Хозяин Острова

Глава первая

– Я видала такую чепуху, по сравнению с которой

эта чепуха – толковый словарь.

Льюис Кэрролл " Приключения Алисы в стране чудес "

День первый. Девять часов и тридцать три минуты утра по местному времени

Они летели над поверхностью лазурной воды. Бирюзовое небо и искрящийся под ярким солнцем ослепительными бликами синий океан заставляли сердца путешественников стремительно биться. Сапфировые краски природы, ощущение полной свободы, лёгкий привкус волшебства и тайны не могли не затронуть их души. А ведь самое главное ещё только начиналось – из вертолёта открывался вид на выплывающий из туманной дымки остров. Инга заворожено смотрела через иллюминатор на далёкий берег, а дивная местность словно неслась ей навстречу, чтобы как можно скорее раскрыть взору поразительной красоты панораму. С каждой секундой всё ближе становился непостижимый кусочек суши, веками укрывавшийся не только от глаз первооткрывателей, но и от космических спутников.

Облака окутывали планету, медленно расплывались по ней. И никому в голову не приходило, что над небольшим участком поверхности они есть всегда… Точнее были. До недавнего времени. Если бы не произошло невероятное стечение обстоятельств, лишившее клочок земли этой небесной защиты, то никто (ещё неизвестно сколько!) не смог бы узреть это чудо. А увидеть его хоть раз в жизни стоило.

Относительно небольшая равнинная часть острова с высоты казалась пёстрым узорчатым ковром, хотя на самом деле им являлись возделанные сельские поля. Посреди этого растительного буйства красовался город. Он, подобно итальянскому Амальфи, располагался на склоне богатой зеленью горы, на которую легла коричневая ленточка дороги-серпантина. Остроконечная вершина словно рассекала небо. Великолепный вид и так завораживал. И всё же подобную красоту было невозможно сыскать и во всём мире по иной причине – величественный пик под влиянием неведомых сил природы некогда раскололся надвое, и вторая половина необъяснимым образом выглядывала из воды тонкими многочисленными столбиками, которые постепенно расширялись кверху и переплетались друг с другом. Казалось, что это корни гигантского дерева выбрались из недр земли. Они, как своеобразные колонны, удерживали четыре небольших, будто парящих, островка. Один весьма крупный и три намного меньше. Все эти «небесные тверди» соединялись подвесными переходами, ибо находились почти на одной и той же высоте.

Сложно было поверить фотографиям! Острова казались фантастикой. Исследователи вились вокруг них, словно мухи у блюдца с вареньем, чтобы изучить загадочную землю… Вот только, увы, обетованную. И поселенцы являлись совсем иными аборигенами, чем которые когда-то встретили европейцев в Америке или же в Африке. Они не собирались скупать стеклянные бусы за золото. Да и всемирные защитные организации не дали свершиться экспансии. Более того, островитяне быстро сумели перенять многие блага цивилизации. Как технические, так и культурные. Даже сменили традиционную одежду. Подобные действия, как и отсутствие удивлённых глаз да детского наивного восторга, изумляли мировую общественность. Почему-то незваные гости не стали здесь посланцами богов. Нет. Владыки Острова, наоборот, дали понять, что считаться стоит именно с ними. Прошло всего несколько лет, а невероятный Остров превратился в одно из самых дорогих и желанных мест для туризма, принося баснословный доход своим обитателям. И при этом держался в стороне от суеты большого мира, и не позволял чужакам ничего лишнего…

Особенно не приветствовались изнывающие от любопытства учёные.

Инга вытащила прижатый к телу ремнём безопасности рекламный проспект, на котором красовалась крупная надпись «Это ваш Рай!». Затем она раскрыла его, чтобы сравнить фотографию с действительностью. Реальность выигрывала, но девушка опустила взор на бумагу. Её глаза (уже не в первый раз) быстро пробежали по чёрному мелкому рекламному шрифту, сообщавшему различную информацию. Память старательно попыталась впитать в себя выжимки. Хотя восторженные обороты речи придавали объём тексту, действительно полезных данных оказалось не так много. Но Инга была уверена, что даже их она бы растеряла, стоит только ступить на землю. Внутреннее волнение сковывало мышление. Трепет перед происходящим даже сдавливал грудь, не давал свободно дышать.

Судя по брошюре, на самом крупном небесном острове жили только жрицы местного храма, хотя окружающее пространство являлось очень даже пригодным для жизни. Согласно схеме, присутствовали и крошечные леса, и уютные поляны, и извилистые ручьи, и даже два небольших озерца. Вот уж загадка природы, как такое могло существовать, и почему эта земля не заселялась и не возделывалась. Ведь основной Остров был далёк по своим размерам от материка. Даже Маврикий превышал его в несколько раз.

Возможно, если бы Инге довелось знать чуть больше о местной религии, то неясностей для неё стало бы меньше. Но о таком «даре знаний» мечтала не только она. А потому и учёные, и исследователи, и даже простые обыватели заполняли мировую сеть предположениями, неизвестно насколько далёкими от истины.

– Сложная орнитологическая обстановка, – недовольно сказал болтливый весельчак-пилот пассажирам. – Не очень хорошо, но справимся!

Вертолёт уже подлетал к скромной посадочной площадке, когда девушка заметила знакомый силуэт корабля. На нём перевозились машина, техническое оборудование, большинство вещей и, самое главное, их технический специалист – Сашка, назначенный следить за перевозкой. Высота уже была не столь велика, чтобы не узнать коллегу по ярко оранжевой куртке, столь им любимой. Судя по тому, как тот размахивал руками перед стоящими людьми в форме, разговор между ними происходил не из приятных.

– Теперь ты понимаешь, почему мы полетели на вертолёте? – услышала она через наушники немного искажённый эмоциональный голос Павла. – Эти жители Острова самые настоящие изгои!

Конечно, у Острова имелось своё исторически сложившееся название. Но оно было труднопроизносимым, поэтому его заменили столь всеобъемлющим словом. Более того, насколько стало известным, сами местные предпочитали при чужеземцах называть свою родину также.

– Ну, скажи, где ты видела, чтоб происходил такой отбор туристов и контроль над ними? Визу дают не более чем шесть дней за сезон. А Храмовые Сады, – продолжал Павел, – разрешено увидеть только один раз за всю поездку! Это же единственное ради чего и стоит посетить это место. Пляжей по всему миру и так полно, а они вместо того, чтобы срубить денег – не пускают. Там точно что-то есть. И я обязательно выявлю, что это!

– Думаешь, вертолёт настолько добавил тебе презентабельности? Уверен, что он заставит их с тобой считаться? – весело произнесла Инга.

– Знаю! – усмехнулся он. – Смотри.

Действительно. Их уже встречали. Недалеко от посадочной площадки остановилась чёрная машина. Элегантный транспорт выглядел вдвое дороже своей истинной цены, если учитывать с какой редкостью автомобили встречались на Острове. Необходимость доставки из большого мира топлива и узкие мозаичные улочки города мало способствовали популяризации автомобилей. Они являлись здесь экзотическим зрелищем, которому, по сути, практического применения было почти не найти. Здесь всё ещё предпочитали передвигаться пешком, хотя в последнее время стали преобладать велосипеды.

Вертолёт словно застыл на одном месте, медленно и плавно начиная снижение, а из машины, несмотря на мощный искусственный порыв ветра, созданного винтом, вышли трое мужчин в тёмных костюмах. Кабина дрогнула, когда полозья соприкоснулись с поверхностью земли. Гаррет, зачем-то снявший гарнитуру, что-то прокричал и заулыбался, однако из-за шума его никто не расслышал. Этот факт не расстраивал. У Гарика (так Гаррета называли в команде) как американца было весьма специфическое для славян чувство юмора.

Четверо исследователей нерешительно направились к делегации. К ощущению счастья, наполнявшего Ингу, тут же прибавилась смутная тревога. Девушка шла последней и видела, что все тоже словно чего-то боятся и потому старались держаться за спиной Павла – главного в их команде.

«Да чего трястись то? – внезапно подумалось ей. – Выйдет или не выйдет – главное, что я это всё вижу своими глазами».

Мысль принесла некое умиротворение. Плечи расправились, и она лёгкими шагами догнала руководителя, попутно внимательно разглядывая мужчин у машины. Их бледная кожа, не типичная для такого ныне солнечного местечка, отливала сероватым оттенком. Казалось, что за столько столетий под облаками эти люди отучились загорать. Чёрные волосы были на удивление матовыми. Если бы не живые яркие глаза, то казалось бы, что этих людей вырезали из гангстерского чёрно-белого фильма и разместили в другой, современной и яркой киноленте. Все как на подбор выглядели худощавыми, но никаких дум о слабости, глядя на них, в голове не возникало. Осанка и мечи на поясах, столь неподходящие для украшения классических костюмов, выдавали долгие годы тренировок.

Правда, зачем это оружие на таком относительно небольшом Острове? Неужели здесь велись войны? Население ведь насчитывало несколько десятков тысяч человек и только…

Павел энергично протянул руку в знак будущего сотрудничества, но ледяной взор встречающих быстро подавил его вежливую улыбку, и заставил ладонь опуститься.

– Я Владыка Остор, – представился один из мужчин неопределённого возраста на хорошем английском, ставшем вторым языком Острова, и немного скривился. – Думаю, вы понимаете, что Остров, по-своему, обособленный мир. Здесь никогда не были и не будут рады тем, кто пытается перевести величие и красоту в логические объяснения и научные догадки.

Говорившему с одинаковой уверенностью можно было дать и двадцать пять, и сорок лет. Видимо он относился к той редкой категории людей, которые долгое время выглядят очень молодо, а затем резко стареют. Со вкусом подобранная официальная одежда, обувь и аксессуары уже выдавали его принадлежность к «великим мира сего», но, словно для тех, кто мог бы не догадаться, через плечо свисала золотая варварская цепь с крупными самоцветами… Удивительно, может на ком-то другом подобное украшение и смотрелось бы вычурно и нелепо, но не на Владыке. Нутром Инга чувствовала, что перед ней стоит настоящий дипломат, а потому движение каждой мышцы лица казалось ей продуманным. Даже тот напор, с которым тот говорил, имел свою цель – гостям предстояло чувствовать себя «не в своей тарелке».

Видимо Павел пришёл к такому же выводу. Первая растерянность руководителя научной группы от подобного приветствия быстро прошла, и осталось только упрямство, столь свойственное родившимся под знаком овна. Он уверенными движениями открыл папку, чтобы показательно достать толстый контракт, скрепленный размашистыми подписями.

– Но договорённость у вас с нашей организацией есть, иначе бы нас здесь не было.

– Именно. Иначе бы вас здесь не было, – ответил Владыка, небрежным жестом показывая, что ему не нужны никакие бумаги, и резко добавил. – Восемь дней на Острове. Два посещения Храмовых садов и только один визит туда с вашей аппаратурой. Не больше.

– Так и будет, – уверенно подтвердил Павел.

Инга знала нынешнего руководителя очень хорошо, а потому его интонация доказывала, что ощущение, преследовавшее её с самого начала поездки, вышло верным. Этот договор не был бы соблюдён честно. Их группой.

– Жизнь покажет, – Остор хищно приподнял уголки губ, развернулся и сел в машину. Двое его синеглазых спутников, которых никто так и не представил, тоже скрылись в салоне. На душе прибывших учёных сразу появился неприятный осадок.

– Кажется, Остров перешёл в наше распоряжение, – попытался приободрить коллег Павел, но заслужил только кислые улыбки товарищей.

День первый. Около десяти вечера по местному времени

Трень.

Радостный свист и смех.

Все пятеро экспертов (каждый в своей области) расположились в комнате одного из номеров тихой, уютной гостиницы и радовались прибытию на Остров. Столь приподнятое настроение обосновывалось весьма простым фактом – посещение сей «земли обетованной» было редким и даже исключительным явлением. Владыки предпочитали количеству туристов их «качество», чем ещё больше завышали элитному курорту цену. Кроме того, официально заниматься здесь исследованиями – небывалая привилегия, создающая прецедент. И, пусть время и возможности сурово ограничивались Владыками, это служило началом существенных перемен. Главное, что местные власти наконец-то решились на подобное сотрудничество, а, значит, оно последовало бы и в дальнейшем. Как говорилось, «вода камень точит».

– Неважно, сделаем мы что-либо действительно значимое или нет. Наши имена уже войдут в историю науки! – восторженно закартавил Гарик на ломаном русском.

Замечание было принято за тост, и все пятеро пирующих подняли вновь наполненные шампанским бокалы.

Новое трень.

Инга очень жалела, что первый день на Острове прошёл так быстро. Со взлётной площадки научная группа сразу двинулась в порт. Там они долго суетились с документами и пограничным контролем, затем последовали осторожная перевозка вещей, распаковка и, наконец, настройка оборудования. В качестве рабочего пространства была арендована часть подвала гостиницы. Помещение, как и обещалось, соответствовало требованиям учёных. Конечно, полноценную лабораторию развернуть не получилось, однако некоторые данные стало бы возможно анализировать сразу. И это, конечно, значительно повышало эффективность исследований… И всё же муторные, пусть даже столь необходимые дела, измотали коллектив. Пожалуй, если бы не осознание, как мало времени предоставлялось в их распоряжение в столь дивном месте, вряд ли бы хоть кто-то из них решился на трёхчасовую прогулку по городу. Но оно того стоило.

Улицы были выложены шлифованными камнями различных пород наподобие яркой мозаики. Необычные рисунки плавно переходили друг в друга, смешивая фантастические картины с вполне обыденными сюжетами или же иероглифами. По таким мостовым Инга смущалась ходить. Она не могла отделаться от ощущения, что островитяне, словно дикари, расстелили холсты известных картин вместо ковровой дорожки в прихожей. Сами же мостовые то поднимались, то опускались. Иногда путь преграждали широкие ступеньки, и тогда Сашка хмурил лоб. Девушка сама не поняла, из-за чего тот так реагировал на многочисленные, пусть и не особо высокие, лестнички, пока Павел не потрепал коллегу за плечо со словами: «Ну, кто ж знал, что машина настолько-то неактуальна».

Действительно, об отсутствии возможности проката и узких улочках их предупреждали, а потому модель автомобиля была выбрана соответствующая. Однако подобные преграды взял бы разве что гусеничный вездеход… То-то у местной таможни вопросов по их транспорту не возникло.

Здания в единственном крупном городе Острова выглядели как на подбор – с белыми стенами и красной черепицей. Их украшала аккуратная лепнина и пышные вьюны. Дома почти что не огораживали заборы. Они ютились, прижимались друг к другу, но ощущение огромного пространства не исчезало. Возможно, такой эффект создавало то, что постройки от мостовых отделялись желобками журчащей кристально чистой воды, за которыми шла примерно четырёхметровая полоса газона. Да и зачастую на ровных крышах разбивались цветники. Наверняка, с самой высокой точки вместо яркой черепицы был виден сплошной сад. Природа словно сливалась с поселением. Невозможно было отделить одно от другого. Гармония мира и человека достигла в этих краях своего апогея.

Рекламный проспект не врал. Это был словно Рай на земле.

Вся компания гуляла вместе до тех пор, пока сумерки не стали охватывать город. Тогда зажглись синеватыми огнями крошечные газовые фонарики необычной каплевидной формы, и улочки резко опустели. В этой непривычной для жителей мегаполисов тишине иногда жужжала мошкара или тренькали птицы. Души наполняли умиротворение и спокойствие. Возможно, коллеги, любуясь ясным звёздным небом, продолжили бы сидеть на лавочке в облюбованном сквере до самого рассвета (уж так хорошо вокруг было), но у кого-то предательски заурчало в животе. Вместе с этим столь тривиальным звуком пришло осознание, что за день так и не удалось нормально поесть. Поэтому все единогласно решили вернуться в отель.

Гостиница, в которую они заселились, не имела архитектурных изысков и была незатейливым трёхэтажным зданием пастельного зелёного цвета. Несмотря на чистоту и порядок, интерьер номеров на вкус Инги выглядел слишком простым для невероятно высоких цен. И, судя по всему, её коллеги придерживались такого же мнения. Во всяком случае, после сытного ужина Сашка беззастенчиво заметил, что хотя вся еда была приготовлена вкусно, но стоила так дорого, что, наверное, ему в твиттере её как самую великолепную трапезу в своей жизни придётся описывать. Вершина вкуса! Гарик, как всегда, не особо понял из-за чего все засмеялись, но речь не о нём, а об отеле. В его помещениях преобладала отделка выкрашенным в белый цвет деревом, а современные материалы, вроде привычного пластика, почти отсутствовали несмотря на то, что здание построили сравнительно недавно и исключительно ради неиссякающего потока туристов. Хотя, главное, что все блага, которые только могла принести нынешняя цивилизация и столь привычные для обычного современного человека мелочи, здесь присутствовали.

Каждый занял свой номер. Инге достался на втором этаже в стиле прованс. Его составляли: небольшая прихожая с объёмным встроенным шкафом (как будто в столь тёплом месте могла понадобиться уйма верхней одежды), просторная ванная, вход в которую располагался напротив входной двери, да спальня около пятнадцати метров квадратных по левую руку. Огромная кровать занимала почти всю комнату. По обе стороны от единственного широкого окна стояли два длинных комода, поверх которых пристроились трогательные глиняные горшочки с цветами. Над ними висели зеркала. В них отразилось её усталое лицо в обрамлении ярко-красных волос. Инга со студенчества красила их в такой цвет. И даже избранная серьёзная профессия не изменила имидж. Мысли об этом заставили её карие глаза улыбнуться.

Коротенькие кружевные шторки развевались под слабыми порывами тёплого ветерка. Одна из трёх створок окна была приоткрыта. Инга закрыла её и угрюмо посмотрела на ещё нераскрытую сумку с одеждой. Вещи разбирать, конечно, следовало, но совсем не хотелось… Да и, прежде всего, нужно было сделать другое.

Инга достала из кейса рабочий ноутбук и включила его. Экран тут же засветился, на краткий миг отображая окно заставки с логотипом Stellimber Incorporated, где она работала. Знакомая программа для общения автоматически загрузилась. Муж оказался в сети. От него сразу пришло несколько сообщений, написанных в разное время в течение дня. Инга быстро пробежала глазами по незамысловатым фразам, полных тревог за свою драгоценную половину, и, подумав, изменила настройки программы. Она посчитала, что если каждый автозапуск таким спамом будет сопровождаться, то ей будет уже не до науки. Лучше уж она сама будет решать, когда включать этот кошмар.

«Как хорошо, что из семьи только Антон мне писать может», – нашла при этом положительный момент Инга.

На её рабочем ноутбуке стояла специфическая внутрикорпоративная программа для общения. А потому, не отдай она свой старый телефон мужу, то он бы остался «за бортом» так же, как любопытные знакомые и всюду сующие нос родители. Ни сотовая связь, ни обычные мессенджеры на Острове не работали. Местное правительство расстаралось. В целях сохранения аутентичной культуры, как они объясняли мировой общественности.

«Как же я тут хорошо от всех отдохну!» – даже улыбнулась Инга и смело написала мужу.

– Привет, Антош. Извини, что только сейчас отвечаю, дел было невпроворот.

Подумав, она добавила грустный смайл и усмехнулась. Муж купился бы на эту ложь, сомнений у неё не было.

Если же говорить подробнее о муже Инги, то с ним она познакомилась ещё на втором курсе института. История была банальной. Пошла с подружками в ночной клуб, потанцевала с парнем и почему-то согласилась на свидание с ним, хотя он не особо ей понравился. За встречей последовала ещё одна. И ещё. Ингу забавляло внимание её нового знакомого, но относиться к нему со всей серьёзностью у неё не получалось. Не любила она его и всё тут. Однако, тот всегда прощал и поддерживал, а потому отказаться от его общества в те буйные годы жизни ей было сложно. Так проходил месяц за месяцем, пока однажды ей не пришлось познакомить его с родителями. Затем, как-то незаметно, они в какой-то момент начали жить вместе, хотя Инга пребывала в уверенности, что вот-вот встретит кого-то интереснее. А там поступило предложение пожениться. Причины отказать вроде как не нашлось, да и мама настаивала. Может, её родительское сердце нисколько не подвело, ведь за четыре года в браке не произошло ни единой серьёзной ссоры…

Вроде идеальная картинка. Только вот сама Инга в ней не была уверена.

Может, мешало периодически возникающее желание, чтобы спокойный, терпеливый Антон, всегда соглашающийся с её аргументами, хоть раз проявил характер? Может, поэтому так легко, не советуясь с ним, согласилась она на эту экспедицию? Глубоко внутри ей очень хотелось вызвать у мужа хоть какие-то новые эмоции этим нежданным поступком. Но тот лишь смиренно выслушал. Заметил, что возможность упускать нельзя – подобный шанс получить мировую известность в науке до тридцати можно было принять за невероятное везение. Да и в целом, две недели не так уж долго, а слетать на эксклюзивный курорт за чужие деньги… В общем, он произнёс всё то, что планировала в ответ на его возражения ответить сама Инга. Даже нынешние тревожные сообщения она предугадала вплоть до точности расстановки напечатанных в окне программы слов.

– Я всё понимаю, зай. Просто не мог не волноваться. Конечно, у вас там пока прилетели, пока вещи забрали. Не до того… Рад, что ты как только смогла мне написала. Сотовые на Острове и правда не ловят?

Это было ужасно. Снова вместо всплеска эмоций какая-то ерунда…

В дверь постучали.

– Входите, – громко сказала Инга на английском, после чего со вздохом встала с кровати, чтобы выйти в прихожую.

– Мы все у Пашки собираемся, чтобы приезд отметить. Только тебя не хватает, – весело сказал Дима на родном русском и украдкой показал бутылки недорого шампанского отечественного производства, что он нёс завёрнутыми в ветровку. Девушка хихикнула и поинтересовалась:

– Откуда ж такое странное богатство?

– Не зря же Сашок на этом кораблике со своей морской болезнью плыл.

– А завтра точно очнёмся без похмелья?

– Ну, вкусы на алкоголь Сашкины ты знаешь, – кисло морщась, ответил Дима. Сам он предпочитал крепкие напитки. И куда как более качественные. – Так что давай к нам, а то нехорошо получится, если только у тебя наутро голова болеть не будет.

– Сейчас подойду.

– Ждём-ждём!

Дверь закрылась, издав тихий протяжный скрип, показавшийся ей ехидным. Но Инга не стала сосредотачиваться на этом ощущении, мысленно ликуя – появился прекрасный предлог избежать дальнейшего разговора с занудным мужем. Она снова села на кровать и быстро напечатала:

– Павел всех на инструктаж собирает. Хочет, чтобы мы чётко и слаженно действовали.

– Что делать, если долг зовёт? Спеши на помощь Чип энд Дэйл.

Эта шутка мужа была старой, а потому не вызвала у неё даже элементарного желания ответить вежливым улыбчивым смайлом.

– Честно, не знаю, будет ли у меня время, чтобы элементарно выспаться. Так что не обижайся, если буду писать редко. Я побежала.

– Удачи!

– Кстати, сотовая связь действительно не работает.

Захлопывая крышку ноутбука, Инга ещё успела увидеть, как ей пришло сообщение.

«Просто помни, что я люблю тебя».

Отвечать совсем расхотелось.

– Инга, ты что там? Заснула?

Трень!

Обращение и очередное звяканье вывели её из раздумий.

– Нет. Я в порядке, – она улыбнулась и подняла свой бокал.

Саша, видимо, остался доволен её реакцией, а потому повернулся к Павлу, возобновляя беседу:

– Ты тоже помнишь этот вкладыш в жвачке?

– А то! Он же самым редким был. Я полгода его получить пытался.

– Вот память-то! Такую ерунду хранит, а политическую историю или имена известных художников выбрасывает. Помню, позвали меня как-то в галерею…

Сашка замолк, видимо размышляя, стоит ли рассказывать эту историю. Однако, решение ему принять не удалось.

– А я МХК тоже никогда не увлекался, – сознался Дима, и главный болтун компании переключился на новый разговор.

– Это что ещё за зверь такой?

– Мировая художественная культура.