Звезды. Легенды и научные факты о происхождении астрономических имен

Richard HincLey Alien

STAR NAMES

THEIR LORE AND MEANING

Введение

Эта книга предназначается не для профессиональных астрономов, которых, как правило, мало интересуют древние обозначения предмета их исследований, – в своей работе они предпочитают использовать буквы, цифры и круги. Тем не менее многие великие ученые считали, что вопрос о происхождении названий звезд заслуживает их внимания – Гроций, Скалигер, Хайд и американский астроном Уитни, среди прочих, уделили много времени исследованию этой проблемы. Ид ел ер, известный ученый, который занимался в том числе и астрономией, написал в своем введении к работе, посвященной названиям звезд, следующее: «Это, по сути своей, исследование созвездий, а изучать их историю стоит уже потому, что во все времена дух человеческий занимался вопросом, который представляет для него самый главный интерес – усыпанное звездами небо».

Томас Худ, профессор Тринити-колледжа в Кембридже, уже в 1590 году утверждал, что «нельзя изучать объекты, не дав им названия». Нет никаких сомнений в том, что знание о происхождении названий звезд усиливает интеллектуальное удовольствие от созерцания ночного неба. Ибо почти все люди разделяют сожаление Томаса Карлайла: «Почему никто не научил меня [различать] созвездия и не познакомил со звездами, которые всегда у нас над головой и из которых я до сих пор не знаю и половины?»

Естественно, большинство названий были придуманы арабами – живя в пустыне и глядя по ночам в ясное небо, они хорошо изучили звезды, как писал аль-Бируни[1]: «Тот, чья крыша – небо, тот, у кого нет другого укрытия, тот, над кем постоянно поднимаются звезды и следуют одним и тем же путем, связывает с ними начало своих дел и свой отчет времени».

Поэтому шейх Ильдерим и сказал Бен Гуру в Пальмовых садах такую фразу: «Ты не представляешь себе, как сильно мы, арабы, зависим от звезд. Мы заимствуем у них имена с благодарностью и возвращаем их с любовью».

Но многие названия, которые, как полагают, были придуманы арабами, на самом деле являются простым переводом на арабский язык греческих описательных наименований. Они были взяты в эпоху Аббасидов[2] из книги Клавдия Птолемея «Великая система астрономии», написанной во II веке н. э. Она была переведена на арабский в цветущий век Гаруна аль-Рашида, или Аарона Справедливого, и получила название «Величайшей книги».

Благодаря ее различным изданиям[3], образованные классы арабов восприняли новую номенклатуру названий, а ее дополненная версия, которую сделал аль-Тавит ибн Курра, стала основой для первого печатного издания книги «Альмагест». Это был перевод на латинский язык, сделанный Жераром из Кремоны в XII веке. Эта книга была опубликована в Венеции в 1515 году, и ее арабские корни оказались так заметны, что Иделер и Смит иначе как «Арабско-латинским Альмагестом» ее не называли. Греческий текст «Великой системы астрономии» Птолемея, по-видимому, был неизвестен в Европе до тех пор, пока его не перевел на латынь с ватиканской рукописи монах Георгий из Трапезунда. В течение XVI века вышло несколько изданий этого труда. Из этих и аналогичных и трудов и появились те искаженные греко-римско-арабские названия, которые мы, в разной степени, стали использовать для обозначения звезд.

Однако до создания халифата у арабов существовали свои, очень древние названия звезд. Они появились еще до того, как мусульмане познакомились с культурой Средиземноморья, возможно, еще во времена доисторических «арабов аль-Байда» или арабов пустыни. Эти названия дали звездам кочевники, пасшие там свои стада. И мы находим среди них слова, обозначавшие пастухов и их девушек; лошадей, всадников и предметы конской упряжи; коров, верблюдов, овец и коз, хищников и других животных; птиц и рептилий. Не следует, однако, забывать, что архаическая номенклатура арабов – действительно архаическая, поскольку мы не знаем о том, как она появилась, – уникальна. Арабы не объединяли несколько звезд в созвездие, как делали их западные соседи, позже ставшие учителями арабов, а присваивали название живого существа каждой звезде в отдельности. Из этого правила практически не было исключений, хотя с небесными аналогами неодушевленных объектов дело обстояло совсем по-другому. Но и здесь арабы присваивали географические, анатомические и ботанические наименования лишь небольшим по численности скоплениям звезд. Они называли их в честь своих шатров, гнезд, домашних предметов и украшений, кобыл и жеребцов, лодок, могил, крестов и тронов, колодцев, прудов и рек, фруктов, зерновых и орехов – все это, как им казалось, они видели на небе.

Был еще один тип названий, весьма странных для нас, – Аль-Сайдак, Аль-Симак, Аль-Суша, что означает Достойный Доверия, Возвышенный, Позабытый, соответственно. Были среди звезд и Менялы, Возницы, Последователи и Смотрители, а также Удачливые и Неудачники, Одинокие и другие. Ни одно из этих названий не использовалось учеными арабами более поздних времен – они были для них, как и для нас, не более чем забавными курьезами. Их называли «арабскими», в отличие от Птолемеевых, которые получили название «астрономических». В нашей книге мы будем обозначать первые словом «арабские», а вторые – «аравийские». Персидский астроном, дервиш Абд аль-Рахман Абу Хусейн, в наши дни более известный как аль-Суфи[4] (Мистик или Мудрец), упоминал об этих древних различиях в своей книге «Описание известных звезд». Те же самые выражения использовал в своем труде, написанном три века спустя, и Казвини.

Иногда одна звезда или группа звезд имеют разные названия, а те, которые находятся далеко друг от друга, одинаковые. Все это объясняется тем, что эти имена дали им разные племена, у которых сложилась своя собственная номенклатура названий.

Остальные названия звезд, за исключением немногих, происходят непосредственно от греческих или латинских слов – многие из них, как и в арабской номенклатуре, сейчас считаются именами собственными, а когда-то были прилагательными или обозначали положение звезды в созвездии. Другие названия возникли в результате неправильного понимания, ошибок в переводе или транскрипции. Однако сейчас они уже широко употребляются всеми, и исправлять или менять их нельзя.

В своей книге «Первая георгика» Вергилий писал:

Ему вторит Сенека, которого считают другом святого Павла, в своих «Вопросах о природе»:

Оба этих прославленных автора почти дословно повторяют слова святого псалмопевца Давида, который за четыре сотни лет до них пел:

а также слова пророка Исайи:

Конечно, утверждение Сенеки не лишено оснований, а заявление Вергилия о том, что имена звездам присвоили древние моряки, тоже частично справедливо, но все-таки мы должны обратить свои взоры на пустыню, где звезды помогали людям ориентироваться в такой же степени, как и в безбрежном просторе океана. Поэтому они стали здесь объектом пристального внимания и изучения. И вправду, в 6-й суре Корана Мухаммед говорит своим последователям:

Бог дал нам звезды, чтобы они на суше и на море указывали нам путь во тьме.

Поэтому правомерно будет сделать вывод, что первые названия дали звездам пастухи, охотники, землепашцы, моряки и путешественники – иными словами, простые люди, а вовсе не ученые и мудрецы, а наша современная астрономическая номенклатура возникла в процессе накопления названий, созданных разными народами. Этот процесс продолжался не менее трех тысяч лет, и главную роль в нем играли кочевники и ученые Аравии:

а также греки и римляне.

Кто-то может подумать, что в этой книге придается слишком большое значение звездной мифологии, которая в наши дни считается избитой темой, но она помогает создать литературную историю звезд, а возраст мифов оправдывает наш интерес к ним. И вправду, не следует забывать, что основным источником появления этих мифов были звезды – об этом писал еще в IV веке н. э. Евсевий в своей книге «Подготовка Евангелия»: «Древние верили, что легенды об Озирисе и Изиде и все другие мифологические сказания [того же рода] были порождены либо самими звездами, либо их скоплениями, а также их восходом и заходом и так далее».

А Проктор в своем труде «Мифы и чудеса астрономии» утверждал, что главная прелесть его книги «заключается не в чудесах, явленных нам наукой, а в мифах и легендах, связанных с ее историей, в необычных представлениях, которые в древние времена были связаны с этой наукой, с полузабытыми мифами, которые она породила».

Однако эти мифы, которые нам кажутся очень древними, для жителей Гималаев и берегов Ганга и Евфрата, где они, вероятно, и зародились во тьме далеких веков, были современными и весьма тривиальными. Согласно последним исследованиям, эти мифы возникли именно здесь – в самых древних религиозных культах Земли, появившихся задолго до Моисея. Это была «попытка объяснить явления природы». Люди наблюдали эти явления на земле и в небесах и верили в их божественное происхождение.

Исследовательское поле, которое я попытался вспахать, содержит записи четырех или пяти тысячелетий, поэтому нет нужды говорить о том, каких оно потребовало огромных и длительных усилий ученых, использования данных археологии, астрономии, литературы и филологии. Я надеюсь, что моя книга побудит других исследователей, более компетентных в этой области, продолжить мое дело.

Ричард Хинкли Аллен

Солнечный зодиак

Существует много теорий о месте и времени рождения зодиака, но похоже, все ученые сходятся на том, что он возник в архаической астрономии долины Евфрата и имел, возможно, всего шесть сменяющих друг друга знаков: Телец, Рак, Дева, Скорпион, Козерог и Рыбы. Позже они были разделены по ежегодным двенадцати полнолуниям. Однако Сервий примерно в 400 году н. э. утверждал, что долгое время признавалось только одиннадцать созвездий, поскольку Скорпион с его Клешнями считался двойным знаком. Эта оценка восходит к временам Древней Греции и Рима.

Риччиоли примерно в 1650 году приводил древневавилонское (халдейское) название Хадронито Демалуше, или Круг Знаков, но его стоит принимать с большой осторожностью, поскольку в то время еще не начали изучать историю Вавилона. Современные ученые считают, что шумерам зодиак был известен как Иннум (Innum) и как Пиднуша-Шаме (Райская Борозда), вспаханная божественным Ведущим Быком, нашим Тельцом, который с 3880 до 1730 года до н. э. являлся первым из двенадцати знаков. И хотя наши знания об астрономии Аккадии пока еще весьма ограниченны, совершенно определенно то, что шумерские названия месяцев были тесно связаны с разделением зодиака, а аккадийский календарь был создан по его звездам еще в 2000 году до н. э. Таково мнение профессора Арчибальда Генри Сейса из Оксфорда. Позже календарь через Ассирию и Арамею попал к евреям, о чем свидетельствуют сходные названия знаков зодиака в этих странах. А одиннадцать или двенадцать знаков на время стали объектами идолопоклонства, как это видно из истории, подробно изложенной в Книге Царств, 23: 5.

В вавилонской «Легенде о Сотворении мира»1, обнаруженной Джорджем Смитом в 1872 году, зодиак назван словом Мизрата – похожим названием именовали Млечный Путь. По общему мнению, так изначально назывался библейский Маззарот, а Маззарот является формой, которую использовали в Таргумах (разделах Ветхого Завета. – Пер.) и более поздних еврейских письменах. Это слово, хотя и неизвестного происхождения, вполне могло произойти от корня со значением «наблюдать». Таким образом, созвездия приходят одно за другим к меридиану, как ночные вахты, но доктор Томас Хайд[5] [6], оксфордский ученый, который перевел в 1663 году Зижи, или Таблички, Улугбека и труд аль-Тизини, нашел в них слово Эзор (Пояс). В более поздних трудах Дилмана дается ссылка на название Захир, произошедшее от Мерцающей звезды и означающее, таким образом, нечто особенно яркое. И все-таки библейское слово интерпретировалось по-разному и применялось к Большой Медведице, Сириусу, планетам и далее к созвездиям в целом. На самом деле оно, по-видимому, означало «Лунные позиции».

Евреи также называли зодиак Галгал Хаммазалот (Круг Знаков). Байер утверждал, что они дали ему причудливое название Опус Фригонарум (Работа Фригийцев), то есть вышивальщиков по золоту.

Еврейский историк Иосиф Флавий, а за ним и святой Клемент Александрийский в 200 году н. э. высказали догадку, что двенадцать камней в нагрудном знаке первосвященника могут указывать на двенадцать зодиакальных созвездий. Филон Иудейский, живший примерно в то же время, отождествлял их со звездами из сна Иосифа. Современный поэт Йоганн Кристоф Фредерик Шиллер в своей поэме «Пикколомини» следующим образом описал понятия древних о его сакральном характере:

Смит писал: «Аллегорические образы в благословениях Иакова несколькими авторами отождествлялись со знаками Via Solis (Солнечной Дороги), где Бог в качестве лучника превратился в нашего Стрельца. Еврейские собиратели древностей давно уже признали Еноха изобретателем двенадцати делений. Беросус [Бероссос, как пишут сейчас, – халдейский историк, живший примерно в 260 году до н. э.] и Иосиф заявляли, что Абрам был известен своими наблюдениями за звездами, и даже научил этому египтян».

Что касается последних, то наши двенадцать фигур появились на планисфере Дендеры, несомненно, под влиянием греков или римлян. Впрочем, мы мало знаем о том, каким был зодиак в египетской астрономии, хотя он вполне мог представлять двенадцать главных божеств Египта. Святой Клемент говорит нам, что их символом был Белый, или Священный, Ирбис, а иезуит Отец Афанасий Кирхер[7], живший в 1603–1680 годах, оставил нам в греческом тексте коптско-египетские названия с их приблизительным переводом на латинский язык. По-видимому, это были переводы с оригиналов, которые использовались повсеместно. Среди них есть слово, обозначающее зодиак, – Ταμετοῦρο ευτευίφθα, что бы это ни означало. Но мисс Агнес М. Кларк утверждает, что, когда Египет принял греческие фигуры, они претерпели различные изменения, придавшие им характер «круга живых существ».

В Аравии зодиак носил название Аль Минтаках аль Бурудж (Пояс Знаков), который Байер называл Almatica seu Nitak, а более неопределенно это был Аль Фалак (Пространство Неба).

В Греции это были τα Δωδεκατημόρια (Двенадцать Частей) и ὁ Ζωδιακός (Зодиак Зверей) Κύκλος. Но Аристотель, этот Гумбольдт IV столетия до н. э., назвал его ὁ Κύκλος τῶν Ζωδίων[8], Кругом Малых Животных. Знаки до введения Весов представляли собой только живые существа. Такое же значение имело немецкое слово Tierkreis. Прокл в V веке н. э. называл зодиак ὁ Λοξός Κύκλος (Наклонный Круг), что первоначально относилось к эклиптике, а у Аратоса, который рассматривал Клешни отдельно от Скорпиона, он был τα Ἔιδωλα δυοκαίδεκα (Двенадцатью Образами). Поскольку Гомер и Гесиод нигде не упоминают о зодиаке, мы можем считать истинным утверждение, что другой поэт, Клеострат из Тенедоса, ввел его в Греции примерно в 500 году до н. э., основываясь на наблюдениях с горы Ида. Кирхер был выдающимся математиком и ученым, которому, как и Роджеру Бэкону, жившему за четыре столетия до него, приписывается изобретение «волшебного фонаря» (в современном исполнении – эпидиаскоп. – Пер.) Именно он первым начал изучать египетские иероглифы.

В Риме он обычно назывался зодиакус, а Цицерон в своем труде «О божественном» именовал его «кругом, который греки зовут зодиакос». Цицерон и Вергилий именовали его Знаковым Кругом, который превратился в Signiportant в «Жизни существ» в англо-норманнской поэме Филиппа де Тауна. Поэты звали его зодиаком, Путем Солнца или Орбитой Солнца; у Манилия это был Звездный Пояс, у Лукиана – varii Mutator Circulus anni. Байеровский Сигиллариус, возможно, является нижнелатинским словом, означающим Малые Образы. Байер также приводил названия Limbus textitlis (Тканый Пояс) и Fascia (Лента). Эти имена Птолемей использовал для обозначения Млечного Пути. Строчка из произведения Чосера «Троил и Крессида» «И знаков свечи ярче загорелись» была заимствована из книги Клавдия In Rufinum и относилась к небу, но в «Астролябии» было написано: «Этот небесный зодиак есть дальний круг звезд».

В другом месте Клавдий назвал фигуры зодиака Воздушными Зверями, или Кругом Зверей, поскольку зодиак по-гречески есть звери по-латыни: греческое ζῶα, слово из Откровения, 4: 6, было переведено как «звери» в «Авторизованной версии» и «как живые существа» – в «Исправленной». Термины, которые использовал Чосер, могли быть взяты из Formasque ferarum Овидия.

В англосаксонских рукописях зодиак называли Великим Зодиакальным Кругом, а также Двенадцатью Знаками: но англичане, жившие четыре или пять веков назад, знали его как Бестиарный круг, Путь Богородицы, Небесный Пояс, в то время как эклиптика была у них Коромыслом Неба или Косым Кругом, а главный меридиан – Полуденным Кругом. Поуп в своем произведении «Эссе о человеке» назвал его Солнечным Ходом, а до него существовали названия Дома Солнца и Ежемесячные пристанища Аполлона. Данте Алигьери, 1265–1321, называл зодиак тосканским словом Rubecchio, обозначавшим мельничное колесо, чьи выступы представлены различными знаками. Данте часто обращался к этому образу. Лонгфелло перевел его как Зазубренное Колесо Зодиака. Но задолго, возможно за тысячелетие, до Данте в индийском труде Риг Веда сказано:

И еще:

Привычное название в Индии для зодиака было Рази Чакра. В соседней Персии в книге «Бундехеш», или «Космогония», написанной на диалекте пахлави примерно в VIII или IX веке, причудливо смешались персидские и семитские слова. В ней писалось о Двенадцати Ахтарах, которые вели армию Ормуза, в то время как семь Асвахтаров или планет (включая один метеор и одну комету) воевали на стороне арийцев.

Но двенадцать знаков этой страны, а также знаки Китая и Индии были собраны в четыре крупные группы, обозначавшие четыре четверти неба, причем каждая имела свою Королевскую Звезду-хранительницу. Считается, что в Авесте, или Божественном Законе, Заратустра упоминал о небесном круге фигур, эквивалентном нашему зодиаку.

Роберт Браун-младший утверждает, что «в китайском Кунге, или зодиакальных знаках, присутствуют Тигр (Стрелец), Кролик (Скорпион), Дракон (Весы), Змея (Дева), Лошадь (Лев), Овца (Рак), Обезьяна (Близнецы), Петух (Телец), Собака (Овен), Кабан (Рыбы), Крыса (Водолей), Бык (Козерог). Это и есть зодиак, но поздние исследования свидетельствуют о том, что по происхождению китайская цивилизация ближе к Западу (это касается четырех последних тысячелетий), и даже (как наиболее интересный факт) о том, что древнее пиктографическое письмо китайцев сходно с аккадийским клинописным письмом, поскольку оба типа исходят из одного первичного источника. И все же китайский зодиак, по всей видимости, независим, еще и потому, что включает в себя Овцу и Быка, которые, однако, не являются Овеном и Тельцом». Это хорошо показано в имеющейся у меня коллекции Храмовых Денег[9], полного набора монет неопределенного возраста.

Однако в китайском зодиаке отсчет знаков идет в обратном порядке по сравнению европейским, то есть противоположно годовому пути Солнца на небесах, и начинается с Крысы. Зодиак в Китае был известен как Желтый Путь. Дату его формирования относят к периоду между XXVII и VII веками до н. э., а двенадцать символов этого зодиака использовали для обозначения месяцев года. Много веков назад он был заимствован соседними странами, и некоторые из его символов используются до сих пор. После того в XVI веке в Китае обосновались иезуиты, здесь появился и европейский зодиак, а его названия были дословно переведены на китайский язык. В Англии Достопочтенный Беда, живший в 673–735 годах, заменил одиннадцать древних знаков на 11 апостолов, назвав зодиак Короной, или Кругом Святых апостолов. В конце этого круга Иоанн Креститель аккуратно занял место Водолея. Уильям Драммонд в XVII веке превратил эти созвездия в двенадцать библейских патриархов, а Г. Таунсенд сделал из них двенадцать цезарей. Были и другие странные изменения подобного рода. Даже Древо Жизни из Откровения рассматривалось как тип зодиака, носящий двенадцать плодов, дающий свой плод каждый месяц. Возможно, все страны мира имели свой зодиак в какой-либо форме, обычно представленный животными. Даже в Южной Африке у аборигенов Земли Машона[10] в Родезии была найдена каменная плитка диаметром 38 дюймов с кругом зодиакальных знаков на ребре. Если верить древней мандейской легенде, его образы являются детьми созидательных духов Ур и Руха.

Изображение этих двенадцати фигур на стенах и полах старых церквей, соборов, общественных зданий и даже частных домов часто находим в Европе, а еще чаще – в храмах Востока. Все посетители Нью-Йорк-стейт-билдинга во время 11-й Мировой колумбовой выставки в городе Чикаго в 1893 году вспоминают впечатляющий восьмиугольный зодиак[11], который был создан Маккимом, Мидом и Уайтом. Он был выложен латунью на полу вестибюля. Будучи не совсем правильным с астрономической точки зрения, этот зодиак тем не менее эффективно дополнил внутреннюю отделку прекрасной конструкции.

В древности созвездия зодиака имели различную величину, но Гиппарх (греческий астроном, живший в 190–125 годах до н. э. – Пер.) разделил эклиптический круг на двенадцать делений по 30° каждое. Эти двенадцать знаков все еще используются в календаре. Однако теперь они не совпадают с аналогичными созвездиями, так как со времени своего формирования сдвинулись на 33° назад по сфере.

Созвездия к северу или к югу от одного из зодиакальных, которые появляются или уходят с небосклона синхронно с ним, в Греции позже стали называть paranatellon («соседствующие». – Пер.).

Лунные дома

Эти Дома когда-то играли важную роль в наблюдательной астрономии, особенно в Аравии, Китае, Индии и Хиве – Древнем Хорезме, а также в Бухаре, Древней Согдиане. Однако поздние исследования относят их к более ранним по времени астрономическим системам долины Евфрата, коптского Египта и Персии.

Лунные Дома по большей части располагаются вдоль лунного экватора или в зодиаке, различаясь по протяженности, хотя теоретически предполагалось, что каждый из них представляет расстояние, которое Луна проходит по орбите за один день. Иногда их число составляет двадцать семь, но обычно двадцать восемь, поскольку лунный месяц длится в среднем 27 или 28 дней. Возможно, эти дома придумали задолго до основных созвездий и даже солнечного зодиака. Создание этих домов, вероятно, было одним из первых астрономических опытов хорезмийцев. Аль-Бируни приписывал им большие познания о звездах. Астроном здесь назывался ахтар веник (смотрящий на лунные позиции). Во все века их использовали астрологи, поэты и прозаики, а также арабские поэты в своих стихах.

Астрологическое значение Лунных Домов было различным: одиннадцать из них считались приносящими удачу, десять – несчастье, а семь – оказывали неопределенное влияние. Однако каждый из них, особенно в Индии, ассоциировался с каким-либо событием человеческой жизни. Их древность подтверждается тем, что в Хорезме, да и в других местах, перечень домов начинался с Плеяд, когда эти звезды обозначали весеннее равноденствие. В древности это был 27-й Лунный Дом. Кроме того, многие названия этих Домов встречаются в древних китайских книгах, которые были написаны по меньшей мере за 2500 лет до нашей эры.

В то время как названия лунных созвездий в основном согласуются с входящими в них звездами, а восемнадцать совпадают с ними, некоторые из индийских и китайских версий присутствуют в нынешних созвездиях Андромеда, Орел, Пастух, Дельфин, Гидра, Орион и Пегас, которые находятся за пределами орбиты Луны. Не похожи и названия, за исключением 16-го, 17-го и 28-го Домов, в Китае и Аравии. Однако крупный ученый Уитни, изучавший санскрит, считал, что это вряд ли может быть случайным, и заявил, что по тому или другому элементу схожести они являются «тремя производными формами одного оригинала».