Магазин шаговой недоступности. Все для вас

불편한 편의점2

UNCANNY CONVENIENCE STORE, Book 2

By Kim Ho-yeon

Copyright © Kim Ho-yeon, 2022 All Rights Reserved

© Д. В. Мавлеева, Е. А. Похолкова, перевод на русский язык, 2025

© ООО «Издательство АСТ, 2025

Глава 1

Управляющая магазином госпожа О

По дороге на работу О Сонсук поймала на себе несколько неодобрительных взглядов и вдруг поняла, что не надела маску. Спешно вернувшись домой, она быстро схватила ту, что висела прямо у двери. Выходя на улицу, Сонсук постоянно забывала взять эту проклятую маску: сколько бы она ее ни носила, все никак не могла привыкнуть.

И не только к маске – ко всей новой жизни в эпоху пандемии. Говорят, человек приспосабливается к любым обстоятельствам, но, похоже, вакцина не давала особого эффекта, да и врачи лишь разводили руками перед лицом этой ужасной болезни. Все вокруг твердили, что вирус постоянно мутирует, быстро распространяется и человек заражается повторно. На этом фоне знакомые убеждали ее сделать очередную прививку, уже от другой фирмы-производителя, однако Сонсук страшно беспокоило то, что вакцина может оказаться опасной для пожилых людей и будет иметь побочные эффекты. В этом сотрясаемом вирусом мире такие люди, как она, не успевали за общей массой и оставались позади, не зная, на что опереться в жизни.

Даже несчастные полкилометра от дома до магазина давались ей с трудом, дыхание сбивалось. С ее лишним весом в изнуряющую жару и с надетой маской было совершенно невозможно дышать, поэтому ей претило лишний раз выходить на улицу. В этом она завидовала своим собачкам, Йеппи и Ками, ведь им не приходилось защищаться от вируса. Сегодня Сонсук работала допоздна и переживала, успеет ли погулять с ними.

Прозвенел колокольчик, и она зашла в магазин. На стеклянной двери висели объявления о поиске сотрудника, об акциях и, конечно же, памятка с просьбой надеть маску. Внутри было прохладно. Только оказавшись в круглосуточном магазине «Все для вас», Сонсук смогла вздохнуть спокойно. Такого умиротворения она не испытывала ни на одном из прежних мест работы, среди которых значились несколько баров. Женщина невольно улыбнулась. Почему именно здесь она чувствует себя так спокойно? Может, потому, что трудится в этом магазине уже давно? Привыкла? Или потому, что теперь она начальник? Хотя забот у управляющей магазином хватает: нужно закупать товары, следить за продажами, в то же время с ответственностью выросла и зарплата – теперь она куда выше, чем у простых продавцов. Сонсук наконец обрела долгожданную стабильность.

А самое главное, что это тот самый единственный в Чхонпха-доне магазин «Все для вас», где она проработала столько времени и уже пустила корни! Правда, пока другие круглосуточные торговые точки известных франшиз яростно конкурировали между собой, привлекая все больше посетителей и расширяясь, продажи сети «Все для вас», наоборот, падали, и сейчас, с закрытием магазина возле женского университета Сунмён, ее лавка осталась единственной в округе.

Здесь возникает вопрос: пошли ли с тех пор в гору дела в магазине? Конечно же нет. Разве могло стать лучше, когда главный офис терял деньги? В то время как более успешные конкуренты завоевывали сердца посетителей всевозможными акциями и фирменными товарами, лавка Сонсук уже не могла себе позволить даже предложение«Четыре банки пива за десять тысяч вон».

Так ушел их постоянный клиент, который заглядывал к ним каждый день после работы за холодным пивом и закусками, он же помогал избавляться от сэндвичей и бургеров, срок годности которых подходил к концу. В какой-то момент мужчина стал спрашивать, нет ли у них пшеничного пива с медведем на этикетке, упоминал некое пиво от компании по производству кремов для обуви и даже из морских улиток. Сонсук и слышать не слышала о таком, а если б и знала, продавать его все равно бы не смогла. Ей оставалось лишь виновато смотреть в глаза покупателю и пожимать плечами.

– Жалко, – сказал он и однажды ушел навсегда.

Тогда Сонсук всерьез задумалась, не заказать ли на пробу несколько баночек того пива, и решила посоветоваться с сыном.

«Это новинки. В соцсетях много пишут про них. На вкус вроде тоже ничего», – ответил он в сообщении.

«А ты пробовал?»

«Мам, ты же знаешь, я люблю сочжу. Все поначалу бросились его покупать. Скоро надоест, так что не переживай».

Слова сына успокоили Сонсук. Да и вообще, зачем беспокоиться? Каждому не угодишь. И разве кому-то сейчас хорошо? Всем чего-то не хватает, уж такова жизнь. Ее магазин и без того прозвали в народе «Ничего для вас», так чего расстраиваться? Подумав об этом, Сонсук решила просто делать все возможное, чтобы угодить оставшимся постоянным покупателям, которые по-прежнему любили наведываться к ней каждый день.

Почему? Наверное, потому, что и им, и ей это место было по душе. Все неудобства и стеснения напоминали Сонсук ее собственную, полную лишений скромную жизнь: магазин тоже едва сводил концы с концами.

Как только она подсчитала выручку и собралась приступить к работе, появился Квак. Он уже успел снять рабочую жилетку и переодеться. В глазах, выглядывающих из-за маски, читалось смущение, которое не могло не настораживать. Весь вид неразговорчивого сотрудника говорил о том, что он хочет что-то обсудить с управляющей.

– Вы не уделите мне минутку?

– Да, конечно, – ответила Сонсук, стараясь скрыть недовольство.

– Я прошу прощения, но через неделю, то есть в следующий четверг, мне придется вас покинуть…

Ну вот. Случилось неизбежное. Она еще несколько дней назад заподозрила неладное, когда Квак попросил дать ему выходной.

– Вы нашли новое место?

Сонсук искренне беспокоилась о нем. Уже больше года он работал у нее в ночные смены, но возраст давал о себе знать, и она не была уверена, справится ли мужчина с другой работой. Квак часто ошибался в подсчетах, путал акции, так и не научился пользоваться кассовым аппаратом. Единственное, что у него выходило хорошо, – это вычислять воришек. Сказывалось детективное прошлое: несколько раз его зоркий глаз выцеплял, как ночные посетители пытались незаметно припрятать товар с полки себе в карман.

– Да, появилась вакансия охранника не в Сеуле.

– А где?

– В Кванчжу. Это мой родной город.

– Кто-то из знакомых позвал?

– Ездил туда в тот выходной по делам и встретился со старыми друзьями. Оказалось, один из них сейчас владеет большим зданием. Я рассказал, что работаю в круглосуточном магазине в Сеуле, а он позвал меня к себе: они как раз подыскивали охранников. Я взвесил все за и против и решил оставить столичную жизнь. Извините, что так внезапно предупреждаю.

Сонсук куда больше смущал не его неожиданный уход, а запоздалая разговорчивость. До чего же мужчины глупы: когда достаточно сказать всего пару слов, чтобы все разрешилось мирно, они предпочитают молчать до последнего. Вот и оба подчиненных, Квак с Чоном, ничем не отличались от среднестатистических, в ее представлении, мужчин. Именно поэтому поладить с ними ей удавалось нелегко: конечно, для Чона, который, ожидая повестку в армию, работал уже четыре месяца и в повседневной жизни поразительно напоминал каменного Будду, сварливая женщина под шестьдесят была не лучшей компанией.

– Да не за что вам извиняться. Теперь главное – найти замену. Скажу начальнику и повешу объявление.

– Спасибо вам, – сказал Квак и ушел, закрыв за собой стеклянную дверь.

Найти замену. В этом-то и загвоздка. Сонсук и так уже искала сотрудника на выходные, а теперь придется еще и на ночные смены. День начался совсем не так легко, как она ожидала.

До обеда управляющая обслуживала покупателей, проверяла сроки годности, выставляла на полки недостающие товары и новые поступления. В перерыве успела перекусить почти просроченным сэндвичем, запив его молоком, и вдруг, взглянув на время, поняла, что уже час дня. Должно быть, он проснулся.

Сонсук взяла телефон и набрала номер «Сына Ёнсук». Она все время забывала переименовать его, хотя теперь магазин принадлежал ему, Кан Минсику. К слову, желанием общаться с ним женщина не горела.

Раздались гудки, но он все не брал трубку. Наконец она услышала его голос.

– Что такое? Нашли сотрудника на выходные?

– Нет, а теперь еще и Квак уходит.

– Сколько он просит? – не раздумывая, спросил начальник. – Вот негодяй, даже не сказал мне…

– «Просит»? Он ничего не просит, он решил сменить работу.

– Да Квак просто хочет прибавку, я уверен. Слышал, как он жаловался, что работает уже год, а зарплата с гулькин нос. Пообещайте ему зарплату побольше – тут же забудет про увольнение.

– Да нет же, он уже нашел работу в Кванчжу, откуда сам родом. Охранником в здании друга.

– Тетушка Сонсук, вы такая наивная. Это он все специально выдумал. Ну ладно, я сам с ним поговорю.

Минсик положил трубку прежде, чем она успела ответить. Ей чрезвычайно не понравился его заспанный голос и нежелание слушать. Сегодня утром Сонсук показалось, что бывший детектив говорил искренне, тогда с чего вдруг этот Минсик, точнее господин Кан, заподозрил его во лжи? Только потому, что сам себе нафантазировал что-нибудь?

Хозяин магазина Кан, сын Ёнсук, он же Минсик, – уже после их первой встречи в церкви тридцать лет назад Сонсук заметила, какой он наглый. Но она никак не ожидала от него такого цинизма. И хуже того, как ее начальник, этот человек обладает решающим правом голоса во всех вопросах.

К сожалению, Минсика интересовала исключительно прибыль, все остальные дела в магазине были ему глубоко безразличны. Он не смыслил в них ровным счетом ничего: не знал, как заказывать товар, не интересовался сотрудниками. Все это он возложил на Сонсук, назначив ее управляющей. Отчего-то ему казалось, что круглосуточные магазины работают бесперебойно и без участия владельца, вот он и поручил ей уладить все самой. Однако при этом на ее зарплату Минсик изрядно скупился. Получая всего на четыреста тысяч вон больше, чем рядовые сотрудники, управляющая заведовала всеми делами магазина: от заказа товаров до набора подчиненных.

Не отказалась она по одной-единственной причине: Ёнсук. В памяти еще жили воспоминания о том, как бывшая хозяйка, держа подругу за руку, просила позаботиться о магазине и Минсике.

Вот и сегодня, поскольку Чон попросил выходной и замену найти не удалось, Сонсук решила отработать целый день сама. Правда, к вечеру, когда люди начали возвращаться с работы и по дороге заглядывать в магазин, дел стало невпроворот. Чтобы подольше продержаться на ногах, Сонсук даже выпила два энергетика, которыми всегда пренебрегала.

Неожиданно прозвенел колокольчик на двери и вошел Квак. Взглянув на время, Сонсук поняла, что еще целых два часа до начала его смены. Значит, узнав о выходном Чона, он решил прийти пораньше, чтобы помочь. Женщина невольно фыркнула. Неужели сложно было сразу предупредить ее об этом? Почему люди такие закрытые и нечуткие? Наверняка семье пришлось непросто с его характером. Вдруг она вспомнила собственного мужа, который когда-то бросил ее с сыном, и тяжело вздохнула.

Затем в памяти почему-то всплыл образ сотрудника, который был очень похож на золотистого ретривера. Он уволился почти сразу после того, как разразилась пандемия. Интересно, как он поживает? Впрочем, голод и усталость вскоре вытеснили мысли о том мужчине, и Сонсук принялась собираться домой.

– Хозяин одобрил мое увольнение, – сказал Квак, выйдя из подсобки уже в рабочей жилетке.

– Неужели? – заинтересовалась Сонсук, вспомнив недавний разговор. – Не предлагал повышение?

– Предлагал, но это всего на пятьдесят тысяч вон больше. Я отказался.

– А что же он?

– Поблагодарил за все и сказал, что больше мы не увидимся.

– Да уж. Доброжелательность – его конек…

– Все нормально. Я уже сто раз от него это слышал. В том числе когда устраивался сюда.

Сонсук показалось, что уголки губ Квака, спрятанные за маской, приподнялись в ухмылке.

Что ж, нужно срочно искать ему замену. Сонсук сняла с плеча шопер и попросила мужчину уступить ей место за прилавком, чтобы опубликовать на сайте объявление о поиске сотрудника. Затем написала все то же самое на фирменном бланке магазина и взяла скотч.

– Спасибо, что пришли пораньше. Устала я что-то за день, – обернувшись, сказала она.

– Не благодарите. И так у вас сплошные неудобства из-за моего внезапного увольнения.

Сонсук кивнула и, выйдя на улицу, рядом с предыдущим объявлением о поиске сотрудника повесила новое. Только сейчас она заметила надпись «Один плюс один» на оборотной стороне листка и сразу подумала, что посетители обратят внимание на несуществующую акцию, но снимать не стала.

Несмотря ни на что, домой она шла, мирно напевая себе что-то под нос: в конце концов, благодаря Кваку у нее появилось время спокойно погулять с собаками. Даже для сына она прихватила с работы его любимый треугольный кимпап. Всю ее усталость как рукой сняло. Шагая домой, Сонсук наслаждалась летним вечером.

Из комнаты сына по-прежнему доносились звуки стрельбы, но на этот раз не из компьютерной игры, а из иностранного сериала.

Прошлой осенью он все же выбрался из своего затворничества и устроился на работу в продюсерскую кинокомпанию. Сын сказал, что узнал о ней, когда уволился из крупной корпорации, собираясь попробовать себя в сфере кино. В эпоху пандемии индустрия развлечений тоже переживала не лучшие времена, и теперь им пришлось взяться за производство сериалов. Для этого студия стала набирать новую команду и пригласила сына Сонсук. Поначалу женщине казалось, что он занимается ерундой, но, наблюдая за тем, как развиваются его дела на работе, она признала, что мир изменился в неведомую ей сторону.

Смущало Сонсук и само название его должности – продюсер проектов. В его обязанности входило смотреть корейские, американские, китайские и японские сериалы. Конечно, не только это, но тем не менее Сонсук изрядно удивляло, что каждый месяц сыну платили за совсем «не рабочую», по ее скромному мнению, деятельность. Более того, в офис он наведывался лишь пару раз в неделю, а все остальное время работал дома, поэтому со стороны мало что изменилось с тех пор, когда он целыми днями сидел в комнате перед компьютером.

Сын рассказывал ей, что нынче мы живем в эпоху ОТТ[1] и есть какой-то известный «Нетфликс», который зарабатывает кучу денег. Его студия как раз хотела сотрудничать с этой платформой. Сонсук не понимала даже, о чем идет речь, но была счастлива видеть задор и энтузиазм в его глазах. Ее радовало, что он занимается любимым делом и гордится им, а еще делится этим с ней. Всего за полтора года их отношения в корне изменились.

Сонсук перестала давить на сына и требовать, чтобы он устроился на стабильную госслужбу, бросила и уговоры завести семью. Она наконец-то осознала, что времена изменились: теперь все совсем не так, как в ее молодости. У него получилось это донести, и мать с сыном наконец поладили. Конечно, Сонсук все еще боялась, что он отдалится от нее, однако теперь понимала: это неизбежно и нужно уважать личные границы других людей.

«Пусть делает что хочет».

Сонсук позволила сыну самому принимать важные жизненные решения. Она признала, что не в силах его контролировать, и стала поддерживать его во всем, что бы он ни задумал. И пусть работа приносила не очень много денег, но сыну нравилось, а значит, нравилось и Сонсук.

Когда ее назначили управляющей круглосуточного магазина, сын начал во всем ей помогать. Раньше он, словно капризный ребенок, боящийся идти к зубному, избегал магазинов, где работала мать, сейчас же, наоборот, частенько заглядывал к ней и выручал то с одним делом, то с другим. Именно он посоветовал Сонсук заказать новый кофе в банке, изготовленный, как утверждал производитель, из высококачественных зерен из Гватемалы. Новинка покупателям понравилась, и женщина даже закупила дополнительную партию. Сын не ошибся и когда сказал, что из-за социального дистанцирования люди станут меньше ходить в кофейни и предпочтут брать любимый напиток в обычных магазинах. Сонсук была чрезмерно рада, что он интересовался ее жизнью не меньше, чем ростом продаж.

В какой-то момент звуки стрельбы сменилось задорной мелодией – похоже, серия закончилась. Сонсук выложила треугольный кимпап со вкусом пибимпапа на стол и, взяв поводок, отправилась погулять с Йеппи и Ками, которые уже прыгали вокруг, требуя внимания. От мысли о том, что сын выйдет из комнаты и обрадуется ужину, на душе было тепло.

На следующей день в обед пришел хозяин магазина. Футболка свободного кроя облегала его заплывшее жиром, пропахшее алкоголем и потом тело. Сонсук сразу захотелось поскорее проветрить помещение.

Минсик бродил по магазину, почесывая толстые ляжки в шортах и заглядывая на каждую полку. Сонсук он напоминал пса, который метит территорию. Решив не обращать на него внимания, она сосредоточилась на посетительнице. Даже несмотря на маску, можно было заметить, что девушка морщится. Едва Сонсук рассчитала ее, та поспешила прочь из магазина. Через некоторое время к прилавку подошел Минсик.

– Тетя Сонсук, что-то слишком много вы, по-моему, заказываете.

– Что ты имеешь в виду?

– Ну вот, например, арбуз в кусочках, ананас. Их плохо берут.

– Как это? Сам посмотри на статистику продаж. К тому же тут рядом женский университет. Девушки любят фрукты.

– Пф. Да они же заветрились, кто их есть будет?..

– Не говори глупостей, а лучше почаще ходи на работу. Тогда поймешь, что к чему.

– Ой, да зачем мне это надо? У меня есть вы, и вы отлично справляетесь – чего попусту время и силы тратить? Я вам доверяю.

С хитрой ухмылкой Минсик развернулся к холодильнику и взял четыре банки пива. Платить он, естественно, не собирался ни за пиво, ни за пакет. Но Сонсук была не из тех, кто станет терпеть любую выходку начальника.

– Ты же хочешь начать свой бизнес? А чего тогда столько пьешь? Где это видано, чтобы средь бела дня пиво хлестать?

– Тетя Сонсук, вы просто не понимаете: пенное на самом деле активизирует работу мозга. Да и пивной бизнес сейчас переживает не лучшие времена. Ну, поживем – увидим. Все, я пошел, – сказал Минсик, развернулся и громко икнул.

Даже маска не спасла от неприятного запаха из его рта. Управляющая нахмурилась: как у Ёнсук мог вырасти такой сын? Она еле сдержалась, чтобы не отвесить ему подзатыльник.

Не подозревавший ни о чем Минсик с глупой улыбкой вышел из магазина и вдруг заметил объявление о поиске сотрудника. Он постоял перед ним, а затем вернулся к подчиненной с видом радостного завуча, который поймал школьников на оплошности.

– Тетя Сонсук! Вы снова написали, что мы ищем продавца на пять ночных смен в неделю? Я же сказал, что нужно сократить до двух-трех ночей подряд.

– Тогда никто не захочет.

– Ага, а как тогда быть с отпускными? Придется тоже выплачивать. Я ведь сто раз говорил, что пятидневку можете работать только вы и Квак.

– Тогда мы никого не найдем. Ты сам согласился бы на две ночи в неделю?

– Конечно! Кому сейчас деньги не нужны? В пандемию рабочие места на вес золота, к тому же у студентов каникулы. Да они воюют за возможность получить хоть несколько тысяч вон! Тетя Сонсук, я хоть и мягкий начальник, все-таки к моим словам нужно прислушиваться. Поправьте объявление на двери и на сайте.

Сонсук решила не спорить с ним. Все равно он скоро сам забудет, что сказал, так зачем лишний раз нагнетать? Когда они нанимали Чона, Минсик пел ту же песню: всячески отказывался платить даже почасовой минимум, потому что парень не отслужил в армии, но в конце концов сдался.

Проводив его до двери, Сонсук притворилась, что отклеивает объявление. Если сделать, как говорит начальник, то за неделю они не найдут сотрудника на ночную смену, а Квака нужно кем-то заменить. Когда же Минсик начнет возмущаться, она ответит, что других вариантов у них не было, и предложит ему самому выйти поработать ночью. Он думает, что один такой упертый? Пора бы ему узнать, что и О Сонсук на своем веку повидала немало.

Примерно в четыре часа дня, когда пришло время пересменки с Чоном, подошла девушка и положила у кассы шоколадку. Расплатившись, она мгновение помедлила.

– Извините, я хотела…

«Устроиться на работу! Кандидат на вечернюю смену!» – с надеждой подумала Сонсук и подняла глаза на девушку.

Та выглядела миловидной: с темными бровями и спокойным взглядом. Хотя, наверное, в маске вся молодежь выглядит хорошо.

– Вы по поводу работы? В Сунмёне учитесь? – выпалила нетерпеливая по натуре Сонсук.

– Да, насчет этого… – невнятно пробормотала посетительница.

– Все верно, мы ищем сотрудника на ночную смену. У нас тихий район, да и полицейский участок близко. Девушка тоже легко справится с работой.

– Нет, вы не так поняли. У вас по ночам на смену выходит один человек – ему где-то за шестьдесят.

«А при чем тут Квак? Похоже, гостья вовсе не собиралась устраиваться».

– И что с ним? – коротко переспросила Сонсук, потеряв к ней интерес.

– Недавно его не было, и я забеспокоилась, все ли у него в порядке. Он не заболел?

– Нет, просто взял выходной. А почему вы спрашиваете? Знаете его?

Девушка замялась, и Сонсук, с досады забыв о такте, полюбопытствовала:

– Вы его дочь?

– Как вы узнали? – спросила посетительница, широко раскрыв от удивления глаза и оттого очень напоминая кролика. – Мы же с ним совсем не похожи.

– Он говорил, что у него есть дочь, и даже фотографию показывал. Просто из-за маски не сразу признала. А вообще, у вас его брови: такие же сросшиеся.

Девушка задумчиво провела рукой по лбу. В это время прозвенел колокольчик на двери и зашел Чон. Неловко кивнув, он направился прямиком в подсобку.

– Похоже, ваша смена заканчивается. Можно мне угостить вас чаем? – спросила посетительница, глядя на госпожу О полными надежды глазами.

Сонсук почувствовала неладное, однако не смогла отказать.

Добавив сиропа в светло-коричневый напиток с кусочками льда, Сонсук размешала все трубочкой и сделала глоток. Холодный сладкий латте – ее любимый летний напиток. Конечно, при условии, если кто-то угощает. Сама она экономила на подобном. С наслаждением отпив еще немного, Сонсук выжидающе посмотрела на дочь Квака. Заметив ее взгляд, девушка поставила кружку с американо на стол и сказала:

– В школе я готовилась стать чемпионкой по плаванию. Мы потратили на это немало денег, но успехов в спорте я так и не достигла. Теперь работаю тренером. Правда, из-за ковида занятий стало сильно меньше и я провожу их не каждый день.

– Вот почему вы зашли днем, хотя обычно в такое время все на работе.

– Очень неожиданно, что папа рассказал вам обо мне. Вы наверняка знаете, что мои родители развелись несколько лет назад. После этого мы с братом отдалились от него. Каждый раз, когда я звонила ему спросить, как дела, он не понимал, к чему это все, а только перестала – стал удивляться, куда пропала… Короче говоря, общение у нас не ладилось. Он всегда был угрюмым и сдержанным: работа сказывалась… И часто ссорился с мамой. Точнее, это он все время срывался на ней. Конечно, для подростка ссоры родителей – настоящая травма.

Девушка замолчала: казалось, боль прошлого встала комом в горле.

Сонсук кивком указала на чашку с кофе.

– Брат из-за работы переехал в другой город, а я осталась с мамой в Сеуле. Мама не любит говорить об отце, зато я все чаще вспоминаю о нем. Папа оплачивал мои занятия по плаванию и соревнования. Потом я узнала, что он всегда приходил болеть за меня, даже если были важные дела по работе. Сам он никогда не рассказывал об этом, но делал все, чтобы я преуспела в спорте. Вот только из-за череды неудач я сама перестала верить в себя, папа же считал, что отчаиваться неправильно, – так мы и отдалились друг от друга.

Девушка говорила все откровеннее, и Сонсук слушала ее с большим вниманием, отпивая понемногу из своего стакана.

– К сожалению, я не знала, как все исправить. Мы не можем найти общий язык еще с подросткового возраста. А недавно мне позвонила тетя: сказала, что ездила в Сеул проведать отца. Говорит, в студии, где он живет, очень чисто. Папа и готовит себе сам, и по ночам подрабатывает в круглосуточном магазине. Правда, тетя заметила, что от одиночества он сильно сдал, и попросила иногда проведывать его. Я даже не поверила, что он работает продавцом: такая властная натура – и внезапно продавец. Раньше, когда мы ходили в кафе, он возмущался из-за малейшей ерунды: привык на работе командовать. Я и подумать не могла, что он однажды променяет работу детектива на магазин. Прошу прощения за такой сумбурный рассказ. Я растерялась и несколько дней назад просто пришла в ваш магазин совсем поздно, и вот…