Перерождение

Глава 7. Мруан

— Снова это темнота… Значит, всё получилось. Я успел воспользоваться посохом и смогу переродиться в другом мире...

Вокруге меня, был знакомая мне темнота. Я не ощущал ни своего тела, ни рук, ни ног, однако был уверен в одном. На моём лице застыла улыбка.

— И всё же, это была довольно интересная жизнь.

Мои глаза открылись, но вместо ожидаемой темноты меня ослепил яркий свет. Прищурившись, я разглядел, что свет исходил от множества камней, усеявших стены.

— Где я? Разве я не должен быть сейчас в утробе? — пробормотал я.

Подняв свою руку, то ощутил леденящий ужас. Это была не просто взрослая рука. Это была моя рука, вместе с той же одеждой, что и в момент смерти. Я судорожно начал ощупывать своё тело, и новая волна ужаса накрыла меня с головой. На мне не было ни ран, ни крови, ни дыры в животе.

— Твою мать… Твою мать… Твою мать! Что здесь происходит!? Может, это был сон? Д-да! Просто дурной кошмар! Но тогда какого чёрта я в этой сраной пещере!? — судорожно кричал я.

Вскочив на ноги, я принялся осматривать пещеру в надежде найти хоть что-нибудь, однако долго искать не пришлось. Скелет. Тот самый скелет, что был перед моей смертью. Подойдя к нему, я увидел лужу багровой крови, в которой лежал кинжал. Мой кинжал.

— Нет... Нет... *****! Что здесь творится!?

Присмотревшись, я заметил множество клочков своей порванной одежды. Я тут же начал осматривать себя, но одежда на мне была цела — ни одной торчащей ниточки.

Не в силах выдержать тяжесть происходящего, я рухнул на колени в лужу собственной крови.

— Что здесь происходит? Я же должен был переродиться! Почему я здесь!? ПОЧЕ...

Подняв голову, я увидел всё того же скелета, что и перед смертью, с одним лишь отличием — на этот раз он был без посоха.

Поднявшись из кровавой лужи и приблизившись к нему, я окончательно убедился: передо мной всего лишь груда костей, и ничего более. Внимательно осмотрев его останки, заметил, что одна из костлявых рук опирается на небольшой сундучок. С усилием вырвав его из мёртвой хватки, я попытался открыть, но ничего не вышло и тогда, переполненный эмоциями, швырнув об стену.

С треском разлетевшись на множество мелких кусочков, сундучок рассыпался, а из него вылетел небольшой обрывок бумаги. Подняв его, увидел, что текст почти стёрся — время безжалостно разъело чернила, оставив лишь бледные, расплывшиеся строки. Но даже сквозь выцветшие символы я понял, что слова были написаны на Апрау, языке королевства Мронт.

"Как и у всего в этом мире, есть свои правила. И эти правила записаны не богами, а людьми, что придумали законы мироздания".

— Какие ещё правила? *****...

"Когда человеку даруется сила извне, перед ним исчезают границы возможного. Однако существую те, кто отверг лёгкий путь, скрыв их от людей.

Однако тот, кто сумеет их отыскать, сможет переступить законы мироздания, и посохи станут не просто инструментом, а частью души своего владельца.

Принести в мир свет или погрузить его во мрак, каждый решит сам, но последствия этого выбора коснутся всех ныне живущих.

На весах, жизнь равна смерти, но исход зависит от того, кто ими владеет."

— Великолепно… философия на крови! Фантастика!

"Имя, данное посоху в каждом мире, отражает его суть. Позвав его, он ответит, если душа владельца готова услышать".

— Позвать посох! Сейчас позову! Что за *****!?

Все вокруг угнетало, события обрушились одним большим комом не давая сосредоточиться. Поэтому, я был готов поверить во что угодно, лишь бы забыться. Закрыв глаза и отбросив все мысли, погрузился в себя, в поисках хоть мгновенного покоя.

— Вита.

Я не знал, чего ожидать. Яркого света, тяжести в руках или на самом деле, ничего, однако эти минуты позволили мне успокоиться. Всё, что происходило, давило на меня, превращая любое размышление в ничто, но в этот миг в голове воцарились спокойствие, а в сердце — тишина.

Спустя время, я наконец открыл глаза, и увидел то, к чему явно не был готов, — передо мной парил золотой посох. Протянув руку, я почувствовал, как он сам лёг в мою ладонь.

— Не… невероятно…

Одно дело видеть его в игре или на картинах, и совсем другое держать в руках наяву. И тут же другая мысль пронзила моё сознание. Взгляд оторвался от посоха и устремился в никуда, а я вновь погрузился в себя.

— Мруан.

Прошли очередные несколько минут и из воздуха появился Мруан, выглядящий точь-в-точь как Вита.

— Два из пяти. Ещё немного и смогу собрать все остальные посохи, — усмехнулся я.

Воодушевленный собственным сарказмом и таким достижением, я на время забыл, что переродился в том же самом мире. Было сложно объективно смотреть на происходящее, но так или иначе одно было ясно — нужно выбираться из пещеры.

— Вита, — тихо прошептал я.

Едва я назвал его имя, как он тут же исчез.

— Мруан.

В ту же секунду исчез и Мруан.

— Ну хоть что-то работает. Наверное, не всё так плохо?

Это был риторический вопрос, на который я и так знал ответ. Не то чтобы мне было спокойно, но в этот момент мои мысли были ясны. Они не метались из стороны в сторону, и в моём положении это можно было считать победой.

Я поднял кинжал из кровавой лужи и привычным движением убрал его за пояс. Оглядевшись, заметил узкий проход, уходящий вглубь. Там царила кромешная тьма: светящихся камней практически не было, поэтому я решил захватить несколько с собой. Эти камни, скорее кристаллы, нежно переливались голубоватым светом, который то разгорался, то едва тлел.

Но стоило попытаться вытащить один из них, как возникла новая проблема. Эти камни оказались куда прочнее, чем я ожидал. Это был не хрупкий кристалл, рассыпающийся от первого удара, а настоящий светящийся минерал, крепко вросший в стены пещеры, именно поэтому пришлось импровизировать.

Вернувшись к скелету, я “одолжил” у него одну из костей и после чего попытался ею добыть кристалл. Толку было мало. Тогда я взял ещё несколько костей и соорудил подобие кирки, перевязав их своей рубашкой.

Следующие полчаса я провел, сражаясь с кристаллом. Импровизированная кирка несколько раз разваливалась, и мне приходилось переделывать ее, пуская в ход уже и штаны, так что в итоге я остался в одних трусах. Кое-как, использовав ещё несколько костей, все же смог добыть кристалл. Не скажу, что чувствовал себя хорошо — что-то внутри съедало меня от мысли, что я оскверняю останки, но думать о морали было некогда.

Сейчас меня волновало не это, и даже не то, сколько времени уйдёт на подъём, а тот самый муравей. Всё, что я мог ему противопоставить, — этот кинжал, который вряд ли способен хотя бы ранить ту тварь.

Однако было и то, что меня удивляло. На такой глубине вовсе не было холодно, даже после того как остался почти голым, я чувствовал лишь лёгкую прохладу. При этом заметил, что прошло уже немало времени, а есть мне совсем не хотелось. Списывая это на адреналин, я не стал углубляться в тему — голодная смерть меня не прельщала. Наконец, привязав кристалл остатками одежды к кости, двинулся вглубь пещеры.

Углубляясь все дальше, я полностью потерял счёт времени. И меня всё сильнее пугало то, что не чувствовал ни усталости, ни голода. Наверное, с момента перерождения прошло больше десяти часов, но во мне будто бушевала энергия. Но все же, с каждым шагом идти становилось тяжелее, не от изнеможения, а от нарастающего страха встречи с муравьем.

Через некоторое время до меня донеслись звуки, похожие на отдалённый грохот. Я не питал иллюзий, что там могут быть люди, готовые помочь и полностью отдавал себе отчёт — это тварь где-то рядом. Нужно было быть готовым бежать, хотя куда и как, я не знал. Сзади был тупик, а впереди это тварь.

Подходя ближе к этой твари, последние остатки моей храбрости начали испаряться. Ноги подкашивались, страх сковывал разум. Всё медленнее, почти на цыпочках, я продвигался вперёд. И тут громкий рёв муравья заставил меня замереть. Тело перестало слушаться, я не мог ни пойти вперёд, ни вернуться назад. При этом, у меня не было выбора: либо двигаться навстречу муравью, либо отступать и умереть от голода. Воздух будто перестал попадать в лёгкие, я с трудом мог вдохнуть, дабы наполнить свои легкие, а сама тварь не умолкала.

— Нет. Нет. Пожалуйста. ХВАТИТ!

Я изо всех сил ударил себя по лицу и рухнул на землю.

—С-с-спокойствие... П-п-просто успокойся. Дыши. Я-я-я не хочу умирать!

В этот момент мне стало не по себе. Страх поглотил меня, и я почувствовал, как схожу с ума. Мир закружился и, поднявшись на колени, я рассмеялся.

— Ха-ха-ха! Вот оно! Вот что значит дорожить жизнью! Я уже и забыл, что это такое! Прекрасное чувство!

Пещеру огласил хохот сумасшедшего. В этот момент мне стало уже всё равно, услышит ли меня муравей.

В прошлой жизни, смерть казалась мне естественной, и я считал бессмысленным плакать о ней. Так же думал и после перерождения. Но сейчас... Сейчас я боялся. Боялся умереть. Эта абсурдность невероятно смешила меня.

Я не мог остановиться, и отчетливо слышал, приближающиеся ко мне грохот. И совсем скоро, муравей пришёл на смех сошедшего с ума человека. С первой нашей встречи он ничуть не изменился. Это была та же самая тварь.

Поднявшись на ноги, я схватил свой кинжал и мог лишь кричать:

— Давай! Иди сюда!

Муравей не заставил себя ждать. Он рванул на меня, не повторяя ошибку в ущелье, но психа сложно напугать, и я не собирался бежать.

— Нападай! Я готов убить те...

В мгновение ока я едва успел моргнуть. Моё тело рухнуло, а голова покатилась по каменной земле. Последнее, что я увидел, — муравья, стоящего над моим обезглавленным телом.

Глава 8. Начало Ада

— Тьма. И вновь эта тьма. Значит, всё. Конец. Мои последние мысли угасают. Был ли я счастлив? Была ли моя жизнь хорошей? Пожалуй… да. Три перерождения, каждое из которых — странное, но всё же… интересное. Не думаю, что меня ждёт рай или ад. Пожалуй, лучшим исходом был бы покой…

Мои слова растворялись в пустоте, становясь всё тише.

— Всё же неплохая была жизнь, — прошептал я в пустоту.

Вдруг свет ударил в глаза, и я машинально поднял руку, чтобы прикрыться. Зажмурившись, приоткрыл глаза и увидел на себе ту самую рубашку, в которой и был изначально. Резко подняв голову, увидел знакомую пещеру: сырой воздух, неровные стены и тот же слабый блеск кристаллов. Я снова оказался в ней.

Тут же по спине побежали мурашки, рубашка мгновенно промокла от пота. И схватившись за голову, я уже принял тот факт, что сошёл с ума.

— Что? Почему? Где? Кто-нибудь? Пожалуйста! ЧТО СО МНОЙ!? — крик эхом прошел по всей пещера.

Я дрожал и не понимал, почему снова оказался здесь, в этой проклятой пещере, на том же самом месте. Уже во второй раз. Здраво мыслить было невозможно — эмоции захлёстывали, а страх перед необъяснимым лишь нарастал.

— Меня же убил муравей… значит… сон! Это просто сон! Конечно! Просто сон! Ха-ха!

Истерический хохот, отражаясь от стен, создавал жуткую картину. Я знал, что это не сон, но сознание отчаянно цеплялось за эту иллюзию.

— Спокойно. Дыши... — кое-как выдавил я. — Нужно лишь проверить.

Поднявшись, я подошёл к тому месту, где, как мне хотелось верить, не добывал светящиеся камни. И все же, на земле лежала моя самодельная кирка и несколько кристаллов. В этот момент моё лицо исказилось — то ли от ужаса, то ли от смеха, то ли от безумия. И снова пещера огласилась истерическим хохотом.

— Нет! Нет! Я не хочу в это верить! Почему я снова здесь!? *******!

Смех сменился рыданиями, и я упал на землю. Физически не чувствовал усталости — моё тело было в идеальном состоянии, однако мысли и эмоции не давали покоя. Перед глазами стояла одна картина: муравей, стоявший над моим обезглавленным телом.

— Я умер. Я точно сдох… — прошептал я, едва дыша.

Моё психическое состояние достигло дна. Тошнота накатывала снова и снова, будто мой разум пытался извергнуть сам себя. Но даже так я не мог думать ни о чём, кроме собственной смерти — и того, как моё тело пожирает муравей. Одна лишь эта мысль вызывала новый приступ тошноты, выворачивая желудок наизнанку.

Вскоре, приступ все же отпустил меня, и я смог подняться на ноги. Как угодно, но мне нужно было собраться с мыслями.

— Если это не сон, а реальность, то проблема остаётся прежней. Мне нужно выбраться, пока не сдох с голоду или не стал обедом для муравья.

Путей было немного. Пещера предлагала всего два: вверх — откуда я падал около минуты или вглубь — где обитает муравей.

— Великолепный выбор! — усмехнулся я. — Сдохнуть от падения и все же убиться об воду или быть съеденным этой тварью. Идеально!

Ни тот, ни другой вариант меня не радовал. Но одно было ясно точно: меня сковывал страх. Я не понимал, что происходит. Почему? Как? Я должен был возродиться в другом мире, но этого не произошло. Умерев уже в третий раз, всё равно остался жив. Остался в том же мире, в той же пещере, но и с теми же целями и с тем же муравьём.

Всё тело дрожало, мысли путались, но время работало против меня. Нужно было идти. Взяв в руки светящийся камень, я двинулся вглубь пещеры.

На этот раз я шёл гораздо медленнее. Каждый шорох, каждый звук заставлял вздрагивать. Мне не хотелось снова встречаться с этой тварью, но при этом, я боялся увидеть свой труп. Где-то в глубине души теплилась надежда, что всё это — сон, и ничего из прошлого. Но чем ближе подходил к месту своей смерти, тем сильнее дрожали ноги. Увидеть, как эта тварь пожирает моё тело, было выше моих сил.

Знакомый мне рёв раздался по всей пещере. Тот самый рёв. Тот, что я слышал перед своей смертью.

— Один в один... — прошептал я. — Нет. Прошу...

Меня тут же вновь затрясло. Я не мог двигаться. Мне хотелось плакать и кричать. Я понимал, что ещё немного — и муравей вновь придёт за мной. И чтобы вернуться в реальность, я с силой воткнул кристалл себе в ногу. Боль разошлась по всему телу и уже был готов закричать во весь голос, но все же, с силой сжав свой рот, смог сдержаться. Боль вывела мозг из оцепенения, и я наконец смог думать.

— Всё хорошо. Всё хорошо, — именно эти слова стали моей мантрой.

Аккуратно вынув кристалл, я оторвал рукав рубашки и перетянул рану. Затем, прислонившись к стене, медленно побрел вперед.

— Как же больно *****! — прокричал я сквозь зубы.

Я всё ещё слышал оглушительный рёв муравья, но теперь он казался не таким всепоглощающим — адреналин начал глушить страх. Мне было ясно, что нужно было идти, несмотря ни на что. Однако с каждым шагом воздух становился всё гуще, а дышать — всё тяжелее. Запах крови. Это означало, что я приближаюсь к месту, где муравей пожирал меня. Внутри всё сжималось от ужаса и сопротивлялось, но ноги, будто загипнотизированные, продолжали своё движение.

Пройдя вперёд, я увидел зрелище, которое хотел бы тут же забыть. Земля, стены — всё было залито кровью. Воздух пропитал ужасный смрад, от которого выворачивало. Меня вновь затошнило, но желудок был уже пуст.

Зажав нос, я двинулся вперёд, ступая по собственной крови. Но последней каплей стал мой кинжал, лежащий посреди этого апогея ужаса. Я медленно приблизился к нему и, не выдержав, опустился на колени прямо в липкую алую лужу.

— Значит, это правда... Но почему? Почему я ещё жив!?

В этот же миг, я ударил себя по лицу кулаком, и на мгновение это помогло вернуться в реальность и не потерять рассудок, дабы как и в прошлой раз, сойти с ума.

— Соберись! Худшее подтвердилось, но это не значит, что я должен умереть так же бездарно!

Последнее, чего мне хотелось прямо сейчас, — снова стать добычей этой твари. Поэтому, как бы ни тянуло забиться в угол и зареветь, нужно было держать себя в руках.

Я взял свой кинжал, обтёр его об одежду, убрав остатки крови, положил в ножны.

Поднявшись из лужи, я хотел продолжить путь, но, сделав пару шагов, наступил на что-то мягкое. Посветив кристаллом, увидел собственные останки. Точнее то, что не смогла проглотить эта тварь. И вновь волна страха полностью захлестнула меня, и я просто побежал вперёд. Не оглядываясь, не думая ни о чём. Всё, чего я хотел, — это как можно дальше убежать от этого места. Слёзы наворачивались на глаза, думать об этом я уже не мог.

Остановился я лишь тогда, когда почувствовал, что могу снова дышать, не вдыхая запаха собственной крови и разлагающейся плоти.

— *****! *****!

Оперевшись о стену, я, будто человек на последнем издыхании, начал жадно глотать воздух. Волны эмоций то и дело накатывали на меня, а мысли метались вразброд, не давая и минуты покоя.

— С-с-соберись... С-соберись... — кое-как пробормотал я.

Немного успокоившись, я всё же смог прийти в себя и осмотреть место, где нахожусь. И первое, что заметил, был не проход в пещере или что-либо ещё, а моя перебинтованная нога.

В это же мгновение я схватился за неё руками, но, прикоснувшись к дыре в ноге, не почувствовал ни боли, ни самой раны.

— Какого?

Разрезав самодельный бинт из рубашки, обнаружил, что на месте раны ничего нет. Как будто я и не вонзал в ногу кристалл. В панике, начал ощупывать себя, пытаясь найти рану, но её не было.

— ТВОЮ МАТЬ! — я прокричал это, совсем забыв о тишине. — Где она!? Я же точно вонзил кристалл в ногу! Тогда где? Где!?

И тогда, я размахнулся и снова вонзил кристалл в ногу, после чего рухнул на землю от боли.

— Буду смотреть в одну точку! Хочу понять, что, чёрт возьми, происходит!

Спустя несколько минут я увидел невероятное: кожа вокруг дыры стягивалась с невероятной скоростью, и через пару минут зажила полностью, словно ничего и не было. Я оцепенел.

— Нет... нет... что со мной!?

Я ничего не понимал и, пожалуй, именно это пугало сильнее всего. Умерев уже несколько раз, всё ещё был жив. А теперь, даже раны на моём теле затягиваются за считанные секунды.

— Что я такое? Почему это происходит со мной? Я уже просто хочу сдохнуть!

Дрожь полностью завладел мной, и начал биться в конвульсиях. Валяясь на земле, я рыдал, кричал и бился в истерике, позабыв обо всём.

Мне казалось, что именно паника и страх стали для меня обыденностью, частью повседневности, а спокойствие — чем-то чуждым, почти ненормальным.