Адские хроники. Обоюдоострый меч

Смейся в гулкой песне

дьявольской волны

и не чувствуй в бездне

за собой вины.

Даже став скандальней,

не сумеешь ты

стать парадоксальней

жизненной тщеты.

Леон Де Грефф «Двухголосная фуга»

Глава 1

Вот так бывает, что иногда жизнь подкидывает события, истину о которых нельзя ни распространять, ни забывать. Тогда память о них приходится хранить избранным во избежание крайне опасных последствий. И очень осторожно, потому что такова уж особенность знания, что самое опасное легче всего спрятать на виду. Особенно если запеленать его в шутку или в пренебрежение, сделать так, чтобы оболочка настолько отталкивала, что не хотелось бы заглянуть внутрь. Это мудрое решение. И очень рискованное. Ибо древнее порой подлежит забвению, а после воспевает на костях потомков хитрецов.

Однако жители Ада могли себе такое позволить. И многие Высшие демоны, наблюдая за охватившими города сплетнями, довольно ухмылялись тому, что их затея удалась. Новая поросль поколений не имела истинных знаний о нефилимах и рефаимах. Некогда прошедшая зачистка прошла так, что оставила назидание лишь единицам. Райские мягкие длани и адские когтистые лапы продолжили неусыпно удерживать настоящее в избранном ими моменте и по-прежнему крепко сжимали яркий сине-зелёный шарик Земли.

Вселенная могла продолжить своё бесконечное развитие лишь с совершением ошибки в их безукоризненной последовательности действий.

И она нашла своего идеального исполнителя.

– Море-море, мир бездонный. Пенный шелест волн безбрежных. Над тобой встают, как зори. Над тобой встают, как зори, нашей юности надежды, – тихо напевала Лея песенку из мультфильма «Ну, погоди», попутно сооружая из волос на голове нечто, внешним видом напоминающее взъерошенную копну сена. Главный плюс причёски заключался не только в неповторимости, но и в том, что пряди не будут лезть в глаза, пока она пьёт утренний чай.

Некоторое время Леночка наблюдала за стараниями своей новоиспечённой соседки по квартире, но тут засвистел чайник. Девушка вздрогнула и, отойдя от окна, за которым моросил не прекратившийся за ночь дождь, поспешила на кухню, чтобы разлить кипяток по кружкам. Причём не забыла она и по исконно русской традиции разбавить получившийся чай холодной водой из графина. Мурчик при этом старательно ей мешал, он всё время тёрся о ноги, хотя его уже покормили. Но Леночка не стала отчитывать шкодника. Наоборот, взяла его на руки и с лаской погладила, прежде чем положила на подлокотник кресла. А там обе коллеги сели за стол и приготовились завтракать.

Здесь стоит сказать, что Лея была намерена провести утреннюю трапезу в тишине. Молодая женщина по мрачному лицу задумавшейся соседки сразу поняла, что лучше не затевать никаких бесед, если не хочется самой себе настроение портить. Но, как и обычно, ничего-то у неё не получилось. Судьба не любит, когда люди планируют. А уж над планами Леи ей и вовсе нравилось насмехаться.

– Нет, а ты представляешь, как бы могла измениться жизнь, если бы не надо было ждать того самого единственного? – всё-таки озвучила вертящиеся у неё в голове мысли Леночка, когда щедро намазала на кусок булки масло.

– Это ты о чём? – поинтересовалась Лея, хотя пышущий жаром омлет на тарелке интересовал её гораздо больше. Пищевое недомогание, связанное с первым триместром беременности, достигло своего пика, но сегодня организм, видимо, решил дать желанную передышку, а потому молодой женщине хотелось насладиться едой и замурлыкать от удовольствия подобно Мурчику.

– Ну вот смотри. Например, тебя приглашают на посиделки в бар какие-нибудь друзья, а ты лежишь на диване и вставать с него не хочешь. То есть, в принципе никуда бы ты и не пошла, но… А вдруг ты там его встретишь? Того самого. И вот тут уже от предложения не отказаться. Да и чтобы выйти из дома надо немного привести себя в форму, глазки подкрасить там, одежду подобрать.

– А как иначе?

– Вот в том-то и дело. Эта надежда на встречу и ожидание кардинально влияют на жизнь. Мы делаем то, что не делали бы. Мы говорим то, что не сказали бы. Вдруг самая интересная для тебя тема возьмёт да отпугнёт вероятного кандидата в мужья? Мы живём так, как не жили бы, если бы однозначно знали, что никакая вторая половинка так и не встретится.

– Значит, надо радоваться такому мощному стимулу развиваться, – отмахнулась Лея, не желая задумываться над обстоятельством более глубоко.

– Да, надо радоваться… Радоваться и осознавать, что ты проживаешь какую-то фальшивую судьбу.

Свои слова Леночка произнесла крайне угрюмо, но молодая женщина уже смирилась с привычкой соседки временами углубляться в себя и в свои мрачные думы. В конце концов, если бы она сама ожидала очередное свидетельство о разводе, то, наверное, тоже не могла бы похвастаться оптимизмом.

– Как думаешь, Дайна немного остыла? – перевела разговор на другую тему Лея.

– Чего она вообще взъелась на Дану? – с осуждением сказала Леночка и весьма эмоционально добавила: – Вот до чего лицемерка! Как ты объявила о беременности, так, значит, поздравления. Вся из себя забота. А сестре, получается, никак нельзя без мужа ребёнка рожать, да?

Молодая женщина задумалась, припоминая вчерашнюю сцену. Придя в кабинет после обоюдного вызова к начальству, она и Леночка застали Дайну, ведущую себя, мягко говоря, неадекватно.       Та швыряла в Дану листы бумаги, скомканные настолько крепко, что они стали напоминать белые камни. Во всяком случае, летали комки по помещению с хорошей скоростью. На папке, которой словно щитом прикрывалась Дана, они оставляли отметины.

– Ты меня опозорила! – шипела Дайна, всё же не срываясь на крик, чтобы не привлекать внимание коллег из соседних кабинетов. – Ты всю нашу семью подвела! Как мне с тобой работать?

– Что случилось? – задала вопрос Лея, ошарашено хлопая ресницами.

– Она беременна! – палец блондинки указал на виновную. – Беременна и без моего на то разрешения!

– А чего она спрашивать-то должна?

– Потому что я – старшая! – ответила на резонный вопрос Леночки Дайна. – И потому что сейчас на это нет времени! Или нам что? Мало проблем, да?

– Для начала я бы предложила меня до конца выслушать, – насупилась Дана.

– Дома поговорим!

На этих словах публичное обсуждение новости завершилось. В конце рабочего дня коллеги разошлись по разные стороны и как-то так получилось, что Лея и Леночка тактично опустили тему скандала вечером, но по утру желание обсудить его никуда не исчезло.

– Может, дело не в отсутствии мужа? – предположила молодая женщина. – Вдруг проблема именно в личности отца?

– Или в ипотеке. Ты же говорила, что они её выплачивают, а ребёнок очень затратное удовольствие.

Повисла тишина. Было только слышно, как тикают настенные часы, как капли усилившегося дождя бьют по металлическому водоотливу, как Мурчик спрыгнул с кресла, на которое его положили. Несмотря на отсутствие слов каждая из девушек знала, о чём думает другая. И мысли эти были тягостны и противны настолько, что вслух их произносить никак не хотелось.

– Мяу, – протянул кот, начиная ластиться о человеческие ноги в надежде, что ему достанется какое-нибудь лакомство, и его суетливое попрошайничество разрушило неприятное наваждение.

– Хорошо, что я переехала именно сюда, – по небольшом размышлении сказала Лея и, кинув коту кусочек колбаски, добавила. – Какая-то у них там нездоровая обстановка.

***

– Апчхи!

Заканчивающая мыть посуду Дана скосила взгляд на сестру, и он был красноречивее любых слов.

– Не надо на меня так смот… – начала было Дайна, но снова расчихалась. При этом глаза у неё заслезились ещё больше, а жидкая сопля попала на недоеденный бутерброд.

– Ладно. Хорошо. Раз не хочешь, чтобы я тебе тактично намекала, тогда слушай напрямую, – с раздражением сказала Дана и, выключив воду, начала резкими движениями вытирать руки синим кухонным полотенцем. – Оставайся сегодня дома и постарайся выздороветь.

– Но я здорова! – утирая распухший красный нос, заявила Кхалисси Дагна.

– Судя по тому, что ты так считаешь, ты определённо больна.

– Со мной ничего страшного. Я же уже больше недели так чихаю и ничего. Это просто адаптация, ещё немного и мой организм справится с вирусом… Апчхи!

– По-моему, это вирус с тобой всё-таки справился, – хмуро заметила Дана. – Вчера ты так не выглядела. Я даже отсюда вижу, что у тебя жар.

Дайна упрямо поджала губы. Она и сама чувствовала, как горит тело.

– И больше, – продолжила давить на сестру Дана. – Если ты пойдёшь со мной на работу, то тем создашь неблагоприятную обстановку в кабинете. Твой вирус запросто передастся госпоже Пелагее.

– Ну не могу же я здесь просто так сидеть? – насупилась Дайна и потянулась за салфеткой, чтобы, уже ничего не скрывая, вытереть полный соплей нос.

– Так и не сиди просто так. Давай вместе выйдем из дома, и ты зайдёшь в местную аптеку. То, чем люди лечатся от подобного, должно тебе помочь.

– А если оно меня наоборот угробит? Я же на четверть демон, – лицо Дайны стало совсем кислым.

– Я бы на твоём месте переживала, чтобы тебе дозы хватило. Наш организм запросто от человеческого лекарства избавиться сможет, и тогда пользы от посещения аптеки будет с коготок чортанка.

Такая вероятность и вовсе расстроила Дайну, но совет ей сестра дала дельный. Собираясь охранять человека на Земле, Дагна взяли с собой уйму необходимого. Но необходимым на тот момент казались яды, заживляющие, обезболивающие и тому подобные зелья, нежели нечто, способное побороть не существующую в Аду простуду. Тем более, что на крайний случай в их квартире хранилась компактная мобильная алхимическая лаборатория, а в команде присутствовала более-менее способный алхимик – Дарина. Однако теперь ни одна из телохранительниц, присутствующих на Земле, не обладала достаточными навыками, чтобы создать какое-либо общеукрепляющее зелье для своей Кхалисси. Поэтому Дайне предстояло выкручиваться самостоятельно.

– Ладно, останусь дома, – мрачно буркнула она.

Дана на это довольно кивнула, а там, приведя себя в порядок перед зеркалом, положила в сумку две важные для себя вещи: телефон и маленькую книгу – очередной роман в мягком переплёте. Глядя на рисунок обложки Дайна едва сдержалась от ехидного комментария, но воспалённое горло мало способствовало общительности. Поэтому ей оставалось только молча удивляться.

Кто бы мог подумать, что именно Дана, одна из самых серьёзных Дагна, увлечётся таким вот легкомысленным чтивом?

Затем они вышли на улицу. Дайна уже попривыкла к городскому шуму и на многие звуки больше не реагировала. Однако такого рода адаптация ей не нравилась, да и ей вообще мало что на Земле нравилось, а потому она привычно печально вздохнула и непривычно сильно зачихала, прикрывая рот ладонью. Скорее даже закашляла.

– Вон аптека, – поглядела в сторону стоящего по другую сторону дороги дома Дана. – И постарайся за сутки привести себя в чувство.

– А может наоборот? – решила озвучить слабую надежду Дайна. – Что если тогда повелитель сочтёт более рациональным временно заменить меня? Я бы очень хотела увидеть сестёр и лично узнать, что с ними всё в порядке. Ну нет у меня к Кхалу Рохжа никакого доверия!

– Мне действительно стоит озвучивать, что я по этому вопросу думаю?

– Нет. Иди в офис и постарайся справиться со всем одна.

Дана не стала тратить время на ответ, а пошла вдоль улицы привычным для себя путём. Дайна с полминуты глядела ей вослед, но затем светофор загорелся зелёным, и она перешла дорогу. Часть наблюдателей при этом сразу встрепенулись – по окончании Кастового трибунала Ад и Рай стали следить не только за человеком. Подобное не просто раздражало, а прямо-таки резало по нервам. Но когда не можешь повлиять на ситуацию, лучшее, что можно сделать, это принять её и жить с ней дальше. Поэтому Дайна постаралась успокоить расшатанные нервы, зашла в аптеку и…

И так из неё и не вышла. Ибо стоило воительнице пройти чуть дальше порога, как…

– Апчхи!

Она ставшим машинальным движением вытерла нос платком и бойким шагом гладиатора на арене подошла к продавцу‑консультанту. Молодая девушка сперва машинально попятилась, но затем вспомнила, в чём состоит её работа, и натянуто заулыбалась. Было видно, что общение с новым клиентом не доставит ей никакого удовольствия. Пожалуй, она рассчитывала на более спокойное утро.

Что же, Дайна тоже как-то на большее спокойствие рассчитывала.

– Кхалисси Дайна, простите за вмешательство, – одновременно с тем, как ошарашенная продавец-консультант захлопала ресницами и непонимающе завертела головой, произнёс знакомый голос.

В следующий миг никакой аптеки вокруг Дайны уже не было. Она оказалась совершенно в другом помещении и, судя по всему, в Аду. На Земле ей ещё не доводилось видеть комнаты со стенами такой кладки, да и окон здесь не было. Кроме того, сухой тёплый воздух и пах по-другому.

– Что вы наделали? – несмотря на то, что домой её тянуло с нестерпимой силой, сердито, как змея, прошипела Дайна в сторону Леккео.

– Нам было необходимо встретиться с вами, – виновато разведя руками, спокойно ответил секретарь герцога Дзэпара, – а на Земле это нынче опасно.

– И где мы?

– В замке Его высокопревосходительства.

– В замке Его высокопре… – громко и возмущённо начало было она, но тут же прижала ладонь ко рту. Не хватало только чьё-либо нежелательное внимание своими криками привлечь.

– А чего тебе не нравится, малявка? – усмехнулась из своего угла Йуллер Къёрелл. Серокожая демонесса сидела там на корточках и точила мясницкий нож.

– Да то, что вы притащили меня бездна знает куда! Вот, что мне не нравится! – разгневанным шёпотом сообщила Дайна. – Неужели вы не понимаете, что моё исчезновение не останется незамеченным наблюдателями? И наблюдателями Его превосходительства Ал’Берита тоже!

– Так держи язык за зубами мудрости.

– Йуллер хочет сказать, – привычно вклинился Леккео, покуда Дайна утирала липкий пот со лба, – что в этом нет ничего страшного, если вы и далее предпочтёте молчать о нашем с вами секрете. Мы связались с одной из Дагна и получили через неё возможность сделать так, чтобы произошедшая телепортация осуществилась под прикрытием. Для стороннего наблюдения вы словно осуществили самостоятельное перемещение в дозволенную зону.

– И что с того? Любая ищейка сможет взять мой истинный след.

– Кхалисси Дайна, если вам так будет спокойнее, то знайте, я задействовал артефакт, серьёзно усложняющий такую возможность. Но вы слишком тревожитесь. Поверьте, ваша роль не такова, чтобы экстренно привлекать профессионалов и удостоверяться как оно было на самом деле. А каждый ушедший миг, сами знаете, искажает телепортационный путь.

– Некоторым демонам очень важны нюансы. Даже самые ничтожные. И вы понимаете, о ком я говорю, – не могла не буркнуть она.

– Да, понимаю. Но у Его превосходительства ещё меньше необходимости вести такого рода расследования нежели у прочих. Несомненно, до него будет донесено, что вы постарались ускользнуть от наблюдения, и потому он незамедлительно начнёт вас искать. Однако маловероятно, что ему потребуется поднимать для этого точную траекторию телепортации. Он же озаботился возможностью получать ваши координаты напрямую, верно?

– Разумеется. Но разве повелитель не сочтёт любопытным факт моего пребывания в замке Его высокопревосходительства? С чего вы взяли, что нынешнее местоположение телохранителя его первого заместителя не покажется ему интересным? Ну вот с чего? – с язвительностью продолжала наседать Дайна.

– Потому что чуть более чем через две минуты я смогу открыть вам доступ отсюда. Вы покинете этот замок так, что Паутина закроет ваш телепортационный путь именно конечной точкой.

Воительница фыркнула и упёрла руки в бока, хотя на самом деле испытала истинное облегчение. Однако некоторый неприятный момент ей ещё требовалось прояснить.

– И куда же вы намерены меня перенести?

– Вообще-то более рациональным будет, если вы совершите телепортацию самостоятельно, а потому тут выбор за вами. Но позволю себе предложить в качестве конечной цели дом госпожи Пелагеи. Подобное не должно вызвать серьёзного беспокойства Его превосходительства. Только некоторое недовольство.

Дайна посчитала, что Леккео прав. Не иначе этому непоколебимому полукровке было известно, что она передала через Кхоттажа запрос на то, что желает связаться с сёстрами, и получила в ответ категоричный отказ. Дайне не дали ни выбрать замену Дарине и Дарре, ни выяснить, как на самом деле обстоят дела у её клана после Кастового трибунала, да и вообще не позволили ничего из того, что требовали от неё обязанности Кхалисси. Изоляция была очень жёсткой. Поэтому то, что в какой-то момент она сочтёт необходимым нарушить возведённую вокруг себя стену, было высоковероятно. Ведь Дайна на самом деле была в шаге от такого поступка! Другое дело, что во многом воительницу останавливала опаска совершить неправильную телепортацию в другой мир. Как-то неприятно было бы оказаться не в Аду, а посреди безжизненного ледяного пространства. Ну, или даже в Аду, но в глубине жерла некоего вулкана.

И вроде бы вот оно, вселенная решила исполнить её желание. Однако Дайна всё равно осталась недовольна. Подобная спонтанность воительнице не понравилась, хотя разумом она признавала – её отношение к ситуации не имеет никакого значения. Действовать требовалось по обстоятельствам, а потому она, стараясь не обращать внимания на головную боль, усилившуюся из-за нежданных проблем, спокойно сказала:

– Хорошо. Только давайте быстрее закончим с тем, ради чего я вам понадобилась.

Леккео согласно кивнул и с мягкой улыбкой перешёл к делу.

– Мы ждём ответа на наш вопрос. Готовы ли вы способствовать нам, Кхалисси Дайна?

– И да, и нет. Я ничего не сообщу повелителю. Во всяком случае, если обстоятельства внезапно не изменятся. Но помогать вам я тоже не стану. Ни одна возможность не стоит отсутствия гарантии, что в случае неудачи мой клан не будет выжжен из упоминаний.

– Я же тебе говорила, – презрительно хмыкнула Йуллер, повернув голову к Леккео, а затем пристально посмотрела в глаза Дайне. – Зубы мудрости – это ещё не мудрость.

***

Нескольким ранее, как раз в то время, когда Дана заканчивала мыть посуду, в Аду произошло событие, которое можно назвать судьбоносным. Воистину, это был важный и поворотный момент несмотря на то, что внешне он выглядел непритязательно и обыденно. Однако пора отодвинуть в сторону воздушную сине-золотую тюль, прикрывающую вход в изобилующий драпировками зал, и всё-таки рассмотреть, в чём же он заключался.

В специфично обставленном светлом и просторном помещении находился Кварзиотто. Он с удовольствием смотрел на танцовщиц, грациозно и игриво двигающихся под ритм таблы. Лапки демона подрагивали в такт, а рот изогнулся в масляной улыбке. Лежащее перед ним на ковре, на котором он восседал, блюдо с нарезкой внутренних органов так и осталось нетронутым. Зрелище привлекало его больше.

– Эта новенькая. Кто она? – тихо пробулькал он стоящему за его спиной служке, едва поворачивая голову.

Речь шла о молоденькой представительнице клана Кбахрта. Во всяком случае, походила она именно на них, отличаясь только наличием роскошной гривы светлых кучерявых волос на голове да чересчур тонкой кожей, под которой просвечивали пульсирующие голубоватые жилки. Скорее всего последний изъян и послужил причиной непринятия в род. Иначе вряд ли бы та избрала нынешнее ремесло.

– Это танцовщица из Къеттла. Она искусна в сладострастных движениях и успешно служит в доме Риого. Самая настоящая жрица утех перед вашим взором. Её имя Лидчитта, великий эфенди… Желаете ли вы узнать её ближе?

Вопрос служка задал с опаской. Их заведение Кваризотто посещал регулярно и являлся постоянным клиентом не один век. Под его капризные вкусы хозяин обустроил целый ряд комнат и выдрессировал десятки сотрудников. Но принимать такого гостя было весьма выгодно, несмотря на все хлопоты. Главный смотритель не скупился на свои развлечения. Присутствие же его повышало статус дома развлечений.

– Пожалуй, да, – сделал свой выбор демон и продолжил наблюдать за покачиванием бёдер.

Между тем музыка достигла своего пика. Все танцовщицы синхронно замерли, а затем по их телам словно прошла дрожь. Лёгкие полупрозрачные ткани слетели, обнажая фигуры ещё больше. Кварзиотто довольно хрюкнул и всё-таки протянул лапку к угощению. Таблы затихли. Все музыканты и демонессы, кланяясь, плавно скрылись за колоннами арок. Кроме одной, грациозно встряхнувшей головой. Красивая длинная шея в обрамлении светлых локонов легонько изогнулась, и, повинуясь знаку, её обладательница подошла ближе.

– Великий эфенди осчастливил меня своим выбором, – промурлыкала Лидчитта, садясь на колени в нескольких шагах от Кварзиотто. – Могу ли и я доставить вам радость услаждением слуха игрой на ливионетре?

– Нет, – ответил он, и служка, уже готовый подать музыкальный инструмент, расслабился. – Звук твоего голоса ныне приятнее для меня.

Разговаривать с демонессой главный смотритель на самом деле не хотел, но так он поступал с каждой новой игрушкой, предлагаемой ему хозяином заведения. Должность определяла его к сотрудникам достаточно высокого ранга, официальное обращение к нему даже начиналось со слов «Ваше достоинство», и потому стоило относиться к любым мелочам с вниманием. Стремящихся сместить его завсегда находилось в преизрядном количестве, а подобные развлечения демон приписывал к своим слабым местам. Так что он был предельно осторожен. Однако на этот раз, если бы не хорошая осведомлённость и развитая интуиция, то он мог бы допустить ошибку. Уж очень умело Лидчитта играла словами, тактично подводя к своей цели.

– Никто из людей не сравнится с моим искусством, великий эфенди, – продолжая восседать на нём и двигаться, с придыханием произнесла демонесса. – Жаль, что мастерству нищие вкусом предпочитают невозделанные кристаллы душ.

– Ощущение энергии первозданной в теле живого существа сродни изысканной приправы. Обладание человеком вносит свою долю остроты в процесс… Но излишество в пряностях так же портит блюдо, как и отсутствие оных.

– Да будет мне дозволено сказать, что ваше видение совершенно ещё и тем, эфенди, что ваша гениальность способна раскрыть его миру, – восхитилась она и с легкомысленным восторгом произнесла нечто, заставившее Кварзиотто предельно насторожиться. Опыт при этом позволил ему суметь совладать с собой и не дать Лидчитте понять вкус его истинных эмоций.

– Ах, ведь если бы имелась возможность сотворения иллюзии сей приправы, то моё мастерство достигло бы своего пика! И не только моё. Хозяева домов развлечений склонялись бы пред вашей дальновидностью.

Главные смотрители других районов Питомника, конечно, имели не меньше познаний, чем Кварзиотто, но не зря он заслуженно гордился их глубиной. Так что в данный момент его определённо провоцировали как профессионала. И да, это было приятно. Быть может, в другой век Кварзиотто и купился бы на слащавую лесть, но в настоящем у него были причины воспринять щебетание Лидчитты как серьёзную опасность.

Прежде всего, благодаря тайне смотрителей, Кварзиотто был в курсе, что одному из его коллег на днях предложили через подставное лицо поработать над аналогичной маскировкой. И настойчивость в подобном вопросе не позволяла верить, что на задумку придания демонам иллюзии души никак не повлияло вероятное рождение нового рефаима. Да-да, кто-то искал путь для осуществления своего желания. Кому-то потребовалось получить в своё распоряжение «ядерное оружие». И так как оно было замедленного действия и требовало для своего совершенствования определённых условий, то этот кто‑то намеревался спрятать его среди людей.

Что же, Кварзиотто раскрылось очень любопытное обстоятельство. И дополнительную изюминку, на вкус демона, факту добавляло то, что некогда повелитель корил своего верного слугу, озвучивая нынешнее деловое предложение в качестве оскорбления.

Была ли здесь взаимосвязь?

И да, и нет.

Отношения, связывающие Кварзиотто с его повелителем предполагали, что если бы это был интерес самого наместника Аджитанта, то он обратился бы к своему сотруднику напрямую, а не намекал язвительными насмешками. Так вышло, что виконт Ал’Берит был обязан его покровительнице – Её могуществу Рэнэдатар, а потому он снисходительно относился не только к привычкам главного смотрителя, но и закрывал глаза на его склонность проворачивать некие неприемлемые дела, связанные с ресурсами Питомника. И даже извлекал из этого выгоду для себя. А, значит, не может быть сомнений – осуществить тайное вмешательство вознамерился кто-то посторонний. И при таком раскладе наилучшим выходом из положения стало бы по-тихому донести свои подозрения до соответствующих лиц, но… Но сделанный вывод лишь подогрел азарт Кварзиотто. Понимание, что Лидчитта может, словно выбившийся из клубка кончик ниточки, привести его к сладкой сердцевине, разгорячило кровь демона. Ведь за такое расследование должна была последовать многообещающая благодарность. Во всяком случае, на землях Питомника имя господина Аворфиса не произносилось бы даже шёпотом! А второму заместителю своими сухими дотошными речами и пренебрежением к факту родства удалось настолько довести несчастного Кварзиотто, что он начал неистово жаждать избавления себя от его общества.