Удел избранного

Выжить

Ичи́ро Мурака́ми несся по равнине в сторону леса. Вот уже пятнадцать минут он не мог избавиться от преследователей. Это был среднего роста, среднего сложения японец двадцати семи лет. Одетый в черный камуфляж сино́би1 оказался в горном районе. Вроде бы в своей родной провинции Ига. Но, в то же время, в незнакомой местности.

Пытаться понять, где он находится, не имелось возможности. Сейчас стояла одна задача – уйти от погони или же покончить с ней. Будь это люди, неважно самураи, ронины или представители соперничающего клана ниндзя, Ичиро расправился бы с ними за считанные минуты. Но дело осложнялось тем, что за ним по пятам мчались не люди и не привычные для него животные. То были какие-то мифические существа.

Издалека их можно было принять за крупных волков. Но вблизи они выглядели куда устрашающе. Под грубой серой кожей играли вполне развитые мускулы. Горбатая холка возвышалась над остальной частью спины. На лапах отчетливо виднелись прочные выступающие когти. На загривке, от головы до лопаток, располагался ряд крепких достаточно высоких шипов. А из несильно вытянутой пасти торчали острые внушительные клыки2. С них слюна буквально текла. Уставившись своими желтыми глазами на появившегося из ниоткуда гостя, они имели одно желание – отведать его крови и растерзать беглеца в клочья.

Полуденное Солнце стало припекать, начавшего потеть воина. Четыре преследующие особи, взявшие его в круг, стали сближаться. Они действовали слаженно. Мураками надлежало добежать до леса раньше, чем они перейдут в атаку. Биться с монстрами на открытой местности было слишком опрометчиво. Звери демонстрировали ловкость и скорость. Они легко меняли направление движения. Каждым своим скачком изящно покрывали два метра. Но, что отметил синоби, волкоподобные не были сильны в забеге на дальние дистанции. А у тренированного бойца выносливости хоть отбавляй. Лишь благодаря этому он еще не был настигнут.

Наконец, минут через пять пятеро бегунов ворвались в сосновый лес. Ниндзя держал путь к подножию горы. Он рассчитывал поиграть в прятки с преследователями среди валунов и расщелин. Где, как предполагалось, звери будут не так сильны. Они взяли человека в плотное кольцо. Их учащенное дыхание и злобный рык звучали совсем рядом. Чупакабры мелькали меж древесных стволов в трех-четырех метрах сзади и с боков от Ичиро.

Десятки лет ежедневных суровых тренировок сделали из него суперчеловека. Жилистые мышцы, непоколебимый дух, прокачанная энергия в теле, психологическая подготовка, умение терпеть боль и сносить лишения, шестое чувство – тот набор качеств, который мог противопоставить он своему противнику. А потому беглец почувствовал, что атака началась. И первым сделал свой выпад зверь, бежавший сзади. Хруст треснувшей ветки на земле под тяжестью совершающего прыжок животного и возникшее острое чувство опасности подсказали человеку об этом. Резко присев и сгруппировавшись, он выполнил кувырок назад, прямо под брюхом пролетевшей над ним твари. Вскочив, без промедлений, он сменил направление движения. Приняв немного влево, японец продолжил свой стремительный бег вглубь леса.

Чупакабра, не найдя в конечной точке своего прыжка мишени, влетела в толстый ствол сосны. Рухнув на землю, она тяжело поднялась на лапы. С десяток секунд помотала головой, откашлялась. Тем временем, остальные три особи с пробуксовками остановились, развернулись влево, балансируя своими жесткими хвостами. Высунув свои бурые языки, они вновь стали набирать скорость, устремляясь за выкроившим себе фору незнакомцем.

Спустя минуту звери остановились у подножия каменистого склона. Топчась по кругу, нюхая почву, прислушиваясь к звукам, они не могли понять, куда делась их потенциальная жертва. Возникла пауза. Мураками схоронился среди больших валунов метрах в десяти выше по склону. Он не имел никакого желания вмешиваться в естественный ход событий данной экосистемы. Не очень-то и хотелось лишать жизни столь необычных животных. При условии, что они прекратят преследование и вернутся на равнину. Поэтому он выжидал. Ему было чем заняться: успокоить дыхание, замедлить сердцебиение, собраться с силами. Выполняя дыхательное упражнение, синоби вслушивался во все уши и, как говорится, поглядывал одним глазком на происходящее кругом.

В лесу было прохладнее. Пышная крона деревьев преграждала путь знойным солнечным лучам. Лишь несколько островков сочной зелени освещалась светом, там, где растительность была не такой густой. Под сводом царила тишина. Ни птиц, ни насекомых, слышно не было. Монстры и те перестали издавать малейший шум. «Значит, они не оставили свою затею. Очень жаль», – вздохнул Ичиро и приготовился дать им бой.

Четыре волкоподобных твари медленно и бесшумно поднимались по склону. Задрав головы наверх, принюхиваясь, они ровным рядом приближались к человеку. Запах разгоряченной взмокшей плоти отчетливо витал в воздухе. Им приходилось часто облизывать шершавыми языками пасть, чтобы приостанавливать на время нескончаемый поток слюны.

По мере приближения их к валуну, за которым прятался человек, он так же, укрываясь за ним, бесшумно обходил его по внешней стороне. Когда враги оказались на полкорпуса впереди этого огромного камня, ниндзя нанес свой первый удар. Выскочив сзади из-за укрытия, он разрубил пополам ближайшего к себе зверя мечом. Издав протяжный предсмертный вой, тварь испустила дух. Остальные бросились было в сторону обидчика, но были шокированы его ответным действием. Диверсант бросил на горную породу между ними и собой нагэ-тэппо3. Когда затих шум взрыва, погасла яркая вспышка света, и рассеялся дым, звери, скуля, прижав уши к голове и поджав хвосты, сидели, сбившись в кучу. А потенциальной жертвы и след простыл.

Как ни надеялся мужчина, а хищники не собирались ретироваться. Настолько они были кровожадны. Придя в себя, те бродили, нюхая породу, вокруг дерева, на которое взобрался во время взрыва синоби. Делать было нечего, и он продолжил поочередное их истребление. Мгновение и еще одно животное разлеглось бездыханным на земле, пораженное в череп стрелой из ханкю4.

Два оставшихся чупакабры смекнули, откуда производился выстрел. Задрав головы наверх, они обнаружили обидчика. Встав на задние лапы, неприглядные твари рычали и сдирали кору с дерева. Влезть не него у них не получалось. Что порадовало загнанного лазутчика. Но продолжаться долго это не могло. Звери все равно не собирались уходить. Да и ему сидеть на дереве несподручно. Время было не на его стороне. А проваливать доверенное ему задание и вовсе не в его духе.

Улучшив момент, диверсант высыпал на разъяренные морды порошок острого перца. Пока животные, поскуливая, отфыркиваясь, пытались лапами очиститься от обжигающего порошка, Ичиро спрыгнул с дерева. Смягчая приземление кувырком вперед, он бесшумно отбежал в сторону и расположился за стволом могучего дуба. Теперь он находился справа и чуть позади от преследователей. В следующий миг один из двух оставшихся волкоподобных взвыл от нестерпимой боли. Стал вертеться на месте, пытаясь избавиться от инородного тела на голове. Минутой позже распластался на земле и затих навсегда. Вонзившийся в голову сюрикэ́н5 лишил его жизни.

Последний оставшийся монстр в бешенстве бросился к японцу. Тот едва успевал уворачиваться от его атак. Укрываясь за стволами деревьев, перебежками, он искусно парировал его выпады своим мечом. Передние лапы и морда зверя были в крови и рассечениях. Но в приступе ярости им это игнорировалось. Раскрасневшиеся глаза впились в человека, а клыкастая пасть так и клацала в сантиметрах от его шеи.

Делая ложные выпады, заставляя промахиваться атакующего, ниндзя продолжал орудовать мечом. Он ждал, пока тварь вымотается и ослабнет от потери крови. Однако быстрее силы покидали его самого. Более медлить было нельзя. При очередном прыжке на него синоби выставил перед собой левое предплечье и дал животному укусить себя. В мгновение, пока оно стояло на задних лапах, он проткнул ему грудь насквозь мечом. Сместившись влево, человек дал упасть мертвому зверю на землю. С трудом он вытащил руку из его пасти. Сняв тонкую стальную пластину с предплечья, он обнаружил, что она едва не прокушена. На руке появились гематомы в местах, где пластина была вдавлена в плоть.

Мужчина сидел, прислонившись спиной к стволу дерева и вытянув ноги. Он тяжело дышал, его грудь вздымалась. Камуфляж взмок и прилип к телу. Лес вокруг ожил. Птицы запели, насекомые засновали. Издалека временами доносились звуки животных. День проходил своим чередом, словно никакой кровавой охоты и не было.

Переведя дыхание, Мураками стал прикидывать, что ему дальше предпринять. Для начала следовало собраться с мыслями. Проанализировать ход последних событий, взвесить свои ошибки и верные действия. И прежде всего, понять, где он оказался, что не так с окружающей средой и как быстрее к ней адаптироваться. Съел не спеша с наслаждением одно печенье. Оно было приготовлено по специальному рецепту. Являлось суперпитательным и сверхкалорийным. На нем можно было продержаться несколько часов.

Чтобы выполнить задание, Ичиро придется прочесать всю окрестность. Возможно, углубиться на несколько километров, а то и десятков километров вглубь префектуры. Но у него семь дней на возвращение обратно в исходную точку. А вот эту исходную точку следовало бы исследовать, изучить и запомнить. Заблудиться, тем более потерять ее местоположение нельзя ни в коем случае. Осмотреться на месте прибытия ему не дали возможности злобные твари, чьи безжизненные тела валялись поблизости. Потому мужчина решил вернуться на равнину и восполнить пробел. После чего надо было искать до наступления темноты безопасное место для ночлега. Стоило многое обмозговать, прежде чем двигаться дальше.

Собрав с трупов убитых им животных элементы своего метательного оружия, направился к опушке леса. Он старался производить как можно меньше шума. Это было залогом успеха в каждом задании. Есть угроза, нет ее, этого знать наверняка нельзя. Не выдавая своего присутствия, дольше проживешь в тылу врага. А потому аккуратное передвижение по местности было в крови у любого ниндзя.

Приближаясь к выходу из лесополосы, человек ощутил чье-то присутствие там на равнине. Кого-то большого и, по-видимому, не одного. Следовало сперва провести разведку. Он забрался на одну из самых высоких сосен. То, что предстало взору, шокировало его. По равнине разбрелись не известные ему и доселе невиданные существа! Коренастые приземистые на четырех коротких толстых лапах с большими прочными пластинами на спине, шипами по их контуру и по линии позвоночника, маленькой головой и увесистым наростом на конце хвоста6. Они мерно и спокойно пощипывали траву на поляне. В противовес чупакабрам, несшимся здесь недавно, эти создания излучали мир. Их почти неподвижные тела напоминали серые и коричневые большие камни на холмистых склонах.

Как они отнесутся к появлению человека в черном? Дадут ли ему осмотреться среди них? Ниндзя не имел представления. Но ждать пока эти неповоротливые медлительные создания наедятся и уйдут, он не мог. Тем боле они затаптывали его следы, по которым он намеревался отыскать точку появления в этом диковинном мире. Теперь лазутчик понимал, что хоть окружающее пространство и похоже на его родную японскую провинцию Ига, но это не она. А значит, все только осложняется.

Медленно и осторожно выйдя из леса, он пошел по своим следам. Глядя то вниз на следы в траве, то по сторонам на больших и тяжелых животных, шпион спокойно продвигался к цели. Ему надлежало дойти до берега реки, на котором он странным образом очутился. Расстояние было не из близких. Его-то он два часа назад преодолел за двадцать минут довольно-таки быстрым бегом. А теперь приходились идти, медленно идти.

Солнце палило нещадно. Спасало периодическое дуновение ветерка, скатывавшегося с гор. По голубому небосводу были разбросаны словно куски ваты белые кучевые облака. Своим волнообразным полетом летали сороки над равниной, местами стрекоча промеж собой. Длина анкилозавров составляла метров пять-шесть, высота – полтора метра. Весили они наверняка несколько тонн. «Эти неуклюжие здоровяки с легкостью могут раздавить человека!» – удивлялся Мураками, поравнявшись и двигаясь среди них.

Так осторожно продвигался он по равнине в стаде травоядных динозавров более получаса. Мощные создания, разумеется, контролировали его передвижение. Но никакой агрессии в его адрес не показывали. А потому ниндзя шел уже достаточно быстрым шагом. Главное, от него не исходило шума, что устраивало всех участников действа.

Спустя еще минут десять поведение тяжеловесных существ изменилось. Они стали чаще фыркать, издавать короткий приглушенный рев. Стадо забеспокоилось и стало сбиваться в кучу. Что-то встревожило их. И не зря. Справа в нескольких сотнях метров от них обнаружилась одинокая фигура очередного загадочного обитателя этих мест. По его повадкам стало понятно, что ничего хорошего от него ожидать не следует. Оно двигалось настороженно, бесшумно, крадучись, словно выжидая удобного момента для стремительного броска вперед.

Когда расстояние сократилось примерно до ста метров, вожак стада издал громкий рев. Тут же все всколыхнулись и побежали прочь от хищника. Поднялся гул от рычащих в страхе животных, шум от топота толстых лап и грохот от столкновений панцирями. Земля под ногами затряслась от создавшейся мешанины громадных тел. Еще несколько секунд и синоби остался бы один торчать у охотника на виду. Он не смог ничего иного придумать, как сгруппироваться и вжаться в траву, имитируя земляную кочку. Бежать в стаде анкилозавров было опасно. Перемололи бы меж собой и всего дел.

Тем временем зверь, посеявший панику среди неуклюжих травоядных, уже пробегал мимо замершего на земле человека. Тяжеленный, здоровенный монстр бежал так, что земля содрогалась. За ним оставались вдавленные в почву следы могучих лап. Мужчина отметил, что незваный гость похож на ящерицу, мистическую огромную ящерицу. Животное передвигалось на двух трехпалых мощных ногах. Также были сильны шея и хвост. А вот двупалые когтистые руки были слишком малы для такого исполина. Метров семь в длину и два с половиной – три метра в высоту он весил как минимум несколько тонн. Толстая кожа имела серый, местами коричневатый цвет. Большая пасть на массивной голове была утыкана пятидесятью-шестидесятью зубами7. Его черные зрачки бегали туда-сюда, не зная на ком остановить свой взгляд. На морде будто бы сияла улыбка.

Когда вся процессия удалилась достаточно далеко, шпион вскочил и помчался к реке. Он намеревался побыстрее уже пересечь богатую на сюрпризы равнину. «Вряд ли эта тварина предпочтет меня тем мясистым большим животным, – думал на бегу он. – Да он даже и не заметит меня. Они уже километра за два левее». Спустя с десяток минут бегун был на месте.

То была горная река, чистая и холодная. Вода журчала на каменистой породе. Помимо шума воды и шелеста листьев на деревьях на противоположном берегу, настороженные уши путника не улавливали никаких подозрительных звуков. Раздевшись, он наспех окунулся в воду и помылся. Надо было простирнуть одежду, смыть с себя всю пыль и пот, который мог его легко выдать неприятелю. Взобравшись на одну из массивных глыб неподалеку, он расположился поудобнее на ней. Разложив одежду на горячем камне для просушки, японец сам тоже лег на спину и заложил руки за голову. Периодически поднимая голову и озираясь по сторонам с двухметровой высоты, релаксировал и размышлял.

Он нашел свои следы. Словно из ниоткуда лазутчик появился здесь на берегу сегодня в полдень. Первые несколько следов на песке тому доказательство. Перед этим он стоял на берегу реки в зарослях бамбука с ним, с ямабу́си8, в своей родной знакомой провинции Ига. Затем, сделав шаг вперед по его повелению, оказался также на берегу, чистом – без бамбуковых зарослей, в этой же провинции, но в другой, чужой, мистической. И завертелось. Осмотреться, осознать, приспособиться не удалось. С другого берега его тут же обнаружила четверка волкоподобных существ, пришедших на водопой. «Беги!» – пронеслось в голове. И он побежал. Минимальный набор оружия, который он имел при себе, не хотелось сразу начинать тратить. И еще этот голос в голове, который подсказывал: «Беги, беги, живи!».

Понять

Япония, 1578 год. Страну терзают междоусобицы. После смерти правителя, его сыновья и приближенные военачальники пытаются взять бразды правления на себя. Тот, у кого получится объединить страну и станет ее правителем. Подобным победным маршем движется сегун9 О́да Нобуна́га. Ему уже удалось подчинить своей власти почти все провинции Японии. Осталась провинция Ига. Это горный труднодоступный район. Но через него пролегают пути поставщиков пороха, так необходимого войскам сегуна.

Ига долгое время оставалась свободной, независимой зоной. Проживающий здесь в разбросанных по территории деревнях клан ниндзя пользуется особым уважением. Вся страна наслышана об этих умелых и опасных воинах тени. Их услугами по шпионажу, диверсиям, убийству пользуются многие чиновники.

Ода Нобунага понимает, что они являются угрозой его режиму. Поэтому решает покончить с ними. Он посылает своего сына Нобука́цу построить плацдарм, откуда будет целесообразнее вести наступательные действия. Ода Нобукацу отстраивает находящуюся в центре непокоренной провинции полуразрушенную крепость Маруя́ма, где базируется теперь его войско. И вот это замок с высокими стенами. Одна из которых возвышается на 180 м над рекой Хидзики.

Допустить начала военных действий нельзя. Для синоби это означает конец всему: их процветанию, ремеслу, свободе, жизни, наконец. Предотвратить подобное берутся жители деревушки Касиваба́ра – имение рода Момоти. Возглавляет военную операцию сам дзенин10 Та́мба Момо́ти. План действий был таков: ночью на боевое задание отправятся три группы по пять-шесть человек. Задача первой группы нейтрализовать первую линию обороны замка Маруяма – самураев-разведчиков. И чтобы враг не догадался, занять их место. Вторая группа отвлекает внимание часовых на стене, чтобы третья группа могла пройти освещенный кострами периметр. Далее третьей группе надлежит преодолеть ров и прокрасться внутрь замка. И затем совместными усилиями провести диверсию по его поджогу.

Ичиро Мураками находился в первой группе судьбоносной ночной вылазки. Он со своими братьями по оружию находился на подступах к замку. Ночь была тиха и безветренна. Месяц на небе не сильно рассеивал мрак, что было на руку лазутчикам. Держась высокой травы, они бесшумно приблизились к крепости. До нее оставалось метров сто. Затаившись, они стали ждать и прислушиваться к окружающим звукам. Журчание горной реки, жужжание насекомых, редкие выкрики зверей – ночных охотников и вот они, постукивания. Разведчики, самураи ходили вокруг замка на определенном расстоянии, и подавали друг другу знаки, периодически постукивая двумя брусками в руках.

Настала пора действовать. Участники первой ликвидационной группы ниндзя принялись за дело. Ичиро, выбрав потенциальную жертву, приблизился к ней. То был типичный солдат армии сегуна. Одетый в соответствующую одежду с доспехами, он сидел в густой траве. На его рогатом металлическом шлеме отблескивал свет костра. Костры были разожжены перед стенами и рвом, на утоптанном и присыпанном песком грунте. Таким образом, часовым на стенах был освещен в ночи весь периметр вокруг замка.

Мураками бросил в сторону прихваченный с собой камень. Падение камня сквозь заросли на землю создало ожидаемый шум. Тут же над высокой травой появились плечи и голова самурая. Осторожно ступая, он продвигался туда, откуда донесся шум. Раздвигая копьем ростки бамбука и сорной травы, он искал источник шорохов, готовый проткнуть неприятеля. Синоби шел за ним след в след, не производя никаких дополнительных звуков. Когда самурай остановился, чтобы прислушаться и осмотреться, лазутчик обхватил его сзади левой рукой, зажав ему ладонью рот и нос. Ножом в правой руке отточенным коротким движением перерезал горло. Тихо спрятав тело в траве, он завладел железными сантиметров пятнадцать длиной брусками. Опустившись вниз, исчез из виду. Теперь ему надлежало до окончания операции продолжать периодически подавать сигналы, чтобы враг ничего не заподозрил.

Теперь настала очередь за второй группой. Ей следовало провести отвлекающий маневр с противоположной от зачищенной стороны крепости. Участники той группы не заставили себя долго ждать. Рассекая темень, поверх стены внутрь охраняемой территории посыпались зажженные стрелы. Спустя десяток секунд крыша одного из деревянных домов запылала ярким огнем. Внутри крепости начался хаос. Многие солдаты бросились на ту стену, готовые вести оборону. Другие принялись тушить пожар.

Воспользовавшись паузой, ниндзя третьей группы в мгновение ока перемахнули через освещенный кострами участок. Мимо Ичиро словно тени ночных демонов пронеслись Тамба Момоти и пятеро членов его группы. И так же молниеносно исчезли. Вжавшись в темный грунт на берегу реки, они слились воедино с ним. Дождавшись от Мураками и его сподвижников сигнала, означавшего, что часовых пока нет и можно продолжать штурм замка, те быстро соорудили плот из бамбуковых стеблей. Укрепили его на пустых бочках и переплыли на нем ров. Им необходимо было оставаться сухими. Иначе мокрые следы могли выдать их во вражеском тылу. Закрепив плот под самым основанием стены, чтобы его не обнаружили, диверсанты поползли вверх. Словно пауки они преодолевали отвесную стену метр за метром. Цепляясь крепкими, словно сталь, пальцами за малейшие выступы, упираясь стопами на вставляемые в расщелины железные прутья, они бесшумно и достаточно быстро оказались на стене и скрылись с внутренней ее стороны.

Первым двум группам оставалось лишь ждать от них знака о завершающем этапе операции. На это потребовалось три-четыре часа. Совершив первую диверсию, синоби смогли успешно попасть внутрь обороняемой крепости. Но, в то же время, это всколыхнуло весь личный состав базировавшегося в ней войска. Теперь нужно было время, чтобы все утихомирились и возможно заснули.

Время тянулось долго, но лазутчикам не привыкать. Умение терпеливо ждать, сносить неудобства и лишения у них не занимать. Главное достойно и плодотворно выполнить вверенную им миссию. И желательно вернуться домой. Каждый синоби знал, какие мучительные пытки ожидают в случае его поимки самураями. А потому всегда был готов лишить себя жизни сразу, чем умереть в долгих и бесчеловечных агониях. Такова судьба ниндзя. В случае успеха он мог рассчитывать на расположение дзенинов. На создание семьи, может на денежное вознаграждение, а то и на повышение в классовой иерархии. В случае же провала возможна только неминуемая смерть.

До рассвета оставалось чуть более получаса. Скоро лес оживет всем многообразием красок. Защебечут, встречая восход, певчие птицы, пробудится живность. Начнется очередной день, насыщенный житейскими хлопотами… Наконец поступил сигнал о том, что командующий войском, один из верных помощников Оды Нобукацу мертв. Пора приступать к поджогу замка. Пока группа во главе с Тамба Момоти подожжет склад с порохом, остальным двум группам предстоит осыпать огнем остальные сооружения на территории. Ичиро вооружился своим ханкю и, поджигая просмоленные наконечники стрел, стал запускать их через стену во двор и на крыши сторожевых укреплений у внутренней стороны.

Минут через пятнадцать Мураками и полтора-два десятка ниндзя мчались в предрассветной мгле лесами и горами назад в свою деревню, с успехом выполнив диверсионную операцию. Остался далеко позади объятый бушующим пламенем замок неприятеля. По крайней мере, на ближайший год какие-либо захватнические действия со стороны сегуна Оды Нобунаги были пресечены. Будто ночные оборотни они, не издавая особых шумов, продвигались по пересеченной местности. То распределялись в шеренгу, то перестраивались в колонну, двигаясь след в след. Через несколько часов эти темные тени растворились вблизи своей крепости Касивабара.

Ичиро являлся гэнином11. И, как полагается нижнему звену в классовой иерархии, рядовому исполнителю, выполнял самую тяжелую работу. Как и многие другие в деревне часто посылался на опасные, ответственные и не очень задания. Он не задавал лишних вопросов, да это и не принято было в их среде. Не роптал и о том, что есть воины и помоложе, которых следовало бы чаще использовать в деле. «Раз в очередной раз посылают меня, хоть и на такое пустяковое задание, значит, я неплохо зарекомендовал себя, – рассуждал мужчина. – Надеюсь, скоро меня повысят за это в статусе. А нет, так тому и быть. Обзаведусь семьей и продолжу свое ремесло. Больше я все равно ничего не умею делать».

Пообедав, он сидел на низенькой табуретке в тени березы возле хибары, в которой жил вместе с тремя своими односельчанами. В подобные полуденные жаркие часы можно было перевести дух от вечных тренировок и сельскохозяйственных дел. Переваривая съеденное и релаксируя, он коротал время.