- -
- 100%
- +
Желудок режет и разрывает болью. Я ничего не ела со вчерашнего обеда. Вечером не хотелось, а теперь… Руки дрожат, все внутри клокочет, и сил практически нет.
Сажусь за крайний столик уличного кафе и стреляю глазами по мусорке, доверху набитой недоеденным фаст-фудом, вижу на столике напротив оставленную кем-то картошку фри и облизываю пересохшие губы.
Нет, подбирать я, конечно, ничего не буду, но глаз оторвать от объедков не могу. В нашем поселке нет таких кафе, а здесь в пригороде открыли настоящую бургерную! Диво дивное для меня – девчонки, для которой жареная картошка любимое и самое вкусное блюдо. Картошку фри и бургеры я видела только в рекламе. Ну да двадцать первый век, я школьница старших классов, прогрессивная молодёжь и всё такое, но в нашем поселке такого нет! А в город я редко езжу.
Сглотнула слюни.
Смахнула с голых колен невидимые крошки.
Короткая черная юбка в белую клетку затроила перед глазами. Оттянула черный топ и снова покосилась на присутствующих. В основном молодёжь, и много кому тоже на вид пятнадцать – начавшиеся каникулы тому конечно способствуют.
Я жмурюсь от палящего солнца, но то вдруг меркнет, когда напротив садится темная фигура – я даже не различаю лиц – и впивается зубами в огромный бургер. Сочная котлета, овощи, расплавленный сыр – запах умопомрачительный! Я часто-часто моргаю, фокусируя взгляд на этом счастливчике.
Я видимо так сверлила парня и его еду взглядом, что очнулась только тогда, когда бургер приплыл на мой столик, а на стул рядом кто-то сел.
– Ты чего? Есть хочешь? – спросил тихий голос, царапающий слух низкой хрипотцой и я часто-часто заморгала ресницами.
Вскинула голову.
Парень лет на пять старше меня смотрел в упор. Его карие глаза в обрамлении длинных черных ресниц смотрели чуть с брезгливостью и удивлением.
Ох, да это же Тимур, парень, что приезжает летом к нам в поселок – у его родителей там огромный особняк на улице для богатеев. Я знаю его вот уже несколько лет, мы иногда встречаемся на озере, где он в компании друзей любит отдыхать. В том году ему исполнилось восемнадцать и про его вечеринку на даче до сих пор ходят легенды.
Я кивнула, потеряв дар речи.
– Ну на, откуси. – Сказал он, хмурясь. Поджал красивые губы и кивнул на еду.
Я заторможено опустила взгляд на котлету в обрамлении румяной булочки и сглотнула слюну. Черные точки кунжута рассеялись перед глазами, и я впала в еще больший ступор. Облизнулась.
– Ну? Чего сидишь? Ешь давай, кусай! – подтолкнул он меня и я… взяла бургер.
Вонзила в него свои зубы и прикрыла глаза от удовольствия. Так и сидела, сгорая от стыда и не открывая глаз, пока не съела его полностью. И только тогда повернула голову и бросила на парня извиняющийся взгляд.
Он скривил губы в усмешке, а потом нагло протянул руку и коснулся пальцами моих липких от соуса губ. Медленно провел по ним, и взгляд его на мгновение потемнел.
Это чуть позже я не буду стесняться, и бояться его. Я буду любить его больше жизни! Каждая наша встреча станет ярким пятном в моей жизни…
Наш первый раз. Я пригласила его к нам домой – бабуля уехала в город к подруге. И мы весь вечер были вдвоем. Он сам сделал для меня блинчики, а я открыла банку малинового варенья, которое сварила сама. А потом мы целовались, и наш поцелуй был малиново-пряный, потому что в компот я накидала много всяких ягод и листвы. Я тогда так дрожала, так боялась, но его любовь согревала и защищала от всех невзгод. И когда вернулась бабушка, мы только успели одеться, а на смятой простыне остались наши следы…
Но это будет позже, а пока…
… Я замерла, не дыша, а он вдруг вздрогнул и порывисто отдернул ладонь, словно от прокаженной.
– Прости, – прошептала я, сконфуженно и попыталась успокоить сбившееся дыхание.
Он хмурился, рассматривая меня. Стало совсем не уютно. Старый топ и юбка, видавшая виды – ее еще наша соседка носила в школу, а закончила она ее лет семь назад. На бабушкину пенсию не пошикуешь, поэтому новых вещей в моем гардеробе не водится.
– Пей, – приказал и я повиновалась. Не без удовольствия отпила из запотевшего стакана холодную колу и испытала настоящий восторг. – Ты дома не ешь ничего что ли?
– Ем, – прокашлялась, возвращая ему стакан. Я думала, он побрезгует, но он вставил в рот трубочку и потянул. Все еще не сводя с меня своего взгляда. – Я просто кровь с утра сдавала для санкнижки и не успела позавтракать. А деньги выронила в автобусе, на котором приехала. А вчера я только в обед ела, вот и получилось, что…
– Повезло, – хмыкнул. – На работу собралась?
– Да, решила летом подработать.
– А бабушка не против?
Я замерла.
Надо же! Он тоже меня узнал.
Я сжала пальцы в кулачки под столом и улыбнулась.
Луч солнца пробежал по нашим лицам и его ясные глаза…он смотрел так проникновенно и участливо, что я растаяла. Засмущалась, застеснялась, потупила взгляд.
– Тебя подвезти до дома? – спросил вдруг. – Ты же Ксения, верно? Изменилась так за год, стала девушкой прям, а не ребенком.
Ксения смутилась.
– Верно. Мы на озере в том году вместе пару раз отдыхали, и прошлым летом…
– Да, помню. Год получается, не видел тебя. Ты повзрослела.
Ну да, за год я подтянулась и даже похорошела – очертания фигуры наметились. Мальчишки в классе стали меня одолевать, говоря, что я стала красивой.
– Так что? Подвезти?
– Можно, – кивнула. Без него мне все равно никак не добраться. В автобусе зайцем не проедешь, исключено…
Я не без труда забралась в его черную иномарку. Как дикий зверь стреляла глазами по салону и с замиранием вдыхала апельсиновый аромат освежителя. Путалась в ремне безопасности, не понимая, куда его пристегнуть, а потом он взял все в свои руки и надежно меня приковал.
К ремню. К месту. К своему сердцу…
А уже к концу лета он стал МОИМ первым…
Черного автомобиля у дорожки в лес не было, и я облегченно выдохнула. Торопливо вошла в густой лес и по наитию пошла сквозь него к озеру. Тропинок было много, но я знала самый короткий путь. И вот уже через полчаса я увидела серебристую водную гладь.
Отдыхающих не было. Теперь здесь почти никогда никого не было. Это когда-то в нашем поселке стояли роскошные дачи и дети богатеев тусили здесь каждое лето в компании тогда еще моего Тимура. Сейчас же, после того как рядом с нами проложили часть трассы, все эти дачи были брошены или снесены и наш поселок превратился в убогое место, в котором по большему счету собирался лишь один сброд. Алкоголики, бывшие зэки, бомжи – кого тут у нас только не было.
Мы бы и сами были рады уехать, как все наши бывшие соседи, но деваться нам с бабушкой некуда. Ей восемьдесят, на ее пенсию не разменяешь жилье, а мне еще никто не даст ни кредитов, ни ипотек. Мне самой бы встать на ноги.
Так, за мыслями, сидя на берегу и перекатывая в руках камушки, я и не услышала подступающие ко мне шаги.
А когда испуганно вскинула голову – было поздно. Сильные мужские руки сгребли меня в охапку, зажимая рот, вздернули как куклу вверх, и я потеряла сознание.
Место, куда меня привезли, было мне совсем не знакомо.
Какой-то заброшенный склад, всё в опилках и мазуте. Там меня усадили на стул со связанными руками и кляпом во рту. Несколько мужчин смотрели на меня удивленно и с любопытством, о чем-то долго спорили и что-то обсуждали. Слов разобрать не получалось, от страха уши заложило, а из груди то и дело вырывался судорожный рёв А потом меня как мешок с опилками, не церемонясь, вновь погрузили в машину и куда-то повезли.
В этот раз мы ехали долго и прежде чем меня снова выволокли из машины и набросили на голову черный мешок, я успела заметить огни ночного города. Услышать смех и голоса молодых парней…
Паника душила, скручивая в тиски.
Еще никогда я не уходила далеко от дома, не оставляла бабулю и не исчезала по ночам. Получается я действительно в городе, а до него от нашего поселка полтора часа езды.
Меня с силой дернули вперед, и завели в какое-то здание, потащили по ступенькам. Я мычала и вырывалась, но они оказались сильней.
А дальнейшие дни и вовсе походили на страшный сон.
Глава 5. Этого не может быть
С меня сдернули мешок, и я зажмурилась от яркого света, что бил прямо в лицо. Где-то совсем рядом капала вода, а в воздухе витал аромат трав и хвои, и что-то знакомое улавливалось во всем этом.
Неужели эти незнакомцы привезли меня в сауну?
Мои ноги подкосились.
Пред всё ещё закрытыми глазами пронеслись картинки: дом, бабушка, которая точно меня потеряла и сейчас не находит себе места. Я знаю наверняка, что она стоит сейчас на крыльце и смотрит вдаль, в густоту темного леса, ведь я ей оставила записку, что ушла прогуляться к озеру. Лучше бы она не уходила к соседке бабе Лиде и не оставляла меня одну! И я тоже хороша, удумала эти прогулки!
Божечки, что теперь будет?!
Я открыла глаза, обхватывая себя руками. Еще не видя лиц, взмолилась:
– Пожалуйста, отпустите меня! Вы меня с кем-то перепутали! Пожалуйста!
В ответ хриплый смех и я отчетливо вижу, что передо мной, в нескольких метрах сидят двое бородатых мужчин, а поодаль у открытой двери, из которой идет едва заметный пар стоит суровая женщина.
– Нет, мы ничего не путали, – сказал один из них. Упитанный и холеный, мужчина лет пятидесяти.
Он жадно скользнул взглядом по моим худым и трясущимся ногам, остановил взгляд на голом животе и посмотрел в лицо.
– Симпатичная. Клиентом понравишься.
– К-каким клиентам?! – спросила я с ужасом в голосе, начав заикаться.
– Надеюсь щедрым.
– Отпустите! – закричала, но тут же почувствовала удар под дых. Оказывается сзади меня стоял бугай, который не брезговал бить девчонок.
Я захватала ртом воздух, согнувшись пополам. А потом прикусила кровавые губы и умолкла, когда он дернул меня и залепил оплеуху. Всё происходящее походило на страшный сон.
Больше со мной никто разговаривать не стал. И естественно они не собирались передо мной отчитываться.
– Ты просто мусор, – прошипела женщина, подходя и срывая с меня одежду.
Я пыталась визжать и вырываться, но еще пара ударов и моя воля была сломлена. Проще сделать, что они хотят…
Я сняла с себя всю одежду, как они велели. Осталась стоять обнаженная под похотливые взгляды этих троих. Женщина цербер на меня не смотрела. Она готовила кушетку и аппараты, чтобы на месте проверить, здорова ли я.
Сгорая от стыда, я прошла к кушетке и легла на нее.
Толстый мужик закурил, второй лишь ухмылялся, а молодой боец шестерка, отвернулся к двери. Надо же какой скромный, или ему не положено. Но не суть. Происходящее все равно меня убивало.
Чувствуя себя униженной и грязной, я согнула ноги в коленях, когда эта мымра прикоснулась ко мне. Зажмурила до боли глаза, глотая слезы.
– Сколько было партнеров?
– Ч..что?
– Давала скольким спрашиваю?
– Один. Одному.
– Только один?
– Да, – вскрикнула я от боли. А перед глазами Тим и то, как я его любила. Его голос, что я лучшая девчонка на свете, его признания в любви.
Как же я была глупа и наивна! Как же тошно и больно до сих пор от его предательства.
Женщина не церемонилась. Грубо хватала меня за руки и ноги, за волосы, проверяя на вши, заглядывала в рот и словно собаке проверяла пальцами зубы.
– А сейчас бегом в баню. Смой с себя всю грязь, я жду. Быстро!
Я вскочила как раненая, посмотрела на дверь – бугай на месте, а значит, мне не сбежать.
– Меня будут искать! Бабушка обратится в полицию!
– И пусть! Только никто тебя не найдет. А если ты решишь выйти с ней на связь, ее дни будут сочтены! – прошипела женщина, и рядом кто-то жалобно заскулил, и лишь когда от боли свело кровавые губы, я поняла что это скулила я.
Сделав то, что она велела, я вышла к ней и она, набросив на меня полотенце, повела меня за собой.
Здесь на нижнем этаже и вправду располагалось что-то наподобие банного комплекса, а с этажа выше слышалась музыка и женский смех.
Притон, не иначе. И они хотят, чтобы я стала в нем новой девочкой. Девочкой, которая всем дает.
Уже на крутых ступеньках, я вновь попыталась взмолиться, обратилась к ней со слезами, хватая за руки:
– Пожалуйся, отпустите меня. У вас же тоже, наверное, есть дочь или племянница, помогите. Если у меня нет родителей, а только старая бабушка, это же не означает, что я могу…
– Заткнись! – перебила она грубо и так зло посмотрела на меня, что я поняла – да она ненавидит женщин! – Ты здесь не поэтому.
– А почему тогда?
– Не твоего ума дело. Но времени уже нет. На днях придет твой первый клиент. Шагай!
– О, боже нет, я не могу! Не смогу! Не буду! Не хочу, отпусти-и-те!
Она затрясла меня как куклу и толкнула в первую попавшуюся дверь, а потом в её руке появился шприц, и я завизжала еще громче. Но она ловко прижала меня к стене, и я ощутила боль в плече.
Дальнейшее происходило как в тумане.
Несколько суток я провела там. Меня запугивали и не ленились бить, как какую-то нашкодившую дворовую собаку. На следующий день отвели в комнату, где жили жрицы любви. Комната на четверых. Две работают в дневную смену, другие две исключительно ночью.
– И чего ты ревешь, не пойму? – спросила с усмешкой одна из них. – Радоваться должна!
– Чему? – просила я, сев на кровать и обхватив себя руками. – Что меня хотят сделать шлюхой?
– Но-но, полегче! – возмутилась та, поправляя чулки и развратное белье. Накинула на плечи шелковый халатик, покрутилась зеркала. Высокая, стройная с крутыми бедрами и высокой грудью, с длинными темными волосами, пухлыми губами и красивым макияжем. На проститутку она не походила, если только на дорогую…
Впрочем, после разговоров так и оказалось.
– Радовалась бы, что не на улице и не в дешевом борделе. Да девочки с других точек мечтают сюда попасть, очередь стоит, за хозяином бегают, умоляя. А тебя считай, по блату пристроили, или как ты там попала к нам. Еще недовольна. Да отсюда прямой выход на эскорт, а там моя дорогая уже совсем другие клиенты и заработок. Там моря и океаны, олигархи, понимаешь? Ну дура, ревет еще!
– Мне это не нужно! Я же не просилась! Меня заставили!
Девчонка лишь удивленно приподняла бровь, но договорить мы не успели. Ее вызвали к клиенту, и она упорхнула, а ко мне снова пришла та страшная и злая тетка, и бородатый мужик.
– Покажи, что умеешь, – сказала она мне и плюхнулась в стоящее напротив кровати кресло. – Борис будет твоим типа клиентом.
– Что? – Я выдохнула, сжимаясь. – Нет!
Но моего мнения никто не спрашивал.
Бородач грубо схватил меня и дернул с кровати, вытаскивая в центр комнаты. Лучше бы просто изнасиловал, но нет же. Этой грымзе нужно было знать смогу ли я удовлетворить какого-то особенного клиента.
Старого извращенца, не иначе! Она заставила меня крутиться вокруг бородатого, совращать и распылять, как выразилась. И только когда у того уже все дымилось, она разрешила мне сесть на место, а бородатого выгнала.
– Если клиент останется недоволен, – прошипела мне в лицо, – больше не пощажу. Пущу по кругу сначала у наших ребят, а потом на каком-нибудь мальчишнике, поняла?
Я обреченно кивнула.
А на следующий вечер все изменилось. Передо мной скакали не меньше трех девиц, подбирали наряд, мазали кремами и лекарствами, что поскорее прошли синяки, но куда уж там!
Мои волосы высушили и уложили в роскошную гриву. Сделали макияж. И я даже не сопротивлялась. Я просто не могла делать резких движений, меня так расслабило, что я просто сидела и смотрела на себя в зеркало, разумом понимая, что это конец. Но физически я была так обессилена, что просто не могла сопротивляться.
Потом они нарядили меня в красное ажурное белье, чулки, развратный кружевной пояс. Набросили легкий халатик, и повели на другой этаж. Я то и дело спотыкалась, еле передвигая ногами на тонких шпильках, и когда меня завели в темную комнату со свечами и оставили на огромной круглой кровати, я лишь упала на спину, раскинув руки звездочкой, и уставилась в зеркальный потолок.
Не знаю почему, но эта развратная девчонка с моим лицом в зеркальном отражении – улыбалась.
Внутри я ревела, но на моем лице…
Глава 6. Мальчишник
ТИМ
– Со свадьбой, мужик! – Макс хлопнул меня по плечу, и я усмехнулся. Отпил из бокала немного виски и откинулся на спинку кресла. Со дня свадьбы прошло две недели, но мальчишник я устроил только сейчас. Да, знаю, все наоборот, но в холдинге туча дел, а я как один из руководителей просто не могу всё отложить или бросить. Поэтому и времени свободного почти нет, поэтому и свадьба прошла мимолетно – так, ужин в семейном кругу.
Мы расписались с Косей не от большой любви и ярого желания, а скорее потому, то это закономерно. Умом мы оба понимали, что лучшей партии друг для друга нам не найти. Мы оба наследники крупной финансовой империи, мы почти ровесники, знакомы с самого детства, оба с хорошим образованием, воспитанием и манерами и наши родители бизнес партнеры. Поэтому всё очевидно.
Правда, мой отец не в восторге от свадьбы, но зато мама полна надежд на розовощеких внуков. Даже не знаю, почему отец не особо радовался и даже намёками пытался пару раз отговорить…он вообще странный тип у меня, мы с ним абсолютно разные и у нас часто бывают недопонимания. Но семейный бизнес все сглаживает. Он знает, что голова у меня на плечах и потому доверяет самые сложные контракты. Но вот Коська ему не мила…Странно, но мне плевать…
Я давно научился жить по уму и разуму, и пусть что мне всего двадцать три, но свои чувства и зов сердца я давно закрыл на замок.
Констанция мне нравится. Я уважаю ее. Она перспективная. Умная. Самодостаточная. Красивая. И этого достаточно. Любовь с возрастом приобретает совсем другие грани.
Это в восемнадцать я мог любить.
И ведь любил. Безумно! Всем сердцем любил ту девчонку, которой разбил сердце, разбив и свое. Теперь с любовью в её первозданном и необузданном виде, с ее трепетом и волнением, с ее удушающей страстью – покончено навсегда. Все эти чувства и эмоции я похоронил там, на озере, когда признавался в любви Ксении и там же, спустя год, бросал навсегда. Надеюсь, она меня когда-нибудь простит.
Прошло два года и все эти два года меня мучает совесть, но думать об этом больше чем раз в неделю я себе запрещаю. Ксения в прошлом. Навсегда. А Кося, она же Констанция теперь моя жена. И тоже навсегда.
– Спасибо, бро, – отмахнулся лениво. – Что?!
Спросил, когда друзья заговорщицки переглянулись. В этом баре мы уже битый час и я чувствую, что уже хорошо опьянел и пора бы нам сворачивать лавочку, офис с утра никто не отменял. Я, конечно, отчасти сам себе хозяин, но опаздывать на работу, а тем более пропускать её не люблю и своим подчиненным не советую.
– Что вы так смотрите? – снова спросил я.
– А у нас для тебя сюрприз! – пропел пьяно Тоха и они с Максом вновь переглянулись.
– Ой, да ну вас! Не надо мне никаких сюрпризов! Я уже женатый человек!
Я продемонстрировал им кольцо из белого золота и ухмыльнулся. В клубе жарковато, посетителей мало и я позволил себе расстегнуть верхние пуговицы рубашки. Во-первых, это заведение очень дорогое, не каждому по карману, а во вторых сегодня среда, будний день. Поэтому мои орлы заскучали, и я уверен, что уже вызвали сюда стриптизёрш, благо им идти не далеко, их логово разврата аккурат этажом ниже. Девочки там элитные и дорогие, на любой вкус и кошелек.
Но мне такого не надо. Вот честно. Голова трещит от тяжелого дня и хочется скорее в кроватку. Тем более что и Констанция уже весь телефон оборвала.
– Не, ребят, это без меня! – улыбнулся я лениво и допил содержимое бокала.
– Да ты погоди! Там девчонки новенькие! Мы уже одну забронировали для тебя, тебе понравится! Можно без интима, она просто для тебя потанцует. Ну ты чего чувак! Расслабишься! Коське не скажем!
Друзья заржали, а я вновь усмехнулся и помотал головой. Вот придурки, чес слово!
– Да если вы ей скажите, там и ляжете. Она у меня дамочка гневная.
– Это да! Но это наш секрет. Давай, Тим, иди, расслабься!
– Не, мне не очень интересно. – Заупрямился я. – Вы должны это понимать.
– Да мы понимаем. Но я тебе говорю – тебе точно понравится! – не унимался Макс. Мы с ним знакомы с детства и он лучше всех меня знает.
– С чего это? Там что, какая-то особенная девчонка?
– Верно, – сказал он став серьезным.
Я поджал губы, заинтересованно приподнял бровь.
– И что в ней такого…особенного?
Макс стушевался на мгновение, а когда Тоха ткнул его в плечо, сказал:
– Я пришел заказать приват на десять часов, ну думаю к этому времени ты уже созреешь.
Я взглянул на часы. Двадцать один пятьдесят пять.
– Ну почти по времени. Только я не созрел.
– Да ты дослушай!
– Ну?
Я усмехнулся. Вся эта ситуация меня порядком забавляла.
– Выбрал рыжую, фигуристую, а они мне говорят – вечером новенькая, возьмите ее. Безропотный мышонок.
– Так и сказали?
– Да. Маленькая, худенькая, смазливая и скромная.
Я выпрямился. Дыхание сбилось. Не к месту засвербело где-то в груди.
– Ну, знаешь для стрипухи описание такое себе, как и нормальному мужику, ну в смысле который хочет драйва и тела. Но ты то такое любишь…
Он осекся. Нахмурился, облизнул от волнения губы.
Мы втроем знаем, что Коська девица видная – высокая, статная, с жопой и грудью. И только я и Макс знаем, о чем он сейчас говорит. А точнее о ком.
Ксюшу он тоже знает. Вместе проводили тот год. И она всегда была именно такой – мелкой и скромной. И я ее любил. Он знает.
– Ясно, – сказал я, теряя самообладание. Поднялся с места, процедив ему:
– Жалкая попытка. Не ожидал от тебя.
– Да ты погоди! – он схватил меня за локоть. – А потом они провели её мимо меня по коридору. И я офигел.
– Макс, хватит?
– Она копия…Ксюши. Одно лицо!
Я моргнул. Тоха нахмурился, пытаясь понять, о ком идет речь, но я отмахнулся от него прежде, чем он раскрыл рот.
– Макс ну зачем ты это несёшь?
– Да я не вру. Сходи, посмотри, если не веришь!
Мы уставились в глаза друг другу на долгие несколько минут. Тоха пил, перестав обращать на нас внимание, и клеил официантку, а я, вздрогнув, кивнул:
– Если бы я хотел, то давно нашел бы её.
– Да я знаю. Но она реально похожа!
Я с секунду думал, а потом порывисто кивнул:
– Ладно. Жене не слова.
– Обижаешь! – ответили оба, и я, сам того не ведая, словно завороженный услышанным, направился к лестнице на второй этаж.
Глава 7. Мышка
Сердце билось в груди, словно я школьник и на носу первое свидание с девчонкой. В душе что-то противно шевелилось, намекая на совесть и жгучие воспоминания, но я стиснул зубы и мотнул головой. Вошел в пафосное помещение с громкой музыкой и прежде чем ко мне подошли, успел окинуть взглядом несколько жопастых девиц, что крутились у шеста.
– Тимур, это вы? Здравствуйте! – милая девчонка подскочила ко мне, уверенно заявляя, что знает. Мое лицо последние месяцы часто мелькало в газетах – молодой завидный наследник миллионов женился – шутка ли!
Я сконфуженно поджал губы.
Зря я пришел, мне слухи не нужны. Но я уже здесь, так что…
– Мои друзья, – начал я, и девица понимающе кивнула, нагло беря меня под локоть и уводя в полумрак.
– Я знаю. Я провожу вас. Всё уже готово.
– Что готово? – не понял я, но к сожалению в тот момент не акцентировал на этом должного внимания. Только спустя время пойму, что зря.
– Проходите. Приятного отдыха, – проворковала она тем временем, распахивая передо мной дверь.
Я молча перевел взгляд на убранство комнаты – огромной, полутемной с десятками зажженных свечей.
– Спасибо, – сказал хрипло и как в бреду переступил порог. Надолго не задержусь. Только взгляну на нее, на эту копию. И то не понятно зачем…
Дверь за мной закрылась и в комнате заиграла тихая музыка. Не иначе здесь скрытые камеры – вот только этого мне не хватало!
Глаза привыкли к освещению и мерцанию свечей, и я увидел на огромной круглой кровати девчонку, что лежала на животе, поджав под себя руки и ноги. К моему удивлению она мирно спала.
– Это что? Прикол такой? – усмехнулся я и, нахмурившись, сделал шаг в её сторону.
Любопытство, чтоб его, взяло верх. Я желал рассмотреть её, увидеть её лицо, чтобы тяжесть, что сковала меня по рукам и ногам после слов Макса – сошла на нет.
Уже начав строить отношения с Косей я, навсегда похоронил свои чувства к Ксю, и со временем все подзабылось. Навязчивая идея, что эта любовь обречена, постоянно сидела в голове. Ей было шестнадцать, вся жизнь впереди. О какой свадьбе могла идти речь…Да и мать уже тогда подсовывала мне Констанцию…Короче, я в тот год был сам не свой, а потом улетел за границу на год и всё сошло на нет.