Каменный зверь

Глава 1.Весенняя

– Ты точно хочешь ехать на турбазу? – Наташа в десятый раз пошла войной на моё решение поехать в отпуск на турбазу – Ты понимаешь, что люди с Урала в сентябре едут к морю, а не удаляются от него?

– Я не хочу к морю. Я хочу тихо побродить по осеннему лесу, повторяя вслед за великим русским поэтом «Унылая пора! очей очарованье!» – Свои слова я подкрепила аристократическим взмахом руки.

– Господи, Оля! Да походишь ты по лесу в выходные, когда вернёшься с моря. Только ходить ты будешь с прекрасным бронзовым загаром, а не бледная, как поганка в унылую пору!

– Ну, спасибо! – Ответила я – Ты понимаешь, я уже заплатила за путёвку! И теперь жду не дождусь, когда приеду в этот райский уголок с таким вдохновляющим названием «Весенняя» на красивом берегу реки Чусовой!

– И вокруг тебя будут только пенсионеры, а из всех развлечений будет вечером викторина «Как мы помним СССР»!

– Мне не нужны развлечения, я хочу просто отдохнуть, чтобы меня кормили, хочу после еды посуду не мыть, постельное бельё не стирать, в комнате не подбирать!

– Просто кошкины мечты какие-то! – Она фыркнула – Ну и поезжай! И не звони мне каждый вечер, я не хочу слушать твой тоскливый рёв в трубке!

Рабочий день закончился, вернее, мой последний рабочий день перед отпуском закончился, и мы закрыли аптеку. Наташка пошла меня проводить, и мы с ней у моего подъезда расстались на две недели. Вот пусть теперь одна покрутится в аптеке, а то «Иди в отпуск, иди в отпуск, я и одна справлюсь!»

Дома я разложила свои вещи и поняла, что мне нужен спортивный костюм. Я буду по утрам бегать. А если действительно там совсем нечем будет заняться, то и по вечерам тоже.

Утром в субботу я поехала за спортивным костюмом, к нему пришлось покупать носки, к носкам – кроссовки, к кроссовкам пришлось покупать фитнес-браслет. Чтобы дальше не продолжать эту цепочку, я купила себе в дорогу конфет целый мешок, и решила, что на этом обновок хватит. Поезд до турбазы шёл в три часа дня, поэтому, покидав в спортивную сумку всё необходимое на десять дней счастливой жизни, я отправилась на вокзал.

Самый мой любимый вид транспорта, электричка, не подвёл меня и в этот раз. Вагончики чистые, вентиляция прекрасная, проводница – милая девушка с забавными русыми кудряшками, улыбающаяся и очень ответственная. А когда мы тронулись с вокзала, и я услышала стук колёс, я уже была на седьмом небе от счастья. Когда-нибудь моя мечта сбудется, я куплю билет до Владивостока и обратно, две недели буду засыпать по мерный стук колёс, покачиваясь на верхней полке, и глядя на пробегающие полустаночки, мосты, тоннели, горы, реки, леса.

От станции, куда я приехала, до турбазы, куда я направлялась, туристов перевозил маленький автобус, может даже мой ровесник, потому что я такой видела в одном старом советском фильме. Кроме меня в него сели ещё три пенсионерки. Вот ведь Наташка какая, накаркала! Мы быстро познакомились, они оказались очень позитивными, и тоже, как и я, радовались предстоящему отдыху. Две из них были старыми знакомыми, прямо буквально во всех смыслах старыми, одну звали Мария Сергеевна, а другую Вероника Ивановна. Третья пенсионерка была их немного помоложе, она представилась Верой. Водитель, когда мы все перезнакомились, выглянул из-за своей перегородки и радостно нам сказал:

– А меня Вова зовут! Ну что, поехали?

Несмотря на то, что сквозь стёкла автобуса можно было наблюдать затмение солнца, не боясь за своё зрение, даже через такие пыльные окна, я всю дорогу любовалась лесом, ещё не тронутым дыханием осени, но уже готовящимся к долгому зимнему сну. И солнце, которое мелькало между макушками сосен, было уже не летним, и облака не были по-летнему беззаботными, всё говорило о том, что осень уже в пути.

Мы подъехали к воротам, и к нам вышел мужчина в матросской тельняшке и фуражке с крабом, из-под которой выбивался на волю седой чуб. Он приветливо махнул нам рукой, открыл ворота и запустил на территорию наш автобус.

– Это дядя Кузя, главный хранитель базы. – Сказал Вова – По всем вопросам, которые касаются лекарства для души и праздника – это к нему. Вмиг организует. Он незаменимый, хотя уже несколько раз был на волоске от увольнения. У Николая Тимофеевича, нашего директора, он под пристальным вниманием, да только далеко Николаю Тимофеевичу против смекалки дяди Кузи, ох как далеко!

Мы вышли из автобуса у главного корпуса, классического представителя советской деревянной архитектуры, покрашенного серой краской, и прошли через парадное крыльцо в просторный светлый холл. Мебель была из тех же советских времён, но в целом было очень уютно и красиво. В холле, у столика возле окна, сидели двое полицейских с представительным лысым дядечкой в строгом костюме с галстуком.

Оказалось, вчера не вернулся после пробежки один гость, и до сих пор ведутся его поиски.

– Закрыта дорожка на 8 километров, можно только по маленькому кругу бегать, он четыре с половиной километра. – Пояснила нам дама с высокой причёской, возвышающаяся над стойкой регистратуры – Никогда такого раньше не было! Говорят, что он в соседнюю деревню побежал, остался там у кого-нибудь из местных. Сосед по комнате так думает. Опять же, все вещи в номере, с собой ничего не взял. Сейчас наш директор показания даёт. – Она кивнула на столик у окна – По всем вопросам обращаться ко мне, меня зовут Маргарита Ивановна.

– Может даму сердца в деревне завёл? – Предположил Вова – У нас там бабы, ох какие! К такой попадёшь, сразу и не отпустит. Вот и пропал мужик. Отпустят, когда домой ему надо будет возвращаться.

Меня поселили в соседнем одноэтажном корпусе, в одноместном номере. Я взяла ключи, сумку, и пошла заселяться.

– Обед в тринадцать часов здесь, в главном корпусе, здесь столовая. Администратору столовой отдадите талончик, который я Вам дала, не потеряйте только его! – Крикнула мне в след Маргарита Ивановна.

Корпус номер два, в который меня заселили, утопал в густых кустах сирени и жасмина. Ровные дорожки, посыпанные гравием, мягко шуршали под моими ногами, и я не спеша пошла по милой аллейке с деревянными скамейками. Дорожка свернула к массивной высокой двери под аркой между двух деревянных колонн.

Коридор в корпусе был тёмный и холодный, номеров было всего десять, что меня крайне порадовало, не люблю шум и суету. Мой номер восемь выходил окнами на противоположную от входа сторону. За окном я увидела спортивную площадку, и беседку, в которой сидели человек пять отдыхающих и бурно обсуждали последние события на базе.

Окно было открыто, поэтому, пока я разбирала сумку, я услышала ещё одну версию пропажи гостя:

– Я сразу заметил, как только приехал, что-то с ним не то! Вечером, за ужином, а он сидел с нами за одним столиком, представился, говорит Слава, а когда мы спросили, чем он занимается, так замялся, и говорит, что он охотник за всем необычным, аномальным. И рассказал, что вернулся с одного места, аномального, которое находится возле деревни Молёбка, и привёз оттуда железную коробку, говорит, что она инопланетная. С собой сюда, говорит, её привёз, мыслишка одна есть у него, хочет проверить. Вот, значит, и проверил! Точно говорю, спецслужбы его загребли, чтоб языком меньше молол, или инопланетяне, тоже по этой же причине.

Интересная версия, про коробочку. Я читала про эту Молёбку, она в Пермской области находится. Много про неё писали, зона действительно аномальная. Её ещё называли М-зоной. Даже какой-то учёный вступил в телепатический контакт с пришельцем. Так что вполне он оттуда мог привезти что-то интересное, хотя после первых публикаций было много опровержений, и почти ничего из аномального не подтвердилось. Только названия, которые дали этим местам тысячи паломников, сохранились: «Овраг Страха», «Тёплые берёзы», «Пирамидки» и, конечно же «Поляна ужаса». Мы тогда с моим братом Ильёй, когда поднялся этот бум про Молёбку, тоже хотели съездить и посмотреть своими глазами на всё, о чём писали люди, да что-то не получилось.

Я переоделась в свой новый спортивный костюм, закрыла номер, ключ оставила на столике дежурной, которую я до сих пор не наблюдала в нашем корпусе, и пошла знакомиться с базой. Самая красота была на главной аллее, которая шла от ворот, через которые мы заехали, до главного корпуса. Высокие липы ровными рядами стоят вдоль аллеи, на газонах высажены цветы всех сортов, какие есть на свете, я ничуть не преувеличиваю. А розы, большими кустами высаженные посреди цветника, были такие крупные и яркие, будто они росли не на Урале, а где-нибудь в Сочи. На высоких чугунных столбах висят фонари, форму их трудно описать, но они сказочно красивы. Я представляю, как они светят вечером! Стоят аккуратные деревянные лавочки на чугунных ножках, рядом с ними урны в виде медвежат, держащих бочонки. И самое главное – это порядок, просто образцовый. Я прошла по аллее и перед главным корпусом свернула вправо, решив по периметру обойти базу сначала справа, а потом по моей, левой стороне. Корпусов по правой стороне было три, и ещё корпус под названием «Хозяйственный», но он стоял немного в стороне от гостевых, ближе к воротам. Рядом с хозблоком была заасфальтированная большая площадка, на которой стояли несколько машин: полицейский Уазик, серая Тойота, автобус, на котором мы приехали, и чёрный мотоцикл BMW, c лежащим на сиденье шлемом.

Я пошла от хозблока неширокой дорожкой, которая вывела меня к воротам. Дядя Кузя увидел меня, остановился возле входа в будку и спросил:

– Ну что, хорошо у нас здесь? Никаких Турций не надо!

– Да, очень красиво! – Согласилась я с ним – А что, всегда народ есть, не пустуете?

– По-разному, у нас ведь тёплые только два корпуса, остальные летние. Зимой больше всего народ на лыжах кататься приезжают, на выходные, а на неделе нет никого. Вот еще до середины октября народ погостит, а там всё, до мая. Больше всего к нам любят приезжать студенты, те, которым родители не дарят кругосветных путешествий. У нас рядом Чусовая, скалы, вот они там и лазят.

– Понятно. Ну ладно, пошла дальше на разведку. – Сказала я и пошла обходить базу по левой стороне.

С той стороны, где стоял мой корпус, находился ещё один корпус, он и был «тёплым», такой же большой, как и главный, только одноэтажный. К нему примыкала небольшая оранжерея, и когда я подошла ближе, то увидела, что в ней растут огурцы, укроп, салат. Всё это стояло в ящиках в несколько ярусов и освещалось длинными лампами дневного света.

За этим корпусом стоял мой, второй корпус, я обошла его, и вышла на ту самую спортивную площадку с беседкой, которую видела из окна. Так вот где все люди! На площадке две команды играли в волейбол, а на трибуне сидело человек тридцать болельщиков. Я тоже села на крайнее место в первом ряду и стала смотреть игру, украдкой наблюдая за зрителями. Возраст туристов был далеко за пятьдесят. Но большинство были в хорошей физической форме. И это понятно, ведь те, у кого физическая форма не очень, едут обычно лечиться в санатории. Игра подходила к концу, команды рассорились из-за спорной ситуации, игра закончилась, а счёт оказался так и не определён. Но потом все помирились, в центр стадиона вышел парень, лет тридцати, и сделал объявление, что завтра будет однодневный поход на пятнадцать километров, с полевым обедом на берегу Чусовой. Желающие должны подойти к нему и записаться, а также пройти короткий инструктаж и узнать информацию о маршруте. Похоже, мы пойдём в поход всей базой, потому что к нему подошли все, кто был на спортивной площадке, а это, скорее всего, все проживающие здесь на данный момент.

Я тоже подошла, подождав, когда наплыв людей почти рассосался возле инструктора. Он представился:

– Алексей. Вы сегодня первый день? Я Вас раньше не видел. Хорошо. Сможете пройти пятнадцать километров?

– Пройду! – Не раздумывая, ответила я.

– Сегодня перед ужином, в половине седьмого, в холле будет инструкция о поведении в походе, некоторые правила поведения в лесу и коротко о маршруте. Всё, не опаздывайте.

Я прошла мимо беседки, где снова услышала голос того активиста, который рассказывал о Молёбке. Это был невысокий полный мужчина с аккуратной стрижкой, в белой футболке с надписью, если я правильно перевела: « Надо уметь летать», я его назвала про себя летуном. Теперь он спорил с какой-то высокой женщиной в голубых джинсах, которая утверждала, что в деревне, которая была рядом с турбазой, в том году двое приезжих пропали, поэтому никакие инопланетяне не украли нашего бегуна, а это дело рук местных. Я встала от них недалеко, чтобы мне было слышно, о чём они говорят, и сделала вид, что любуюсь на цветы.

– Зачем деревенским людей красть? – Не унимался летун – Что им с ними делать? А Слава хотел проверить прибор инопланетный, вот что-то и пошло не так. Они же втроём утром побежали, с ним ещё Василич со второго корпуса побежал и долговязый парень с четвёртого. Они пробежали километра четыре, до поворота, Слава им говорит: «Не ждите меня, я отстану от вас, мне надо тут ещё дело одно сделать». Вот они и побежали дальше, а он просто быстро пошёл за ними. Василич с парнем на завтраке сразу и не заметили, что его нет, и только в обед увидели пустое место за столом. Они забеспокоились, до номера его сходили, им дежурная сказала, что номер убирала утром, его не видела, и потом ключ он не брал. Они ещё по базе походили, и только когда поняли, что его нет тогда, подошли к Алексею и сказали ему, что Славы нет, после пробежки его никто не видел. Тот сел на свой мотоцикл и проехал по кругу, потом по малой дорожке проехал, потом снова по большой, потом к директору они пошли. А потом Алексей в деревню съездил до магазина, и там поспрашивал у жителей, никто его не видел. А директор сразу после этого полицию вызвал. Что думаете, полиция дураки что ли? Они тоже в деревне всех опросили. Так что, никакие деревенские его не заманивали. Так и рождаются слухи.

Мужчина в серой бейсболке, стоявший в сторонке, спросил женщину в голубых джинсах:

– А в том году как люди пропали?

– В том году, в начале лета, здесь отдыхала моя знакомая, мы с ней на «Весенней» и познакомились, несколько раз вместе здесь были. Так вот, она мне позвонила и сказала, что их опрашивает полицейский, не видели ли они мужчину и женщину, лет около сорока, описал их. А знакомая моя спрашивает у полицейского: «А что случилось?» Он ей и говорит: «В деревне машина стоит брошенная третий день, хозяев её не можем найти. Пробили по базе, выяснили, чья машина, только этот хозяин машины на работу не вышел, и домой не вернулся». А потом моя знакомая пошла в деревню в магазин и разговорилась с продавщицей. Та ей и рассказала, что видела она, как возле магазина машина остановилась, из неё вышли мужчина с женщиной, зашли к ней в магазин и купили минеральной воды. Мужчина спросил у женщины, надо ли ей ещё чего, та ответила, что нет. А потом сели и уехали. Только не далеко уехали, и за последним домом остановили машину. В том доме бабка-пьянчужка живёт, толком она ничего не знает, видела только, как на багажнике машины стояла сумка, а людей вокруг никого не видела. Когда полиция приехала, то сумки она не нашла. Пропавших мужчину и женщину всё лето искали, да только никаких следов не осталось от них.

– Болот тут нет, кругом дороги, – задумчиво проговорил мужчина в серой бейсболке – заблудиться здесь сложно. Единственно, на что можно подумать, так это Чусовая, она в этом месте глубокая, утонуть можно. Но если те двое и могли уйти пешком купаться, так Слава точно не побежал на реку, тут что-то другое.

– Как нет болот? Тут же кругом болота! – Сказала пожилая женщина с пучком волос на макушке – Нас же постоянно Алексей предупреждает, чтобы мы с тропы не сходили, а то в болоте увязнем.

– Он это для острастки нам говорит, – махнул рукой летун – здесь нет трясины, так, кочки одни. Туда и сам не полезешь, по ним трудно ходить, ноги можно переломать.

– А позавчера слышали, какой-то гул ночью в лесу был? – Спросила женщина в голубых джинсах – Очень похож на гудок паровоза в тоннеле. И так долго гудел.

– Может на трассе дальнобойщик своего коллегу приветствовал. – Предположил летун – Я тоже слышал, но подумал, что это гудок большегруза.

– Здесь нет рядом трасс, по которым ездят большегрузы, – ответил мужчина в серой бейсболке – и гудок больше похож был на охотничий рог. Помните, как в «Особенностях национальной охоты»?

– Если только это было рядом с базой, больно громкий был звук. – Вклинился в разговор мужчина в синем спортивном костюме, до этого стоявший молча.

Все согласились с ним, а мужчина в бейсболке продолжил:

– Слава этот, второй раз на базу приезжает, он в том году моим соседом по номеру был. Так он мне рассказывал, что в городе у них клуб есть, они вместе сплавляются по рекам, в походы ходят. И два года назад у них случай был в походе. Они разбили свой лагерь на реке Туре, в районе Верхотурья, погода была дождливая и они первые два дня просидели в палатках. А потом небольшой группой пошли к месту одному, не помню, как он его назвал, там он говорил, раньше поселение одно было, каторжники беглые жили. Вышли затемно ещё, потому что идти надо было часов пять, с собой припасов взяли на один день, так как вечером планировали вернуться. Место нашли сразу, полазили там, а потом, кто-то из них смотрит, их земли коряга вроде торчит, потянул, и вытянул обрубленную человеческую руку, словно засушена она была, а к ней привязан кожаный мешок. Они его развязали, а там пара серебряных монет и пояс широкий кожаный, весь железом заклёпанный, цепь висит на нём, а с внутренней стороны пояса потайной кармашек. Они его ножиком расковыряли, а там медвежий коготь, да такой здоровый, они его замерили – пятнадцать сантиметров. Даже у самых крупных медведей коготь до десяти сантиметров, и то не часто таких гигантов встретишь. В группе у них парнишка был, лет семнадцати, он крутил, крутил коготь, да царапнул себе руку до крови. Они рану обработали ему, вроде ничего, порез не глубокий. Собрали все свои находки, кроме руки, конечно, там они нашли ещё патроны, ручку резную от ножа, всё забрали с собой и пошли обратно. Прошли совсем немного, как мальца этого, который порезался, как затрясло, как залихорадило, горячий стал весь, идти дальше не может. Они ему таблеток каких- то дали, но у него всё равно жар не проходит. Он весь извивается, не понятно, что у него болит. Они, конечно, сразу поняли, что это от раны, да только что сделаешь в походных условиях! Они соорудили носилки, положили его и пошли, только уже не так быстро, как планировали. Понятно, что с такой скоростью до лагеря им до ночи не дойти, они остановились в лесу на ночлег. Костёр разожгли, дежурить начали по очереди возле него. Они остановились у ручья, и всю ночь ему тряпки мочили, обтирали его, он уже криком кричал, так его скрутило. А среди ночи раздался рёв, они повскакивали, не знают что ждать, им показалось, что это рык медведя. Да и найденный коготь им смелости не прибавил. Рёв то приближался, то отдалялся, а потом стало тихо. Сна у них, понятно дело, уже не было. Да и как тут уснёшь, когда рядом не понятно какой зверь ходит. А к утру парнишке стало лучше, он даже уснул, только красный весь лежал, горячий. Утром они его сначала на носилках несли, а потом он сам пошёл. Ну, остаток их похода прошёл в нормальном режиме, и они вернулись в город. Стал Слава с друзьями про этот ремень узнавать, кто мог такой сделать, что означают символы на нём. И переписываются они так на форуме, люди разные версии пишут, спорят. И вдруг им приходит от анонимного человека предостережение, чтобы они выбросили подальше этот пояс и коготь тоже, и не таскали их за собой везде. И одно только объяснение – пояс оборотня. Парни, понятно, посмеялись над этим. А через несколько дней узнают, что парень тот, раненый когтем, в реанимации лежит, у него кости выворачивает во все стороны, сухожилия и кожа вокруг рвутся. Кровью плюётся. Так он и умер на операционном столе.

Мужчина в спортивном костюме замолчал, и все тоже стояли молча. Рассказ на всех произвёл сильное впечатление, и на меня тоже.

– А куда они пояс дели? – Спросила женщина в голубых джинсах.

– Оставили у себя, – ответил мужчина в бейсболке – Но не это главное. Слава этот коготь всегда с собой носит. И в этот раз привёз с собой. Он говорит, что это его талисман.

– Ничего себе талисман! – Воскликнул летун – Одного уже свёл в могилу. Какой же у нас народ безголовый! Наверно Слава думает, что он бессмертный.

– Да, он говорит, что этот коготь одним смерть дарит, а другим, которых сам выберет, даёт бессмертие и силу. Себя он причислил к последним.– Мужчина в бейсболке развёл руками – А теперь Слава пропал. – Он повернулся и пошёл к главному корпусу.

– Надо полицейским это всё рассказать, – сказал женщина с пучком на голове – они должны знать.

– Они не будут слушать сказки об оборотнях. – Уверенно сказал летун – И потом, у них служба, они делом занимаются, а не фольклор по деревням собирают.

Я пошла к главному корпусу, потом по главной аллее, и всё время думала, что в рассказе правда, а что вымысел. То, что правда бывает иногда почище, чем любая волшебная сказка, я уже знала. Но люди умеют ещё и напридумывать разное, так что разобраться и провести грань между «было» и «не было» не всегда получается. Время подходило к обеду, и я пошла в столовую. Отдала свой талончик на обеды, администратор меня подсадила за столик, где уже сидели две мои знакомые по автобусу, Мария Сергеевна и Вероника Ивановна, и серьёзный пожилой мужчина с густыми бровями, который представился:

– Марк Васильевич, живу в четвёртом корпусе, фотограф.

–Ольга, – я кивнула всем, села и добавила – меня во второй корпус поселили. А вас куда?– Спросила я у своих соседок.

–Мы в третьем! – Хором ответили они и рассмеялись.

За обедом мы, как и все остальные, обсуждали пропажу бегуна Славы. Наш сосед Марк Васильевич высказал свою версию:

– До того, как он пропал, я его встретил днём у медпункта. Я пришёл давление померить, а он выходил из него. И какой-то он расстроенный был, потом я видел, как он велосипед взял и поехал кататься. У него ещё в ушах наушники были, и он шевелил губами, то ли подпевал, то ли просто сам с собой разговаривал. А вечером на ужине я видел, что у него синяк на скуле появился, и руки какие-то расцарапанные, я ещё подумал, что он упал с велосипеда. А сейчас думаю, может из-за врачихи он подрался, около неё всё Алексей вертится, наш инструктор, может он его того?

– В наше время из-за женщин не убивают! – Категорично сказала Вероника Сергеевна.

– Из-за женщин всегда убивали, и будут убивать! – Не согласился с ней Марк Васильевич – Хотя из-за врачихи, я бы не стал. Как кукла синтетическая сидит.

Обед был просто восхитительный, я с удовольствием съела всё, и мне не испортили аппетит даже эти разговоры.

После обеда мои соседки по столу пригласили меня прогуляться по аллейкам. Я согласилась. На доске объявлений, у главного входа, висел большой красочный плакат: « В 19-30 в музыкальном зале состоится КВН между 2 и 3 корпусом, сразу после КВН – танцы». Мои новые знакомые сказали, что обязательно пойдут, потому что надо познакомиться с отдыхающими, а где лучше всего познакомиться? Конечно на танцах. Я сказала, что подумаю.

Я прошла с ними два раза по аллее и увидела указатель «Выдача инвентаря». Решила взять велосипед и покататься. Мария Сергеевна и Вероника Ивановна меня не поддержали и пошли дальше наматывать километры пешком.

В третьем корпусе, на первом этаже, выдавал спортивный инвентарь Алексей. На моё счастье, остался ещё один велосипед. Алексей проверил колёса, вынес велосипед на улицу, подержал его, пока я пыталась обрести равновесие. Несмотря на то, что на велосипеде последний раз я каталась лет двадцать назад, я достаточно уверенно выехала на велодорожку. Алесей вдогонку мне крикнул:

– Главное никого не задавите! Там иногда любят прохаживаться и пешеходы.

Я поехала в сторону ворот. Иногда мне приходилось останавливаться и подтаскивать велосипед обратно на дорожку, так как совсем ровно у меня никак не выходило ехать, и мой железный конь так и пытался утянуть меня в кусты. Возле ворот я опять увидела бессменного стража дядю Кузю, и он мне, как старой знакомой, снова помахал рукой. Проезжая мимо тёплого корпуса, я заметила в глубине милую полянку с пеньками-скамейками. Я слезла с велосипеда, положила его на траву и села на пенёк. Меня не отпускала мысль о странном поясе, который нашёл Слава со своими товарищами. Я решила позвонить Сакатову, специалисту по оккультным наукам, как он пишет на своих визитках, и моему хорошему другу, чтобы рассказать ему. Он только что вернулся из Москвы, и мы с ним ещё не виделись после этого.

– Алексей Александрович, привет, как съездил? – Спросила я его.