- -
- 100%
- +
© И. Винтрот, 2025
ISBN 978-5-0068-5922-7
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
I
Пройдя по направлению разделительной полосы на полу, гуманоидный робот вошел в мастерскую отладки и ремонта, залитую слишком ярким после полутьмы коридора светом. В этом открывшемся царстве металла и электроники вдоль стен выстроились стальные стеллажи, забитые запасными частями и инструментами. Свободную центральную часть заполнили застывшие в ожидании роботы разных модификаций. У одних из них торчало из тел множество щупалец-манипуляторов, у других, напротив, был всего один. Скопление роботов разделялось на группы: безжизненно замерших от поломки и многообещающе помигивающих датчиками зарядки. Еще три одинаковой конструкции, у каждого из которых от устойчивой колесной платформы тянулась ножка регулируемой высоты и упиралась в квадратное тело с двумя манипуляторами по бокам, робота-ремонтника чинили и настраивали остальных. Вместе с ними в помещении работал рыжий, миловидный, с болотно-зелеными глазами и подтянутой фигурой мужчина лет тридцати в диэлектрическом костюме.
Гуманоидный робот направился к человеку, который в это время раскручивал винты задней крышки корпуса ремонтируемого устройства. Мужчина отвлекся от своего занятия и посмотрел на приближающееся к нему создание с надписью на передней панели туловища: «Вершитель-3», следом за которым ехал новенький робот-ремонтник «РР-50». Вершитель, поравнявшись с человеком и повернувшись к нему лицом, произнес электронным, лишенным всяких эмоций голосом:
– Яндэр Фимстод, компания признательна за твои услуги, но более в них не нуждается.
Со всей злостью и обидой, зародившимися и достигшими пика, пока он наблюдал за надвигающейся неизбежностью, Яндэр швырнул шуруповерт, который держал в руке, в Вершителя и поспешно ушел. Инструмент с металлическим лязгом врезался в тело робота, отскочил и шумно грохнулся на пол. Вершитель не шелохнулся и никоим иным образом не отреагировал на эмоции человека. Все тем же безжизненным голосом произнес команду, следовавшему за ним:
– Рр-пятьдесят, приступай к работе.
Робот-ремонтник послушно поднял шуруповерт и занял освобожденное место. За все это время ни один из искусственно сотворенных сотрудников ни на мгновение не отвлекся от выполняемой им работы, не проявил любопытства или каких-либо иных эмоций, не посчитал происходящее сколь-нибудь интересным и волнующим.
До этого также одного за другим заменили остальных людей на предприятии. Казалось, что давно ожидающие на пороге перемены войдут в жизнь как нечто само собой разумеющееся. Но чувства захлестнули. Злость сопровождала до самого выхода на улицу, где дорогу перерезала женщина в дурном настроении. Яндэр задержался в дверях и заметил, как маленький с квадратным телом безголовый двурукий робот клеил на створку крупную наклейку: круг желтого цвета с оранжевым символическим человечком, заботливо окруженным руками робота. Тяжелый вздох вырвался из груди. Яндэр окончательно осознал происходящее. Плавно утихающая злость стала сменяться чувством безысходности и бессилия. Грустно усмехнувшись знаку, он вышел наружу.
Он брел по улице, где одинаковые серые дома выстроенные в ровные ряды, уходящие куда-то в даль, обрамляли широкую, но столь же серую дорогу, вдоль которой тянулись линии фонарей. Взгляд не находил за что зацепиться и скользил в бесконечной монотонности. Яндэр все больше погружался в собственные мысли, почти полностью отключившись от окружающего мира. На одном из зданий на первом этаже, разбавляя серость, висела вывеска: «Продуктовый магазин», а на двери под ней ярким пятном красовался желтый круг с оранжевым символичным человечком, заботливо окруженным руками робота. Пройдя еще несколько строений, Фимстод направился к небольшому одноэтажному сооружению с надписью: «Приют человека». На двери – все тот же круглый знак.
Яндэр вошел в «Приют». В квадратном помещении со стенами приятного глазу темно-зеленого цвета горел приглушенный свет. За барной стойкой сидели двое людей с напитками: мужчина средних лет с плешью на макушке и шарообразным пузом и коротко стриженная женщина среднего телосложения. Находились они на разных концах стойки. Остальное пространство заведения заполняли пустующие столики. Бросив беглый взгляд на посетителей, Яндэр прошел за столик у дальней от них стены. Касание столешницы рукой активировало встроенный монитор, на котором загорелось меню. Вверху переливалась серебристая металлическая полоса с гравировкой: «Имитат твоей мечты». Пролистав несколько страничек, Фимстод коснулся сосуда с изумрудной жидкостью. Дисплей погас. Через некоторое время раздвинулась центральная часть столешницы, открывая шахту, из которой поднялась подставка с выбранной бутылкой и пустым стаканом.
На стене перед барной стойкой висел огромный экран. На нем транслировалось шоу. Яндэр в попытке развеять тягостное настроение стал смотреть передачу.
Обнаженный тощий мужчина лет двадцати пяти сидел на полу пустой комнаты. Электронный голос, источника которого не было видно, равнодушно произнес:
– Давай узнаем, что зрители выбрали для тебя сегодня.
Грустно уставивший в пол взгляд герой шоу поднял голову и посмотрел в камеру. Его лицо, переполненное надеждой, заполнило весь экран. А после и вовсе остались одни огромные молящие глаза. Нависла тишина ожидания. Ее разорвал легкий шорох колес. Кадр сменился. В комнату въехал робот-доставщик, чей корпус с механизмом и камерами, сканирующими окружающее пространство, размещался на высокой маневренной колесной платформе. Он остановился в отдалении так, что человек не мог до него достать со своего места. Робот эластичной рукой, изогнувшейся при этом дугой, открыл крышку прямоугольного контейнера для перевозимых грузов, пристроенного поверх корпуса, извлек литровую бутылку с желтоватой жидкостью, и, не сдвигаясь с прежней позиции, а лишь вытянув манипулятор на нужную длину, поставил ее перед человеком и уехал.
Мужчина на мгновение сжался, в отчаянии оттолкнул бутылку ногой, издал истошный вопль, обхватил голову руками и стал раскачиваться корпусом взад-вперед. В его глазах отражались боль и страдание.
Яндэру стало не по себе. Он перевел взгляд на посетителей. Люди у барной стойки хохотали. Женщина, не отвлекаясь от экрана, будто в пустоту, громко заметила:
– Если он выйдет оттуда, то алкашом или нариком.
Мужчина хихикнул в ответ, отхлебнул из стакана, повернул голову к посетительнице и ответил:
– Трезвый он скучный, а под чем-нибудь – смешной.
Женщина обернулась к собеседнику и согласно кивнула.
Яндэр уставился в окно. Закат ненадолго разбавил красочными оттенками бесконечную серость, которая возвратилась вместе с загоревшимися белым нейтральным светом фонарями, еще более подчеркнувшими черно-белую палитру улиц. Мысли сменяли одна другую. Мелькнула грустная усмешка. Фимстод едва заметно мотнул головой. Он подумал о том, как же стремительно меняется мир. Подзабытое воспоминание вынырнуло, накрыв волной сожаления о том, что уже нельзя исправить. Как же наивен он был. Сделал глоток, подержал стакан на весу и будто в замедленной съемке поставил.
Сознание улетело в далекое прошлое, во времена, когда он был двенадцатилетним мальчишкой. Он вместе с друзьями стоял на улице из нескольких дорогих жилых домов. В одном из зданий располагалась парикмахерская, на двери красовался крупный знак: круг желтого цвета с оранжевым символическим человечком, заботливо окруженным руками робота. По кругу знака надпись: «Мы не используем человеческий труд».
Поодаль от ребят из автомобиля, на боковой поверхности которого растянулся текст: «Люди незаменимы», с затруднением вылез изможденный мужчина лет сорока в серо-голубой одежде, которого заботливо поддерживал гуманоидный робот. Мужчина направился к одному из подъездов. Он практически висел на роботе, едва волоча ноги, то и дело спотыкаясь. На крыльце его ждал замерший в замешательстве четырнадцатилетний подросток в таком же серо-голубом наряде. Мужчина вымученно улыбнулся ему, сильнее оперся рукой на помощника, выпрямился, сделал пару шагов, снова повис на роботе и побрел дальше, более не пытаясь скрыть свое состояние. Ожидавший юноша отшатнулся назад. Однако, когда мужчина с роботом приблизились, пошел им навстречу, подхватил ведомого с другой стороны. Троица вошла в подъезд.
Асеорэ – друг, пути с которым разошлись из-за тех самых наивных убеждений и нетерпимого юношеского максимализма, наблюдая сцену, ссутулился и вжал голову в плечи, словно хотел спрятаться. Сам Яндэр следил за происходящим с некоторым высокомерием. Лумика, связь с которой потерялась как-то незаметно, растворившись во все более и более редких встречах, пока те окончательно не прекратились, скрестила руки на груди и опустила голову. Умцер и Имила, обернувшиеся в какой-то момент в странную парочку и исчезнувшие из жизни Яндэра, смотрели равнодушно, отстраненно, многозначительно переглядываясь.
– Сами виноваты. Ленивые неудачники, – подытожил Яндэр, надменно фыркнув.
Лумика незаметно для других одернула его за рукав, легким движением головы пытаясь остановить его речь. Но было уже поздно. Асеорэ сжал кулаки, зло прищурился, резко повернулся в сторону Яндэра и выпалил:
– Много ты понимаешь. Такой же оторванный от мира, как твои родители.
Фимстод развернулся так, что повздорившие очутились лицом к лицу. Но между соперниками вклинился Умцер. Все трое застыли на мгновение. Напряжение повисло в воздухе, и казалось, что драка неизбежна. Мимо пронеслось беспилотное такси со знаком на заднем стекле: круг желтого цвета с оранжевым символическим человечком, заботливо окруженным руками робота. По кругу знака надпись: «Мы не используем человеческий труд». Нет, драка не состоялась, но именно тогда родилась та легкая трещинка, которая со временем разрослась и развела их с Асеорэ судьбы по разным путям.
Яндэр поднес стакан к губам, но ни вкуса, ни стекающей прохлады напитка не почувствовал. Это вернуло сознание в настоящее время. Он вздохнул, окинул беглым взглядом помещение, налил из бутылки и вновь, уставившись в окно, погрузился в свои мысли. Только сейчас, став взрослым, он смог иначе взглянуть на те события. Не то чтобы он полностью изменил свое мнение, потеряв работу, которой отдал десять лет, но точно избавился от той категоричности, наблюдая за окружающими. Он медленно тянул изумрудный напиток, разливавшийся теплом по телу и дававший иллюзию успокоения. Немного расслабившись, Фимстод подумал, что, может, его такой комфортный и понятный мир, где затрачиваемые усилия окупаются соразмерно, где не надо предавать себя, как персонажу из шоу, все еще существует. Наступит завтра, и жизнь наладится. Завтра он найдет решение. Еще глоток. Завтра. А сегодня – забыть обо всем.
Завтра наступило. Яндэр, урывками выныривая из тягучего, липкого, уютного состояния сна, чувствовал пульсирующую боль в правом виске. Ему не хотелось возвращаться в наполненную проблемами реальность. Еще долго он оставался в спокойном блаженстве полусна, пока боль не прорвала окончательно пелену забытья, вынудив встать.
Яндэр жил один, если не считать домашнего робота, выполнявшего основную массу бытовых задач. В просторной квадратной комнате помещалось все необходимое с точки зрения хозяина. Из ящичков, аккуратно выстроенных на полках стеллажа, стоявшего в углу, торчали кончики разнокалиберных проводов. Фимстод нехотя побрел в ванную. Каждый шаг отдавался болью в голове. «Да уж, шикарная идея», – с сарказмом проговорил он про себя, глядя в зеркало. Достал из аптечки таблетку, проглотил и побрел в комнату. Там он шлепнулся в кресло, закрыл глаза и почти прошептал:
– Найди мне работу, железяка.
Тихие шаги проследовали мимо и остановились возле окна. Штора опустилась. Затемнение принесло облегчение. Яндэр почувствовал, как мягкие, бархатистые, теплые руки коснулись его висков и начали нежно массировать голову.
Экран над столом включился. Подумав некоторое время, сообщил:
– По условиям прошлого запроса вакансий не найдено. Все еще актуальны предложения с пометкой «для всех». Озвучить?
– Нет. Я помню, – поморщившись от боли, ответил Яндэр.
Он расслабился в руках своего заботливого робота, улыбнулся и подумал о том, как же хорошо, что есть его верный «Н-17».
II
В глубине длинного зала мягкий тусклый свет падал на трибуну, едва освещая подиум под ней, с единственной включенной лампы на высоком сводчатом потолке. Почти по самому полу стелилась подсветка прохода, вдоль которого тянулись ряды одинаковых кресел. В помещение нерешительно вошел Яндэр. Его взгляд упал на надпись на противоположной стене: «Наполняем жизнь смыслом». Он грустно ухмыльнулся и покачал с сомнением головой. Осмотрелся и подумал: «Что я здесь делаю? На что я рассчитывал? Глупость какая-то», – и собирался уже уйти. Но откуда-то из полутьмы неожиданно вынырнул и направился прямо к нему высокий плотный мужчина лет сорока пяти. Он улыбался, как при радостной встрече с добрым приятелем, с которым давно не виделись. Поравнявшись с посетителем, он произнес:
– Яндэр? Какими судьбами занесло к нам? – мужчина поднял левую руку, на уровне груди развернул ладонью к Фимстоду, который ответил на приветствие, прикоснувшись своей левой ладонью к подставленной руке.
– Япитэ? – Яндэр не ожидал встретить в таком месте бывшего коллегу и удивился, хотя и сам не смог бы объяснить почему. – Сам не знаю. Мимо шел, – как бы оправдываясь, произнес он.
Япитэ жестом пригласил присесть. Фимстод помедлил, поскольку чувствовал себя некомфортно и хотел уйти, но сделать это теперь внезапно ему было неудобно, и он сел.
– Давно сюда ходишь? – спросил он, чтобы как-то поддержать беседу.
– Давно. Я работаю в Глизе.
Яндэр помолчал, затем уточнил таким тоном, будто произносил: «Как я сразу не догадался, это же очевидно»:
– Работаешь? Проповедник – робот?
– Я – проповедник.
Фимстод, до этого смотревший на надпись, повернулся и с любопытством и удивлением уставился на собеседника, которого позабавила такая реакция. Пожалуй, если бы стало известно, что читает проповеди и руководит церковью робот, то это меньше поразило бы и воспринялось как логичное, ожидаемое развитие меняющегося мира. Такой поворот ошарашил. Он потерял на мгновение дар речи, зависнув с чуть отвисшей челюстью в немом «эээ».
– Какая резкая смена деятельности, – единственное, что смог придумать в ответ Яндэр, ощутивший необходимость хоть как-то отреагировать на заявление, и уставился на фразу.
– Как посмотреть. Тоже ремонт, только душ человеческих, – Япитэ проследил за взглядом собеседника.
Оба замолчали, рассматривая написанные на стене слова.
– Может, придешь на собрание? Раз уж зашел, – прервал неловкую тишину проповедник.
– Помолиться? И что, много жизней это изменило?
– С людьми пообщаться. Наша церковь призывает прихожан опираться во всем на людей, отказываясь от искусственных созданий.
– Людей? – скептически ухмыльнулся Фимстод. – Ненадежная опора. Они имеют свойство исчезать в самый неподходящий момент, в отличие от роботов.
– Прихожанам помогает. Уходит ощущение беспомощности, ненужности. В конце концов, что-то же заставило тебя зайти?
– Совсем недавно ты создавал роботов, а теперь настраиваешь против них?
– Получается, так. Сюда приходят люди, которые потерялись в жизни. Я их понимаю. Церковь дает опоры, которых им не хватает. Подумай, что почувствовал ты, когда к тебе пришел Вершитель? Ведь он?
– Люди. Боги. Сплошные подпорки. Еще и отказаться от комфорта, для достижения которого потрачено столько сил. Странно это, – с некоторым раздражением произнес Яндэр. – Почему бы не помочь найти новые цели, интересы? Зачем цепляться за умирающее прошлое?
– А ты не допускаешь, что то, что ты считаешь отмирающим, для других – единственная возможная реальность? Не всем достаточно комфорта. Людям нужны люди. Необходимо чувствовать себя полезным.
– Формирование собственной ценности через других? Чем больше жертва, тем выше ценность? – с иронией произнес Яндэр.
– А почему бы и нет, если всех участников устраивает?
– По-моему, это использование. И в нем человек, оказывающий услугу, сам по себе не важен. Так, может, твоим прихожанам не хватает кого-то рядом, кто будет их ценить просто так, по факту существования? Тогда и роботы перестанут мешать и обернутся в полезных помощников? А то получается, что рабство – лучшая форма устройства общества.
– А ты, смотрю, все тот же. Не всем достаточно болтовни, хотя, есть и те, кто и общается исключительно с электроникой. Как там твой «Н-17»? – Япитэ бросил на собеседника взгляд и, не дожидаясь ответа, добавил: – Другим же нужна деятельность. Они хотят видеть, ощущать результаты: предмет, который можно потрогать, радость в чужих глазах. Без этих мелочей они чувствуют пустоту.
– Вместо прогресса – регресс, чтобы не было пустоты, – Яндэр потянул последнюю фразу, смакуя слова. И после маленькой паузы продолжил: – Ограниченность людей столь велика, что достигнув полной свободы, они не понимают что с ней делать? Интересно, каков же процент этих неприкаянных, которые не знают, что им надо, чтобы наслаждаться жизнью?
– А ты сам уже нашел, чем заняться? Как распорядишься полученной свободой?
– Хороший вопрос, – протянул фразу Яндэр, глядя на надпись.
– Все-таки приходи вечером на проповедь, вдруг поможет.
Фимстод повернулся к собеседнику.
– Нет. Пожалуй, нет.
Япитэ пожал плечами:
– Как знаешь. Двери всегда открыты.
Яндэр встал, попрощался и ушел в задумчивости.
После увольнения он каждый день подолгу бродил по городу, не отдавая себе отчета в том, что таким образом заглушал неприятное чувство потерянности. Он искренне верил, что ищет решение сложившейся ситуации, в надежде найти в реальности то, что не сложилось отыскать в сети, но снова и снова натыкался на круг желтого цвета с оранжевым символическим человечком, заботливо окруженным руками робота. Постоянное движение помогало снять напряжение, разгрузить голову от тяжелых мыслей о потере контроля над собственной судьбой, от безальтернативных и неприемлемых способах получения желаемой свободы в личной жизни, переключиться на поиск идей. Под вечер, уставший, он возвращался домой, где успешно сбегал от реальности в просмотр видеороликов, фильмов, иногда в сетевые игры. В один из таких однообразных вечеров к нему в голову забралась мысль, что пора рискнуть и сделать что-то новое для себя.
III
Яндэр не нашел подходящую работу. Бессмысленные дни, ставшие близнецами, наскучили. Идея заняться блогерством ранее никогда не привлекала, но теперь он решил попробовать найти себя в этой деятельности. И вот он уже уезжал из города на скоростном поезде. Помимо него в вагоне сидели еще несколько человек: нервный, грузный мужчина, у которого все никак не получалось закрепить навигатор на запястье, парочка в нелепых, аляпистых, одинаковых костюмах, щебетавшие без умолку всю дорогу и с восторженным любопытством неотрывно следившие за пейзажами за окном, и семейство с двумя малолетними детьми. Яндэр решил, что парочка недавно на Мокоши и долгие годы жили и работали на другой планете, совсем как его родители, иначе как их могли увлечь вгоняющие в тоску однообразные виды. Автомат в вагоне перед пересечением границы города напомнил: «Покидая Маренав, не забудь арендовать навигатор опасных мест». После объявления парень с девушкой отвлеклись от созерцания окружающего мира, подошли к аппарату и приобрели по браслету. Когда навигаторы-браслеты оказались в руках новых временных владельцев, прозвучало предупреждение: «Возвращаясь в город, не забудь вернуть навигатор опасных мест. В случае невозврата устройство будет заблокировано и отключено, а пользователь оштрафован». Девушка осмотрелась и направилась к Яндэру, потянув за собой спутника.
– Что за опасные места показывает навигатор? – обратилась она к Фимстоду.
– Вы не местные? Это только если будете вне городов ходить. Отравленные земли, оставшиеся после закрывшихся предприятий.
– А вне городов есть что посмотреть? Мы с Желявира. Ненадолго.
Яндэр понимающе кивнул и ответил:
– Нечего. Сплошные пустоши.
– Как странно. Я читала научную статью, в которой говорилось, что способ очистки земель найден уже давно и давались полные выкладки разработок, – задумчиво заметила собеседница.
Фимстод пожал плечами.
– Мы должны сами увидеть эти пустоши и убедиться, – резюмировал парень.
Парочка отошла, оставив Яндэра одного. На следующей станции он вышел и оказался на платформе для стыковочной пересадки на другую линию. Задерживаться на ней он не стал и двинулся в случайно выбранном направлении.
Пустынная каменистая равнина тянулась за горизонт. Порывы сухого ветра носили клубы пыли по ней. Отсутствовал даже намек на существование жизни в этом месте. Яндэр, закутав нижнюю часть лица шарфом, защитив глаза очками, брел в поисках разнообразия и снимая окружающее на камеру телефона. На запястье компактное устройство-навигатор издало пронзительно-громкий пульсирующий сигнал, между сериями сигнала прозвучало: «Прямо по курсу через метр зона действия ядовитого газа». Яндэр остановился и навел объектив на навигатор.
Воздух застыл. Пыль улеглась. Вдали на фоне неба выделялись две заброшенные башни, поверхности которых облепили плотным слоем частички окружающей пыли, создавая иллюзию, что башни выросли из земли и являются с ней одним целым. Несколько огромных валунов вразброс красовались в давно всеми покинутом месте. Из-за одного из них в сторону Яндэра выехал робот-погрузчик, крупный, приземистый, с открытым контейнером, с которого струилась летящим от движения шлейфом, искрящаяся в лучах света Глизе желто-оранжевая ткань. Новоиспеченный блогер заинтересовался происходящим, уж больно неуместным оно выглядело, и навел камеру на робота. Когда погрузчик приблизился, Яндэр отшатнулся, отвернулся, уткнувшись в локтевой сгиб, прикрыл нос от тошнотворного запаха, перевел дух и продолжил снимать. Ткань оказалась одеянием свободного кроя на трупе. Фимстод взял крупным планом контейнер вместе с тем, что его наполняло. Под телом явно находилось что-то еще, поскольку оно размещалось почти по верхнему краю ящика, но содержимое прикрывала расстелившаяся при погрузке по всему периметру ткань одеяния. Открытые глаза застывшего, похожего более на восковую фигуру покойника плотно забились пылью, особенно по границе век. Блаженное выражение его лица вызвало в Яндэре оторопь. Все увиденное казалось нереальным, не связывалось в складную картинку. Можно допустить, что не было денег на навигатор, и человек по незнанию зашел в ядовитую зону и умер от отравления. Возможно, есть объяснение, зачем он так разоделся. Но это счастье, застывшее на лице, не давало покоя.
Робот, не останавливаясь, проехал мимо. Порыв ветра поднял облако пыли, которая просочилась под очки и вынудила зажмуриться. Фимстод невольно прислушивался к удаляющемуся шороху колес. Когда порыв улегся и стало возможным открыть глаза, перед ним предстала картина, как погрузчик заезжает в кузов грузовика. «Откуда он взялся? Как я его не заметил?» – подумал Яндэр. Автоматическая дверь закрылась, и автомобиль уехал, поднимая вслед за собой клубы пыли. Странное действо застряло в голове. Фимстод еще какое-то время побродил по округе, но ничего интересного больше не снял. Зафиксированный сюжет ему понравился, и он отправился в обратный путь.
Оказавшись дома, новоиспеченный блогер пересматривал на экране компьютера снятое и загруженное в сеть видео. Ролик замер на крупном плане трупа. Поверх появилось изображение навигатора. Голос диктора произнес:
– Собрался за город? Почасовая аренда навигатора опасных мест спасет твою жизнь.
На экране выпрыгнуло окошко: «Войди в аккаунт».
– Не понял, – с недоумением возмутился Яндэр.
Он попытался войти в свою учетную запись, но система отказала. А при попытке сбросить настройки получил сообщение: «Аккаунт принадлежит другому пользователю». Возмущению не было предела.
– Да чтоб тебя расщепило, – громко выругался Фимстод.
Он не готов был смириться с тем, что его в очередной раз выкинули за борт. Это его видео и его страница. Он подумал, что найдется тот, кто сможет вернуть собственность хозяину. Поспрашивав знакомых, он нашел нужного специалиста.
Вечером в почти пустом «Приюте человека» Яндэр сидел за столиком с женщиной лет тридцати пяти, у которой по рекомендациям знающих людей попросил помощи. Перед ними стояли две чашки с напитками.
– Что, совсем безнадежно? Мне сказали, ты можешь все, – с едва уловимой ноткой отчаяния произнес Яндэр.
– Акк увел кто-то важный. Там защиту фиг взломаешь, – уверенным тоном, пресекающим дальнейшие споры, ответила собеседница.