На пороге нового рассвета

Глава 1. «Лёгкие крылья»

– Кристофер, если не поторопишься, опоздаешь, – донеслось из-за двери голосом матери.

Я лежал на широкой кровати и смотрел на часы: оставалось всего полчаса, чтобы собраться к школе. Конечно, опоздать не страшно – мистер Гарсиа, наш шофёр, в любом случае довезёт меня до входа, но у мамы всегда были какие-то переживания по этому поводу. Родители уже много лет начинали день раньше меня: отец мог уехать в офис ещё до рассвета, а мама занималась делами по галерее или договаривалась о поставках новых картин. Но я не очень следил за её графиком.

Скинув одеяло, я быстро прошёл в ванную – огромную, с мраморной отделкой. Когда-то в детстве я восхищался этим помещением: у нас был джакузи, отдельная душевая с панорамной стеклянной дверью… Сейчас же это казалось вполне обыденным.

Я встал перед зеркалом, пригладил чёрные волосы. В отражении увидел знакомую картину: спортивное телосложение, ровная кожа и уверенный взгляд. Мама всегда говорила, что я унаследовал «аристократические черты» от деда, хотя для меня это всего лишь привычное лицо. Девчонки в школе постоянно отпускали комплименты, но я не особо задумывался, почему именно им так нравлюсь. Привык к мысли, что так и должно быть.

Отец стоял у выхода, пролистывая газету. Привычка, оставшаяся у него от дедушки: несмотря на интернет, он любил держать в руках бумажный экземпляр. Услышав мои шаги, отец сказал, не оборачиваясь:

– Снова поздно лёг вчера? Слышал, как ты после полуночи вернулся.

Я пожал плечами, хотя он меня не видел:

– Ну, у меня последний учебный год, хотелось расслабиться. Да и вообще всё под контролем.

Отец вздохнул, отложил газету:

– Крис, у тебя выпускные экзамены. А дальше университет. Нужно подумать, что собираешься делать со своей жизнью. Твой дед в твои годы уже…

Я прикрыл глаза. С детства было ощущение, что все разговоры отца неизбежно ведут к деду. Мой легендарный дед, Кристофер-старший, основатель строительной компании, которая позже превратилась в крупный холдинг. Это из-за него наша семья и живёт так роскошно. И вечно меня с ним сравнивают. Сначала в шутку («Смотри, как на деда похож!»), а теперь отец говорит с нажимом – мол, пора уже продолжать славные традиции.

– Пап, – протянул я, стараясь говорить мирно, – я не против заняться делом. Но я ещё не решил, что хочу. В конце концов, дед занимался стройками, ты занимаешься ими, а мне, может, хочется чего-то другого.

– Чего именно «другого»? – отец чуть свёл брови.

– Узнаешь, когда решу, – уклонился я от ответа. Потом посмотрел на часы. – Ладно, мне пора, я и так еле успеваю.

Он не стал задерживать, лишь бросил напоследок:

– Вечером поговорим.

Я не очень любил такие разговоры. Каждый вечер он мог повторять одни и те же упрёки: ты легкомыслен, дед уже нёс ответственность в твоём возрасте… Да, наверное, дед в семнадцать строил планы века. А мне нравилась жизнь, где всё идёт само собой.

Шофёр мистер Гарсиа сидел за рулём чёрного седана. Когда я сел на заднее сиденье, он склонил голову и вежливо спросил:

– Доброе утро, мистер Кристофер. Сразу к школе?

– Угу, – коротко ответил я. – Никаких дел нет.

Сидеть в машине было удобно: кондиционер, мягкие сиденья, приглушённая музыка. Я кидал взгляд на телефон, проверяя мессенджеры. В школьном чате уже бурлили сообщения:

«Кто готов к контрольной по химии?»

«Я напрочь забыла про теорию кислот и оснований…»

Я хмыкнул. Контрольная по химии? Ах да, сегодня. В принципе, я вечером мельком посмотрел материалы, да и в голове у меня знания сами укладываются быстро – действительно, как-то с детства я схватывал всё налету. Тем более миссис Харпер (преподаватель химии) относится ко мне доброжелательно, не потому что я какой-то лентяй, а потому что отец иногда участвует в благотворительных проектах школы. Хотя, честно говоря, я сам не уверен, сколько в моих оценках реальной академической успеваемости, а сколько – «престижа фамилии».

Машина притормозила у ворот школы. Едва я вышел, ко мне тут же подошёл Макс – приятель, с которым мы часто зависали после уроков.

– Привет, – он хлопнул меня по плечу. – Готов к химии?

– А чего к ней готовиться, – я улыбнулся. – Разберусь по ходу.

Макс привык к моему подходу. Он сам был более скрупулёзным, часто засиживался за учебниками, но, кажется, он не особенно завидовал тому, что мне легко даются предметы и я не прилагаю больших усилий. Мы с ним дружили ещё с младших классов, когда носились по двору, гоняя на велосипедах.

Часом позже мы сидели в кабинете химии, миссис Харпер раздавала листки с заданиями. Класс был в напряжении: кто-то судорожно проверял формулы. У меня в голове было всё примерно ясно – где-то учителя сами рассказывали на уроках, где-то я что-то вычитал по диагонали.

Преподавательница постучала ручкой по столу:

– Время пошло. Постарайтесь быть предельно внимательными, если хотите хорошие результаты.

Я взял лист, улыбнулся Максу, сидевшему впереди. Он только покачал головой, мол, «давай, гений, посмотрим, как выплывешь». Но через полчаса я уже закончил основную часть. Проверил пару уравнений реакций – вроде всё сходится. Пока всё казалось очевидным.

– Вы уже…? – удивилась миссис Харпер, когда я подошёл к её столу.

– Похоже на то, – я пожал плечами и протянул работу.

– Хорошо, положите на край, я позже посмотрю.

Она не стала меня отчитывать за спешку. Видимо, уже привыкла, что я или всё делаю быстро, или «как-то решается». Вышел в коридор, с довольным видом опёрся на подоконник. В голове была лёгкость – всё-таки ненавижу сидеть на месте, когда уже всё решил. Зачем терять время?

Из окон был виден школьный двор, где старшеклассницы из параллельного класса пили чай у скамеек, перешёптывались. Одна из них – Карен – послала мне воздушный поцелуй, я улыбнулся в ответ. Никто не удивлялся такому вниманию к моей персоне. Было общее ощущение, что я «на вершине». И мне это, конечно, льстило, но не слишком захватывало – я воспринимал это как должное.

Макс появился через пять минут:

– Гляжу, ты быстро управился, как всегда, – сказал он, кидая рюкзак на подоконник рядом.

– Ну а что там усложнять, – хмыкнул я. – Пойдём, может, на перемене ко мне Лика подойдёт.

Лика – самая заметная девушка в нашей школе. Изначально я не обращал на неё особого внимания, но она, видимо, искала повода приблизиться ко мне: то просила у меня помочь с каким-то заданием, то случайно оказывалась там, где гуляли мы с Максом. Я замечал, как она старается выглядеть эффектно, и внутренне понимал, что ей нравится быть рядом со мной. В конце концов, я решил не отмазываться – почему бы не обратить на неё внимание, если она сама напрашивается?

Когда я предложил ей встречаться, Лика сперва чуть упиралась, будто намекая, что «она не такая доступная», но, по сути, это была игра. Очень скоро стало ясно, что она готова выполнять любые мои пожелания. Честно говоря, меня это вполне устраивало. Она, конечно, обожала яркие тусовки, и мне нравилось, что рядом со мной – девушка, которую многие считают «звездой».

Лика нашла меня в конце коридора, когда мы уже собирались уйти на перемену. Она пришла с подругой, Синди, и весело смеялась, рассказывая какую-то историю.

– Крис! – окликнула она звонким голосом. – Как химия? Надеюсь, ты опять всухую всех уделал?

– Наверное, – я пожал плечами. – А ты как?

Лика надула губки:

– Ты же знаешь, я не сильна в этих формулах. Как обычно, пришла, посмотрела и решила, что лучше списать часть. Но страшно, вдруг миссис Харпер заметит. Пронесло, кажется.

Я тихо хохотнул. Лика была не то чтобы совсем глупая, скорее ей было лень вникать во всё это. Она жила мыслями о моде, о фотосессиях, о популярности и красоте. И знаете, мне не казалось это ужасным – по крайней мере, она была открыта, общительна, не изображала из себя что-то недоступное.

– Сегодня вечером что делаешь? – спросила она, наматывая на палец прядь своих длинных светлых волос.

– Пока не решил. Может, поедем в кафе новое? Макс тоже за. Там, говорят, классные сэндвичи.

Она посмотрела на меня с улыбкой:

– Да хоть куда. Сэндвичи, кальян, что угодно. Главное, чтобы было весело. Ты ведь устроишь всё веселье, да? – Лика обожала, когда я брал инициативу: бронировал столы, уговаривал друзей присоединиться.

– Конечно, – подмигнул я. – Я же для этого и создан.

Глядя на Лику, я понимал, что мы оба в чём-то похожи – любим, когда вокруг всё крутится, нам несложно это организовать, и не хочется париться по мелочам. Её подруга Синди, услышав это, закивала:

– Я тоже хочу! А что, возьмёшь меня?

– Берём всех, кто готов к движу, – бросил Макс, выходя из кабинета рядом с нами.

Мы все дружно засмеялись и двинулись к лестнице, где, судя по шуму, уже началась перемена. Лика прижалась ко мне – она была невысокая, и я чувствовал тонкий запах её духов. Многие ребята из школы смотрели на нас с завистью: «Лучшая пара» – шутили в коридорах.

По пути Лика то и дело останавливала меня, чтобы «сделать сторис»: она любила фотографироваться, то держа меня за руку, то показывая нашу весёлую компашку. Я не противился – почему бы не поддержать её маленькие радости?

После уроков мы немного потусили во дворе школы, решили, что вечером всё-таки поедем в то новое кафе. Мама прислала мне сообщение: «Вернёшься, помоги, пожалуйста, с делами для галереи. Очень жду.»

– Мама попросила помочь ей, – сказал я Максу. – Но, наверное, сделаю это попозже. Ничего страшного, у неё куча сотрудников.

– Уверен? Вдруг она обидится, – заметил Макс. Он всегда считал, что раз родители дают нам так много, хорошо бы иногда им помогать.

– Да ладно, она поймёт, что у меня планы, – отмахнулся я.

Однако, когда я вернулся домой, застал маму в кабинете перед открытым ноутбуком. Вокруг лежали листы бумаг, каталоги, какие-то наброски отчётов. Она, нахмурившись, смотрела на экран:

– Крис, рада, что ты уже здесь. Мне срочно нужно переделать презентацию к завтрашней выставке, а я совсем не успеваю. Ты ведь в компьютерах шустрее меня, помог бы красиво всё оформить?

Она взглянула на меня умоляюще:

– Понимаю, у тебя свои планы, но время поджимает, а я не сильна в этих программах. Прошу, это минут тридцать – разобраться с диаграммой и свести данные воедино.

– Да, мам, конечно, помогу, – ответил я на автомате, хотя уже тогда чувствовал раздражение.

Я взглянул на телефон: Макс и Лика ждали меня в новом кафе – обещали мини-встречу, где мы обсудим предстоящую вечеринку.

– Ты же успеешь прямо сейчас? – переспросила мама. – Мне нужно распечатать всё к вечеру, отправить художникам…

Я колебался, потом сказал:

– Сейчас только переоденусь, пять минут!

– Хорошо, только не затягивай! – мама облегчённо вздохнула.

Но стоило мне подняться в комнату, как тут же раздался звонок от Лики:

– Крис, мы уже в пути, через полчаса будем в кафе. Не опаздывай! Нам там сделают скидку на коктейли, но только если вся компания будет в сборе, – её голос звучал, как приглашение к празднику.

– А я… – я вспомнил про мамину просьбу. – Слушай, тут мелкий замес. Мама хочет, чтобы я что-то сделал на компе. Может, я попозже?

– Да успокойся, – рассмеялась Лика. – У тебя это всё всегда легко решается. Брось любые эти «дела». Давай к нам, без тебя будет скучно!

Сердце ёкнуло: Макс наверняка уже там. А я ведь обожаю такие вечерние сборы. Мне не хотелось упускать возможность. «Что такого, – подумал я, – мама пусть нанимает дизайнера или кого-нибудь из сотрудников.»

В итоге сказал в трубку:

– Ладно, сейчас выезжаю.

Спустился вниз, мама уже перелопачивала файлы, надеясь на мою помощь:

– Ну что, приступим?

– Мам, извини, срочное дело. Встретиться надо с друзьями на полчасика, потом вернусь и помогу. О’кей?

Она взглянула в часы:

– Крис, у меня до вечера нужно всё сдать. Не думаю, что у нас останется время…

– Ты что-нибудь успеешь без меня начать? Я когда вернусь, подключусь, – пробормотал я, уже отходя к двери.

– Но я совсем не умею делать эти диаграммы!

Я не ответил, торопливо схватил куртку, и вышел. В голове крутилось: «Потом объясню, если что…».

По дороге в кафе я специально отключил звонки, чтобы не слышать, если мама вдруг захочет что-то уточнить. Уже на подъезде к центру я получил сообщение: «Кристофер, я кое-как справилась, но всё слетело, придётся всё делать заново. Видимо, придётся самой – время вышло».

Я понял, что мама осталась одна с этим хаосом, но уже было поздно возвращаться. Покачал головой, стараясь подавить лёгкое чувство вины. «Они там сами должны разбираться, – подумал я, – не маленькие. У меня своя жизнь.»

Пока я доехал, прошло уже почти минут сорок от момента, когда Лика в первый раз позвонила. Весь драйв компании, похоже, был в разгаре. Я увидел её через стекло кафе: она сидела за столиком с Максом и Синди, смеялась. Заметила меня у входа, махнула рукой.

– Наконец-то, – сказала Лика, когда я подошёл. – Всё нормально?

– Да, просто семейные дела, – пояснил я, присаживаясь.

– А, понятно. Ну ничего, теперь расслабься, – она улыбнулась, коснулась моей руки. – Мы уже заказали кое-что: попробуй эти коктейли, классные.

Я откинулся на спинку стула. Лёгкий аромат духов Лики смешивался с запахом кофе и музыкой, звучащей в кафе. Макс посмотрел на меня с любопытством:

Синди подняла бокал:

– Выпей с нами, Крис, забудь о проблемах!

Я ухмыльнулся и сделал глоток. Напиток оказался сладковатым, с нотками чего-то цитрусового. Между делом огляделся: место было неплохое – мягкие диванчики, приглушённый свет. Приятная площадка для болтовни.

– Знаешь, – сказала Лика, подвигаясь ближе, – мы тут уже обсуждаем, что летом можно поехать вместе на побережье. Там классные клубы, можно будет и поплавать, и повеселиться ночью. Ты как?

– Звучит заманчиво, – ответил я. – Хотя отец, наверно, снова будет бубнить, что у меня никаких серьёзных планов. Надоело слышать, будто я дурак, а на самом деле я уверен, что при желании легко добьюсь большего, чем он!

– Пф, – фыркнула Лика, – с каких пор он решает, как тебе отдыхать? В конце концов, ты уже почти студент, будешь жить по-своему!

Она всегда горячилась, когда речь заходила о моих родителях или учителях, которые пытались меня «держать в рамках». Ей хотелось, чтобы мы оба были свободными птицами в этом мире. Кое-где это меня и подкупало.

– Да, так и есть, – улыбнулся я и принялся рассказывать, как нам с Максом недавно удалось устроить тайную вечеринку у бассейна, пока отец был в командировке. Лика захлопала в ладоши:

– Почему вы меня не позвали? Что за дела?

– Считали, что слишком мало времени. Но в следующий раз обязательно, – сказал Макс, подмигивая.

– Ну, смотри, держите слово, – похоже, она не особо обиделась, а лишь кокетничала.

Так мы сидели ещё час, обсуждая планы на ближайшие уикенды, экзамены, вечеринки. Лика невзначай качала ногой в такт музыке, наклоняясь ко мне, порой одёргивала подол своего короткого платья. Я прекрасно понимал, что рядом со мной одна из самых эффектных девчонок, и это поднимало мою самооценку. Иногда она вставляла фразы вроде: «Крис, тебе всё удаётся, откуда в тебе это?» – а я лишь смущённо усмехался: «Ну, если удаётся, значит, судьба такая.»

К середине вечера Синди уехала, Макс пошёл расплатиться. Мы остались вдвоём с Ликой. Она наклонилась ко мне, провела ладонью по моей шее:

Лика томно провела рукой по моей шее:

– Может, поедем ко мне? Родители в загородном доме, и я сегодня одна.

Сначала в моей голове мелькнула мысль о завтрашнему экзамене по физике, но я быстро её отмел. Я скользнул взглядом по её улыбке и медленно наклонился ближе:

– И зачем мне сидеть над каким-то учебником? – бросил я, словно в полушутку. – Физику я и так знаю. А вечером у меня, кажется, другие планы.

Лика хищно улыбнулась:

– Вот и отлично. Ты же всё умеешь «на щелчок» решать, не так ли?

– Разумеется, – я коротко хохотнул, позволяя ей почувствовать мою уверенность. – Завтра перед уроком погляжу в конспект, и всё будет нормально. А эту ночь я не хочу тратить на скучную подготовку.

Она коснулась моих волос, слегка потянув меня за прядь:

– Тогда поехали, прежде чем я передумаю.

Я взял её за руку, чувствуя, как адреналин поднимается от мысли, что мы можем позволить себе всё, что захотим:

– Пошли. Пусть физика подождёт. У нас куда более интересные эксперименты.

Я поневоле рассмеялся: вот она, Лика – живой пример человека, который не видит смысла в чём-то, что не приносит сиюминутной выгоды. Но от этого она не становилась мне менее симпатичной. Возможно, мы оба пока такие: живём здесь и сейчас.

– Поехали, – сказал я, вставая. – Позвоню отцу, скажу, что останусь у Макса. Он, наверное, уже привык к моим выходкам.

Лика сияюще улыбнулась, схватила меня за руку. Внутри я чувствовал себя королём положения: впереди – приятная ночь. О чём ещё думать?

На утро, правда, мне пришлось вернуться пораньше, чтобы переодеться к школе. Мы с Ликой долго не могли расстаться, но всё же я попрощался и вызвал такси. Когда вошёл в дом, застал отца на кухне: он листал электронные письма на планшете.

– Здравствуйте, – коротко сказал я, садясь выпить кофе.

– Привет, – отец бросил короткий взгляд. – Опять не ночевал дома. У Макса?

– Ну да, – солгал я.

Отец сделал вид, что поверил, и вернулся к планшету. А я быстро собрался и отправился на свой последний экзамен.

Вскоре пришли результаты вступительных экзаменов: меня приняли в один из лучших университетов, причём я ожидал этого. Настало лето – самое беззаботное, что я помню в жизни. Мы с Максом и Ликой выезжали к морю, ночевали на пляже, тусовались в клубах. Отец лишь изредка напоминал: «Не забывай, что осенью учёба». Но я отмахивался, ибо чувствовал полную свободу.

Осенью, когда переехал в соседний город, отец снял мне отдельную квартиру: «Чтоб не жил в общежитии», – сказал он. Лика тоже поступила туда же, в тот же вуз, у неё была обеспеченная семья, так что она снимала жильё на другом конце района. Но мы частенько виделись в кампусе и вне его.

Студенческие годы шли на удивление легко: учебные дисциплины меня не напрягали (я быстро схватывал, преподаватели симпатизировали мне, да и фамилия играла свою роль). Меня приняли в одно из студенческих братств, где я быстро стал «душой компании». Лика по-прежнему блистала рядом, мы ходили на вечеринки, устраивали совместные поездки. Мама была спокойна: «Главное, чтобы учёба не страдала», – но учёбе ничего не грозило, ведь всё шло как по маслу.

Вскоре я оказался уже на четвертом курсе. Иногда удивлялся: как быстро летит время, а при этом ничего «сложного» не происходит. Отец разве что изредка интересовался: «А что дальше? Будешь ли ты продолжать наш семейный бизнес?» Я уклонялся: «Посмотрим, может, меня увлечёт что-то другое». Я видел в его глазах, что он сомневается, способен ли я реально взяться за дело.

И тут, в один из будней, отец позвонил мне и сказал о каком-то семинаре: «Сын, у нас в городе через месяц собираются крупные IT и медтех-компании, возможно, тебе будет интересно». Я не хотел ехать: опять эти отцовские попытки подбить меня к серьёзному занятию. Но он настоял: «Просто послушай. Вдруг найдёшь что-то для себя.»

Я решил, что можно сходить, если буду свободен, тем более на последнем курсе всё равно подумываешь, что делать после выпуска.

Прошло пару недель и я приехал навестить семью на выходные.

– Привет! – сказал я отцу войдя в его кабинет.

– Завтра последний день регистрации, – сказал отец, без предисловий

– Если пропустишь, потом не жалуйся, что не успел.

– Зачем ты так хочешь, чтобы я пошёл? – спросил я, садясь на соседний диван.

– Думаю, тебе это пригодится. Там будут говорить не только о банальной IT-сфере, но и о медицине, о стартапах, в которые инвесторы вкладывают миллионы. Дед бы, – отец осёкся, увидев, что я уставился на него, – в общем, всё, решай сам.

Мне стало интересно, правда ли там что-то стоящее, или он опять намекает на то, что я бесцельно прожигаю жизнь. Взяв буклет, пошёл в свою комнату. Листая страницы, заметил тему: «Медицинская диагностика и анализ больших данных». Что-то в этом показалось мне свежим. Ведь строительный бизнес – прошлый век, а тут… «Возможно, есть шанс выстрелить?» – мелькнуло в голове.

На следующий день всё же отправился на этот семинар. Небольшое мероприятие в городском центре, несколько панельных дискуссий. Сначала я слушал вполуха. Кто-то говорил о софте для бухгалтерии, кто-то о маркетинге. Однако когда вышел молодой спикер, лет тридцати, с горящими глазами, и начал рассказывать про прорыв в медицинских стартапах, про то, как можно улучшить диагностику болезней с помощью AI – я словно ожил. Он показывал презентацию: снимки лёгких, анализ крови, всё это обрабатывается алгоритмом, который помогает врачам ставить диагноз быстрее.

– Представьте, – говорил он, – ежегодно в мире миллионы людей не успевают получить раннюю диагностику, потому что врачи перегружены. Но если будут технологии, способные сократить процедуру вдвое, мы спасём тысячи жизней!

Я наблюдал, как у него горят глаза, и думал: «Это ведь не только благородно, но и потенциально очень денежно. И звучит „медтех“ куда круче, чем стройки отца.» В голове уже крутилось: «Ну, собрать команду, найти инвестиции… У меня-то возможности есть.» Чувство восторга охватило меня: я представлял заголовки: «Молодой Грант меняет медицину!» А что, если реально получится? Ведь мне по жизни везёт, я быстро схватываю, у меня есть связи и деньги.

После семинара пошёл по улице, уже сумерки приближались. Тёплый летний вечер. Смотрел на прохожих и едва удерживался от ухмылки: «Они все живут обычной жизнью, а я, возможно, открою большой проект, сделаю что-то значимое.» Приятно, чёрт возьми.

В голове всплыл образ отца: «Пусть посмотрит, что я не бесполезен. Пусть перестанет твердить про деда.» И образ деда тоже всплыл, как бы говоря: «А покажи, на что способен мой внук в новом времени.» Я чувствовал азарт, почти эйфорию.

Когда вернулся домой, отец уже был в кабинете. Мама сидела в гостиной, кажется, перебирала какие-то бумаги по галерее. Я бросил рюкзак на диван, прошёл в коридор и позвал:

– Пап, я сходил на твой семинар.

Он вышел из кабинета, сложив руки на груди:

– И как? Нашёл что-то стоящее?

– Есть интересная тема – разработка в медицине. Думаю, может, заняться этим. Собрать стартап. Это ведь куда современнее, чем строить очередные офисы, – я криво ухмыльнулся.

– Неужели? – отец приподнял бровь.

– Да, – кивнул я. – Например, софт, который помогает врачам. Или нейросети для анализа снимков. Ну, ты сам знаешь, там миллионы вкладывают. Если уж дед мог возводить здания, я тоже что-нибудь построю, только в цифровом мире.

Отец смотрел внимательно, без насмешки. Видимо, оценивая, насколько я серьёзен или это просто очередной каприз.

– Ну что ж, – сказал он наконец, – если хочешь, пробуй. Никто не запрещает. Но учти: это не делается одним щелчком пальцев.

– У меня есть мозги, – уверенно возразил я. – И люди, кому можно заплатить за код. Идёт?

– Посмотрим, – повторил он.

Мама, услышав нашу беседу, подошла:

– Крис, если у тебя действительно появился интерес к чему-то конкретному, это здорово. Но главное – не бросай, если станет трудно.

– Не переживай, – я быстро перевёл тему, не желая слушать, что «станет трудно». Я-то уверен, что всё получится, если я возьмусь.

Вечером, после ужина, я переписывался с Ликой: «Слушай, у меня идея, открыть стартап в медицине, прикинь, как круто?!» Она отвечала: «Ого, звучит громко. С удовольствием буду говорить, что мой парень гений! Когда заработаешь миллионы, не забудь обо мне!» – добавляла смайлики. Я ухмыльнулся, потому что в душе именно такой картины и хотел. «Знаешь, какой я буду молодец, когда мир услышит моё имя?»

Так я уснул в приподнятом настроении, впервые за долгое время чувствуя, что, возможно, нашёл действительно большой вызов. Внутри за спиной вырастали крылья, которые сулили лёгкий полёт к успеху.

Пока я не знал, что жизнь никогда не идёт только по ровной дороге, и что медицинский стартап – это вовсе не пара школьных тестов, которые можно «сдать на авось». Но в тот момент самоуверенность была на пике. Я не сомневался: если так легко давались экзамены, популярность, отношения с с самой красивой девушкой, – то и в бизнесе всё получится на раз-два.

Наивный вывод. Но таким я был тогда – парнем, у которого не было оснований сомневаться, ведь мир будто подстраивался под меня. Впереди меня ждали удивительные испытания, провалы и горькие уроки. Но об этом – потом. Сейчас же, в конце школы, я парил на своих «крыльях», уверенный, что они выдержат любое солнце.