В ритме Болливуда

Глава 1. Удивительная Индия

Удивительная страна Индия. Она обнажает душу, вслух читает ваши мысли, пронзает в самое сердце. Это страна, которая не может оставить вас равнодушным! Она либо влюбляет, либо вызывает отторжение. Невероятное место, в которое, приехав однажды, вы либо вернетесь снова, либо навсегда забудете дорогу.

Как я решилась на эту авантюру? Сама не знаю! В то нелегкое время состояние неопределенности угнетало меня, я не могла находиться дома. Я закрыла семестр в университете, что мне оставалось – походы на шейпинг… и все! Устраиваться на постоянную работу не имело смысла. Это означало бы – сжечь все турецкие мосты и похоронить несколько лет жизни, а я этого не хотела. Поэтому я время от времени подрабатывала на фотосессиях и на благотворительных показах и помогала на рецепции в папином отеле на Шпалерной.

Наташин звонок прозвучал, как отрезвляющий ледяной душ! А и правда, ЧТО я теряю? Что меня держит? У меня было двести долларов в кармане, и этого хватило на авиабилет до Дели. Я не спрашивала у нее, что мы там будем делать, и мне было глубоко наплевать, как мы там будем жить. Главное – убежать от мыслей и от реальности. Решение было принято, я в срочном порядке сделала прививку от гепатита, купила таблетки от малярии и подала документы на туристическую визу. Я запаковала в чемодан шлепки, короткое платье и пару футболок, надела свои единственные штаны и золотую дешевую куртку из магазина «Дженнифер», обулась в кожаные сапоги с острыми носами и приехала в аэропорт, где нас провожал Наташин папа (о боже, у нее был чемодан размером со шкаф!).

После того как мы прошли паспортный контроль и сели в самолет до Москвы (из Питера прямых рейсов в Дели в декабре не было), я задала вполне резонный вопрос (ВОВРЕМЯ):

– Наташ, а что мы будем там делать и где мы там будем жить?

На что Наташа, не моргнув глазом, ответила:

– Смотреть Индию, конечно! У меня есть визитка одной индианки, я работала ее гидом-переводчиком по Питеру в августе, так вот она приглашала меня в гости!

То есть, по сути, мы летели в Дели и без денег, и без обратных билетов, и без места для ночлега.

«А ну и пофиг, на месте разберемся!» – подумала я и сама себе удивилась! Мне в голову даже не пришла мысль, что телефон той индианки может быть недоступен или она может быть в отъезде. Мы решили позвонить ей по прилету…

Я полюбила эту страну с первого шага в аэропорту Махатма Ганди. Теплый тяжелый воздух напором окатил мое лицо, а звук постоянно гудящих клаксонов отозвался напряжением в висках. Я была словно пьяная, не понимала, где я и что происходит вокруг.

Километровая толпа (не очередь, а именно толпа) на паспортном контроле после тринадцати часов путешествия с пересадками без сна меня испугала. Когда все заполняли миграционные карточки, мы вписали адрес первого попавшегося отеля. Получили багаж и вышли на улицу. Воздух тут был еще тяжелее, а клаксоны еще громче. Я огляделась, было темно, но вокруг все переливалось яркими огнями фар и фонарей. Мы в Дели! В городе, где люди говорят на смешной смеси хинди и английского, где все всегда ходят в ярких одеждах, замуж выходят в красном, а в последний путь провожают в траурном белом; где горбатые белые коровы ходят по проезжей части, а машины едут за ними; где нет правил дорожного движения, поэтому все постоянно гудят (у них сзади на каждой машине написано «horn, please!»). Это было все, что я знала о Дели.

Мы попросили у первого встречного молодого человека мобильник:

– Можно позвонить? У нас села зарядка!

– Алло, Шаши? Это Наталья! Помнишь, я была твоим гидом в России, и ты сказала, что когда я приеду в Дели, могу тебя навестить? Так вот, мы в аэропорту Дели. Диктуй адрес, куда ехать!

Шаши на том конце провода опешила от неожиданности…

Глава 2. Как в кино!

Вы когда-нибудь смотрели болливудские фильмы? В которых дворцы, а не дома, огромные потолки и обязательно мраморная лестница? Шаши жила в таком!

Ее двухэтажный особняк был окружен высоким каменным забором с колючей проволокой, а тяжелые металлические ворота открывал охранник в фуражке.

Я никогда не видела реальных людей, живущих во дворцах.

Нас встретила Чавви, младшая дочка хозяйки дома, удивившись, что мы с чемоданами.

«Девчонки, я сегодня собираюсь в клуб! Пойдем вместе?» – радостно предложила она, когда мы входили в дом. Резная деревянная дверь, просторный холл, мраморный пол и лестница с красивыми перилами, ведущая на второй этаж… боже, все как в кино! В ванной комнате была позолоченная арматура, а на кухне слуги готовили молочный масала-чай.

Шаши оказалась приятной полной индианкой в возрасте.

– Наталья! Познакомь меня со своей КРАСИВОЙ подругой! («красивой» было нарочито подчеркнуто).

Мне стало так неловко, но я понимала, о чем она. В индийском мире я была, как экспонат из музея – худая, выбеленные волосы, светлая кожа, выщипанные в ниточку брови, дикий френч с акриловыми цветами на ногтях, густые и длинные ПУЧКОВЫЕ ресницы.

– Ты как Барби! Такая необычная! Ты актриса? – это я буду слышать теперь каждый день.

Как только нам подали чай, Шаши поинтересовалась, где мы остановимся. «Вообще-то мы думали, что у тебя…»

Честно, я не помню, была ли неловкая пауза, но себя я точно чувствовала неловко: сами себя пригласили, приперлись с чемоданами; но факт остается фактом: нам выделили огромную гостевую комнату на первом этаже и электрический обогреватель, потому что по ночам в доме с мраморными полами было очень холодно! И так начались наши невероятные приключения в этой волшебной стране…

Конечно, первым делом мы открыли путеводитель, который нам с собой дала Наташина подруга.

– Тааак, Дели, Агра, Джайпур, Мумбай и обязательно Гоа – это те места, которые мы посетим!

Я выпучила на Наташу глаза:

– Как это? А деньги мы где на все эти поездки возьмем?

По-моему, вполне резонный вопрос, в карманах у нас только мелочь звенела.

– Насимороним! – сказала она вполне серьезно.

Я понятия не имела, что такое «Симорон» и все так же не понимала, что она собирается делать, чтобы найти денег. Я читала, что в Индию многие едут сниматься в фильмах. Писали, что за съемочный день в массовке платят 800 рупий и кормят обедом. Это в то время – около 700 рублей. Чтобы обеспечить себе обратные билеты, нам нужно было бы работать на съемках почти месяц. Чуть больше (1500 рупий) платили за роль со словами. У меня было преимущество – знание турецкого открывало мне двери к хинди – я многое понимала и легко могла повторить заученные фразы.

А если достанется какой-нибудь второстепенный персонаж, появляющийся в фильме несколько раз, то гонорар мог быть весьма и весьма приличным.

Мои рассуждения шли вразрез с тем фактом, что все фильмы снимаются в Мумбае, а мы находились в Дели. До Мумбая нужно лететь на самолете, а жить там нам негде и не на что.

И тут Наташа протянула мне белую бумажку, на которой синей ручкой было написано: «Билет в Тадж-Махал».

– Положи себе в кошелек, хлопни в ладоши, спрыгни со стула, и давай придумаем рифму к слову «Тадж-Махал»…

Я была настолько в шоке от этой странной просьбы, что повторила за ней, не успев подумать, что это за бред…

Наверное, стоит рассказать, что же такое «Симорон».

Это метод абсурдной психотерапии, своеобразный игровой психотренинг, придумали его психологи Пётр и Петра Бурланы.

Симорон утверждает, что каждый человек обладает неограниченным творческим потенциалом и способностью к ЛЮБЫМ изменениям окружающего мира, однако эти способности скованы ограничениями привычной картины.

Вообще так совпало в моей жизни, что с симороном я столкнулась впервые в Индии – стране без границ, месте, в котором возможно абсолютно все, стоит только убрать из головы привычные стереотипы и рамки, навязанные обществом и предыдущим опытом. Символично, не правда ли?

Внутренняя суть Симорона – это прежде всего Игра, достижение внутренней свободы через ОТКАЗ от ограничений собственного разума. Симорон во многом строится на абсурде и юморе – это наикратчайший путь для выхода за рамки шаблонов и стереотипов.

И тогда, дома у Шаши, в просторной гостевой комнате с мраморным полом, прыгая со стула и выкрикивая какое-то дурацкое двустишие про Тадж-Махал, мы с Наташей насиморонили себе кучу приключений на собственные задницы. Но зато каких! Мне есть что рассказать своим внукам.

Глава 3. Акаш

Вечером Чавви взяла нас с собой в какой-то до жути крутой и пафосный ночной клуб. Ни я, ни Наташа, дожив до двадцати лет, ни разу не были на ночной дискотеке. Ой, да что там говорить, я и на обычной-то не была. А нет, вру, однажды мы с ней плясали под попсу в Хельсинки, поехав на культурный слет по обмену опытом.

Надо сказать, клубы в Индии – это нечто особенное: и музыка, и танцы, и публика. И это не хорошо и не плохо, просто по-другому. Очутившись в том месте с зеркалами в форме бабочек, я поняла, что это мое. Там было настолько комфортно! Диджей ставил музыку из новых индийских фильмов, и весь танцпол отрывался в одинаковых движениях! Такое я видела впервые, и это было волшебно!

Ох, как я танцевала в ту ночь! Забыв обо всем, чувствуя единение с музыкой. Мне было наплевать, видит ли меня кто-то или нет, мне было просто хо-ро-шо. Кстати, в то время я не пила алкоголь вообще. Ни коктейли, ни вино. В барах и на дискотеках, чтобы избежать вопросов, я просила сделать мне воду с мятой, лимоном и льдом, которую внешне было невозможно отличить от мохито.

Я очнулась от того, что вдруг сзади меня кто-то обнял.

– Привет! Это ты Оксана Робски?

– Молодой человек развернул меня в танце, и я увидела светящуюся белоснежную улыбку и хитрый прищур.

– Нет, вы ошиблись! Меня зовут Лиона.

– А я Акаш, приятно познакомиться. Чавви сказала, что ты тут.

– А при чем здесь Оксана Робски?

– Просто это единственное имя, которое я знаю, а мне очень хотелось посмотреть на русскую барби. Ты классно танцуешь!

Этот хитрец мне многозначительно подмигнул и закружил в танце…

Вам, наверное, интересно, куда делся мой турецкий жених? Никуда. Я наврала ему с три короба, зачем я уехала в Индию (жаль, память не держит такие детали, а может, они и не важны).

Я все еще была с ним обручена, а он все так же работал в «Тез Туре» по ночам, а днем спал. Мне нужно было обнулить мысли, я не понимала, есть ли выход из тупика наших отношений. Перспектива сидеть дома и ждать его с работы, чтобы потом смотреть, как он спит, меня пугала, но я все еще не оставляла надежду, что совместными усилиями мы справимся и найдем выход. «Совместными» – ключевое слово, и я ждала, когда же это до него дойдет.

Если честно, я не помню даже, писали ли мы друг другу эсэмэс. Скорее всего, да, но их содержание смылось из моей памяти. Одно могу сказать точно: в Индии я вдруг почувствовала СВОБОДУ. Я вдруг поняла, что, если у нас все полетит к чертям, он не единственный мужчина на свете – вон сколько их: красивых, богатых и неженатых. И что я не собираюсь бездарно просаживать свою жизнь из-за того, что меня воспитали с твердым убеждением, что мужчина должен быть ОДИН на всю жизнь. У меня вдруг случился разрыв шаблона, и за спиной будто выросли крылья. Я МОГУ БЫТЬ СЧАСТЛИВОЙ и без него!

Но 100 500-й шанс нашим отношениям я все же решила дать, просто перестала себя третировать и доверилась судьбе, но моя турецкая история была совсееееееем не закончена…

Я не давала хитро щурившемуся индусу свой номер телефона, это сделала за меня Чавви. В ту ночь в клубе я нафлиртовалась, как в последний раз. На его провокационные вопросы я не отвечала ни да ни нет, а он, будто бы специально, называл меня Оксаной.

Наш разговор напоминал что-то вроде:

– Оксана…

– Я не Оксана, я Лиона!

– Прости, Оксана – это единственное русское имя, которое я знаю.

На двадцатом разе я сдалась и стала откликаться на Оксану.

Мы сидели у барной стойки, и я с интересом разглядывала своего нового друга: небольшого роста, иссиня-черные волосы, темная кожа с оливковым отливом, хитрые карие глаза и орлиный нос. «Красавчик», – пронеслось в моей голове, и в тот момент мне вдруг показалось, что вся моя жизнь до этой секунды – не моя. Другая девушка была забитой, некрасивой, неуверенной в себе брюнеткой, сражающейся с комплексами и не видящей вокруг себя мужчин. В тот момент перед Акашем сидела красивая, уверенная в себе блондинка и хлопала пушистыми ресницами! Я купалась во внимании и комплиментах! Каждый считал своим долгом подойти и пригласить меня танцевать, но мой спутник четко давал понять, что я с ним.

Домой к Шаши мы вернулись посреди ночи всей компанией. Акаш оказался кузеном жениха Чавви, и он был чертовски нахален, но настолько ли, чтобы требовать прощальный поцелуй? Он поцеловал мою руку, притянул рывком к себе и долго смотрел мне в глаза.

Сердце бешено колотилось, и мне так хотелось романтики! Я сама от себя не ожидала того, что чувствовала в тот момент…

– Ну пока, Барби! Keep in touch! – сказал Акаш и отпустил меня, даже не чмокнув в щечку.

До самого утра я трещала Наташе, какой он классный.

– Давно пора было открыть глаза и увидеть, СКОЛЬКО вокруг классных парней! – поучительно сказала мне подруга. – Завтра снова пойдем танцевать!

Я уже мысленно была в ночной дискотеке и весь день только об этом и говорила!

– Наташ, ты видела, КАК он на меня смотрел? Какие у него глаза. Ты видела? Неужели я влюбилась в первого встречного?

«Интересно, как он целуется? – пронеслось у меня в голове, но я мужественно отодвинула эту мысль далеко-далеко. – ты почти замужем! Ты с ума сошла?»

Опьянение от флирта, бабочки в животе, которых я ощущала почти физически, закрытые глаза в ожидании поцелуя… нет, со мной явно что-то не так! Как такое может быть, если мужчину нужно выбирать одного и навсегда? Так меня учила мама. Но я не могла с собой ничего поделать, все мои мысли были о том, что, если Акаш сегодня меня не поцелует, это сделаю я сама.

Да, мужчины! Вот на что вы толкаете избранниц своим безразличием! У нас открываются глаза! И кто-то оказывается в этот момент ближе, чем нужно.

Днем мы пошли в Храм Лотоса, хотя еще не отдохнули после ночных приключений. Но жажда познакомиться с индийской культурой оказалась сильнее усталости.

В храм пускали только босиком: свою обувь нужно было сдать на входе в подобие гардероба (для меня до сих пор загадка, как работник, индус с обезображенными конечностями, мог найти нужную пару в этих странных стеллажах, я со своими босоножками уже мысленно попрощалась).

Храм Лотоса очень необычный: здание построено в форме гигантского цветка, внутри все белое и глянцевое, а фотографировать там, кажется, нельзя. Во всяком случае, фото оттуда у меня нет, а документировала я тогда чуть ли не каждый свой шаг.

Когда мы пришли домой, Чавви сказала, что сегодня в клуб не пойдет, у нее важная встреча с утра. Мое сердце екнуло: «А Акаш?» Но это было очевидным: не идет Чавви, не идет ее жених, не идет и Акаш.

Чуть позже от него пришла эсэмэска: «Бейб, я надеюсь, ты не пойдешь плясать без меня? Я боюсь, что ты меня забудешь!»

– Еще чего! – сказала Наташа. – пойдем и будем танцевать в самом центре! Из-за какого-то парня лишать себя удовольствия!

– Девочки, если вы собираетесь приехать домой позже, чем в полночь, имейте в виду, охранник вас не пустит и вам придется ночевать где-то в другом месте, – безапелляционно сообщила нам хозяйка дома перед выходом.

Часы показывали одиннадцать ночи.

Глава 4. Чемпионат по крикету

– Может, ну его, не пойдем? – спросила я Наташу, какое-то неприятно-тревожное чувство нарастало в районе солнечного сплетения.

– Забей, протанцуем всю ночь, утром нас охранник домой пустит! Ночные клубы до скольких открыты? До утра же?

Ахаха, как бы не так! Клубы в Дели закрываются в два ночи, но мы об этом тогда не знали.

В ту ночь все было как-то не так, и я понимала почему: я уже вцепилась своим подсознанием в симпатичного индуса и думала только о нем, меня раздражали приглашавшие меня на танец мужчины, все они мне казались несимпатичными и неприятными.

Музыка, правда, была что надо, я закрыла глаза и растворилась в танце. Очнувшись, я поняла, что Наташа уже с кем-то флиртует и задорно смеется, запрокидывая голову.

– Хей, и Барби с тобой? – спросил высокий кудрявый молодой человек, абсолютно не похожий на индуса. – мы же вчера тут виделись.

Я не помнила, ведь вчера весь вечер отрывалась dirty dancing с Акашем, но сделала вид, что, КОНЕЧНО ЖЕ, помню.

– Какие планы после диско? Сегодня чемпионат по крикету, может, посмотрим вместе?

– А давай! – сказали мы хором, ведь идти до утра нам некуда…

Да, в два часа ночи где-то в Нью-Дели две русские девушки поехали домой к парню, с которым познакомились в ночном клубе, чтобы смотреть чемпионат по крикету, о котором мы слышали впервые.

Кому рассказываю эту историю, никто не верит и говорит, мы либо дуры, либо отчаянные. Но сегодня я точно знаю, мы не ошиблись, и именно эта встреча очень многое значит в моей жизни. Череда событий, цепочка случаев, одно звено за другим, ни одно из них нельзя было пропустить.

Да, казалось бы, кто в здравом уме вот так бы взял и отправился танцевать, зная, что дорога домой заказана? Кто бы взял и поехал ночью домой к первому встречному смотреть телевизор? Но скажите мне честно, кто бы полетел в Индию, В НИКУДА, без копейки в кармане? Вся наша поездка, весь тот период моей жизни был четким противостоянием моим рамкам и предрассудкам.

Подобно герою Джима Керри, говорившему всегда «ДА», я шагала навстречу жизни, я вдыхала ее полной грудью и чувствовала невероятную силу Вселенной, которая вела меня за руку. Я не смотрела под ноги, а впервые в жизни вертела по сторонам головой с широко распахнутыми глазами!

Именно Индия научила меня жить так, как велит сердце, а не разум… и НЕ БОЯТЬСЯ своих желаний…

В ту ночь мы втроем ДЕЙСТВИТЕЛЬНО смотрели крикет в гостиной кудрявого светлокожего индуса, а под утро прямо там на диване и уснули вповалку.

Я выросла на индийских фильмах! «Зита и Гита», «Непохищенная невеста» и других, с необычными декорациями и забавными песнями – их смотрели и мои бабушки, и мама. Именно поэтому я грезила Мумбаем, который был как раз-таки столицей Болливуда. В Мумбае можно запросто встретить кинозвезду в магазине, на улице, в ресторане, поэтому я непременно хотела там оказаться.

Но, как вы помните, мы находились в Дели, и ни связей, ни билетов, ни денег у нас не было, зато в кошельках лежали сложенные тетрадные листочки с написанной от руки фразой «Билет в Тадж-Махал».

Проснувшись утром по обе стороны от индийского красавчика, да еще и в обнимочку, мы решили потихонечку удалиться из его апартаментов. Сейчас пишу и думаю, каким образом мы узнали адрес нашей ночевки, чтобы сообщить Шаши, и она нам прислала своего водителя… видимо, где-то он был написан на английском. В общем, наш друг дрых беспробудным сном, а мы тихонечко слиняли из его квартиры по-английски.

Глава 5. Шаши

Дома у Шаши жизнь шла своим чередом! Когда мы услышали странные звуки из гостиной, обе слегка напряглись. Оказывается, по утрам к ней приходил инструктор по йоге, и они дышали и выполняли необычные упражнения. «Ух ты! Какой интересный вид спорта!» – подумала я, но и знать не знала, что через много лет сама стану инструктором по йоге, а желание учиться пробудит именно Индия.

Шаши страдала от лишнего веса. Ну как страдала, она постоянно говорила, что ей нужно похудеть, уплетая за обе щеки пряный бирьяни и закусывая его лепешками чапати.

– Мы в Индии – вегетарианцы, – отметила Шаши, когда слуги подавали острые, пахнущие специями колбаски из куриного мяса.

– Курица разве не мясо? – уставились мы на нее.

– Нет, – засмеялась Шаши, – мы не едим говядину и свинину, а разве рыбой одной будешь сыт? Ну конечно, есть и те, кто курицу тоже считает мясом…

После полудня Наташа получила эсэмэску от нашего кудрявого:

«Девчонки, что ж вы ушли, меня не разбудили? Я бы вас домой отвез! Как вы добрались? Все в порядке? В какой клуб сегодня пойдем? Я могу за вами заехать!»

«А у тебя есть симпатичный друг для моей подруги? Желательно похожий на обезьяну, они в ее вкусе!» – ответила Наталья.

Глава 6. Эффект незавершенного действия

В самом деле мужчины, похожие на обезьян, были тогда в моем вкусе.

Акаш никак не проявлялся, и мне было очень грустно. Я прокручивала в голове миллион раз несостоявшийся поцелуй, и мне хотелось вернуть время назад и самой проявить инициативу. В тот момент я не думала, было бы это честным по отношению к Алту, который, к слову сказать, лишь иногда утруждал себя звонком или эсэмэс. Я пару раз звонила маме Гульнур и папе Эмину, докладывала, как у меня дела, и обещала привезти им индийских гостинцев. От Алту же не было никаких новостей, кроме того что он так и работает по ночам в офисе «Тез Тура» в аэропорту Анталии. (Кстати, вот интересно, он до сих пор там работает?)

В общем, индийский черноволосый и белозубый Акаш занимал все мои мысли, и мне почему-то казалось: вот оно, то, чего я так долго ждала! Что-то непонятное и непостижимое. Это только потом я узнаю про «эффект незавершенного действия» и пойму, откуда растут ноги, а тогда, тогда у меня щекотало где-то в животе, по коже бежали мурашки, и меня потряхивало от одной только мысли, как я запускаю свои пальцы в его густые волосы…

Вы знаете, наверное, то, что мы не доводим до конца, прочно отпечатывается в подсознании. Отсюда же все наши идеи фикс и ностальгия по несостоявшимся романам. Феномен, до конца не изученный психологами! Есть предположение, что эффект вызван особенностью нашей нервной системы: при незавершении какого-то действия сохраняется напряженность, шок, испытываемый нервной системой, не дает получить разрядку, и, как следствие, действие сохраняется в нашей памяти. Вообще похоже на правду, потому что индийский красавчик не давал моей голове жить спокойно еще очень долго, до одного события…

Зачем я пишу про свою жизнь? Зачем открываю свою душу миллионной аудитории?

Чтобы вы ЗНАЛИ, что у вас ВСЕ ПОЛУЧИТСЯ!

Когда-то давно я была очень не уверенной в себе девочкой. Отличница в школе, я знала все предметы на пятерки не потому, что они мне легко давались. Я сидела и зубрила формулы до полуночи, а рано утром мама меня поднимала, чтобы я успела написать сочинение по французскому или сделать художественный перевод. Гимназия по 7–8 уроков в день, затем художественная школа. Я не знала, как это: гулять с друзьями, ходить на дискотеки, прогуливать уроки, пить «Трофи» в подъезде и целоваться с мальчиками.

И даже когда из гимназии я ушла в колледж, чтобы получить профессию, моя жизнь продолжала быть сплошной учебой на «отлично». Я считала, что и в личной жизни должно быть так: встретила мужчину – вышла замуж один раз на всю жизнь. В моем представлении идеальный брак строился на моем смирении со всеми странностями любимого, обхаживании его и сдувании с него пылинок.