- -
- 100%
- +
Посвящается тому, кто не перестает верить в торжество справедливости и победу добра над злом.
В ловушке.
Взрыв. Тонна пыли поднялась в воздух. Пещера оказалась забаррикадирована огромными валунами, которые обрушились во время взрыва. Шум битвы затих, и теперь можно было слышать, как откуда-то из недр горы Редингрейт течет ручей воды, прославленный своими целебными свойствами.
Но двадцатипятилетней Мэриэнн Смит сейчас никакой ручей не поможет. Она оказалась в ловушке с раненной рукой, без патронов и лицом к лицу со своим врагом.
Даймонд Блэк тяжело дыша, смотрел на самого близкого друга его врага- главы повстанцев Итана Лэнгфорда. Дорога была перекрыта. Для него это не было бы проблемой, не окажись он взаперти именно с той, кого он предпочитал и не знать.
–Хватит пялиться, Блэк! Стреляй, и покончим с этим! Наконец-то, ты сможешь избавиться от малолетней выскочки!
Девушка произносила эти слова словно выплевывая. Ее одолевала дикая ярость за то, что в каждом своем выступлении этот сын генерал-маршала говорил, что она малолетняя выскочка, которая не понимает во что ввязалась. Это очень выводило ее из себя особенно, потому что Блэк был всего на 2года старше нее, и они учились в одной академии. И хотя они никогда не были приятелями, война окончательно развела их в разные стороны
–А почему ты не стреляешь или тебе слабо? Неужели в вашем сообществе повстанцев на убийство наложено табу? – ехидно спросил молодой мужчина.
Он смотрел на нее словно впервые. Отчасти, потому что это был единственный раз, когда он мог смотреть на нее, не опасаясь быть замеченным. В свете фонаря, который лежал на земле неподалеку, он мог отчетливо ее разглядеть. Она стояла, прислонившись спиной к обвалу, который преграждал их путь на свободу. Вид у нее был сосредоточенный, но усталый. Сама того не замечая она дюйм за дюймом сползала на землю. Смуглая кожа лица казалось бледной при свете фонаря. Тонкие брови хмурились, а побелевшие губы были плотно сжаты. Блэк признавал, что красота этой шатенки была довольно посредственной, но это не мешало ему чувствовать к ней тягу.
Она молчала и изучала своими карими глазами молодого мужчину, что был напротив. Это был тот самый сын генерал-маршала который постоянно воевал с ней и обливал грязью, называя "посредственной, глупой бездарностью, которая лезет на рожон". Однако вместе с этим она прекрасно понимала, что перед ней человек, обычный человек.
Девушка рассматривала его бледную кожу, темные волосы, которые взлохматились вовремя битвы. С удивлением заметила, что он несколько дней не брился, и теперь его острый подбородок подчеркивала щетина. Прямой нос очень выгодно смотрелся с профиля. Тяготы войны не испортили его, и для своих двадцати-семи лет он выглядел очень даже хорошо.
Широкоплечий Блэк стоял напротив нее в глубине пещеры в двух шагах от дальней стены. Даже со своим ростом в 193 см он казался маленьким за счет высокого потолка пещеры. Не говоря уже о Мэри, в которой было всего 175см. Мериэнн не знала, что от него ждать и надеялась лишь на скорую смерть без пыток. Свою раненную кисть она прятала под пальто, словно грея руку. Как истинный воин она больше всего боялась, чтобы ее жалели.
Решив, что дальше молчать бесполезно, она призналась:
–У меня кончились патроны. Если бы были, то поверь, ты бы не стоял напротив меня.
Голос у нее был спокойным. Минутная вспышка ярости уже прошла. Конечно, она знала, что даже будь у нее патроны, она бы не убила его, но ранить и сидеть в безопасности могла.
–Ты вышла в бой без запасных патронов, Смит? Мне казалось ты уже опытный боец- с удивлением заметил ее противник.
Мужчина медленно сел на землю прислонившись головой к стене позади. При этом он не переставал смотреть на нее во все глаза, стараясь запомнить каждую черту лица.
–Так ты считаешь меня опытным бойцом? – не меньше удивилась она, стараясь забыть о ноющей боли в руке.
Даймонд ничего не ответил, он лишь смотрел на нее, погружаясь в свое горе. Он помнил, как впервые встретил ее в Академии такую умную и добрую. Но уже тогда они были разными. Он сын генерал-маршала королевства Ратомир. Она дочь обычного кузнеца, который чудом находил деньги для ее обучения.
Пока он наблюдал за ней, придумывая сверхсложный план знакомства, она стала лучшей подругой наследного принца Итана Лэнгфорда. Это оказалось вторым кирпичом в стене между ними. Не теряя надежды, Блэк решил познакомиться с ней и заодно наладить отношения с Итаном. Но малолетний выскочка послал его куда подальше, обвинив в лицемерии. Это был третий кирпич их стены раздора. Причиной четвертого кирпича была казнь родителей Лэнгфорда и приход к власти генерал-маршала. Пятый кирпич, который окончательно их разделил, было вступление Мэриэнн бойцом в повстанческий отряд.
Блэк тихо и с завистью наблюдал за ее дружбой с принцем и ее взрослением. Он всегда надеялся, что когда-нибудь она все же обратит на него свое внимание. Но каждый раз, когда она это делала, они ругались и причиной этого был либо Лэнгфорд, либо политика страны в целом. Позже став одной из лидеров повстанцев Мэриэнн убила всю его надежду.
Теперь он понимал, что отец никогда не позволит ему жениться на одной из врагов. Злой и раздосадованный он в каждом своем обращении к народу называл ее "безрассудной выскочкой". Естественно он понимал, что только увеличивает стену между ними, но больше всего на свете он хотел, чтобы она сложила оружие и вернулась домой.
Он не надеялся, что уйдя из гущи битвы, она заметит его, нет. Он лишь хотел, чтобы она была в безопасности подальше от всего этого. Но она никогда не слушала его, упрямо выпятив подбородок, она осталась со своим другом. И вот сейчас она сидела перед ним, словно издеваясь и напоминая о том, что это никогда не будет возможно.
–Хватит глазеть, Блэк! Если ты придумываешь изощренный способ убить меня, то скорее шевели своими извилинами! Я не желаю быть твоей пленницей – снова подала она раздраженный голос.
–Ты не моя пленница, если ты не заметила, я тоже тут заперт. И это ваша территория, Смит. Это ваша пещера и динамит взорвала ты сама. Хотя и не понятно почему.
Его густая черная бровь изогнулась, как бы призывая к ответу. Но Мэриэнн проигнорировала этот жест:
–Я не знала, что ты так долго собираешься с силами, чтобы убить, Блэк.
–Я не собираюсь тебя убивать.
–Думаешь, я в это поверю? Поверю что человек, который устроил нападение на наш лагерь, решит не убивать меня, своего врага? А как же политика строгого наказания?
Слова "твой враг" оставили горькое послевкусие в его голове. И он сквозь зубы ответил:
–Ты мне не враг.
–Разве? Знаешь, я бы поверила тебе, если бы не слышала как еще вчера ты пугал народ тем, что такие напыщенные сорвиголовы как я кончат жизнь в страшных муках – язвительно отозвалась девушка, чувствуя, как запястье пульсирует от боли.
–И я не отказываюсь от своих слов. Ты слишком храбра для этой войны. Твоя отвага граничит с безрассудством. Ты стремглав бежишь к смерти, даже не задумываясь. И посмотри, к чему это привело. Ты оказалась в ловушке вместе с вражеским бойцом. Будь на моем месте другой, тебя бы сейчас пытали, как самого близкого человека принца-изгнанника. Но я не собираюсь этого делать, потому что это не твоя война.
–Но я воин, я сражаюсь…
–И все же ты мне не враг – нетерпеливо перебил он ее.
Снова наступило молчание. Мэриэнн раздумывала над его словами. Невольно она вспоминала, что когда она уходила из дома, отец также просил остаться ее, говоря, что это "чужая война". Но она не послушалась и решила добиться справедливости. Решила помочь другу.
Она до сих пор помнила отчаяние Итана, когда короля и королеву Лэнгфорд убили, и захватили власть. Молодой наследник долго собирал сопротивление, и она не могла не пойти с ним. Верная подруга детства стала преданным бойцом и соратником.
Слова Блэка, что это не ее война рассмешили ее, потому что она всю душу вложила в эту революцию. Ведь она покинула отчий дом ради борьбы. И если это не ее война, то, по сути, она оставалась ни с чем.
–Мечтаешь о том, когда же тебя спасет наш золотой принц? – привлек ее внимание голос неприятеля.
–А ты что боишься?
–Кого мне бояться? Лэнгфорда что ли? Смотри, чтобы твой принц не пришел к гибели своей.
–Не беспокойся он скоро придет и, когда ты умрешь, я скажу всем, что это были твои последние слова.
И хотя внешне Мэриэнн старалась держаться так, будто за ней действительно скоро придут в душе она прекрасно знала, что этого не случится. Она сама установила первое правило их повстанческого кодекса, которое гласило, что ни за кем кроме короля нельзя возвращаться на поле боя. Если тот, кто отстал, сможет, то он сам должен догнать своих соратников. Если же нет, согласно уставу нельзя рисковать жизнями других ради жизни одного бойца. Не смотря на то, что она была самым приближенным бойцом, она осознавала, что за ней никто не вернется.
Прошло немного времени. Взглянув на свои наручные часы, Мэриэнн понимает, что за стенами пещеры уже смеркается. Боль становится все невыносимей. В попытке отвлечь себя она встает и направляется к ручейку. Даймонд все это время сидит, не шевелясь, только наблюдает за ней. Его бездействие создает иллюзию одиночества и Мэриэнн совсем забывает о его присутствии.
Она стоит в глубине пещеры и смотрит, как течет вода в ручье. Девушка находится напротив прохода в еще одну пещерную комнату, выход из которой также заблокирован.
Блэк, которому надоело сидеть, решает выпить воды. Привыкший к постоянной маскировке он бесшумно подходит к ней сзади. И когда решается заговорить до смерти пугает ее.
Подскочив от его голоса, Мэриэнн молниеносным движением хватает его за глотку в попытке задушить.
–Отпусти, дура! Это я! – хрипит он.
–Боже мой, Блэк! Зачем ты так подкрался, а? – отпускает она его тяжело дышать.
Но он перехватывает ее руку и тянет на себе пытаясь рассмотреть.
–Что это у тебя? – он чувствует, что его шея стала влажной от чего-то, и он точно знает, что это не вода, потому что все это время девушка ни разу не вытащила рук из пальто.
–Отпусти! – словно поменявшись ролями, просит она.
–Тебя ранили? – с ужасом спрашивает он и вспоминает, что перед тем как она вспорхнула в пещеру, и произошел взрыв, он слышал выстрел.
–Да, это пустяки – краснеет девушка, не зная, что и сказать.
Воспользовавшись охватившей его злобой, она вырывает у него руку.
–Так вот почему ты забежала обратно после того как запустила бомбу? Тебя ранили – скорее не ей, а себе объяснял он.
–Да уж я хотела убить тебя, а получилось и себя – стараясь шутить, ответила она.
–Прекрати паясничать! Ты ранена! Почему ты молчала, Смит? Нужно же ее обработать!
–Во-первых, это не твоя забота, а во-вторых, если ты не заметил, я в пещере.
–Смит, открой глаза! У меня с собой мой рюкзак. Там есть спирт, вата, бинт, нитки с иголкой, скальпель и заживляющая мазь.
Говоря это, он уже открывал свой рюкзак и доставал все что нужно
–Ты все это тащишь с собой? – удивились девушка.
–Да. Я воин и я не раз попадал в такие ловушки. Мне спокойней, когда я знаю, что смогу спасти себя и выжить.
Мэриэнн невольно восхищается его опытностью и практичностью. Но все, же не понимает его поступков.
–Ты ведь не думаешь, что я позволю тебе лечить меня?
–А ты что боишься, что я тебя убью? Ты ведь полчаса назад об этом меня и просила. Что изменилось?
–Нет, дело не в этом. Просто мы враги и ты не можешь просто взя…
–Я тебе не враг. И это не твоя война. Я не могу сидеть и смотреть, как ты умираешь от потери крови или инфекции. Тем более нам неизвестно когда нас спасут.
"Или спасут ли вообще» – подумала девушка. Она четко знала план. Пока все бились, она должна была ждать, когда в пещеру приведут вражеский отряд. После их прихода она должна была обрушить вал и сбежать. Но из-за подстерегавших ее вражеских воинов она получила ранение и еле оказалась в пещере, прежде чем все обрушилось. Она знала, что Итан не вернется, потому что она надеялась, что он помнит – их цель превыше всего и уж тем более превыше жизни одного бойца.
Пока Мэриэнн стояла в задумчивости, Блэк схватил ее за раненную руку и снова потащил к ручейку.
–Отпусти. Мне не нужна твоя помощь, Блэк!
–Прекрати упрямиться! Прекрати вести себя, так как я тебя описываю! Мы взрослые люди. Мы в ловушке. Ты ранена, черт возьми! И если ты не можешь принять помощь от меня, то взгляни на это как я. Я помогаю просто по-человечески. Я человек и хочу сделать добро.
Он долго всматривался своими зелеными глазами в ее карие, позволяя ей решить самой. Хотя и думал, что если она и дальше будет противиться, то ему придется оглушить ее чем-нибудь и вытащить пулю.
Мэриэнн смотрит в его глаза и понимает что он прав. Они оба, прежде всего люди. И сейчас они в пещере вдали от ужасов войны и долга перед Отечеством. Видя в зеленом омуте глаз искренне сопереживание она, наконец, сдается. Даже если он убьет ее, то это лучше голодной смерти в забаррикадированной пещере.
Девушка протягивает руку под струйку воды и шепчет:
–Порой мы забываем, что в первую очередь мы люди.
Испытание.
Мэриэнн сидит на земле пещеры, протягивая раненую руку Даймонду, который также устроился рядом. Между ними находится экстренная аптечка и фонарь. На голове молодого парня был такой же фонарик, который он прикрепил для лучшего освещения раны.
Мэриэнн мирно сидела, ожидая начала их своеобразной операции. Во рту у нее было полотенце, которое служило неким кляпом.
Резко кивнув головой, будто уговорив самого себя, Блэк берет в руки вату намоченную спиртом и начинает обрабатывать рану. При первом же прикосновении Мэриэнн дергается, но потом, молча, терпит жжение и боль.
Даймонду эту дается хуже, чем ей. Он мысленно проклинает себя за то, что не взял с собой немного морфия. Второй раз в жизни он вытаскивает пулю из раны. Учитывая то, что первый раз он лечил самого себя, он решает, что этот раз намного хуже.
Мысль о том, что он причиняет боль этой девушке, сводит его с ума. Ему кажется это испытание на прочность его силы воли. И он не уверен, пройдет ли его или провалится с треском.
Закончив обработку, он берет заранее обработанный скальпель. С ужасом он замечает, как дрожит его рука. Чтобы унять нервы он делает глоток спирта. Жидкость обжигает горло, и он поднимает глаза на Мэриэнн, которая не сводит с него глаз. Поняв, что он ждет ее одобрения, она слегка кивает, и Блэк стиснув зубы, продолжает.
Как только он начинает вытаскивать пулю, он жалеет, что вообще начал все это. Измученное лицо девушки и ее полные слез глаза совсем не придают ему сил. Свободной рукой он снова пьёт глоток спирта и старается быстрее вытащить пулю. Выпитый алкоголь не помогает ему успокоиться, но, по крайней мере, руки у него перестают дрожать. Трезво оценивая ситуацию, он понимает, что в любом случае должен докончить операцию.
Бросив взгляд на лицо Мэриэнн, он с удивлением отмечает, что она хоть и плачет, но не кричит. Это наводит его на мысль, что женщины, как бы их не называли слабым полом, намного выносливей и терпеливей мужчин. Сама же Мэриэнн крепко стиснув полотенце во рту, старается изо всех сил отвлечься от скальпеля, пытающегося вынуть пулю из ее запястья.
Не зная, чем себя отвлечь она начинает всматриваться в лицо своего горе-целителя. К своему удивлению она обнаруживает на нем гримасу боли. Глаза мужчины горят решительностью, но в тоже время нельзя не заметить их страдание и боль. Увидев это, она невольно думает о том, что он страдает, будто сам ранен и это в нем копаются скальпелем.
Неожиданно боль притупляет все остальное и Мэриэнн вскрикивает. Но кляп, заглушив крик, превращает его в протяжное мычание. Даймонд со всей злостью выбрасывает пулю и снова делает глоток спирта. Теперь даже это не помогает и он минуту сидит весь, содрогаясь словно в судорогах.
Все его силы уходят на то, чтобы утихомирить бушующий в груди ураган. Мучения Смит слишком сильное для него испытание. Он отчаянно хочет прижать ее к себе, взять на себя ее боль, хоть как-то облегчить ее страдания. Но, увы, он не может. Он не смеет выдавать себя.
Успокоив свое тяжелое дыхание, он снова берется за дело и начинает заново обрабатывать рану. За работой он с удивлением отмечает, что, несмотря на холод пещеры руки у девушки теплые. А кожа на них такая мягкая, что ему не верится, что она опытный воин, который все четыре сезона в году проводит на поле битвы.
Обработав рану, он поднимает на нее глаза:
–Ты точно не выпьешь? – спрашивает он снова.
Хотя она ранее она говорила, что не пьет и от крепкого напитка смешанного болевым шоком может потерять сознание. Конечно, он не хочет, чтобы она отключилась, но и желания причинять ей боль, у него нет.
В ответ она отрицательно качает головой и он, тяжело вздохнув, начинает зашивать рану.
Каждый раз, когда просовывает иглу, она дергается, и он мысленно проклинает себя. Впервые в жизни ему становится противна эта война. Впервые он злится на отца, который устроил переворот и стал причиной гражданской войны. Злясь на весь мир, он продолжает зашивать ранку, стараясь не причинять лишнего дискомфорта.
Мэриэнн не сводит с него пристальных глаз. Она столько раз от боли зажмуривает глаза и, открыв их, видит его измученное лицо, что ей кажется, этот образ навсегда запечатается в ее памяти. Она чувствует, как дрожит от боли. Она чувствует, как холодный металл иглы обжигает раненую кожу. Но все это уходит на второй план при мысли о том, что теперь она уже не сможет называть его врагом.
Зашив рану, мужчина вытаскивает кляп изо рта девушки и приступает к перевязке. Облегченно вздохнув, она позволяет ему докончить работу. Спустя пять минут операция, наконец, подходит к концу.
Даже не убрав вещи, Блэк отходит к своему месту у стены. Тяжело вздыхая, он снимает с головы фонарь и бросает его. По пещере раздается звон стекла. И она становится менее освещенной, потеряв один из источников света.
Даймонд старается унять дрожь в теле, все больше и больше ненавидя себя за участие в этой ужасной войне, которая уносит жизни тысяч людей. Смертельная усталость берет над ним вверх, и он прикрывает глаза стараясь отдалиться от всего.
Осознание того, что он заперт в пещере с Мэриэнн радует его. Он знает, что никто за ним не придет, потому что во время перестрелки никто не заметил, куда он ушел. Измотанный он думает о том, что для него было бы прекрасно умереть сейчас в этой пещере, находясь рядом с Мэриэнн. Когда он ей не враг, а просто человек, который также заперт как и она. Не в силах справиться со своими чувствами он надеется все же умереть до того как придут повстанцы и спасут Мэриэнн. Эти мысли греют его душу и он постепенно начинает успокаиваться.
–Спасибо – наконец, девушка привлекает его внимание к себе.
Он резко открывает глаза. И видит, что она теперь сидит у стены напротив него в двух шагах от обвала. Прислонившись к стене спиной, она второй рукой придерживает свою перебинтованную руку и с тревогой смотрит на него.
Даймонд не отвечает, прекрасно понимая, что ответь он сейчас, то голос дрогнет, а она и так видит достаточно, чтобы заподозрить его. Спустя некоторое время брюнет поднимается и начинает убирать свои медицинские инструменты. Под пристальным взглядом девушки он моет в струе ручья все, что запачкано кровью и, завернув в полотенце, которое служило кляпом, убирает в рюкзак. Затем он достает оттуда мешочек с хлебом, который разрезан на восемь равных ломтиков. Взяв оттуда два ломтика, он подходит к Мэриэнн, протягивает ей один и говорит:
–Съешь, тебе нужны силы.
–Ты не обязан да…
–Ты потеряла много крови. Возьми же – устало перебивает Блэк.
–Но это твои запасы. Я не стану их есть.
–Я не для того тебя лечил, чтобы ты умерла голодной смертью. Прекращай уже, Мэри, мы в одной лодке прими это.
Только к концу фразы он понимает, что впервые обратился к ней по имени. Воспользовавшись ее шоком, он всовывает в ее руку кусок хлеба и идет прочь.
–Спасибо – снова благодарит она.
–Это конечно не твой любимый говяжий стейк, но все-таки лучше, чем пустой желудок.
–Откуда ты знаешь, что я люблю стейк? – в очередной раз удивилась девушка.
–Мы вместе учились Академии и провели под одной крышей целых 10лет. Я просто внимательный, Смит.
–Понятно.
Так они оба погрузились в свои мысли и стали медленно, растягивая, есть свои порции хлеба. Тишину нарушил Блэк:
–У тебя ПТСР?
–Что? – не расслышала Мэриэнн.
–Посттравматическое стрессовое расстройство – закатив глаза, повторил он.
–С чего ты взял? – насторожилась она.
–Ты напала на меня в пещере, где кроме нас никого нет – пожал он плечами.
–Ах, да. Есть немного – смутилась она.
–Тебе ведь не беспокоят кошмары?
–Кошмары? Нет. А что?
–Просто не хочу, чтобы ты мешала мне спать. Если ты не заметила, мы в помещении с прекрасной акустикой- шепотом говорил он, демонстрируя отличную слышимость.
–А тебя? – заинтересовано спросила она, проигнорировав его насмешливый тон.
–Скажем так, уже нет – честно ответил он.
А в голове вспыхнул образ ее окровавленного трупа. Мурашки забегали по его коже. Он до сих пор детально помнил тот свой кошмар. В начале гражданской войны. Ему всегда снилось, как Мэриэнн ловят фанатики его отца и убивают самыми мерзкими способами. С годами этот страх не покинул его. Но с улучшением воинских навыков девушки кошмар исчез, что не могло не радовать его.
Блэк видел, что она изучает его своим пытливым взглядом и перевел разговор в другое русло:
–Что ты делала в этой пещере?
Об этом он думал еще внизу, когда во время перестрелки увидел, как она стреляет из пещеры. Его мысль о снайперской вышке разогнала сама девушка своим признанием об отсутствии патронов, отсутствие самого автомата и присутствие динамита.
–Мы хотели перекрыть перевал через гору. Как ты видишь, ту сторону мы уже подорвали. И мне пришло в голову, чтобы было бы неплохо при обвале второй стороны завести вас сюда в ловушку – объяснила она.
–Я не знал, что в тебе есть садистские наклонности – действительно такая ловушка пугала его. Ведь одно дело убить врага при битве, а второе уморить голодом.
–Скажем так, я позаимствовала политику нашего достопочтенного генерал-маршала и кончилось тем, что сама оказалась здесь заперта- ехидно ответила ему девушка.
–То есть это твое наказание. Но как ты собиралась нас сюда загнать?
–Я не знала, какой отряд прибудет и кто будет предводителем. Но я договорилась со своими, что они будут загонять вас сюда. Ведь вы не знали о закрытии перевала с той стороны.
–А получилось, ты загнала лишь одного человека, да еще и с собой – подытожил мужчина.
–Это не плохой улов, знаешь ли. У меня в пленниках сын генерал-маршала. Не это ли победа?
Ее слова больно цапнули по сердцу, напоминая о старых обидах.
–Я всего лишь воин и нет разницы кто мой отец, Смит – хмуря брови, ответил он.
–Но, надо признать, ты хороший воин. Мы не рассчитывали, что нападете вы. Твой отряд разбил нас в пух и прах. Поэтому я выскочила на помощь к ребятам. У меня был всего этот пистолет, так как предполагалось, что я буду отсиживаться до вашего прихода. Потом я должна была всего лишь выскочить наружу и взорвать все. Но вы загнали нас в угол, и мне пришлось показаться, чтобы помочь остальным. Пули я быстро истратила. Когда ты пришел, я уже была на мели. Я думала, хоть тебя поймаю, но в меня выстрелили.
–И чтобы не умереть, ты забежала обратно в пещеру, которой хотела завалить перевал.
–Да уж. Если б у меня были пули, я бы отстрелялась. Правда я потом схватила два яблока, которые валялись на земле. Боже, яблоко! У меня же сохранилось одно!
С сияющим от восторга лицом, девушка вытащила из кармана зеленое яблоко. Она быстро побежала к ручью и, вымыв его, кинула своему спутнику.
–Кажется, у нас будет десерт – впервые после того как очутилась в пещере улыбнулась она.
–У тебя не осталось пуль, и ты решила поесть – качая головой, он достал из рюкзака перочинный ножик и разрезал пополам.
–Нет, конечно. Я использовала его как оружие. И кстати у твоего друга Гамильтона будет от него фингал.
–Ты кинула яблоком в Айзека?
–На войне все средства хороши – пожала девушка плечами и, откусив свою половинку яблока, снова уселась на свое место