Светлые Атавизмы

Глава 1

Я очнулась от звуков заливистого храпа, который был таким громким, что деревянный балдахин над кроватью вибрировал. Повертев головой в поисках источника звука, я приподнялась на локтях. Под балдахином зажегся тусклый путевод, и я увидела странную вмятину у своих ног на матрасе.

– Кто здесь? – прошептала я, осторожно протягивая руку.

Храп прекратился, а моя ладонь уткнулась в тёплый шерстяной бок. От страха у меня перехватило дыхание, и я застыла, внутренне готовясь защищаться, если невидимое животное нападёт. Но тут мою ладонь лизнули мокрым шершавым языком, и я от неожиданности вздрогнула. Стало щекотно, и я, улыбнувшись, вспомнила, как надела шапку-невидимку на животное с одним рогом, похожее на вымершего эласмотерия.

– О! Ты тут? – удивилась я. – Надеюсь, тебя никто не видел?

Животное слегка боднуло меня, мотнув головой, а я, ухватившись за рог, придержала его голову. Хоть рог небольшой, но ранить может, особенно, будучи невидимым.

Эласмотерий, приняв моё движение за ласку, радостно фыркнул и принялся тереться об меня.

– Буду называть тебя Ластиком, раз ты такой ласковый, – засмеялась я и добавила, размышляя вслух:

– По-хорошему, тебя нужно вывести из дворца и найти подходящее для твоего вида место обитания. А узнать, где оно, можно только в библиотеке или, как тут говорят, в книгохранилище.

«Собственно, туда мы вчера с Ноной и направлялись, но, как оказалось, она хотела меня убить, почему-то решив, что во мне есть магия Хранительниц, – с щемящим сердцем вспомнила я всё, что произошло накануне. – Надо было ей рассказать, что я не имею ни к айли, ни к Хранительницам никакого отношения, а просто неизвестно почему поглощаю их артефакты».

В памяти всплыл демонический образ Андериха и то, с какой злостью он свернул женщине шею. А я, под влиянием обуявшего меня ужаса, обвинила его в убийстве и бросилась к Ноне, умоляя очнуться.

Невольно скривилась, вспоминая странный хруст и то, как, вздрогнув, очнулась Нона и с непониманием смотрела на меня.

«Конечно, Андерих её не убивал, а просто пережал сонную артерию, – предположила я, пытаясь восстановить детали произошедшего. – Если бы существовала возможность вернуть жизнь, даже с помощью магии, всё на свете выглядело бы по-другому».

И тут я, вспомнив главное, улыбнулась!

«Великий Дарвин! Надеюсь, мне не приснилось, и в этом мире действительно оказался Леонид!» – В порыве чувств подскочив на кровати, я, конечно же, ударилась о деревянный балдахин и потёрла ушибленную голову.

– М-м-м… митохондриальную твою ДНК! – простонала я и услышала, как испуганный Ластик свалился с кровати и спрятался за занавешенным зеркалом.

А в следующее мгновение в комнате загорелись яркие путеводы, дверь распахнулась, и в комнату буквально ворвалась мать правителя. Смерив меня изучающим взглядом, она взмахнула рукой, указывая на что-то сопровождавшим её нирам и феям.

– Ёля, я так рада, что с тобой всё в порядке! – театрально воскликнула она. – Я уже хотела послать за лекарем, а то скоро рассвет, а у нас не готово церемониальное платье.

Почувствовав, что происходит что-то странное, я удивлённо взглянула на слуг, стараясь понять, чего вся эта толпа от меня хочет. Ниры носились по комнате, освобождая пространство посередине и раскладывая какие-то ткани и принадлежности. А феи тем временем колдовали в ванной – из-за распахнутой двери я видела всполохи от их магии.

– Конечно, насколько мы смогли, подготовили платье, но его нужно примерить и показать моим сыновьям и новоявленному Андериху, – про бывшего слугу своего мужа Исна упомянула с раздражением.

Я стояла на кровати, согнувшись и растирая лоб, пытаясь сгладить наливавшуюся шишку.

– Что у тебя там? – спросила Исна, схватила мою руку и дёрнула вниз.

Не ожидая столь бесцеремонного обращения, я рухнула с кровати, а мать правителя, схватив меня за плечо, приподняла в воздухе. Я удивлённо взглянула на свои болтающиеся ноги, а Исна, осознав, что сделала что-то не то, разжала руку и с раздражением высказалась:

– Какая же ты неуклюжая!

Я в замешательстве несколько раз моргнула, а затем, положив руку на плечо, принялась растирать место, за которое меня удерживали.

«Такую силу в руках можно ожидать от ниры, а не от помеси человека с демоном», – подумала я, но тут дверь в мой гинекей распахнулась, впуская правителя с Анарабатом.

– Я не одета! – выкрикнула я, возмущённо глядя на непрошеных гостей. – Что это у вас за воспитание, позволяющее вламываться ночью к девушкам?

– Так уж и быть, после вчерашнего мы отнесёмся к тому, что ты не одета, снисходительно, – заявил Андерих, входивший следом за правителем, но, наткнувшись на меня взглядом, как-то странно застыл и нахмурился.

Я стояла босиком, в одной ночной рубашке, еле доходившей до колен. Стушевавшись под взглядом эрла, стащила покрывало с зеркала. Заворачиваясь в него, как в плащ, и стоя спиной к вошедшим, я показала Ластику рукой, чтобы сидел тихо за зеркалом.

– А мне нравилось без покрывала, – со смешком заявил Анарабат.

– Брат, изволь соблюдать приличия, – ледяным тоном заметил ему правитель и посмотрел на моё отражение в зеркало.

Я, поймав его взгляд, поджала губы и кивнула, молча спрашивая: «И что дальше?»

Правитель на долю секунды дёрнул уголком рта, показывая, что заметил мой вопрос. Но тут, прерывая наш немой диалог, раздался голос входящего в комнату Атаэра:

– Теперь понятно, почему все айли вымерли, если, только проснувшись, уже шишкой на лбу хвастаешься.

Я развернулась, чтобы ответить колкостью, но, увидев того, кто с ним вошёл, спросила со сбившимся дыханием:

– Ты?!

Он, широко улыбаясь, раскинул руки, приглашая в такие знакомые дружеские объятья. Я, радостно завизжав, не заставила себя ждать и буквально на него запрыгнула.

– Лёнька!

Покрывало слетело, а я в одной ночной рубашке повисла на своём пропавшем друге Леониде Дворянкине.

– Ёлька, девочка моя! Я очень рад, что с тобой всё в порядке, – сказал он, подхватывая меня.

– Ленька! Ну ты… Ну ты и гад, – стукнула я его по плечу, на что мой сокурсник весело засмеялся.

– Я тебе всё объясню, когда придёт время, – перехватил он мою ладонь и, прижав её к своей щеке, потёрся.

– Рибосому тебе в ядро! – выругалась я, отнимая у него свою конечность и, сложив её в кулак, погрозила в воздухе. – Ты где целый год был? Как можно пропадать без объяснений? Я за тебя всю работу делала и даже должность на факультете сохранила.

Леонид счастливо расхохотался и, как раньше, чмокнул меня в нос, щёлкнув по нему кончиком указательного пальца. Затем, сделав шаг назад, осмотрел меня и, довольно улыбнувшись, обхватил за талию. В комнате раздались рыки и окрики, и Ленька, бросив взгляд на эрлов, усмехнулся и отошёл немного в сторону.

– Мало того, что некрасивая, так ещё и не умеет себя вести! – уставившись на нас исподлобья, высказал Андерих.

Я, присев, подхватила свалившееся покрывало и, завернувшись в него, прокомментировала:

– А я считаю, что мой внешний вид и моё поведение вас не касается.

Андерих скривил рот в ухмылке, а я, не став дожидаться ответной колкости, развернулась к правителю и поинтересовалась:

– Уважаемый эрим, чем я обязана визиту в столь неурочное время?

Аханатор заломил бровь, как бы говоря, что объяснять ничего не обязан, зато Анарабат не стал вредничать.

– Всё просто, Ёля! Скоро рассвет, и мы все до восхода Ярила должны вступить на путь к храму и пройти по нему, кое в чём удостоверившись.

– А можно получить более подробную информацию? – попросила я, переведя взгляд со старшего брата правителя на Леонида.

Мой друг совсем не изменился: и причёска, и разворот плеч, и чуть кривая ухмылочка оставались такими, какими я их помнила. Такое впечатление, что он только что вышел из аудитории, наказав приглядывать за своей квартирой. Подумала, что за всё время нашего знакомства – а это без малого пять лет учёбы в университете и четыре года аспирантуры – он даже причёску не менял, не говоря уже об естественных изменениях во внешности.

Все те же собранные в хвост немного вьющиеся платиновые волосы, красивое, без единой морщинки, лицо. И, конечно же, чуть хипстерский стиль в одежде: мешковатые укороченные штаны и расстёгнутые верхние пуговицы рубашки.

– Соскучилась? – спросил меня друг шёпотом, заметив, что я за ним наблюдаю.

– М-м-м? – не сразу осознала я, что у меня спрашивают, но на всякий случай кивнула.

Друг довольно растянул губы и, немного приобняв меня, пустился в витиеватые разъяснения:

– Ёля, этот путь необходимо пройти всем безмагичкам, и тебе не стоит переживать. Аханатор с Анарабатом тщательно всё продумали, и обезопасили тебя – и от толпы, и от лучей Ярила.

Я широко распахнула глаза, только сейчас осознав, что он не из моего мира, и пребывание на Герхатоне для него естественно.

– Я не хочу идти ни по какому пути, – прошептала я, думая о том, что Леонид всё знал и каким-то боком причастен к моему контракту вкупе с похищением.

– Поглотив Гестион, ты сама всех оповестила, при этом не предоставив нам выбора, – встрял в разговор Андерих.

– И в чём я виновата? – резко развернулась я к бывшему слуге господина Керра. – Мне угрожали, и я, желая дать отпор, выхватила жезл у Анарабата.

– Да при чём тут ты? – перебил меня Андерих раздражённо. – Боги выбирают нашу судьбу, а ты тем, что везде лезешь, ускорила процесс и спутала планы.

– А-а-а! Ну простите! – всплеснула я манерно руками, чуть не срываясь на крик. – Но меня как раз для того и наняли, чтобы я везде лезла и проводила исследование!

В комнате воцарилась напряжённая тишина. Аханатор с Анарабатом, переглянувшись, с нескрываемым осуждением уставились на Андериха. Леонид подошёл к зеркалу и постучал по раме, на что-то всем присутствующим намекая. А я, испугавшись, что он может обнаружить Ластика, продолжила:

– Мне тоже не предоставили выбора, когда притащили на Герхатон, – произнесла я, многозначительно взглянув на правителя.

– Ты всего лишь безмагичка, и, если не сгоришь, получишь шанс попасть к кому-то из нас на ложе, – ледяным тоном перебил меня Атаэр, а у меня от услышанного глаза на лоб полезли. – Вот тогда-то и станет ясно, подарок ты богов или наказание.

Я резко вздохнула, готовая высказать наглецу всё вскипевшее во мне негодование, но тут же получила ощутимый пинок в спину.

– Пойдём уже, – произнесла Исна, схватив меня за руку и сжав мою ладонь, намекая, чтобы я не сопротивлялась.

– Атаэр, это не так, и я тебе уже не раз говорил, что Ёля действительно по договору защищена, – заявил среднему брату Аханатор, но потом, переведя взгляд на меня, добавил:

– Другое дело, что ты не сможешь выполнить его, пока не пройдёшь по пути и не поймёшь, насколько Ярило для тебя опасно.

Я сощурилась, обдумывая сказанное правителем, и попыталась выдернуть свою ладонь. Но Исна, только сильнее сжав её, дёрнула меня в сторону ванной комнаты.

– Ёля, там вода стынет, – намекнул мне Леонид, чтобы я шла в нужную сторону.

– Ничего, подогреют магией, – ответила я со злостью и, сделав свободной рукой взмах, перебрала в воздухе пальцами, изображая магию.

Но вдруг ощутила странное покалывание на кончиках пальцев, а по спине пробежал холодок, сконцентрировавшийся где-то в животе и, по ощущениям, нараставший. Я, испугавшись, отдёрнула руку и, засунув её под покрывало, развернулась к присутствующим.

Мужчины обменивались многозначительными взглядами, не обращая на меня внимания. А до меня дошло: путь – это ловушка, и, судя по их нервозным взглядам, они сами его опасаются.

«Увы, но тут не нужно было и кандидатскую защищать, чтобы понять: я для демонов не цель, а средство, чтобы добиться желаемого. А желают они магию Хранительниц, как и Нона, решив, что я ею обладаю. А если даже и нет, можно наделать безмагических детей и поправить своё пошатнувшееся положение».

Аханатор, заметив, что я за ними наблюдаю, кивнул Исне, чтобы та меня наконец вывела из комнаты.

***

Оказавшись в ванной комнате в компании фей и Исны, я осознала, что вся эта толпа собирается меня мыть или как это у них тут называется.

– Я сама привыкла о себе заботиться, – заявила я безапелляционно. – В крайнем случае, мне можгут помочь Нона или Тошка, но я не полезу в кадку в вашем присутствии.

Я, прекрасно понимая, что Нону не позовут, надеялась хоть так выведать, что с ней в конечном счёте случилось. Ведь, если подумать логически, мы со старой демоницей на одной стороне: ни она, ни я не хотим, чтобы моя жизнь была связана с эрлами.

– Твоя нира помогает в городе, но я могу прислать к тебе Эн, – вдруг согласилась со мной Исна.

Когда вся толпа во главе с ней меня покидала, до меня донеслась часть разговора мужчин.

– Алеандр эктих холфа ютар! – что-то непонятное выговорил Андерих.

– Я тоже имею право жениться и учувствовать в «Представлении городу», – сквозь зубы ответил ему Леонид.

Я округлила глаза, в уме перебирая всех девиц, которые в университете крутились вокруг Лёньки.

– Айли эст дисунато десерент, – холодно вставил Аханатор.

Потом ещё что-то заявил Анарабат и прорычал Андерих, но из сказанного я уже ничего не поняла, так как говорили они на языке эрлов.

Как только дверь за Исной закрылась, в ванной комнате вспыхнул свет, ознаменовавший появление феи.

– Ну и чего стоишь? – смерила меня сердитым взглядом Энеса Энд Фенра. – У нас и так времени мало, а ты ещё тут капризничать вздумала?

Несколько опешив от такого отношения, я застыла, про себя гадая, чем могла так обидеть магическое существо. Фея же, схватив большой пучок травы, закинула его в кадку и указала мне, чтобы я туда же прыгала.

– Ты уверена, что его нужно так заваривать? – с сомнением спросила я, стягивая с себя рубашку.

Но тут же, вспомнив про рисунки на локтях и испугавшись, что Эн их заметит, прикрылась.

Фея с усмешкой отвернулась, наверное, решив, что я застенчива, а я, не став её разубеждать, залезла в воду.

Мне почему-то не хотелось признаваться, что я поглотила не только Гестион, но и росинку из Белого озера, данную мне в пользование феей.

– Это не для заваривания трава, а чтобы ею мыться, – не оборачиваясь, оповестила меня фея.

Я разозлилась! Мне и так вчера от Ноны досталось, так ещё и Эн, не объясняя причин, сквозь зубы разговаривает.

– Что я тебе сделала? – спросила я и, взяв плавающий в кадке пучок травы, принялась растираться.

Появилась ароматная пена, и я, отметив удобство совмещения мочалки и мыла, уже с наслаждением намылилась.

– Ты мне солгала, сказав, что учёная из другого мира, – обвинила меня фея, не поворачиваясь в мою сторону и что-то усердно измельчая в ступке. – А теперь вообще решила выйти замуж и усилить их магию, – кивнула она на закрытую дверь.

– Э-э-м… – только и промычала я, размышляя, с какого пункта начать оправдываться.

– А магическим существам Герхатона придётся всю жизнь прозябать здесь, вместо того чтобы вернуться в лес, под скалу Хранительниц, – продолжала она вешать на меня ответственность за страдания маленького народа. – Знаешь, как называется ручей, который ты нарисовала стекающим со скалы в долину айли?

– Нет, – с усмешкой помотала я головой. – Откуда мне знать? Я в вашем мире оказалась недавно.

– Ручей фей! – оповестила меня собственно фея, пропустив мой недвусмысленный намёк, и, тяжело вздохнув, отвернулась к столу, что-то готовя.

– Во-первых, я действительно учёный из другого мира, которую сюда притащил Аханатор. Ну и, во-вторых, оставаться тут я не намерена: когда выполню договор, правитель перенесёт меня обратно, – объяснила я и, намыливая руку, с удивлением обнаружила, что кадка подросла, а точнее, я сама вдруг уменьшилась.

Глава 2

– Вот гомозигота диплоидная! – выругалась я про себя, став лягушкой, плавающей в пене. Взглянув вверх, поняла, что уровень воды значительно снизился, так как масса земноводного намного меньше, а значит, и меньше изменение. Попыталась лапкой дотянуться до локтя, чтобы потереть изображение, но, потеряв устойчивость, перевернулась и начала барахтаться. Оказывается, земноводному, чтобы держаться на воде, нужны все четыре лапки.

– Ёля, Гестион засветился над дворцом, тем самым оповестив всех жителей, – вещала фея, пока я судорожно пыталась подплыть к стенке, чтобы о неё опереться. – Поэтому тебе и предстоит вступить на так называемый путь вместе с теми, в ком течёт кровь повелителей.

Она вещала, а мне только и оставалось удивляться, как у них тут всё заведено. Поглотив случайно артефакт, которым мне, кстати, угрожали, я вляпалась в возможное замужество.

– Теперь даже если ты не увидишь храм, тебя обратно не вернут, так как все эрлы будут надеяться, – продолжала разъяснять фея, а до меня её голос в кадке, звучал, как в трубе с эхом, и поэтому пророчески. – Но если вдруг сможешь описать храм, как бабка Исны… мда, как бабка… – почему-то замялась фея, но, прочистив горло, всё же продолжила:

– Не сильно, так сказать, подгорев, то тогда, возможно, сможешь стать женой будущего правителя.

«Так вот для чего этот путь!» – наконец сообразила я и в тот же момент наткнулась на плавающий пучок травы, которым мылась.

– Ты где? – сердито спросила фея, видимо, только заметив моё отсутствие.

А я, кое-как положив одну лапу на пучок травы и балансируя, дотянулась до локтя и пригнула голову. В следующий миг оказалась в кадке в согнутом положении, сделав вид, что мылю голову.

– Вот, дали боги совсем глупую айли, – сокрушённо воскликнула фея, а я, разогнувшись, вопросительно на неё уставилась. – В мылянке никто волосы не моет, для этого нужен эликсир.

Энн подлетела к кадке и опрокинула мне на голову пузырёк с ароматной жидкостью. На голове образовалась пенная шапка, чем-то напоминающая чалму, которая пузырилась.

– Ты точно так же не приспособлена к жизни, как когда-то и айли. Только их сгубила любовь, а тебя, скорее всего, погубит любопытство, – ворчала раздосадованная Эн, опрокидывая ещё один пузырёк в и так изрядно вспененную воду, но вдруг застыла и, глядя на меня, сказала:

– Есть способ узнать, сможешь ли ты стать Хранительницей! Нам всего-то нужно пройти по ручью! Если он выведет тебя к озеру, то тогда…

Она лепетала ещё что-то, но я в этот момент почувствовала, что вода в кадке нагрелась и стала нестерпимо жечь.

– А вода должна так обжигать кожу? – спросила я дрожащим голосом.

Фея скривила рожицу, притворяясь, что размышляет, а затем, резко обернувшись к столу, скомандовала:

– Выпрыгивай скорее, я огнивку с велой перепутала!

Я вмиг выскочила из воды и принялась наматывать круги по ванной комнате.

– Ёля, стой, я тебя водой оболью! – выкрикнула фея.

Но я чувствовала, что, если остановлюсь, то взвою от того, как печёт кожу. Фея несколько раз вспыхнула, и на меня вылилось несколько вёдер ледяной воды, что принесло незначительное облегчение. Я, развернувшись, побежала к крану, надеясь под струёй смыть с себя это жгучее снадобье. Ощущение было такое, будто с меня кожа сейчас сползёт, и, судя по испуганным глазам Эн, я была недалека от истины. Потянувшись к вентилю, я вдруг ярко вспыхнула огнём, как балясина Тошки, и, испугавшись, зажмурилась.

– Ёля, у вас там всё в порядке? – постучала в дверь Исна.

– Елена Алексеевна, можно, мы войдём? – взволнованно прокричал правитель.

– Нет! – твёрдо ответила я, с облегчением ощущая, что кожу больше не печёт, и я могу нормально разговаривать. – Я не одета, и у нас всё хорошо, мы просто с Эн немного поэкспериментировали, – соврала я. Бегло осмотрев себя, убедилась, что ожогов нет, и вопросительно уставилась на фею.

У той глаза были размером с блюдце. Она то растерянно смотрела на стол, то переводила непонимающий взгляд на кадку.

– Эн! – прошипела я, обращая на себя внимание, и указала пальцем на дверь.

Фея болванчиком кивнула и монотонно затараторила:

– Не беспокойтесь, правитель, у нас всё хорошо! Просто госпожа хр… – осеклась фея, и я почти угрожающе зарычала. – Я с госпожой айли эксперимент поставила, – закончила с объяснением фея, глядя мне прямо в глаза с каким-то благоговением.

За дверью стихли, явно удовлетворившись объяснениям, а вот меня оно только разозлило. Особенно обращение «госпожа айли» и понимание того, что огнивку она, скорее всего, мне специально подсыпала.

– Ёля, ты – айли, в этом нет сомнений, и я думаю, что ты сможешь стать Хранительницей! – заявило мне летающее существо в белом переднике.

А я в пылу чувств выставила вперёд руку и ударила ладонью по сгибу локтя, показывая неприличный жест в её сторону.

И в следующее мгновение осознала, что в очередной раз сделала глупость. Эн рухнула в обмороке на пол, даже несколько раз подпрыгнув, так её отрикошетило. А я сидела напротив в образе лягушки и сокрушённо думала, как мне из всего этого теперь выпутаться.

– Эн… Э-э-эн, приди в себя, – тыкала я указательным пальцем в магическое существо, уже вернув свой истинный облик и облачившись в шёлковое платье, которое оставили для меня слуги Исны.

***

– Ёля, ещё никому не удалось войти в храм! – прошептала фея, когда я ей изложила то, что задумала.

– Я и не собираюсь, но по пути пройдусь, – улыбнулась я ободряюще. – Во-первых, мне нужно поговорить с Леонидом и определить, на чьей он стороне, ну и понять, смогу ли я сама провести исследование. Как я поняла, если безмагичка на этом пути не обожжётся, то станет понимать язык, а лучи Ярила станут не опасны?

– Да, но многие девицы погибли, проходя путь, или покалечились! – ответила фея, летая кругами по ванной комнате. – И если бы ты слышала весёлое улюлюканье толпы, когда эти девушки горели, то по собственной воле на путь не пошла бы, так как это какое-то безумие.

– Не силком же их затаскивали туда? – поинтересовалась я озадаченно.

– Нет, одни рисковали, чтобы обрести магию, другие – надеясь выйти замуж. Но удалось это только бабке Исны, да и то ходил слух, что ей кто-то помогал очень сильной магией.

– Странно, что эрлы не защитили своих безмагичек, – сказала я, вспомнив, как Леонид пообещал мне, что я буду в безопасности.

– Они пытались, но эрлы не всесильны и верят в древнюю легенду об утраченной магии, – ответила мне фея, посмотрев на меня многозначительно.

Словно я должна знать, что это за легенда.

– Вот и расскажи мне её вкратце, пока я предприму кое-какие действия, – попросила я и, подойдя к столу, на котором были разложены снадобья, поинтересовалась:

– Где тут эта огнивка?

Энеса Энд Фенра, густо покраснев, указала мне на пучок травы в кожаном свёртке, принесённом явно не матерью правителя.

– Ты хотела, чтобы на моей коже остались ожоги? – потребовала я ответа.

– Тебя бы всё равно сожгло, а так, пока бы тебя лечили, я бы придумала, как нам сбежать и отправиться к озеру, – ответила фея, становясь ещё краснее.

– Рассказывай, – велела я фее и, взяв пучок огнивки щипцами, угрожающе помахала им в воздухе, а потом засунула в ступку и накрыла пестиком.

Мне порядком надоели все эти легенды и предания, но, как говорится, чтобы понять суть, нужно изучить историю.

***

Рассказ Энесы Энд Фенры, как и все легенды мира, начинался с большой, но несчастной любви, ну и, конечно же, предательства.

В давние времена правили повелители, которые обладали силой и могли обращаться в чёрных демонов. А на горе властвовали Хранительницы, которые рождались у айли и обретали магию, пройдя древний ритуал холода. Друг другу они помогали, как могли, и тем самым сохраняли баланс и мирное сосуществование.