Белая Башня. Пророчество

Часть 1. Пророчества сбываются

Иди ко мне, Хранитель верный!

Услышь пророчество мое:

Настанут времена измены,

Вернется Тьма, польется кровь.

Ты помнить должен непременно,

Что Мир должна спасти Любовь!

Брайн теперь точно знал, что это была за старуха, приходящая ему во снах. В тех снах, которые не принято взрослому мужчине называть кошмарами, но от которых ты всю ночь ворочаешься, а утром просыпаешься и вытираешь холодные капельки пота со лба. Старуха была колдуньей, которую Хэлен назвала «не темной и не светлой». И эта колдунья рассказывала ему во сне одно и то же пророчество, значение которого Хранитель пока не мог до конца понять.

Брайн много времени уделял хозяйственным вопросам и делам поместья. Он нанял нового управляющего и нового мажордома Лотос–Холла. Но работы все равно хватало. Его часто видели сидящим за письменным столом или объезжающим верхом свои владения. Он немного тосковал по прошлой жизни, по великой цели, которая у них была, по приключениям и длительным путешествиям, сидя в седле.

Жизнь в Южных Землях была размеренной и довольно однообразной. В этой жизни, вдали от Белой Башни, не было места подготовкам к сражениям, постоянному ожиданию возможной битвы с силами Тьмы, пугающей неизвестности и переживаниям о том, что вовремя не вернулся отряд разведки. Вокруг по коридорам не бегали ученики, а Старшие Жрицы не собирались в группки, чтобы обсудить Воинов или посплетничать. Жизнь в Лотос–Холле была непривычно спокойной.

Большую часть времени Хэлен занималась дочерью. Но в глубине души она понимала, что отчаянно скучает по их прошлой жизни и по обитателям Башни. Особенно по Лие и Брэну.

Хэлен продолжала упражняться с энергетическими потоками и через несколько месяцев она уже владела всем базовым набором навыков, которым обладали ученицы Белой Башни. Через год занятий она вышла на тот уровень, который был бы достаточным, чтобы вновь называть себя Старшей Жрицей. Энергия снова стала для нее подконтрольной и управляемой.

Хэлен тосковала по Драго, которого не видела уже больше года. Но вызывать дракона без острой необходимости, распугивая мирян, живущих в деревнях и городах Южных Земель, она не хотела.

Мать Брайна вместе с Хэлен часто наносили визиты Ее Величеству – королеве Южных Земель. Они всегда брали с собой маленькую Софи. Иногда их сопровождал и Брайн. Одна из спален дворца была переоборудована под детскую комнату на случай, если понадобится отдохнуть, или даже остаться на ночь.

– Надо устроить бал по случаю года Софи! Первого года ее жизни, – сказала королева, держа девочку на руках. – Пора показать нашу малышку всему свету!

– Ваше Величество, я же ношу траур, – заметила Мариель.

– Больше года?! Уверена, что старому лорду это бы не понравилось!

– У нас есть и второй повод – моему мужу исполняется двадцать три года, – сказала Хэлен.

– Ну, раз вы настаиваете, – приободрилась Мариель, – я не возражаю! Действительно, не могу же я ослушаться Ее Величество. Особенно, когда речь о бале в честь моего сына и внучки!

– Значит, решено! Надо разослать приглашения всем лордам Южных Земель. В конце концов у нас не один повод для радости и гордости! По моей информации молодой барон прекрасно справляется с новыми обязанностями, – довольным голосом объявила королева.

– Да пребудут с ним Силы Света! – сказала Мариель. – Он весь в отца!

– Бал пройдет здесь, во дворце! – сообщила о своем решении Ее Величество.

– Ваше Величество, – Мариель изобразила искреннее удивление, – мы же не являемся членами королевской семьи…

– И Слава Свету! Мне хватает моего племянника – бездаря! Была б моя воля, я бы передала трон Южных Земель твоему сыну! – Королева протянула ребенка няне. – Брайн и Хэлен сделали для Мира столько, что королевский бал – это мелочь, которая не идет ни в какое сравнение с их подвигом!

Хэлен смущенно молчала. Она забрала дочь у няни и взяла ее на руки. Девочка сразу заулыбалась и обняла мать за шею. Хэлен подумала про Брайна, которому скоро придется выбирать между двумя мирами. Продолжать дело отца здесь, в Южных Землях, или путь Хранителя – там, в Белой Башне. Решать только ему. Для Хэлен выбор был очевиден: чем больше она восстанавливалась, тем чаще ей стала сниться Белая Башня.

В назначенный день вся семья собралась во дворце. Завтра должен был состояться бал в честь барона Брайна и его дочери, юной леди Софии. Когда няня унесла малышку, и Хэлен с Брайном остались одни, она достала свой подарок.

– Ты – чудо, Хэл! – сказал Брайн, беря в руки необычного вида меч. – Откуда?!

– Это специальный заказ, – скромно объяснила Хэлен, – он был изготовлен на Острове Амазонок по секретной технологии…

– «Холодный как лед, горячий как пламя, острый как зуб дракона…» – процитировал Брайн слова из известной летописи и достал меч из ножен. – Печать амазонок на эфесе моего меча – это немыслимо! Невероятно! Рядом с фамильным гербом!

– Да, чтобы ты, находясь вдали от дома, знал, что твой дом всегда с тобой.

– Мой дом – это ты! Где ты и Софи, там и дом!

– Это еще не все. Его ковали из специального сплава, рожденного от пламени дракона. Не спрашивай меня, как амазонки его раздобыли! – смеясь, сказала Хэлен.

Брайн покрутил меч в руке и поднес его к окну. Клинок приветственно отразил солнечный свет. Он посмотрел на лезвие: оно было таким тонким по краям, что казалось почти невидимым, сливаясь с пространством, как тончайшая паутина. Клинок украшала гравировка из символов Четырех Стихий. «Уникальная гравировка, такую ни с чем не спутать!» – говорил Брайн сам себе, разглядывая эмблемы Огня, Воды, Земли и Воздуха.

Во дворец уже стали прибывать первые гости, когда Хэлен заканчивала последние приготовления: она чувствовала, как служанки туго затягивают корсет, сковывая дыхание, а на плечи опустилось ярко-красное платье, тяжелое и шелковистое, расшитое узором из переливающихся павлиньих перьев. Высокая прическа, сооруженная из локонов, увенчанная несколькими изумрудными заколками, горделиво возвышалась над головой – согласно южной моде. Ловкие руки горничной нанесли последние штрихи макияжа – подчеркнули скулы, выделили яркость губ и придали глазам глубину и таинственность.

Прибывшие собрались в тронном зале, готовые в любую минуту выстроиться в две линии, освобождая проход. Высокопоставленные чиновники в парадных мундирах, знатные дамы в пышных нарядах – все с любопытством и некоторым трепетом ждали появления королевы. Воздух напряженно гудел от шепотков и приглушенных разговоров.

– Ее Величество королева Южных Земель! – громогласно возвестил церемониймейстер, и в зал, под звуки торжественных фанфар, вступила королева. Невысокая, хрупкая на вид, она, тем не менее, излучала властность и уверенность в себе. Гордо поднятый подбородок, безупречная осанка и проницательный взгляд серых глаз говорили о сильном характере и незаурядном уме. Ее длинное платье из темно-синего бархата, расшитое серебром и украшенное крошечными бриллиантами, струилось по полу, оставляя за собой едва уловимый шлейф благородных ароматов.

Королева неторопливо прошествовала мимо придворных, едва кивая в ответ на поклоны, и величественно опустилась на свой трон: выкованный из черного железа, он был украшен затейливой резьбой, изображающей мифических грифонов, охраняющих королевский герб. Сиденье и спинка трона были обиты мягким алым бархатом, а в подлокотники интегрированы изящные золотые фигуры драконов, чьи глаза из рубинов словно горели в полумраке зала. В наступившей тишине был слышен лишь шорох бархата.

– Барон Брайн! Баронессы – леди Хелен и леди Мариель! – объявил церемониймейстер.

В зал вошли Брайн и Хэлен, сразу за ними шла баронесса. Молодая пара ловила на себе восхищенные взгляды. По залу прошел уже привычный шепот.

– Дочь барона – юная леди София! – наконец возвестил церемониймейстер и взору собравшихся предстала юная виновница торжества.

Маленькую Софи несла на руках гувернантка. На девочке было прелестное кружевное платье, голову покрывали золотистые завитки волос, а на шее красовалось ожерелье из драгоценных камней – подарок отца. Присутствующие ахнули. «Какое прелестное дитя!», «Невероятной красоты девочка!», «Губки как лепестки роз!» – тут и там проносилось по залу. Малышку поставили на пол и она, оглядываясь по сторонам, озарила всех улыбкой, вызвав всеобщее умиление. «Чудо как хороша!», «А какие глаза!» – восхищались гости. Девочка сделала неуверенный шажок, тут же вызвав бурные аплодисменты.

Гувернантка взяла Софи снова на руки и подошла к родителям. Девочка улыбалась, осматриваясь по сторонам. Бал начался. Музыканты заиграли, и гости парами распределились по паркету. Зал наполнил запах богатства и роскоши.

Хэлен и Брайн кружились в танце то вместе, то с другими гостями, перехватывая взгляды друг друга и пряча улыбки. Каждый раз, когда музыка стихала, и Брайн спешил к Хэлен, ее словно нарочно перехватывал какой-нибудь настойчивый лорд, увлекая обратно в водоворот танца. Она не противилась, а лишь лукаво улыбалась, бросая через плечо игривые взгляды на Брайна. Но стоило ей самой, устав от назойливых кавалеров, попытаться пробиться к нему сквозь толпу танцующих, как она неизменно обнаруживала его в окружении благородных дам и юных леди. Брайн, словно назло, заливался громким смехом над их шутками, и искоса поглядывал на Хэлен, наблюдая за ее реакцией.

Игра продолжалась до тех пор, пока Хэлен, наконец, она не наскучила. Решив покинуть душное пространство бального зала, она уже было направилась к трону, где восседала королева, наблюдая за весельем. В этот момент чья-то рука решительно схватила ее за запястье. Обернувшись, она увидела Брайна. В его глазах плясали смешинки. Не говоря ни слова, он потянул ее за собой, увлекая прочь от шумной толпы.

– Куда мы идем? – спросила Хэлен, когда они уже выходили из зала.

– Я хочу тебя украсть! Пока это не сделал кто-то другой!

– Прекрати, Брайн! – засмеялась она. – Никто не собирается меня воровать!

– Выбирай: похищение или дуэль?! – шутливо спросил Брайн.

– А кто будет драться, милорд? – смеясь, спросила Хэлен.

Они вышли на просторную открытую террасу тронного зала. На дворе уже стояла ночь. Луна спряталась за густыми тучами, начался дождь.

– Конечно, я, миледи! В зале полно мужчин, которые вполне заслуживают хорошей порки за свое поведение! – Брайн подставил руки под крупные капли, падающие с неба.

– Давайте обойдемся без дуэли, милорд! Но только мне не дает покоя одно обстоятельство, – игриво сказала Хэлен, у которой уже намокли волосы и ранее аккуратно уложенные пряди у лица прилипли к щекам.

– Какое же обстоятельство Вас смущает, миледи? – Брайн смотрел ей прямо в глаза.

– Похищение не может быть добровольным, милорд! – рассмеялась Хэлен и бросилась бежать.

Они выскочили из дворца, чуть не сбив с ног задремавшую стражу, и побежали по мокрым дорожкам сада, дальше и дальше удаляясь от ярких огней и всеобщего веселья. Дождь усилился, платье Хэлен полностью промокло и отяжелело, ноги путались в юбках. Задыхаясь от такого бега, она хохотала от того, как смешно она должно быть выглядела. Брайн не видел в этом ничего смешного. Он видел самую красивую женщину в Мире в намокшем красном платье, запыхавшуюся, с озорным блеском в глазах и разрумянившимися щеками. Хэлен скинула туфли, когда они выбежали из королевского сада, и бросилась бегом по мокрой и холодной траве за ворота. Брайн перестал поддаваться и, нагнав жену, схватил ее и закружил в воздухе. Они целовались под проливным дождем, который заливал их довольные лица. Началась гроза, и в небе прогремел первый раскат грома, но Хэлен была так возбуждена и счастлива, что у нее лишь время от времени перехватывало дыхание. Где-то далеко слышались музыка и смех, и им казалось, что весь Мир танцует под этим дождем, наслаждаясь вспышками молнии, как они.

Утром все гости разъехались по своим имениям. Карета лорда Брайна тоже покатилась по лесным дорогам в сторону его замка. Софи сидела на руках у Хэлен и смотрела в окно. Брайн обратил внимание, что с лица девочки не сходит улыбка. Это было совсем необычно для ребенка ее возраста. Софи склонила голову набок, что-то разглядывая вдалеке. Брайн вдруг подумал, что она сделала это точь-в-точь как Драго, когда тот был маленьким, и эта мысль насмешила его.

Прошло еще два года. Софи исполнилось три. Девочка росла очень доброй и ласковой. Она с охотой шла к людям на руки и с радостью тянула ручки к любому, кто ей улыбался. Брайн переживал за нее и ругался с гувернанткой, которая, по его мнению, не учила ребенка дисциплине и сдержанности. Но Хэлен не разделяла его опасений. Хоть Софи и не управляла Силой энергии, мать знала, что сможет защитить ее, что она и отец всегда будут рядом.

Хэлен могла часами наблюдать за играющей на природе малышкой. Они много времени проводили на свежем воздухе. Хэлен брала ее с собой на тренировки и Софи с интересом наблюдала за матерью: как она двигалась, дышала, водила руками по воздуху, медитировала до вхождения в состояние транса. Софи будто понимала важность происходящего и в это время не отвлекала мать детскими просьбами и шалостями. Она, как правило, сидела на траве и склонив голову на бок, изучающе смотрела своими разноцветными глазами на Хэлен. Казалось, что происходящее зачаровывает ее. Ветерок играл с золотистыми локонами девочки, маленький ротик был чуть приоткрыт от удивления, взгляд был вдумчивым и внимательным. Взгляд ее разноцветных глаз: зеленого и голубого.

Мариель видела во внучке маленькую принцессу! Она по несколько раз в день заставляла служанку переодевать малышку в разные платья, на ножках у Софи всегда были подобранные в цвет туфельки, а в волосах непременно красовалась кружевная лента.

Брайн мечтал, чтобы у его дочери было счастливое и беззаботное детство: с играми, баловством, беготней босиком по лесу, пачканию в грязи и общением с другими детьми. Но в Южных Землях дети не играли в грязи и не бегали босиком. Они общались друг с другом только в присутствии матерей или гувернанток. Брайну поступило уже несколько предложений о браке. Красота маленькой баронессы и приближенность семьи барона к королеве прославили их аж за пределами Южных Земель. Брайна раздражала такая слава. Этот мир тщеславия был чужд ему.

Хэлен мечтала, чтобы девочка обладала какими-то полезными навыками и умениями, которые могли бы пригодиться ей в жизни. Она часто представляла, что они с ней скачут верхом на Острове Амазонок, и вдруг Софи на ходу поднимает копье над головой, встает на круп лошади и, метнув его, попадает точно в цель, выкрикивая победный клич! Но на Острове Амазонок нельзя было жить с Брайном. А жить без него Хэлен не могла.

Как-то вечером дворецкий принес послание, только что доставленное вестником из Белой Башни. Хэлен развернула бумагу и невольно прижала руку к груди. Письмо было от Лии. Оно гласило, что Свет забрал Верховную Жрицу, ее путь в этой жизни был окончен. Лия писала, что в Башне царит неразбериха, так как трон по-прежнему пустует. Высший Совет регулярно объявлял собрания, на которых ничего не решалось. Лия настаивала на скорейшем возвращении Белой Жрицы и Хранителя. У Хэлен заколотилось сердце, она нервно заходила по комнате.

Малышка Софи наблюдала за матерью, сидя на ковре напротив камина. Вдруг девочка сказала: «Тетя уснула и ушла к Свету, мамочка. Не бойся! Там не страшно!» Хэлен встала как вкопанная. Через минуту в комнату вошел взволнованный Брайн.

– Что случилось?! С вами все в порядке? Что тебя так встревожило? – с порога начал он.

Хэлен рассказала ему про письмо и слова ребенка.

– Ты, наверное, прочитала письмо вслух! – предположил он.

– Нет, точно нет! Я читала его про себя, я помню!

– Может, ты медленно шевелила губами и она… прочитала по губам… Чушь какая-то! Скажи еще раз дословно, что она сказала? Это напугало ее?

– Совсем нет, это скорее напугало меня, – Хэлен расхаживала по комнате уже с Софи на руках. – Она сказала так…

– Тетя уснула и ушла к Свету! Там хорошо, там не страшно! – перебила ее Софи и обняла Хэлен за шею. Малышка улыбалась.

– Силы Света! – Брайн сел на стоящее рядом с ним кресло и обхватил голову руками. – Хэл, это хорошо или плохо? Откуда она про это знает?!

– Софи, а кто тебе рассказал про тетю? Скажи нам, – ласково спросила Хэлен. – И как ты узнала, куда она ушла?

– Никто… – девочка удивленно переводила взгляд с одного родителя на другого. – Свет сказал. Тетя там! – Софи указала пальцем на окно.

Вечер был ясным, и полная Луна заливала серебристым светом все вокруг. Эту ночь Софи спала с родителями. Они оба так разволновались, что решили не оставлять ребенка с няней.

Разумеется, Хэлен и Брайн никому ничего не сказали, включая Мариель, и за завтраком та не могла понять, почему они молчат и не сводят глаз с девочки. После завтрака Брайн и Хэлен закрылись в кабинете. Надо было решить, что делать дальше.

– Надо ехать! – начал Брайн. – Ты должна занять трон, стать Верховной Жрицей!

– Ты не понимаешь… Они все ждут, что я все та же – Великая Жрица, способная спасти Мир и победить в любом сражении! Но у меня нет уже той Силы, Брайн!

– Я знаю тебя с детства, Хэл. – Брайн подошел и взял ее лицо в свои ладони. – Ты обладаешь удивительной способностью сомневаться в себе наперекор всем фактам, всем достижениям! А я в тебе не сомневаюсь!

– А как же поместье, замок, земли? А как же наша дочь? Ей не место в Башне!

– Управляющий обо всем позаботится в мое отсутствие. А наша дочь – явно непростой ребенок! И пусть ее не примут на обучение. Скорее всего, не примут… И пусть у нее нет Силы, но в ней есть что-то другое! Если тебя выберут Верховной Жрицей, то уже никто не осмелится сказать, что нашему ребенку не место в Башне!

– Знаешь, Брайн, я ведь никогда не хотела быть Верховной Жрицей. И сейчас не хочу! Сидеть на троне и говорить красивые речи – это не для меня!

– Да, речи – это точно не твое! – засмеялся Брайн.

– Не смейся, я серьезно! Я хочу вернуться, но я хочу просто быть в Совете. Пусть кто-то другой займет трон. Я буду голосовать за Лию! Она обожает правила и чтит законы! А мы с тобой…

– Только все портим! – снова рассмеялся Брайн. – Ладно, хорошо. Будь что будет! Лия, так Лия! Хотя, я бы голосовал за кого-то постарше, поопытнее. Вы с Лией обе еще девчонки!

– Это кто тут девчонка?! Как ты разговариваешь с Великой Жрицей?! – Хэлен, смеясь, набросилась на Брайна, изображая атаку с мечом в руке.

Он подыграл ей, соскочил с кресла и начал бегать от нее по кабинету. Их хохот и крики были слышны по всему замку. Этажом ниже в гостиной Мариель сидела за вышивкой, а Софи играла рядом с гувернанткой. Мариель закатила глаза и улыбнулась: «Свет, ну совсем еще дети!»

Решение было принято, и оба с нетерпением и волнением начали собираться в долгий путь. Ехать предстояло в карете: с няней, гувернанткой, большим количеством вещей и двумя верховыми лошадьми, привязанными сзади. Брайн не мог сдержать улыбку, глядя на эти сборы. Когда-то они с Хэлен проводили в дороге месяца с походным мешком за спиной, свернутыми одеялами и самыми необходимыми пожитками, привязанными к седлу.

Перед отъездом они навестили королеву. Пересказав все детали письма, Хэлен также поделилась с ней и словами Софи. За эти годы, проведенные в королевстве Южных Земель, они очень сблизились с Ее Величеством, а малышка называла ее «бабушкой», как и Мариель. И сейчас королева распереживалась не меньше, чем мать девочки. Ее печалила и предстоящая разлука. Она достала платок и промокнула глаза.

– Это правильное решение, девочка! Там ваше место! А Южные Земли никуда не денутся… Не переживай за Софи только потому, что ты чего-то не понимаешь. Наша девочка особенная! Да прибудут с вами Силы Света!

Королеве не положено было прощаться с гостями на крыльце. Поэтому все собрались на большой террасе тронного зала. Все было готово к отправлению. Брайн держал дочь на руках, девочка смотрела куда-то вдаль. Где-то в стороне, очень далеко, что-то кричали люди.

– Ох, не знаю, увидимся ли мы еще, – сдавленно сказала королева. – Вы же мне как родные стали!

– Ваше Величество, конечно увидимся! – утешала ее Хэлен, в глазах которой встали слезы.

– Поцелуйте от меня Драго! Я так часто представляла его себе, что он мне даже иногда снится!

– Драго! – радостно выкрикнула Софи.

– Да, малышка! Ваш дракон – великий…

– Дракон! – снова воскликнула Софи, показывая маленьким пальчиком в сторону, откуда доносились испуганные крики.

Трое взрослых обменялись тревожными взглядами и, подняв головы, впились глазами в небо. Сначала показалась лишь мелькнувшая в вышине тень, затем – огромные кожистые крылья, затмевающие солнце. Дракон поистине колоссальных размеров стремительно приближался ко дворцу, сея панику среди подданных. Люди, беспорядочно тыча пальцами в небо, бросались врассыпную, ища укрытия.

– Ничего не понимаю… – удивленно смотрела в небо Хэлен.

– Зачем ты его позвала, Хэл?! Да еще и среди белого дня! – недоумевал Брайн.

– Я не звала его…

– Но он не мог сам…

Брайн и Хэлен вдруг одновременно глянули на дочь.

– Я позвала Драго! Бабушка хотела посмотреть! – Софи потянула ручки наверх.

– Бабушка хотела посмотреть, – еле слышно произнесла королева и закрыла лицо руками. – Бабушка хотела посмотреть! – повторила она громче, словно не веря своим глазам, и на ее лице появилась робкая улыбка.

– Как такое возможно? – недоумевал Брайн. – Ты научила ее? – обратился он к жене.

– Нет, Брайн, я ее не учила, – теперь уже улыбалась Хэлен. – Наша дочь разговаривает с животными! И у нее есть связь с нашим драконом!

– С нашим драконом! – бойко повторили Софи. – Драго – наш дракон!

Не обращая внимания на панику, охватившую площадь внизу, и испуганные крики мечущихся людишек, Драго завис над дворцом, размахивая огромными крыльями. Он внимательно осматривал стены, словно выискивая подходящее место для посадки. Наконец острые когти дракона вцепились в каменные перила террасы тронного зала. Едва Драго склонил голову, как Хэлен бросилась к нему и прижалась лицом к огромной морде. Дракон шумно вдохнул воздух, с явным удовольствием втягивая родной, знакомый запах. К нему подошел Брайн с девочкой на руках. Он положил руку на зубастую пасть и развернулся, чтобы дракон мог увидеть ребенка. Софи вела себя так, будто видела драконов каждый день и знала Драго с самого рождения! Без капли страха она потянулась к нему всем телом. Брайн осторожно поставил дочь на пол. Хэлен отошла на пару шагов, уступив девочке место. Маленькая ручка потянулась к громадной голове и дотронулась до грубой кожи. Драго как следует вдохнул, изучая новый запах, и обдал девочку горячим воздухом из больших ноздрей, до которых она пока еще не доставала.

– Надо же! Крошка Софи исполнила мечту старой королевы! – послышался сзади голос Ее Величества. – Бабушка увидела настоящего дракона!

Хелен и Брайн покидали Южные Земли в спешке, словно спасаясь бегством. Наскоро попрощавшись с Мариель и выкрикивая на ходу последние распоряжения управляющему и слугам, они поторапливали кучера. Дракон навел такой переполох в Южных Землях, что Жрице и Хранителю с чудным ребенком пришлось удирать поскорее, унося ноги! Драго гордо парил над каретой, сопровождая свое семейство, что вызывало бурю эмоций у крошки Софи! Девочка не могла усидеть на месте, она все время высовывалась в окно, смотрела наверх, махала ручкой и выкрикивала: «Я люблю тебя!».

– Кого-то мне это напоминает! – с улыбкой заметил Брайн, нежно толкнув Хэлен в бок. Та, покраснев, отвернулась, пряча улыбку и наблюдая за дочерью.