Без багажа

Глава 1 Как все началось

Моя родная планета – «Звезда 407». У нас рождаются самые красивые девушки в галактике. Почему так происходит? Наверное, из-за расположения вселенной или залежей каких-нибудь минералов. Но в чем проблема, спросите вы? У нас не рождаются мальчики. Поэтому после совершеннолетия в двадцать один год, мы с моими закадычными подружками полетели на поиски женихов. Космический корабль, точнее лайнер, «Лапочка» отправлялся в столичную планету «Звезда 1», путь предстоял неблизкий, но мы запаслись фильмами, играми, платежными устройствами, чтобы с весельем провести время в нашем полете.

Когда прошел восторг от вида сверху на «землю в иллюминаторе», расположились в своих каютах. Нужно как водится немного поностальгировать и, конечно, сделать парочку селфи. Каюта была что надо: удобства «в номере», гостиный уголок (два кресла и стол), отсек для хранения продуктов или блюд, удобная койка. На последней я и заснула незаметно для себя.

Пробуждение стало сущим кошмаром. Ко мне под оглушительный рев сирены вломился стюард и скомандовал срочно бежать в эвакуационную капсулу: наш корабль подвергся нападению и часть корабля отвалилась. Так он сказал, чуть ли ни силком запихивая меня в маленькое помещение и задавая координаты.

– Удачи, мисс, – сказал он и нажал на пульт отстыковки.

Раз, и передо мной космос: звезды светят, тишина, вот махина «Лапочка» запускает целый ряд капсул. Они – как град с неба.

Технологии в нашей галактике ого-го и поэтому капсула вскоре запустила двигатель и направилась куда-то. Судя по мигающей карте, меня должно привести на дружественную нам планету «Звезда 300».

Но видимо сегодня был не мой день, так как загорелась панель нехватки горючего и предлагался наиболее короткий маршрут «к цивилизации» (гласила надпись). Планета «Каледония» не относилась к межпланетному содружеству «Номер звезды», интеллект написал, что они торгуют какой-то рудой, а покупают предметы быта. Язык своеобразный. Искин предложил его изучить. Все лучше, чем на пальцах объяснять.

На Каледонии был поздний вечер, когда я тихо приземлилась. Капсула раскрылась, и я вышла. Свежий приятный воздух сопровождал тихий звездный полет в небе, а под моими ногами чувствовалась твердая почва. Плохо было только одно – до города мы немного недотянули. В общем, придется идти пешком. Переоделась в защитный комбинезон, взяла «спасательный комплект» в виде рюкзака и пошла по дороге. Примерно через минут двадцать я наткнулась на велосипед. О да, я его опознала, потому что папа покупал мне такой в детстве. В общем, он валялся на обочине, чуть вращая задним колесом. А рядом с ним лежал молодой человек. Посветила фонарем, подошла поближе, красивый парень: блондин, ресницы длинные, кажется он в отключке. Капсула-доктор, имевшаяся в переносной аптечке, диагностировала перелом руки и небольшое растяжение ноги. Но лекарство тоже было. Совсем скоро я увидела самые красивые на свете глаза: выразительные, яркие, и немного грустные. Он приподнялся и смотрел на меня, потом помотал головой, снова посмотрел.

– Вы мне мерещитесь? Я умер?

– Нет конечно! Еще чего выдумал, я на вас, молодой человек, запас аптечки потратила, можно сказать от чистого сердца, а вы умирать собрались.

– Не собирался я! – с вызовом ответил он. Потом встал, отряхнулся, поднял велосипед, и смущенно добавил: – Меня Ричард зовут, а вас?

– Лорейн. Рада познакомиться, Ричард. Мне бы в город попасть, я прилетела только что, моя капсула, к сожалению, не дотянула до космопорта.

– Простите за вопрос, Лорейн, но ждет ли вас кто-то в городе?

– Пожалуй, нет. Лайнер, на котором я летела, был поврежден, пассажиров эвакуировали.

– Правильно ли я понял, что у вас не было цели посещать нашу планету и вы ничего не знаете о здешних нравах?

Тут я вспомнила галочку на панели, которая предлагала загрузить информацию о культуре, но я ее проигнорировала. Может зря?

– А что не так с ними?

– Лорейн, я буду с вами откровенен. Тут очень много мужчин, а вы просто невероятно красивы! – при этих словах он отчаянно покраснел. – Поэтому вы можете стать даже камнем преткновения нескольких очень влиятельных людей. Я бы предложил вам побыть какое-то время в доме моей семьи и улететь на корабле, который вылетает в направлении одной из планет содружества «Номер звезды».

– У меня есть платежное устройство, я вполне смогу оплатить себе жилье.

– Не сомневаюсь, но вы оглянуться не успеете, как выйдете замуж и останетесь на этой планете навсегда.

– Пожалуй, мне это не подойдет. Я бы хотела вернуться на свою планету.

– Тогда соглашайтесь. Вы спасли мне жизнь, а я в ответ помогу вам. Честная сделка. Идет? – он протянул ладонь в ожидании ответного рукопожатия.

– Идет! – уверенно сказала я и с чувством благодарности пожала ему руку.

Глава 2 Лучше я чем ты

Мы с моим новым знакомым шли по дороге, Ричард катил велосипед, я несла рюкзак, так как аптечка написала ему в рекомендациях не таскать тяжести пару дней и поберечься от новых травм. Молчание, как ни странно, не тяготило. Нам светили звезды и звуки живой природы от шорохов до стрекота насекомых наполняли ночь спокойствием и какой-то правильностью. Сейчас меня расположил к себе парень, и я угадывала шестым чувством, что в его доме мне не причинят вреда.

Впереди показался город: освещенный редкими фонарями и вкрапляющий звуки человеческих голосов в ночные шумы, состоящий из домов полусферической формы и окнами на вторых и третьих этажах, он жил своей жизнью.

– Эй, смотри, это же Ричард Стивенсон, – говорил человек высокого роста, метра под два, пожевывая сигарету в зубах.

– Да не один, а со своим дружком! Как жизнь, Рич? Что с девочками совсем не везет, решил попробовать найти похожего на себя мальчика? – напарник того, что с сигаретой был ничуть не меньше и по росту, и по комплекции, держал в руках бутылку видимо со спиртным (о чем свидетельствовало его раскрасневшееся лицо) и тон к шутке не располагал.

Мой сопровождающий напрягся, казалось, воздух похолодел вокруг нас. Мне отчего-то не хотелось, чтобы узнали, какого я пола. Эти двое мужчин казались опасными и противными, слишком большими и грубыми. Костюм на мне был универсальным (похожим более на мужской, чем на женский), а волосы не слишком длинными, забранными в хвост. Я предполагала, что поскольку стояла практически в тени, меня можно было принять за мальчишку, очень молодого и щупленького.

– Парни, пропустите нас, мы пойдем своей дорогой, вы – своей. Зачем опять заводить драку? Вы побьете меня, потом с вами подерется мой старший брат, разве других дел не существует? – Ричард говорил это со спокойной обреченностью. Похоже он не сильно рассчитывал избежать конфликта и судя по предвкушающим улыбкам приятелей, оказался прав.

– Ты Стивенсон не умничай! Если хочешь, чтобы твой новый знакомый не пострадал, бросай свой велосипед и давай померяемся силой!

– Что за глупость! – не выдержала я. – Вы что, всегда лезете в драки только при сто процентном выигрыше? Разве это поведение настоящих мужчин?

– Кто это тут заговорил? – вступил в беседу бородач с бутылкой. – Такой писклявый голосок, тебе сколько лет, юнец? Никогда не учили не встревать в разговор старших?

– Сколько мне лет это… – тут Ричард молниеносно оказался передо мной, прикрывая мне рот рукой и зашептал на ухо: «Молчи, они в своем праве. Пусть побьют меня, мне не привыкать, а ты извинись, тебя не тронут в силу возраста. Только не говори ничего больше.»

– Извините, – опустив глаза сказала я, хоть в груди и колыхалась справедливая ярость.

– То-то же, а хорошо ты надрессировал своего любовничка, Стивенсон. Иди сюда, теперь получишь на пару ударов больше.

Ричард подошел и свет фонаря заиграл в его светлых слегка волнистых волосах. Он встал в боевую стойку: расправил плечи, локти немного развел в стороны, а руки были готовы отразить хоть часть ударов. Я стояла, укрывшись в тени, не зная, как реагировать. Применять оружие было опасно, да и пользовалась им я плохо – запросто могла промазать. Позвать кого-нибудь на помощь? Вдруг неприятностей будет больше? Додумать не успела. Громилы враз повалили моего спутника и удары ног посыпались на торс, ноги, спину. Плюс был только один: вскоре им надоело, и они свернули в один из переулков, оставив жертву сплевывать кровь и морщится от боли.

– Как ты? – подбежала и села прямо на каменную плитку.

– Жить буду, – он с трудом приподнялся, дышал немного неровно. – Не волнуйся, мы уже почти пришли. Еще три квартала осталось.

– Разве ты сможешь пройти столько? На тебе живого места нет! – между тем парень уже вставал. Я предложила повести велосипед. Грустно вздохнул и согласился:

– Спасибо, Лора.

Путь до дома занял у нас столько же времени, сколько и путь до места драки. Казалось, что все силы спутника уходили на передвижение ног, поэтому я не решилась что-либо спрашивать.

Глава 3 Дом, милый дом

Дом Стивенсонов, большой, трехэтажный, гостеприимно распахнул перед нами дверь после введения кода, и мы оказались в помещении, похожем на гараж (там было много разных стеллажей с инструментами, стояло два флайера, было место для третьего, и Ричард сказал, чтобы я поставила туда велосипед). Рядом с дверью виднелись два стула, но мой уставший спутник не садился на них, а лишь прижимался плечом и головой к стене. Потом он нажал еще одну комбинацию и шагнул в просторный холл, освещенный белым светом, я – за ним. К нам выпорхнула женщина в просторном домашнем платье, с передником, о который она спешно вытирала руки. Блондинка, как и он, только глаза зеленые, колдовские.

– Сынок! Я уж думала ты опять до утра не вернешься! Кто же тебя так? – она касалась его лица, рук, живота, от чего Рич охнул едва слышно, но от матери это не укрылось. – Хоть не мне, а Шону скажи! Пусть поставит их на место! – Строго сказала она, а затем взгляд упал на мою персону, скромно жавшуюся в уголке.

– Это Лорейн, мама, она прилетела сегодня, в капсуле, она с одной из планет содружества «Номер звезды». Я предложил ей погостить у нас, к счастью, во время драки ее приняли за маленького мальчика, и досталось только мне. Могло быть хуже, мама.

Во время речи сына, лицо ее прояснилось, видимо с первого взгляда она приняла меня за мальчишку, но услышав о моей половой принадлежности, явно обрадовалась.

– Ты правильно сделал, мальчик мой! Иди в свою комнату, а я устрою твою спутницу, – покивала она сыну, и полностью переключила внимание на меня.

– Я – Стелла Стивенсон. Можешь звать меня просто Стелла. Ты есть хочешь?

– Мне бы сначала в душевую.

– Да, пойдем, покажу тебе комнату, там и душевая есть. Сейчас уже поздно, но я принесу тебе перекусить. Ты уж извини, но завтра моим на работу, не буду будить.

– Конечно! – я благодарно ей улыбнулась. – У меня есть деньги, могу оплатить проживание, я не привыкла ходить в должницах.

– Что-ты, что-ты! Для нас честь принимать в доме гражданина другой планеты, особенно если это девушка.

Комната была небольшой, но очень искусно обставленной. Напольная стенка имела выдвигающийся отсек «рабочего стола», в одном из ящиков были всевозможные гаджеты, правда несколько устаревших моделей, но для игры и чтения вполне подошли бы.

Кровать сделана под старину, хотя матрац современный. Освещение регулировалось от теплых оттенков, до холодных, также имелась светомузыка. Я открыла окно проветрить комнату. Вскоре зашла Стелла с охапкой одежды, полотенец и постельного белья. Я заверила, что застелю сама, она отправилась за едой.

– Вот и все, я сейчас тоже лягу, посуду просто сюда поставишь – показала она на один «шкафчик» в стенке в душевой, – она почистится. Как пользоваться душем сообразила?

– Да, я видела такую модель раньше, спасибо! – она лучезарно мне улыбнулась и закрыла дверь с той стороны. По лестнице слышались торопливо удаляющиеся шаги.

Наконец я осталась одна. Пошла в душ и все думала, как там Ричард. Наверняка Стелла пошла к нему. Юноша ранен, конечно, мать переполошилась. Струи воды ласкали кожу, даря приятное расслабление. Пар поднимался с поддона густой, хотя вода вроде не была обжигающе-горячей, к тому же чувствовался аромат, очень приятный, увлекающий мысли в страну грез, я закрыла глаза, стремясь продлить момент изысканного наслаждения. Как вдруг в дверь постучали. И, если бы я не оставила приоткрытой дверь в душевую, не услышала бы звук. Выключила воду, замоталась в полотенце, банное, закрывающее меня от груди до колен, поспешила к двери. «Наверняка это Стелла, может добавить что-то хотела». Я открыла дверь. И столкнулась с взглядом широко распахнувшихся карих глаз. Щеки заполыхали румянцем, мой ночной посетитель шумно вдохнул и протяжно выдохнул.

– Могу я войти? – наконец сказал он.

– Конечно. Принимала душ, думала твоя мама пришла и … вот… – пропустила его и закрыла дверь. Мы остались вдвоем. Хотела сказать, что я переоденусь, но что-то во мне словно хотело поиграть, немного подразнить Ричарда. – Зачем ты пришел, разве ты не должен лежать? – сказала я, присаживаясь на кровать в изголовье так, чтобы между нами оставалось расстояние примерно вытянутой руки.

– У нас есть современная капсула, к тому же у меня хорошая регенерация. Вообще я пришел к тебе с просьбой. Она необычная и даже дерзкая, настолько, что мои родители и мой брат не должны пока о ней узнать. Начну издалека. Ты стала свидетелем драки, она совершенно стандартна на Каледонии. Все тут делится на «нормальное» и «ненормальное». Есть, конечно, свои серые цвета, ведь вся вселенная знает: не может быть только белого и черного. Впрочем, я отвлекся. Нормальным считается жизнь как у моего брата, как у моего отца, моей матери, жизнь «на поверхности». Они работают, ведут хозяйство, развлекаются определенным образом. А есть ненормальная жизнь. Нет, я тоже работаю. Но и дома практически не бываю – пропадаю в другой жизни, трущобной. – Он посмотрел на меня, ожидая вопросов.

– То есть как ты работаешь? Сколько тебе лет? Уж извини, но ты не выглядишь выпускником колледжа или института.

– Все верно. На Каледонии совершеннолетие наступает в шестнадцать лет. К этому времени заканчивается школьный курс, подготавливающий к определенной профессии. Мне выбрали экономическую специальность, так как физически я не очень силен. А тут это значит, что моя зарплата меньше, чем, скажем, зарплата брата. И так будет всегда.

– Надо же, а почему ты сказал про трущобную жизнь? Ты ведь живешь в красивом доме, работаешь, не проще ли найти жену и жить себе счастливо?

Улыбка Ричарда стала милой, а потом в считанное мгновение погрустнела.

– Это название такое «трущобы» для тех, кто живет как правильно, а не как хочется. Ты поймешь со временем.

– А в чем же тогда твоя просьба, уж прости, но это больше похоже на рассказ?

– Ты права, Лора. Пора приступить к просьбе: выходи за меня, я смогу улететь с тобой в таком случае по своей воле, а потом, если ты захочешь, мы разведемся. – Когда он говорил все это, то смотрел на меня своими карими глазами, в которых поблескивали золотые искорки от множества ламп в комнате. Он смотрел прямо и не было ни стеснения, ни сожаления, как будто передо мной не подросток, а взрослый. И у этого взрослого расписаны цели, планы, и сворачивать он не намерен.

Я растерялась. Играть с «мальчиком» быстро расхотелось. Было неожиданно и очень странно: через щуплую внешность проглядывал твердый характер. Помочь ли ему? Или оттолкнуть? А есть ли у меня выбор или это всего лишь иллюзия?

– Эм… это типа предложение такое? Не очень романтично. Почему ты сам не улетишь отсюда, если тебе не нравится Каледония. В галактике много других планет и насколько я знаю, они принимают всех.

– Они-то принимают, а вот мы вылететь можем либо за гигантскую сумму (мне примерно лет двадцать копить и ездить на старом велосипеде), – он вскочил и заходил по комнате вдоль кровати. В моменты «прохождения» мимо меня его спортивные черные брюки мягко задевали оголенные колени, – либо женится и улететь в качестве «плюс один». Я не хочу считать двадцать лет затраты и раскидывать их на заказы, а потом, глядя в космос, мечтать о лучшей жизни. К тому же, Лорейн, – с этими словами, Ричард остановился напротив меня, шагнул ближе и резко схватив за руки повалил на кровать так, что оказался нависающим надо мной. Мое полотенце слегка разъехалось, и он смог увидеть немного больше кожи ног, проскользнув взглядом от лица, до колен и обратно. Он слегка улыбнулся, будто в предвкушении, наклонился к ушку и заговорил еле слышно, но твердо: – я заметил, что понравился тебе. А ты нравишься мне. Дай мне шанс, или будешь жалеть всю жизнь, когда я найду другую и добьюсь успеха в деле, которое выбрал. У тебя три дня, чтобы выиграть в лотерею. И я даже знаю, где найти нужный билет.

Он подмигнул мне и быстро вышел из комнаты, бесшумно закрыв дверь, оставив меня в полнейшем недоумении от произошедшего.

За ужином и ложась в постель я все думала о чудесной трансформации «Ричарда – мальчика» в «Ричарда – мужчину». После часа вращения с боку на бок, пришлось себе признаться, что «Ричард – мужчина» – весьма привлекательный объект. К тому же видеть своим женихом кого-то наподобие тех «нормальных» громил мне не хотелось. Я решила подождать хотя бы три дня. На том и уснула.

Глава 4 Розы и коктейли

К завтраку спустилась рано. Как меня предупреждала вчера Стелла, он был в семь утра. За столом собралась вся семья из четырех человек.

– Познакомься, Джейк, это Лорейн. Она с дружественной нам планеты, вчера случайно встретилась с Ричардом, и он пригласил ее к нам, – говорила Стелла, споро подавая блюда на стол, украшая его напитками и различными закусками.

Ее муж, шкафообразного вида мужчина лет сорока, взглянул на меня из-под сведенных бровей.

– Очень хорошо, – его взгляд, тяжелый, оценивающий, прошелся по мне от легких сапожек до платья с открытыми плечами и каштановой макушки головы. – Шон, – обратился он к своему старшему сыну фигурой похожего на него, а глазами – на мать, – приглядись, какая она стройная и ладная. Ей рожать самое оно и волосы красивые, и глаза, дети будут симпатичные, особенно девочки – тут он многозначительно взглянул на Ричарда.

– Да, папа, Лорейн очень красивая, – Шон спокойно поглощал завтрак, шаря глазами по столу и пытаясь выбрать что-то повкуснее. После того как выбирал, поглядывал на меня и снова возвращался к еде. А Ричард, сидевший прямо напротив отца, ни разу не поднял взгляд от стола.

«Скромника играет, я-то уж вчера насмотрелась на этого волка в овечьей шкурке».

Словно почувствовав шевеления моих мыслей, он вдруг сказал:

– Я бы хотел показать Лорейн нашу планету. Уверен, ей будет интересно.

– Да что ты можешь знать о том, что нужно женщине! Шон, после работы сходите куда-нибудь. К тому же Ричард ее не сможет защитить от своих же коллег! – и он некрасиво засмеялся. Затем наложил понравившиеся блюда в тарелку и уставился в планшет большого формата. Слово перешло к изящной и не по возрасту гибкой Стелле.

– Лорейн, попробуйте эти котлетки, готовились по старинному семейному рецепту. И этот салат. Просто мечта кулинара, не сомневайтесь. Сегодня мы пойдем по магазинам, вы же прибыли без багажа?

– Да, вы правы. Мне бы хотелось что-то прикупить, все мои вещи остались на космическом лайнере.

– И прическу вам сделаем, – осторожно как бы прощупывая почву добавила она.

– А что не так с моей?

– Слишком короткие волосы могут привлечь неожиданное внимание. Лучше нарастить волосы специальной технологией.

«Наверное намекает на вчерашнее происшествие».

Завтрак был закончен, все поблагодарили Стеллу, я в том числе, а она буднично осведомилась:

– Джейк, подкинешь Ричарда до работы?

– У него достаточно средств купить себе флайер, – проверяя содержимое портфеля ответил отец.

– Я подвезу, мам, – это Шон.

– Разбалуешь ты его, зря это! – прокомментировал старший Стивенсон.

На часах восемь утра, и мы собираемся уходить. Стелле как женщине не положено водить флайер, поэтому она вызывает специальную службу «доставка жены», и мы едем в межпланетный торговый центр.

Закупившись тремя платьями разных фасонов, повседневными брюками и майками, парой кроссовок и туфлями, приобрела небольшой чемоданчик. Стелла подобрала себе несколько более строгих образов, соответствующих образу почтенной дамы – матери семейства, и две майки для Ричарда, а также по паре рубашек купила Шону и Джейку. Всем поровну, как пояснила она. Потом, в салоне красоты мне вырастили волосы на двадцать сантиметров, так, что они стали не до середины шеи, а до лопаток. Стелла советовала сделать еще длиннее, но я отказалась. Потом мы пошли в кафе. Оно по меркам моей планеты более походило на ресторан: столы, заправленные белыми вышитыми скатертями, официанты в строгой форме, живая музыка. Мне бросился в глаза контраст: музыканты, бармены, хостес – все были худощавого строения, не очень высокими, смертельная скука проглядывала иногда за их почти безэмоциональных лицах со слегка женственными чертами; клиенты ресторана и вообще торгового центра – накаченные мужчины, высокие, плечистые, занимавшие сразу половину стола, многие носили бороды и массивные кольца, одежду скромных оттенков, говорили отрывисто и по делу, почти не смеялись, в основном – просто ели, рядом с некоторыми из мужчин сидели женщины стройные и пухлые, большие или маленькие, утыкаясь в планшеты или делая заказы. Такое очевидное различие доводило меня до когнитивного диссонанса. Эти две группы индивидуумов не производили впечатления цельного общества, по крайней мере здорового.

– Скажите, Лорейн, когда вы планируете уезжать?

– Ближайшим рейсом, я ведь так и не долетела до точки назначения.

– А вы уже взяли билеты?

– Пока нет, еще есть думаю пара дней, закажу. Билеты в столицу всегда есть, по крайней мере с пересадкой.

– Конечно, главное вовремя определиться, – улыбнулась миссис Стивенсон.

– Могу я задать личный вопрос, Стелла?

– Попробуйте, – грустно улыбнулась она. И в этот момент она неуловимо стала похожа на Ричарда.

– Похоже ваш муж любит первого сына больше, чем второго? Это с чем-то конкретным связано или тут… так принято?

– Так принято. На Каледонии Шон считается успешным, потому что он может много работать физически и не уставать. А значит компании шахт получают отличного работника на основном производстве, а в последствие, как и случилось с Шоном, инженера, поднявшегося из низов. Мой сын – завидный жених, уже две девушки хотели с ним встречаться, но Шон отказал им. Мне они не очень понравились, поэтому я даже спрашивать не стала о причине его отказа. Так что, у вас тоже есть шанс. Если сложится, то оставайтесь, Шон обеспечит вам достаток и уважение в обществе.

– Понятно, а как насчет Ричарда?

– Оу, как бы мне ни хотелось женить его, у него нет шансов, по крайней мере на Каледонии.

– Почему? Из-за недостатка силы? Но он же вроде умный, работает с цифрами и неплохо.

– Да, все так. Но мало того, что он фигурой не статный, еще и вращается в трущобах. Мы закрываем на это глаза, понимаем, что он не может по-другому. Искусство – это его жизнь, он ненавидит цифры, но мир такой, какой он есть, нужно думать о будущем: о семье, доме, достатке. А он не хочет. Очевидно, его больше привлекают удовольствия в жизни. Нет, я не против искусства, я сама когда-то пела на всяких посиделках подруг. Но я женщина, и я этим не выделялась. Знаете, то одна споет, то другая. А мужчины поют редко. И хороших денег этим не заработаешь, увы.

– Но мир такой большой, возможно на другой планете оценят его талант, – закинула удочку я.

– Он хочет накопить на билет, потому что отец отказал ему в средствах и запретил Шону давать ему денег. Сказал «если хочет по сцене прыгать – путь прыгает, но на свои».

Я просто ужаснулась. Получается Рич ходит как по лезвию ножа каждый день: побьют его за то, какой он есть или не побьют, осудят или нет в собственной семье. Похоже в жизни он играет роль, которую навязало ему общество и неплохо играет. А по ночам живет так, как хочет. Смелый ли он? Да. Ответственный ли он? Да. Упорный? Скорее всего.

Шон пришел с работы около пяти вместе с отцом, постучал в мою комнату. Я открыла – высокий, широкоплечий шатен с зелеными глазами и чуть простоватого вида сделал мне комплимент с подарил букет розовых роз из одиннадцати штук. Затем пригласил меня в бар.

На флайере мы долетели до бара «Моя птичка», где было довольно много пар. Шон заказал нам алкоголь и блюда.

– Шон, вы такой скрытный мужчина, – решила я начать разговор.

– Да нет, я ничего не скрываю. Просто вы – красивая. За красивыми девушками ухаживают, – он видимо не понял намека, ну да ладно.