Дело Афины №7

Часть первая: Игг

"В современном мире остались ценными лишь три добродетели: красота, доброта и сила. 

Но! Есть условие: сила должна нести добро, не быть трусливой и быть приятной глазу. 

Красота не быть ограниченной и примитивной 

А доброта – глупой и наивной".

Из дневников некой ныне живущей олимпийской богини

"Приветствую вас, дорогой, Игорь! Меня зовут Анна, я писательница, творческий псевдоним: Мила Хвой. Я хотела бы рассказать вам о том, во что вам будет сложно поверить. Но что для тех, кто в это верит – перевернет их жизнь. Мир устроен так, что несмотря на все существующие и закрепившиеся на Земле религии, мы проживаем жизни согласно греческой мифологии. Частично об этом рассказано в книге Макс Фрай "Мой Рагнарёк". Олимпийский пантеон – идеальная схема для распределения иерархии в современном мире. Я не имею права называть каким богом являетесь вы, но могу сказать кем прихожусь я. Я – Афина. Мой отец, мой папа, которого уже нет в живых – был Зевсом. Зачем? Вы спросите зачем эти фантазии? Затем, что только посмотрев на реальность, сквозь призму этой фабулы, концепции, вы поймёте что происходит с планетой. И какую роль в этих процессах можете сыграть вы. На самом деле, Вы, Игорь, не бог. Вы – Макс. Из той самой книги. Вы – связующее звено между богами и смертными, которых уже повели на судный день. Рагнарёк – это термин, обозначающий конец света. И этот мини Апокалипсис длится уже почти десять лет. Планета не умирает. Умирает человечество. Войны, вирусы, редкие болезни, рак…

Человечество, как Титаник, терпит бедствие, и ему уже ничего не может помочь. Кроме… Кроме любви.

Любовь – это сила, которая заложена в каждом из нас, и которая способна пробудить спящего "дракона света".

Любовь – это прощение в высшей ее форме. Я давно наблюдаю за вами, Игорь, и поняла, что вы тот самый человек, который может помочь людям снова обрести благословение бога. Вы, во-первых, помогаете детям. Значит обладаете состраданием, и эмпатией. Во-вторых, вы – известная личность, которая может влиять в какой-то мере на судьбу мира.

В третьих вы – любовь в чистейшем ее проявлении.

Я очень надеюсь на вашу помощь.

Вместе мы сила!

Да пребудет с вами свет. "

Мила-Афина дописала письмо, сохранила в вордовский документ на рабочем столе и открыла почту. Да, у нее был имейл этого актера, его личная почта, но как же страшно было отправлять это письмо.

kozloff346@yandex.ru

Стоит ли?

Спасите! Я не хочу так позориться!!

Мила погладила кота, прикрепила документ и, перекрестившись, нажала отправить.

Письмо летело ровно две секунды, пока на экране не загорелось: sent.

Что ж, теперь: "или пан или пропал"!

Либо он посчитает ее сумасшедшей, либо женится на ней. Как порядочный человек. Аня усмехнулась… Богиня… Что осталось от МаксФраевской Афины в ней? Разве что тело Марлона Брандо.

Окей. Утро вечера мудренее.

И Аня, погасив ночник, легла спать, мысленно путешествуя в древнюю Грецию.

***

Запомните! Жизнь соткана из чередования противоположностей: приятного с неприятным. Работы и отдыха, напряжения и расслабления, гнева и радости. И чем осознаннее и глубже вы проживаете приятные моменты, тем легче будете проживать неприятные.

…

Мила слушала коуча очень внимательно. Вот оно как! ЧБ лента значит… Жизнь эта…ну ок. Ах, как же там мое письмо? Если оно уже прочитано, то в офисе актера Козлова стоит наверняка дружный хохот. Вот оно как, прозаично воспринимается, когда нет веры!

Летящей походкой выйдя из конференц-залы, в котором проходила лекция, Мила остановилась возле лотка с бубльгумами.

– Дайте вот эти, раритетные, лав из. 10 штук.

Не обращая внимания на недоуменный взгляд продавщицы, она прошествовала по коридору и по лестнице вниз, и выйдя на улицу, засунула жвачку в рот.

Гортань приятно обожгла вишнёвая кислинка, и довольная собой, Мила устремилась к метро.

***

Детство! Вы помните себя маленькими? Совсем-совсем крохами? Одно из первых моих воспоминаний о себе было нахождение в яслях и жуткие попытки перевернуться на живот. Потом была полуобнаженная мама, успокаивающая среди ночи в колыбели… потом был разъяренный папа, меняющий записанные пеленки… во всех этих детских воспоминаниях было так много унижения, что аллергия на этот вид "попущения" у меня сформировалась на всю жизнь..

Детский садик. Был мальчик, Сашка.

Все девочки были от него в восторге. Кроме нее. И именно поэтому наверняка он задался целью влюбить ее в себя. Имея покладистый характер, Мила сдалась, но он тут же поцеловал другую девочку.

Что это? Карма? Крест? Проклятие? Или элементарное невезение?

Зато Миле всегда везло в "игре". Уже будучи взрослой, она заметила, как легко к ней приходят деньги. И как надолго остаются. Не везёт в любви – повезет в игре, так что ли?

Видимо да!

– Перестань, я сейчас лопну от смеха!!! – Мила корчилась от колик смеха на диване у себя дома. – Андрей! Это ужасно смешно!!

Потом она успокоилась и долила им обоим по бокалу вина.

– За тебя, юный мореплаватель!

Они чокнулись и Андрей схватил с блюдца бутерброд с черной икрой.

На самом деле то, чем Андрей так рассмешил Милу, не было таким уж смешным: он всего лишь описывал свои вступительные экзамены в мореходку.

Но то, как он в лицах описывал реплики профессоров – экзаменаторов, рассмешило Милу вплоть до истерики.

Андрей был близким другом Милы. Они учились раньше вместе на юрфаке, но потом Мила ушла в литературу, а Андрей решил связать свою жизнь с морем. Потыкашись в разные виды бизнеса, он понял, что уж лучше старпом на приличной зарплате, чем прогореть и все вложенное потерять. Он верил маме Милы, которая говорила, что бизнес  – это большая удача. И эту удачу нужно иметь в крови.

Сейчас они сидели, откинувшись, на спинку дивана, их глаза горели, на щеках застыли капельки слез от смеха и Мила решила немного пооткровенничать.

– Дрюня. Я отправила ему. Отправила это дурацкое письмо.

Андрей вопросительно посмотрел на подругу.

– Ты написала ему, что он Антихрист?

Мила улыбнулась.

– Почти. Я не описывала. Вот пусть возьмёт книжку и прочитает! – всплеснула руками она.

Андрей поставил бокал на стол и заглянул в глаза своей мечтательной подруге.

– Ты пойми, то, что для тебя – вся жизнь, для кого-то – мимоходом, мимо, между делом… Понимаешь?

Мила кивнула. – Понимаю, конечно, Дрюня. Но я не верю, что что-то настолько высокое и красивое, можно проигнорировать. Или по крайней мере не улыбнуться этому.

Андрей положил ладонь на плечо подруге.– Ты главное верь. Это и есть самое главное. Все остальное приложится.

– Спасибо, родной! А теперь – по матрёшкам. Мне завтра ехать в издательство, забирать рукопись с комментариями. Предстоит большая редакторская работа!

Андрюша поспешно раскланялся, и Мила осталась одна.

Загрустив, она совершенно случайно, скучая, открыла почту, и совершенно неожиданно обнаружила ответное письмо.

Писал актер Козлов. Лично!

"Дорогая, Мила! Я очень тронут вашим вниманием. Ни в коей мере не счёл фантазиями вашу историю, а напротив! Подумал, что из нее мог бы получиться отличный сюжет для фильма! Я часто говорю в интервью, что мечтаю об Оскаре, и знаете? Это может оказаться та самая роль!".

Далее шел ещё один абзац дежурных вежливостей, а в конце – что тоже было довольно неожиданно – приглашение на встречу в присутствии агента актера – Марии.

Мила, не поверив своим глазам, закрыла окно браузера и завизжала от восторга.

ААААААААА! Встретиться! С ним! Лично! Ну всеееееее!!!

Носясь по комнате, она не заметила как задела электрический щиток и во всей квартире погас свет.

Мда. Лёжа в темноте на кровати, она перебирала в уме возможные варианты исхода этой встречи и ей нравился каждый.

Даа.... Афина, твой Игг клюнул!! Твой Игг клюнул!!!

Белый воротничок, черный свитер, голубые брюки. Мила при полном параде вошла в холл отеля Метрополь.

Сканируя глазами сидящих тут и там постояльцев отеля, она отметила, что выглядит достойно для данного места.

Пройдя внутрь, она прошла к ресторану и присела за барную стойку.

– Один мартини, пожалуйста. – бросила она бармену и развернулась спиной.

Спустя минуту, она уже посасывала сухой вермут, и весело болтала с агентом актера Козлова.

Самого актера пока не было.

– Скажите, а он, ну очень суровый? – вопрошала Мила, страшась встречи со своим кумиром.

Мария отмахнулась.

– Да нет! Игорь – простой, как пять копеек. С ним можно общаться абсолютно свободно. Свой в доску…!

Мила кивнула.

– Это хорошо. Потому что я жутко

нервничаю.

– Не стоит. Насколько я поняла, вы

написали замечательную историю, которую Игорь хочет превратить в фильм. Значит, она его зацепила!

– Конечно! Да, я понимаю! Но под этот фильм придется выбивать деньги. И если автором идеи окажется какая-то малахольная…

Мила не договорила.

Перед ней стоял красивый молодой человек, младше ее на четыре года,

протягивая руку для рукопожатия.

– Актер Козлов. – представился он.

У Милы перехватило дыхание.

– Мила. – они пожали друг другу руки, и Игорь присел рядом с Марией туда же, где они сидели, за бар.

– Итак, Мила. Мы с Машей… вы уже успели познакомиться с Машей?

– Да-да, конечно! – Мила судорожно закивала.

– Отлично. Расскажите для начала, откуда в вашей светлой головушке появляется столько невероятных историй? Давно вы пишете?

Мила закусила губу. Она не думала, что разговор начнется с нее. Была уверена, известный актер распушит хвост и начнет хвалиться направо и налево своими достижениями.

– Ну я… знаете.. – она взяла себя в

руки наконец и смело продолжила. – знаете! Я писала с детства… Одним из моих первых произведений, написанных в четырнадцать лет, был рассказ о девушке, которую изнасиловали, насильник заразил ее СПИД-ом, а потом, она узнав о своем диагнозе, отправилась к Большому Каньону, чтобы умереть красиво.

Мила запнулась. И посмотрела на своих собеседников.

В глазах у Козлова читался шок. А Мария выглядела слегка смущенной.

– Ничего себе! – наконец

выговорил актер и присвистнул. – Да вы прямо Стивен Кинг в юбке!

Мила смущённо улыбнулась.

– Ну почему же, я Макс Фрай.

Хотя… Макс Фрай тоже в юбке…

– Значит… – попыталась реанимировать ситуацию Маша. – ваша героиня, – современная Афина? Олимпийская богиня или как?

Мила наконец поймала своего "конька" и стала увлеченно рассказывать:

– Постойте, постойте. Для начала – нужно прочесть книгу Светланы. Ну той, что пишет под псевдонимом Макс Фрай.

Так как вся моя история выросла оттуда.

Мария деловито кивнула.

– Значит, у вас по сути книга в книге?

– Амммм… ну никакой книги пока и нет… но я могла бы написать сценарий, если бы возникла такая необходимость…

– Как это, книги нет? – удивилась Мария.

– Маша, не наседай. Мила описала мне ситуацию, которую гммх .. считает реальной. И я просто предложил превратить ее в фильм.

Маша немного опешила, но все же сказала:

– Окей, хорошо. А история какая?

Можно в двух словах?

Тут Мила поняла, что Мария в общем-то не особо то ей и симпатизирует и скорее всего, когда они выйдут отсюда, начнет отговаривать Игоря от этой аферы.

– Ээээ.. Маша, да, вы правы, я должна озвучить…

– В общем так! – прервал ее актер.

– Маш, мы с тобой должны понять, что Мила – пока неизвестный автор. И она права совершенно, выбить деньги под эту историю, даже если будет готов сценарий (он кивнул в сторону Милы) – будет крайне сложно. Но история меня захватила. Понимаешь, мой герой – он противоречив! А ты же знаешь, как я люблю противоречивых героев!

Маша немного придя в себя посмотрела на своего подопечного.

– Игг, отлично. Мы поэтому здесь.

Но нам же для чего-то нужна была эта встреча? Почему же вы тогда не обсудили все с Милой в переписке?

Актер Козлов кивнул.

– Обсудили бы. Но я хотел, чтобы

вы познакомились. Чует мое сердце, это далеко не последняя история, авторства Милы, которую мы экранизируем вместе.

Маша с сомнением посмотрела на Игоря, и совершенно не стесняясь  присутствия Ани, начала говорить, быстро-быстро:

– То есть вот так? Все так просто?

Ты учился в ГИТИСе, пробивал лбом тупые границы русского кино, чтобы потом давать шанс каким-то неизвестным девочкам? Мечтательницам? Причем угрозой своей актерской репутации…

Мила задохнулась от возмущения и уже хотела схватить сумку и бежать, но он ее остановил.

– Послушайте. Маша – жёсткий человек, довольно. Но так и должно быть. У нее такая работа. Иначе мы с ней вместе ничего бы не добились. Не принимайте ее слова близко к сердцу. Она желает добра. Нам обоим.

– Хорошо…

Мила кивнула и села обратно.

– Итак. – Козлов деловито сложил

руки на груди. – План такой. Мила пишет синопсис в литературной форме, литературным языком. Мы показываем его Феде, Анатолию Сергеичу и всем остальным знакомым режиссерам, и выясняем насколько реально что-то такое сделать. Если не найдем финансирование, снимем короткометражку на собственные средства. Вопросы есть?

Маша мысленно покрутила у виска, но согласилась, что план оптимален.

Мила тоже была не против такой последовательности действий.

Когда троица вышла из Метрополя, Игорь обратился к девушке:

– Мила, мы на машине.. если вдруг?

– Нет-нет спасибо. Я доеду на метро. Мне сегодня нужно ещё успеть в одно место.

– Как тебе будет угодно…

Мила метнула прощальный взгляд на актера, от которого сжалось сердце и засосало под ложечкой и умчалась прочь, в сторону метро.

Когда Козлов и Мария остались вдвоем, она прямо посмотрела на него и спросила:

– По какой причине ты хочешь

возиться с этой дурочкой?

Козлов закатил глаза и улыбнулся.

– Маааша, ну не будь такой жестокой! Ты же знаешь мой девиз: "верь в мечту!". У этой девушки есть мечта и я хочу помочь ей ее осуществить.

– Хорошо. – не унималась Маша. – но почему именно она?

Игорь застенчиво улыбнулся.

– Мне кажется, что она – особенная…

Маша пожала плечами, и они оба сели в машину. Прохожие спешили кто куда, а Игорь, следя за происходящим за окном автомобиля, думал о своем.

Город улыбался Маше. Сегодня был насыщенный день. Нужно было забрать костюмы из химчистки и отвезти в фотостудию. Встретиться с несколькими киностудиями по поводу контрактов. А ещё, а ещё – пообедать с подругой в Камергерском.

И все это нужно было успеть до 16:00, потому что на это время была назначена промофотосессия. Для журнала "Мир Кино". Маша была не робкого десятка, иначе на своей должности вряд ли добилась бы успеха. Ей всегда хотелось, чтобы ее подопечный снимался только в кинохитах, получал только первые премии, и был на обложках самых лучших глянцев. Так получалось далеко не всегда, но в целом репутация актера Козлова была более, чем положительной. Единственным минусом его как артиста, была "замыленность" – люди ворчали, что он "везде", да к тому же – везде одинаковый. В сети шутили, что крутые актеры для своих ролей: худеют, толстеют, стригутся налысо, осваивают новые виды спорта, а Козлов – разве что переодевается. Но как известно, черный пиар – тоже пиар, и армия поклонников Козлова только росла.

С самого начала карьеры – Маша советовала ему отказываться от третьеразрядных персонажей. Она знала что такое успех, и соответственно – его цену. А ещё особенность наших людей – выцарапывать на свет божий подробности самого начала пути и выставлять на всеобщее осмеяние.

Типа: посмотрите, Козлов в начале нулевых – толстый, лысый, выглядит как бомж. Гагага! Поэтому она всегда ругала Игоря за его нещегольский вид. Но Игорю это было все равно. Он в гробу видал всю эту гламурную тусовку. Дошло до того, что его даже лишний раз расчесаться нельзя было заставить!

Что поделаешь! Звёзды такие звёзды!

Маша неслась на всех парах из химчистки, на ходу вызывая Uber. Студия была в Крылатском, а химчистка была в Выхино. Зазвонил телефон:

– Да? Слушаю! Вас не слышно! А,

Георгий Арнольдович? Конечно! Мы будем ровно в четыре! Да, я и Игорь! Обещаем не опаздывать!

Положив трубку и кое-как спрятав телефон, Маша отворила дверь только что подъехавшего "убера", и уместилась на заднее сидение, полностью закрытая чехлами с одеждой.

Таксист только улыбнулся:

– У вас что, концерт? Поете? Танцуете? Играете?

– Я агент актера. И у него сегодня фотосессия. – парировала Маша.

Таксист удивился.

– И насколько известного актера, уважаемая? Чай не Безрукова? Или Козловского?

– Почти. – хитро ухмыльнулась

Маша. И смахнула рукой упавшую на лоб челку.

Да, жители РФ никого кроме Безрукова и Данилы и не знали, но Игорь постепенно отвоевывал свое место под солнцем. Ему ничего не стоило бы потеснить их, на волне славы фантастических боевиков Хатарчука, например, но он предпочитал метод кооперации и дружбы, нежели конкуренции. Такси подъехало к многоэтажной постройке, на десятом этаже которой находилась студия одного из самых известных фотографов Москвы. Игорь с Володей были дружны. Фотографу на его художественный взгляд сразу же приглянулся колоритный и харизматичный актер Козлов. Они сдружились, и часто работали вместе для глянца и промоакций фильмов.

Собрав волю в кулак, Маша вылезла из такси, дав таксисту восемьсот рублей, и, не попросив сдачи, устремилась к лифту – спасению в ее ситуации. Лестницу с такой ношей она бы не осилила. Зайдя в лифт, и нажав кнопку #10, она наконец смогла выдохнуть.

Мда… Козлов как всегда опоздает, а ей отдуваться перед организаторами и менеджером журнала. Володя ругаться-то не будет, она это точно знала, а вот менеджер "Мира Кино" – стопроцентно устроит скандал. С ними всегда так. Сначала они упрашивают месяцами согласиться на интервью, а потом кипишуют из-за любой неувязки.

– Ненавижу! – прорычала Маша.

Двери лифта открылись, на стене белым мелом красовалась цифра #10: Приехали!

Пройдя по коридору налево, и открыв ногой дверь – Машка прошмыгнула в примерочную, так как в самой студии ещё шла съёмка.

– Маша, это ты?

"Черт, всё-таки заметил!". Володя окликнул Машу несмотря на то, что снимал в данный момент известную певицу в положении. Летящие ткани, и практически обнаженная дева от музыки – ничуть не смущали умудренного опытом фотохудожника.

– Да, Володя! Мы на месте!

– Вы? Игореша так рано?

– Мы! Я и костюмы! – отшутилась Маша и засмеялась.

В главном зале студии продолжалась съёмка. Сияли софиты (софтбоксы), белела циклорама, и то и дело щёлкал затвор фотоаппарата.

Маша немного расслабилась и даже задремала, как вдруг зазвонил телефон.

– Маш! – раздался голос Козлова в

трубке. – Я тут в пробке стою. Мы, с Настей. Скажи Володе, что мы задержимся.

"Так и знала" – закатила глаза Маша, а вслух произнесла:

– Игг, ну все и так знают , что ты всегда опаздываешь. Зачем лишний раз воду мутить? Приедешь, когда приедешь, мы сегодня у Володи последние.

– Ок. – немногословный Козлов

повесил трубку, и Маша могла подремать ещё немного. Время съёмки неумолимо приближалось – а это всегда большой стресс. К тому же "Мир Кино" хотели интервью, а это вообще! Ааааааа!!! Столько всего говорить нельзя! Столько табу и запретов! А Игг как обычно ляпнет что-то! Не то…

Наконец свет в главном зале студии погас, и певичка поспешно ретировалась, не забыв попеть дифирамбы своему любимому фотографу.

Володя зашёл в примерочную и как обычно рассыпался в комплиментах.

– Маша!! Выглядишь роскошно!

Как же давно я тебя не видел!

Обменявшись дежурным объятием, фотограф и агент актера принялись ждать.

На часах было 16:35, а Козлова всё ещё не было.

Володя предложил выпить по пятьдесят грамм коньяка для храбрости, и в этот момент в студию ввалился менеджер журнала с журналистом.

Они всех переполошили, стали требовать появления звезды. Назревал скандал, но внезапно дверь открылась, и в студию вошли Козлов с его подругой. Актриса Голубкина была начинающей, подающей надежды русской артисткой. И примерно лет на пять-шесть младше Козлова.

Когда они зашли, студию будто озарил свет изнутри – такова была энергия, которую нес собой артист.

– Привет! – с порога поймала подопечного Маша. – Срочно! Переодеваться!

Козлов кивнул, подал руку Володе для рукопожатия, и скрылся в гардеробной.

Актриса Голубкина и фотограф Володя остались наедине.

– Настя, здорово, что вы успели! Эти глянцевые шакалы уже готовы были нас разорвать!

– Шутишь? – беспечно улыбнулась Настя.

– Никак нет! Дольче Вита не для них. У них все расписано по часам, ты же знаешь.

– Знаю. – хитро улыбнулась Настя,

намекая на то, что и сама частенько бывала в таких ситуациях.

Из гардеробной вышли Козлов и Маша.

Игг был одет с иголочки, – черный замшевый костюм был ему очень к лицу.

– Выглядишь отпад! – похвалила его его подруга.

Фотограф Володя поддержал:

– Настя права. Выглядишь роскошно. Давай же! Скорее начнем!

Игг снова молча кивнул.

И подошёл к стулу, стоящему перед циклорамой.

– Сидя? – Володя кивнул.

И началось таинство. Когда работают два профессионала – у публики не остаётся шансов. Так часто говорила Маша.

В общем, день удался! – мелькнуло у Маши в голове. Но впереди было ещё интервью. И это и было самое сложное.

Сегодня у актера Козлова была премьера нового фильма. Он снялся в каком-то эпическом блокбастере, название которого Мила и не запомнила, но она была приглашена и имела намерение присутствовать.

Показ должен был состоять в кинотеатре "Москва" на Тверской. В России наконец-таки научились снимать экшн-кино – об этом судачили тут и там, пока Мила протискивалась в зале на свое место.

Открыть показ должен был вступительным словом сам актер. В компании режиссера и исполнительницы главной роли.

Мила жутко нервничала, ведь это была не первая премьера в таком высоком статусе : по личному приглашению звезды фильма. Она, конечно, втайне надеялась завести пару полезных знакомств для дальнейшего продвижения в киноиндустрии, но пока даже просто не могла совладать с волнением.

Эй! – сидящую в седьмом ряду Милу, окликнул сам Козлов, который появился буквально из ниоткуда.

Привет! – замахала ему и заулыбалась она.

Козлов подошёл, чмокнул ее в щеку и посмотрел на нее:

– Ну что, как оно? Как ощущения? Мила вздохнула. Волнуюсь!

Это нормально. -

отмахнулся Игг. – Надеюсь наша работа произведет на тебя положительное впечатление!

Мила просияла:

– Конечно! Я видела все твои фильмы! И мне нравятся ВСЕ! Уверена и этот фильм не станет исключением…!

Игг ещё раз кивнул, и попросил простить его, ему нужно было встретить друзей у входа.

Мила приготовилась испытать катарсис. Ей не то чтобы нравился этот актер Козлов, просто она ощущала в нем что-то наподобие родной души. И учитывая ту мистическую фабулу, в которую она верила всей душой – ведь Игорь был ее самым центром – в какой то мере его любила.

Наконец погас свет, на экране пошли заставки: "Фонд Кино", "Мосфильм" и другие шаблонные кадры, которыми уже никого нельзя было удивить.

На экране замелькали первые кадры фильма…

Изнеможденный и окровавленный Козлов ползет по узкой ущелине в скале, скрюченной рукой сжимая оружие, а другой стараясь хвататься за уступы…

Ах! Всё-таки он очень харизматичен! – то и дело думала она.

Действие на экране продолжалось. В глубине скалы его ждала засада из кучки пришельцев, от которых Козлов начал отчаянно отстреливаться, потом сцена полета на дельтаплане…В целом в фильме было не просто много экшн сцен, а сам фильм был сплошной экшн сценой.

Наконец замигали лампочки и загорелся свет, на экране пошли титры, и зал загудел голосами, обсуждающих увиденное.

Миле фильм понравился. Это было по-настоящему здорово. Но почему-то ей казалось, что если они экранизируют их историю, то это будет ещё круче!

Любовь к творчеству главного артиста фильма только окрепла и вдохновлённая юная писательница, вместе с толпой, вывалила на улицу.

Светило солнце, было тепло, показ был дневной, и она решила немного прогуляться. Как раз по этой улице был книжный Москва. Ее любимый магазин. Вот туда-то она и направилась.