Черным пунктиром

Твои буквы

А я дышу. Вчера, казалось, не наступит,

Но завтра вновь открою я глаза

Пустому и чужому утру

В холодном нашем доме без тебя.

А я дышу. Как это было невозможно!

Как больно было заставлять себя дышать.

Как горько было от того, что в прошлом

Ты. Сегодня просто нет меня.

Одно лишь слово. Это просто буквы,

Но эти буквы ты своей рукою набирал.

Пробел. Не слышно сердца стука —

Я не дышу. Хочу, чтобы ты знал:

Уже не больно от того, как это больно,

Уже не горько от того, что эта боль

Все тело горечью, как солью,

Обсыпала в огне моем.

Я не дышу, найти пытаясь

Остатки чувств твоих среди случайных букв.

От пустоты я в тишине спасаюсь

И тренирую безразличье моих рук.

Я так безжалостно к себе учусь молчанью,

Сжимая сердце цепью из обид,

Которые я обменяла на прощанье.

Стараюсь просто вспомнить их

И не могу. Я не дышу, ты слышишь?

Терзаясь обессилившей тоской,

Я не дышу уже. Становится все тише.

Это любовь моя становится тобой.

Нет, не устала, не исчезла, не сгорела

Моя любовь под тяжестью измен.

Она во мне, она еще сильнее,

И так она тоскует по тебе.

И надо жить, надо дышать, я знаю это,

Ведь ты поймешь, ты все поймешь когда-нибудь.

А я теперь учусь быть без ответа,

Вне зоны доступа, чтоб хоть на час уснуть.

И завтра, воздух одиночества вдыхая,

Открыть глаза и сделать несколько шагов,

Куда, не зная,

Но снова ожидая твоих слов.

Тик-так

Тик-так. Тик-так. И вдребезги разбито

Под утро то, что называлось сном.

И снова пустотой разлитой

Наполнился до потолка наш дом.

Тик-так. Тик-так. Остановилось

Все для меня, когда ушел

И за тобою дверь закрылась.

Пройдет все. Только не прошло.

Встаю, шагаю, улыбаюсь,

Спешу домой, включаю свет,

Пишу, стираю, отправляю

И, задыхаясь, жду ответ.

Тик-так. Тик-так. Заледенели

Дни, как осколки, без тепла.

И ничего мне не поделать

С тем, что со мною нет тебя.

Тик-так. Тик-так. Минута – вечность.

Всего лишь месяц – целых 30 дней.

Как наше время быстротечно!

Прошу, уйди или успей.

К окну, к двери. Глаза закрою —

Моя рука в твоей руке.

Не вижу света. Кто с тобою?

А я тоскую по тебе.

Тик-так. Тик-так. И снова кофе.

И то, что назвалось бы сном,

Упало грустью в эти строки,

Залило дом наш пустотой.

Мы так спешим

Мы так спешим стать снова желанными,

Подчас не видя, что это губительно.

Стереть бы все следы от предательства.

Скорей отмыться водою спасительной.

Мы так спешим стать снова счастливыми,

Открыть глаза, задышать и расплакаться,

Забыть слова, ночи все сиротливые

И раствориться, забыв о раскаянии.

Мы так спешим стать снова любимыми

И одержать победу над горечью.

А чувства прежние неистребимые.

А чувства прежние такие прочные.

Мы так спешим стать просто свободными,

Спешим на старте мы, спешим на финише,

А боль так преданно, тихо и подло так

Настигнет душу тоской обессилевшей.

Мы так спешим от себя в себе спрятаться,

Достать до звезд рукой обгоревшею,

А небо всею своею тяжестью

Упасть спешит на жизнь неокрепшую.

Ты живи

Ветер гудит,

Или просто сходит с ума одиночество.

Пепел летит,

Или просто сбылось, как пророчество.

Люди бегут

От добра, от тепла и от нежности,

Верят и ждут.

Я ошибаюсь по-прежнему.

Настежь сердца,

И улыбнется родное предательство.

Нет ни конца

И ни края у боли, как ни старайся ты.

Ни уберечь, ни спасти

Душу предавшего.

Просто, как пепел, летит

Песня ангела падшего.

Крылья разрезали,

Белое в черный покрасили.

Острые лезвия.

Горе оформили сказками.

Бантик из лжи

На подарок, отравленный горечью.

Я поздравляю тебя, ты живи…

Дальше иди, не шатайся, вот тебе поручни —

Ночь бесконечная,

Снег, с грязью смешанный,

День, искалеченный

Мыслями, чувствами. Бешено

Тело колотится,

Слезы в глазах растворяются.

Я поздравляю тебя, ты живи…

Жизнь продолжается.

На расстоянии вытянутых рук

На расстоянии вытянутых рук

Наши сердца, глаза и губы.

И только взгляд, который будет только «вдруг»…

Нет, это не грустно и не глупо.

Это как воздух для тебя и для меня —

Кусочек радости, простой и первой,

После холодного дождя.

И дрожь несмелая бежит внутри.

И кажется, светлее небо ночью стало.

И хочется скорее повторить,

Но чудеса немножко опоздали.

А сердце ждет, и в поисках глаза,

И губы твое имя повторяют,

Но так нельзя.

Поздно

Уставшим взглядом ищет сердце теплоты

Среди случайных слов и невозможности свиданий.

Не спрятаться от душной суеты

Большого города и одинокого скитания.

Он где-то есть. Не для меня, не у меня.

Срываюсь от бессилия и плачу.

Нет, не о нем, не потому, что я одна,

А оттого, что долг любви потрачен.

Не колыхнется ветер в облаках,

Не станут от истерик ярче звезды,

Не спрятаться нам от самих себя

Так просто. Поздно.

Просто

Просто твои глаза. Просто твоя улыбка.

Снова по тормозам. Снова это так зыбко.

Просто звоню тебе. Просто не отвечаешь.

Знаешь, а я о тебе думаю. И скучаю.

Как же случилось так? Не проследить за этим.

Вдруг показалось нам или навеяло ветром?

Пообещаешь ты. Жду. И мне самой так страшно.

Где-то в стране мечты это становится важным.

Просто твои глаза. Просто твой тихий голос.

Снова по тормозам. Ночи на дни раскололись.

Делаем мы шаг вперед, а вот назад еще больше.

Кто-то из нас не пройдет – ниточка тоньше и тоньше.

Просто твои глаза вдруг отогрели мне сердце.

Просто мои глаза стали тебе рассветом.

Просто ты дышишь со мной, видишь звезды на небе.

Просто дышу я с тобой, не исчезая на север.

Медленно

Медленно-медленно стрелки часов на стене.

Быстро сбивает с ног то, что сказал ты мне.

Как же легко слова срываются с губ твоих!

Ты мне не веришь. Звезды не для двоих.

Медленно-медленно током по проводам.

Эти минуты с тобой я уже никому не отдам.

Пусть не решаешься, пусть не спешишь ко мне.

Жду. Слышишь, жду тебя в тишине.

Эхо твое я пытаюсь от слез уберечь.

Мимо как будто проносится радость от встреч.

Медленно-медленно я вспоминаю твой взгляд.

Медленно-медленно ты заполняешь меня.

Сделаю все, чтобы спрятать поглубже в себе

То, что тревожит, то, что пыталась отдать я тебе.

Медленно-медленно стрелки часов на стене.

Я ухожу от тебя. Сердце рвется к тебе.

Мимо

Целуешь. Только мимо губ.

И взгляд твой прямо мимо глаз.

Проходишь тихо мимо рук.

Все в первый и в последний раз.

Кричать, бежать или уснуть?

Дышать, молчать или под дождь?

Забыть, простить или вернуть?

Все очень просто – не придешь.

Зачем я жду, зачем храню

Тот миг, когда твоя звезда

Случайно вдруг нашла мою?

А все, казалось, навсегда.

Но мимо боли, мимо лжи,

Тоски, отчаянья и слез

Мы – не сумели – не прошли,

А оба думали, всерьез.

Растоптано

Растоптано. Развеяно по ветру.

Сгорело. Под водою горьких слез

Остался лишь кусочек тела

И где-то в нем – уставшая любовь.

Разорвана. Проколота ножами.

Под гильотиной побывав не раз,

Моя душа залатана стежками

Колючих и жестоких фраз.

Ни пустоты, ни тьмы, ни света

Не различает сердце. Как в бреду.

Растоптано. Развеяно по ветру,

А я живу.

Все отдавала, отдаю, бери, будь счастлив.

Зачем же так жестоко убивать?!

Зачем изысканно так рвать на части?!

Как можно так святое предавать?!

Растоптано. Развеяно по ветру.

Дышу. И не дышу уже. Нет слов.

Остался лишь кусочек тела,

И где-то в нем уставшая любовь.

Черным пунктиром

Cнотворным стало кофе незаметно,

И, словно воздух, сигаретный дым.

На все вопросы найдены ответы,

Но где бы ни была сейчас – один лишь ты.

Уже не грустно, не обидно, не случайно —

Все это мне пророчили давно.

Моя любовь жива – это не тайна,

Но стало слишком много для тебя ее.

Пунктиром черным белый лист отравлен.

Я снова начала писать стихи.

Я снова заливаю сердце сталью,

А сталь не застывает, не горит

И лавой обжигает раны. Больно,

Но я уже не чувствую и даже не терплю.

А ты, наверное, своей судьбой доволен

И тем, что знаешь – жду, люблю.

Как незаметно кофе ночью остывает!

Глотаю слезы, прячась в сигаретный дым.

Так не бывает, не бывает, не бывает!

Но ничего не слышишь ты.

Когда пройдет, когда тоска исчезнет,

Когда смогу спиной к тебе уйти.

Все справедливые слова – все бесполезны.

Я где бы ни была сейчас – один лишь ты.

Жду

С каждой минутой все дальше и дальше время уносит

Наши мечты, нашу любовь, которую в снег

Бросил ты, болью засыпал. И даже вопросов

Нет больше. Только слова о тебе.

Я не скучаю. По-прежнему очень тоскую.

Мимо дворов проезжаю там, где ты любишь бывать.

Нет, не нарочно маршрут я такой выбираю —

Сердце за руль. И слезы опять.

Ты изменился. Нет, не тебя я любила.

Жду и люблю я того, с кем мечтала летать.

Жду, когда станет легко и закончатся силы,

Чтобы однажды проснуться и больше не ждать.

Грусть бьет в лицо моей гордости, здравому смыслу,

Все понимаю, со всем соглашаюсь, но жду.

Жду, отмечая в бреду календарные числа.

Жду, когда просто придешь и скажешь: «Люблю»…

Жду, когда свет не могу погасить до рассвета,

Чтобы ты видел, что дома, одна, для тебя.

Жду, когда ночью в постели, тобой не согретой,

Жмусь я к игрушке, которую ты отправлял для меня.

Только все дальше и дальше время уносит

Наши мечты, нашу любовь, которую в снег

Бросил ты, болью засыпал. И даже вопросов

Нет больше. Только стихи о тебе.

А я верю

А я верю в то, во что хочу я верить.

Вопреки всем горьким вечерам.

Вопреки всем тучам грозовым и серым.

Вопреки всем затянувшимся слезам.

А я верю в то, во что уже никто не верит —

В радость искреннюю, в нежное тепло.

И в любовь его я верю, верю, верю.

Как же холодно жить без него одной!

Кто меня найдет? А он теряет.

Топчет так старательно и душу рвет.

Где-то, с кем-то счастье забывает,

А я верю, что вот-вот придет.

Я не верю в то, что слышу, в то, что вижу.

Я закрылась, я чужой стала себе.

Небо надо мной спустилось ниже,

Прибивая боль мою к земле.

Да, наверное, я скоро встану.

Да, наверное, исчезнет горький след.

Да, наверное, попалась я в капканы,

Но я верю, что еще буду нужна тебе.

В агонии

Знаю я теперь, что значит жить в агонии.

Это как с ума сойти за несколько секунд.

Это за бесчувственным чудовищем в погоне я,

Когда, растоптав, святое рвут.

Когда ни огнем, ни кипятком не согреваешься

И глотаешь сигаретный дым, такой чужой.

Когда одиноко утром задыхаешься,

А ночами пробуешь поймать свой сон.

Знаю я теперь, что значит жить в агонии.

Каждый час проносится мимо меня.

Каждое движение мое стало пародией

На беспечное и радостное я.

Это когда слезы не похожи на страдание.

Это когда слезы превратились в кровь.

Это когда нет ни тени понимания,

Что на смертном поприще любовь.

Наверное

Наверное, нужно стать просто пустою и легкой,

Не чувствовать, не понимать никого и не страдать.

Наверное, нужно мне гордою стать и далекой

От света, добра, любви и тепла.

Ведь так будет проще и мне, и тебе, и подругам.

Тебе – ты выбираешь таких для себя.

Подругам – не просыпаться в ночи от телефонного звука.

А мне проще будет исчезнуть тогда.

Я не умею, прости, не умею быть злою.

Бей – все равно не запомню обиду и боль.

В сердце моем каждая клеточка плачет любовью.

Я не умею, прости, не умею быть не собой.

Да, это я цепляюсь за буквы и взгляды.

Да, это я замечаю случайный порыв.

Да, это я пытаюсь душить твою правду руками,

Чтобы хоть на минуту крик мой затих.

Просто, наверное, жить и ценить свою жизнь не умею.

Правы вокруг все: ты, всё твое – не мое.

Не объяснить никому, почему я не смею

Стать равнодушной к тому, что просто прошло.

Наверное, нужно снять темные шторы в новой квартире.

Новая дверь, новые окна, новая жизнь…

Наверное, нужно позволить себе уснуть в новой постели.

Проснувшись, вдохнуть новый воздух и жить.

Лучше

Лучше не видеть уже не любящих глаз твоих.

Лучше не чувствовать холода и безразличия рук.

Лучше не слышать тебе горьких, отчаянных слов моих

И не спешить увернуться от нежности губ.

Лучше в других раствориться, а можно, как я, невидимкою

стать.

Лучше за руль и резко по тормозам,

Чтобы от скрипа и свиста под светофор закричать,

Чем просто тихо ехать по нам.

Лучше в ответ улыбаться и принимать от чужих

Блеск восхищения, радость от «просто с тобой».

Лучше отрезать слова-заготовки твои.

Лучше… Как лучше?! Ведь ты не со мной.

Но не забыть звуки прежней нашей любви,

Не разменять на бессмысленность всех наступающих дней.

И не вернуть… А все-таки, может быть?

Нет. Лучше забыть о тебе.

Лучше сейчас, ведь и так уже стало темно.

Лучше пройти, проживая еще раз твой день,

И навсегда положить в ящик это кино,

Где я нужна была больше жизни тебе.

Мой ангел

Услышать бы, почувствовать, как бьется твое сердце,

Рукой в руке уснуть, не зная, что такое боль.

Взглянуть в глаза твои, забыть, что мы не вместе,

Но только ангел мой хранит твой сон.

Пусть крылья мокрые от слез еще и ослабели,

Но он с тобой, он встал, взлетел и рядом вновь.

И от него вокруг тебя светлеет!

Ты видишь? Он пытается спасти нашу любовь…

Назад

Слева любовь заменяют отчаянной глупостью.

Справа играют в любовь второпях.

А впереди грязь с любовью попутали с улицы.

Мне остается, наверное, только назад.

А может

Взгляд убегал от моего испуганного взгляда,

От неожиданности встречи и любви.

А как могло быть по-другому? Так и надо.

Так мне и надо, ведь мы – уже не мы.

И мне б почувствовать, о чем или о ком ты думал,

Но радость от тепла свела с ума.

И мне б услышать голос твой – «тобою буду»,

Но как же громко ты об этом промолчал.

А может, ты хотел понять, что с нами стало.

А может, ты вернуть все захотел.

А может, просто ты меня с другою сравнивал

И ни о чем, что с нами стало, не жалел.

Взгляд убегал от твоего, в земле скрываясь,

От страха снова нежеланной быть.

Я от тебя к тебе бежала, спотыкаясь,

Чтобы не видеть, как спокоен ты.

А может, ты, как я, скрывал тревогу.

А может, твое сердце, как мое к тебе, рвалось ко мне.

А может, просто понял, что любил меня совсем немного,

И вот, наверное, не я нужна тебе.

Ему не до любви

Ему не до любви. Других забот хватает.

Вчера, сегодня, завтра кто угодно, но не я.

А сердце одинокое – оно быстрее остывает,

Чем то, в котором нет меня.

Ему не до любви, не до моей любви. И точка.

«Привет», – небрежно бросит, и бегом

Бежать туда, где просто. Просто сильно очень

Сковала все моя тоска о нем.

И две свечи горят на кухне до рассвета,

Глаза от слез уже невидимых не различают ночь.

Не греет душу это лето —

Там осень, день, когда ушел он прочь.

Ему не до любви. Других забот хватает.

Я так ждала, что буду ждать еще

Полгода, год, да сколько будет надо,

Пока я не поверю – все прошло.

Кричать, забыть, проснуться и не плакать,

В чужих глазах увидеть то, что нет в его.

Ему не до любви. Вчера, сегодня, завтра.

А мне не до кого, кроме него.

Ангел мой

Ангел мой,

Ты можешь свои крылья складывать.

Он – чужой.

Нет больше сил его оправдывать.

Нет больше слез

Нашу – мою – любовь оплакивать.

В пятнах душа

Его – моя.

Ангел мой,

Прости, что верить больше не получится.

Грязь, как лед,

Застыла вдруг на наших улицах.

Гнезда вьет

Ночь холодная. Сутулится,

Мимо глаз.

Нет больше «нас».

Ангел мой,

Скажи, ты выдержишь, не сломаешься?

Криком боль,

А сердце больше не сжимается.

Это бой.

Его измены против моей верности.

1:0.

Он – родной.

Десятое

В полночь небо затянулось черным полотном

Из беззвучия любви и грез.

Поздравляет тишина меня с еще одним числом —

Днем потери, горечи и слез.

Он, наверное, уже не помнит этих слез.

Он не знает, как я, где я, с кем.

Для него это неважно, но всерьез

Я иду одна на красный свет.

Отмечаю каждый месяц эту боль.

Стрелки на часах спешу остановить.

Поздравляет тишина меня с еще одним числом,

И никак об этом не забыть.

Твой ветер

Твой ветер сносит мои крыши

И настигает каждый раз врасплох.

И я перестаю что-либо видеть, слышать.

И не хватает сил даже на вдох.

Он вновь и вновь мне разбивает окна,

Ворвавшись в дом мой, рушит все до стен.

А я лежу, закрыв глаза, и только

Могу почувствовать пульс вен.

А этот ветер прячется в деревьях,

Которым снится в середине лета снег.

От крыльев ангелов разбрасывая перья,

Несет он крик души моей тебе.

Но все равно. Но все это неважно.

Ты в солнце растворяешься, а я

Застыла в ноябре, и (да!) мне страшно.

Как выжить дальше без тебя?

Спешить в мой дом – не наш – и собирать осколки,

Которые твой ветер раскидал?

И в сердце расставлять опять по полкам

Все то, что я тебе отдать могла?

Или избавиться от сердца? Сколько места

Освободится в этот миг во мне!

А впрочем, да сдалось мне это сердце,

Если любовь моя сдалась тебе.

Мне не спастись уже от этих молний ветра.

Все очень сложно – я люблю тебя.

Ни солнца, ни тепла, ни нежности, ни света.

И жизнь проносится мимо меня.

Слов не найти

Не передать. Слов не найти, чтоб описать, какое счастье

Ты подарил в тот вечер. Ты пришел.

И сердце, да, тобой разбитое на части,

Рядом с твоим под чистым небом ожило.

И не было нежнее твоей нежности на свете,

И не было теплее твоего тепла.

Мне так хотелось, чтобы город не заметил

У ангела два сломанных крыла.

Мне попросить рассветы так хотелось

Сторонкой обойти в то утро нас,

В твоих руках дышать неслышно и несмело,

Боясь, что солнце в окнах вдруг коснется твоих глаз.

Мне так хотелось, уходя, к тебе вернуться,

Но снова одинокий и холодный дом.

Не передать. Слов не найти. И как-то пусто.

А наша встреча до сих пор как сон.

Как я живу?

Все по какому-то избитому сценарию.

Уходят уходя, а он,

То ли тоскуя, то ли от отчаянья,

Приходит иногда в мой дом.

И моя жизнь в бреду полночном тянется.

Как я живу? Я даже иногда дышу,

Когда в его глазах слезы мои отражаются,

Когда в его руках, его теплом укрывшись, сплю.

Как я живу? Живу. Люблю. Смеюсь и плачу,

О гордости забыв (мне все об этом говорят)…

Живу. Люблю. Не может быть иначе.

Все остальное по нулям.

А ты сходи с ума с другими. Мне не больно.

Моя любовь к тебе предательства сильней.

И можешь приходить в мой дом, сколько твоей душе

угодно —

Мне важно только то, что тянется она к моей.

Как я живу? Переживаю день и вечер.

Терплю, срываюсь. Пробую не ждать.

А ночью зажигаю сломанные свечи.

Люблю тебя…

Многоточия

Глазами, руками, губами все сказано и не забыто.

И этим криком беззвучным все наши ночи покрыты.

И кажется, все еще будет, все еще можно исправить,

Но точку за точкой часы расставания ставят.

И бьются об острые лезвия горькой измены

Минуты, в которых два сердца друг к другу спешат так

несмело,

Минуты, в которых не станет с другими теплее

И эти другие не сделают небо ночное светлее.

С ума не сойти бы от счастья, которое снится,

Когда слез невидимых плен закрывает ресницы,

Когда разбудить так боишься неловким движеньем

И неосторожно приблизить секунды прощанья – прощенья.

Тяжестью боли скована радость от встреч долгожданных,

И словно обителью нежности в холоде дней они стали.

Кажется, все еще будет и все еще можно исправить.

Снова уходит и вновь многоточия ставит…

Ты видишь небо голубым

Ты видишь небо голубым, а я не вижу.

Ты чувствуешь, как дышит ветер, – я как тень.

Ты слышишь, как шумит листва, а я не слышу,

Сама в себе переживая каждый день.

Ты улыбаешься другим, а надо мною звезды плачут.

Храню твое недавнее тепло и нежность рук.

И ты не виноват, что не умею я сейчас иначе.

Пройдет все это, знаю, разорвется круг.

Уйду, забуду, отпущу, и ты отпустишь.

Ты не удержишь прошлым. Я смогу.

Боль нестерпимая меня проучит,

И только эхом будет «я тебя люблю»…

Память

Я даже пыталась дышать перестать и не чувствовать,

От собственных мыслей бежать и прятаться в лжи.

Но память сильнее, она как святое напутствие,

С которым душа хранит верность любви.

Осень

Тогда казалось, жизнь закончилась.

Казалось, небо – белый потолок.

И стены слышали, как дверь захлопнулась,

И окна видели, как он ушел.

И листья, мокрые от слез, валялись мертвыми —

Им было больно от измен и лжи.

Казалось, все тогда он бросил под ноги,

Но все-таки уйти не поспешил.

И осень та была войной на выживание.