Невеста-невольница

Пролог

Держа канат от яхты, пришвартованной в гавани Микролимано, Эдвард Джеймисон взглянул на худющего, решительно настроенного мальчика:

– Тебе нужна помощь?

– Нет.

Эдвард пожал плечами и еще раз посмотрел на парнишку – тот в свою очередь продолжал выжидающе глядеть на него. Лет ему было не больше двенадцати. Из рукавов поношенной рубашки и из-под истрепанных брюк торчали худые руки и ноги – видимо, он вырос слишком быстро. Кроме того, мальчишка был явно голоден, хотя, судя по гордому взгляду серых глаз, ни за что бы в этом не признался.

– Тогда тебе, может быть, что-нибудь нужно? – мягко спросил Эдвард также по-гречески, так как сомневался, что этот трущобный мальчик из Пирея[1]говорит на каком-либо другом языке. Накинув петлю каната на руку, он подождал.

Мальчик вздохнул и выпалил:

– Вообще-то я хотел спросить тебя о том же.

Эдвард хмыкнул:

– В самом деле?

– Да. Я могу все, – решительно, быстро продолжал мальчик. – Могу мыть твою яхту, доставлять сообщения, выкачивать трюмную воду. И я не прошу много денег.

– Понятно. Но разве ты не должен быть в школе?

Мальчик небрежно пожал плечами:

– Со школой покончено.

– Почему?

Еще одно пожатие плеч, но в этом жесте уже была печаль. Или страх?

– Мне нужно заботиться о семье.

Эдвард вовремя подавил смешок, так как понял, что мальчик говорит вполне серьезно.

– И какова твоя семья?

– Мама и три сестры. Самая младшая еще не вылезла из пеленок. – Он в упор посмотрел на Эдварда. – Так ты собираешься меня нанять?

Если бы Эдварду и потребовалась рабочая сила, он бы, конечно, предпочел кого-нибудь постарше и покрепче. Однако за внешней бравадой мальчика чувствовалось такое отчаяние, что Эдвард задумался.

– Да, – наконец медленно произнес он. – Думаю, я возьму тебя.

Мальчик позволил себе лишь секундную торжествующую усмешку и тут же задрал подбородок.

– Когда мне начинать? – деловито спросил он.

– Если можешь – прямо сейчас. Как тебя звать?

Он распрямил плечи:

– Демос Атрикес.

Эдвард жестом показал мальчишке подняться на борт. С горящим взглядом Демос быстренько взобрался на яхту.

Стоя на палубе многомиллионного судна, он выразил свое восхищение, лишь погладив отполированный деревянный поручень так, словно это было хрупкой драгоценностью. После этого он засунул руки в карманы и твердо посмотрел на Эдварда:

– Что ты хочешь, чтобы я сделал?

– Начинай скрести палубу. Надеюсь, это не слишком грязная для тебя работа? – спросил Эдвард, за что удостоился презрительного взгляда.

Он наблюдал за тем, как рьяно Демос принялся за работу. Худющие лопатки под тонкой рубашкой так и заходили ходуном, а тощая шея покраснела от усилий.

Демос работал весь день – Эдвард знал, что на меньшее мальчишка не согласится. Когда он наконец вручил ему несколько банкнотов, Демос быстро, уверенно пересчитал их и кивнул.

– Тогда до завтра? – с легкой ноткой сомнения в голосе спросил он.

– До завтра, – сказал Эдвард, решив, что к тому времени найдет для парнишки какую-нибудь подходящую работу.

Демос кивнул и легко спустился с яхты. Эдвард смотрел, как паренек, босоногий, идет по причалу. До него донесся веселенький мотивчик, который Демос насвистывал себе под нос.

Глава 1

Спустя двадцать лет

Демос Атрикес стоял, лениво прислонившись к стене, и почти брезгливо смотрел на танцпол, на котором под быструю музыку дергались фигуры танцующих. Напротив, на красные, волнами ниспадающие занавески, проецировались какие-то абстрактные картины. За этим слайд-шоу наблюдали скучающие на софах гости – те, кто не вышел танцевать.

У него почти разболелась голова – обычно Демос не жаловал подобные вечеринки, предпочитая более утонченные развлечения, хотя в последнее время его не радовали и они. Взглянув еще раз на едва прикрытые тела молоденьких красоток, он подавил скучающий вздох.

На этой вечеринке Демос появился только потому, что дочери его клиента исполняется… сколько? Двадцать два года? Не прийти он не мог, так как отец, финансовый аналитик, был готов выложить почти двенадцать миллионов евро за яхту по индивидуальному заказу. Осушив бокал, Демос бросил последний взгляд на толпу и решил, что можно уходить.

Он уже почти повернулся, когда его взгляд вдруг выхватил из толпы стройную темноволосую красотку в обтягивающем платье с серебристыми блестками, с разрезами, открывающими стройные бедра, и с низким декольте, практически не оставлявшим места воображению. Вот она улыбнулась парню рядом, и он тут же положил руки ей на бедра, притягивая ближе к себе. Жест был настолько сексуальный и откровенный, что Демос поджал губы, хотя его никто бы не назвал ханжой.

Но когда он заметил, что девушка напряглась, в нем шевельнулось любопытство. Неужели эта «скромница» решила, что такое обращение – это уже чересчур? Но затем она пожала плечами, отбросила свои иссиня-черные волосы назад жестом, полным одновременно бравады и вызова. И у Демоса почему-то защемило сердце…

Однако продержалась она так всего несколько секунд, затем резко разорвала объятия и, взмахнув облаком волос, покинула танцпол. Парень попытался было последовать за ней, но она улыбнулась – и в этой улыбке были обещание вернуться и просьба не идти за ней, – покачала головой и исчезла в толпе.

Демос, сам не зная почему, последовал за ней.

С его ростом он возвышался почти над всеми, и потому для него не составило труда ее найти. Девушка сидела на одном из диванчиков возле бара, ее глаза были широко раскрыты, но было видно, что окружающее ее мало интересует и она думает о чем-то своем.

Демос остановился, не спуская с нее глаз и раздумывая над следующим своим шагом. После девятичасового изучения чертежей, а также после телефонного звонка матери, чьи упреки типа: «Ты должен нас навестить, Демос. Ты нужен сестрам» – все еще звучали у него в ушах, его настроение нельзя было бы назвать праздничным.

Ярмо, которое он, не задумываясь, надел на себя двадцать лет назад, вдруг придавило его к земле. Но сейчас Демос решил забыть о тех, кто по-прежнему продолжал от него зависеть. Сейчас ему просто хотелось смотреть на девушку, которая вызвала в нем желание – сильное физическое желание.

Она все еще не замечала его присутствия, хотя он стоял в метре от нее. Воспользовавшись этим, Демос стал изучать ее более пристально. Взлохмаченные волосы, словно подернутые дымкой голубые глаза, пухлые розовые губы. Она сидела, закинув ногу на ногу, и разрез на платье открывал взгляду почти всю ногу, вплоть до полоски трусиков.

Наконец, словно почувствовав его взгляд, девушка подняла голову. Их глаза встретились, и на какое-то мгновение Демос увидел проступившее на ее лице изумление, даже шок. Затем ее губы изогнулись в чувственной улыбке, и намеренно медленно она перекинула ногу на ногу.

Демос сглотнул, отказываясь верить в то, что столь явная провокация с такой силой действует на него. Ее улыбка стала понимающей.

– Полюбовались? – хрипловато промурлыкала девушка, и Демос улыбнулся, присаживаясь рядом.

– Да, – мягко сказал он, – благодаря вам.

Теперь она откровенно изучала его лицо с уже проступившей на подбородке щетиной, затем опустила глаза к ослабленному узлу галстука, словно мазнула взглядом по груди и ниже… Ее игривая дразнящая улыбка едва не бросила Демоса в пот.

– А вы сами? Насмотрелись? – в свою очередь спросил он, подсаживаясь ближе к ней.

Девушка покачала головой, и ее волосы задели его щеку. От незнакомки исходил пряный цветочный аромат, который в другое время Демос, возможно, нашел бы отталкивающим, однако сейчас он дурманил ему голову.

– Пока еще нет.

– Мы можем исправить это упущение.

Она подалась назад, подняла брови:

– Каким образом?

Она дразнила его! Об этом говорила и чуть насмешливая, чувственная улыбка на ее губах. Демос почувствовал, как его захлестывает желание и как вскипает от адреналина кровь. Эта девушка отличалась от избалованных тусовщиц, недалеких моделей – женщин, с которыми он обычно спал. Все они вели себя до тошноты предсказуемо – жеманничали, льстились, выставляли себя напоказ. Она – нет. Она просто улыбалась и ждала.

– Как думаешь? – наконец спросил он.

– Я не знаю, – последовал ответ. По ее легкой улыбке Демос понял, что она так же заинтригована, как и он. – Какие есть идеи? – И она почти невесомо положила ладонь на его бедро, поощряя его взглядом.

Тело Демоса отреагировало мгновенно.

Она тут же убрала руку, чуть нервно засмеялась, отводя глаза в сторону, но затем снова прямо и твердо встретила его взгляд.

Тоненькая серебристая бретелька платья упала с ее плеча, и Демос потянулся, чтобы вернуть ее на прежнее место, главным образом потому, что ему жгло руку от желания почувствовать ее кожу и убедиться, что на ощупь она такая же гладкая и шелковистая, как кажется.

Но когда его пальцы коснулись ее ключицы, девушка подалась назад, снова напряглась, глаза ее стали пустыми. Теперь она выглядела чуть ли не испуганной.

Демос убрал руку и отодвинулся, ломая голову над тем, что за игру она ведет.

Девушка тут же снова улыбнулась, потянулась к своему бокалу, сделала несколько глотков и протянула бокал ему:

– Может, ты купишь мне что-нибудь выпить и мы продолжим наше знакомство?

Алтея Паранусис протягивала бокал, поощрительно глядя на мужчину с темнеющими серыми глазами.

«Слишком жесткий», – подумала она. Твердый рот, суровое лицо, крепкое тело. Ни намека на мягкость. Не понравился ей и его холодный оценивающий взгляд, когда он принимал бокал из ее рук, намеренно касаясь ее пальцев.

И еще ей не нравилась собственная реакция на его прикосновение.

– Что будешь пить? – спросил он.

Она попросила коктейль, чье название содержало намек, и отработанным жестом откинула волосы через плечо.

Брови мужчины поползли наверх:

– Это напиток?

– Узнаешь в баре, – ответила она с провокационной улыбкой.

Мужчина коротко кивнул и поднялся. Алтея наблюдала за тем, с какой ловкостью перемещается среди толпы его крупное поджарое тело, и думала, стоит ли ей незаметно ускользнуть прямо сейчас или подождать еще немного.

Она достигла совершенства в умении обещать и – растворяться в толпе. Так было безопаснее. И позволяло не сойти с ума. Но в этот раз она решила подождать. Ей хотелось увидеть этого мужчину еще раз. Он явно отличался от пресыщенных, скучающих юнцов, которыми она обычно себя окружала. Во-первых, он был старше ее, уверен в себе, а следовательно, и более опасен для нее. И все же она продолжала сидеть на диване.

Позже у нее будет куча времени на оправдания и побеги.

Подняв глаза, Алтея увидела, что он уже стоит рядом, в руках у него бокал с розовой пенящейся жидкостью – типично женский коктейль. Он смотрелся с ним глупо, и Алтея подавила смешок.

– Отлично, – пробормотала она, делая глоток и замечая, что для себя он ничего не купил.

Мужчина сел рядом, не спуская с нее сузившихся внимательных глаз, но в них, по крайней мере, не было похотливого огонька…

– Я даже не знаю твоего имени.

Она улыбнулась ему поверх бокала:

– Может, так даже лучше.

– А я предпочитаю, чтобы женщины знали, с кем имеют дело. Демос Атрикес, – представился он.

Алтея снова откинула волосы и улыбнулась:

– Приятно познакомиться.

Разумеется, она слышала о нем. Его имя мелькало на страницах таблоидов не меньше, чем ее, встречались и фото, обычно с висящей на его руке моделью или какой-нибудь смазливой девицей. Должно быть, сейчас он рассматривает в этом качестве ее.

Алтея снова улыбнулась, вновь позволяя себе рассмотреть его резкие черты лица. На этот раз заметила и золотистые крапинки в его серебристо-серых глазах. Серебро и золото… Мужчина был богат, она это знала. И еще скучал, это было видно. Ее улыбка стала ироничной.

– Что-то не так? – усмехнулся он.

– Мне скучно, – заявила Алтея. – Пойдем потанцуем.

– У меня есть идея получше, – негромко сказал Демос, наклоняясь к ней так близко, что она почувствовала на щеке его дыхание и слабый запах мяты. – Предлагаю оставить вечеринку и заглянуть в уютную таверну здесь неподалеку. Там мы сможем спокойно поговорить.

Поблескивая глазами, Алтея мягко спросила:

– Ты хочешь поговорить?

– Мы можем начать с разговора и посмотреть, куда он нас приведет. – Его глаза сверкнули. – Ты другая.

Алтея фыркнула. Он даже понятия не имеет, насколько она другая.

– Приму это как комплимент, – заявила она.

– Я на это и рассчитывал. Так как? Принимаешь мое предложение?

Да, она была заинтригована, хотя и не хотела признаться себе в этом. Как Демос только что заметил, она «другая», и теперь ей было интересно узнать, насколько он отличается от других мужчин.

Это было больше чем любопытство. Алтея посмотрела на его вытянутую загорелую сильную руку. Что она почувствует, когда эта твердая рука уверенно ляжет ей на плечо? Когда это сильное мускулистое тело прижмется к ней?

Она соскользнула с дивана, хотя что-то в ней настойчиво противилось этому. Но ведь он всего лишь мужчина, а она умела кружить голову мужчинам, верно?

Как бы то ни было, она взяла накидку – ранней весной в Афинах было прохладно – и протянула ему руку. Сильные, теплые, уверенные пальцы переплелись с ее пальцами, посылая по ее телу разряды, словно она коснулась оголенного провода. И это чувство также вряд ли можно было назвать приятным. Скорее, оно вызвало трепетное удивление, смешанное со страхом. Она тут же попыталась было вырвать свою руку, но Демос не позволил ей этого сделать.

Алтея увидела на его губах улыбку и поняла, что он уловил ее реакцию. Возможно, потому, что почувствовал примерно то же самое?

Краем глаза она заметила вспышку ядовитого розового цвета – рубашку Ангелоса Фотопулоса, и живот у нее свело от нервного напряжения. Он неприятно улыбался. Она решительно повернулась к Демосу:

– Идем?

– Куда это заторопилась? – со смешком спросил Демос.

– Ты ведь еще не уходишь, милочка? – спросил Ангелос.

Подойдя к ней, он протянул руку, и Алтея уже внутренне приготовилась, что он сейчас дернет ее на себя, но ничего не произошло. Ангелос даже не коснулся ее, так как его рука оказалась в железной хватке Демоса.

– Девушка уходит, – вежливо сообщил он. – Со мной.

– А кто ты такой?! – рявкнул Ангелос, но Алтея заметила пробежавшую по его лицу тень нерешительности: Демос не только возвышался над ним на голову, но и на десяток лет был старше.

– Спроси у моей спутницы. – Он бросил на Алтею быстрый вопросительный взгляд.

Она поняла: он предоставляет выбор ей. Это ее огорошило.

– Я… – Она откашлялась и более окрепшим голосом сказала: – Я ухожу, Ангелос.

Его глаза сердито полыхнули, но он пожал плечами:

– Ну и ладно. Все равно ты подсти…

Он даже не успел закончить предложение, так как рука Демоса схватила его повторно, но уже за горло. Алтея моргнула. Ангелос закашлялся.

– Пожалуйста, извинись, – все так же вежливо сказал Демос, но его глаза почернели.

– Вы сами это скоро поймете, – с трудом хватая воздух ртом, прохрипел Ангелос, вцепившись пальцами в кулак Демоса и пытаясь отодрать его от себя.

Среди толпы пробежал приглушенный гул – они привлекли к себе внимание.

– Демос, хватит! – Алтея передернула плечиком. – Он этого не заслуживает.

Демос еще несколько секунд держал Ангелоса за горло, наблюдая, как тот меняется в лице, но затем все же убрал руку.

– Да, наверное, не заслуживает. Идем.

Тяжелая рука Демоса легла ей на плечи. Алтея напряглась, когда он повел ее за собой. Толпа поспешно расступалась перед ними.

Через считаные секунды они уже стояли перед клубом.

– Я знаю отличное местечко неподалеку, – сказал он, не убирая своей руки, когда они зашагали по улице.

Район, в котором находился ночной клуб, был довольно оживленным: днем здесь работали небольшие магазинчики и фабрики, но ночью полно было таверн, ресторанчиков и баров, некоторые из которых выставляли столики и стулья прямо на тротуары, и тогда улицы наполнялись смехом и звуками гитары.

Алтея предпочитала бывать в дорогих ночных клубах, но сейчас она с дрожью поняла, что Демос ведет ее в район, где преступления были не редкостью.

– Куда мы идем? – спросила она, но удостоилась лишь сверкнувшей в темноте белозубой улыбки.

Ночной клуб остался далеко позади, совсем рядом где-то громко замяукала кошка.

– Не бойся, – сказал Демос, но Алтея шарахнулась от него в сторону.

– Я хочу знать, куда мы идем, – потребовала она, обхватывая себя руками и только сейчас начиная осознавать, как мало на ней надето. Ее одежда прекрасно подходила для ночного клуба, но на пустынной темной улице наедине с Демосом она казалась абсолютно неприемлемой и даже провокационной.

Демос молча разглядывал ее. В желтом свете фар проезжающей мимо машины Алтея увидела, как блестят его глаза.

– На соседней улице есть небольшая тихая таверна с отличным винным погребом.

Алтея вздохнула, стараясь не думать о том, что осталось несказанным.

– Хорошо, – пожала она плечами.

Демос протянул ей руку, и с секундной заминкой Алтея взяла ее.

Спустя еще несколько минут они уже стояли в таверне, заставленной столиками со старинными стульями и пыльными бутылками на полках. Их приветствовал мужчина в костюме-тройке, с накинутым поверх брюк передником:

– Демос! Давненько я тебя не видел! Что тебя сюда привело?

– Вечеринка, – хлопнув владельца по плечу и улыбнувшись, сказал Демос. – Приятно тебя снова увидеть, Андреолос.

Алтея была сильно озадачена. Исходившая от Демоса в элитном ночном клубе внутренняя сила и уверенность, с какой он разобрался с Ангелосом, никак не вязалась с этой дырой и почти панибратскими отношениями с владельцем таверны.

Андреолос проводил их к столику в углу, положил перед ними меню и отошел к бару. Алтея закуталась в свою тонкую накидку, снова остро осознав, что выглядит она, должно быть, как шлюха.

– Сожалеешь о своем выборе одежды? – спросил Демос, и Алтея услышала в его голосе насмешливую нотку, от которой ее бросило в краску. И уже не в первый раз удивил ее, негромко добавив: – Ты выглядишь прекрасно.

Демос сосредоточился на меню, тем самым предоставив ей еще одну дополнительную возможность лучше изучить его лицо.

Строго говоря, его нельзя было назвать красивым – слишком уж резкими были черты. Длинные темные волосы небрежно и при этом элегантно зачесаны назад. Под темными бровями сверкали серебристо-серые глаза. Нос мог бы считаться прямым и идеальным, если бы не легкое искривление посередине, заставляющее предполагать, что когда-то он был сломан. И лишь губы, четко очерченные, полные, чуть смягчали суровость лица.

Хозяин вернулся с бутылкой вина и двумя бокалами. Никто из них не произнес ни слова, пока они не были наполнены темно-рубиновой жидкостью. Демос поблагодарил Андреолоса улыбкой и поднял свой бокал.

– За наше знакомство, – произнес он тост, и Алтея повторила его, прежде чем сделать глоток. – Так как? – задумчиво продолжил Демос, и она почему-то напряглась. – Расскажешь мне о себе?

– Что ты хотел бы знать?

– Для начала неплохо бы твое имя.

Алтея лукаво улыбнулась:

– А я думала, мы согласились, что его лучше оставить втайне.

– Женщина с секретом? – усмехнулся он.

– А разве так и не должно быть?

Демос хмыкнул. Алтея недоумевала: «Если для него это так важно, мог спросить у кого-нибудь в ночном клубе. Интересно, сколько ему лет? Вон виски уже посеребренные».

– Ну ладно, девушка-загадка, – лениво произнес Демос. – В таком случае я сам придумаю тебе имя.

– Например? – тут же оживилась Алтея.

Демос несколько секунд изучал ее поверх бокала.

– Элпида, – наконец сказал он, чем вызвал у Алтеи короткий недоверчивый смешок.

– Интересный выбор.

– Ты знаешь, кто она?

– Вообще-то знаю. – Ее глаза сверкнули. – Олицетворение надежды – единственное, что осталось на дне ларца, который открыла Пандора. – Она изогнула бровь. – Ты знаешь, кто такая Пандора?

Демос рассмеялся тому, как удачно она сымитировала его снисходительно-поощрительный тон.

– Что-то такое слышал, – ответил он, посмеиваясь.

– Так какого рода надежду я могу тебе дать? – низким, хрипловатым голосом спросила она.

Взгляд Демоса опустился на ее оголившееся плечо:

– Думаю, ты сама знаешь.

Алтея откинулась на спинку стула и улыбнулась, чувствуя легкое разочарование. Речь шла о сексе. Всегда секс… Ну конечно же! Неужели она хотя бы на миг позволила себе помечтать, что у Демоса на уме что-то другое? Кажется, она поторопилась с выводами, и он не так уж и сильно отличается от остальных мужчин.

– Твоя очередь рассказывать о себе.

Демос пожал плечами:

– У меня собственный бизнес. Я проектирую яхты по индивидуальным заказам.

Алтея кивнула. Да, действительно, не мальчик, проматывающий состояние отца, а зарабатывающий его своим трудом.

– Тебе нравится этим заниматься?

– Очень. Мне нравится, как чертежи обретают материальную форму. Нравится, когда готовую яхту спускают на воду, чтобы она могла отправиться в свое первое плавание.

– Да, есть чему позавидовать, – согласилась Алтея. – Создавать что-то – это прекрасно!

– А ты чем занимаешься помимо флирта и вечеринок?

– А мне нужно заниматься чем-то другим? – подняла брови Алтея.

– Да нет, красивым девушкам достаточно оставаться красивыми, – ответил Демос ровным тоном. Чересчур ровным. – И ты довольна своей жизнью?

Она вскинула глаза, увидела его улыбку и засмеялась – холодно, неприятно.

– Ну еще бы мне не быть довольной! Взгляни на меня. Или ты всерьез считаешь, что такая девушка, как я, может быть несчастной?

Демос окинул ее медленным взглядом. Алтея заставила себя не отворачиваться, хотя ненавидела, когда ее вот так изучают и оценивают.

– В такое трудно поверить, – наконец произнес он.

– Вот видишь, – сказала она и осушила свой бокал.

Воцарилось молчание.

– Ты женат? – наконец спросила Алтея, играя ножкой бокала.

Демос поставил свой бокал с такой силой, что вино перелилось через край. Андреолос поспешил к ним и вытер пятно.

– К тебе так часто клеятся женатые мужчины?

Алтея подумала, что в его голосе прозвучала неприязнь. Но к кому? К ней или к женатым мужчинам?

– Стараюсь держаться подальше от колец на пальцах.

– Включая свое собственное?

– Именно так.

Демос медленно кивнул:

– Тогда у нас не должно возникнуть никаких проблем.

Он улыбнулся и налил ей еще вина. «Именно так, – подумала Алтея, – никаких проблем, так как жениться он, естественно, не собирается. Да что там жениться! Возможно, он мне даже не позвонил бы. Выяснил, что ему надо, получил, что хотел, и – дальше своей одинокой мужской тропой…»

Алтея чуть не замотала головой. Надо же, какая дуреха! А она-то верила – хотела верить, – что Демос другой… Она закрыла глаза, чтобы легче было справиться с охватившим ее разочарованием. Алтея устала от таких мужчин. Устала от таких ночей. Устала быть принцессой вечеринок, никогда не говоря «нет», когда предлагали выпить или потанцевать…

Потому что не умела отказывать…

Открыв глаза, она увидела устремленный на себя взгляд Демоса. Он словно раздумывал про себя о чем-то.

«С ним небезопасно, – мелькнуло у нее в голове. – Надо бежать. Прямо сейчас. Немедленно!»

Алтея улыбнулась, откидывая волосы:

– Где здесь дамская комната?

– Вон там, – кивнул Демос. – Возможно, это не совсем то, к чему ты привыкла, – предупредил он.

– Ничего страшного, – ответила она, соскальзывая со стула, беря накидку и сумочку и надеясь, что Демос ничего не заподозрил. – Вернусь через минуту, – с улыбкой сказала она, и Демос кивнул.

Она лавировала между столиками, направляясь к узкому коридору, в направлении которого указал Демос. Миновав туалеты, она дошла до кухоньки, в которой трудилось несколько мужчин в грязных передниках. Они подняли глаза, на секунду задержались на ней взглядами и вернулись к своим делам. «Следующая дверь, – с облегчением решила Алтея, – наверняка ведет на задний двор».

Оглянувшись, чтобы убедиться, что она одна, Алтея прибавила шагу и, открыв дверь, окинула взглядом двор. С упавшим сердцем она поняла, что выхода из него нет – она попала во внутренний двор, окруженный стенами со всех четырех сторон.

Алтея сделала несколько шагов по двору и еще раз осмотрелась – не пропустила ли она дверь в стене? Убедившись, что нет, громко выругалась.

– Куда-то собралась, Элпида?