Альфа: Покоряя дочь врага

1 МЕСТЬ

Знаете, что значит быть слабачкой среди оборотней? Это значит быть самой маленькой и слабой среди всех окружающих тебя оборотней.

Для оборотня-волка было нехарактерно часто болеть, ведь все знали, что они обладают невероятной способностью к исцелению.

Оборотень мог быть покрыт тяжёлыми ранами, но ему требовалось всего несколько часов или, самое большее, день, чтобы полностью восстановиться.

Поэтому к оборотню нельзя было относиться легкомысленно, а к оборотню-волку – и подавно, ведь они стояли на вершине пищевой цепи. Они были хищниками.

Однако в случае с Ирис всё было не так. Единственная причина заключалась в том, что она родилась слабачкой.

С самого рождения она постоянно болела. Она была меньше обычного детёныша оборотня. В первые годы жизни накормить её было настоящим испытанием, особенно потому, что у неё то и дело поднималась температура.

А когда ей исполнилось шестнадцать, она так и не смогла перевоплотиться в своего волка, потому что её дух был для этого слишком слаб.

И сейчас, в семнадцать лет, когда все волчицы считали, что настало время встретить свою пару, она и не надеялась, что найдёт её.

И вдобавок ко всему, она не слышала.

Ирис умела читать по губам, но не могла понять, что ей говорят, если собеседник не смотрел прямо на неё.

Если бы её отец не был альфой стаи Голубой Луны, о ней бы никто и не узнал, поскольку большую часть времени она проводила дома, а для её обучения приходил наставник.

К сожалению, её жизнь не стала лучше даже после того, как ей исполнилось двадцать.

– Выходи! – крикнул кто-то за спиной Ирис, сидевшей на холодном полу темницы, опустив голову. – Чёрт! Я и забыл, что она не слышит! – Мужчина выругался себе под нос, открыл камеру, а затем подошёл к худенькой девушке и дёрнул её за руку, заставляя встать.

Ирис стиснула зубы и со страхом посмотрела на мужчину. Её стая пала, они проиграли войну, и теперь она была военнопленной. В конце концов, она была единственной дочерью Альфы.

– Альфа хочет тебя видеть! – В глазах мужчины было столько враждебности, когда он схватил её за локоть и потащил из грязной камеры, в которой она провела уже больше недели.

Ирис не слышала его, но смогла прочитать по губам и поняла, что встреча с Альфой неизбежна. Она задрожала от страха. Она ненавидела боль.

Ирис несколько раз споткнулась, не в силах поспеть за стражником, но тот даже не подумал замедлить шаг.

Она узнала эту комнату. Раньше это были покои альфы, и она заходила сюда всего дважды, поскольку отец не очень-то любил видеть её рядом.

Она родилась слабачкой, а потому была для него позором.

– Альфа, я привёл Ирис Лейн, – произнёс он торжественным голосом, склонив голову, и ударил Ирис под колено, заставив её опуститься на колени перед альфой.

Альфа Кейн.

Десять лет он был рабом в этой стае Голубой Луны с тех пор, как его стая, Воющего Волка, была уничтожена отцом Ирис, а все её члены, включая его, Кейна Нортерна, сына тогдашнего альфы, были обращены в рабство.

Его мир рухнул, когда ему было двадцать два года: из всеми уважаемого сына альфы он превратился в раба, не имеющего абсолютно никакой ценности.

Но теперь он сумел отомстить и уничтожил стаю Голубой Луны, восстановил славу стаи Воющего Волка, и сейчас он собирался отомстить Ирис за то, что её отец сделал с ним и его семьёй.

– Можешь идти, Уилл, – холодным тоном произнёс Кейн, поднимаясь со своего места. Ирис затрепетала от страха при виде него. Он был крупнее даже её брата и отца. Он возвышался над ней, глядя на неё сверху вниз с такой злобой в тёмных глазах.

Стражник по имени Уилл вышел из комнаты и закрыл за собой дверь, оставив Ирис наедине с её хищником.

Ирис попыталась отползти от него, но Кейн схватил её за плечо, и его хватка была настолько болезненной, что ей показалось, будто он с лёгкостью может его раздробить.

– Раздевайся и ложись в постель, – холодно приказал Кейн, но Ирис не смотрела на его лицо. Она не могла прочитать по губам, поэтому не поняла приказа и начала хныкать. – Ты меня не слышишь?!

В ярости, Кейн сам потащил её к кровати и прижал к ней. Она плакала, но из её рта не доносилось ни звука, она лишь дрожала при виде его.

У Кейна на лице был длинный шрам, пересекавший его от правого глаза через переносицу и заканчивавшийся на левой щеке. Шрам был безобразным, и получил он его, когда был рабом в стае Голубой Луны.

Кейн заломил ей руки над головой и схватил за подбородок, заставляя посмотреть на себя. Ненависть в его глазах испугала Ирис ещё сильнее.

– Смотри, что я с тобой сделаю. Я устрою тебе такой же ад, какой твой отец устроил мне.

Ирис смогла прочитать это по губам и, вся дрожа, спросила тихим голосом: – Почему я?

– Почему ты, спрашиваешь?

Ирис почувствовала, как её подбородок заболел ещё сильнее, когда он сжал его крепче, но ей нужно было смотреть на него, чтобы понять, что он скажет дальше.

– Почему бы тебе вместо этого не отомстить моему отцу?

2 Ты – мой раб

«Почему бы тебе вместо этого не отомстить моему отцу?»

Ирис с трудом выдавила из себя вопрос. Она считала несправедливым, что ей приходится нести на себе ненависть Альфы Кейна за то, чего она не совершала.

«У меня тот же вопрос, что и у тебя. Почему я и мой народ?» – Кейн не повышал голоса. Ирис всё равно бы его не услышала, но она слишком боялась заглянуть в его глубокие холодные глаза, поэтому сосредоточилась на его губах. – «Твой отец уничтожил мою стаю. Убил моих родителей, мою маленькую сестру и брата, поработил мой народ, но мне он позволил жить, чтобы я прошел через десять адских лет его рабом. Почему я?»

Слёзы хлынули из глаз Ирис. Ей было очень страшно, но почему-то она могла его понять, могла почувствовать его боль. Для него это тоже было несправедливо.

«Пожалуйста…» – всхлипнула Ирис, когда почувствовала, как его рука сжала её грудь. Никто никогда не прикасался к ней так раньше, и хоть она и не была гордостью своего отца, никто не смел её унижать.

«Пожалуйста? Я произносил это слово бесчисленное множество раз, но что сказал твой отец? Он сказал мне: „Можешь умолять сколько угодно, но я буду делать, что захочу. Вот как работает сила“».

Ирис закричала от муки, когда он так сильно ущипнул её за сосок, что она ощутила невыносимую боль.

«Не плачь, это только начало. День смерти твоего отца стал днём, когда ты стала моей рабыней, моей собственностью, а я – твоим хозяином».

Сквозь затуманенный слезами взор Ирис прочла по его губам и поняла, что он сдержит слово. Это было только начало.

Кейн зарычал, видя её боль, и слёзы девушки его раздражали. Поэтому он развернул её тело и заставил встать на колени, вдавив её голову в мягкую подушку, и принялся раздевать.

Её отец так поступал с женщинами в своей стае и заставлял его на всё это смотреть.

Он расположился позади неё и приготовился. Он заставит её почувствовать боль, чтобы она узнала, какую боль пришлось пережить ему и его народу.

Как же здорово, что у Альфы было двое детей – он мог мучить их, как ему заблагорассудится. В конце концов, именно так и работает сила, верно?

Тем временем Ирис забилась, когда почувствовала, как её платье с лёгкостью рвётся, будто ткань была тонкой, как салфетка. Она задрожала, когда ночной ветер коснулся её обнажённой кожи, и почувствовала, как его грубые пальцы сжимают её бёдра.

Ирис поняла, что с ней произойдёт, и приготовилась к этому, но, столкнувшись с ужасом лицом к лицу, не смогла сдержать страх и отпрянула.

Но внезапно Кейн остановился.

Ирис не поняла, что случилось, но он отодвинулся, и тяжесть на кровати исчезла. Он встал с постели, и Ирис тут же схватила одеяло, чтобы прикрыться. Кейн стоял к ней спиной и натягивал штаны.

«Что это у тебя на спине?» – спросил он, но, поскольку она не могла прочесть по его губам, то не знала, о чём он говорит. – «Я спрашиваю, что это у тебя на спине? Кто это с тобой сделал?»

Кейн знал, что дочь Альфы – слабак, у неё были проблемы со здоровьем, поэтому она редко появлялась на публике.

За время своего рабства в этой стае он видел её всего дважды и не обращал особого внимания. А зачем? Она была всего лишь бледной маленькой девочкой, которая всегда казалась угрюмой.

«Я тебя спросил», – Кейн обернулся к Ирис и свирепо посмотрел на неё, потому что она не отвечала.

Девушка куталась в одеяло, но он уже её увидел. Она была такой маленькой и хрупкой, что даже голодающий раб выглядел здоровее.

Как они всё это время кормили дочь Альфы? И откуда у неё на спине такие ужасные шрамы?

Да, её спина была испещрена шрамами.

Как оборотень, она должна была исцеляться без следа, если только рана не была нанесена чем-то серебряным – как шрам на лице самого Кейна.

Но кто мог сделать такое с дочерью Альфы в её же собственной стае?

«Ещё раз спрашиваю, кто это с тобой сделал?!» – Кейн не мог поверить, что его собственная рабыня его игнорирует.

Он прошагал через всю комнату и заставил её повернуться к себе, но тут же увидел на её подбородке яркий след там, где он сжимал его ранее. След был красным и слегка кровоточил. Она уже давно должна была исцелить такую мелкую рану, почему же она не исцелялась?

Кейн нахмурился, глядя в её голубые, как океан, глаза. Её рыжевато-каштановые волосы закрывали половину лица и спадали на одеяло, в которое она куталась.

«Отвечай», – злобно прошипел Кейн.

«Что?» – Ирис с огромным трудом сглотнула и крепче вцепилась в одеяло, словно это была её единственная защита, хотя и знала, что Кейн при желании сорвёт его без малейшего труда. – «Какой вопрос?»

Ирис не расслышала его вопрос и теперь растерялась, не зная, что ответить.

Кейн же был сбит с толку не меньше, чем она, и теперь хмурился очень сильно. Его жестокость дала трещину, и на лице, помимо гнева и ненависти, промелькнула ещё одна эмоция.

«Убирайся», – наконец сказал Кейн. – «Убирайся отсюда».

Он всё знал о брате Ирис, следующем в очереди на пост Альфы стаи, но ему было совершенно безразлично, что там с этой девчонкой.

Кейн отпустил Ирис, и она сползла с кровати. Но она была обнажена, так как Кейн разорвал её платье.

«Я… я надену твою рубашку», – Ирис увидела на полу рубашку Кейна и тут же натянула её на себя. Она бросила на него взгляд, но он и пальцем не пошевелил, чтобы её остановить.

3 Она совсем не похожа на своего отца

Рубашка, в которой Ирис вышла из спальни Кейна, прикрывала её бёдра лишь до середины, что показывало разницу в их телосложении.

Охранник, который вёл её обратно в камеру, был не тот, что раньше. Он не тащил её за собой и не шёл так быстро.

– Тебе так повезло, что альфа не сделал с тобой того же, что и с твоим братом, – сказал он, взглянув на Ирис, но она опустила голову, поэтому не услышала его, и он лишь вздохнул. – Как кто-то вроде тебя мог родиться у такого жестокого альфы?

Он знал, что Ирис не слышит его, это не было секретом, и те, кто общался с ней на прошлой неделе, прекрасно об этом знали.

Тем временем Ирис смотрела на тёмное небо, на молодой месяц. Богиня луны. Если Бог действительно существует, почему он допустил, чтобы на её долю выпало такое несчастье?

Однако, несмотря на горечь, Ирис было приятно снова вот так идти под открытым небом, ведь в своей камере она видела только глухие стены. Она молилась, чтобы её страдания однажды закончились.

И она надеялась, что Кейн не будет обращаться с людьми из стаи Голубой Луны ужасно, как её отец обращался со своим народом. Большинство из них лишь следовали за своим альфой…

– Заходи, тебе принесут еды. – Мужчина открыл камеру, и Ирис вошла внутрь.

Она снова оказалась в ловушке этой тьмы, холод впивался в её кожу, и ничто не могло согреть её здесь.

Ирис сжалась в углу камеры, обхватив себя руками. Она чувствовала, как её тело горит, но ей самой было очень холодно.

Она снова заболела…

=======================

– У неё проблемы со слухом? – Кейн прислонился спиной к столу позади себя и, скрестив руки на груди, слушал отчёт Джейса, своего беты.

– Да, в конце концов, она родилась слабаком. Помимо проблем со здоровьem, у неё плохой слух, но, насколько я знаю, она умеет читать по губам. Так она и общается с другими.

Это объясняло, почему девушка не отвечала на его вопрос, когда он не заставлял её смотреть на себя.

– Как с ней обращался отец? – Кейн не мог избавиться от образа её спины. Шрамы остались от ударов кнутом, в этом он был уверен. Кто мог высечь дочь альфы?

– Почему ты спрашиваешь? Тебе её жаль? – с любопытством спросил Джейс. Он посмотрел ему прямо в глаза, пытаясь прочесть его мысли, но это было невозможно. Глубина его мыслей пугала.

– Жаль? – Кейн склонил голову, и его тёмные глаза похолодели от этого слова. – Мы не жалеем своих врагов, Джейс.

На лице беты отразилось смешанное чувство. – Я разыскал её личную служанку, если хочешь, я могу её допросить.

Кейн на мгновение задумался. – Приведи её сюда.

– Что, прости?

– Ты меня слышал.

– Ты сам будешь её допрашивать?

– Да.

Хоть Джейс и был немного сбит с толку, он сделал, как ему было велено.

Вскоре к Кейну привели личную служанку Ирис. Она опустила голову и выглядела напуганной до смерти в присутствии альфы.

– Её зовут Ханна, она с Ирис с семи лет. – Джейс взглянул на женщину рядом с собой. На вид ей было под тридцать, и хотя выглядела она не слишком потрёпанной, её глаза опухли от слёз.

– Альфа… Кейн, меня зовут Ханна, – представилась Ханна, опустив голову и теребя пальцы.

Кейн взмахнул рукой, приказывая Джейсу и охраннику, который привёл Ханну, выйти из комнаты.

– Расскажи мне о ней всё. – Кейн не стал ходить вокруг да около. У него не было на это времени.

Прошла всего неделя с тех пор, как он убил альфу стаи Голубой Луны и взял в плен двух его детей. Ему нужно было управлять этой стаей и исполнять свою роль нового альфы.

Было много людей, которых ему нужно было наказать, а также пересмотреть существующие порядки, установленные бывшим альфой.

– Мисс Айрис? – Ханна подняла голову и осторожно спросила, на случай если ослышалась, но, встретившись с глазами Кейна, тут же снова опустила голову. Она боялась видеть эти безжалостные глаза, смотрящие на неё сверху вниз.

– Я не люблю повторять свои вопросы.

– Да, да… альфа… – Затем Ханна начала пересказывать всё, что знала об Ирис. Она была с ней с самого детства, поэтому владела информацией, которой не было в докладе Джейса. – Пожалуйста, альфа Кейн, не причиняйте ей вреда… – взмолилась она за Ирис. – Она совсем не похожа на своего отца.

Ханна была всего лишь низкоранговым оборотнем в стае, и хотя она знала, как жестоко отец Ирис обращался со стаей Воющего Волка, сделав их рабами, сама Ирис не имела к этому никакого отношения.

Однако это было не то, что хотел услышать Кейн. – Расскажи мне о ранах на её спине.

Ханна вздрогнула, услышав этот вопрос. Если Кейн видел раны Ирис, значит, он её раздевал, и она могла лишь представлять, через какой кошмар пришлось пройти её дорогой мисси в руках альфы Кейна.

– Это… – Ханна сдержала слёзы. Её чувства были в полном смятении. Она ненавидела альфу Кейна за то, что он так поступил с её мисси.

– Я не слышу твоего ответа. – Кейн подошёл к Ханне. Его шаги эхом разносились по комнате, и это звучало жутко. – Кто её высек и почему?

Ханна была удивлена, что альфа Кейн смог это определить. Она в испуге подняла голову и увидела, что альфа ждёт её ответа.

4 Отсечь его

"С ней что-то не так," сказал один из стражей, патрулировавших темницу, когда они проходили мимо камеры Ирис.

"Думаю, она снова заболела," ответил его напарник.

Оба остановились перед камерой Ирис, посмотрели сквозь железные прутья и увидели, что Ирис дрожит, обхватив себя руками.

"Она родилась слабачкой, ей не повезло. Думаю, она и недели не протянет."

"Хм. На этой неделе она болела уже дважды."

"Да. Долго она не протянет. Надеюсь, Альфа убьёт её сразу, чтобы она не мучилась."

Стражи были из стаи Воющего Волка. Они страдали последние десять лет после падения их стаи.

Однако все эти годы их активно пытали отец и брат Ирис, превращая их жизнь в сущий ад, но саму Ирис они ни разу не видели.

Поэтому для её наказания хватит и быстрой смерти.

В конце концов, они всё ещё могут пытать её брата. Это будет справедливо.

"Верно, с таким телом она долго не протянет." Он толкнул напарника локтем, и они ушли.

Они жалели её, но этого было мало, чтобы заставить их забыть о тяжёлых временах правления отца Ирис.

Пусть хоть умрёт в этой убогой камере, им было всё равно. В таком случае это, вероятно, стало бы для неё милосердием, а не пытками от Альфы.

===========================

"Пошли вы! УБЛЮДКИ!" громко выругался Мейсон, когда его пырнули ножом. "Я убью вас! Я УБЬЮ ВАС ВСЕХ! А-АРГХ!"

Они намеренно не задевали его жизненно важные органы, чтобы он не умер. Они по очереди пытали его, стараясь при этом не убить.

Они давали его ранам зажить, прежде чем начать всё сначала.

Мейсон был сыном Альфы стаи Голубой Луны, он был следующим в очереди на этот титул, но, к его несчастью, его стая пала, и теперь он был здесь, чтобы заплатить за все свои преступления, хотя этого никогда не будет достаточно, чтобы искупить его грехи.

Он был копией своего отца – жестокий и жадный до власти. Он и его Альфа использовали бывших членов стаи Воющего Волка в качестве рабов, убивали их, не моргнув и глазом, и насиловали женщин.

"Ничего, если я отрежу его мужское достоинство? В конце концов, оно ему больше не понадобится. Это будет большим одолжением для женщин. Можно, гамма Итан?"

Итан ухмыльнулся. Он оскалил клыки – идея ему понравилась.

"Он не умрёт. Уверен, он исцелится за несколько часов."

Итану поручили присматривать за Мейсоном до тех пор, пока Альфа не решит, что с ним делать. А до того времени ему разрешалось делать с пленником всё, что угодно, лишь бы тот не умер и не покончил с собой.

"ПОШЁЛ ТЫ, ИТАН!" взревел Мейсон. Рана от недавнего удара ножом уже начала заживать. Его кожа была усеяна ранами, но ни одна из них не была смертельной, хотя это и не делало его невосприимчивым к боли. "Надо было попросить тех дикарей отрезать тебе всё!"

Карие глаза Итана потемнели на несколько тонов, когда Мейсон напомнил ему о самом мрачном моменте в его жизни – когда те дикари осквернили его. Тогда он был ещё мальчишкой и не мог дать отпор даже одному из них, не говоря уже о десятерых мужчинах, что надругались над ним в тот раз.

"Что?" Мейсон громко рассмеялся, сумев согнать ухмылку с лица Итана. "Вспомнил свой сладкий миг? Я до сих пор помню, как ты кричал от восторга."

Нет. В тот раз Итан кричал, как резаный. Он даже пытался покончить с собой.

Однако Мейсону следовало бы быть достаточно мудрым, чтобы понять, что власть больше не в его руках, и теперь кричать придётся ему.

"Отрубите."

Трое мужчин горели желанием в точности исполнить приказ гаммы. Они ждали этого момента.

"А после скормите это дикому псу и заставьте его смотреть," ледяным тоном произнёс Итан, наслаждаясь ужасом в глазах Мейсона.

===========================

"Это её брат…" сказала Ханна. "Он хлестал её кнутом. Тело Мисс Ирис отличается от тел других оборотней, она не может исцеляться, как мы, поэтому раны так и не зажили. На её спине остались шрамы." Ханна плакала.

Ей было больно пересказывать то, что случилось с Ирис, потому что приходилось вспоминать, какому жестокому обращению та подвергалась со стороны своего брата и отца.

"Её отец запирал её на чердаке и морил голодом, если она выходила из спальни и её кто-нибудь видел."

Со стороны казалось, что Альфа защищает свою дочь из-за её слабого здоровья, но на самом деле с Ирис обращались не лучше, чем с рабыней.

"Прошу вас, Альфа Кейн, это дитя ни в чём не виновато. Она страдала от рук своего отца, так же, как вы и ваши люди…" умоляла Ханна Кейна.

"Так же, как я и мои люди?" Кейн презрительно хмыкнул, находя это смехотворным. "Уйди."

"Что?" моргнула Ханна, по её щекам текли слёзы.

"Покинь эту комнату."

"Альфа Кейн, прошу, позвольте мне увидеться с ней? Она спит в холодной камере в темнице. Ей, должно быть, страшно. Я больше ни о чём не попрошу, только позвольте мне увидеться с ней и позаботиться о ней." У Ханны не было другой семьи, и, вырастив Ирис, она очень к ней привязалась. "Прошу, позвольте мне остаться с ней в её камере."

Кейн сузил глаза.

Эта смена власти не особо затронула таких, как Ханна, поскольку целью Кейна были не они. Но она была готова променять удобную постель на темницу, чтобы остаться с Ирис?

"Прошу, Альфа Кейн, проявите милосердие к Мисс Ирис. Она достаточно настрадалась…"

5 Теперь она рабыня

– Пожалуйста, Альфа Кейн, сжальтесь над Мисс Айрис. Она достаточно настрадалась… – умоляла Ханна. Она склонилась так низко, что её лоб коснулся пола, упрашивая альфу отправить её в темницу, к Айрис.

Она знала, что ничем не сможет помочь, даже если её отправят туда, но, по крайней мере, Айрис не будет одна. Девушка боялась темноты.

Но именно в этот момент в дверь постучали, прервав их.

– Войдите, – бесстрастно произнёс Кейн. Он не проявил никаких эмоций ни в ответ на мольбы Ханны, ни когда она со слезами рассказывала ему о тех тяготах, что до сих пор выпадали на долю Айрис.

– Кейн, – позвал его Джейс. Пересекая комнату, он бросил взгляд на плачущую Ханну, стоявшую на коленях.

– В чём дело?

– Она без сознания.

Кейн нахмурился, и Джейс продолжил.

– Она не доживёт до утра, если мы не позовём для неё целителя.

Джейс и не думал скрывать этот разговор, поэтому Ханна всё отчётливо слышала и сразу поняла, о ком они говорят.

– Это Мисс Айрис, да? Мисс Айрис снова больна? – Ханна пришла в отчаяние. – Альфа, пожалуйста, сжальтесь над ней… она не виновата… она не должна отвечать за грехи своего отца. – Ханна ударилась головой об пол, чтобы показать всю серьёзность своих мольб.

– Она не виновата? – усмехнулся Джейс. – Ах да. А как насчёт тех младенцев, которых убил твой альфа? Как насчёт тех женщин, которых изнасиловал твой альфа, и как насчёт тех невинных жизней, которые он отнял? Она не виновата? – прорычал Джейс. – Они тоже были не виноваты!

Ханна вздрогнула, когда Джейс рявкнул на неё, всё её тело дрожало, но она продолжала умолять Кейна спасти жизнь Айрис.

– Почему ты так настаиваешь на спасении её жизни? Позволить ей умереть – это тоже своего рода милосердие. – Если бы не Кейн, который давал им надежду, что однажды они смогут освободиться из рабства и отомстить, они бы выбрали смерть как своё спасение.

Годы, через которые им пришлось пройти, были слишком жестоки, чтобы кто-либо мог их вынести. Они тоже не были виноваты, но никто из них не смог избежать жестокости, в каком бы возрасте он ни был.

– Вытащите её из темницы, и пусть её осмотрит целитель, – сказал Кейн, чем удивил их обоих.

– Кейн! – рявкнул Джейс, но тут же понизил голос, увидев жёсткий взгляд Кейна. Он стиснул зубы и крепко сжал кулаки, чтобы сдержать свой гнев.

– Смерть – слишком лёгкая участь для неё. Я ещё не закончил с ней, – Кейн скрестил руки на груди. На этот раз его взгляд упал на Ханну, и та задрожала от страха.

Кейн ничего не делал, но она дрожала, слишком напуганная, чтобы вымолвить хоть слово, поскольку боялась, что он снова передумает.

– Подготовь её. Я хочу, чтобы через три дня она была готова. Больна она или нет, я хочу, чтобы она была в моей постели.

Джейс не был доволен, но пока Кейн не забывал об их мести, его это устраивало. Да, смерть была бы для них слишком лёгким исходом.

Им не следовало убивать того альфу так скоро, раз уж его дети не могли утолить их жажду мести, но это было лучше, чем совсем ничего.

3 452

– Спасибо, альфа… – с горечью произнесла Ханна.

Через три дня, больная или нет, Айрис должна была согреть постель альфы.

Внутри у неё всё перевернулось.

========================

Айрис несколько раз приходила в себя и снова теряла сознание. Она чувствовала, как всё её тело горит, но в следующий миг ей становилось невыносимо холодно.

Наверное, это был сон, но она видела, что Ханна была рядом.

Это должен быть сон, ведь она должна была находиться в темнице, окружённая тьмой, и спать на холодном полу, а не в этой комнате, где за ней ухаживает Ханна.

– Мисс Айрис, вам лучше? Я буду рядом с вами, не волнуйтесь, не бойтесь.