Король Кубков

Глава 6

Наша контора находилась на пересечении Джефферсон-авеню и Уинберн-Драйв, рядом с баптисткой церковью. Мы арендовали крохотное помещение, половину которого занимали материалы дел, а оставшуюся половину – два несчастных стула, два стола и один ноутбук на двоих. Единственное окошко едва пропускало свет, зато маленький офис быстро проветривался, и мы не успевали задохнуться от пыли после долгого отсутствия.

Я подходила к конторе, когда услышала из этого самого окна надрывное пение Вероники. Она исполняла «Hurricane», подражая Джареду Лето.

– О-о-о-о, у-у-о-о-о, этот ураган!

– Ники, пощади! – воскликнула я, прикрывая уши.

Вероника, завидев меня, быстро отключила колонку и широко улыбнулась. Вероника была из тех людей, у которых заразительные улыбки. Настолько она становилась милой и задорной, что я тут же улыбалась в ответ, даже если хотелось сброситься с ближайшего моста (например, после расставания с Джейсоном). Коллега переехала в Атланту из… Господи, как же этот город назывался…

Точно! Новосибирск! Бабушка Лиза, прознав о том, что Вероника наполовину русская, тут же с ней подружилась и приглашала на все наши семейные посиделки. Вероника благоразумно отказывалась.

– Рассказывай, как прошла встреча с этим Ноланом? – первым делом спросила Вероника. – А! Я принесла несколько пончиков, но за кофе придется сходить. Будешь?

– Пойдем, расскажу по пути, – кивнула я.

Вероника накинула белую жилетку с капюшоном, и мы вновь оказались на улице.

– Баптисты еще не приходили к тебе во время твоих сольных концертов? – спросила я, кивая в сторону церкви.

Вероника заливисто рассмеялась.

– Вот так, Айрис, и разбиваются мечты о карьере певицы. – Она театрально вздохнула, приложив руку к сердцу. – Что там Нолан, говори скорее!

Я пересказала состоявшийся диалог и упомянула об утреннем инциденте в метро.

– То есть ты чуть не раздавила какого-то бородатого красавчика?

– Вероника! – возмутилась я. – На мне лежала чертова дюжина людей!

– Айрис, как это, наверное, романтично – упасть в руки сильному мужчине…

– Судя по его ошарашенным глазищам, он явно не думал о романтике, – хмыкнула я. – Завтра поеду в суд, хочу почитать дело Нолана.

– Если честно, на мой взгляд, у мужика нет шансов выйти.

Мы подошли к кофейне, взяли два лавандовых рафа и зашагали назад в офис, вернувшись к разговору.

– Не знаю, Ники, видела бы ты его глаза. Он говорил искренне.

– Но мы ведь не частные детективы! На что он надеется? Мы даже не партнеры крупной адвокатской фирмы, у нас ни ресурсов для такого расследования, ни людей.

– Может, удастся за что-нибудь зацепиться, когда просмотрю фотографии, протоколы, – пожала плечами я, отпивая раф.

– Тогда после суда приезжай в контору, будем вместе работать над делом, – предложила Вероника, открывая передо мной дверь в наш микроофис.

Мы уплетали пончики, разбирая бухгалтерию и материалы по мелким делам. Вероника приняла еще одно предложение от новой фирмы, прибыль небольшая, но сейчас нам не помешают любые деньги. Так я пыталась убедить себя в том, что решение относительно Клая Нолана было верным.

– Калеб снова пытается помириться, – нараспев пожаловалась Вероника в конце рабочего дня.

– И что думаешь? – Я спросила ради приличия, потому что давно сбилась со счета, столько у них было примирений и расставаний.

– Думаю, может, к Венди обратиться с этим вопросом? Эти нестабильные отношения меня в могилу сведут.

– Это намек на то, чтобы я спросила у сестры? У тебя есть ее номер, позвони сама, пожалуйста, не хочу выслушивать очередное предсказание, – закатила глаза я, закрывая контору на ключ.

Мы с Вероникой жили на противоположных улицах, а потому остановились на перекрестке. Дождь моросил, попадая то в глаза, то на кончик носа.

– Мне… как-то неловко… – замялась Вероника.

– Черт с тобой, спрошу, – отмахнулась я. – До завтра, Ники!

На следующий день я поехала в апелляционный суд одиннадцатого округа: именно здесь будет приниматься окончательно решение в деле Клая Нолана. Пятиэтажное здание из светлого кирпича построили еще в 1910-м, и только в 1981-м мой штат, Джорджия, перешел под юрисдикцию этого суда. Не любила я это место. В федеральных окружных судах намного комфортнее.

Мне сообщили, что я могу забрать копию дела на пятом этаже, а также поговорить с судьей уже после, на третьем. Лифт здесь был древним, как Билль о правах[5], я еле втиснулась в переполненную кабину. На третьем этаже почти все вышли, я начала глубоко дышать, чтобы восполнить недостаток кислорода от давки: клаустрофобия давала о себе знать. Черт меня дернул поехать на лифте! Но стоило ему закрыться и начать движение вверх, как послышался скрежет, затем он словно со скоростью света поднялся наверх, а после снова рухнул вниз и остановился. Я рефлекторно ухватилась за стену, не понимая, между какими этажами застряла.

– Иисус Христос, только этого мне не хватало! – простонала я, уверенная, что осталась в лифте одна.

– Не могу не согласиться, – хмыкнул кто-то сзади.

От неожиданности я резко обернулась, ударив рыжей гривой мужчину по лицу. Что-то в его облике показалось знакомым. Он посмотрел в мои глаза и громко воскликнул:

– О господи боже, мисс клаустрофобия?!

– Вы?! – так же сильно удивилась я.

Приглушенный свет падал на его скрещенные на груди руки с закатанными рукавами белой рубашки. Мне не стоило пялиться на напряженные мышцы его рук. Нет, совершенно не стоило.

– Только не говорите, что у вас очередной приступ, – вернул меня к жизни незнакомец.

Приступ. Да, кажется, именно он и начинался. Воздуха катастрофически не хватало! Я бросилась к кнопочной панели, принялась долбить по кнопке с колокольчиком и завопила:

– Диспетчер! Помогите!

Мощная рука отодвинула меня к стенке.

– Мы застряли в лифте, примерно между четвертым и пятым, – ровным тоном объяснил мужчина.

– Ваше обращение зафиксировано, в ближайшие пятнадцать минут вас вытащат. Не паникуйте. В случае, если вы почувствуете падение, ложитесь на пол, на спину, зафиксировав голову руками.

– Лучше бы вы добавили это шепотом, мисс, у моей спутницы клаустрофобия, – тяжело вздохнул незнакомец.

Диспетчер громко фыркнула, и звук исчез. Все это время я обнимала стену, представляя вариации своей кончины в этом захудалом лифте. В целом плевать. Я ничего собой не представляла, больше не нужна Джейсону, да и Венди мне пророчила что-то…

– Какой ваш любимый фильм?

– А? – удивилась я.

– Фильм. Фильмы смотрите? – переспросил незнакомец.

Он облокотился на стену напротив и изучал меня, разглядывая с головы до ног и обратно. Вспыхнув, я поправила мешковатый свитер.

– Конечно, смотрю. – Так, о мелодрамах, которые я пересмотрела по двадцать раз после расставания, упоминать не стоило. – Например, обожаю «Счастливое число Слевина», еще «Престиж» с Джекманом и Бейлом, «Адвокат дьявола», конечно. Чаще смотрю сериалы… а у вас?

– Соглашусь с вами насчет «Престижа», – то ли улыбнулся, то ли ухмыльнулся он. Само выражение лица у незнакомца казалось наглым, обольстительным. – Мне нравится сериал «Как избежать наказания за убийство». А из фильмов… «Зодиак», «Семь».

– Бо-о-оже, да! «Зодиак» потрясающий, как и актерский состав! Но вот моя сестра только и делала, что ныла: «Три часа? И они так и не нашли убийцу?» – хохотнула я, и незнакомец усмехнулся в ответ.

– Мне нравится, когда над сюжетом нужно подумать – объяснил он. – Кстати, вы не представились. Как вас зовут?

– Вы, кажется, уже придумали мне прозвище, – напомнила я. – Айрис. Айрис Мур.

– Значит, ирландка? – Он протянул руку, я ответила на рукопожатие, и моя тонкая рука мгновенно утонула в его крепкой теплой, почти горячей ладони. – Каспер Уайт.

– Значит, привидение? – хихикнула я. – Простите, мистер Уайт, моя сестра Венди была бы просто в восторге от вашего имени…

– Да вы сегодня в ударе, Айрис Мур, – закатил глаза Каспер. – Очень смешно.

– Да ладно вам, наверняка вы часто слышите подобные шутки…

– Вы у меня первая, мисс Мур, – широко улыбнулся Каспер, и я вдруг осознала, что стоим мы в непозволительной близости, отчего обстановка мне показалась интимной.

А какой еще она может быть, черт подери, когда оказываешься заперт с человеком в коробке фут на фут?! Смутившись, я обернулась и вспомнила, что кислород постепенно кончается. От нервного напряжения казалось, что стены с каждой минутой постепенно приближаются, словно пытаются задавить нас.

– Нет-нет-нет, никаких приступов! Айрис, вы меня слышите? – Каспер схватил меня за плечи и потряс, в этот же момент послышался треск.

Я подумала, что мы падаем, и кабину лифта действительно тряхнуло. Схватившись за крупные бицепсы Каспера, я закричала:

– Ложитесь! – и подтолкнула Каспера.

Лифт снова дернуло, и мы свалились на пол. Мои локоны упали ему на лицо, животом я ощущала его твердость в паху, отчего покраснела до корней волос и зажмурилась, прижатая к нему, насколько было возможно. Руки Каспера лежали на моей талии, он сжал ее пальцами, и по всему телу мгновенно пробежала странная дрожь.

– Айрис, мы не падаем, – простонал он. – Я понимаю, вам нравится лежать на мне, но все-таки пожалейте меня. Я ведь могу распустить руки.

– Но… что значит не падаем?

С грохотом и скрежетом двери лифта начали раздвигаться, постепенно запуская свет внутрь кабинки. Затем в проеме появилась голова пожилого мастера в зеленой кепке.

– Айрис, я бы все-таки попросил вас встать, хотя ничего не имею против вашего тела, просто…

Я пришла в себя, вскочила и возмутилась:

– У вас все мысли только об одном!

– Я только что нащупал под этим вашим мешком тонкую талию, ваша грудь буквально заткнула мне рот при падении, что прикажете делать?! Так вы еще опорочили мою честь перед сотрудниками суда! – Он запнулся, пытаясь сдержать смех.

Да, действительно, прямо за мастером собралась целая толпа персонала. Господи, какой позор!

– Вы могли вести себя, как подобает… джентльмену! – прошипела я, двигаясь к выходу.

– Джентльменов ищите в другом месте, мисс Мур, – ухмыльнулся он.

Что за язва бородатая! Раскрасневшаяся, я пулей вылетела из лифта, бросив благодарность лифтеру, которая скорее прозвучала как угроза, и метнулась к лестнице, чтобы все-таки добраться до материалов дела, на ходу поправляя растрепанные волосы и помятые брюки. Зарегистрировавшись у секретаря в качестве адвоката Клая Нолана, я получила доступ к материалам, но не застала судью – та была на обеде.

Я решила как можно скорее покинуть здание суда, чтобы больше не сталкиваться с Каспером – ха-ха! – Уайтом. Интересно, а что он делал в суде? Может, он тоже адвокат? Если этот наглец окажется моим конкурентом, я не удивлюсь.

Выскочив из суда, я пошла к метро, на ходу разглядывая себя в витринах бесконечных кафе и магазинов. Потом вовсе остановилась и уставилась на свое взъерошенное отражение. Серый тренч, мешковатый серый свитер, свободные темные брюки. Если бы не рыжие волосы, в любой толпе я могла остаться незамеченной. Просунув папку под мышку, я провела рукой по свитеру, и в груди кольнуло, словно рыба-еж внутри ощутила опасность и выпустила иглы. Я вспомнила, как Каспер сжимал мою талию и что-то говорил о мешке…

Тут же всплыл образ Джейсона и наш диалог двухлетней давности.

– Смотри, какая блузка! – Я отодвинула шторку примерочной и, счастливая, покружилась перед Джейсоном, демонстрируя полупрозрачную черную блузку.

– Слишком пошло, – ответил он занудным тоном. – Если ты собралась в этом идти к моей маме, то мой ответ – нет.

– Я… я думала, что могла бы носить ее на работу, – с надеждой улыбнулась я.

В этот момент из соседней примерочной вышла женщина средних лет в свитере, который теперь принадлежал и мне.

– Вот! Смотри, какой уютный, теплый… – воодушевился Джейсон.

Почему я не ощущала его контроля? Не понимала, что он пытался сделать из меня другую, удобную девушку? Что он все время пытался меня изменить? Если бы я безропотно выполняла все его указания, бросил бы он меня и тогда?

Вдруг мне в лицо что-то брызнуло. Я вздрогнула, отмахнулась, но оказалось, это уборщица мыла окно витрины, на которое я пялилась. С недовольным видом она растерла чистящее средство тряпочкой, а я пошла дальше, сморгнув слезы.

Вероника в конторе закинула ноги на стол, приставила карандаш к губам и что-то внимательно изучала.

– О, Айрис! Выглядишь так, будто пешком шла до суда в Техасе.

– Спасибо, Ники, чувствую я себя примерно так же.

Я вкратце поведала о лифте.

– Погоди, ты снова столкнулась с тем красавчиком?! – Вероника вся подобралась и посмотрела на меня так, словно я объявила ее победителем лотереи, не меньше.

– Он язва, но красивый, – пробурчала я, швырнув тренч поверх стопки документов. – Главное, я получила дело.

Положив бумаги между нами, я начала рассматривать фотографии кошмарного преступления. Жену застрелили в упор, сын лежал немного правее, их руки соприкасались, а лужи крови сомкнулись у вычурной статуи с папоротником. По первому впечатлению, мать и сына убили, не переступая порога.

– Ох, Айрис, не повезло же тебе с прокурором, – грустно сообщила Ники, листая протокол.

– Если это не Шлоссер, то все тип-топ. А, и лишь бы судьей не оказалась Клавдия, но, насколько я помню, судьей назначена миссис Хикс, – протараторила я, перебирая фото.

– Это не Шлоссер, Айрис. Это непобедимый Каспер Уайт.

– Раз плюнуть, я бы даже Шлоссера… – на секунду я замолчала и прокрутила названное Вероникой имя. – Повтори-ка.

– Каспер Уайт. Ты разве не читала о нем в недавней статье?

– Господь всемогущий, мать твою за ногу, да вы издеваетесь! – громко крикнула я, со всей силы шлепнув ладонями по столу.

Глава 7

– Хочешь сказать, что тип, которого ты уже дважды придавила, и есть Каспер Уайт? – Вероника обмахивала меня бумагами, пытаясь успокоить. – Не может быть.

– Лучше бы и вправду не было, Вероника! – воскликнула я, а затем пару раз еще и ругнулась.

– Слушай, а ведь он не просто так спрашивал о фильмах, Ай! Он хотел отвлечь тебя от приступа паники! – Каждый раз, когда Веронике приходила в голову «гениальная мысль», она говорила таким голосом, что становилась похожа на какого-нибудь древнеримского оратора.

Я только открыла рот, чтобы возразить, но вдруг поняла, что так оно и есть. Вряд ли ему вообще было интересно, что я люблю, а что нет. Скорее всего, это первое, что пришло Касперу в голову, вот он и спросил, чтобы занять меня чем-нибудь.

– Да он просто не хотел в очередной раз тащить мое бездыханное тело, – ответила я, двигая подругу. – Убери эти листы, я уже замерзла!

– Твое лицо все еще цвета обезьяньей задницы.

– Я и выгляжу не лучше после этой потасовки. В этом лифте вообще когда-нибудь раньше застревали, или Господь указывает мне на неверный путь?!

– По-моему, этот древний лифт уже давно должен был провалиться в шахту. Не представляю, в каком состоянии его тросы. – Вероника хмыкнула, убрала бумаги и села за стол. – Айрис, может, еще не поздно отказаться от дела?

Я легко поддавалась манипуляциям. Возможно, Джейсону даже удалось сделать меня бесхребетной. Растоптать во мне чувство собственного достоинства, превратить меня в страуса, который бы с удовольствием уткнулся головой в песок и не высовывался. Но когда дело касалось моей работы, я превращалась в поезд без тормозов.

– Черта с два. Я выиграю дело, – ухмыльнулась я.

– Айрис… – Вероника поникла.

– Я найду доказательства, Ники. Для начала съезжу к дочери подсудимого.

Вероника молча кивнула и продолжила изучать со мной дело. Она взяла на себя проверку букмекерской конторы и ее владельцев. К вечеру я была так взвинчена, что закружилась голова, так что я попрощалась с подругой и уже собиралась выйти, как Ники вдруг сказала:

– Айрис, ты ведь понимаешь, что вам нельзя встречаться с Каспером? Пока вы ведете дело.

– Вероника, как тебе это вообще могло в голову прийти?! – поразилась я и хлопнула дверью.

Приняв душ, я обернула волосы полотенцем, надела шелковый халат и в мягких тапочках, о которые обожала точить когти Веснушка, прошлепала на кухню. Сумбурные мысли одолевали, я попробовала заглушить их сэндвичем – не вышло. Затем включила любимый сериал, но мозг отказывался вникать в происходящее. Психанув, я выключила телевизор и отбросила пульт подальше, уставившись в потолок.

– Эй, Веснушка, иди ко мне! – Мне так хотелось чьего-нибудь тепла, что подошло бы даже кошачье.

Однако эта рыжая бестия с отвращением глянула на меня, вильнула хвостом и скрылась в коридоре.

– Прекрасно. Даже собственная кошка поворачивается ко мне задом! – сообщила я потолку.

Мысли неумолимо возвращались к Касперу Уайту, Клаю Нолану и Джейсону. От первого у меня мурашки шли по коже. А еще щеки багровели от стыда. Угораздило же меня свалиться именно на него! Дважды! Это проделки темных сил! Или Венди…

Я повернулась на бок, прикидывая, могла ли родная сестра навести какую-нибудь ворожбу. Потом вспомнила, как она заявляла: «Никакими обрядами, сводничеством и ворожбой я не занимаюсь! Это в первую очередь шарлатанство, а во вторую – грех! Я всего лишь прогнозирую. Если людям не суждено быть вместе – они и не будут, и наоборот». Ладно, вариант с ворожбой отменяется.

Весь день я пыталась не думать о том, как приятно было ощущать тепло тела Каспера под собой. Его пальцы на своей талии. Его ехидный, обнажающий взгляд из-под густых ресниц. Но с такими, как Каспер, мне ничего не светит. Такой тип мужчин предпочитает сексапильных юных дам, у которых мозгов, как у ракушки. Уайт наверняка уже успел сложить обо мне нелестное мнение, и вроде как я с этим смирилась, но что-то внутри царапало грудь, как игла проигрывателя пластинку.

Несмотря на эти новые диковинные ощущения, я без конца возвращалась к воспоминаниям о Джейсоне. Иногда одергивала себя, когда в голове всплывали его замечания, или улыбалась каким-то приятным флешбэкам. Будто Джейсон продолжал жить в моей голове, а я понемногу сходила с ума. Если бы Венди узнала о том, что я испытываю на самом деле, она превратила бы мою квартиру в изолятор, заставила бы пересматривать все любимые мультфильмы детства (по ее словам, они отвлекают и способствуют позитивному мышлению) и откормила бы так, что я не прошла бы в дверной проем. Но никакие ее обряды и ритуалы не ответят на мой вопрос: что со мной не так?

Мама, конечно, тоже подливала масла в огонь. Как бы невзначай спрашивала, не писал ли мне Джейсон? Она надеялась, что я верну Джейсона или что он вновь воспылает ко мне чувствами. Когда мы в последний раз виделись, в ее глазах ясно читалось: «Ну вот и все, последний шанс упущен». Сначала мать радовалась, что до двадцати трех я занималась карьерой и образованием, а после появления Джейсона расписала в своей голове идеальный сценарий моей жизни: через пару лет брак, я – жена богатого нейрохирурга, ношу под сердцем его долгожданного наследника, успев при этом заявить о себе как об адвокате-профессионале. Но, вероятно, где-то мама просчиталась и теперь паниковала, что долгожданных внуков не будет, как и брака, и отныне я всего лишь стареющая юристка, которой суждено провести ближайшее десятилетие в окружении бумаг под стук судебного молотка.

Я открыла телефон, чтобы полистать социальные сети – отличный способ поскорее уснуть. Стоило мне открыть ленту, как вылез новый пост Джейсона. Сердце так и замерло, словно птица, заслышавшая приближение хищника. Приподнявшись на локте, я закусила губу и дождалась загрузки фото и текста.

«Последний день в Италии, спасибо ТЕБЕ за эти сказочные каникулы…» Я перечитала предложение не меньше сотни раз. На фото Джейсон широко улыбался, демонстрировал пресс, новые льняные шорты и вид с какого-то балкона на море. Кого же он благодарил и кто сделал фото? Очевидный ответ пронзил меня стрелой, и слезы полились градом на подушку. Он никогда не возил меня в Италию. Никогда даже не предлагал посетить Европу. Все, никаких гребаных Джейсонов! Дрожащим пальцем я удалила его из друзей и еле удержалась, чтобы не швырнуть телефон о стену.

Пусть все окажется сном. Пожалуйста.

Утром я не смогла полностью открыть глаза, снова они опухли от слез. Чувствуя себя немощной амебой, доплелась до душа и прошлась массажной щеткой по всему телу, чтобы взбодриться. По плану я должна поехать к Хоуп, дочери Клая Нолана. Суд через пять дней, и мне нужно было успеть собрать как можно больше информации. А еще лучше – найти доказательства невиновности Нолана.