Академия Зла. Испытание ведьмой

Ругаясь во всю глотку, я обошла вокруг столбика с табличкой раза три, не веря своим глазам и поражаясь жестокой действительности, когда услышала сзади вежливое покашливание.

– Вы, должно быть, новенькая? – раздался приятный баритон. – Я могу помочь?

Я резко обернулась и уперлась взглядом в желтые глаза с зеленым отблеском. «Оборотень!» – промелькнуло в голове раньше, чем я смогла увидеть собеседника целиком. Молодой парень, чуть старше меня, в непроницаемом даже для града плаще с любопытством меня разглядывал. Каштановые кудри намокли и беспорядочно падали на высокий лоб, губы застыли в благожелательной улыбке.

– Кого убить в первую очередь за эту погоду? – поинтересовалась я, не утруждая себя вежливостью и знакомством.

– А это на твой выбор, – понимающе усмехнулся он. – Хочешь стихийников за то, что они когда-то тренировались на этом полигоне, а хочешь – декана, который решил, дословно цитирую: «Это самая лучшая тренировочная база, что я видел. А град сделать сможете?».

– Декана, – мгновенно решила я.

– Прекрасный выбор! – усмехнувшись, одобрил оборотень и протянул ладонь со светлыми коготками. – Джей!

– Анэлия Рид, – официально представилась я и пожала его руку. – Надеюсь, вас не затруднит показать мне деканат?

– Что вы! – шутливо поклонился оборотень. – Провожу! А потом палатку к вашему возвращению поставлю, ведьмочки к этому вряд ли приспособлены…

– А ведьмочки в этом и не нуждаются, ведьмочки скоро вернутся в свое общежитие и забудут весь этот кошмар, – уверенно произнесла я.

– Я на всякий случай поставлю, – ушел он от ответа, скинул с себя плащ, надел на меня и взял за руку, поторапливая в обратный путь. – Лично я считаю, что молодая и привлекательная ведьма наш факультет только украсит!

– У вас здесь девушек не хватает? – поинтересовалась я.

– Мало девушек, – вздохнул он. – Демоницы и оборотницы добровольно поступают, но скучные они какие-то. Пара некроманток училась, но они уже выпустились, а жаль, прикольные подружки были, заводные, веселые… Сейчас в городском патруле работают, зарвавшихся некромантов ловят, которые запрещенной магией балуются… После такого баловства не только кладбища оживают, а по всему городу в домах даже крысы сдохшие из подвалов лезут…

– Жуть, – передернуло меня от отвращения.

– То-то и оно, – подтвердил оборотень. – А девчонки еще и последствия запрещенных магических воздействий сами устраняют.

– Настолько сильные? – удивилась я.

– Обычные, – пожал плечами Джей. – Просто у нас преподы хорошие. Несмотря на свои… м-м-м… довольно странные методы обучения. Скоро сама поймешь… А деканат наш в Западном крыле Центрального корпуса на третьем этаже, – вернулся он к основному вопросу и повел меня снова через все пять секторов, обняв за плечи и прикрывая от непогоды своим горячим, даже через слои одежды, телом.

В сам Центральный корпус Джей не пошел, промямлив что-то нечленораздельное. Зато моей уверенности не поубавилось! Даже наоборот – после повторной прогулки по секторам я решила добиться справедливости за всех невинно промокших и замороженных в Палаточном городке адептов.

Злая мокрая ведьмочка с сумкой в одной руке и метлой – в другой подошла к деканату, оставляя за собой мокрый след от стекающих с одежды струй воды.

Ударом ноги распахнула дверь, ввиду того, что обе руки были заняты, и решительно вошла внутрь.

– Если вы сейчас же от меня не откажетесь, то я буду жить прямо здесь! – с порога заявила я и бросила сумку на пол. Она с грохотом приземлилась, и все присутствующие вздрогнули и посмотрели на меня. Один только мужчина не вздрогнул, тот, на столе которого стояла табличка «Декан факультета Контроля за магическими воздействиями магистр Эллиан Гадтер». Он заполнял какой-то документ и оторвался от него не сразу, а выждав паузу после моего праведного возмущения. Пепельные волосы показались мне смутно знакомыми. И очки тоже.

– Ящерица… – выдохнула я и испуганно зажала рот ладонью.

– Позорная, – холодно закончил он за меня, смерив почти осязаемым за темными стеклами взглядом. Да, он меня тоже узнал…

Все вокруг притихли, а я имела возможность присмотреться к нему при нормальном освещении. Если бы не видела его раньше в боевой трансформации, то ни за что сейчас бы не догадалась, что это василиск. Широкоплечий, с гордой осанкой, тонкими жесткими губами. Ну разве можно заподозрить, что у такого симпатичного мужчины парализующий, а в минуты дикого гнева и смертельный взгляд, и вдобавок хвост зеленый отрастает?

Он медленно оторвал ручку от бумаги и положил ее на стол. И вроде такое привычное и обычное действие почему-то вызвало в стенах деканата панику. Тихую безмолвную панику.

Два стола замдеканов мигом опустели, а три адепта, пришедшие договариваться насчет пересдачи, чуть ли не ползком сбежали из кабинета. Кстати, первый раз увидела, как вампиры бледнеют…

Я с ним осталась один на один.

И подумала, что вряд ли он будет целовать подол моего обгоревшего платья, а вслух почему-то спросила:

– А вас все боятся, да?

Он промолчал.

Взял с края стола папку, тщательно изучил ее содержимое и шумно и очень печально вздохнул.

– Так, значит, ректор решил очередное недоразумение мне сослать…

– Почему это недоразумение? – обиженно переспросила я. – Я, между прочим, отличница…

Вместо ответа он стал зачитывать строки из приказа:

– Грубое нарушение техники безопасности при работе с опасными и вредными веществами… Попытка приворота высокопоставленного лица с целью соблазнения…

– Почему попытка? – перебила я его. Смело подошла к столу и взяла за краешек приказ, поворачивая к себе. – Вы точно правильно прочитали? Весьма даже удачный приворот…

Увидев, как плотно сжались его губы и напряглась рука, я осеклась и даже слегка смутилась. И даже руку от бумаги отдернула. И даже на два шага назад отошла.

– Да я, вообще-то, случайно, – решила оправдаться я на всякий случай, потупив взор. – Я и не хотела вовсе… Я бы в здравом уме и не стала никого привораживать! Вас, кстати, даже два раза пообещала не привораживать и не соблазнять!

– Рад безмерно, – процедил он сквозь зубы тоном, далеким от дружелюбного. – Я могу продолжать?

Я великодушно кивнула.

Гадтер раздраженно встряхнул приказ и снова зачитал:

– Срыв практического занятия по Темной Магии, срыв лекции у некромантов…

– А это вообще не я! – возмутилась несправедливо обвиненная ведьмочка. – Это девочки меня спасали…

Громкое шуршание сминаемого в кулаке приказа заставило меня остановиться.

– А вас все боятся, потому что вы неуравновешенный? – опасливо косясь на пришедший в негодность документ, невинно поинтересовалась я.

– Я – уравновешенный, – отчеканил он так, что я убедилась – псих, валить мне надо с этого факультета, и побыстрее.

– А вы всегда такая говорливая, непочтительная и бесстрашная? – задал он встречный вопрос.

– Нет, только когда терять больше нечего, – призналась я, так и не поняв, укор это или комплимент.

– Уверены, что вам совершенно нечего терять, адептка Рид? – выждав паузу, проникновенно спросил декан.

Я мысленно сравнила свою бывшую теплую уютную комнату в общежитии со сложенной палаткой под градом. Строгую, но справедливую профессора Грэдис с навевающим страх на своих студентов и подчиненных магистром Гадтером. Представила диплом со специальностью ВЕДЬМА, который превращается в прах…

– Теперь уже – да, – еле слышно ответила я.

Ответ его не устроил. Он промолчал, но я чувствовала его неотрывный взгляд. Я тоже молчала, опустив глаза. В воздухе нарастало напряжение, почти физически ощущалось, даже мороз по коже.

Хлопнула входная дверь, и за моей спиной послышались шаги. Я вздрогнула и, прижав к себе метлу двумя руками, обернулась.

– Милочка, вы здесь? Что-то случилось? – разрядил обстановку знакомый бес, державший в руках стопку книг.

– Ой, а вас что, не додушили? – удивленно спросила я, убедившись в его полном здравии.

– Ну как же не додушили, что вы, как можно, – он, похоже, даже обиделся, что я могла так подумать. – А кого бы еще вместо меня в командировку до самого Загробного мира отправили? Все сделал в лучшем виде, послание передал и вернулся. Некроманты, они свое дело знают… Оживили. А магистр Гадтер – тем более. Только ты из виду скрылась, на раз мне шею сломал!

С такой гордостью о собственном убийстве мне еще никто не сообщал. Даже неловко стало.

– Рада за вас, – робко кивнула я, прикрываясь метлой. Психи, кругом психи…

– Хотите, в следующую командировку вас с собой возьму? – воодушевился бесенок, складывая книги на соседний стол.

– Благодарю покорно, – я неосознанно отошла подальше от бесенка, поближе к декану. Потом вспомнила, что в командировку отправлял именно он, и застыла на месте, раздумывая, общество кого из них безопаснее для юной ведьмочки, любящей жизнь. – Боюсь, я еще не удостоена подобной чести…

– Так за компанию, – предложил бес, невинно моргая черными круглыми глазками. – Магистр Гадтер, поспособствуете?

У меня кровь в жилах застыла от подобной перспективы.

– Адептам запрещено, – отрезал декан, вызвав во мне волну благодарности. – И Загробный мир не лучшее место для развлечения молоденьких ведьмочек, Флип.

Флип разочарованно вздохнул и сел за стол, на который только что взгромоздил свои книги. «Секретарь», – прочитала я на стоявшей табличке.

– Как тебе на новом месте? Понравилось? – спросил секретарь с искренним участием, без тени издевки в голосе. Моя злость вспыхнула новыми красками.

– А вам бы понравилось жить на пустыре под градом? – злобно прищурив глаза, спросила я.

– Под градом? – недоверчиво переспросил он и переглянулся с деканом.

– Под ним самым! После дождя, снега, жары и попавшей в меня молнии я просто мечтала оказаться под градом! – в голосе проскользнули истерические нотки.

– Так градовый сектор для пятикурсников! – удивился Флип. – Туда первокурсники и не доходят обычно, еще на третьем секторе сдуваются и разворачиваются! А самых дохлых старшекурсники выносят…

Вместо заготовленной гневной тирады я оказалась только способной застыть с открытым ртом.

– У нашей новенькой поразительный талант знакомиться, – слегка улыбнулся краешком губ мой новый декан. – Как ты коменданта Фергюса обозвала? Мне просто любопытно…

– Плевун ушастый… – вспомнила я вслух. А потом резко спохватилась: – Но это позже, а сначала просто… послала его просто…

И окончательно смутилась, разглядывая с повышенным вниманием свои грязные ботиночки.

– А что? За дело так-то, – вступился за меня бесенок-секретарь. – У него морда наглая давно лопаты просит! – И обращаясь к василиску: – Может пора его на место поставить?

– Он мне не мешает и не подчиняется, у него свое руководство есть, – пожал тот плечами.

Чувство несправедливости всколыхнулось в маленькой ведьмочке особенно остро и заставило посмотреть декану прямо в… очки.

– Как это – не мешает? Как это – не подчиняется? Вы декан или кто? – начала я возмущаться, размахивая руками и метлой. – Ваши адепты живут в пыточных условиях, а вам все равно?!

– Трудности закаляют характер, – невозмутимо ответил декан.

– А уютное и теплое жилище его улучшает, – не согласилась я. А потом кто-то вредный с наклонностями самоубийцы дернул меня за язык: – Или вы стремитесь к тому, чтобы ваши адепты вымерли, как почти все василиски?

С глухим стуком тело потерявшего сознание бесенка упало на пол. Ручка в руке декана Контроля за магическими воздействиями разлетелась на мелкие кусочки. Тоже мне, себя контролировать не может, а еще декан!

– Слышь, ты, – резко начал он, упираясь сжатыми кулаками в стол и приподнимаясь со своего кресла. Я в сторону отпрыгнула, метлой прикрылась, а чувство самосохранения внезапно вернулось и пригрозило завязать мой язык в узел. Если выживу.

А декан взглядом убийственным сквозь очки сверлит, того и гляди лопнут, дышит тяжело так, угрожающе. Губы плотно сжались, ноздри раздулись, а я, хоть и маленькая и худенькая ведьмочка, но не настолько, чтобы за черенок метлы полностью спрятаться, но попытку такую все же предприняла…

Он шумно и медленно выдохнул, потом также шумно вдохнул, обратно опустился на свое место и попробовал исправиться:

– Слышь, вы…

Сам понял, что получилось не очень. Опять пара глубоких вдохов, потом смел осколки ручки прямо на пол, пальцами потер виски и вроде как успокоился.

– Адептка Рид, уйдите с глаз долой, искренне вас прошу, – устало произнес декан.

А я вроде и рада бы последовать его совету, но совесть врожденная не дает. И чувство несправедливости, будь оно неладно.

– А я не могу… – прилагая все усилия, чтобы не заикаться, призналась я, выглядывая из-за метлы.

– Что еще, адептка? – откидываясь на спинку кресла, спросил он с безнадежностью в голосе.

– А я боюсь, что ваш секретарь в незапланированную командировку может отправиться, – отставляя метлу в сторону и опускаясь перед бесенком на колени, ответила я. – Вам не стыдно до нервного срыва доводить помощников?

– Адептка Рид… – донеслось раздраженно.

– Не все же время на некромантов надеяться, – перебила я, подтаскивая к себе сумку с вещами.

– На ведьм никогда не надеялся, некроманты надежнее, – насмешливо ответил василиск, вроде даже злиться перестал.

Но я уже была при деле. А до меня в такие моменты достучаться трудно, лучше даже не пробовать, поэтому и отвечать не стала, и насмешку проигнорировала. Похлопала для начала бесенка по щекам, потом приподняла веко, убеждаясь, что зрачок на свет реагирует. Достала нужные порошочки, смешала компоненты за долю секунды и поднесла к его носу. Секретарь вдохнул, закашлялся и сел на пол, цепляясь за мои плечи.

– Милочка, вы как? С вами все нормально? – спросил он почему-то меня, хотя я собиралась задать подобные вопросы ему.

– Я – прекрасно, в отличие от вас. – Я встала и протянула ему руку, чтобы помочь подняться на ноги. Он от помощи отказался и встал сам, держась за край стола и слегка пошатываясь.

– Вы удивительная, – сказал он, растекшись в широкой улыбке, но опасливо косясь на свое начальство. Я на всякий случай срочно порошки перепроверила – вдруг компоненты приворотного под руку попались? Убедилась, что ничего подобного не произошло, и только тогда неуверенно улыбнулась в ответ.

– Ну так что? – вспомнила я, повернувшись лицом к декану. – Оформите на меня отказную?

– Тебе надо, ты и оформляй, – равнодушно ответил василиск и, снова вооружившись ручкой, стал делать пометки в своих бумагах.

Обрадованная, я села напротив секретаря, который уже занял свое рабочее место и любезно протянул мне бумагу и ручку, и принялась за составление спасительного документа. Через пять минут я с гордым видом положила его перед деканом. Тот отвлекся от своей работы, взял в руки бумагу, прочитал и вернул мне, снова уткнувшись носом в документацию.

– А подпись поставить? – растерянно напомнила я, держа в руке отказную.

– А разве я говорил, что подпишу? – не поднимая очкастых глаз, глухо спросил он.

– А что, не подпишете? – еще более растерянно уточнила я.

– Нет, и не собирался.

– А как же нарушение техники безопасности, срыв уроков, приворот… – промямлила я, ничего не понимая. Он должен был с криком «Ура!» подписать мне документ и избавиться навсегда.

– А как же – я отличница, я не специально и я не буду никого привораживать? – откровенно улыбаясь, спросил он, отняв взгляд от работы. И улыбка его показалась мне довольно-таки зловещей…

– Да вы… Да вы… – нужных слов почему-то не находилось. – Да вы права не имеете!

– Чего я там не имею? – усмехнулся декан.

Я даже не придумала, что ответить! Нервно прошлась по кабинету, судорожно сжимая в руке отказную, и попробовала еще раз. Гордость, прощай!

– Подпишите, пожалуйста, – очень вежливо попросила я, снова положив листок перед ним. А он смотрит на меня через очки, молчит и улыбается, не скрывая ехидства.

– Пожалуйста, – придвинув отказную к нему ближе, тихо попросила я опять.

Он в ответ руки на груди демонстративно сложил и улыбаться продолжает. Молча, издевательски!

– Ты отказную-то, милочка, с собой забери, – негромко посоветовал бесенок со своего места. – Коллекцию Фергюса пополнишь, он, глядишь, на радостях-то тебя в первый сектор переселит…

Вот уж радость немыслимая! В сырости жить, под вечным ливнем… Этак я не ведьмочкой скоро буду, а в кикимору болотную превращусь или того гляди лягушкой заквакаю… Ну уж нет!

– Я там жить не буду! Сами живите, раз так нравится! – Отказную со стола сцапала, но рвать не стала, сложила аккуратненько и в сумку положила. Подпишет, никуда не денется. А сама на сумку села, так же, как он, руки на груди скрестила и ультиматум выдвинула: – Раз отказную не подписываете, то я здесь останусь. Там мокро, холодно, грязно, не хочу туда.

– Думаете, у меня силы не хватит вас за дверь вынести вместе со всеми пожитками? – спокойно ответил он. – А надо ли до этого доводить, адептка Рид?

От его спокойствия холодом веяло, я даже в сумку крепче вцепилась, но с места не сдвинулась. А он продолжил говорить, только нотки в голосе жестче стали:

– С этого дня вы учитесь на моем факультете, посещаете учебные занятия с группой КМВ-198, не прогуливаете, прилежно занимаетесь, живете там, куда вас поселили, преподавателям не хамите и не забываете, что я ваш новый декан. Иначе подпишу вам совсем другой документ – на отчисление. За этим дело не станет. Надеюсь, мы с вами друг друга поняли.

Как уж не понять! Все поняла, прямо в этот миг и поняла, что взорвать деканат – благое дело. Но тут заступничество пришло откуда не ждали.

– А что вы, магистр, о ведьмочках знаете? – подал голос бесенок. – Они ведь правда в тепле и уюте жить должны, им самой природой предназначено. Да и хрупкая она такая, только посмотрите, а вдруг под дождями да снегами простудится, заболеет, вечно на больничных сидеть будет… Никакой учебы ведь не получится, не жалко вам ее?

Я притихла, реакции декана ожидая. Я жалость не люблю, но тут надежда на спасение появилась, поэтому бесенку простительно. А вдруг проймут холодного ящера слова секретаря?

– Я, Флип, о ведьмочках знаю достаточно, – растягивая слова, ответил ему декан. – Болеть не будет – на то она и ведьмочка, других лечит и себя сможет. А тепло и уют при желании они где угодно сделать могут. – Потом мне ободряюще улыбнулся: – Я верю в вас, адептка, обустраивайтесь на новом месте, вам там еще пять лет жить… Ужасного дня!

Не проняло, значит. Мне от его ободрения фальшивого еще хуже стало, но я так просто не сдамся. Сумку на плечо закинула, метлу в руку взяла и уже на пороге остановилась:

– Если уж вы, магистр Гадтер, так хорошо ведьмочек знаете, то должны понимать, что я не отступлюсь. Я к вам завтра приду. И послезавтра. И каждый день ходить буду, пока не отпустите меня на мой родной факультет.

– Я очень надеюсь, что у вас хватит ума этого не делать, – услышала я напутствие в спину и громко захлопнула за собой дверь.

Далеко от деканата не ушла, не смогла. Свобода казалась так близко, одна подпись гадская от нее отделяла… Да и не хотелось в палаточный городок возвращаться. Села на широкий подоконник и пальцем стала на стекле узоры выводить. Ну как узоры… Слова матерные… Злость кипела, мстительные планы один другого краше ярко рисовались в моем воображении. За что? Вот за что мне все это? За то, что пробирку над огнем передержала? Несправедливость кругом…

– Пс-с-с… – услышала я рядом.

Оглянулась. Адепты всех мастей мимо как ходили – кто одиноко в лекции уткнувшись, кто в компании друзей, весело смеясь, – так и ходят, на меня даже не смотрят.

– Пс-с-с… – кто-то настойчиво попытался привлечь мое внимание.

Я головой во все стороны завертела, кто это балуется?

– Пс-с-с… – из-за широкой колонны появилась растрепанная шевелюра с рожками. Секретарь взгляд мой поймал и пальцем к себе поманил, воровато по сторонам оглядываясь.

Я ладонью слова матерные со стекла стерла, с подоконника спрыгнула, вещи с собой брать не стала и подошла к нему.

– Меня зовете? – уточнила я, приближаясь.

– Тихо ты, – одними губами шепнул бесенок. За руку меня схватил и к себе за колонну дернул, от глаз посторонних спрятав.

Я на него непонимающе посмотрела, а он мне опять шепотом говорит:

– Руку дай сюда.

– Зачем это? – спросила я и обе руки за спину спрятала.

– Дай, говорю, не бойся, ведьма ты или трусиха?

Еще и дразнится?! Мало было мне его начальника с издевками, а он тут еще и на происхождение надавить решил…

– Ведьма! – ответила я гордо и руку протянула. – Учтите, если что-то плохое сделаете, я на вас весь свой ведьминский арсенал и продемонстрирую, чтобы не сомневались в моей расовой принадлежности!

– Милочка, как подумать-то так про меня смогла? – укоризненно покачал он головой.

Взял мою руку и надел на указательный палец колечко, которое тут же по размеру подошло. Золотое, красивое, с изумрудиком – как раз к браслету комплект. А пока я любовалась, Флип так же шепотом говорил:

– Негоже вам, милочка, по бушующим стихиям туда-сюда шастать, вам и на практике нагрузок хватать будет… Вы место палатки своей хорошо запомнили? Представить сможете?

Я кивнула. Не скоро еще забуду, как бы ни старалась.

– Замечательно! – обрадовался явно что-то задумавший бесенок. – Значит так, рассказываю: сейчас берете свои вещи, представляете свое новое место жительства и поворачиваете колечко камнем вниз. Как повернете, так там и окажетесь! Не придется по всем секторам идти! А когда обратно повернете – вернетесь прямо сюда, на то самое место, где я колечко на вас надел. Нравится?

– Ой, спасибо огромное! Очень нравится! – я с восхищением смотрела то на колечко, то на бесенка. – А я с его помощью хоть куда смогу попасть?

– Нет, – с сожалением ответил он. – Первое место назначения – это место, где я вам его надел, то есть здесь, а второе – то место, куда в первый раз с его помощью перенесетесь. Так уж настроено, ничего сделать не могу…

– Да мне все равно нравится, спасибо! – в порыве радости в щечку его чмокнула, он заметно смутился, а я на месте подпрыгивать начала, в ладоши хлопая, – очень уж не терпелось этот подарок в действии испробовать, тем более что палатку мне Джей обещал поставить, несмотря на мои протесты. Не все на этом факультете гады-то, оказывается.

– Ладно, милочка, носите, не снимая, нужная вещь, – махнул мне на прощанье рукой Флип и пошел обратно к деканату.

Я тоже задерживаться здесь не стала, вещи с подоконника в охапку схватила, глаза зажмурила и повернула колечко.