Тайна черного кеба

Глава 5. Миссис Хэйблтон рассказывает все

Миссис Хэйблтон была вечно чем-то недовольна, что вскоре выяснял каждый, кому доводилось с ней познакомиться. Еще Биконсфильд[4] заметил в одном из своих романов, что человек не вызывает большего интереса, чем в тот момент, когда говорит о себе, и если рассматривать Рубину Хэйблтон с этой точки зрения, то она была удивительно занимательной личностью, поскольку ни при каких обстоятельствах не говорила ни о ком, кроме себя. Какое ей дело до русской угрозы, пока есть личные драмы, о которых можно причитать? Вот если они вдруг кончатся, тогда можно подумать и о таких пустяках, как дела Австралии.

Одной из излюбленных тем миссис Хэйблтон была нехватка денег. Конечно, это довольно распространенная проблема. Но, услышав это, она тут же возразила бы: «Понятно, но есть люди, совсем не похожие на остальных». Смысл таинственной оговорки вот в чем. Миссис Хэйблтон приехала в колонию очень давно – в те дни, когда заработать большие деньги было не таким сложным делом, как сейчас. Но из-за никчемного мужа ей это все-таки не удалось. Покойный мистер Хэйблтон – он уже давно ушел из жизни – имел пристрастие к алкоголю, и в то время, когда ему полагалось работать, он обычно ошивался в какой-нибудь захудалой пивной спускающим деньги своей жены на себя и друзей. Непрекращающееся пьянство и жаркий климат Виктории свели его в могилу, и когда Рубина осознала, что супруг окончательно упокоился на кладбище в Мельбурне, она вернулась домой оценить свое положение и понять, как можно улучшить дела. Собрав остатки своего разграбленного состояния, она воспользовалась дешевизной земли, купила небольшой участок в Сент-Килда и построила дом. Она обеспечивала себя, служа домработницей, занимаясь шитьем и подрабатывая сиделкой, так что благодаря всем этим заработкам ей удавалось неплохо существовать, даже откладывать средства в банк. Но женщина злилась на мир за то, как он с ней поступил, и часто высказывалась по сему поводу: «Мне б иметь собственную коляску, а ему б сидеть в парламенте, когда б не оказался он таким нехристем. Но из скотины не сделать человека, что бы там ни говорили дружки Дарвина». По правде говоря, миссис Хэйблтон приходилось нелегко. В то время, когда стоило уже отдыхать и пожинать плоды своей деятельности, ей приходилось упорно трудиться, и притом не по собственной вине. Похоже, памятуя о том, что Адам разозлился на Еву из-за яблока, стоившего ему райского сада, потомки первого человека мстили и мстили дщерям Евы за грехи матери. Миссис Хэйблтон была одной из многих трудолюбивых и бережливых от рождения, но заимевших мужа, ставшего бременем для жены и всей семьи. Неудивительно, что все свое мнение о противоположном поле Рубина Хэйблтон могла выразить в одной горькой фразе: «Мужики – нехристи». Она твердо придерживалась этого мнения, и кто смог бы обвинить ее в недостаточности оснований? «Нехристи и есть. Женятся, сделают жену вьючным животным и сидят попивают пиво, считая себя венцом творения».

Вилла «Опоссум» представляла собой скромное здание с одним резным окном и узкой верандой впереди. Дом был окружен маленьким садом, в котором росло несколько цветных кустов – особая радость миссис Хэйблтон. Она любила повязать старый платок и пойти в сад, чтобы копать и поливать свои любимые цветочки, пока они в отчаянии не отказывались расти, осознавая, что их никогда не оставят в покое. Именно этим она и занималась через неделю после того, как ее жилец пропал. Женщина не понимала, куда он делся.

– Бьюсь об заклад, лежит пьяный в публичном доме, – сказала она, злобно выдергивая очередной сорняк, – тратит денежки за съем и накачивается пивом. Мужики – нехристи, чтоб им пусто было!

Не успела она закончить фразу, как в саду возникла тень, и, подняв взгляд, вдова увидела мужчину, который облокотился на забор и наблюдал за ней.

– Убирайся! – рявкнула Рубина, поднимаясь с колен и угрожая незваному гостю полотенцем. – Не нужны мне никакие яблоки сегодня, и мне наплевать, насколько дешево ты готов продать их!

Миссис Хэйблтон, видимо, решила, что мужчина этот был разъездным торговцем, но, заметив, что у него нет с собой тележки, поменяла мнение.

– Думаете, как бы ограбить мой дом, небось? – решила она. – Что ж, зря тратите время, потому что взять тут нечего. Серебро матери моего отца давно кануло в бездну благодаря несносному мужу, а денег купить новое у меня нет. Я одинока и без гроша, и все из-за таких нехристей, как вы. И я бы была благодарна, если бы вы отошли от моего забора, который я построила на собственноручно заработанные деньги, и убрались куда подальше.

Тут Хэйблтон остановилась на секунду, чтобы перевести дыхание. Она все еще угрожающе трясла полотенцем.

– Уважаемая леди, – мягко начал мужчина за забором, – не вы ли…

– Нет, не я! – выкрикнула Рубина. – Я не член парламента, не школьный учитель, и я не буду отвечать на ваши вопросы. Я женщина, платящая налоги, не сплетничаю и не читаю дряни в желтых газетенках, мне плевать на русаков, так что убирайтесь!

– Не читаете газет? – удовлетворенно повторил мужчина. – Ага! То, что нужно.

Миссис Хэйблтон с подозрением уставилась на незваного гостя. Он был плотного телосложения, с веселым красным лицом, чисто выбрит, а проницательные серые глаза мерцали, как две звезды. Он был хорошо одет: в светлом костюме и туго накрахмаленном белом жилете, с тяжелой золотой цепью, свисающей из кармана. В целом он производил впечатление зажиточного торговца, и Рубина мысленно удивилась, что ему здесь нужно.

– Что вы хотите? – резко спросила она.

– Мистер Оливер Уайт живет здесь? – спросил незнакомец.

– И живет, и не живет, – ответила миссис Хэйблтон загадочно. – Я не видела его уже неделю. Полагаю, ушел в запой, как и все они, но я подала объявление в газету, чтобы достучаться до него и дать ему понять, что я не из тех, об кого можно вытирать ноги, и, если вы его друг, можете передать ему, что он нехристь, но большего от него, как и от всех мужиков, я и не ожидала.

Незнакомец спокойно дождался конца излияния и, когда женщина сделала паузу, чтобы перевести дыхание, тихонько спросил:

– Можно с вами поговорить?

– А кто вам не дает-то? – с негодованием ответила Рубина Хэйблтон. – Говорите. Не то чтобы я ожидаю услышать правду от мужика, но говорите.

– Что ж, вообще-то, – продолжил разговор незваный гость, взглянув вверх на безоблачное небо и протерев лицо пестрым красным шелковым платком, – здесь довольно жарко, знаете ли, и…

Миссис Хэйблтон не дала ему закончить фразу, а просто подошла и открыла ворота.

– Шевелите ногами, входите в дом, – сказала она, и незнакомец принял ее приглашение.

Хозяйка провела его в дом, в маленькую аккуратную гостиную, переполненную салфетками, ковриками и искусственными цветами. На каминной полке были выложены вереницей яйца эму, на стене висела сабля, а на книжной полке стояли в ряд тяжелые старые книги, скорее всего, для красоты, поскольку их внешний вид нисколько не вызывал желания заглянуть внутрь. Мебель была набита конским волосом, и все вокруг выглядело жестким и начищенным, поэтому, когда незнакомец устроился в блестящее кресло, на которое ему указала миссис Хэйблтон, он не мог не подумать, что сел на камни, таким оно оказалось холодным и жестким. Сама дама разместилась напротив нежданного гостя во втором таком же кресле и, сняв с головы платок и аккуратно сложив его, пристроила на колени и посмотрела прямо на Горби.

– Ну, – начала она, так быстро шевеля губами, что наблюдателю могло показаться, будто ею управляют, как марионеткой, – кто вы? Чем вы занимаетесь? И чего вы хотите?

Незнакомец сунул свой красный шелковый платок в шляпу, положил ее на стол и ответил:

– Меня зовут Горби. Я детектив. Ищу мистера Оливера Уайта.

– Его здесь нет, – ответила хозяйка, решив, что у Уайта проблемы и ему угрожает тюрьма.

– Я знаю, – ответил Сэмюэль.

– Ну и где же он?

Горби ответил прямо и быстро, наблюдая за реакцией на свои слова:

– Мертв.

Миссис Хэйблтон побледнела и откинулась на кресле.

– Нет! – вскрикнула она. – Он не мог! Правда ведь?

– Кто не мог? – резко спросил сыщик.

Рубина, очевидно, знала больше, чем собиралась сказать, поскольку, с неимоверными усилиями взяв себя в руки, она уклончиво ответила:

– Он не мог убить себя.

Горби внимательно посмотрел на нее, и женщина ответила ему таким же взглядом.

– Умно, – пробормотал детектив себе под нос, – знает больше, чем намерена рассказывать, но я выясню у нее все.

Он подождал несколько секунд и затем вежливо продолжил:

– Нет, что вы! Он не покончил жизнь самоубийством, с чего вы решили?

Хэйблтон не ответила. Вместо этого она встала и подошла к отполированному буфету, откуда достала бутылку бренди и маленький бокал для вина. Наполовину наполнив бокал, женщина выпила налитое залпом и вернулась в кресло.

– Я обычно не пью, – сказала она, видя на себе любопытный взгляд детектива, – но вы застали меня врасплох, и мне необходимо принять что-то для успокоения нервов. Чего вы от меня хотите?

– Расскажите мне все, что знаете, – сказал Горби, не сводя взгляда с ее лица.

– Где его убили? – спросила Рубина.

– Его убили в двуколке на Сент-Килда-роуд.

– Прямо на улице? – воскликнула хозяйка дома крайне удивленно.

– Да, прямо на улице.

– Боже! – Хэйблтон сделала глубокий вдох и плотно сжала губы. Сэмюэль молчал. Он понимал, что она раздумывала, говорить с ним или нет, и любое его слово могло склонить ее к решению молчать, поэтому, будучи мудрым человеком, он сохранял тишину. И награда пришла к нему даже раньше, чем он ожидал.

– Мистер Горби, – наконец сказала его собеседница, – у меня была тяжелая жизнь из-за моего муженька, отменного нехристя и неисправимого пьяницы, поэтому, видит бог, я не имею особых причин для хорошего мнения о большинстве из вас, но… убийство… – Она вздрогнула, хотя в комнате было тепло. – Я и не думала о таком.

– В связи с кем?

– В связи с мистером Уайтом, конечно, – поспешила объяснить Рубина.

– И с кем еще?

– Я не знаю.

– Значит, вы больше ни о ком не подумали?

– Ну… я не знаю… точно не знаю.

Детектив был озадачен.

– Что вы хотите сказать? – спросил он.

– Я расскажу вам все, что знаю, – ответила миссис Хэйблтон, – и, если он невиновен, помоги ему господь!

– Если кто невиновен?

– Я расскажу вам все с самого начала, – сказала женщина, – а вы судите сами.

Горби кивнул, и она начала:

– Прошло всего два месяца с тех пор, как я решила сдавать комнаты. Моя работа очень тяжелая, вся эта уборка, шитье допоздна… Я осталась совсем одна, мой покойный муж-нехристь ужасно со мной обращался, а я всегда была ему хорошей женой, и я подумала, что сдать комнаты – это хорошая идея, поэтому дала объявление в газету, и мистер Оливер Уайт снял мои комнаты два месяца назад.

– Опишите его.

– Невысокий, смуглое лицо, без усов и бороды, настоящий джентльмен.

– Вы заметили в нем что-нибудь необычное?

Миссис Хэйблтон задумалась.

– Ну, – сказала она наконец, – у него была бородавка на левом виске, но ее закрывали волосы, и мало кто замечал ее.

– Все сходится, – пробормотал Горби себе под нос, – я на верном пути.

– Мистер Уайт только что прибыл из Англии, – продолжила женщина.

«Что объясняет, – подумал следователь, – почему труп не опознал никто из друзей».

– Он снял комнаты и обещал остаться на шесть месяцев, заплатил за неделю вперед и всегда платил вовремя, как уважаемый мужчина, хотя я, конечно, сама не верю в таких, – добавила хозяйка. – Он говорил, что у него много друзей, и ни одного вечера не провел дома.

– Что у него были за друзья?

– Этого я не могу знать, так как он был довольно скрытным, и когда уходил, я не знала, куда он направлялся, как всегда с ними и происходит. Говорят, что пошли на работу, а находишь их в пивной. Мистер Уайт сказал мне, что собирался жениться на какой-то наследнице.

– Интересно! – задумчиво прервал женщину Горби.

– Насколько я видела, у него был только один друг – некий мистер Морланд. Он всегда приходил сюда с ним, и они вечно ходили вместе, как братья-близнецы.

– Вы можете описать этого Морланда?

– Он хорошо выглядит, – сказала миссис Хэйблтон с горечью, – но его привычки совсем не так хороши, как внешность. Не суди по внешности, а суди по поступкам – так я считаю.

«Интересно, знает ли он что-нибудь о произошедшем?» – подумал сыщик.

– А где можно найти этого мистера Морланда? – спросил он вслух.

– Понятия не имею, не могу сказать, – отрезала дама. – Он приходил сюда постоянно, но я не видела его уже неделю.

– Странно! Очень странно! – замотал головой Горби. – Я бы хотел увидеться с этим Морландом. Как вы думаете, возможно ли, что он еще объявится?

– Привычка – вторая натура, поэтому все возможно, – ответила женщина. – Он может объявиться в любой момент. Обычно он приходил вечером.

– Отлично! Тогда я приду сюда сегодня вечером – может, мне удастся застать его, – ответил детектив. – Совпадения случаются в реальной жизни столь же часто, что и в романах, и этот джентльмен может появиться как раз вовремя. Так что еще вы можете сказать о мистере Уайте?

– Около двух или трех недель назад, я не уверена, какой-то джентльмен пришел к мистеру Уайту. Очень высокий и в светлом пальто.

– Ага! В повседневном пальто?

– Нет! Он был в вечернем костюме и поверх надел светлое пальто и мягкую шляпу.

– Тот самый, – прошептал следователь. – Продолжайте.

– Он зашел в комнату к мистеру Уайту и закрыл дверь. Не знаю, сколько они проговорили, но я сидела в этой самой комнате и слышала, что их голоса стали злыми, они ругались друг с другом, как это обычно у них и происходит – мужики такие несносные! Я встала и направилась в коридор попросить их вести себя потише, когда дверь мистера Уайта открылась и джентльмен в светлом пальто вышел, захлопнув ее за собой. Мистер Уайт открыл дверь и прокричал: «Она моя! Ты не можешь ничего сделать!», а тот, другой, повернулся, держа руку на ручке двери, и сказал: «Я могу убить тебя, и, если ты женишься на ней, я так и сделаю, прямо на улице».

– Все ясно! – сказал Горби, глубоко вздохнув. – И что потом?

– Потом он хлопнул дверью, которая с тех пор плохо закрывается, а у меня нет денег, чтобы починить ее, а мистер Уайт вернулся в свою комнату, смеясь.

– Он ничего не сказал вам?

– Нет. Только что этот сумасшедший достает его.

– Как звали незнакомца?

– Не знаю, мистер Уайт так и не сказал мне. Очень высокого роста, со светлой бородой и одет, как я вам описала.

Горби остался доволен.

– Это он, – сказал он себе, – тот самый, что сел в кеб и убил Уайта. Нет никаких сомнений! Они с Уайтом были врагами из-за какой-то богатой наследницы.

– Что вы думаете об этом? – не сдержала любопытства миссис Хэйблтон.

– Думаю, – медленно произнес сыщик, не сводя с нее взгляда, – думаю, что во всем этом замешана женщина.

Глава 6. Горби делает новые открытия

Когда Горби покинул виллу «Опоссум», у него не оставалось ни капли сомнений по поводу того, кто совершил убийство. Джентльмен в светлом пальто угрожал убить Уайта прямо на улице – эти последние слова были особенно важны, – и нет никаких сомнений, что он исполнил свою угрозу. Само убийство – лишь претворение в жизнь слов, произнесенных в гневе. Что сейчас оставалось сделать, так это узнать, кто этот джентльмен в светлом пальто и где он живет, и после этого выяснить, что он делал в ночь убийства. Миссис Хэйблтон описала его, но не знала его имени, а столь размытое описание может подойти к десяткам молодых людей в Мельбурне. Сэмюэль считал, что только один человек мог назвать имя джентльмена в светлом пальто, и этот человек – Морланд, близкий друг покойного. По описанию женщины, они были достаточно дружны, чтобы Уайт рассказал Морланду все о визите и об угрозах. Кроме того, осведомленность Морланда о жизни и привычках его друга может помочь понять, кому смерть Уайта выгоднее всего, и раздобыть информацию о наследнице, на которой собирался жениться покойный. Но тот факт, что Морланд до сих пор не знает о трагической смерти друга, тем более что все газеты только об этом и говорят и что в них есть точное описание внешности погибшего, крайне озадачивал Горби.

Единственным возможным объяснением непонятного молчания Морланда является предположение, что тот находится вне города, не видел газет и не встречался ни с кем из тех, кто знает об убийстве.

Если так оно и есть, то он либо останется за пределами города на неопределенное время, либо вернется через несколько дней. В любом случае пока что имело смысл пойти вечером в Сент-Килда – вдруг Морланд вернется в город и решит навестить друга? Поэтому после чая сыщик надел шляпу и снова отправился на виллу, хотя шансов на успех, как он сам понимал, было мало…

Миссис Хэйблтон открыла дверь и молча провела его не в свою гостиную, а в намного более роскошно обставленную комнату, которая, как догадался Горби, принадлежала Уайту. Он внимательно осмотрел помещение и сразу составил мнение о характере жильца.

– Легкомысленный, – сделал он вывод, – и расточительный. А друзья его и, возможно, враги – из сомнительных кругов.

Подтолкнул Горби к таком выводу образ жизни Уайта, который находил отражение в каждой детали. Комната была хорошо обставлена, вся мебель покрыта темно-красным бархатом, а шторы на окнах и ковер имели один темный оттенок.

– Я знаю свое дело, – заметила хозяйка дома с довольной улыбкой на лице. – Если хочешь, чтобы молодые мужчины снимали комнаты, то они должны быть хорошо обставлены, и мистер Уайт исправно платил, хотя и был довольно прихотлив в еде, а я не шеф-повар и не могу готовить всякие французские штучки, которые все равно только портят желудок.

Абажуры газовых ламп были бледно-розового оттенка, и поскольку миссис Хэйблтон зажгла их, ожидая Горби, комнату наполнял мягкий розовый свет. Детектив спрятал руки в карманы и неспешно обошел помещение, очень внимательно все разглядывая. На стенах висели картины, изображавшие призовых скакунов и знаменитых жокеев. Среди них попадались и фотографии актрис, в основном лондонских, таких, как Нелли Фаррен, Кейт Вон и других водевильных звезд, которые, очевидно, были предметами обожания Уайта. На каминной полке стояла подставка с трубками, над которой висели скрещенные шпаги, а ниже – огромное количество рамок всех цветов. Милые лица улыбались со снимков, и, что примечательно, ни одной фотографии мужчины ни в рамках, ни на стенах найти не удалось.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

Имеется в виду роман Эмиля Габорио «Лекок, агент сыскной полиции». – Здесь и далее примечания переводчика, если не указано иное.

2

Роберт О’Хара Берк (1820–1861) и Уильям Джон Уиллс (1834–1861) – возглавляли экспедицию (1860–1861) на север Австралии; почти все ее участники погибли.

3

Дю Буагобей, настоящее имя Фортуне Ипполит Огюст Абрам-Дюбуа (1821–1891), французский автор детективов.

4

Бенджамин Дизраэли, граф Биконсфильд (1804–1881), британский премьер-министр и писатель.