- -
- 100%
- +
1
Эти руки не могли многого. Они не вырезали по дереву, не владели техниками шитья, не могли управиться с оружием или скальпелем. Но только пальцы опускались на твердые клавиши, проходились по ним, словно стоял перед ней не компьютер, а добротное, потертое фортепьяно, из «музыки» слов и фраз, нанизанных на вереницу строк создавались если не шедевры, но произведения, способные на вечер-другой занять даже самого искушенного читателя.
Так оно ощущалось всегда. Но в последние дни это чувство пропало. Ушло вдохновения, та магия, что порождалась движение рук, помогала самому забыться в создании если не мира, но отдельной истории, выстраивании судьбы кого-то другого.
Марина потыкала в клавиши, выведя на белом полотне незамысловатое слово «пепрне». Звучало необычно, пусть, кроме легкой улыбки, ничего не вызвало. И как прежде у нее получалось? Все казалось таким легким. Она просто подлетала к этой жужжащей громадине, скорей открывала новый файл и на часок-другой забывала о существовании мира вокруг, о себе самой. Перед глазами был только текст и весь тот смысл, что он нес другим.
Глоток поостывшего кофе тоже ничего не дал. Лишь напомнил – кофе лучше пить горячим. Марина поднялась, поплелась на кухню, включила чайник. И пока наблюдала за переливами голубого цвета индикатора, пыталась в хаосе мыслей вычленить что-нибудь интересное. Может, сцена? фраза? одно несчастное слово? Ничего. Ничего такого, что могло бы вылиться если уж не в полномасштабное произведение, то хотя бы в небольшой рассказ.
Марина налила новую порцию кофе, села за стол. Нет, с этой проблемой нельзя справиться в одиночку. Она включила телефон, нашла среди контактов номер редактора, быстренько набросала несколько слов и стала ждать ответа. Часы приметно тикали. Из крана капала вода. Марина нахмурилась, покосилась на раковину. Давно пора было вызвать сантехника. За этим пришла другая мысль – и к врачу ей давно надо. Были у нее проблемы, которые без мнения специалиста решить никак нельзя.
В таких бытовых рассуждениях она не сразу заметила сообщение. Редактор лишь сухо заметил, что пора менять обстановку.
«Засиделась ты в своей каморке. Выйди хоть раз на улицу, на жизнь посмотри. Что может создать человек, который не видит дальше своего носа?» – значилось в сообщении.
Марина поджала губы. И с чего она решила, что это бездушное создание, думающее о себе и о деньгах чаще, чем об иных житейских вещах, будет говорить ей что-то дельное? Пора было уже давно принять, что он совсем ее не понимал.
И все же мысль о смене обстановки не оставила ее. Нет, рядом с домой ей делать особо нечего. От того, что она сунется туда, жизнь ее новыми красками не заполнится. Но если на время перебраться в другой город? Вспомнилось давнее приглашение сестры. Та с времен студенчества жила в Екатеринбурге и все зазывала Мариночку, как ее часто называли близкие, если уж не перебраться к ней, то хотя бы навестить.
Марина вновь прошлась по контактам, остановилась на заветном «Светка» и набрала. Гудки в этот раз казались какими-то долгими. Обычно сестра быстро поднимала трубку, сразу же звонким голосом приветствовала. Сейчас же только звук гудков и поднимающееся все сильнее и сильнее напряжение. Может, она занята? Марина уже хотела сбросить звонок, как услышала звонкое:
– Привет. Извини, все никак не могла найти его в сумке.
Девушка выдохнула. Стоило догадаться. Света нередко бросала телефон где ни попадя. И как его за долгие годы ни разу не украли?
– Привет. Я тут подумала… – договорить Марина не успела.
Светка, звеня и потрясая бодрым и радостным настроением, защебетала:
– Слушай, я как раз хотела рассказать, что нам удалось купить квартиру побольше. В хорошем районе, все рядышком. И как раз думала – может, моя дорогая писательница приедет к нам на новоселье?
Марина выдала несколько коротких смешков.
– Я будто предчувствовала.
– О, так ты за этим? Теперь я начинаю верить в Высшие силы, – рассмеялась Светка. – Давай приезжай. И не нужно набирать вещей. Если у нас нет, то купим. И это даже не обсуждается.
Они еще поболтали немного, и Марина стала собираться, попутно выискивая ближайший рейс. Оставалось только передать ключи от квартиры подружке и можно было отправляться в путь.
В автобусе ей досталось самое неудобное место. Оно и неудивительно – еще позже бы взяла билет, ехала бы вообще стоя. Уж лучше так. Марина включила музыку в наушниках, решила немного поспать. Но кислый запах от соседа вкупе с едва уловимыми ароматами пластмассы и бензина вызывали настолько сильную тошноту, что весь путь она старалась думать о сказочных мирах и увиденных ею достопримечательностях, дабы любыми способами избежать возможного изливания на этого самого зловонного соседа.
Света встретила ее, одетая в строгий костюм – в таком она ходила в офис. И Марине невольно стало грустно. Когда-то они были двумя беззаботными девчушками в платьицах с длинными темно-русыми волосами. Сейчас же перед ней стояла взрослая женщина с легким макияжем и сложенными в ровную укладку волосами до плеч. И сама Марина старалась стричься покороче, но делала это сама в ванной, поэтому местами ее пряди были выстриженным неровно, что выдавало ее самодеятельность с головой.
Света притянула ее, заключила в объятия, обдав приятным цветочным ароматом. Марина принюхалась. К утонченной офисной леди этот запах определенно шел. Но больше все это напоминало о недавно умершей матери, а не о той, кто придумывал все их шалости и получал за это больше всех, так как старшая.
– Вот и вылезла медведица из своей берлоги, – улыбнулась Света. – И правильно, давно пора развеяться.
Женщина подхватила сумку сестры, повела их в сторону парковки. Марина сразу же обратила внимание, что машина, поджидавшая их там, отличалась, – на фотографиях из соцсетей она видела совсем другую.
– Ты сменила машину? Вроде бы тебе та нравилась.
– До сих пор нравится, – Света легким движением закинула сумку на заднее сидение, стала устраиваться спереди. – Моя в ремонте. Эта мужа.
– Мужа, да? – протянула Марина, а сама почувствовала, как холодок пробежал по спине.
Во всей этой легкой эйфории случайной идеи она совсем забыла о нем. О муже сестры – Лёше. Их отношения со Светой нельзя было назвать простыми. Вроде бы и искры летели, и скандалы происходили и такие масштабные, что долетало до Марининых околоток. Но все это ширма. Устраивало все только Лёшу. Света хоть и говорила, что любит мужа и вроде бы уходила от него всего на неделю-две, а позже все равно возвращалась, но видно было по лицу – ее любовь лжива. Она не была счастлива. И хоть Марина время от времени раздумывала вывести сестру до откровенных разговоров, но решила не лезть. Вроде бы и правильно. Они – два взрослых человека, способных без третьего разобраться во всем. И даже если Света лгала в первую очередь себе о том, что любит, это все еще ее дело.
Но было во всем этом одно пресловутое «но». Марина сглотнула, сцепила пальцы рук. Все же об этом следовало подумать заранее. Может, просто снять гостиничный номер? Но как объяснить это сестре?
Марина покосилась на Свету. Та была полностью сосредоточена на дороге и предпочитала в такие моменты не отвлекаться даже на включенное радио. И какая-то горечь прошлась по горлу в этот момент. Наверное, давно уже стоило сказать. Но Марина молчала. Оправдывалась, когда ситуация становилась чересчур щекотливой, в чем-то даже делала самые щенячьи глаза и откровенно лгала. Лишь бы только не говорить, не поднимать неприятную тему.
Но правильно ли это? Разве Света не заслуживала знать это? Марина понимала, насколько неправа в своем молчании, но вместе с этим чувствовала себя гонцом, который принес плохую весть. А все помнили, что происходило с подобными раньше. Голову сейчас, конечно, не отсекут, но отношениях их больше не будут такие: наполненные легкой меланхолией по детству и семейным теплом, терпким запахом меда, который они всегда брали к чаю, и воспоминаниям о редких посиделках с мамой, во время которых она рассказывала различные вымышленные истории и сказки.
Марина сглотнула. Ей не отвертеться. Но что она предпочтет: снова солгать или все же сказать правду?
***
– Мы дома, – звонко бросила вглубь квартиры Света, чем невольно оглушила стоявшую рядом сестру.
Но та лишь вяло улыбнулась и предпочла осмотреться. Квартира выглядела уютной: в ней приятно переплетался скандинавский стиль с вкраплением каких-то своих отдельных необычных решений. И сразу же угадывалась легкая рука Светы. Была бы ее воля, то каждая комната олицетворяла ее новую любовь: вот комната, наполненная яркими акцентами пин-апа, вот вмещающая легкость и романтику французского прованса, там утонченный стиль, вдохновленный Древним Египтом и так далее. Список можно продолжать долго.
Из кухни, протирая руки полотенцем вышел мужчина. Чуть полноватый, с пробивающейся залысиной и глуповатым круглым лицом. Он сразу же подскочил к Свете и поприветствовал ее коротким поцелуем в щеку, Марине же досталось лишь сухое «Привет», после чего он вновь скрылся на кухне. Но самой девушке от этого было не легче. Даже скользкого мимолетного взгляда с его стороны оказалось достаточно, чтобы почувствовать легкую тошноту и поднывающую боль в районе груди. Вроде бы все в прошлом, теперь все иначе, но откуда тогда всплывали теперь все эти мысли, старые ощущения? Будто кто-то снова прикасался к ней против ее воли…
– Ты в порядке? – спросила Света обеспокоенно.
Марина покосилась на нее, натянула вполне искреннюю улыбку.
– Просто немного устала.
Они прошли в кухню. Здесь обычно заправлял Алексей, который нередко сидел без работы. Вот и теперь их ждал накрытый стол с вкусно пахнущими мясом, картошкой и жирно политым майонезом салатом.
– Ты сегодня расстарался, не стоило, – улыбнулась мужу Света.
Марина же ее замечание встретила вяло. Что-то неприятное продолжало зудеть где-то в районе желудка, и потому девушка предпочла со слабой улыбкой отметить:
– Мне, наверное, лучше прилечь.
Слова о том, что ей пора было задуматься о ночлеге совсем не шли на язык. Только пересекались взгляды сестер, вся решимость Марины улетучивалась. Что она скажет? Как объяснит?
– Ты, вроде бы, хорошо переносила дорогу, – удивилась Света, но ничего больше не добавила, поманила сестру за собой.
Они прошли по коридору, зашли в одну из комнат: самую маленькую, в которую вмешались лишь небольшая кровать, платяной шкаф и прикроватная тумбочка.
– Мы хотим использовать эту комнату, как детскую, – щебетала тем временем сестра. – Но пока решили оставить ее для гостей. Здесь не так уютно, как в других, но для отдыха и сна в самый раз.
Марина вяло улыбнулась и кивнула. Света вышла, позволив прикрыть за собой дверь. И тогда Марине бросилась в глаза щеколда, которую она не преминула сразу же закрыть.
«Для начала подойдет, – вздохнула девушка. – Но позже придется что-нибудь придумать».
2
Марина вышла из комнаты лишь через несколько часов. В других комнатах уже не виднелся свет, вокруг царствовала тишина, перебиваемая лишь приметным гулом холодильника. Похоже, другие жильцы отправились спать. Марина тоже не стала долго задерживаться и вскоре уже нежилась в постели. И если прежде сон не шел, то эта недолгая вылазка будто выключила какой-то работающий на самый максимум тумблер, и девушка быстро уснула.
Сны были беспокойными, мелькали какими-то абсолютно несвязанными картинкам, не позволяя облегченно вздохнуть ни на мгновение. То кто-то гнался за ней, то она кого-то преследовала, то перед глазами мелькало чье-то мертвое тело.
Сбросить все эти наваждения удалось лишь к утру, когда в окне уже во всю властвовало голубое небо, а из приоткрытого окна вырывался гул машин. Марина выбралась из образовавшегося за ночь кокона одеяла, потянулась. Неприятный ком спал, но выходить из комнаты совсем не хотелось. Вдруг он там будет один. И что тогда ей делать? Снова бежать в комнату под ранее выдуманным предлогом? А если сестра уже отправилась на работу?
Весь день прятаться у нее не получилось бы. Хорошо, в крайнем случае, сегодня она могла притвориться больной. Но что делать завтра?
Марина поежилась и решила все же выйти на кухню. Пить хотелось, да и первые позывы поесть уже не глушились мыслями о еде.
Снаружи было тихо, даже телевизор никто еще не включал. Подобное показалось Марине странным, но она лишь качнула головой и продолжила путь. Сначала ничего необычного она в кухне не заметила. Больше не было того ломящегося от еды стола, все прибрали, у раковины лежали помытые со вчерашнего ужина тарелки. Но вот взгляд сам собой упал за стол, что-то больше и черное не отпускало внимание.
Марина замерла. Что это за чувство так крепко сковало ее мышцы? Дыхание едва пробивалось сквозь тиски невидимых пальцев, что пережимали грудь. И даже прозвеневший на всю округу звонок не прервал этого оцепенения. Марина продолжала неотрывно смотреть на находку, не обращая внимание на стуки и звонок, не подмечая голос сестры, который все ближе и ближе подходил к кухне.
– И кто не запер дверь?! – врезались в подкорку первые слова сестры. – Вот, могли просто дернуть ручку, – проворчала Света кому-то.
Марина не видела гостя, не могла оторвать взгляда от того, кто сейчас в неестественной позе распластался на полу. Глаза она подняла лишь тогда, когда услышала пронзительный крик.
– О, мой мальчик, – всхлипнула какая-то женщина, упавшая рядом с телом Алексея, попытавшаяся обнять его.
Вовремя подоспела Света, оттащила незнакомку, попутно бросив:
– Нельзя. До приезда полиции нельзя.
Марина посмотрела на сестру. Та не казалось более собранной. В иной ситуации оттаскивать пришлось бы и ее. Но обстоятельства позволили ей хоть на мгновение мыслить здраво.
Марина снова покосилась на тело. И как так вышло? Вчера здесь было подобие семьи и теплого уюта, из кухни по всей квартире разносились аппетитные запахи еды, теперь же остались только холод и пустота. И будто бы именно Марина виной всему этому.
***
Разбирательство было долгим. Пришедшей ранее женщиной оказалась мама Лёши. И даже сейчас Марина слышала ее слезы и причитания, пусть тело ее сына уже забрали. Света же наоборот с приходом большого количества посторонних людей совсем потерялась, слилась с одной из стен в доме и так и не сходила с места до тех пор, пока пришедший следователь не позвал ее на разговор в отдельную комнату. Тогда она с абсолютно пустым выражением лица прошла за ним, но быстро вернулась на прежнее место, когда он отпустил ее.
Настала очередь Марины. Она прошла следом за высоким мужчиной неказистого вида с легкой небритостью и неаккуратно уложенными короткими черными волосами, села на диван, когда он, напротив, устроился на табуретке, сложив папку и бумаги на колени. Его взгляд задержался на Марине лишь на мгновение, после он стал что-то искать среди листов. Шуршание немного успокаивало мысли, но все равно хотелось скорей избавиться от всех этих людей и больше не вспоминать ни о них, ни о почившем Алексее.
Первые вопросы Марина встретила спокойно. Имя, возраст, место регистрации. Что может быть проще, чем перечисление своих фактических данных? Даже если забудешься, впадешь в какое-то беспамятство, все равно на автомате ответишь.
– Как вы относились к мужу вашей сестры? – первый вопрос, тронувший скользко и слишком болезненно самые тонкие струны души.
Марина сглотнула. Сестре она могла лгать бесконечно. Других уж тем более все это никак не касалось. Но что насчет следователя? Могла ли она лгать сейчас? Все эти факты только добавят ему подозрений на ее счет, но и если она скроет это, а он как-нибудь прознает, выйдет неудачно.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.