- -
- 100%
- +
Глава 1
– Мира! – я оборачиваюсь на громкий голос и вижу растрепанного румяного Арсения в дверях свадебного зала. Ну, наконец-то! Я уж думала, он решил не приходить на мою свадьбу. Это было бы обидно, все-таки он мне как брат, – Послушай меня, это важно! Этот урод тебя обманывает!
– Что? Ты о чем? – я спешу к нему, подбирая юбку пышного платья, – не кричи так! – шикаю на него, с опаской оглядываясь на родителей за крайним столом, ради разговора с которыми я и отошла от своего мужа.
Арсений не собирается меня слушать.
– Да пусть все услышат! Узнают, какой он моральный урод! Тварь последняя! – рвется в зал, но я торможу его, загораживая собой. Он что, не в себе?
– Ты о чем? Кто? Я ничего не понимаю! – у него глаза горят таким бешенством, которого я еще не видела.
– Твой гребаный муж! – кричит разочарованно и взмахивает руками, – ты ведь успела выскочить за него замуж? Все уже случилось?
– Ну конечно, мы же уже из ЗАГСа приехали, – не понимаю, что происходит, и злюсь на него, – уже и первый танец был, и тосты! Где тебя носило? Ты все пропустил!
Мне обидно, потому что Арсения я ждала, он же почти член семьи, сын маминой лучшей подруги, с которым мы знакомы с самого детства.
– Меня где носило? У этого спроси, – кивает на моего Диму, что мило беседует с лучшим другом и его беременной женой в другом конце зала. Мы только-только выпустили друг друга из рук, потому что не могли расцепиться от счастья.
– Хватит кричать! Объясни все, наконец!
– Я проспал! Очнулся, а уже двенадцать дня! Меня ничего не разбудило, ни будильник, ни звонки на телефон! Я точно знаю, это он сделал! Подсыпал мне вчера что-то!
Я пытаюсь представить, как такое могло произойти.
– Как он мог тебе что-то подсыпать? Ты что? Зачем ему? – у меня в голове не укладывается, Арсений определенно ошибся. Это звучит как бред.
– Потому что я сам его позвал на разговор в бар возле дома, сказал, что все знаю и лучше ему признаться во всем самому, иначе это сделаю я. Он согласился. А потом я вдруг просыпаюсь и уже день! Больше некому это было сделать!
– Да не мог он так поступить, ты что? – я ушам своим не верю. Мой Дима разве на это способен?
– Он и не такое мог, смотри! – Арсений достает телефон, через весь экран которого почему-то тянется тонкая неровная трещина. – Вот! Полюбуйся! – что-то ищет, находит и поворачивает ко мне.
Это видео, там полумрак и сверкающие огни, похоже на ночной клуб, где Дима отмечал мальчишник с друзьями, он мне рассказывал, что они ходили туда, и Арсения он тоже пригласил по просьбе моей мамы. Они там были все вместе несколько дней назад.
– Смотри, за какого урода ты вышла! Я тебе говорил, не надо! – и тычет пальцем в экран.
Я беру из его рук телефон и вглядываюсь, кровь отливает от моего лица, потому что там в полутьме действительно мой муж, расслабленно сидит на широком кожаном диване за неоновой перегородкой. Но самое ужасное, что у него на коленях лицом к нему сидит светловолосая женщина, обхватывая его коленями за бедра. Ее юбка задралась и почти полностью открыла ее ягодицы и тонкое нижнее белье.
Дима держит ее за талию, будто это он управляет этими движениями женских бедер вперед и назад. А она вцепилась в его волосы пальцами. И они… целуются взасос! Просто поглощают друг друга!
Я закрываю рот рукой.
Не может этого быть!
Нет!
– Когда это было? – цепляюсь за лацкан пиджака Арсения в глупой надежде, что он ошибся, – откуда у тебя это?
– Я там был, помнишь? Я сам это снял! Когда увидел, что именно там творится в этой вип кабинке! Я сначала думал, мне кажется, но нет! – эмоционально продолжает он, – ты видишь, кто он? Видишь?
– Нет, – я отрицаю то, что вижу, потому что это невозможно. Он любит меня, на руках носит и буквально топит в нежности и ласке! Мы только что поженились!
– Да! Гляди, это не ошибка! – ракурс меняется, и лицо становится отчетливо видно, когда они разрывают поцелуй и смотрят друг на друга голодными глазами, – ты еще не видела, что дальше!
– Не надо, – качаю головой, горло перехватывает. На мгновение оборачиваюсь и понимаю, что Дима внезапно смотрит на нас с Арсением и хмурится. Нет. Нет!
Этого всего просто не может быть!
– Надо! Еще как надо! – опять тычет мне телефон в лицо, – они вдвоем пошли в туалет! Ты представляешь, насколько это грязно и мерзко! – на видео Дима и эта женщина подпирают в коридоре стену и откровенно обжимаются возле нее, хватают друг друга за задницы, щупают в порыве страсти. – И там они сделали это! – снимающий догоняет их, как только они скрываются поворотом, входит в помещение с раковинами и дверями в отдельные кабины.
Там никого нет, но одна из дверей в кабинку приоткрыта, и оттуда слышатся громкие отчетливые звуки секса, сдавленные стоны, шлепки тел.
Нет, нет, нет! Это не он! Это не он!
Мое сознание кричит и не хочет верить.
Но Арсений приближается и чуть толкает дверь, чтобы я увидела… это он. Женщина вжата в стену, а он сзади, его руки возле ее головы на стене. Я смотрю на это как на страшный сон. Они делают это, закрыв глаза, приоткрыв рты и полностью отдаваясь разврату, как животные. Быстро и пошло.
И даже не сразу понимаю, что видео включено так громко, что эти звуки слушает уже половина зала, повернув головы в нашу сторону. Я поднимаю глаза на Арсения, что держит телефон, а из динамиков вырывается его голос: «Титов, скотина!»
И хлопок двери, которая запирается прямо перед носом снимавшего. И ничего. Ни-че-го не прекращается.
– Хватит, выключи, – шепчу в полном шоке, я словно потеряла голос, руки дрожат.
– Я тебе звонил по дороге, я пытался все рассказать! Почему ты не брала? Ты не должна была выходить за него замуж!
– Я не ношу с собой телефон! У платья нет карманов! Зачем… – накрываю лицо ладонями, – зачем ты мне это показал?
– Потому что еще не поздно спасти тебя от него! Этого грязного уб…
Его слова прерываются странным звуком, и я резко убираю руки. Телефон летит по дуге из пальцев Арсения и падает с грохотом на пол, Дима хватает его за грудки и выглядит как разъярённый лев.
– Я что тебе сказал? Не лезть не свое дело! – потряхивает моего друга. – Ты что не понимаешь по-человечески?
– Дима, это правда? – спрашиваю дрожащим голосом, меня всю трясет.
– Хрен тебе, – огрызается Арсений, хватая Диму в ответ, – я это так не оставлю! Я тебя достану, ты…
– Дима! – кричу на весь зал, – как ты мог?!
Дима отталкивает от себя Арсения с такой силой, что тот теряет равновесие и падает на пол. Поворачивается ко мне, и в его глазах я вижу совсем не то, что ожидала…
Глава 2
– Мира! – он злится, нет ни капли раскаяния или сожаления в его глазах, – не слушай ты его! Это все глупости! Неважно!
– Неважно? – делаю от него шаг назад, – ты изменил мне! Прямо перед свадьбой!
– Послушай, – поднимает руки, словно пытается меня успокоить.
– Не слушай его! Он будет врать, как и всегда! – Арсений уже на ногах и пытается встать между нами. Я чувствую движения рядом, к нам подтягиваются гости.
– Оставь мою жену, сколько можно тебя просить?! Что ты все лезешь?– рявкает Дима, – без тебя разберемся!
– Да ты не заслуживаешь такую жену, тварь! – отталкивает его Арсений руками в плечи, Дима чуть качается назад, но его просто так не сдвинешь. Он сильнее, спортивней. – Они еще и домой к нему вместе поехали! – орет Арсений.
– Дима? – я чувствую слезы на глазах, качаю головой и отхожу, меня накрывает полнейший шок.
– Давай! Давай! – не унимается Арсений, – скажи ей все! Трус! Сволочь! Как ты до утра ту бабу у себя шпилил! К свадьбе готовился!
– Да заткнись ты! – Дима со всего маху бьет его в лицо, и Арсений летит мимо меня прямо в стол, на котором стоят украшения из цветов. Грохот, звон, вазы и лепестки в разные стороны. Сам же дёргается ко мне и хватает за руки, – не слушай его! Это все ерунда! Люблю я только тебя!
– Любишь?! – я медленно осознаю, что он даже не отрицает факта измены, не пытается спорить, что куда-то повез другую женщину и провел с ней ночь. Он же все это подтверждает. – Ты шутишь, да?!
– Что происходит?! – возле нас возникает разъяренный папа, потому что они сидели ближе всех, – вы что устроили?! – ревет как лев, отталкивает крупными ручищами Диму, останавливает Арсения, который уже вскочил и летит обратно с безумным лицом.
– Он подлец, он изменил вашей дочери! – тычет пальцем Арсений, за что получает от Димы по вытянутой руке. – Вышвырните его отсюда!
– А самому слабо? – рычит Дима, – ты все это не просто так заварил, да?! Ты хочешь все разрушить!
– Замолчите! – кричу я, оборачиваюсь на зал, там все стали со своих мест, на танцполе остановились пары, все внимание на нас. Меня заливает еще и стыдом.
– Это ты скользкая мразь, ее обманываешь с самого начала! – Арсений снова бросается на Диму, хватает того за пиджак, папа пытается вклиниться между ними, но это бесполезно.
– Прекратите оба! Хватит позорить мою дочь! – громоподобным басом орет на весь зал, пытается схватить обоих.
Я наблюдаю как в трансе за уже самой натуральной дракой, оба в состоянии аффекта пытаются друг друга ударить. Арсений толкает Диму прямо на официанта с подносами, который не вовремя входит в дверь.
– Господи, да что же такое творится! – причитает звонко мама, вцепляясь в папу, – останови их! Что ты смотришь?
Папа рычит и медвежьим напором выталкивает обоих из зала прямо в двойные двери. Мама всплескивает руками.
– Какой позор! Какой позор! Такую свадьбу испортили! Нелюди, да разве так можно! Да как же так? – обращает внимание на меня, – да что же они творят? И это твой муж? Это теперь наша семья?
Что она несет, ее только позор и испорченная свадьба волнует. Я вырываюсь из ее рук и тоже, путаясь в платье, выбегаю в холл, где папа все еще пытается разнять мужчин. Не слишком это у него получается, они готовы придушить друг друга.
– Ты все это специально! Я видел, как ты вешаешься на мою жену! – Дима кидает обвинения.
Они сходятся и расходятся, потому что между ними влетает мой отец.
– Ты урод неадекватный, ты не заслуживаешь Миру! Я всем покажу, пусть все знают!
– Никто ничего не покажет! – рявкает папа и вырывает телефон из рук у Арсения. – Хватит! Дикари! Я вас сейчас обоих вышвырну!
Я сжимаю губы, меня всю трясет, осознание того, что мой брак рушится, не успев свершится, наполняет меня изнутри и выкручивает все настоящей физической болью.
Я его так любила! Мы так хотели быть вместе, он все сделал ради того, чтобы добиться меня. Я считала, что это самая настоящая сказка, что это мужчина моей мечты. А он, выходит, самый настоящий лжец и сволочь, который обманывал меня.
– Хватит! – кричу, зажмурившись, – все прекратите! Вы оба все испортили! Оба меня позорите! Я даже не знаю, кто из вас хуже!
– Мира! – Дима подбегает ко мне, оттолкнув отца, который пытался перегородить дорогу, – послушай меня! Не устраивай истерику! Не случилось ничего ужасного! Это ерунда, это ничего не значило!
– Ты даже не отрицаешь? – в неверии смотрю на него, медленно отцепляю от себя его руки, мне противно, не хочу, чтобы он до меня дотрагивался. – Ты спал с той женщиной? Правда, спал?
– Мира… – все, что выдавливает.
– Вот так, прямо перед свадьбой?
– Да он с ней и раньше встречался! – подскакивает Арсений, – я их видел! Я все видел!
Я в шоке снова смотрю на Диму, у которого уже дёргаются губы, складываются в некрасивый оскал.
– Я тебя убью! – кидается на Арсения, тот вскрикивает, я взвизгиваю, стойки с украшениями возле входа сметаются двумя телами. Они бьют друг друга, уже больше не сдерживаясь, Дима берет верх. Арсений пропускает удар за ударом. Папа пытается его оттащить за ворот пиджака.
Из двойных дверей показываются гости, мама опять что-то причитает, с другой стороны бегут администраторы банкетного зала и охрана. Димин друг Рома вцепляется в него и рывком отдергивает, папа так же за подмышки оттаскивает Арсения. Все кричат.
А меня накрывает самая настоящая истерика.
Я подлетаю к обоим.
– Дима! – кричу изо всех сил, и как только он обращает на меня внимание, залепляю ему пощечину, да так, что у него голова дергается. Рома его даже отпускает от неожиданности, и Дима хватается за щеку.
– Правильно ему… – Арсений тут как тут.
Я залепляю и ему со всей силы и перестаю чувствовать свою ладонь. Я вообще больше ничего не чувствую. Я внутри онемела, будто умерла.
– Вы оба! Вы! – не могу подобрать слов. Они оба только что разрушили, растоптали, уничтожили мою жизнь. – Видеть вас больше не хочу!
Кричу в последний раз и разворачиваюсь, не слыша больше голосов за спиной, бегу по длинном холлу вдоль банкетного зала. Здесь все в цветах и лепестках на полу, нас встречали как короля и королеву, мы шли по этому проходу как самые счастливые люди на земле. Под аплодисменты и поздравления, рука в руке!
Я и была счастлива!
Абсолютно счастлива с любимым человеком!
А теперь я бегу по этому залу, едва не подворачивая ноги на высоких каблуках. Слезы застилают глаза, воздушные шифоновые юбки развеваются. Я врезаюсь со всего разбегу в большие двери входа, расталкиваю их и каких-то входящих людей.
Мне все равно!
Я разбита, расстроена, уничтожена!
Вижу одну из машин нашего свадебного кортежа и бегу по улице к ней на стоянку. Я знаю, что мы сняли их на целый день и они обязаны возить нас и даже развозить гостей вечером. Длинный украшенный лимузин стоит как насмешка над всеми моими мечтами о сказочной жизни.
Я пробегаю его мимо и стучу по стеклу водителя белого внедорожника.
– Откройте! Откройте!
Водитель удивляется, но отщелкивает двери, и я залетаю на заднее сидение. Мне кажется, что за мной гонятся, что сейчас будут снова успокаивать, опровергать, лгать без конца и края.
– Отвезите меня домой!
– Куда?
– По адресу, откуда забирали! Быстрее!
– Вы уверены!
– Вам заплатили, везите! Быстрее! – и заливаюсь слезами, закрываю лицо ладонями. Юбка пышным облаком бугрится вокруг меня.
Я чувствую, как заводится двигатель, и машина трогается с места.
А потом как по стеклу кто-то стучит.
– Мира! Мира! Остановитесь! – вздергиваю голову, это Дима.
– Не останавливайтесь! Езжайте! Прошу вас, пожалуйста!
– Мира! – слышу голос мужчины всей моей жизни и закрываю уши руками.
– Не останавливайтесь! – кричу, чтобы не слышать его.
Мы едем, я слышу двигатель, я чувствую, как меня трясет, но это не от движения. Меня колотит дрожью от истерики, и я не могу ее остановить.
Это был лучший день моей жизни! Должен был быть!
Я любила его, я выбрала его!
С первого взгляда! С первого вдоха! С первого касания влюбилась в этого мужчину!
И он говорил, что любит меня! В глаза смотрел с обожанием и восторгом!
Мы только что стояли рука об руку, надевали друг на друга кольца! Я клялась ему в вечной любви и верности!
И он!
Меня вдруг дергает, я слышу, как ругается водитель. Поднимаю голову.
– Ты что творишь, куда?! Твою… – выворачивает руль, еще.
Я вижу, как прямо перед нами на дорогу вылетает второй внедорожник из кортежа и резко поворачивает, преграждая путь. Ни скорость, ни траектория не помогают нам. Как в замедленной съемке мы летим прямо ему в бок.
Секунда. Удар. Звон стекла и скрежет металла.
В последнее мгновение я успеваю осознать, что за рулем Дима, и врезаюсь головой в переднее сидение.
Глава 3
Все вокруг движется, кружится, голова пульсирует болью, и я обхватываю ее ладонями. Я помню удар и почему-то лицо Димы за рулем машины перед собой.
– Вы в порядке? – голос не очень знакомый, но кто-то трогает меня за плечо и пытается потрясти. Я сжимаю веки и откидываюсь назад на мягкое.
– Мира! Мира, детка! – а этот голос я узнаю безошибочно, это Дима, мой муж.
Предатель.
Он хватает меня, ощупывает, часто дышит, что-то бормочет.
– Что вылупился, скорую вызывай! – кричит кому-то, и я открываю глаза, моргаю пару раз, чтобы сфокусироваться. Дима стоит в распахнутой двери машины, тормошит меня, а у самого губа разбита, на скуле синяк наливается и от линии волос на виске стекает струйка крови.
И я все вспоминаю. Яркой болезненной вспышкой все, что встряхнулось в моей голове, становится на положенные места.
– Не трогай меня, – почти шепчу, отталкивая его руки.
– Не двигайся, сиди, сейчас приедут врачи, – я не понимаю его интонаций, в них столько всего намешано, паника и гнев, забота и еще что-то.
– Не надо, оставь меня, – не даю прикасаться, сопротивляюсь тому, чтобы он брал в ладони мое лицо и пытался что-то разглядывать.
– Скорая едет! – громко говорит водитель и выпрыгивает из машины, идет к капоту. Теперь я могу разглядеть, что на водительском месте сдуваются подушки безопасности, лобовое стекло разбито, а перед нами другая белая машина с вдавленным боком.
Мы врезались в него! Он перегородил нам дорогу! Мог вообще всех убить!
– Мира, полежи, сейчас придет помощь, – давит голосом.
– Это ты во всем виноват, – без сил откидываюсь на спинку сидения, голова так кружится, что я не могу сконцентрироваться. – Это ты нас чуть не убил! Мало тебе того, что… изменил?
– Пожалуйста, давай не будем об этом, не сейчас. – Дима пытается гладить меня по лицу, потом берет руки в свои. – Просто полежи, ты сильно ударилась головой, тебе сейчас помогут.
– Не сейчас… – вторю его словам, – а когда? Потом уже не будет… Больше ничего не будет! – срываюсь слишком сильно, эмоций во мне столько, что я не могу их удержать внутри. Хочется кричать, плакать и выть как раненая волчица.
– Все будет, Мира, – пытается успокоить, – ты сейчас не в себе.
– Я в себе, уйди! – отталкиваю его сильней и пытаюсь вылезти из машины, путаюсь в пышных юбках.
Я уже ненавижу это платье! Всю эту свадьбу!
Его ненавижу!
– Я звоню в полицию! – опять объявляется водитель, и он очень зол, но цел, был пристегнут.
– Да какая полиция? Ей врач нужен! – Дима тоже срывается, – где чертова скорая?
– Ты нас подрезал! – водитель агрессивен, – ты специально выскочил, угробить нас пытался? Ты псих конченный!
– Да меня занесло! – рычит Дима, – управление потерял!
– Я все видел! Нихрена ты не потерял! Я буду свидетелем, ты специально! – водитель орет, а у меня пульсирует голова от громких звуков, закрываю уши ладонями, смыкаю веки. – Будешь платить! За обе машины! Весь ремонт…
– Да отвали ты со своим ремонтом! – слышу Диму, – заплачу я, исчезни только, если не собираешься помогать!
– Что случилось? – слышатся чужие голоса, кто-то увидел аварию и спешит на помощь. Прохожие или другие водители.
– Скорую вызвали? Кто пострадал? Ой, там невеста! Свадьба разбилась! – слышу со всех сторон и хочу, чтобы они все заткнулись.
Уйти хочу отсюда. Не могу видеть ни Диму, ни разбитые машины.
Вся моя жизнь разбилась в мгновение ока.
Слышится пронзительная сирена, затихает вблизи
– Все будет хорошо, детка, – я не выношу его прикосновений, он словно бьет меня током.
Поэтому я отталкиваю его и почти выпадаю из машины, сидение заканчивается так внезапно, как и мое равновесие.
– Тихо, тихо, – ловит, успокаивает. Тошнит от этой заботы! Предатель! Мерзкий лжец!
Ноги ступают на асфальт, но почти сразу же от него отрываются. Я чувствую, как взмываю в воздух, юбка взвивается вокруг меня, но сильней всего ощущаю крепкие твердые руки под ногами и спиной.
– Сюда! – кричит Дима со мной на руках и несет меня куда-то, – она пострадала, была без ремня на заднем, ударилась головой.
Я не хочу, чтобы он меня нес, но силы не равны, затормозившая скорая встает позади разбитых машин, и фельдшеры уже распахивают широкую раздвижную дверь, выпрыгивают, встречают нас.
Командуют заносить меня внутрь на кушетку, помогают уложить. Пытаются смять и убрать торчащие ненавистные юбки.
– Выйдите, мы ее осмотрим.
– Я ее муж!
– Не пускайте его, – шепчу, отворачиваясь, в голосе все звенит, меня тошнит, – не пускайте!
– Вы не имеете права, я муж!
Меня осматривают, светят фонариком в глаза, меряют давление.
– Что с ней? Все хорошо? Поедем в больницу! – он все еще рядом, и меня коробит от его голоса, отворачиваюсь, по щекам текут слезы. Но если я закрываю глаза, я вижу то самое видео, Диму у стены, его руки, его движения. Эту женщину!
Меня еще сильней тошнит, я не отвечаю на вопросы медиков, просто качаю головой из стороны в сторону и тихо рыдаю.
– Вы куда? Выйдите!
– Я еду с вами в больницу! Она моя жена! Вы не видите? Невеста, я жених!
Сквозь слезы вижу, что Дима залезает в машину скорой и втискивается в самый конец, садится там, не собираясь вылезать. Упрямый!
– Уберите его! Уберите! – прошу фельдшеров.
– Она не в себе! Я ее жених! Я не могу оставить ее одну! – врет даже тут. В клубе вполне себе смог и очень быстро нашел замену.
– Где этот водила? – слышу голоса снаружи, – он был здесь! Полиция ищет!
– Вы водитель? – спрашивает медик, – вас ищут.
– Я пассажир! Я с невестой в машине был! Поехали уже! Что вы тормозите? Не видите, что ей срочно в больницу надо? Ей плохо! – настаивает Дима и медики сдаются, прекращая с ним спорить, задвигают дверь, и машина трогается.
Все еще пытаются меня осматривать и помогать, а я отбиваюсь ото всех. Я больше не хочу Диму видеть никогда, я не могу вынести его рядом, но он не спрашивает моего мнения. Вцепляется в руку и не опускает.
– Все будет хорошо, детка. Все будет хорошо, – опять врет.
Всем врет. Без конца. Постоянно. Мне врал, водителю врал, медикам врал, от полиции спрятался.
Меня трясет от того, что он безостановочно гладит мою руку, подносит ее к губам, потому что фельдшер пока оставил меня в покое. Но сил вырваться нет, в теле жуткая слабость и мне некуда от него бежать. Я словно в плену.
Когда мы приезжаем, Дима выпрыгивает первым в распахнутые задние двери. Меня вытаскивают на каталке и везут в приемный покой. Там спрашивают документы или медицинский полис, а у нас ничего с собой нет. Отправляют за ними Диму.
– Позвони папе! Позвони ему! – я инстинктивно ищу защиты, от мужчины, который не может меня обмануть и бросить. Мой папочка всегда был за меня горой, он никогда меня не предавал и не обманывал!
Дима сдается и уходит звонить. У него-то телефон с собой в кармане есть. А меня увозят на осмотр, рентген и прочие обследования, закручивают в вихрь медицинских манипуляций.
И хорошо, здесь хотя бы нет Титова, его токсичного внимания, будто он своей гипертрофированной лаской и заботой пытается загладить вину. Ничего не загладится! Это так не работает!
Мне больно в груди, и я плачу, кладя на нее руку. Мне еще и кардиограмму делают на всякий случай. Но вряд ли на ней видно мое разбитое сердце.
Когда с осмотрами и анализами покончено, меня на минутку оставляют в смотровой и туда приходит долгожданный папа. Мое спасение. Пусть заберет меня отсюда домой.
– Дочка, Мирочка! – летит ко мне, обнимает бережно, трет плечи в тонкой больничной сорочке, на которую заменили неудобное платье.
– Забери меня, пожалуйста! Я хочу домой.
– Пока нельзя, солнышко, – гладит осторожно по волосам, – врач сказал тебя на сутки или двое под наблюдением в больнице оставят, нужно убедиться, что нет осложнений. Потерпи немножечко.
Мои губы дрожат, я стала еще плаксивей, чем была на свадьбе. Мне самой противно от себя же.
– А потом я заберу тебя домой, – целует в лоб, щекоча густой бородой, – обещаю.
– А потом она поедет к мужу, как и положено! – громко говорит мама, стоящая в дверях. – Хватит с нас позора!
Глава 4
– Лена! Ты чего несешь? – папа сразу принимает позу, уперев руки в бока. – Ты что, не слышала ничего? Арсений…
– Арсений сам не знает, что творит! – отрезает она. – Это он не подумав полез! А может, он вообще ошибся?
– Они подрались при всех гостях! – папа неумолим.
– Ну какая свадьба без драки? Ну чего делать из мухи слона-то? Ты знаешь, каких мне сил стоило успокоить гостей? Конкурсы организовать? Тамаде пришлось доплатить, чтобы он их отвлекал.
– Да какие гости?
– Да самые обычные, родственники наши, друзья, подруги мои, коллеги! Столько народу пришло! Такой праздник замечательный!
– Да испорчен твой праздник! – папа уже не сдерживается. Они ругаются, а мне хочется от них спрятаться. – И вообще, чего ты кудахчешь? Ты ни копейки за него не платила, все женишок сам оплачивал!