Орден Света. Серебряный воздух победы

Неправда. Ты в мире найдёшь

Не только потери и беды.

Ты выжить должна. Ты вдохнёшь

Серебряный воздух победы.

(Е. Долматовский)

Глава 1

– Давайте для начала познакомимся, – произнёс Дэн, испытующе глядя на усаженного за овальный стол Тронного зала мужчину средних лет с правильными чертами лица, твёрдым подбородком, высоким лбом и совершенно седой головой. – Вы находитесь в организации под названием «Орден Света», среди её старейшин. Меня зовут Даниил, и я, как и вы – бывший следователь. По правую руку от меня – Роман Алексеевич и Саймон. По левую – Аматор. Скоро подойдёт ещё один старейшина по имени Редфорд. На постоянный грохот и периодические звуки дрели не обращайте внимания: в здании ведутся ремонтные работы.

– Орден Света? – радостно оживился пленник, снятый Воинами Света с вертолёта сразу после приземления у своего загородного особняка. Он возвращался домой на ужин, когда люди в балаклавах и кожаных куртках помешали его встрече с семьёй. – Я так давно мечтал побывать здесь! – с восторгом озирался он вокруг. – Но Мария мне всё время отказывала в этом под разными предлогами. Кстати, а где она? – в его глазах вдруг вспыхнула подозрительность.

– Назовите себя, – спокойно начал допрос Даниил.

– Радугин Иван Сергеевич, начальник тюрьмы сверхстрогого режима номер четыре. Но, полагаю, это вы уже и так знаете. Где Мария? – настойчиво повторил он свой вопрос.

– Ей пришлось покинуть Орден на какое-то время, – мягко ответил ему Роман Алексеевич. – Всё случилось внезапно, и мы не успели получить от неё документы, касающиеся тюрем. К сожалению, она не посвящала старейшин в эти дела. Сейчас Мария вне зоны доступа, но мы с большим нетерпением ждём её возвращения. Ваша докладная записка была получена нами и вызвала много вопросов. Расскажите всё, что знаете о тюрьмах Ордена и о сбежавшем заключённом.

– О тюрьмах? – неожиданно для всех изумился Иван.

– Вы же начальник тюрьмы под номером четыре. Значит, есть ещё как минимум три подобных учреждения, – с недоумением пояснил Даниил.

– Нет, тюрьма всего одна, – покачал головой Иван. – Номер четыре был ей присвоен по четвёртому месту расположения. Мы несколько раз переезжали. А нумерация была введена для упрощения отчётности: на территории какой тюрьмы был захоронен тот или иной заключённый. Тюрьма номер один располагалась в здании бывшей психбольницы и была оснащена всеми коммуникациями. Но она не могла обеспечить должного уровня безопасности, поскольку находилась недалеко от населённого пункта. Рано или поздно местные начали бы задавать вопросы. Тюрьма номер два располагалась в скале, в заброшенном военном бункере, и в один прекрасный момент оказалась переполненной. Поскольку расширить её пределы не представлялось возможным, пришлось перебазироваться в тюрьму номер три. Но через пару лет дотошные геологи обнаружили в тех местах богатые залежи нефти. И нам снова пришлось в срочном порядке отстраивать в далёком сибирском лесу новую крепость с подземными казематами и переводить всех заключённых туда. Тюрьма номер четыре успешно функционировала больше семи лет, но неделю назад оттуда был совершён побег.

– Как это случилось? – задумчиво покусывая кончик карандаша, уточнил Саймон.

– Если б я знал, – тяжело вздохнул начальник тюрьмы. – Произошёл кратковременный сбой в электричестве, и видеокамеры вырубились на одну секунду. Но этого оказалось достаточно, чтобы заключённый исчез. Такое чувство, что он телепортировался, – почесал затылок Иван. – Но год назад Мария поставила там какую-то защиту от перемещений в пространстве, вдобавок все помещения тюрьмы освящены одним надёжным человеком, монахом, и я сам не раз наблюдал, как ведут себя в камерах одержимые. Некоторые из них периодически мерцают и исчезают на доли секунды, но потом, будто ударяясь о невидимую стену, падают навзничь. Словно они пытаются сбежать, но натыкаются на преграду. И так раз за разом. Знаете, я являюсь начальником этой тюрьмы, начиная с её самого первого номера, уже пятнадцать лет. И за это время такого понасмотрелся, просто жуть! – показал он рукой на свои седые волосы.

– За всю историю тюрьмы из неё кого-нибудь освобождали? – с любопытством поинтересовался Аматор.

– Нет, это билет в один конец, – пояснил Иван. – Заключённых привозят в бессознательном виде, переодевают в плотно прилегающую к телу серую арестантскую робу с нанитами, которую без специального оборудования невозможно снять и в которой есть функция самоочищения, и помещают в одиночную камеру без окон, размером три на четыре метра. Еда подаётся автоматически, через крошечное отверстие в стене. Рацион скудный, чтобы человек не умер с голода. Тарелки, как и ложки съедобные, из плотного вафельного теста. Стаканчики с водой – из тонкой целлюлозы, и некоторые используют эту бумагу в качестве туалетной. Но кто-то делает из неё оригами, желая хоть чем-то себя занять. В качестве унитаза – небольшая дырка в углу. На бетоне – приклеенный к полу матрас, тоже с покрытием из нанитов, чтобы не приходилось его стирать. Семьдесят процентов заключённых – одержимые. Нечисть, которая поселяется в их теле, не может вырваться наружу и срывает злобу на своих носителях. Летающие по камере тела, разбитые о стену лица и головы, – это своеобразная норма для нашего заведения. В последний раз, когда я разговаривал с Марией, она сказала, что подыскивает экзорциста, который мог бы справиться с этой проблемой. Медицинская помощь заключённым не оказывается, а при попытке суицида в камеру подаётся усыпляющий газ. Единственный доступный способ покончить с собой – отказаться от еды и умереть от голода. Но это очень долгая и мучительная смерть, и мало кто решается на такое и доводит дело до конца. Никаких прогулок, помывок, свиданий и передач. Тот, кто попал в эту тюрьму, может лишь доживать свой век, замурованный в этих стенах, и сутками напролёт раздумывать о том, что натворил, раз оказался здесь.

– Понятно… – задумчиво протянул Даниил. – Значит, говорите, роба и матрас с нанитами, – быстро переглянулся он с другими старейшинами.

– Да, они были введены в наш обиход около года назад, – подтвердил Иван. – Это очень удобно: теперь не надо ничего стирать.

– Одной Марии было бы не под силу провернуть такое. Значит, ей стал помогать Хантер, – озвучил общую догадку Саймон.

– Расскажите о сбежавшем заключённом, – задал вопрос Даниил. – Вы можете предоставить нам его дело?

– В тюрьме все дела хранятся только в одном месте, – заявил Иван и постучал пальцем по виску. – Вот здесь. Все бумажные носители уничтожаются сразу после моего с ними ознакомления. У меня фотографическая память. Но Мария мне всегда показывала лишь копии. Оригиналы хранятся где-то у неё. А насчёт этого заключённого могу сказать, что он чертовски опасен. Имя – Вячеслав. Фамилия и отчество неизвестны. Возраст – тридцать три года. Серийный убийца, насильник и основатель деструктивной тоталитарной секты «Люди огня». Владеет гипнозом и пирокинезом.

– Я его помню, – побледнел вдруг Роман Алексеевич. – Мы схватили его пять лет назад, когда разгромили эту секту под Велейском. Операцию возглавлял Алекс. Он настаивал на ликвидации этого подонка, но Ордену нужны были от него кое-какие сведения о другой, близкой по сущности, секте. На допросах он нам так ничего и не сказал. Борф убедил нас отправить этого упыря в тюрьму. Улик для этого хватало с лихвой, свидетелей тоже.

– А Мария, как мудрая женщина, вместо этого решила закрыть его навеки в своей тюрьме, более надёжной, – подвёл итог Саймон.

– Как оказалось, не такой уж и надёжной, – горько усмехнулся Иван.

– Он одержимый? – внимательно посмотрел на него Даниил.

– Точно сказать не могу, – покачал головой начальник тюрьмы. – В основном он занимался тем, что часами напролёт сидел в позе лотоса, медитируя. Четыре часа в день посвящал тренировкам: отжимался, делал приседания, качал пресс. Иногда – поджигал своим даром бумажные стаканчики. Он явно наслаждался тем, как они горят. Смотрел на пламя как зачарованный. Спал восемь часов в сутки. Несколько раз перегрызал себе вену на руке и пил собственную кровь. Вот, собственно, и всё.

– Что вы предприняли с момента его побега? – задал следующий вопрос Даниил.

– Прочесали всё в радиусе десяти километров. Потом прошерстили весь Велейск. Даже наёмников к этому подключили. Безуспешно. Послав докладную записку Марии, я очень надеялся на помощь Ордена в этом вопросе, – признался Иван.

– Не волнуйтесь, мы его найдём! – уверенно заявил Даниил. – Из-под земли достанем, если потребуется. Но назад в тюрьму он уже не вернётся, вы же понимаете, – многозначительно посмотрел на него молодой человек.

– Конечно! И это правильно. Я и сам бы его пристрелил, если б увидел, – мрачно вздохнул Иван.

Глава 2

– Не дёргайся, скотина, иначе я тебя пристрелю! – из коридора донёсся громкий и очень гневный голос Редфорда.

Дверь Тронного зала резко распахнулась, и все опешили, увидев, что маг волочит за шкирку сильно избитого и окровавленного мужчину. Его тело казалось сплошным месивом, с лица свисали содранные куски кожи, а на руках вместо кистей были обожжённые культи, замотанные в грязные, пропитанные кровью, белые капроновые колготки.

– Ты пол испачкал, – в воцарившейся тишине раздался холодный голос Саймона.

Обернувшись, Редфорд кинул взгляд на кровавый след, и выпустил из рук добычу, которая безвольно, как мешок картошки, рухнула к его ногам с тихим стоном.

– Я бы заставил его убрать за собой, но уже нечем, – сдерживая дикую ярость, усмехнулся маг.

– Это он? – приподнял бровь Даниил.

– Да, это та самая редкостная тварь! – не в силах успокоиться, Редфорд возбуждённо заходил взад-вперёд по залу. – Я чуть не опоздал! Он уже привязал девчонку к кровати, залез на неё и принялся резать! Ещё немного – и она осталась бы без лица! А его квартира – это же просто кунсткамера! Там столько человеческой кожи на обоях, что меня вывернуло наизнанку! Он несколько десятков человек убил, не меньше! Прикончу гада! – в бешенстве он сильно пнул маньяка ногой в живот.

– Сядь, успокойся! – Дэн включил командирские нотки. – Есть вещи похуже смерти.

Редфорд послушно, с каким-то опустошением внутри, рухнул на стул рядом с Тором.

– Примете ещё одного клиента? – Даниил выразительно посмотрел на Ивана.

– Да не вопрос! – кивнул тот, приходя в себя от лёгкого шока. – Но я должен прочитать его дело. Таков регламент, – извиняющимся тоном пояснил он.

– Дело будет отправлено Вам в ближайшие сутки, – заверил его Даниил. – А сейчас назовите координаты тюрьмы, и мы доставим Вас туда с пополнением, – махнул он на корчившегося на полу маньяка.

– Записывайте! – отозвался Иван, покосившись на обгрызенный Саймоном карандаш.

***

– Я лишь хочу записать показатели твоего давления, поэтому лежи, пожалуйста, спокойно и не дёргайся, – с добродушным увещеванием склонилась над Эми розовощёкая упитанная медсестра с короткими чёрными волосами и белоснежной робе, напоминающая бодрую доярку в скафандре.

Сознание девушки было мутным и то и дело проваливалось в серую дымку. Единственное, что ей было понятно, это то, что она лежала прикованной к кровати в медицинском центре на Фармаксии, где ей периодически вкалывали в плечо какой-то релаксант или наркотик, а из её вены на локтевом сгибе уже несколько суток большими порциями выкачивали кровь.

– Что вы со мной делаете? – побелевшими губами прошептала девушка. – Я – Космический стражник и прибыла сюда только для медосмотра! – каждое слово давалось ей с большим трудом.

– Бедная девочка, – погладила её по голове медсестра, но в её голосе не было ни капли сочувствия. – От лекарств у тебя начался параноидальный бред! Женщин – Космических стражников не бывает! Там одни мужики. А ты поступила к нам по указанию Советника Вэлфера во исполнение Директивы восемь-семнадцать. Научный прогресс любыми средствами. Твоя кровь уникальна и представляет собой драгоценный биологический материал для исследований. Ты – единственный в мире искусственно созданный субъект со смешением человеческих генов и шеронитских. А уж твой ребёнок – и вовсе находка для медицинских опытов. Так что не волнуйся: ваша смерть не будет напрасной, она принесёт огромную пользу обществу!

Сверкнув чёрными очами, в которых отражалась холодная бездна, медсестра с эмпатией робота невозмутимо вышла из палаты.

Издав тихий стон, Эми стиснула зубы. Всё. Вэлфер – не жилец. Определённо. Она выберется отсюда несмотря ни на что. И порвёт эту ящерицу на длинные ленточки!

Наслоившийся на ярость страх за малыша придал ей дополнительные силы и помог сконцентрироваться на правой руке, плотно зафиксированной ремнями. Минут через пятнадцать на лбу выступила испарина, перед глазами всё плыло и мелькало яркими жёлтыми вспышками, но Эми всё же добилась своего и ослабила узы. Высвободив руку, она расстегнула остальные удерживающие её ремни, выдернула из вены огромную иголку, оторвала её от прозрачной пластиковой трубки и зажала в кулаке, высунув острый кончик между указательным и средним пальцем.

– Прорвёмся! – решительно прошептал настроенный убивать Космический стражник. И то, что её качало от голода и потери крови, было не важно.

– Процедурки! – приторно улыбаясь, пропела медсестра, входя в палату с большим круглым металлическим подносом, на котором были разложены инъекционные пистолеты. Чтобы удерживать подопытную в сонном состоянии, требовалась очередная серия уколов.

Через секунду поднос громко загрохотал по мраморному полу, а застывшая от изумления медсестра оказалась лежащей носом вниз, с заведённой за спину рукой.

– Где мой корабль? – жёстко надавив на кисть, применила Эми болевой приём.

– Ангар номер три-двенадцать, верхняя палуба, последний этаж, – быстро заверещала медсестра, обильно орошая пол слезами.

– Раздевайся! – процедила сквозь зубы Эмишер, гася в себе желание воткнуть иголку в чёрный глаз этой розовощёкой толстой змеи, а потом отрубить голову её же подносом.

Видя ярость в глазах пациентки и убедившись в наличии у неё боевых навыков, медсестра не посмела ослушаться.

И уже через пять минут Эми была облачена в белую медицинскую унифрорму с пластиковым пропуском на нагрудном кармане, а сама поборница развития науки любыми средствами громко храпела на кровати под воздействием лекарств из уцелевшего при падении на пол инъекционного пистолета.

***

Стараясь идти ровно, не шатаясь, Эми вышла из лаборатории в коридор и без приключений прошла его до конца. Там очень вовремя обнаружился лифт, на котором девушка смогла подняться лишь до предпоследнего этажа. Подниматься выше коварная кабина категорически отказалась, отбрасывая лазерные точки на пластиковый пропуск и равнодушно объявляя: «Низкий уровень доступа».

Уставившись в пол и стараясь ни на кого не смотреть, Эми вышла из лифта прямо в толпу деловито снующих медсестёр, врачей и пациентов. До лестницы наверх ей предстояло осилить путь в сто метров. Быстро оглянувшись, она поняла, что самое большое количество народа столпилось в холле, застыв перед огромным голографическим экраном.

Увидев, что именно там транслировалось, Эмишер остолбенела от изумления.

«Пятеро отлично обученных Космических стражников были телепортированы в маленькую тесную земную квартирку, где находились только хрупкая беременная землянка на последнем месяце, и котёнок, – на весь коридор разносился громкий, чёткий, хорошо поставленный голос Индезорда. – Сколько ящеров выжило после столь опасной миссии? Только один. Да и тот был тяжело ранен котом».

Весь этаж лечебного учреждения взорвался диким хохотом, а забившиеся по углам несколько стафферов покраснели от стыда и унижения.

Эми смотрела на экран, не в силах оторвать взгляд от происходящих на нём событий. Заплаканное лицо Вероники, отчаяние в глазах Михаила, застывшая поза Марии, ярость, исходящая от Алекса и белая, в красных пятнах, морда Вэлфера – эти кадры то и дело мелькали крупным планом.

***

– Убью тварь! – едва слышно выдохнула Эмишер, буравя взглядом лицо врага так, как если бы он стоял перед ней во плоти.

– Я тоже хочу такие туфли! – молоденькая эльфийка капризно ткнула пальчиком на ноги Вероники, обутые в пушистые домашние тапочки в виде забавной заячьей морды. Сама того не подозревая, подсудимая землянка не просто обрела бешеную популярность, но и стала законодательницей моды в метагалактике на несколько лет вперёд.

Спохватившись, Эми дала себе мысленный пинок и снова уставилась в пол. В любой момент кто-нибудь из зевак мог заметить её поразительное сходство с героиней экрана.

Медленно продвигаясь к лестнице, Эми мимоходом стянула из кармана упитанного лысого пациента в полосатом халате шоколадную плитку и проглотила её почти не жуя. Голод мучительно выкручивал внутренности, а в голове настойчивым набатом стучало желание поскорее оказаться в кладовой «Провидения». Но вначале надо было убраться подальше от этой чёртовой планеты и понять, где сейчас Дмитрий. В том, что он тоже в беде, Эми не сомневалась.

Глава 3

– Сомневаюсь, что это хорошая идея, – сквозь сон услышала Вероника тихий женский шёпот где-то совсем рядом. – Не надо её будить.

– Другого шанса у нас не будет, – раздался в ответ приглушённый мужской голос.

Резко пробудившись, Ника вынырнула в реальность и попыталась вскочить. Но большой живот с маленьким обитателем помешал этим планам, и у девушки получилось лишь неловко дёрнуться на кровати.

– Лежи, лежи! – хором воскликнули двое визитёров и кинулись к ней, чтобы не дать ей свалиться с кровати.

– Малика, Ксанти! – с огромным облегчением выдохнула Ника, узнав неожиданных гостей. – Как же я рада вас видеть!

– Очень взаимно, птичка! – широкой белозубой улыбке врача позавидовал бы любой голливудский актёр.

– Почему птичка? – удивилась девушка, кинув беглый взгляд на силуэт лохматого страуса-переростка за окном.

– Когда я был в Ордене и спросил, откуда твои коллеги знают про тетрий, мне ответили: «Одна птичка на хвосте принесла». Я посоветовал им беречь эту пташку как зеницу ока. А теперь вот стою рядом с ней и хочу поблагодарить за бешеную популярность и огромную прибавку в зарплате. Все обвинения с меня сняты, анонимный донос был признан ложным, Межгалактический суд официально принёс мне свои извинения и возместил моральный вред, перечислив на мой счёт неприлично крупную сумму. Теперь я могу открыть собственную клинику, жить припеваючи и ни от кого не зависеть, – взмахнул руками Ксанти, светясь от счастья.

– И жениться! – с добродушным смехом добавила Малика. – Уже несколько десятков богатых и очень именитых дамочек из различных рас предложили ему руку и сердце!

Обаятельное лицо врача покрылось нежно-розовым румянцем смущения.

– Если я и птица, то, скорее, пингвин! – выручила его Ника, уведя разговор в сторону от щекотливой темы. – Толстый и неуклюжий, – провела она рукой по животику.

– Я не знаю, что такое пиг-гвин, но я очень благодарен тебе, Вероника! – искренне признался Ксанти. – Встреча с тобой изменила всю мою жизнь!

– И мою тоже! – став серьёзной, кивнула Малика. – Я не могу передать словами, как сильно я тебе признательна. Теперь моя сестра абсолютно здорова, и мне не придётся её хоронить. Через пару лет она подрастёт, я передам ей трон, а сама сделаю то, о чём так давно мечтала: выйду замуж, создам семью, нарожаю детишек.

– У тебя уже есть жених? – с любопытством вздёрнула Ника бровь.

– Да, есть тут один остроухий блондин на примете, – взгляд фиолетовых глаз Малики сверкнул яркой тёплой вспышкой, а рот расплылся в мягкой мечтательной улыбке. – Тянет меня к нему нереально. К тому же, его отец очень мечтает нас поженить.

– Я надеюсь, у тебя всё получится! Малика, я тебе тоже хочу сказать огромное спасибо за то, что ты освободила Михаила! – глаза Ники излучали вселенскую благодарность. – И тебе, Ксанти, за защиту и заботу! – кивнула она ящеру. – Если кому-нибудь из вас когда-нибудь понадобится тетрий – вы знаете, где меня найти!

***

– Будем иметь это в виду! – ответил за двоих доктор. Тема с благодарностями была исчерпана, и он перешёл к насущным вопросам: – Ты скоро вернёшься домой. Как ты себя чувствуешь? Я должен оценить твоё состояние и дать официальное разрешение на очередной телепорт.

– Я в полном порядке! – поспешно заверила его девушка. – Когда Анди ушла, мне принесли какую-то очень сытную сладкую кашу. Я поела и меня разморило. Прилегла на кровать и в очередной раз вырубилась. А потом пришли вы и разбудили, – бодро отчиталась она.

Достав из кармана белоснежного халата небольшой кусок плотной золотистой фольги, Ксанти задумчиво провёл по ней пальцем.

– Судя по последним данным, твои показатели в норме, но ты сильно взволнована, – озадаченно хмыкнул он. – Гормон стресса зашкаливает.

***

– Ну, во-первых, я очень обрадовалась вашему приходу, – привела Ника логичный аргумент. – А во-вторых, вы меня выдернули из очень странного и нереально яркого сна. Он до сих пор у меня перед глазами, – призналась она.

– Возможно, это защитная реакция организма на пережитые потрясения, – предположил врач.

– А что тебе снилось? – Малика облокотилась на спинку кровати.

– Невероятно красивый белый мраморный замок, с тремя башнями, – погрузилась Ника в воспоминания. – Он находился в месте, которое казалось мне смутно знакомым, посреди зелёного леса. Настоящая неприступная крепость, но при этом – изумительная, как в волшебной сказке. А на крыше самой высокой башни сидел ангел. С большими серебристо-белыми пушистыми крыльями. Такими сияющими… Я видела его лишь со спины, но чувствовала, что в этот самый момент он думает обо мне и пытается меня найти. Но не может. А потом к нему подошёл молодой, очень симпатичный юноша лет восемнадцати, с восточной внешностью. Он был босиком и двигался с кошачьей грацией. При этом он выглядел таким милым и таким… родным, что ли… Приблизившись к ангелу, он молча сел рядом с ним. Они оба уставились на заходящее за кроны деревьев оранжевое солнце. Потом юноша тихо спросил: «Мы найдём её?». В его голосе была тревога. А ангел ответил едва слышно: «Должны!», и стал поворачиваться ко мне лицом. Моё сердце сильно забилось, я так сильно хотела, чтобы он увидел меня! Но я резко вернулась в реальность… – вздохнула девушка.

– Когда-нибудь ты нам расскажешь – был ли этот сон видением, или просто иллюзией, – мягко улыбнулась Малика.

– Да, поживём – увидим, – задумчиво кивнула Ника.

– А сейчас – я прошу Вашу руку, леди! – с загадочным выражением лица заявил Ксанти, медленно склоняясь над девушкой.

– Что? – слегка опешила Вероника.

– Давай руку, птичка, браслет сниму! – рассмеялся блондин.

– Стаффер с чувством юмора! – с уважением и большой симпатией посмотрела на него Малика. – Ксанти, ты уникален!

– Я знаю! – с демонстративной скромностью отозвался врач, освобождая запястье Ники от изящного медицинского прибора.

Глава 4

– Я должна это знать! Надо просто вспомнить пароль! – едва слышно прошептала Эмишер, подходя к небольшой, с ладошку, настенной голографической панели управления, с помощью которой открывались двери на лестницу.

Это устройство было прикреплено на уровне глаз девушки и представляло собой белый пластиковый квадрат с десятью светящимися перед ним объёмными иероглифами. Заветные четыре символа смутно замаячили в её сознании, вынырнув из глубин памяти Эйшера.

– Вам помочь? – холодно-вежливый, чуть шипящий голос возникшего за спиной охранника совершенно не вписывался в её планы.

– Нет, спасибо, – как можно милее улыбнулась девушка, моментально оценив уровень опасности, исходящий от кноринга в голубой униформе, и невинно похлопала глазками.

Этот накачанный гигант напоминал усеянный острыми ядовитыми шипами бледно-зелёный кактус с горящими тёмно-синими глазами. Эми подавила в себе тяжёлый вздох. Ей было опасно даже просто прикасаться к нему, поскольку токсины в его шипах легко могли привести к выкидышу.

Призвав всё своё хладнокровие, она невозмутимо потыкала пальцем в символы, которые показались ей наиболее похожими на те, что расплывались мутной дымкой в её голове.

Белоснежные створки дверей невыносимо медленно разъехались в стороны, давая доступ к вожделенной лестнице. Коротко кивнув, охранник отошёл в сторону, проводив девушку тяжёлым пристальным взглядом.

***

– Надо сохранять бдительность, – Дэн медленно обвёл взглядом сидевших в Тронном зале Романа Алексеевича, Тора, Саймона и Редфорда.

За окном медленно заходило угасающее бледное солнце, поэтому помещение постепенно погружалось в полумрак. Кряхтя и пофыркивая, из-под стола выполз нахохлившийся Пирл. Подойдя к стене, он ловко подпрыгнул и включил большую хрустальную люстру. После чего с чувством выполненного долга снова скрылся из виду.