной площадки к Главной Площади и затем ко входу в Башню. Лас грустно посмотрел им вслед и пошел заниматься с малышами.

Оставшись вдвоем с Софи, Никита сразу приободрился и наконец-то начал нормально разговаривать.

– Если бы был мой выбор, я бы предпочел отправиться в поход с тобой, чем с любой другой Жрицей…

– В том-то все и дело, – Софи вдруг резко остановилась, – что я не Жрица! И я никогда не отправлюсь в поход! Я вообще никуда никогда не отправлюсь!

– Ты… ты лучше Жрицы! – Никита пожалел, что затронул щекотливую тему, но было уже поздно.

– Да я вообще никто! Я даже не могу преподавать детям ничего другого, кроме музыки и танцев, потому что я не владею Силой энергии! Меня держат в Башне только из-за моей семьи! Они все… Особенные. Великие.

– Погоди, Софи, ты… ты… – Никита начал нервничать и тут же потерял способность четко излагать свои мысли. – Ты же… Видишь… И ты… ты красивая.

– О да! Видения, в которых я сама не могу частенько разобраться, и смазливое личико – спасут Мир и все человечество!

– Софи, ты… Ты будто всех любишь, кроме себя самой, – пытался сказать что-то внятное Никита. – А твои Видения, сколько раз они спасали жизни людям? И когда это так было, что ты не могла в них разобраться? – Никита наконец взял в себя в руки и сказал то, что думает.

– Сейчас. Я сейчас не могу в них разобраться, – сказала Софи совершенно разбитым голосом. – И я очень переживаю, что пропущу что-то важное…

– И что же ты Видишь? – спросил Никита, всматриваясь в озадаченное лицо девушки.

– Ничего не могу разобрать! Какая-то чепуха… То ли пророчество, то ли заклинание, но я не могу повторить его. Ладно, Никита, я пойду.

– Ты, это, Софи… Береги себя! – сказал парень и побрел назад в сторону казармы Воинов.

Софи проснулась посреди ночи с головной болью и, сидя на кровати, снова и снова повторяла слова из приходящего ей в последнее время Видения, пытаясь понять его смысл. Она даже не услышала, как в ее дверь постучали. В спальню тихо вошел Дани и осторожно окликнул сестру.

– Сестра… Софи, проснись, пожалуйста!

– Ан'кирас шелар, Мал'гортар ша'урн. Фаэ'лин тал'вас дорн, Тал’лар аш'ан. Вир'тор кал'фин ша'урн, А'лу вела Тал’лар!

Дани не совсем понимал, спит ли Софи, или проснулась и говорит с ним, но речь звучала как-то жутко и непонятно. Хотя два слова Дани все же уловил: Мал'гортар и Тал’лар. Он почувствовал, как холодок пробежал у него по спине и сел на кровать рядом с сестрой, чтобы успокоить ее и вывести из транса.

Утром Дани ворвался в комнату сестры, даже забыв постучаться для приличия, но Софи внутри не оказалось.

– Эльза, где моя сестра? – спросил Дани гувернантку, которая взбивала подушки на ее кровати.

– Она уехала, милорд. Выглядела взволнованной… или подавленной…

– Эльза, надо было сразу мне доложить!

– Простите, милорд, я не подумала, – Эльза виновато опустила глаза в пол.

– Ты сказала что-то родителям? Софи ходила к ним с утра? – голос Дани тоже звучал взволнованно.

– Нет, насколько мне известно, нет, милорд. Она встала очень рано и пожаловалась на бессонницу. Быстро собралась и уехала.

– И, конечно, она не сказала, куда?

– Конечно нет, милорд…

Дани побежал вниз по лестницам, надеясь, что не наткнется на отца или мать по пути. Ему хотелось поговорить сначала с сестрой. Перескакивая через ступеньки, он пролетел несколько лестничных пролетов и оказался в коридоре с классными комнатами. Он уже собирался пробежать мимо девушки, которая подметала пол, но что-то заставило его остановиться. Девушка посмотрела на Дани как-то странно… Или это он странно посмотрел на нее: темные, почти черные волосы и такие же темные глаза, красивые и немного островатые черты лица. Дани подумал, что она довольно привлекательна. Девушка поспешно отвела взгляд и продолжила уборку.