Эшелоны Фиолы – 2

Глава 1. А ну их всех, – едем на Тинку.

Супруги Захаркины оба были очень расстроены. Вернувшись домой, Михаил и Алевтина поели совсем без аппетита. Они вяло ковырялись вилками в тарелках и насильно запихивали в рот безвкусную, как вата, еду. После ужина они в обнимку сидели молча на диване в притихшей квартире. За окном начинали сгущаться сумерки. Первым вернулся в реальность, – как всегда, конечно, Мишка. Он осторожно поднял голову жены со своего плеча и повернул её лицом к себе. Потом включил настольную лампу, чтобы заглянуть Алевтине в глаза, отодвинул с её лба задорные белокурые кудряшки и подал созревшую у него идею:

– Аленький, знаешь, что, дорогая моя, – нам с тобой надо проветриться. Я так думаю: что толку грустить и горевать сидя на диване? А давай-ка мы с тобой отправимся на наше любимое озеро Тинка. Там лучше всего успокоятся наши разыгравшиеся нервы. Помнишь, как мы хорошо там недавно отдохнули вместе с моим братом? Здорово же было! Меня лично рыбалка всегда очень успокаивает и отвлекает от неприятностей. – Шум камышей, плеск воды и рыбалка лучшие и общепризнанные "мозгоправы"! Как ты на это смотришь? Главное, чтобы озёрная свежесть тебе не повредила, – ты хорошо себя чувствуешь?

У сонной и вялой до этого Алевтины сразу оживились и заблестели её изумрудные глаза:

– Очень даже положительно смотрю, Мишка! Отличная и своевременная идея совершенно согласна с тобой и всеми четырьмя конечностями – за! Нам просто необходимо развеяться и думается на природе лучше, – это правда. Ты замечательный генератор идей, а я на таком стрессе сегодня, что мне это и в голову не могло прийти.

Мало того, сборы мы начинаем немедленно. Ничего, что наступает вечер, давай поедем прямо сейчас, потому что я знаю, как ты любишь ночную рыбалку. Пусть тебя не волнует моё "ничего", – нормально я себя чувствую, только тёплый плед надо будет взять с собой. И мне целую неделю отпуска дали на работе для восстановления после больницы. Так что мне завтра никуда не надо, а у тебя тоже впереди "отгулы за прогулы". Аккумулятор у элмобиля ты только сегодня зарядил. Так что мы можем позволить себе эту поездку – вперёд!

Сказано, – сделано. Молодые супруги дружно вскочили с дивана и через тридцать минут эскалатор натужно жужжал под тяжестью их багажа. Армейские сухпайки, снасти, спальники, мощный фонарь, раскладные походные столик и шезлонг, – всё это по очереди воздушным веерным конвейером полетело в багажник и на заднее сиденье машины. Следом и они сами шустро запрыгнули на переднее своего элмобиля и тронулись к выезду из подземной парковки. Когда они выехали из неё, то уже краешек второго солнца почти опустился за линию горизонта.

Никогда прежде Захаркины не собирались на любимое озеро Тинка так быстро, они торопились так, словно от пожара спасались. Опарышей и приманку Захаркины купили уже по дороге в магазине "Рыболов и охотник" на окраине. Потом их элмобиль снова нырнул в нутро освещённого городского тоннеля, и они двинулись по нему на выезд. Вскоре их машина выскочила из трубы тоннеля на второстепенную дорогу в фиолетовую темноту свободного простора.

Михаил немного расслабился, включил приёмник и начал крутить ручку настройки. Просвистели и проверещали несколько новостных, потом проулюлюкали музыкальные каналы, и он остановил ручку настройки на главном новостном канале. Приятный женский голос деловито и обыденно вещал: “…потому что в последнее время общественность стали чаще будоражить, распространяемые среди населения и появляющиеся в СМИ, тревожные слухи. Они говорят о том, что старые Земные беды в недалёком будущем ожидаются и у нас на Фиоле-2. Так же они утверждают, что, вполне возможно, что в скором времени, как и на умершей Земле, нашей планете тоже может угрожать перенаселение. Как следствие, в отдалённой перспективе, якобы, существует угроза голода из-за недостатка пищевых ресурсов. Но компетентные эксперты и аналитики опровергают подобные заяв…”

Михаил с раздражением звучно хлопнул ладонью по панели приёмника, он обиженно моргнул и потух. Диктор моментально замолкла, словно она схлопотала по губам Мишиной крепкой рукой строителя.

– Мишаня, ты чего? Офигеть можно, зачем приёмник-то сломал? – удивлённо покосилась на него Алевтина.

– Да чего-чего! Слушать такое невозможно! Почему нам не рассказывают про наших исчезнувших детей, про несъедобные суррогатные продукты и про НЛО? Панику нагнетают, а всей правды не говорят о том, что нас реально волнует сегодня. Врут всё в СМИ, и мы это знаем! – сердито рявкнул в ответ Михаил.

И они оба замолчали. Теперь в тишине салона слышалось только тихое жужжание электромотора и шуршание шин. Алевтина несколько раз кинула исподлобья неодобрительный взгляд на мужа и отвернулась к своему окну. Она смотрела на отражающийся там очертания профиля рассерженного мужа на фоне темноты надвигающейся ночи. За окном всё реже мелькали белые, жёлтые и голубые огоньки в окнах домов, вскоре и их не стало. Впереди была только светящаяся слабыми огоньками передняя панель машины и освещённая фарами, пустынная дорога к озеру. С двух сторон от неё высилась стена глухой и дикой, совсем не городской, залитой огнями ночи.

Неожиданно фары их машины выхватили из непроглядной фиолетово-чернильной темноты двух человек на обочине дороги. Они были вооружены автоматами и одеты в военную камуфляжную форму. Очевидно, что это был пост военного патруля. Как выяснилось позже, третий их товарищ сидел неподалёку в спецмашине тоже с защитной раскраской и пулемётом на крыше. Третий наверно дремал в нём или попивал кофеёк для бодрости.

Самый высокий из двоих на дороге, держал одну руку на автомате, а другой лениво поднятой вверх тощей рукой подал знак Мише остановиться.

– Эт-т-то ещё что такое? Только вас нам не хватало сегодня, – недовольно буркнул Мишка, но сбавил скорость, припарковался на обочину и опустил окно.

Молодчик нехотя подошёл к машине, расхлябанно вихляя задом. Было непонятно: то ли ему это патрулирование смертельно наскучило, то ли, наоборот, доставляло несказанное удовольствие в представленной возможности поглумится над остановленными им путниками.

Он был настолько долговязый и худющий, что каска с сеткой и листочками на его голове показалась Алевтине огромной шляпкой на тощей вытянутой ножке гриба опёнка. Миша поздоровался, а "Опёнок", пренебрежительно ответил ему, едва переставшим ломаться юношеским голосом. Он потребовал у Миши предъявить документы, стал с напускной деловитостью внимательно перелистывать их страницы и засыпать вопросами:

– Тэк-с, я вижу вы супруги? А из какого района сами будете? И куда это вас нелёгкая несёт на ночь глядя, и что везём? А как у вас, Михаил, обстоит с техосмотром? – и уж совсем строго потребовал – открывайте багажник.

Миша с Алевтиной с интересом наблюдали за ним, с недоумением глядя друг на друга. Они молча улыбнулись, когда чрезмерно бдительный вояка пригнулся и опустил свою любопытствующую мордашку в камуфляжной каское под крышку багажника. Алевтину разбирал едва сдерживаемый смех: “Что там в рыболовных снастях можно искать? По ходу дела, головы-то своей внутри каски у грибочка нет”. Её язвительное предположение подтвердило донёсшееся из-под крышки багажника, глухо прогудевшее оттуда восхищение юноши, почти подростка:

– Ого, ничего вы так загрузились, – не слабо! А ну-ка, посмотрим, что тут у нас, – воскликнул он оживлённо. Явно забавляясь своими полномочиями, он начал активно ворошить содержимое их багажника. Внутри него загремели переворачиваемые котелки и чайники.

Наружу из-под крышки забавно торчала только его костлявая задница и, как веточки молодого деревца, тонкие длинные ноги. Но его прыть умерил широкоплечий и коренастый качок, по всей видимости старший в патруле по возрасту и званию. Он подошёл к согнутому "опёнку", с размаху пнул его берцем по тощей ножке и неожиданно солидно пробасил:

– Эй, ты там, Грибов, полегче, не вяжись к людям впустую!

Алевтина подскочила, хлопнула в ладоши и громко хрюкнула, сдерживая душивший её смех: “Ну ничего себе, – совпаденьице! Опёнок Грибов, – зашибись!”

Оба, – и старшой патруля, и её муж озадаченно посмотрели на неё. Алевтина смущённо опустила глаза, – сама невинная скромность! Даже "Опёнок вынырнул из багажника и вылупился на неё. А старший патрульный уже разозлённый женским смешком, подозревая издёвку над его молодым и не опытным напарником, раздражённо продолжил:

– Сказано же было, олух: досматривать только въезжающие в город гружёные машины. Ты совсем не видишь, что тут рыболовные снасти? Кончай тупить, – люди за город на ночную рыбалку едут отдыхать. Так, Гриб, отдай мне их документы и иди-ка ты отсюда. Не смеши народ!

Коренастый качок мельком взглянул в возвращённые бумаги, протянул их назад Михаилу и, взяв под козырёк, сказал:

– Честь имею и не смею более задерживать вас. Можете следовать дальше, гражданин Захаркин. Счастливого пути.

– Я так думаю, что из-за пустяка военных поднимать не станут, а можно вас спросить: что случилось-то, начальник? – с миролюбивой улыбкой полюбопытствовал у его Мишка, запихивая в нагрудный карман свои документы на машину.

– Да, сказали, что серьёзные преступники сбежали, а нас на всех въездах поставили, чтобы не допустить их в город. – И осёкся, понимая, что не стоило это говорить. – Ладно, Захаркины, проезжайте, не задерживайтесь. Нас работа ждёт, а вас рыбалка! Ни хвоста, ни чешуи! – шутя напутствовал он Мишку. Дружелюбно пристукнул при этом рукой в перчатке по крыше элмобиля и отошёл, а своего подчинённого он подтолкнул локтем руки, сжимающей автомат наизготовку:

– Смотри, вон свет фар видишь, там встречная машинка вдалеке замаячила! Переходи на ту сторону и её проверяй, хоть до посинения, а не рыбака-любителя на отдыхе!

Он прощально махнул рукой Мишке, который согласно кивнул головой в ответ и завёл двигатель. А старшой пошёл догонять своего тощего напарника. Как только машина чуть тронулась и даже не успела отъехать на приличное расстояние, улыбка съехала с Мишиного лица, он грозно насупил брови и сдавленно зашипел на жену:

– Алька! Не понял я, что за смешок у тебя был такой идиотский? Ты, что, – правда не понимаешь с кем шутки шутить вздумала? А что, если бы нас эти двое выволокли за шиворот и мордами в капот уложили? Ты же умная женщина, а так несерьёзно себя ведёшь! Что за неуместные приколы ты увидела здесь?

– Я засмеялась над "опёнком", – коротко и рассеянно ответила она.

Но мозг Алевтины уже следовал впереди их машины, в соответствии с её врождённой привычкой часто бежать впереди паровоза. Она, щурила глаза и напряжённо всматривалась в свет фар чужой машины, которая приближалась из ночи им навстречу. Она, словно не слышала рассудительного выговора мужа, и вместо ответа задумчиво протянула:

– Миша-а-а! Преступники вообще-то подальше в лесах прячутся и из города бегут, а не в город. И если что-то награбленное везут, то тоже из города, а не в город. Мы с тобой под эти критерии больше подходим. Что происходит-то, зачем этот военный нам так примитивно соврал? Вроде умным показался сначала в отличие от "опёнка".

Мишка, проводил сердитым взглядом проезжающую мимо них встречную машину. Он был обижен отсутствием реакции жены на сказанное им, поэтому занудно и раздражённо затянул:

– Ну-у-у вот, началось! Какого такого опёнка? И до чего же ты у меня дотошная и пытливая, сразу видно – бухгалтер! Наше ли дело голову над их шарадами ломать? Брось, не морочь голову ни мне, ни себе. Мы едем отдыхать, – всё! Вот вечно ты не…

Его раздражённую тираду прервали неожиданно раздавшиеся сзади хлопки пистолетных выстрелов, и ответный дуплетный треск автоматных очередей. Тут же разорвал ночную тишину прогремевший мощный взрыв такой силы, что Мишкину машину подбросило над дорогой. Она дико взвыла в воздухе и опустилась через два метра. Мишка после приземления с перепугу так резко дал по тормозам, что силой инерции их элмобиль по циркульной траектории понесло на обочину. Потом ударило об высокий бетонный бордюр, от которого снова высоко подкинуло её задок. Мишкин элмобиль резко мотануло из стороны в сторону так, что супруги крепко треснулись лбами.

– Ой, – от неожиданности вскрикнула Алевтина.

– Алька, ты не сильно ушиблась? Хорошо, я тоже. Только немного скулой о баранку руля приложился. Аленький, снова всё повторилось, как в первый день нашей первой встречи, помнишь? – пошутил он, с вымученной улыбкой.

Он, как всегда, опять хотел отвлечь Алевтину от переживаний по поводу создавшейся серьёзной ситуации. А сам потирал лоб и скулу, но в это время смотрел не на жену, а напряжённо вглядывался в зеркало заднего вида. Салон их машины изнутри осветился ярким пламенем вспыхнувшей позади них машины и красные блики от трёх зеркал заднего и бокового вида заплясали на их лицах.

Алевтина, тоже морщась потёрла ушибленный лоб, и они одновременно обернулись назад. В свете полыхающего огня было чётко видно, что на полотне дороге, как часовые стрелки, которые смотрят в разные стороны, неподвижно распластались тела двух патрульных. Их автоматы валялись рядом с ними. Жуткую картину довершал огромный столб огня полыхающей машины, которую за минуту до этого бедолаги пытались остановить. Над факелом поднимались клубы чёрного, как смола дыма и сливались в вышине с фиолетовым небом. Из самой горящей машины никто не выбрался. Третий патрульный запоздало выскочил из военной бронированной машины в кустах и, пригибаясь на полусогнутых ногах, бежал к своим бездыханным сослуживцам.

– Поздно, голубчик, поздно. Спал ты, или кофеёк попивал, когда твоих друзей убивали, – зло съехидничала Алевтина, подавляя нервную дрожь. – Во взорванной машине наверно были те самые разыскиваемые беглые преступники, да Миш?

– Да, Алька, да! – разозлился Мишка. – Это преступники, типа нашей соседки, которую такой же патруль задержал и запер в психушке только за то, что она везла продукты из деревни в город для себя. Неужели ты до сих пор не поняла, что вокруг происходит? И счастье огромное, что мы не пострадали от взрыва и перекрёстной стрельбы тех бедолаг. Помочь мы им уже ничем не можем, с ними есть человек, да и скоро к ним подоспеют другие группы быстрого реагирования. Так что поехали отсюда побыстрее, пока нас в свидетели не записали или, что ещё хуже, – в обвиняемые. С них станется, а мы это уже проходили! Вот мы здорово расслабились, ничего себе, – порыбачили, а? – отчаянно прокричал он уже сам себе и резко запустил во всю мощь двигатель.

Элмобиль от неожиданности завизжал, как резаный поросёнок, и задымил шинам, но не сдвинулся с места ни на сантиметр. Мишка застыл на пару секунд, дико вытаращив глаза. Но быстро сообразил в чём дело и не заглушил двигатель а, выскакивая из машины сам, одновременно заорал на жену:

– Быстро выходи, быстро!

Алевтина испугалась резкого окрика мужа и в суматохе моментально кульком вывалилась из салона, но не на дорогу, а неожиданно для себя плюхнулась на мокрую землю за бордюром. Только сидя попой на земле, упираясь пятой точкой, каблуками сапожек "а-ля ковбой" и ладонями в грязь, она снизу ясно увидала причину своего падения за бордюр. Дошла до неё без слов и причина внезапной паники мужа, – её осветило яркое пламя горевшей машины. Брюхо элмобиля лежало на бордюре, а правое заднее колесо висело в воздухе за бордюром. Тем временем, Мишка, опрометью обежал машину и присел позади багажника:

– Так я и думал!

Потом подхватил элмобиль снизу, громко крякнул от натуги, приподнял его зад и перетащил колесо из-за бордюра на дорогу. Он, молодой и крепкий натренированный на стройке парень, один не справился бы с этой бедой, но сильный стресс был сейчас его помощником. И тут же Мишка опять закричал на жену, которая совершенно обалдела от увиденного ею только что геройства мужа:

– Чего расселась, – быстро поднимайся и назад! Да садись же ты скорей в машину, кулёма!

Алевтину от его крика той же силой стресса моментально подбросило над землёй. Она пулей влетела в машину и с разбегу плюхнулась на пассажирское сиденье. В панике ей в голову не пришло стряхнуть прилипшую грязь с куртки и пристегнуть ремень, – не до этого было. Сам он тоже запрыгнул за руль, быстро снял с ручного тормоза и втопил педаль газа до упора.

Понятливая железяка на этот раз только конём не заржала. Она, взбрыкнула и резво рванула вперёд, словно сама спасалась от волчьей погони. Алевтина упёрлась для устойчивости ногами в пол, руками в переднюю панель, а испачканной грязью попой в кресло. Она скосила глаза на мужа и увидела, что у Мишки руки мелко подрагивали на руле, поэтому она не осмелилась больше открывать рот. “Не важно, что я сейчас скажу. Вот только рот открою, он опять орать будет. Он тоже сильно напряжён, как пружина на взводе, – подумала она, – у него даже и шутить нет сил. Совсем не похоже на него. Мамочки, да хоть бы скорость сбавил!”

– Давай я потише поеду, нужно ремни пристегнуть, – только и проронил он, когда они отъехали подальше от поста и свернули на просёлочную грунтовку. Дальше они ехали молча, вглядываясь в вечернюю фиолетовую густоту за окнами машины, а мысли каждого были заняты мыслями о страшном происшествии. Казалось, что салон изнутри весь был наэлектризован от треска их мыслей.

Так в полном молчании они подъехали к берегу излюбленного озера Тинка. Оно было создано искусственно и, как все водоёмы Фиолы-2, постоянно пополняется по трубам хорошо очищенными промышленными и городскими сточными водами. Специально выращенный планктон завершил дело оживления озера. А запущенные туда мальки и, выросшая потом из них рыба, радует любителей рыбалки богатыми уловами.

Мишка молча заглушил двигатель, быстро распахнул дверь и стремительно рванул в кусты. “Ясно и не удивительно после пережитого,” – молча посочувствовала ему Алевтина, проводив мужа взглядом. Потом вышла и сама из тёплого салона на свежий озёрный воздух. Достала в бардачке упаковку салфеток и, как могла, очистила ими запачканную куртку и сиденье машины. Затем бросила грязные салфетки в приготовленный мешок для мусора. Филоняне берегут чистоту своей планеты, которая им дорого досталась. Алевтина привычно и проворно достала из багажника и включила походный фонарь. Она поставила его на деревянные подмостки так, чтобы он освещал кромку берега с зарослями прибрежного кустарника за которыми скрылся её Мишка. Потом деловито, так же молча разложила шезлонг, закуталась в мягкий тёплый плед и плюхнулась на сиденье. Она приложила ко лбу лёд из аптечки элмобиля, немного поёрзала, устраиваясь в походном кресле поудобнее в ожидании мужа. Алевтина только тогда нарушила молчание, когда увидела, что он выходит из кустарника и пошутила:

– Ну, наконец-то, с облегчением вас! На вот пакет со льдом, стукни об камни и приложи к шишке. – И скороговоркой добавила, – чур я в домике, а всё остальное твоя работа!

А Мишка, закатывая глаза от счастья, вытер со лба пробивший пот и вздохнул:

– УФ! Еле успел! Вот такое проявление “медвежьей болезни” у меня случилось сегодня. Припёрло-то ещё там у патрульного поста, только ещё больше мне хотелось скорее отъехать подальше от места, спровоцировавшего понос. Пришлось свои булки поджать и терпеть, сколько есть мочи. Молчал я до самого озера, потому что боялся, что у меня либо донышко выбьет, либо крышку сорвёт. Спасибо, что молчала, а то от твоего трёпа меня бы точно пробило!

Он своей шуткой вызвал хохот у жены. Потом взглянул на Алевтину, уютно расположившуюся в шезлонге, и добавил:

– Ах, ты, хитрющая лиса, воспользовалась моментом моей слабости! Ну, ничего, погоди, я сейчас рыбки наловлю, костёр разведу, – сама ко мне прибежишь, когда учуешь волшебные ароматы от гриля.

Она, в ответ хрюкнула довольным смешком в плед, натянутый до подбородка: “Хорошо, что он тоже немного пришёл в себя!” И, не задавая больше никаких вопросов, молча с любовью наблюдала, как в свете фонаря, Миша быстро, с ловкостью бывалого рыбака, управлялся со снастями. Он подготовил, закинул и установил три спиннинга на расстоянии двух метров друг от друга.

Закончив с ними, он глубоко вздохнул, отряхнул ладони и коленки, выпрямился и задрал голову к небу. Не желая вернуться к мучившим обоих вопросам, а может не зная, что сказать по этому поводу, он восхищённо протянул, глядя вверх:

– Аленький, всё же мы с тобой правильно поступили, что вырвались сюда из города! Оставили весь кошмар позади и сегодня отдохнём одни. Ты только посмотри какая красотища кругом, – душа восхищается. Воздух такой чистый, аж голова слегка кружится. А звездей-то, звездей понатыкано, – пошутил он.

Потом немного помолчал и вдруг громко воскликнул:

– Ой, а это что такое? Смотри, смотри! Быстрее! Вон там прямо над кромкой берега!

Он тыкал указательным пальцем вытянутой руки в небо. Алевтина, подозревая очередной розыгрыш со стороны любившего подтрунивать над всеми мужа, медленно и неохотно подняла вверх глаза. И тут же стремглав выскочила из шезлонга, как подброшенная мощной пружиной. Освобождаясь от пледа, она запуталась в нём и чуть не упала. Алевтина, лягнув ногой, сбросила плед прямо на камни, преступила через него и поспешила к мужу.

В бездонном ночном небе их глазам предстало необычное зрелище, которое перебило начисто недавно пережитый в дороге стресс. От удивления и следа не осталось от произошедшего в дороге.

Да, она тоже чётко увидела, как высоко в небе строго перпендикулярно над кромкой воды и параллельно ей, медленно двигался какой-то летательный объект. Но его присутствие в кромешной темноте можно было только предположить по трём габаритным огням, расположенным по вершинам воображаемого треугольника. Неизвестного типа аппарат летел не просто медленно и совершенно бесшумно, а по очень странной траектории. Он часто и резко менял направление движения. Иногда синхронно резко и одновременно все три огонька беспорядочно шарахались из стороны в сторону.

– Алевтинка! Где эти чёртовы уфологи? Да это же настоящее НЛО! Поверь, так не может лететь ни звездолёт, ни вертолёт, ни самолёт, ни квадрокоптер, ни спутник, ни ракета. И ни один известный до сих пор аппарат. На искажения от колебания воздуха над озером это тоже не смахивает, поверь! Потому что огни мечутся строго синхронно, а не вразнобой, – восторженно прыгая как пацан, орал здоровенный мужик. От его прыжков прогибались доски помостков, грозя отправить прыгуна в холодную воду.

Восхищённая Алевтина тоже присоединилась к его воплям:

– Вот это да, я глазам своим не верю! А ещё говорят, что рассказы про НЛО, – сказки фантазёров, и видеосъёмки все фейковые. Мне сейчас ужасно обидно. Этим вечером я уже три раза пожалела о том, что в спешке мы забыли взять с собой камеру!

– Да, очень досадно. Представь, было бы чем похвастаться перед родными и друзьями, да просто на память об этом вечере иметь съёмку было бы здорово, – поддакнул ей муж.

Они долго стояли так с задранными вверх головами, провожая взглядом светящийся треугольник, пока его огоньки окончательно не растворились в темноте. И только когда не на что стало глазеть Алевтина ощутила, что она замёрзла и дрожит всем телом от эмоций и ночной озёрной свежести. Она вернулась к шезлонгу с пледом и возбуждённо заговорила:

– Ты знаешь, Миша, я боялась, что ты будешь смеяться надо мной, поэтому не рассказывала. Я до этого видела НЛО у нас на пустыре за домом. Он сел там и к нам в окна полился мертвенный холодный свет. Он залил всю нашу спальню и не стало до жути страшно. Я спряталась за подоконник и … проснулась опять вся в поту, как тогда, когда на меня падало чёрное небо, помнишь? И этот третий сон тоже был, как явь, как первый с женщиной на вокзале.

– Слушай, Аленький, – что твои сны! Посмотри сколько всего непонятного, неприятного, страшного и необъяснимого начало происходить вокруг нас, даже помимо твоих ночных кошмаров, – подытожил Мишка.

Но Алевтина решительно не хотела возвращаться ко всем ужасам и неясностям последнего времени, поэтому моментально пресекла его своим язвительным укором:

– Да, особенно мне страшно и непонятно, почему ты начал пьянствовать. Я всё понимаю, но мне ведь тоже нелегко после всего пережитого. Пойми, легче от алкоголя, если и будет, – то только тебе и только немного и на короткое время! А мне-то при этом ровно настолько же становится ещё труднее. И проблемы остаются нерешёнными.

Вот и сегодня ты опять прихватил с собой тайком от меня и уже распечатал бутылку водки. Вон, вон, я же вижу, – её горлышко предательски торчит у тебя из нагрудного кармана куртки. Пока ты удочки ставил, уже и приложиться успел! Кайфоломщик ты Мишка! И эгоист-единоличник! Дай глотнуть, мне тоже сейчас надо стресс снять и немного согреться.

Но, взяв у него початую бутылку и отхлебнув прямо из горлышка, она закашлялась и замахала рукой. Когда отдышалась, Алевтина вытерла выступившие слёзы, вернула бутылку мужу и тут же строго предупредила его: