О родах – позитивно. Новый подход к беременности, родам и первым неделям после

О каких родах вы мечтаете? Ответить честно на этот вопрос может быть непросто – порой настолько, что хочется, подобно страусу, зарыть голову в песок. Задача моей книги – удержать вас от этого желания и убедить посвятить себя планированию и подготовке к наиболее благоприятным родам. Это не значит, что нужно плыть по течению или бояться прослыть эгоисткой, беспокоясь о том, как пройдут роды, потому что «самое главное – это здоровый ребенок».

Эта книга даст вам понять, что вы – это тоже главное. Само собой разумеется, здоровый ребенок – цель родов номер один, и книга «О родах – позитивно» не ставит эту истину под сомнение. Желание автора – снять критерий «здоровый ребенок» с вершины ожиданий и перенести его на базовый уровень.

Главное – это вы. Мечты об идеальных родах отнюдь не проявление эгоизма. Говорят, когда рождается ребенок, рождается и мать; и материнство, о чем вы, вероятно, скоро узнаете, требует от женщины быть сильной, выносливой, психически и физически здоровой, счастливой и бесконечно любящей своих детей. Что может быть залогом этого благополучия лучше, чем по-настоящему позитивные роды?

В современной культуре роды переживают кризис. Телешоу показывают унылую картину, как женщины в муках рожают, лежа на спине, частота кесарева сечения высока, как никогда, и составляет свыше двадцати пяти процентов, неудивительно, что многим будущим мамам – и будущим папам – роды внушают ужас. На самом деле, как бы страшно ни выглядели роды по телевизору, совсем необязательно, что они будут проходить именно так. Роды могут быть красивыми: лучшим проявлением здоровья и энергии женского тела.

Мы забыли многие простые вещи, которые делают роды приятными. Начну с того, что мы млекопитающие: вы знаете хоть одну уважающую себя собаку или кошку, которая станет рожать в ярко освещенной комнате, когда над ней склонился незнакомый человек, и при этом непринужденно обсуждать с мужем счет футбольного матча? Чтобы создать наиболее благоприятные условия для родов, необходимо вернуться к истокам, когда рожали в темноте, тишине и в окружении близких. Эта книга расскажет, как это сделать, где бы вы ни решили рожать: дома, в родильном центре или в больнице[1].

То, как проходят роды, очень важно, и не только в день родов. Одухотворенное, уверенное начало жизни может на всю жизнь повлиять на физическое и эмоциональное состояние и мамы, и ребенка. В этой книге речь пойдет о ценности благополучных естественных родов для будущего: от раннего формирования привязанности до зримых доказательств того, что роды играют жизненно важную роль в формировании микробиоты человека.

Но не думайте, будто эта книга пригодится вам, только если вы хотите рожать дома при свечах под гирляндой из связанных крючком флажков. Смысл позитивных родов в том, чтобы иметь свободу выбора, доступ к достоверной информации и чувствовать, что вы можете принимать решения и рассчитывать на уважение. Если для вас это значит сделать выбор в пользу эпидуральной анестезии или элективного кесарева сечения[2], тогда эта книга поможет вам принять твердое решение и, когда придет время, родить именно так, как вам видится правильным. Кроме того, вы узнаете, что делать в непредвиденных обстоятельствах и как не позволять никому делать выбор за вас независимо от течения родов.

Книга «О родах – позитивно» призывает женщин выйти из сумрака, в который их ввели в шестидесятые и семидесятые годы, в эпоху чрезмерного медикаментозного вмешательства, и требовать больше информации, больше вариантов и больше уважения в родильном зале. По неизвестной причине женщины двадцать первого века, готовые бороться за свои права в зале заседаний или в спальне, по-прежнему проявляют покорность в родах. Многие истории о родах до сих пор содержат слова «мне разрешили» или «мне не дали». Эта книга придаст вам уверенности настаивать на том, чтобы роды прошли так, как вы хотите, расскажет вам о ваших правах и возможностях выбора. Да, у вас есть права и есть выбор!

Именно это есть ключ к тому, чтобы ваши роды прошли на позитиве. Все дело в том, чтобы понимать: то, как пройдут роды, имеет значение, – и чувствовать, что у вас есть права и выбор, что с вами советуются и к вам прислушиваются. Я хочу поделиться своими знаниями, которые приобрела не только из того, что читала, писала и обсуждала, но и из собственного опыта в роли мамы троих детей. Надеюсь, что, прочитав эту книгу, вы поймете, что такое позитивные роды, поверите в то, что роды могут быть лучшим событием в жизни, и в ожидании знаменательного дня станете меньше бояться и больше предвкушать.

Мои истории родов

Я до сих пор помню свой первый положительный тест на беременность. Дома никого не было, я стояла перед зеркалом в ванной. Глядя на свое отражение, я отчетливо поняла две вещи:

Первое: О боже, у меня внутри РЕБЕНОК!

Второе: О БОЖЕ! Ему же надо как-то из меня ВЫБРАТЬСЯ!

Эти две мысли занимали меня до конца моей долгой беременности, в особенности вторая. Мне был тридцать один год, я любила своего мужа, и ожидание приводило меня в восторг. В то же время я чувствовала себя как человек, который, напившись, согласился прыгнуть с парашютом, а потом, протрезвев, понял, что отказываться поздно и что, хуже того, самолет уже оторвался от земли.

На протяжении всей беременности мне казалось, что я на высоте нескольких тысяч футов и вот-вот, хочу я того или нет, упаду. Я безудержно плакала по малейшему поводу и, как и большинство женщин, списывала это на «гормоны». Хотя на самом деле мне просто было ужасно страшно. Я плакала от страха.

Известно, что на страх у человека есть две инстинктивные реакции: драться или бежать. Во время беременности, когда женщины часто испытывают страх, они могут реагировать и тем и другим способом, и ни один из вариантов не будет правильным или неправильным. Некоторые женщины предпочитают «бежать» и просто не вникать в ситуацию. Они говорят: «Будь что будет» или «Какой смысл готовиться к родам, когда это так непредсказуемо». Но есть и такие, кто будет «бороться», кто превратит вынашивание и рождение ребенка в написание диссертации. Я оказалась из второй категории.

Я прочитала все книги, какие только могла достать, даже историю родов. Я прошла несколько курсов – и в одиночку, и с мужем. Я участвовала в онлайн-обсуждениях и все время гуглила. Даже ночью. По совету двух подруг-акушерок я планировала домашние роды, они сказали, что так мне удастся избежать вмешательств, и добавили: «Дома у тебя две акушерки. В родильном центре в лучшем случае одна».

Ближе к знаменательному дню дело приняло политический оборот. Ни с того ни с сего мои акушерки, которые до этого момента полностью одобряли мой план родов, заявили, что, возможно, в конечном счете мне не удастся родить ребенка дома. «Если начнешь рожать не в нашу смену, тебе придется поехать в родильный центр». Обязательный Google дал понять, что это было в порядке вещей: почти все женщины, планировавшие домашние роды, в последний момент получали такое предупреждение.

Интернет кишел теориями заговора. Многие писали: «Они выжидают, когда спорить будет поздно, и сообщают тебе плохие новости». На большинстве сайтов и форумов, посвященных домашним родам, женщины рассказывали, как стояли на своем даже в родовых муках, попадая в ситуацию, из которой заведомо нет выхода, вплоть до того, что ребенок, которого некому было принять, выпадал на пол в ванной.

Поиск ничего мне не дал, я и без того была напугана до предела.

Тем не менее я направила свой гормональный гнев в нужное русло и настрочила письма своему муниципальному депутату и руководительнице родильного центра. Толку от этого было мало, но во всяком случае мне стало ясно, чем заняться в ближайшие две недели декретного отпуска до рождения ребенка, и, возможно, это было куда продуктивнее, чем выбирать цветовую палитру для детской.

То, что произошло далее, превратит мою священную войну за домашние роды в далекое воспоминание. Наступила предполагаемая дата родов – 21 декабря. Вечером я отправилась на вечеринку и на предсказуемый вопрос «Когда тебе рожать?» с удовольствием отвечала: «Сегодня!» Казалось, я до смерти пугала людей – вероятно, они ожидали, что я рожу под елкой, как в «Жителях Ист-Энда»[3], не успев даже снять колготки.

Ничего подобного, к сожалению, не происходило. Дни шли, приближалось Рождество. Забавный бодик с оленем, в который мы мечтали облачить младенца, пришлось отложить, да и в целом дела обстояли не так позитивно. После Рождества раздался телефонный звонок. Звонили из больницы, меня приглашали на консультацию. «М-да, – кисло сказала моя подруга-акушерка. – У них появились опасения на твой счет. Хотят вмешаться».

Она была права. Спустя месяцы наблюдения у акушерок, я оказалась в кабинете у здорового парня в форме. Я «перехаживала» неделю. Он сказал, что еще через неделю будет выше риск мертворождения, и предложил записать меня на индукцию[4] через несколько дней. Кроме того, он предложил мне пальцевую отслойку плодного пузыря. (См. страницу 325). У него были очень большие пальцы. Я отказалась.

Акушерки, продолжавшие навещать меня дома, делали мне ручную отслойку четыре раза, и несмотря на мою страшную боязнь игл, я попробовала каждый день делать акупунктуру. Все больше отчаиваясь, я ездила по неровным дорогам, поглощала в большом количестве ананасы, медитировала, визуализировала и пела. Наконец на 42-й неделе я выпила касторового масла, вкус у которого, если вам интересно, как у растопленной чайной свечи, к тому же оно вызывает чудовищный понос. Если вам все еще интересно (я, конечно, понимаю, что последний факт немного испортил вам аппетит), читайте о естественных способах вызвать роды на странице 323.

Похоже, касторка все-таки подействовала не только на перистальтику. Я поехала на КТГ (кардиотокографию), которая подтвердила, что у меня начались видимые регулярные микросхватки. Мне сказали: «Возвращайтесь домой и рожайте. Но сначала давайте еще раз сделаем отслойку поинтенсивнее».

Легендарная акушерка Айна Мэй Гаскин (см. страницу 248) была бы в ужасе от такого предложения. Шейка матки, объясняет она, – это сфинктер, и в некомфортных и небезопасных условиях она, как и все сфинктеры, полностью перестает функционировать. Мне кажется, именно это со мной и произошло. Моя робкая шейка матки, которая предположительно только начала готовиться к грандиозному событию, совсем не хотела, чтобы ей «сделали отслойку поинтенсивнее». Она в страхе захлопнулась, и те микросхватки, которые зафиксировали на КТГ, были у меня последними предвестниками естественной родовой деятельности. Через несколько дней, в 42+3 (сорок две недели и три дня), я согласилась на индукцию.

Говорят: что нас не убивает, делает нас сильнее. Совершенно справедливо сказать, что, не будь всех этих переживаний, у меня не возникло бы столь страстного желания изменить роды в лучшую сторону. В результате индукции на свет появилась очаровательная и бесконечно любимая малышка Бесс. В то же время по причине индукции мои ноги оказались в стременах родильного стола, мне сделали эпизиотомию и наложили щипцы. И дело кончилось неприятной третьей фазой родов, когда врач так надавил мне на живот, что мне стало чрезвычайно неловко, словно надо мной надругались. Потребовалось несколько месяцев, чтобы примириться с некоторыми воспоминаниями, потому что я была сильно потрясена и растеряна.

Я на собственном опыте поняла, насколько вредной может быть установка: «У тебя здоровый ребенок, это самое главное». Благодаря моему опыту у меня возникло множество мыслей о том, что необходимо изменить в родах, чтобы как можно меньше женщин чувствовали себя эмоционально и физически травмированными. Но прежде чем сделать это для всех, необходимо было сделать это для себя.

Вторую дочь я родила дома в ванне для родов в присутствии ее отца, двух акушерок, ее тети и двухлетней сестры. Будучи беременной, я в панике спрашивала акушерок: «Что мне делать со старшей? Не может же она присутствовать при родах?» «Почему не может? – удивлялись они. – Почему ты не хочешь, чтобы она видела?»

Их вопрос заставил меня задуматься и понять, какое у меня было все еще неправильное отношение к родам. Благодаря помощи акушерок мне удалось переработать свое восприятие и подготовиться к родам как к чему-то спокойному, естественному и прекрасному. Не будет криков, лужи крови, унижения, мольбы об анестезии. Все, что мне довелось узнать о родах в пору взросления, живя в западной культуре двадцатого века, необходимо было забыть.

Наконец я решилась на то, что боялась сделать во время первой беременности. Я посмотрела фильмы о родах. Я до сих пор помню один, который произвел на меня самое большое впечатление: женщина стояла на четвереньках в ванне для родов в темной комнате. Была тишина, раздавался только плеск воды, оттого что женщина слегка раскачивалась взад-вперед. Раз в несколько минут она издавала низкий звук, похожий на мычание. Затем, после резкого движения вверх, развеявшего атмосферу умиротворения, она опустилась и через несколько всплесков вынесла ребенка на поверхность воды.

Я была поражена. Роды совсем не выглядели страшно. Они выглядели так спокойно, так обыденно. И никто не трогал женщину, никто не подгонял ее с беспрестанным «тужься», никто не схватил ребенка, не назвал его пол, не бросился его вытирать или перерезать пуповину.

Именно таких родов я хотела, и хотя мои вторые роды прошли не в точности так, они были похожи. У меня по-прежнему было много страхов, и хотя это уже был не первый мой опыт, в чем-то я чувствовала себя новичком: прежде всего у меня не было естественной родовой деятельности, и я так и не «вытолкнула» ребенка самостоятельно. Поэтому я немного волновалась, немного плакала и очень сильно в себе сомневалась. Я была отнюдь не так уверена в себе, как та спокойная мычащая роженица в темной ванне, – я была не так собрана и издавала больше звуков. Но в конечном счете моя дочь весом 4,5 килограмма легко и быстро вышла из меня, и у меня был совсем небольшой разрыв, который не пришлось зашивать.

У меня были независимые акушерки. Мне всегда немного неловко в этом признаваться – я знаю, далеко не все могут себе это позволить. Я сделала выбор в пользу частных услуг, потому что мои акушерки, работавшие в государственной системе здравоохранения, перешли на такой график работы, при котором, как мне объяснили, весьма вероятно, что а) ко мне приедет незнакомая мне акушерка и б) мне попадется акушерка, которая никогда не принимала домашние роды, не говоря уже о родах в воде. К тому же было не исключено, что они не смогут прийти мне на помощь из-за недостатка кадров. Я разочаровалась в системе здравоохранения и воспользовалась чековой книжкой.

Из всех принятых мною в жизни финансовых решений, многие из которых оказались бестолковыми, в этом я была абсолютно уверена. За ту исключительную, нежную и самоотверженную заботу, которой меня окружили, и за тот прекрасный, удачный опыт, которой за ней последовал, я заплатила бы больше, гораздо больше. Многие выворачивают наизнанку карманы и берут деньги у родственников, чтобы закатить незабываемую свадьбу. Разве день рождения наших детей не заслуживает того же?

Мне идеально подходили роды «вне системы», потому что в системе моему телу было некомфортно. Я снова «перехаживала», но на этот раз я высидела до конца, без отслоек, ананасов и прочих отчаянных мер. Мой ребенок родился ровно в 42 недели. Если бы я доверилась государственному здравоохранению, скорее всего роды снова индуцировали бы.

Мои независимые акушерки вселяли в женщин веру в свой организм, поэтому они оставались в стороне и позволяли мне самой принимать решения. Такого рода благо должно быть доступно всем женщинам, а не только немногочисленным счастливицам. Мой замечательный опыт домашних родов в воде подтолкнул меня положить начало движению в поддержку позитивных родов в надежде, что создание сети групп для женщин, где они могут собраться и поделиться информацией и рассказами, способно изменить роды к лучшему. «Систему» часто критикуют за женский негативный опыт родов, но если бы женщины, которые в конце концов являются «потребителями» акушерских услуг, были лучше осведомлены о возможностях выбора и своих правах, они стали бы более требовательными и системе не осталось бы ничего другого, как к ним прислушаться.

Движение в поддержку позитивных родов, возникновению которого предшествовала лишь идея, распространилось со скоростью лесного пожара. Спустя всего несколько недель после создания первой группы были созданы группы по всей Великобритании и за ее пределами, а на момент написания этой книги по всему миру создано уже четыреста пятьдесят групп.

Позитивные роды определяются следующими критериями:

1) Женщина находится там, где она хочет быть.

2) Женщина делает выбор, исходя из реальных обстоятельств, а не под действием страха.

3) К женщине прислушиваются и относятся с уважением, не задевая ее чувство собственного достоинства.

4) Женщине оказывают поддержку и помощь.

5) Женщина с радостью и гордостью вспоминает свои роды.

Это определение находит отклик у людей и не противоречит представлениям о родах и тех, кто предпочитает кесарево, и убежденных сторонниц домашних родов, поэтому женщины могут сами решить для себя, что значат для них позитивные роды. Благодаря движению я узнала, насколько женщины нуждаются в позитивной информации о том, что такое роды на самом деле, и какое облегчение они испытывают, когда им дается возможность заменить страхи фактами.

Когда я рожала третьего, последнего ребенка, я была очень далека от той напуганной девочки, которая смотрела на свое отражение, как кролик на фары автомобиля. Я больше не боялась, я знала, что роды мне под силу. Это не значит, что я рожала без страха. Лично я считаю, что немного бояться родов – это нормально, если под страхом мы понимаем здоровое уважение к величию этого события. Я снова планировала рожать дома, но я прекрасно понимала: то, что роды прошли легко и удачно один раз, не означает, что мне автоматически полагаются вторые такие же.

Кроме того, меня сильно беспокоило, что я снова вырастила великана, и иногда в минуты малодушия, которые бывают у большинства беременных женщин, я лежала и представляла, как меня везут в больницу и как мне делают кесарево сечение, чтобы извлечь из меня слишком крупного ребенка. Я снова миновала предполагаемую дату родов. И снова сказала своей акушерке, что решила «ничего не делать» (см. страницу 326), а она с уважением отнеслась к моему выбору.

Мой сынок родился ровно в 42 недели в завершение тихой, волшебной ночи, которую я провела в ванне для родов, слушая любимую музыку и переживая схватки в воде, когда они усилились. За эту ночь я пережила целую гамму всевозможных эмоций, временами я чувствовала себя всемогущей, временами мне казалось, что это худшее, что случалось со мной в жизни, и еще множество промежуточных ощущений. Сын родился весом 4,400 кг – его сестра до сих пор гордится тем, что она у меня «самый тяжелый ребенок», но еще больше она гордится тем, что именно она перерезала его пуповину.

В этой книге я не ставлю перед собой задачу убедить вас рожать дома по моему примеру. И я не хочу, чтобы вы отказались от всех вмешательств и восстали против своих врачей. Самые чудесные роды могут быть после индукции в больнице, у вас может быть изумительный опыт планового кесарева сечения, вы можете согласиться на эпидуральную анестезию – и вы все равно имеете полное право чувствовать себя на высоте. Дело не в том, какой вы сделаете выбор, а в том, что всегда будете знать, что он у вас есть! Это естественным образом вытекает из осведомленности и понимания своих прав.

Итак, я протягиваю руку со страниц книги и предлагаю читательнице прыгнуть с парашютом в тандеме. Мне довелось быть напуганной девочкой, стоявшей перед зеркалом, и я знаю, каково чувствовать себя на высоте четырех тысяч метров и не иметь выбора. Но родов не избежать, так что давайте сделаем так, чтобы они стали лучшим событием в вашей жизни. Мы пристегнуты друг к другу, парашют у меня за спиной, я держу руку на кольце. Полетели!

Вообще-то обычно этот вопрос звучит иначе. Чего мне ждать от родов? Какими будут мои роды? Что я буду делать в том или ином случае? Это важные вопросы, но прежде чем ими задаться, необходимо глубже рассмотреть ситуацию и понять: то, кем мы являемся и что мы думаем о родах, может повлиять и повлияет на их ход.

Мы все убеждены, что мы немного знаем о родах, даже если это первая беременность. Но откуда у нас эта информация? Скорее всего, из семьи и, если взять культуру в более широком понимании, из телевидения и других СМИ. Возможно, вам рассказывали, как родились вы сами, или вы видели, как рожают, в любимом сериале. Возможно, будучи детьми, вы подслушали тайный разговор взрослых, или вам в школе показывали фильм о деторождении.

Независимо от того, откуда пришла информация, теперь необходимо подвергнуть ее критическому осмыслению. Сейчас очень важно аккуратно разобрать «багаж», с которым вы ожидаете родов, и задать себе несколько насущных вопросов: какими я представляю себе роды? Откуда у меня эти представления и отражают ли они истинную картину? Наконец, как эти представления о родах отразятся на моей реальной жизни?

Разорванная цепь мудрости

Еще не так давно, примерно сто лет назад, женщины рожали в обществе родных и близких, и, следовательно, роды были более заметны, чем сегодня. Женщины не исчезали в больницах и не возвращались с новорожденными. Люди видели и слышали, как женщины рожают, это было частью жизни, делом, в котором участвовали члены семьи, соседи и друзья.

Перенесемся ближе к нашему времени и взглянем на роды несколько десятилетий назад, когда их стали воспринимать как медицинскую проблему. При всех преимуществах современной медицины нельзя отрицать, что некоторые больничные порядки появились в ущерб женщинам: обязательное бритье лобка, клизма, повсеместное использование гинекологических кресел, проведение эпизиотомии – лишь некоторые из них. В шестидесятые и семидесятые годы женщины в больницах играли пассивную роль, когда действовали не они сами, а дежурная бригада врачей и акушерок, и согласия рожениц зачастую не спрашивали. Детей мгновенно уносили в детское отделение, и если кто и был главным в родильном зале, так это главная акушерка, а не роженица.

Когда дело касается родов, мы превращаемся в трех обезьянок – мы не видели, не слышали, как рожают, и с нами никогда об этом не говорили. Наши мамы, а у кого-то и бабушки были бы рады забыть, в каких унизительных обстоятельствах проходили их роды. О родах если и говорят, то только то, что это время, когда чувство собственного достоинства следует оставить за дверью и когда придется перенести самую сильную боль, какую только можно представить. Позитивных впечатлений очень мало. Стоит ли удивляться, что мы все напуганы?

Отсутствие звена в цепи мудрости сказывается и на грудном вскармливании. Многие из нас выросли на смеси и никогда не видели тех, кого вскормили грудным молоком. То, как отсутствие связи между поколениями влияет на нашу уверенность в возможностях собственного организма, невозможно недооценить.

• Что вам рассказывали о родах ваши близкие?

• Что вам рассказывали о вашем собственном рождении?

• Вам рассказывали плохое или хорошее?

• Чего вы ждете от своих родов, исходя из этих рассказов?

Школьное образование

Многим из нас рассказывали о родах в школе, показывая учебные картинки или фильмы. К сожалению, эти фильмы и картинки отражали дух времени: женщины лежали на спине и выглядели при этом напуганными и беспомощными. Возможно – умышленно это было или нет, – с помощью фильма девочек хотели уберечь от беременности. Как бы то ни было, многие из этих фильмов внушали (и, к сожалению, до сих пор внушают) страх перед родами целому поколению женщин.