Перерождение
- -
- 100%
- +
— Смута — это хаос, а где хаос, там гибель. — говорила Миранта.
— Гибель для слабых, а для нас — шанс. — отвечал Мич.
Миранту пугала грядущая анархия, а именно угроза стабильности, которую они с таким трудом выстроили.
— Королевство — это сложный механизм. Если оно начнет развалится, каков шанс, что нашу семью это никак не заденет?
В свою очередь, Мич, всегда был спокоен и говорил, что сделает все, чтобы их жизнь стала только лучше. Но сама анархия пугала ее, и поэтому она зарывалась в свои исследования, лишь бы не думать о происходящем.
Лично для меня, было пугающим отношение моей семьи к происходящему. Тот факт, что погибнут тысячи невольно вовлеченных людей, для них казался просто естественным элементом. И хоть, та же Миранта и переживала за крушение выстроенной системы, ее беспокоили не жизни людей, а именно наша.
На мой вопрос о том, сколько по мнению Мича, погибнет людей, он всегда говорил спокойно:
Сотни тысяч, — ответил он без тени смущения. — И ещё больше попадут в рабство. Но в этом тоже есть выгода. Убийство всегда приносит прибыль, если уметь его использовать. Главное — делать это чужими руками. Жизнь — это время. А следовательно, кто умеет распоряжаться временем, тот и живёт дольше.
Мне стало понятно, что для моей семьи, жизни людей это не слишком и важно, но винить их или читать им нотации о правильности бытия, может любая религия. Они были продуктом этого мира, его идеальными обитателями, и видимо, мне самому предстояло принять простую истину: жизнь нужно просто жить, а о её правилах и нормах морали размышляют лишь те, кто ищет в ней скрытые смыслы.
Время продолжало неумолимо бежать. Мои новые родители не прекращали моё обучение, но, к сожалению, они также планировали кое-что другое — то, что хотели сделать уже давно.
Когда мне исполнилось шестнадцать, они впервые взяли меня в свет — на королевский бал. Формально это было событие для обычных дворян, но на деле туда созвали все семьи, приближённые к короне, которые сохранили верность королю Фройду. На этой встрече решались вопросы по сдерживанию бунта и пресечению предательства графов. Поскольку Мич также служил короне, его пригласили тоже. Меня же, по сути, заставили ехать насильно. В моём возрасте, согласно здешним правилам, уже должен был подыскивать себе невесту. Однако вместо этого я всё время проводил в родительском доме, почти не появляясь на людях.
Мич и Миранта настаивали на поездке, утверждая, что мне пора найти человека, который станет моим спутником жизни. Мои взгляды на этот счёт и раньше были категоричны, а теперь — тем более. Но я понимал, что они просто так от меня не отстанут, и потому согласился.
По приезду во дворец я был поражён его размахом — как количеством гостей, так и роскошью обстановки. Повсюду блестело золото, сиял хрусталь, сверкали дорогие наряды, а также собралась вся элита королевства — от дочерей графов до самой принцессы. Но все же, больше всего меня удивил Мич. Его манера общения и поведение стали совершенно иными, более открытым, веселым и наивным, видимо, именно таким он показывает себя среди всех этих людей. Перед тем как подняться вместе с Мирантой в королевские покои для совещания, он и вовсе бросил мне на ходу:
— Если решишь кого-то увести в постель — будь аккуратен.
Уж от кого, но от него мне было слышать это очень непривычно. Но его игра в среди этой публики меня мало касалась. Мне нужно было просто пережить этот вечер и как можно скорее уехать.
Весь вечер я бродил по банкетному залу, переходя от одного стола к другому, чтобы перекусить и рассмотреть богатое здешнее окружение. Подойдя к очередному столу и увлечённо пробуя здешнюю рыбу, я вдруг заметил, что в мою сторону двигается группа людей.
— Добрый вечер, господин Мэйд! Меня зовут Кларк Вранков, а это мои товарищи: Винк Полт, Фрайн Минстен и Пич Вронг. Мы хотели спросить у вас, как вам здешний бал?
Насколько мне было известно, это был второй сын лорда Мримо Вранков, а окружавшие его лорды, либо были обескуражены Кларком, либо просто куплены им.
— Добрый вечер. Рад с Вами познакомится, но у меня нет желания вести какой-либо диалог. Прошу прощения.
Я хотел спокойно уйти, но Кларк схватил меня за плечо.
— Мэйд! С чего бы у вас такое смутное настроение? Взгляните вокруг! — радостно воскликнул Кларк — Все, что нас окружает это люди высокого сословия и множество прекрасных дам, алкоголь, еда, поэтому стоит ли быть таким суровым в столь радостный час!
— Мне ближе спокойствие. — безэмоционально ответил я.
— Ха-ха-ха! И мне оно тоже по вкусу и вас прекрасно понимаю. Но ради такого бала стоит всё же открыть своё сердце, дабы узреть всю здешнюю красоту. Вы ведь приехали сюда не зря!
— Вы правы, здесь очень красиво. А теперь прошу вас больше не беспокоить меня, либо перейти к делу. Что вам нужно?
— Как же суров! Но, возможно, вы и правы. Тогда перейдем к делу. Не хотите ли присоединится к моему альянсу!? — его веселый тон сменился более прямой манерой речи.
— Можно Я задам встречный вопрос?
— Конечно! Любой вопрос!
— Зачем мне вступать в ваш альянс?
— Ха-ха-ха!!!
Его смех резал слух. Мало того, что он был громкий, так еще и ужасный.
— Зачем!? Вы меня рассмешили, господин Мэйд! Конечно, чтобы стать сильнее! Я хочу собрать альянс среди лордов, который будет способен разгромить любого противника.
— А в чем моя выгода? Что я буду вашим подчиненным, иначе говоря, просто слугой, который будет выполнять ваши приказы?
— Уф, неужели вы думаете, что я так жестоко обращаюсь со своими единомышленниками? Вздор! Это просто вздор! Не стоит думать даже о таком! Моя цель — это поддержка моего круга товарищей и укрепление силы нашего альянса! Только так!
Мое терпение, начало заканчиваться. Он начал мне надоедать своими криками и желанием подмять меня по себя.
— Кларк мне...
— Кларк! Хватит мешать людям отдыхать! Пожалуйста оставь Мэйда Поулэра в покое!
Молодая девушка вмешалась в наш сумбурный разговор и сказала то, что хотел сказать я, правда в более грубой форме.
— Лира! Я никому не мешаю! Я стараюсь сделать так, чтобы наши лорды стали едины!
— Пожалуйста, занимайся этим с теми, кто хочет верить в твои слова, но не будет так настойчивым с другими!
— Ох, прошу прощения Мэйд. Нам, к сожалению, не получиться продолжить наш диалог, но надеюсь, что мы сможем с Вами еще переговорить. Приятного отдыха, а я, откланиваюсь!
Наконец этот концерт закончился и мое желание уехать отсюда, выросло до предела.
— Господин Мэйд, простите его за столь ужасное поведение. Этот человек просто не знает, когда нужно остановится.
— Благодарю Вас.
Поблагодарив ее за помощь, тут же начал уходить. Не желая больше вести никаких диалогов, тут же устремился прочь. Я ощущал взгляд Лиры на себе и возможно, она хотела со мной о чем-либо поговорить, но с меня было достаточно.
Блуждая по залу из угла в угол, наконец дождался начала первого бального танца. Всего их полагается от трёх до семи, но даже до первого я еле дожил. Это был знак, что нужно убираться отсюда как можно скорее. Пока все наблюдали за танцем, я, прихватив с собой бутылка вина, решил, что лучше провести остаток вечера где-нибудь на улице.
Выйдя из банкетного зала в коридор, наблюдал огромное количество картин. Стены были украшены автопортретами знатных особ, королевской символикой и живописными пейзажами. Проходя мимо очередной картины, я вдруг остановился. Мой взгляд буквально вцепился в одну из картин. На ней был изображен посох, что был в игре "Перерождение". Подойдя ближе, я разглядел надпись: "Мруан — возможность начать все заново."
— Что? Вита… Что здесь происходит?
— Вас тоже интересуют эти забытые легенды?
Лира стояла сбоку, и её внезапное появление заставило меня вздрогнуть. Она смотрела на меня с невероятно нежной улыбкой, а ее зеленые глаза сверкали словно изумруды.
— Простите, просто не ожидал увидеть картину с этим посохом здесь.
— Да, не каждый сейчас верит в эти легенды, — ответила она. — Говорят, что в королевстве Мруан церковь владеет посохом Ивропл, но возможно все это лишь слухи.
Тут мой интерес к посохам сыграл со мной злую шутку. Мне страстно захотелось узнать всё, что ей известно о них, и я принялся задавать вопросы, позабыв, что собирался покинуть этот бал.
— Скажите, я правильно понимаю, что если собрать все четыре посоха воедино, то с помощью них можно будет изменить мир?
— Ах! Вы тоже знаете эту легенду! — улыбнулась Лира. — Хочется верить, что она правдива, но ещё никому не удавалось найти даже два посоха, да и сохранить тем более.
— В каком смысле сохранить?
Лира тихо рассмеялась и посмотрела на меня своей ослепительной улыбкой.
— Довольно в прямом. Тех, кто находил хотя бы один посох, обычно убивали. А собрать и удержать все четыре — это просто невозможная задача. На это понадобилась бы вечность.
В этот момент меня я призадумался и пристально посмотрел на картину.
Существует способ изменить мир, но воплотить его можно, лишь переступив через человеческое, оставаясь при этом человеком.
— Довольно иронично, — сказал я с насмешливой улыбкой.
— Мэйд?
— Мысли вслух.
— Извините за прямоту, но можно задать вам нескромный вопрос?
— Да, но не обещаю, что смогу ответить.
— Спасибо. Так вот, почему вы назвали посох Мруан именем Вита?
Между нами повисла неловкая тишина.
— Мэйд?
— К сожалению, я не могу ответить на ваш вопрос. Прошу прощения.
— Ну, я сама согласилась на такие правила, — улыбнулась она. — Простите за настойчивость, но можно ещё один вопрос? Почему вы ушли из банкетного зала?
— Мне там нечего делать. Вот и все.
— Ох, простите, я не знала, что вам не нравится подобные мероприятия.
— Здесь нет вашей вины, извиняться не за что. Просто такие встречи, не для меня.
— Извините. М-м-можно задать в-в-вам последний вопрос?
Лира вдруг начала заметно смущаться — опускала глаза и переминалась с ноги на ногу.
— Последний.
— Н-н-не хотите ли вы станцевать со мной следующий бальный танец?
Если сказать, что я удивился — это ничего не сказать. Для девушки приглашать мужчину не то чтобы неприлично, но в этом мире это было что-то из ряда вон.
— Лира, зачем Вам это?
— Ну, э-э-э. Ты ой, ой! То есть вы! Вы! Вы мне понравились и-и я ну-у-у, во-о-от решила пригласить вас.
Её резкая перемена насторожила меня. Спокойная и уверенная девушка вдруг стала наивной и растерянной.
— Могу я вам задать вопрос? — уверенно спросил я.
— Д-да, конечно!
— Почему вы так резко изменились? Если это нарочно, лучше скажите прямо: зачем вы это делаете?
— Ну... Вы мне п-понравились, — её слова путались и рвались, а взгляд упорно искал что-то на полу. — Я решила попробовать позвать т... вас! На танец. И заодно поговорить с вами.
— Не знаю, чего вы хотите, и это настораживает. Хотя, если подумать, родители всё равно рано или поздно начнут заставлять меня искать жену, и тогда...
— Ж-ж-жена!? Что ты такое говоришь!? Ну-у-у я и не против, но… неужели ты тоже сразу влюбился в меня!? Это слишком быстро! Хотя, с другой стороны… когда, если не сейчас!?
— Подождите! Вы неправильно меня поняли!
Лира внезапно бросилась ко мне и обняла, уткнувшись лицом в грудь. Что-то пробормотав себе под нос, она подняла взгляд и тихо спросила:
— Скажи… когда будет наша свадьба?
В тот же миг бутылка вина выскользнула из моей руки и с глухим звоном разбилась об пол.
— А!?
Глава 5. Бытие
Жизнь полна сюрпризов. Иногда она приносит боль, иногда радость, но так или иначе, всегда заставляет принять их, нравится тебе это или нет. И именно в таком ключе незаметно пролетели три года моей новой жизни — уже вместе с Лирой Ринкт.
Мы поженились всего через месяц после бала. Это были самые странные дни, какие только можно представить. Всё произошло так быстро, что я не успел осознать, где кончается знакомство, и начинается брак. Отец Лиры, Данкт Ринкт, был безмерно рад и принял меня в семью без колебаний, будто-бы ждал, когда кто-то наконец осмелится взять его дочь замуж. Жена Данкта, Мила Ринкт, оказалась женщиной доброжелательной, но навязчивой: каждый день она расспрашивала, как мы познакомились, кто сделал первый шаг, кто кого любит сильнее. Я почти сразу понял, что подобное поведение было нормой для всей их семьи и быстро принял это… или, скорее смирился.
У каждого из них были свои причуды, и Лира в этом смысле далеко от них не ушла. Впрочем, мы с ней были похожи, у меня как и у моей семьи, хватало собственных странностей.
Сразу после свадьбы Лира принесла мне лист с правилами, которые я не должен был нарушать.Сразу после свадьбы она установила: не обнимать, не смотреть слишком долго и даже не разговаривать с другими женщинами без особой нужды. Сначала это раздражало, потом — забавляло. В её ревности было что-то живое, искреннее, что давало мне то, чего раньше я никогда не ощущал. Может, это и была любовь… или нечто, стоящее рядом с ней. Так или иначе, Лира стала для меня по-настоящему важной.
Мич и Миранта отнеслись к столь скорой перемене в моей жизни с удивлением, но поддержали меня. Мич, не теряя времени, выстроил отношения с Ринктами, разумеется, извлекая из этого и собственную пользу — чего от него, впрочем и ожидал. А Миранта была просто счастлива, что я нашёл, наконец, близкого человека.
В этой сумбурной атмосфере пролетели три года совместной жизни. Мы поселились в другом доме Мича — том, что изначально строился как гостевой, но был отдан нам в качестве свадебного подарка. Однако подарок от семьи Лиры оказался куда менее приятным: две семьи рабов. Мне до сих пор больно об этом думать, но так оно и есть. Они убирали, готовили, ухаживали за садом — и каждый их покорный взгляд напоминал мне, что этот мир не изменился.
Однако настоящим потрясением стало другое — Лира владела магией. Когда-то в детстве она обучалась этому искусству, но в трудные годы её семья продала магическую палочку. Эта палочка была сделана из фриара — редкой руды, без которой невозможно направлять энергию. Сейчас же — бунты, гражданская война, остановившиеся шахты, всё это превратило руду в роскошь даже для знати. Магия, одна из главных опор королевства, постепенно исчезала вместе с теми, кто ею владел.
Но Мич, как всегда, нашёл выход. Благодаря своим связям он достал новую палочку — из соседнего королевства, Мронт. Сделка стоила ему целое состояние, но он свойственно себе решил эту проблему.
И стоило мне только подумать, что наконец увижу магию собственными глазами, как возникла настоящая проблема заключалась в том, что наставников больше не осталось. Почти все, кто мог обучить этому искусству, к тому времени покинули Висант из-за ухудшившейся обстановки. Лире пришлось учиться самой методом проб и ошибок.
И, после долгих и изнурительных месяцев тренировок, я впервые увидел нечто по-настоящему прекрасное. Лира подняла воду из ведра прямо в воздух, и, взмахнув палочкой, заставила её разлететься во все стороны сверкающими брызгами. Увидев это впервые, я не мог вымолвить ни слова. Это было… невероятно. Мир, в котором я столько лет видел лишь грязь, кровь и рабство, вдруг показал мне нечто чистое, живое, настоящее. И мне хотелось верить, что даже в выжженной пустыне может расцвести цветок.
Глава 6. Жизнь/Смерть; Смерть/Жизнь
Прошли очередные два года, нашей совместной жизни. Хоть я порой и не понимал её порывов, жили мы душа в душу, и жаловаться было грешно. За это время её магические навыки окрепли, а я продолжал оттачивать военное искусство и владение мечом. В мире, где кровавая бойня была вопросом ближайших дней, нужно было быть готовым ко всему. И если уж брать в руки оружие, то удар должен быть точным.
Не смотря на все происходящее, настало время нашего первого похода в подземелье. Это была учебная экспедиция, призванная проверить все навыки, добытые упорными тренировками. Миранта яростно протестовала против нашей вылазки в столь смутные времена, но Мич, взяв всю ответственность на себя, и сумел её уговорить.
Что для меня стало открытием, так это существование в этом мире монстров, по крайней мере так их называли. На деле это были насекомые в недрах подземелья, которые поглотили Фриар, и из-за этого превратились в различных тварей.
В большинстве своем их размер и не превышал метра, но иногда и достигали поистине ужасающих размеров. Однако все эти твари, находились именно что в подземельях и не выходили наружу, никто не знает почему, но таково было их правило. И наконец, мне стала понятна полностью причина, по которой в Висанте почти прекратили добычу Фриар: редкая руда таила в себе смертельную опасность, в свою очередь требовало огромных вложений, что не могло позволить Висант в это смутное время.
Собрав отряд из шести человек во главе с Мичем, мы отправились в давно исследованное подземелье. Оно было довольно маленьким и неглубоким, что делало его идеальным местом для тренировок.
За двадцать один год жизни в этом новом мире, я овладел лучше всего одноручным мечом, хоть он был и не так удобен в узких проходах пещеры, но это было идеальное оружие для всего. Твоя задача лишь сблизиться, а все остальное сделает он. Также я взял собой кинжал, который стал подарком от Лиры в честь моего прошедшего дня рождения. В свою очередь она взяла магическую палочку и воду. Суть магии в этом мире заключалась в простом правиле: из ничего нельзя создать что-то. Если ты владеешь магией воды — тебе нужна вода. Магией огня — огонь. Воздуха — воздух. Сложно было судить, хороша она владеет магией или нет, но однозначно Лира проделала огромную работу, чтобы научится ей управлять.
Подойдя к пещере, мы остановились у её входа, чтобы сделать последние приготовления перед тем, как войти внутрь.
— Ну что, ребятки, готовы к первому этапу? Вот ваш шанс воспользоваться всем, чему вы научились за это время! — бодро сказал Мич.
Я лишь молча кивнул, на весь на его энтузиазм.
— Как обычно. — с ехидной улыбкой проговорил Мич. — Лира! Это первый твой опыт, так что будь аккуратнее.
— Конечно папа. — улыбаясь ответила она.
— Наша задача — сделать небольшой круг и отточить навыки на монстрах, если они, конечно, найдутся. На всё про всё — шесть часов. Спешить некуда, испытывайте всё, чему научились.
Мич как бывалый солдат, чувствовал себя в этой обстановке словно дома. Его манера вновь переменилась, как и на королевскому балу, только на этот раз он стал жёстче и лаконичнее. Мне это не нравилось, но я понимал — такова его солдатская натура.
Факелы вспыхнули, озаряя вход в пещеру, и мы шагнули во тьму. Ледяной воздух подземелья ударил в лицо, а каменные стены тут же подхватили каждый наш звук, который разнесся гулким, тяжелым эхом. И пока Лира с опаской водила взглядом по мрачным сводам, я смотрел на всё разинув рот. Это была всего лишь пещера, но её могильный холод, сырость, давящая темнота и звенящая тишина пронизывали до самых костей.
— Дорогой, как думаешь, какие эти монстры? — прошептала Лира мне на ухо, сжимая мою руку.
— Я думаю в них нет ничего особенного, поэтому не стоит переживать.
— Да, я понимаю, но мне здесь как-то не по себе.
— Не переживай, я буду с тобой.
Лира прижалась ко мне и прошептала на ухо:
— Мэйд, ты не хочешь ребенка?
Я остановился и смотрел на нее выпучив глаза.
— Прости? Что!? — шёпотом выкрикнул я.
— Просто скажи, да или нет?
— Видимо этого диалога не избежать, поэтому скажу как думаю. Я хочу вместе с тобой ребенка, чтобы мы вырастили его и жили счастливо. Но сейчас, не лучшее место об этом даже и думать.
На её губах расцвела улыбка, и она нежно поцеловала меня. Мич, наблюдавший за сценой, лишь усмехнулся и показал мне одобрительный палец вверх.
— Я знаю. Мне хотелось услышать это от тебя, чтобы успокоиться.
— Я люблю тебя.
— И Я люблю тебя.
Я знал, что Лира хочет ребёнка, но никак не ожидал услышать это именно в тёмной пещере, в момент, когда мы должны были проверять свои навыки убийства. Видимо, в этом она вся в своих родителях, которые решились на ребёнка уже в пятнадцать лет.
Я же смотрел на это иначе — так, как и моя семья. Сначала нужно пожить, обустроиться, набраться опыта, заработать денег, дождаться, пока в королевстве станет спокойнее, а уж потом думать о ребёнке. Но я прекрасно понимал: даже если объясню ей всё это, максимум, на который удастся отложить разговор и само действо, — всего пару дней. Впрочем, за последние пять лет моя жизнь изменилась настолько, что, пожалуй, я уже был готов и к ребёнку.
Пока в голове крутились эти мысли, мы дошли до какой-то развилки. Мич тут же обернулся и указал на нас с Лирой.
— Вот и наша развилка. — прокричал Мич. — Если мы пойдем в одну сторону, то выйдем из другой.
Мы кивнули в ответ и двинулись дальше. С каждой минутой, по мере того как мы углублялись в пещеру, мне становилось всё сложнее сохранять в голове хоть какую-то позитивную ноту. Пещера казалась бесконечной, однообразной — каменные стены, гулкие шаги, и где-то вдали будто раздавались приглушённые звуки монстров. Напряжение зашкаливало — по крайней мере, для нас с Лирой. Позади нас спокойно и безучастно шли бывалые воины, давно привыкшие к подобной обстановке. Мич уверенно вёл группу вперёд, то и дело заглядывая под валуны и в боковые трещины, проверяя, нет ли где скрытого прохода или засады.
И так прошёл очередной час нашего, уже скорее скучного, чем опасного путешествия. Мы решили устроить короткий привал и перекусить. Пока раскладывали еду и немного отдыхали, Мич, отправился вперёд — проверить, не прячется ли поблизости какой-нибудь монстр. Мы с остальными воинами обсуждали встречавшихся ранее существ, когда вдруг услышали стремительные шаги — Мич бежал к нам.
— Это Мич. И я сомневаюсь, что у него хорошие вести. — мрачно констатировал один из воинов.
— Собираемся и уходим? — нервно спросил я.
— Скорее, бежим.
Из темноты вынырнул Мич. Его глаза были полны ужаса, он молча, отчаянными жестами показывал, чтобы мы бежали. Не задавая вопросов, мы сорвались с места.
— Черт! Черт! — бормотал он, постоянно оборачиваясь назад.
Никто не понимал, что происходит и почему Мич был так встревожен. Как вдруг позади послышался оглушительный грохот, и стены пещеры содрогнулись. Мы замерли, вглядываясь в клубящуюся каменную пыль в тщетной попытке разглядеть хоть что-нибудь.
— БЕГОМ! ЖИВО!
Мич не останавливаясь, бежал вперёд, пока мы всё ещё стояли на месте, парализованные непониманием.
— Я СКАЗАЛ, БЕГОМ!
Когда пыль осела, перед нами предстал гигантский муравей. Он был чудовищен. Его хитиновый панцирь отливал маслянистой чернотой, а из жвал стекала вязкая жидкость. Размером он был с двухэтажный дом, и один лишь его вид сковал нас ледяным страхом.
Наконец выйдя из ступора, я схватил Лиру за руку, и мы бросились прочь. Она всё ещё была в состоянии шока, но выбора у нас не было. И стоило побежать нам, монстр тут же помчался за нами.
Мы бежали, не оглядываясь, в то время как сама пещера начала осыпаться. Лира, споткнувшись о один из валунов валун, упала на землю. Муравей был уже в паре шагов, его заострённая конечность занесена для удара. Без единой мысли, на чистом инстинкте, я подхватил её и отшвырнул назад, успев уберечь от смертоносных клешней, а сам кубарем скатился под брюхо твари. Выхватив меч, я изо всех сил вонзил его в мягкое брюхо. После чего, тут же выкатился из под него, теряя дыхание. Это тварь взревела и замерла, но мой удар был неточным, и клинок почти сразу выскользнул из тела муравья.
— ЛИРА! Бегите отсюда! — выкрикнул я.
— Мэйд! Нет! Пожалуйста, НЕТ! — её голос был искажён рыданиями, и это придало мне решимости.
Подобрав с земли камни, я начал швырять их в монстра, отступая назад.