КГБ СССР 1954–1991. Тайны гибели Великой державы
- -
- 100%
- +
Предисловие
Моему отцу, моим Учителям и коллегам посвящается.
Прошедшее дает цену и указывает место настоящему, определяя дорогу для будущего.
И.В. Кириевский(Эпиграф журнала «Русский архив», издававшегося с 1858 по 1917 год).Переосмысление исторического прошлого – это закономерный процесс, обусловленный целым рядом обстоятельств.
С одной стороны, это – естественная смена поколений и эволюция исторической памяти. С другой стороны, – это интерпретация исторического опыта, достаточно часто – политизированная, отчего рождается и распространяется историческая мифология, отвечающая сиюминутным, конъюнктурным потребностям и интересам тех или иных субъектов исторических процессов. Ибо, как известно, в политике ложь и правда несут одинаковую функциональную и смысловую нагрузку; и убедительнее выглядит далеко не тот, на чьей стороне правда, а тот, кто больше всего претендует на знание подлинной правды.
А еще это – знакомство с новыми документами, содержащими факты, входящие в противоречие и опровергающие насаждаемые коньюктурные мифы и стереотипы.
Применительно к истории Комитета государственной безопасности СССР (13 марта 1954 – 22 октября 1991), являющейся неотъемлемой частью социально-политической истории ХХ века, этот процесс познания логики и закономерностей происходивших событий, имеет и еще целый ряд особенностей.
Глубоко образно сказал об этом тридцатилетний журналист А.Г. Хинштейн, бывший непосредственным очевидцем «антикомитетской» истерии 1990-1991 годов и с горечью написавший:
«Мы сами довели свои спецслужбы до ручки… Ходили на митинги и шествия, трясли плакатами «Долой КГБ!», требуя суда над всеми, кто служил в органах… Что посеяли, то и пожали. Хотели избавиться от КГБ? Избавились.
Надо иметь мужество признать: мы сами, собственными руками уничтожили и развалили спецслужбы – некогда лучшие в мире».
Из уважения к правде жизни, позволю все же подправить коллегу-журналиста: если под словом «мы» он имеет в виду современников, то это в какой-то степени справедливо, поскольку «мы отвечаем за все, что было при нас» (П. Нилин, повесть «Жестокость», 1956 г.).
И в то же время, лишь ничтожная горстка политических авантюристов знала подлинные смысл и назначение этих истеричных лживых пропагандистских кампаний, а остальные же, не шибко информированные и вдумчивые, граждане нужны им были лишь для создания видимости «массовки» разрывавшихся представлений.
А потом на это ведомство, продолжал А.Г. Хинштейн, «а что такое ведомство? – в первую очередь люди! – начали спускать всех собак, будто это они, контрразведчики 70-х-80-х были виновными в преступлениях сталинского режима!»[1].
«Ученым известно, писал бывший заместитель директора ЦРУ Рэй Клайн, что судьбы народов формируются комплексом трудно улавливаемых социальных, психологических и бюрократических сил. Обычные люди, чья жизнь – к худу ли, к добру ли – зависит от игры этих сил, редко понимают это, разве что смутно и весьма поверхностно. Одной из таких сил – с начала 40-х годов стала разведка»[2].
Если для чекистов было характерно системное видение и понимание угроз безопасности советского государства и общества, то ныне пишущим об этом журналистам свойственен легкомысленный, поверхностно-фрагментарный взгляд на сложные вопросы скрытого геополитического противоборства двух мировых сверхдержав.
Подчас при грубейшем игнорировании не только обще известных фактов, но и элементарных законов логики.
В год пятидесятипятилетия образования КГБ СССР представляется вполне обоснованным задаться вопросом о месте и роли этого ведомства в истории нашей страны, ответа на который, по сути дела, до сих пор нет в нашей отечественной литературе.
Что вызывает особое недоумение на фоне «юбилейных» публикаций, посвященных годовщинам Центрального разведывательного управления (ЦРУ) США и Федеральной разведывательной службы («Бундеснахрихтен динст, БНД) ФРГ.
На Западе КГБ СССР, прекратившей свое существование накануне распада Советского Союза, до сих пор называют одной из мощнейших специальных служб ХХ века и крайне опасным противником.
Не претендуя на всеобъемлющее освещение всех сложных и противоречивых вопросов становления и деятельности КГБ, познакомим читателя лишь с некоторыми забытыми, либо безвестными страницы недавней истории нашей страны.
Сразу оговоримся, что фактическая сторона деятельности спецслужб (иначе именуемых органами безопасности) любого государства похожа, нередко является зеркальным отражением деятельности его геополитических соперников или конкурентов.
Объективно деятельность спецслужб заключается в наблюдении за геополитическими происками соседей и в их отражении всеми доступными средствами, не исключая и военные, а также в наблюдении за состоянием дел в собственном государстве и обществе с помощью негласных сил, средств и методов, выявлении антигосударственных или антиправительственных («антисоветских», в более ранней отечественной истории – «контрреволюционных»), элементов, в дальнейшей их «разработке», а при наличии правовых оснований – в аресте лиц, подозреваемых в совершении преступлений, в проведении следствия и предании обвиняемых суду.
Как и в любой стране мира, эта деятельностная парадигма имела свои исторические особенности и в различные периоды существования Советского государства.
Становление исторических предшественников КГБ в мирное время началось после окончания в России гражданской и советско-польской войны.
Имея разные правовые основы своей деятельности, структуры и названия – ОГПУ – НКВД – НКГБ – МГБ – МВД СССР, они на протяжении десятилетий выполняли функцию защиты внешней и внутренней безопасности страны.
Деятельность спецслужб во всех странах мира до поры до времени окружена вполне понятным ореолом секретности – такова специфика их работы.
Так что была немалая доля правды в словах экс-генерала КГБ О. Калугина о том, что «аура таинственности, окружающая КГБ, предназначена в основном для внутреннего потребления; на Западе его секреты доступны всем»; хотя и не следует переоценивать степень «осведомленности Запада о «секретах» этого государственного Комитета Советского Союза.
Калугин и некоторые другие современники «эпохи Перестройки» стали родоначальниками ревизионистского направления истории органов КГБ СССР[3].
Сколько «правды» содержится в писаниях «ревизионистов от истории», мы предоставляем самостоятельно судить нашим читателям.
Кому адресована эта книга?
В первую очередь тем, кому, что называется, «по должности» положено защищать интересы Родины.
А это – офицеры, курсанты военных училищ, сотрудники правоохранительных органов.
Но – не только! Такое сужение было бы непростительной ошибкой.
Книга эта адресована всем гражданам нашей страны. Ибо как гласит древняя мудрость: Государство существует, охраняемое личным участием каждого!
Автор выражает самую искреннюю благодарность товарищам, на протяжении ряда лет помогавших в работе над столь сложной и актуальной проблемой.
Особая признательность – коллективу издательства, без участия и труда которого читатель не встретился бы с этой книгой.
С уважением – О.М. Хлобустов.Отзывы и пожелания автору можно направлятьпо электронной почте: xinom@mail.ru19 сентября 2011 г.Часть I. Рождение сильнейшей спецслужбы мира
Создание КГБ СССР
И ты познаешь правду, и правда сделает тебя свободным.
Надпись на гербе ЦРУ в центральном холле штаб-квартиры этой организации в Лэнгли (США, округ Колумбия)«…Беспристрастная история вынесет свой приговор, более снисходительный, нежели осуждение современников.»
Николай II. Из письма военному министру В.А.Сухомлинову 11 июня 1915 г.Политическое решение о выделении структур органов госбезопасности из МВД СССР в самостоятельное ведомство было принято февраля 1 954 г. на основании записки министра внутренних дел С.Н. Круглова [4] в Президиум ЦК КПСС.
В этом письме, в частности, подчеркивалось: «Существующее организационное построение Министерства внутренних дел СССР и его органов громоздко и не в состоянии обеспечить должного уровня агентурно-оперативной работы в свете задач, поставленных перед советской разведкой Центральным комитетом КПСС и Советским Правительством.
В целях создания необходимых условий для улучшения разведывательной и контрразведывательной работы считаем целесообразным выделить из Министерства внутренних дел СССР оперативно-чекистские управления и отделы и на их базе создать Комитет по делам государственной безопасности при Совете Министров СССР»[5].
Далее в записке излагались соображения о структуре центрального аппарата предлагаемого ведомства и о создании «для проведения на местах мероприятий, связанных с обеспечением государственной безопасности» его управлений (в республиках, краях и областях, а также крупных промышленных центрах), Особых отделов в военных округах, соединениях и частях, а также аппаратов Уполномоченных Комитета на железных дорогах и водных бассейнах.
В процессе реформирования органов госбезопасности Кругловым также предлагалось сократить численность их оперативного состава на 20 %, что должно было составит 15 956 штатных единиц, и что должно было дать годовую экономию в 346 миллионов рублей.
А всего, с учетом сокращения численности МВД (на 8 839 штатных единиц), реформа обещала экономию в сумме 860 млн. рублей.
Сразу отметим, что в результате проведенных преобразований в МВД осталось 20 управлений и самостоятельных отделов.
По результатам обсуждения этого письма и с учетом высказанных в ходе него предложений и замечаний, 13 марта 1954 г. Президиум Верховного Совета СССР принял Указ об образовании КГБ при Совете министров СССР (утвержден Верховным Советом СССР 26 апреля того же года). Сам текст Указа был предельно лаконичен:
Образовать Комитет государственной безопасности при Совете министров СССР.
Председатель Комитета входит в состав Совета министров с правом решающего голоса.
Первым председателем КГБ был назначен генерал-полковник Иван Александрович Серов[6], бывший до этого заместителем министра внутренних дел. По-видимому, главную роль в назначении Серова на это пост сыграло его совместная работа и знакомство с Н.С. Хрущевым[7] на Украине в 1939-1941 годах. В принципе, в подобном весьма распространенном «протекционизме» нет ничего однозначно отрицательного: руководитель хочет, – и небезосновательно! опираться на хорошо известные ему по предыдущей совместной работе кадры. Проблема лишь в том, что бы кандидат на высокий пост по своим профессиональным, деловым и личным качествам соответствовал предполагаемой должности.
Не касаясь личных качеств Серова, о грубости, резкости и своеволии которого имеется немало свидетельств, отметим только, что по формально-кадровым основаниям и соображениям, он вполне подходил на эту должность. И, в принципе, не обманул ожиданий Хрущева по «перестройке» работы органов госбезопасности.
Именно на период нахождения Серова на посту председателя КГБ при СМ СССР приходятся и начало пересмотра ранее заведенных уголовных дел по «контрреволюционным преступлениям», и чистка и сокращение численного состава органов государственной безопасности, а также оглашение Н.С. Хрущевым 25 февраля 1956 г. делегатам ХХ съезда КПСС специального доклада о культе личности И.В. Сталина и его последствиях, и многие другие важные события в истории страны.
В то время под обеспечением государственной безопасности понималась широкая система мероприятий, осуществляемых различными органами Советского государства, их должностными лицами и гражданами, включающая охрану государственных границ, государственной тайны, и другие, в том числе чрезвычайные меры по охране государственной безопасности и общественного порядка.
В соответствии с Конституцией СССР, обеспечение государственной безопасности относилось к ведению Союза ССР, в связи с чем его высший законодательный орган издавал законы в области государственной безопасности, а Совет министров был уполномочен направлять и координировать работу министерств и ведомств союзных республик, призванных участвовать в этом процессе в соответствии со своей компетенцией.
Определенная компетенция в сфере обеспечения госбезопасности Советского Союза была установлена также для министерств иностранных дел, обороны, здравоохранения, транспорта, связи, МВД и ряда других министерств и ведомств СССР.
КГБ при СМ СССР являлся, на правах союзно-республиканского министерства, центральным органом государственного управления в сфере обеспечения государственной безопасности Советского Союза.
Следует также подчеркнуть, что де-факто получив статус союзно-республиканского ведомства, КГБ им не являлся, как не имел он и более высокого статуса государственного комитета, который он приобрел только 5 июля 1978 г., лишившись в своем официальном наименовании приставки «при СМ СССР». С учетом этого обстоятельства мы и будем в дальнейшем использовать обобщающий акроним КГБ СССР.
Столь существенное понижение государственно-правового статуса по сравнению с существовавшим с 1946 г. министерством госбезопасности, связано с недоверием и подозрительностью Хрущева и других тогдашних руководителей страны в отношении органов госбезопасности и их руководителей. Последние обстоятельства сказались как на обстановке в самом КГБ СССР, так и на судьбе страны в целом, о чем мы еще скажем далее.
Данный урок истории показывает, что вопрос о состоянии и системе мер по обеспечению безопасности страны требует к себе беспристрастного, всестороннего и взвешенного отношения. Что допускаемые при его решении перекосы и ошибки способны принести существенный и непоправимый ущерб интересам граждан, общества и государства.
Думается, что Серов не мог не испытывать определенного легкого дискомфорта от осознания того факта, что 4 его непосредственных предшественника на этом посту – Г.Г. Ягода, Н.И. Ежов, Л.П. Берия, В.Н. Меркулов были расстреляны как «враги народа», а пятый – В.С. Абакумов, еще находился под следствием. То есть во власти подчиненных ему следователей. Что, по-видимому, доставляло Серову, немало ранее лично натерпевшемуся от высокомерного бывшего «наркома СМЕРШа», чувство тайного удовлетворения.
Согласно решению Президиума ЦК КПСС на Комитет государственной безопасности при СМ СССР возлагались следующие задачи:
а) ведение разведывательной работы в капиталистических странах;
б) борьба со шпионской, диверсионной, террористической и иной подрывной деятельностью иностранных разведок внутри СССР;
в) борьба с вражеской деятельностью разного рода антисоветских элементов внутри СССР;
г) контрразведывательная работа в Советской Армии и Военно-Морском флоте;
д) организация шифровального и дешифровального дела в стране;
е) охрана руководителей партии и правительства.
Помимо этого в партийном решении была сформулирована и главная для КГБ задача: «В кратчайший срок ликвидировать последствия вражеской деятельности Берия в органах государственной безопасности и добиться превращения органов госбезопасности в острое оружие нашей партии, направленное против действительных врагов нашего социалистического государства, а не против честных людей»[8].
Указом Президиума Верховного Совета СССР от 13 марта 1954 г. председателем КГБ при СМ СССР был назначен И.А. Серов, а его заместителями были назначены К.Ф. Лунев (первый заместитель), И.Т. Савченко, П.И. Григорьев, В.А. Лукшин, П.И. Ивашутин[9].
Приказом председателя КГБ при СМ СССР от 18 марта была определена структура нового ведомства, в котором, не считая вспомогательных и обеспечивающих подразделений, были образованы:
Первое Главное управление (ПГУ, разведка за границей – начальник А.С. Панюшкин);
Второе Главное управление (ВГУ, контрразведка – П.В. Федотов);
Третье Главное управление (военная контрразведка – Д.С. Леонов);
Четвертое управление (борьба с антисоветским подпольем, националистическими формированиями и враждебными элементами – Ф.П. Харитонов);
Пятое управление (контрразведывательная работа на особо важных объектах – П.И. Ивашутин);
Шестое управление (контрразведывательная работа на транспорте – М.И. Егоров);
Седьмое управление (наружное наблюдение – Г.П. Добрынин);
Восьмое Главное управление (шифровально-дешифровальное – В.А. Лукшин);
Девятое управление (охрана руководителей партии и правительства – В.И. Устинов);
Десятое управление (Управление коменданта Московского Кремля – А.Я. Веденин);
Следственное управление (вакансия).
В целом эта структура раскрывает функции и задачи нового союзно-республиканского ведомства.
Из дальнейших изменений в структуре КГБ следует отметить, вследствие передачи из состава МВД СССР, образование 27 сентября 1954 г. Отдела войск правительственной «ВЧ» связи (начальник П.Ф. Угловский).
После передачи из структуры МВД в КГБ при СМ СССР пограничных войск для управления ими 2 апреля 1957 г. было образовано Главное управление пограничных войск (ГУПВ – начальник П.И. Зырянов).
Задачи считающегося одним из важнейших направлений деятельности спецслужб – внешней разведки, были конкретизировано в решении ЦК КПСС от 30 июня 1954 г. «О мерах по усилению разведывательной работы органов государственной безопасности за границей». Оно требовало сосредоточить усилия на организации работы в ведущих западных странах США и Великобритании, являвшейся давним геополитическим соперником России, а также на «используемых ими для борьбы против Советского Союза странах, – в первую очередь Западной Германии, Франции, Австрии, Турции, Иране, Пакистане и Японии».
В том же году Совет Министров СССР утвердил «Положении о Первом главном управлении КГБ», которое определяло его функции, задачи, структуру, штаты.
В июне 1954 г. для «постановки первоочередных задач» было проведено Всесоюзное совещание руководящих работников КГБ, на котором И.А. Серов разъяснял установки Президиума ЦК КПСС для органов госбезопасности, их роль и место в системе советского государственного управления.
Подчеркнем, что образование КГБ при СМ СССР знаменовало собой действительно серьезный шаг по утверждению законности в нашей стране, хотя сам принцип законности неотделим от существующей системы права, имеющегося законодательства. А последнее, и прежде всего, уголовное и уголовно-процессуальное законодательство, также претерпело существенные изменения в конце 50-х годов, на чем мы подробнее остановимся далее.
Здесь же представляется необходимым отметить, что и поныне некоторые публицисты и исследователи ошибочно или сознательно отождествляют КГБ с его оставившими по себе недобрую память историческими предшественниками – НКВД-НКГБ и МГБ.
В соответствии с Постановлением ЦК КПСС «О мерах по дальнейшему укреплению социалистической законности и усилению прокурорского надзора «от 19 января 1955 г. было разработано Положение о прокурорском надзоре в СССР (утверждено Указом Президиума Верховного Совета СССР 24 мая 1955 г.). Для осуществления надзора за следствием в органах КГБ в Прокуратуре СССР был создан специальный отдел.
Следует также подчеркнуть, что с момента образования КГБ при СМ СССР контроль за его деятельностью осуществлялся ЦК КПСС, в частности, Отделом административных органов, в который поступали все жалобы и заявления граждан в отношении действий сотрудников КГБ, адресованные в партийные инстанции, и который организовывал их проверку и рассмотрение, Советом министров и Генеральной прокуратурой СССР, а также некоторыми другими государственными органами, например, министерством финансов.
В этой связи однозначно недопустимо отождествлять КГБ СССР с его историческими предшественниками НКВД-НКГБ и МГБ. В то же время, деятельность органов КГБ в 50-е – 60-е годы не была свободна от влияния субъективизма и волюнтаризма их руководства, хотя именно в этот период утверждается прокурорский и партийно-государственный контроль за их работой, о чем подробнее будет сказано далее.
Необходимо также подчеркнуть, что критика деятельности органов госбезопасности в 30-е – 50-е годы, начатая в июне 1953 г. и продолженная в феврале 1956 г. в докладе Н.С. Хрущев делегатам ХХ съезда КПСС о культе личности Сталина и его последствиях, оказала самое непосредственное воздействие на формирование, комплектование и деятельность органов КГБ, однако имевшее как позитивные, так и существенные негативные последствия.
Известно, что Н.С. Хрущев неоднократно официально заявлял что «органы госбезопасности вышли из-под контроля партии и поставили себя над партией», что не в полной мере соответствует исторической правде, означало очередную мифологизацию истории органов госбезопасности СССР, да и всей советской истории.
Следует однако подчеркнуть, что под лозунгом «исключить возможность возврата к 1937 году», в нарушение конституционного принципа равенства всех граждан перед законом, органам госбезопасности было запрещено собирать компрометирующие материалы на представителей партийно-советской номенклатуры. Правда, подобное решение принималось еще и ранее, в декабре 1938 г., но тогда номенклатура не могла чувствовать себя в безопасности перед грозными очами генсека ЦК ВКП(б).
По мнению многих исследователей, это ошибочное и противоправное политическое решение 1956 г. положило начало росту коррупции и зарождению организованной преступности в нашей стране, ибо вывело значительные контингенты лиц, наделенных административными властно-распорядительными, контрольными и хозяйственными полномочиями, из-под контроля КГБ СССР.
С одной стороны, создавая некое подобие касты «неприкасаемых», оно в то же время, способствовало зарождению «телефонного права», получившего особое распространение в середине 80-х – 90-х годов прошлого века.
В то же время, это обстоятельство облегчало зарубежным спецслужбам попытки вербовочных подходов и оперативной разработки партийно-государственных функционеров различного ранга, в результате чего руководящая элита страны оказалась без должного контрразведывательного прикрытия от разведывательно-подрывного воздействия спецслужб иностранных государств. А в совокупности это решение имело самые негативные последствия для судьбы страны и советского государства.
Чем же занимался Комитет государственной безопасности СССР и с чем он боролся?
Используем для ответа на этот вопрос книгу бывшего директора ЦРУ США Аллена Даллеса «Искусство разведки», ставшую на Западе своего рода «разведывательным манифестом», адресованным, в первую очередь, правящей элите и призванным раскрыть ей глаза на новую роль спецслужб в современном мире. Поскольку авторами, писавшими о деятельности КГБ, этому исключительно важному историческому документу не уделяется должного внимания, представляется необходимым ликвидировать этот пробел для лучшего понимания современными читателями сущности и содержания диалектики разведывательного противоборства стран капиталистического и социалистического лагеря.
Даллес объявлял своей целью «рассказать – в той мере, в какой это допустимо, – о деятельности разведки как жизненно важного элемента в структуре нашего государственного аппарата в переживаемую эпоху»[10].
Ныне наши сограждане могут познакомиться с двумя переводами этой книги Даллеса, изданными в Москве в 1992 и 2000 годах, в которых содержатся все приводимые нами цитаты с учетом нюансов стиля переводчиков.
Мы рекомендуем пользоваться изданием Даллес А. ЦРУ против КГБ: Искусство шпионажа. (М.,2000). Поскольку издатели первого перевода этой книги Даллеса оговаривались, что сделали купюры текста, преследующие цель «по возможности устранить идеологические наслоения периода «холодной войны» и явные анахронизмы, которые только затрудняют восприятие того ценного, что есть в книге».