Ад как он есть

Часть

II

Ад, как он есть

В наших глазах крики «Вперёд!»

В наших глазах окрики «Стой!»

В наших глазах рождение дня

И смерть огня.

В наших глазах звёздная ночь,

В наших глазах потерянный рай,

В наших глазах закрытая дверь.

Что тебе нужно? Выбирай!

В. Цой

Глава 1

Город Аджитант был огромным. В нём проживал почти миллион демонов, но походил он, если смотреть сверху, на средневековое поселение.

В центре, возле Главной Площади, возвышался замок наместника, больше похожий на шпиль, высотой в двести тридцать три метра, и всего в тринадцать этажей, напоминающих ступени, ибо само здание походило на поднимающуюся в небо по небольшой спирали лестницу, элементы которой соединялись для прочности изящными решётчатыми башенками. Украшениями служили и многочисленные статуи да барельефы. Каждый уровень был меньше предыдущего по размерам. На последнем, насколько известно, располагались только кабинеты повелителя и его заместителя. Двенадцатый размещал в себе личные покои наместника города – виконта Ал’Берита. Первый ярус занимали: невероятных размеров кухня; кладовые; подсобные комнаты; казарма стражи замка; оружейная; Чёрный зал, в котором иногда организовывались приёмы для мелких служащих и дельцов. Основной вход вёл сразу на второй этаж с самыми высокими потолками. Он вмещал холл и церемониальные помещения. Этажи с третьего по шестой служили офисами для административного аппарата. Весь седьмой и восьмой занимал Главный архив. На девятом – зал Верховного Суда Аджиданта, способный вместить невероятное количество демонов, да Закрытый архив. Оставшиеся ярусы предназначались в основном для гостевых комнат. Конечно, были и подземные уровни, но точное их количество знал разве что сам наместник.

Поговаривали, что замок, как и столица, проходит через планету насквозь, но таких слухов удостаивался почти каждый дворец этого мира. Отважившиеся же посетить Тёмную сторону любопытные демоны не подтверждали сплетен, если вообще возвращались.

В городе, как и во всём Аду, были приняты постройки, уходящие вглубь земли, но, в отличие от районов планеты ближе к экватору, подземелья редко достигали четырёх уровней. На поверхности же это были обычные двух-трёхэтажные дома. Разве что размещались они редко вплотную друг к другу. Размашистые подземелья диктовали свои условия. Это был город под городом.

Конечно, наземные строения в Аджитанте имели разные размеры. Были и особняки, и небольшие хижины. Некоторые кланы предпочитали держаться вместе. Другие жили по раздельности, воссоединяясь лишь при необходимости, иные давно распались. Таким жителям принадлежали комнаты или мелкие дома, если, конечно, они могли себе их позволить. Много зданий отводилось под развлечения, различные типы школ и мастеровые. Был и рынок. Он размещался недалеко от Главной Площади. Посещение его считалось небезопасным даже у демонов.

Сам Аджитант территориально делился на пять районов, размещающихся кольцами, расходящимися от замка. Самый далёкий называли просто Окраиной. А там последовательно: Серый, Чёрный, Золотой и Замковый. Между ними не было особых различий, разве что, чем ближе к Замковому, тем престижнее, дороже и роскошнее становились постройки, появлялось больше площадей с ужасающими монументами.

Границей Окраины, отделяющей город от остальных земель, являлась высокая каменная стена с рунами шнура молний Волнгенче. За ней на протяжении нескольких километров вдоль дороги ещё попадались одиночные дома и скрытые жилища, которые не имели наружной надстройки, но и они вскоре исчезали. Охотники на многочисленных чортанков понимали опасность столь близкого соседства к добыче и не хотели меняться с ней ролями. С пустошей в Аджитант вело восемь ворот, расположенных симметрично на кольцевой городской стене. Ну, и, конечно, портал на Главной Площади.

Большой город никогда не был спокойным местом, но сейчас он и вовсе гудел как растревоженный улей. И было из-за чего! Жители не успели порядком обсудить новость о прикрываемом господином Хдархетом попрании законов и каре, правомерно настигшей хозяев домов развлечений, как из замка разлетелась весть о новых событиях.

Неужели и правда вторым заместителем наместника станет человек?

Невероятные известия!

Если бы демоны верили в конец своего мира, то вполне могли бы посчитать это предзнаменованием. Разговорить же приближённых повелителя и узнать наверняка рядовым жителям не удавалось. Но вскоре и обывателям глашатаи объявили, что через полдюжины дней назначена инициация.

***

Виконт Ал’Берит, наместник города Аджитанта выпустил чёрные когти подобно кошке. Из желёз в основании его пальцев начала выделяться кислота. Эти коготки и так были значительно длиннее и острее, чем лезвие опасной бритвы, а не втяни он их обратно, едкая жидкость покрыла бы их от основания до кончиков, превращая в ещё более опасное оружие. Демон всегда играл с когтями, когда был чем-то крайне доволен. И сейчас настало именно такое время.

Хдархет, не скрывая, злился. И всё же заместитель пока ещё не представлял, что его ожидает. То, что намеревался сделать Ал’Берит, иначе чем откровенным плевком в лицо было и не назвать. Вся знать высмеивала бы Высшего демона, как если бы он превратился в шута. Более того, и подданные поняли бы эту насмешку. Для наместника Аджитанта последнее обстоятельство означало ещё и то, что сохранение жизни человеку не вызвало бы столь отрицательной реакции у масс, накладывая тень на могущество и власть самого повелителя. Знать о том, что это обязательное пожелание ангелов им не следовало.

Пока женщину разместили в комнате замка, но виконта это не устраивало. Он решил, что сразу после инициации предоставит той дом. Возможно, глупца Уртго…

Да, именно его особняк.

Здание вполне годилось для предназначенной должности, да и находилось в спокойной части Окраины города. В основном там жили Стражи, а они не допустили бы нарушения приказов. Более того, решался не только вопрос с конфискованным имуществом, но и просто отдать его в такое владение стало бы ещё одной забавной шуткой, пусть и понятной только ограниченному кругу лиц.

Нет, это не являлось проблемой.

Куда больше демона волновал вопрос, что доверить новому заместителю.

Это должно было быть и что-то значимое, чтобы Хдархет прочувствовал своё шаткое положение, и что-то, с чем человек справится. Можно, конечно, было поставить ей за плечо советчика и истинного распорядителя, но тогда ситуация вполне могла повернуться так, что смеяться станут уже над самим Ал’Беритом. Открыто этого делать было нельзя. Примерить на себя комичную роль, отведённую им для другого, повелителя никак не устраивало. Его судьба в свете последних событий, и во многом благодаря амбициозному заместителю, и так висела на волоске.

«Нет, выскочку надо растоптать. Причём так, чтобы другим неповадно стало связываться!» – решил он.

Очень удачно произошёл скандал с охотником. Да и запуганный Уртго, понимающий, что либо он потопит своего господина с головой, либо не выживет сам, говорил нужные слова. Ал’Бериту удалось разжечь из искры нарушения пламя. Так что заместитель потерял свой лучший источник дохода – две из трёх шахт мифрила, находящихся на восточной (подведомственной виконту) территории, чтобы на его самодеятельность «закрыли глаза». Так Хдархет лишился практически монополии на ценнейшее сырьё трёх миров. Увы, прибыли от них самому наместнику Аджитанта, можно сказать, не светило. Почти вся добыча должна была перенаправляться в столицу к Князю. Ещё части предназначалось оседать в замке герцога Дзэпара как сеньора над землями наместника. Оставалось крайне мало, но и это был доход, равноценный среднему бизнесу.

Ал’Берит осознал, что поиск завершён. Доверить Хдархету его бывшее имущество он не мог. Если Князь не получит долгожданную прибыль… Но это являлось именно тем, что можно возложить на человека! Женщине просто-напросто не хватит ума и смелости обмануть его в этом вопросе. А вампиры, работающие на шахтах, всегда не так уж и плохо относились к людям. Скорее, даже хорошо. А это значит, что появлялась возможность проверить…

Демон хитро прищурил глаза.

Да, пожалуй, они примут её как новую госпожу. И опять же – и щелчок по носу Хдархета, и ослабление его внимания в этом вопросе. Более того, оправдывалось и создание новой должности – обязанностей-то у наместника прибавилось в связи с переходом в его подчинение исключительных шахт.

Хм, пожалуй, следует ещё что-нибудь к обязанностям добавить. Может, часть культурной сферы? После случившегося человек пристально следила бы за этим вопросом, где ввиду наказания Хдархета пришло время напомнить о предписываемом порядке. Во всяком случае, получилось бы у неё или нет – не стало бы иметь особого значения, а…

Демон представил заискивающе любезничающих хозяев домов развлечений перед его новым заместителем и захихикал.

Да, герцог Дзэпар тоже должен был оценить. Вообще стоит ещё что-то придумать, но лучше – сперва немного подождать, сказав, что после налаживания работы обязанности возрастут. Пусть Хдархет погадает, что ещё от него собираются отобрать.

Демон снова выпустил и втянул когти. Он был доволен собой и складывающейся картиной событий.

***

Все Дагна собрались в трапезной клана, но молчали. Безжизненные глаза, опущенные крылья. У тех, что стояли в церемониальном зале совсем близко к огненным чашам, местами от ожогов пузырилась кожа. Но это казалось таким пустяком! В столицу прибыло девяносто восемь Дагна, а вернулось только пятьдесят семь. Клан стал невероятно слаб. И численностью, и духом. Великая Мать ушла из жизни, увидев перед смертью страдания всех своих чад. И они вернулись домой осиротевшими.

Они дети, потерявшие свою мать. Они матери, потерявшие своих детей. Сёстры, потерявшие сестёр. Бесконечное замкнутое горе подобное змею Уроборосу.

Новая Кхалисси опустила голову, застыла, не шевелясь, перед своим кланом и также безмолвствовала. Зачем было говорить, если все звуки отныне стали бессмысленны?

– Дагенна.

Всего одно слово в толпе, и взоры обратились к названной демонессе. Та проследила за взглядом говорившей и увидела несколько капель тёмной крови, вяло стекавших по её ногам. Юное создание отшатнулось, а глаза округлились в изумлении.

– Но ведь ещё слишком рано, – отрешённо произнесла она и в панике выбежала из зала.

Дагенне только полтора месяца назад исполнился сто один год.

Остальные Дагна с неменьшим удивлением смотрели ей вслед. Дело было в потрясении? Или со смертью Кхалисси они стали ещё более людьми, чем раньше? Вопросы возникали сами собой, ибо в том, что произошло, никто не сомневался.

Однако, как бы то ни было, оцепенение спало.

– Кхалисси должна дать нам понять, как жить дальше, – твёрдо и несколько требовательно сказала Дуонна.

Она уже давно не выходила за пределы общины, ибо силы почти полностью покинули когда-то сильную воительницу. Лишь шрамы на морщинистом лице и дряхлеющем теле напоминали о славном прошлом.

Дайна как будто в тумане посмотрела в глаза одной из старейших Дагна. Неужели кто-то после свершённого считал, что она достойна жизни? Им стоило бы сделать с ней тоже, что и она с младшими сёстрами. Её кожа должна висеть в главном зале отдельно, на самом видном месте! Тогда, находясь в камере Рохжа, она наивно считала, что смерть – это слабость. Пока существовала возможность, следовало до последнего стараться избегать гибели и только в самом крайнем случае перегрызть себе вены, чтобы враг не получил желаемого… Как же она ошибалась! Это была не сила, а малодушие. Покончи Дайна с собой в первый же день заключения, и Кхалисси почувствовала бы гибель дочери. И никто не стал бы искать тело. И никто из сестёр не погиб бы из-за такой нелепой глупости.

Дарра, всегда понимающая лучше остальных, что творится у неё в голове, положила руку ей на плечо. Дайна вздрогнула от этого прикосновения и внутренне сжалась на миг.

– Жизнь должна продолжиться.

Судя по красным опухшим глазам Дарры, она и сама не особо верила в то, что говорила.

– Ты поступила так, как требовали законы клана. Как того пожелала Великая Мать. Не так ли, сёстры?

Дарра обвела взглядом собравшихся. Кто-то отвёл глаза. Некоторые утвердительно кивнули головой. Но возмутиться никто не посмел. Дагна знали, что это правда.

– Так, – послышались отдельные голоса, чтобы царствование тишины не взошло снова на свой мрачный престол.

– Мы знаем, что наша сила в наших правилах. Великая Мать была первой и единственной Кхалисси до этого времени. Она пришла в Ад и ужаснулась ему. Поэтому ею был составлен свод правил. Наших собственных правил! И все Дагна обязаны соблюдать его. Если бы не он, мы бы превратились в самых жалких из демонов.

– Верно ты говоришь, Дарра. Своей казнью Высшие решили сломить наш дух. Но разве мы сломаемся? – поддержала Донна, чьи слова всегда ценились за мудрость.

Дагна единовременно гордо подняли одинаковые головы. В глазах сестёр загорался гнев, и он придал им силы.

– Дагна никогда не верят в безысходность. Знать, уметь, дерзать, действовать! – громко сказала Дорра – одна из лучших воительниц клана.

– Дагна никогда не верят в безысходность. Знать, уметь, дерзать, действовать! – один за другим повторяли голоса.

– Дагна всегда держат свои клятвы, даже если это вредит им самим, – прозвучал голос Дарры, когда наступила тишина.

– Дагна всегда держат свои клятвы, даже если это вредит им самим, – подтвердил хор голосов, отражаясь от стен.

– Дагна не причиняют боли сёстрам своим. Каждая сестра – это ты сама, – с болью и отчаянием начала произносить Дайна ещё одно правило, а затем резко крикнула. – Но я… Я причинила!

– И не по своей воле. Ты думаешь, если бы поступила иначе, в живых из нас остался хоть кто-то? Ты не нарушила наш кодекс, Дайна. У тебя твёрдая воля и сильный дух. Если ты готова и дальше жить, следуя и ведя по нашему пути, то я признаю тебя Кхалисси. Как того потребовал Князь, – резонно возразила Дуонна и преклонила колено.

Дарра, следуя её примеру, также опустилась на землю и сказала:

– Я не признаю желание Высших сбить нас с нашего пути и обратить гнев Дагна против своей же сестры. Если ты с нами, то я с тобой Кхалисси. Веди нас.

– Зачем ты это делаешь? – прошептала Дайна. Так тихо, что сама едва услышала свой голос.

– Потому что я потеряла уже слишком многих! – Дарра отвечала громко. Так, чтобы её слышали все. – И я не готова лишаться ещё одной любимой сестры, из-за того, что она поступила так, как должна была!

– Ты права, деточка, – подтвердила Дуонна сказанные слова. – Прими свою судьбу Дайна Дагна, новая Кхалисси клана. И веди нас.

***

Последний лоскут кожи покрыл стену главного зала. Дайна с трудом сдерживала ставшее привычным щипание в уголках глаз, но считала, что не имеет права на такую слабость как слёзы. Никто не выказывал горя. После её провозглашения Кхалисси клана Дагна сёстры разошлись по своим кельям. Двенадцать часов было у каждой, чтобы вспомнить ушедших и навсегда оставить их в памяти, уже не имеющей значения. Традиционный траур. После него надо было жить дальше. Увы, это казалось слишком тяжело.

Дуонна с Даррой, до этого о чём-то шепчущиеся поодаль, подошли к Дайне.

– Это тяжелая утрата, Кхалисси. Но надо думать о будущем. Воительницы гибнут часто, а потеряно не одно поколение. Нам нужны новые дети.

– Не только это, Дуонна, – ответила Дайна. – Дети – это будущая сила, но как защищать общину, пока мы столь слабы? И чем дольше я думаю об этом, тем больше понимаю, что нашему клану нужен покой и защита хотя бы на некоторое время.

– Ха, и кто же будет защищать нас, любимая сестрёнка?

Дарра по привычке обратилась к ней ироничным голосом и оттого тут же виновато потупилась под серьёзным взглядом Дуонны.

– Что в думах твоих, Кхалисси? – выделила обращение старая Дагна.

– Человек, – произнесла она всего одно слово, прозвучавшее как приговор. – Инициация назначена совсем скоро. Женщина займёт высокий пост. Быть может, наместник и играется, но для обывателей ей суждено стать важной фигурой. А это значит, что ей потребуется надёжная защита и верные помощники. Всё, как принято у знати. И кажется, мы уже достаточно доказали свою состоятельность в этом вопросе.

– Ты права, Кхалисси, – согласилась сначала ощетинившаяся Дарра. – Даже если игра продлится всего несколько месяцев, это даст нам время для укрепления позиций.

– А если в идеале, то женщине жить ещё около полувека, – с надеждой продолжила размышления Дуонна. – За это время можно…

Демонесса довольно улыбнулась.

– Да. Мы получим время, плату за, хотелось бы верить, долгосрочную работу. И, более того, станем близки к Рохжа. А наместник дал понять, что для их уничтожения нужна всего одна ошибка. Устранение их решит множество наших проблем, – теперь радостным огнём засветились глаза всех собеседниц. – Единственное, что нам остаётся устроить – это встречу с самим человеком.

– Я отправлю одну из сестрёнок покараулить ворота замка, – сказала Дарра. – Быть может, человек выйдет оттуда. Если нет, то остаётся надежда, что жить ей предстоит в городе.

– Ты права, – поддержала Дуонна. – Официальная встреча практически невозможна.

Находившаяся поблизости Дагенна мысленно соглашалась со всеми доводами. Но помимо судьбы клана у неё были другие проблемы. Личные. С ней творилось что-то непонятное.

***

Лея с удовольствием потянулась. За прошедший вечер (назовём это так) она уже немного привыкла к готичному интерьеру комнаты. Её уже не так пугали удлинённые для балдахина ножки кровати, выполненные в виде вытянутых скелетов. Да и как их бояться после того, как она честно потрудилась, скребя эти кости лезвиями ножниц, чтобы понять являются те украшением или и, правда, трупы. Увы, поцарапать так и не получилось. Акт вандализма не удался.

Комната была большой, в основном с деревянной мебелью, предназначенной скорее для людей, чем для высоких демонов. Широкая кровать стояла в нише. Вход в неё можно было закрыть такой же красной тюлью, что и на балдахине, но Лея предпочла оставить всё как есть. Стены кофейно-молочного цвета хорошо оттенял тёмно‑коричневый пол. Напротив входной двери располагался низенький столик, окружённый мягкими креслами, бархатная бордовая обивка которых нежно ласкала кожу. Был и диван. Если сесть на него, то можно было с комфортом созерцать из огромного окна вид на город. Несмотря на то, что оно было одно, Лею это не огорчало. Местность не радовала.

Рядом с нишей, где находилась постель, скрывалась маленькая дверь в тон стенам. За ней располагалась самая настоящая ванная комната с сантехникой, похожей на современную. И по пробуждении Лея провела в ней очень много времени. Ничуть не меньше, чем она ныне стояла возле длинного шкафа со множеством полочек и вешалок. На них девушка битый час искала подходящую одежду. Выбор затрудняло то, что все вещи напоминали о моде раннего средневековья. Лея замучилась перебирать наряды в поисках чего-либо приличного. Хорошо ещё, что температура в комнате была приятной, как если бы работал кондиционер.

Наконец выбор будущей заместительницы повелителя Аджитанта пал на красное платье (нравилось ещё и белое, но в нём Лея почувствовала себя невестой, да и раненое бедро не позволяло носить такие светлые тона). Одеяние представляло собой тунику, украшенную чёрной вышивкой по рукавам, низу и горловине. При этом низ переда платья оказался сантиметрах в двадцати от пола. Пожалуй, подобную длину следовало счесть неприличной, если не обращать внимания на вырезы, судя по которым под низ полагалось надевать ещё и нижнюю сорочку. Но девушка рассудила, что не обязана это знать. В конце концов, париться в двойной одежде ей не хотелось. Так что она завершила туалет чёрным шнуром с золотыми кисточками, повязав его чуть ниже линии талии, и посмотрела в зеркало. На удивление, выглядела молодая женщина великолепно. Портили образ только тюрбан из полотенца, скрывающий уже подсохшие волосы, и босые ноги. Исцарапанные после путешествия и скалолазания башмаки стояли под кроватью и обувать их вновь Лея не желала.

Тут стоит сказать, что лежали в шкафу и головные уборы, и обувь. Но если на первое Лея вообще не обратила внимание, то второе показалось ей неудобным и нелепым. Основу составляли невысокие туфли с очень острыми носами различной длины. Молодая женщина не знала, как пулены называются на самом деле. Были и сандалии на очень высокой деревянной подошве. Однако, если в остроносой обуви было легко споткнуться, то со второго варианта просто-напросто свалиться. Угрюмо рассматривая полки, девушка даже подумала, что родным ботинкам предстоит стать вечными спутниками по жизни. Во всяком случае, пока те не развалятся.

… Или пока не представится возможность позаимствовать пару вполне удобных на вид сапог Ал’Берита.

Мысленно Лея уже предвидела, как, хитро осматриваясь по сторонам, она подкрадывается в комнаты демона. Однако вовремя остановила разыгравшееся воображение и вынужденно обулась в то, что было. Тут же в дверь тактично постучали.

От неожиданности Лея вздрогнула и, закидывая в шкаф надетое на голову полотенце, резко захлопнула створки. Затем она попыталась придать взлохмаченным прядям волос более приличный вид и пискнула:

– Войдите.

В комнату вошли две демонессы одинакового роста – примерно в два с половиной метра. Обе принадлежали к одному и тому же виду. Огненно рыжие, остроухие загорелые красавицы с фасеточными огромными глазами. За их спинами переливались крылья, как у стрекоз. У каждой было по две пары тоненьких рук. При этом, они неглубоко синхронно поклонились, усиливая сходство.

– Пелагея, я Кассандра, секретарь наместника Аджитанта, – сказала одна из них – та, что с густыми локонами, собранными в большой пучок на макушке.

Лея мгновенно поняла, что ошиблась в своём первоначальном мнении. Гостьи были не так уж и безобидны. И не только из-за близости к виконту Ал’Бериту. Во рту у Кссандры торчали жвала. И, наверняка, ядовитые.

– Позвольте представить вашу горничную. Это Кассинда.

Демонесса с уймой мелких косичек вновь наклонила голову. Видимо, виконт дал определённые указания, как обращаться с человеком. И это Лее понравилось. Единственное, о чём она в тот момент пожалела, так это о том, что не представилась демону по-другому. Ну почему нельзя было сказать хотя бы: «Я Лея»? Нет, помня, какую виконт выдал речь при самой первой их встрече, девушка из вредности произнесла своё имя полностью. Включая и фамилию, и отчество.