Сага о розах. Книга вторая

III

. Где вечны розы чистого обмана

Глава 1

Заррах внимательно следил за попытками молодой жены сбежать от него. Упрямства ей было не занимать, а потому она сделала, пожалуй, всё из того, что Мэрион просила её не делать. В результате два воздуховода пришлось чинить, в холле образовался пожар (девушка попыталась открыть каменную печать с помощью разведённого костра), замок на двери, ведущую в его часть дома, оказался испорчен из-за намертво застрявшей в нём шпильки, а во время изучения пруда был разбит гидрокристалл. В общем, за четыре дня произошло предостаточно катастроф, чтобы Заррах схватился за голову и спросил себя, что же он наделал?

О, если бы Мэрион в своё время повела себя хоть в чём-то схоже, то в жизни бы он не решился на брак! Это же не девушка, а чудовище какое-то. Заррах даже начал с недоверием относиться к истине, что отклик всегда образует стабильную пару. Ему больше не верилось, что оба партнёра завсегда подходят друг другу. Ему стали подозрительны россказни подтверждающих всё это драконов – вряд ли им доставались настолько проблематичные жёны. Подумаешь их мереш были влюблены в кого-то из людей, много капризничали, скучали по родным, боялись своих мужей поначалу и даже ненавидели. Заррах считал, что ему досталось всё это вкупе, плюс характер, который совместимым с его никак не назвать.

– Вам ничем не надо подсобить? – мягко осведомилась Мэрион, сочувственно глядя на него.

– Нет.

Дракон находился в саду и был занят установкой нового замка. Тяжёлой эта работа была по двум причинам. Первая заключалась в том, что механизм оказался больше прежнего и из-за этого Зарраху пришлось увеличивать стамеской отверстие в полотне. Однако ему не хотелось испортить хрупкое эмалевое покрытие и в результате процесс шёл медленно и тяжело. А необходимость сосредоточенного труда лишь усугубляла проблему номер два – его раздражение. Эмоции подбивали Зарраха превратить злосчастную дверь в щепки и после сжечь так, чтобы пепла не осталось!

Но, конечно, он так не сделал. Заррах был драконом, а все драконы очень рачительные хозяева. Если уж они решали облагораживать свои подземные тоннели, то неизменно заботились о поддержании их в должном состоянии.

– Может тогда вам попить принести? Охладитесь, а то вы ужо совсем вспотели.

– Ну принеси.

Согласился Заррах не потому, что хотел пить. Он рассчитывал, что так у него получится избавиться от сердобольной служанки. Однако, провожая её взглядом, он заметил, что исподволь за ним наблюдает жена. Она скрывалась за пышным кустом цветущего жасмина и видимо думала, что хорошо спряталась.

Вид супруги вызвал тепло, пробежавшее по всему телу. От желания прижать её к себе было никуда не деться. Естество требовало своего, но пока ещё его можно было сдерживать. Однако сам факт, что это приходится делать, и все совершённые его мереш поломки вынудили Зарраха тихо выругаться и решительно отбросить в сторону стамеску и молоток. Ему надоело молчать и делать вид, что Омико не существует на белом свете. Первоначальное решение игнорировать её присутствие насколько это возможно под действием столь сильных эмоций оказалось забыто напрочь! Дракон поднялся с земли и быстрым шагом направился в сторону жасминового куста.

Поняв, что он идёт в её сторону не просто так, негодница покинула своё укрытие и вознамерилась было юркнуть в дом. Но он успел схватить её за руку значительно раньше, чем она приблизилась к входной двери.

– Пустите меня!

– Не для того я вас ловил, – рявкнул он, и девушка недовольно поджала губы. Однако совершить попытку вырваться из его хватки она всё-таки побоялась.

– Тогда что вам от меня нужно?

– Если вас так воодушевляет идея побега – пробуйте, ищите варианты. Это ваше дело как развлекать себя. Но раз уж других занятий для себя вы не видите, то прекратите хотя бы портить всё вокруг!

– О, так это доставляет вам неудобства? – не сдержалась она и истерично рассмеялась как сумасшедшая.

– В первую очередь это доставляет неудобства вам. Без зеркал в воздуховодах вы лишитесь света, а без пруда – свободного доступа к воде, – попытался вразумить он жену.

– А если я спалю ещё что-нибудь, то вы лишитесь дома?

– Нет, я просто-напросто отправлю вас в нижние тоннели, где всего этого нет, – едко ответил он на её наглость.

Угроза сработала. Это Заррах видел по испугу в глазах супруги. Однако девушка ни в какую не хотела вести себя разумно. Вместо того, чтобы сказать, что отныне она будет вести себя как полагается (о том, что прозвучит хоть какое-то извинение за ранее причинённый ущерб дракон даже не мечтал), ей вздумалось проявить гонор.

– Сами туда отправляйтесь! Вас, конечно, нечасто увидишь, но будет лучше, если вы вообще здесь появляться перестанете.

– А кто вы, собственно, чтобы пытаться прогнать меня из моего же дома? Неужели его хозяйка? – свысока осведомился он.

– Раз я ваша жена, то да. Я хозяйка в этом доме.

Он видел, что Омико дрожит страха. Но злость и мысль, что терять ей нечего, были в ней гораздо сильнее благоразумия.

И нечто схожее преобладало в нём самом.

– Ах вы моя жена, – крайне нехорошим голосом ответил Заррах на слова своей мереш, а затем крепко прижал её к себе. – Так жена должна знать, как ублажать своего мужа.

Он мог наказать девушку иначе, чем вырванным силой поцелуем, но не хотел. Ему было очевидно, что такой поступок разозлит её гораздо больше нежели долгая диета или что-нибудь ещё.

Девушка в его объятиях затрепыхалась. Отклик между ними пока не набрал той власти, чтобы затуманить осознанные желания, а потому во время поцелуя она старательно отбивалась от него своими крохотными кулачками. Пока ему это не надоело, и он не завёл ей руки за спину. А затем, не обращая внимания на пронзительный визг, Заррах перекинул жену через плечо и понёс её в дом.

– Отпустите меня! – визжала она и даже умудрилась дёрнуть его за косу. Но дракону было не занимать силы. Он отобрал свои волосы и переложил их вперёд.

– Хватит! Отпустите! Кем бы вы ни были, вы не смеете так обращаться со мной! Во мне течёт очень знатная кровь. Подумайте против кого вы идёте! Ведь будь это не так, маркиз Виссерийский никогда бы не сделал мне предложение!

Застывшая возле двери Мэрион округлила глаза. Женщина держала в руках стакан воды и не шевелилась. Она была ужасно растеряна, и из-за этого Заррах посчитал нужным с улыбкой сообщить:

– Не переживайте, Мэрион. Видите ли, в моей жене кипит очень знатная кровь. Но ничего. Сейчас она охолонет.

Нести нахалку ему было нетяжело даже несмотря на оказываемое ею сопротивление. Да и она вскоре перестала столь яростно отбиваться. Когда они вошли в изуродованный пожаром холл, удары по его спине совсем ослабли. Омико выбилась из сил. И лишь то, что Заррах отпустил свою ношу, заставило девушку с вызовом посмотреть на него.

– Чего смотрите? Беритесь за дело.

Красивые лазурные глаза тут же выразили недоумение.

– За дело, я говорю! – рявкнул он и, указав на стены, приказал. – Сдирайте остатки гобелена, что сожгли. А позже я принесу стремянку, чтобы вы начали оттирать копоть с потолка.

– Но я не прислуга! – визгливо возразила она.

– Да, я знаю. Вы считаетесь моей женой, – согласно кивнул Заррах. – Вот только тогда определяйтесь, какая роль вам ближе. Хотите, так пойдёмте в спальню. Вы покорно исполните свой супружеский долг и меня это устроит. А нет, так ведите себя, как положено хозяйке дома! Начинайте уже поддерживать в нём порядок.

Девушка насупилась, но парой секунд позже повернулась к стене лицом и покорно принялась очищать её от горелой ткани. Проявленное трудолюбие мгновенно утихомирило Зарраха. Он подумал, что абсолютно правильно поступил. Единожды затратив силы на создание чего-то, нельзя потом к этому чему-то относиться небрежно. Пусть мереш поработает немного. Не только же ему и Мэрион за ней прибирать в конце концов.

… А ещё душу Зарраха грело то, что подобный тяжёлый труд противоположен тому, к чему его жена некогда стремилась. Она хотела сладкой жизни путём обмана, так пусть он, дракон, послужит карающей дланью человеческих богов.

На его лице даже возникла улыбка, но, подумав, Заррах не стал злорадствовать вслух. Он вернулся в сад, чтобы продолжить ремонт двери.

– Вот, держите. Напейтесь вдоволь, – тихонечко подошла к нему Мэрион и протянула стакан воды.

– Спасибо, – поблагодарил он и, выпив всё до дна, потребовал. – В холл пока не ходите. Займись чем-нибудь другим.

– Вы тогда не против, если я рассаду полоть начну. Не помешаю?

– Нет, вы не помешаете.

Как ему могла помешать эта женщина? Это её силами под землёй возник такой сад. Это её руки создали все эти клумбы и грядки. Всё она.

«Да, как жаль, что не Мэрион было суждено стать моей мереш», – с тоской подумалось ему, хотя до этого его уважение к этой женщине не простиралось так глубоко.

Несмотря на хорошее знание людей, Заррах пока ещё не разглядел истинное лицо жены. Он создал в своём сознании прочно устоявшийся неприглядный образ, основывающийся на его презрительном отношении к покойному мистеру Альту ван Крауду и его младшей дочери. А событий, способных поколебать это мнение, пока не возникало. Откуда им вообще было взяться, если в своём отчаянии Омико настолько возненавидела мужа, что напрочь забыла про свою любовь к книгам и спокойному существованию в принципе? Она стала похожа на дикого зверя в клетке, бросающегося на любого, кто протянет к ней руку.

Она чувствовала себя более одинокой, нежели кто-либо во всём этом мире.

***

Некоторые люди страдают от недостатка внимания. Им кажется, что одиночество это проблема.

Ха!

Станьте вором, и эта проблема перестанет перед вами стоять. Вы осознаете, какое блаженство быть абсолютно недосягаемым для людей, а особенно для стражи.

– Хватай его!

Выкрик оболтуса в форме только подстегнул ноги Арена. Он рванул к площади и, чтобы не расталкивать толпу, стремительно запрыгнул на узкий бортик фонтана. После чего пробежался по нему, ловко спрыгнул в сторону лоточника, скользнул под прилавок и… был таков.

– Где он?

– Где этот урод?!

Вопили три обалдуя, пока Арен, вгрызаясь в стащенную по пути ватрушку, сидел на крыше и весело болтал ногами. Ему нравилось наблюдать за разинями с высоты, и ему нравилось собственное ребячество. Будучи мастером-вором он мог бы сделать дело по‑тихому, но порой так хочется показухи.

– Да куды он мог деться? Не в воздухе же исчез.

– Эх, а я кажись именно такое и видал. Регенерат он, – выпучив глаза, тихо, словно по секрету, произнёс туповатого вида стражник.

– Не регенерат, а ренегат, балда!

– Тык я то и сказал! Маг он из богохулов.

– Ох тупица, – прижал ладонь к лицу другой вояка и на эмоциях добавил. – Дегенерат ты полный, Барри.

– Ах это я регенерат? – грозно хватаясь за меч, возмутился тот. И ведь началась бы потасовка, но тут Арен громко свистнул и издевательски помахал стражникам рукой.

– Вон он! Лови его!

И как они намеревались поймать сидящего на крыше вора? Кричали так, будто летать аки драконы умели. Арен аж рассмеялся и в результате обронил вниз недоеденную ватрушку. И так как за ней спускаться он не намеревался, то поднялся на ноги и преспокойно продолжил свой путь. Дома в этой части Райграда стояли плотно друг к другу. Перепрыгивать с одной крыши на другую или с балкона на балкон сложности для вора не составляло. Он ушёл от погони меньше чем за минуту, но, на всякий случай, не спускался на улицы до конца квартала. Лишь достигнув реки, он осторожно спрыгнул на карниз, с него на балкон, затем на балку с вывеской и преспокойно и чинно пошёл вдоль проспекта как порядочный гражданин. Всё, что он ещё сделал, так это снял с себя обтянутую серой тканью маску. Скрывать лицо больше не имело смысла. Скорее напротив, было опасно.

Неторопливо Арен забрёл в куда как менее достойную часть Райграда. Увидеть здесь кого-то не в обносках считалось исключительным случаем, а потому порой люд на него косился. Но не трогали его лихие ребята не по причине того, что признавали в нём своего. Вор был мастером. Подолгу ничей взгляд на нём не задерживался. Едва увидев, прохожие выкидывали воспоминание об Арене как что-то ненужное. Они забывали его мгновенно. Требовалось быть очень сосредоточенным человеком, чтобы это было не так.

Но порой и такие уникумы встречались.

– Эй, кого я вижу, – вдруг кликнул кто-то, и Арен сразу понял, что обращаются к нему. Он демонстративно неторопливо повернулся на звук голоса.

– А, это ты Кэти.

– Конечно я, милый.

Ярко накрашенная девица перестала вызывающе подпирать стену дома и вихляющей походкой подошла к нему. После чего игриво провела пальчиком по груди вора.

– Сегодня встретимся?

– Ты так этого хочешь?

– Конечно хочу, последний раз ты расплатился со мной серебром, – подмигнула ему Кэти, и Арен беззаботно рассмеялся, прежде чем хлопнул ладонью по упругому девичьему заду.

– Последний раз я был слишком пьян. Больше пары медяков ты не стоишь.

– Фи! Каким же ты можешь быть грубияном, – не особо расстроилась она, так как ласково обвела язычком по губам и вопрошающе посмотрела – вдруг ей ещё разок такое богатство перепадёт.

Но Арен знал, что с этой девушкой больше не встретится. Раз она начала узнавать его на улице так легко, то пора с ней завязывать. В конце концов, доступных красоток кругом пруд пруди, а от тех, что выискивают его взглядом, в будущем одни хлопоты. И нет, вовсе не по причине каких-то там возвышенных чувств проблемы ожидаемы. Это мир продажных женщин. Купившихся на них мужчин такие девицы с лёгкостью продают, и тогда можно запросто оказаться с ножом у горла. Во всяком случае, для людей его профессии это наиболее очевидный вариант.

И всё же, отчего-то, Арен захотел поучаствовать в жизни девушки, захотел дать ей неплохой, по его мнению, совет.

– Завязывала бы с этим делом, Кэти. Года три-четыре и от твоей миловидности мало что останется. Ищи, пока можешь, больного на всю голову мужика, что возьмёт тебя в жёны.

Сказав так, он достаточно грубо оттолкнул от себя распутную девку и, пройдя ещё пару улиц, остановился у скромного магазинчика не самого презентабельного вида. После чего Арен, убедившись, что внутри никого кроме хозяина нет, зашёл внутрь.

– А-а-а! – тут же радостно воскликнул торговец краденым. – Это же мой любимый клиент. Арен-Тень собственной персоной. О, как давно я тебя не видел! Года три, не меньше.

– Да, Михей. Я вернулся в Райград с полтора месяца назад и сразу вспомнил о тебе.

Сперва мужичок непонимающе захлопал ресницами, но затем беззлобно погрозил пальцем.

– Ох, обманщик. Я знаю, что Ворона повязали. Вот чего ты ко мне переметнулся.

– Неправда! Просто я тебя сильно люблю, но до сих пор скрывал свои нежные чувства.

– Тьфу! Вечно ты шуткуешь.

– Такова уж моя привычка делать жизнь интереснее.

– Ну, мою-то ты точно делаешь интереснее. Мне ж как стало известно, что ты вернулся, аж невтерпёж! – застучал он кулачком по своей хилой груди. – Всё внутри горит дельце тебе какое-нибудь подогнать.

– Это кто здесь такой глазастый? Кто меня сдал? – напоказ заозирался Арен, театрально прижав ладонь ко лбу. Его голубые глаза при этом горели весельем… и немного серьёзностью.

– Это я, скорее, такой ушастый, – широко улыбнулся Михей. – Думаешь, твой почерк не узнаю? Стащено всё, что можно, но при этом все живы-здоровы. Так редко кто работает.

– Ладно, понял-понял. Впредь буду как все, – поморщился вор. – Сколько там в среднем укокошить надо, чтобы на слуху не быть?

Михей искренне рассмеялся и, казалось вот-вот скажет что-то весёлое в ответ. Однако его лицо резко посерьёзнело. Увидев это, Арен насторожился и быстро обернулся. В сторону магазина шёл какой-то человек, закутанный в приметный зелёно-чёрный плащ.

– Давай-ка сюда, – поспешно приоткрыл ширму за собой торговец и вор не стал себя упрашивать. Если хороший знакомый считает, что ему с кем-то там не стоит сталкиваться, то действительно не стоит.

Поэтому он послушно юркнул за ширму и оказался в небольшой кладовой, второго выхода из которой не было. Это обстоятельство заставило Арена вытащить кинжал и затаиться тихо как мышь.

Зазвенел дверной колокольчик, а затем послышалась тяжёлая поступь.

– Моё почтение, господин Малахитов, – раболепно произнёс Михей, хотя подобное поведение не было ему свойственно. – Чего изволите?

– Как всегда. Ваши услуги.

– Да-да, если это в моих возможностях, знайте, я всегда в вашем распоряжении.

– Знаю.

Короткие уверенные ответы насторожили Арена. Ему даже захотелось подсмотреть и увидеть лицо грозного собеседника Михея. Но, подумав, он не стал заниматься такими глупостями.

– Тому, кому я служу, нужен человек, способный на невозможное.

– А подробности?

– Это должен быть вор. Не карманник, не громила. Мастер проникновения. Но обстоятельства задания будут ему озвучены только при личной встрече.

– Слишком расплывчато. На такое настоящие мастера не пойдут, – с долей растерянности произнёс Михей, чтобы спровоцировать собеседника раскрыть больше. Однако его уловка не сработала.

– Таковы условия, и я думаю, вы способны поручиться за моего нанимателя. Убедите нужного человека, что за хорошую работу всегда следует хорошая награда. Вы же прекрасно знаете, что это правда.

Судя по звуку, на стол упало что-то металлическое. Скорее всего монеты.

– Да, господин. Я постараюсь.

– Уж постарайтесь. Сегодня к полуночи интересующий меня вор должен быть в указанном месте.

Послышался шелест бумаги, а затем шаги отдалились и дверной колокольчик снова звякнул.

– Арен, – почти сразу жалобно протянул Михей, и вор, выглянув из-за шторы, напоказ выпучил глаза.

– Ты чего, хочешь отправить меня не пойми куда, не пойми зачем и не пойми за сколько? Это что, сказка такая для особо непроходимых тупиц?

– Он и правда отлично заплатит.

– Ха, на кого хотя бы этот тип работает? И не говори, что не знаешь.

– Как ни странно, знаю только имя. Некий господин Снорр, но что это за фрукт… Своё настоящее лицо хозяин господина Малахитова старательно прячет.

– Да вот и я тоже своим лишний раз не свечу, – развёл руками Арен и начал выкладывать на прилавок ранее украденные вещицы. – Я, собственно, чего заскочил. Вот, посмотри-ка, что тут чего стоит.

– Арен, душечка, – не сводил с него умоляющего взгляда Михей.

– Душечка? – так и прыснул со смеху вор.

– Душечка, – спокойно подтвердил торгаш и уверенно заявил. – Ты ведь согласишься.

– Я? Да ни за что! Мне от тебя вообще избавиться надо за то, что ты моё настоящее имя знаешь. Так что не провоцируй.

– Нет-нет. Знаю я тебя, Тень, – мягко улыбнулся мужчина и, с хитринкой в глазах посмотрев на вора, восторженно навёл на него палец. – Ты меня любишь и поэтому согласишься.

– Не-а, – упрямо сложил руки на груди вор и в голос рассмеялся из-за идиотизма ситуации.

Глава 2

В подземном доме не существовало дня как такового. Освещение сильно зависело от внешней погоды, а потому мне не забыть шока, что я испытала во время пятых суток своего пребывания под землёй.

Едва начало светать, как вокруг снова стемнело. А затем с высокого потолка над садом мерно закапали капли. Из-за отсутствия ветра они казались какими-то безжизненными и ненастоящими. Я даже села на крыльцо, чтобы с грустью смотреть на них. Но затем капать с потолка стало намного обильнее, а свет основательно померк так, что Мэрион принялась зажигать недавно потушенные лампы. Я поспешила в дом, чтобы помочь ей. И, скорее всего, поступила так, чтобы занять себя хоть чем-нибудь. Мне нужно было отвлечься от страха.

Вот только у меня это не очень-то получилось.

Когда дом наполнил тёплый свет, я хотела было вернуться в сад, но не смогла. Стоило мне открыть уличную дверь, вода едва не хлынула за высокий порог. Снаружи было разве что не море. Более того, из-за мрака оно казалось живой отвратительной массой.

– О боги, да мы утонем здесь! Ещё и в кромешной темноте.

– Успокойтесь, леди.

– Но как, Мэрион? Мы здесь так же, как в том трюме, о котором ты рассказывала! – не на шутку перепугалась я.

– Нет-нет. Я сперва тоже забоялась. Да так, что аж завизжала. Но хозяин всё объяснил. Это всё тучи наверху. Они озорничают. Закрыли собой солнышко, значит, вот у нас и потёмки настали.

Я посмотрела на часы. Ранее мне не было нужды пользоваться механизмами для определения времени. Ещё неделю назад я всегда смотрела на место, что занимает солнце на небосклоне, а потому пока ещё плохо ориентировалась в том, который час. По расположенным на металлическом диске символах, на которые указывали две стрелки – одна подлиннее, а другая покороче, мне было тяжело понимать время. Но на этот раз я собралась и верно определила его.

– Ты не права. Сейчас утро. А тучам никогда не закрыть собой солнце так, чтобы вдруг наступила ночь.

– Так это там, – равнодушно пожала плечами Мэрион в ответ на моё уверенное возражение, и её спокойствие отчасти передалось мне. Я, конечно, смутно понимала, как с помощью зеркал можно провести освещение в подземные комнаты, но предположить, что нюансов у такого странного изобретения в избытке, могла запросто.

– А что с потопом? Нас же вот-вот зальёт. Неужели наверху бушует такая сильная непогода?

– Может и бушует. Не знаю я, леди. Хозяин, когда помогал мне сад обустраивать, толковал что-то про то, что вода над нашим потолком каким-то образом собирается. А то иначе коли дождь едва крапает, то до нас ни капелюхи не дойдёт. Но то не моего понимания чудеса. Я вон радовалась, что огород разбить можно будет. Люблю я это дело. Скучали руки по земле. Сначала вона росточек крохотный. А ты его бережёшь, и вот он уже плодами своими тебя за заботы благодарит.

– Так зальёт же всё! – панически указала я рукой за порог. Воды там было где-то по щиколотку.

– Уйдёт, леди. Впитается, – махнула рукой Мэрион. – Токмо пруд поглубже станет и всего-то. Так что закрывайте вы дверь энту.

Дверь я не закрыла, конечно. Я не могла оторвать глаз от простирающейся передо мной темноты и понимания, что я не просто затерялась где-то глубоко под землёй. Я могу в любой момент умереть здесь.

… И если Заррах не захочет заняться моим спасением, то никто, абсолютно никто не придёт мне на помощь!

Моя апатия стала ещё более глубокой.

***

Четырнадцатого июня или, другими словами, на следующий день после того, как Омико со злостью смотрела на затопленный сад и мысленно проклинала своего мужа, дела Сабрины обстояли куда как лучше нежели у сестры. Она наслаждалась безоблачным небом, мягким бризом, окружающей её роскошью и, конечно, обществом приятного собеседника.